Башня на краю времени

Глава 5

ШАСТАР С КРАСНОЙ ЛУНЫ

Мужчины выволокли из пещеры Тэйна и перепуганную девушку, разоружив и связав пленников. Воин не отвечал на грубые выходки и дикие угрозы в свой адрес, сохраняя непоколебимое спокойствие. Тэйна злило, что его поймали спящим, но с этим он не мог ничего поделать. Перед дулом лазерного пистолета даже его необыкновенная сила становилась бесполезной.

Выйдя из пещеры и взглянув вверх, он увидел космолет, высадивший его похитителей. Огромный корабль походил на гладкий сигарообразной цилиндр, мерцающий стальным блеском в лучах утреннего солнца. Он неподвижно висел в облаке антигравитационного поля. От одного его вида у астронавта захватило дыхание: после крушения империи Карина в технологии произошел огромный спад, знания были утеряны, как и секреты строительства космических кораблей. Их больше не строили, а летали на тех, что остались в наследство от стертой с лица земли империи. Не знающие усталости двигатели старых космолетов эксплуатировались в течение столетий, и в случае их износа не было возможности заменить испорченные детали. Но этот корабль был особенной редкостью. Тэйн знал эту модель: однажды ему посчастливилось видеть боевой корабль Империи, и теперь сердце воина запело при виде изящного завершенного силуэта.

Бородатый воин пустыни грубо толкнул его.

– А ну, отвернись, собака-чужеземец!

Не произнося ни слова, Тэйн отвернулся. Сопротивляться бесполезно. Ему оставалось только ждать, когда подвернется подходящий шанс…

Кочевники надели на Тэйна и Иллару парагравитационные стропы, привязав обоих к командиру группы. Как бесплотные духи они вознеслись в утреннее небо. Воины пустыни носили такие стропы под традиционными балахонами, которые развевались на ветру как крылья огромных неуклюжих птиц. Такие приспособления – творения рук древних мастеров – были несомненно большой редкостью. Тэйна занимал вопрос: кто же стоял во главе их похитителей, был владельцем корабля и всего остального…

Космолет висел прямо над ними, загораживая небо и свет трех солнц. Отряд людей вплыл в открывшуюся в днище шлюзовую камеру. Главный из воинов, дернув за ремни, посадил пленников на стальную палубу. Остальные воины продолжали висеть в воздухе, с ухмылками разглядывая прелести Иллары, лишь частично прикрытые бежевым шерстяным балахоном, украденным из седельной сумки. Сняв стропы с пленников, воины повели их внутрь корабля. Их шаги разносились гулким эхом по длинному коридору.

Повсюду раздавался гул машин, мигали лампочки, на стенах коридоров и бесконечных комнат сиял начищенный древний металл. Кто бы ни был владельцем этого раритета, он поддерживал корабль в отличном состоянии: Тэйн не заметил ни пятна, ни пылинки, не говоря уже о суете или беспорядке.

Наконец пленников ввели в огромный зал.

Судя по всему, сотни лет назад это помещение служило складом. Теперь в нем демонстрировали варварское могущество и силу. Обшитые сталью стены были увешаны изорванными штандартами и шитыми золотом гобеленами. Пол покрывали бесценные ковры и шкуры редких животных. Около стены возвышался помост из дорогого мрамора, на котором стоял трон сандалового дерева, инкрустированного тонкими золотыми пластинками. На стене за троном висело огромное знамя – отрез мертвенно-черного шелка с вышитым на нем алым полумесяцем.

На троне сидел Шастар с Красной луны. Это не мог быть кто-то еще: огромного роста, гораздо выше Тэйна, крепкий, как бык, с пылающей золотистой бородой, крючковатым носом и черными сросшимися бровями. Огромный мощный торс согревала накидка из серебристого меха, а под ней была надета длинная кольчуга. Ее черная чешуйчатая поверхность, мерцающая в лучах дрожащих факелов, напоминала кожу гигантской змеи. На троне сидел хищный, умный и сильный человек.

Воины подвели Тэйна и Иллару к подножию мраморного возвышения. Бросив девушку на колени, они попытались проделать то же самое с Тэйном. Но он застыл как холодная бронзовая статуя, спокойно глядя в глаза Шастара, не обращая внимания на удары и тычки воинов. Спустя некоторое время вождь хлопнул в ладоши и дал им знак удалиться.

– Достаточно! Пусть стоит, если ему так хочется.

Воины сразу же остановились и вышли из зала, оставив Тэйна перед своим властелином. Подперев ладонью подбородок, Шастар в раздумье смотрел на пленника.

– Как тебя зовут, воин? – спросил он наконец.

– Тэйн.

– Судя по твоим волосам, ты зхаянец. Как ты думаешь, воин, почему ты здесь оказался?

– Из-за семи золотых драконов, о которых мне ничего не известно, – последовал спокойный ответ.

– Неужели ничего? – усмехнулся Шастар. – Клянусь бородой Арнама, я докопаюсь до истины! Нет сомнений, что твоя прелестная возлюбленная их где-то спрятала… Тэйн… Тэйн… Где же я о тебе слышал? Речь шла о… Да! Клянусь Таксисом с алыми копьями! Ты – Тэйн Два Меча! – взревел он, разглядывая проницательным взглядом тело воина, на поясе которого висели пустые ножны-близнецы.

Шастар грубо усмехнулся.

– А теперь мечи пропали, по закону равновесия Заргона… Ведь это ты украл драгоценный камень Амзара из храма жрецов времени на планете Мном из Мира Тьмы… Так скажи же мне, воин, где находится драгоценный камень времени?

Вопрос озадачил Тэйна. Тем не менее он виду не показал, а просто пожал плечами.

– У меня его нет. Я ничего о нем не знаю…

– Клянусь Таксисом, Арнамом и всеми богами, что теперь-то я докопаюсь до истины. Этот самоцвет – священный камень культа Аэалима… Они готовы хорошо заплатить, чтобы получить его назад. Послушай, воин, отложим золотых драконов в сторону: ты лучше расскажи мне, где находится камень Амзара, а я развяжу твои путы и верну тебя, живого и невредимого, обратно в стены Зотееры. Что ты на это скажешь?

Предложение звучало соблазнительно. Можно было запросто рассказать то немногое, что ему известно о драгоценном камне. Но поверит ли Шастар в эту историю? Для большинства слушателей она покажется невероятной, а Тэйну не удастся привести доказательства правдивости своего рассказа… Он ощутил какой-то подвох. Вспомнились слова умирающего воина пустыни – одного их тех, кого пришлось убить, защищая Иллару. Он тоже упоминал о камне. Очень странно! Очевидные, бросающиеся в глаза факты несли в себе какой-то подтекст… Какое отношение к этому имели принц Чан… и Иллара?

Тэйн улыбнулся Шастару.

– Твое предложение великолепно. Но мне не удастся выкупить свою жизнь рассказом о драгоценном камне времени. Все, что мне известно, можно выразить одним словом: ничего.

В наступившей тишине Шастар некоторое время раздумывал над его ответом, а потом неожиданно дал знак людям, поймавшим пленников.

– Горшанг! Брось этих ребят в камеру и удостоверься, что парень крепко закован в цепи. Я ему не доверяю. Об этом зхаянце мне рассказывали много странных историй… Да, и сходи на мостик и передай старому Зугофу: мы немедленно отправляемся домой. А на обратном пути захвати вина. От этих разговоров меня мучает жажда!

Искателя приключений приковали к стене, надев на запястья рук и ног стальные браслеты. О девушке решили не беспокоиться и, толкнув ее в угол, вышли. Тэйн с радостью обнаружил, что тюремщики оставили кувшин с питьем и несколько кусочков соленого мяса.

Нежными и теплыми словами Тэйн успокоил плачущую Иллару. Она вытерла глаза и подошла к воину. Подчиняясь его уговорам, она немного поела и выпила из кувшина. У Тэйна были связаны руки, и девушка покормила его. От соленого мяса его стала мучить жажда. Отпив из кувшина, он с удивлением обнаружил, что тот полон до краев темным бренди, крепким и бодрящим. Сделав большой глоток, Тэйн ощутил, как тепло разливается по всему телу, снимая напряжение.

– Тэйн, а что это за камень, которым так интересуется господин Шастар? – спросила она, когда искатель приключений насытился. – Ты можешь его отдать им?

Девушка поила его из кувшина. Между двумя глотками скованный воин ответил:

– Я не знаю, зачем ему нужен этот самоцвет, но дать его им я не в силах.

– Но что он из себя представляет? И кто это – жрецы времени? – вновь задала вопросы девушка.

– Жрецы времени поклоняются Аэалиму – детям Огненной мглы, а камень используют в религиозных обрядах. Это их талисман, – объяснил он.

Девушка молчаливо настаивала на продолжении.

– Дети Огненной мглы пришли с Эйи в начале времени. Эйа – это область или туманность за пределами нашей вселенной. Об этом мне мало что известно. Аэлимов называют волшебниками времени по аналогии с их жрецами. Это не то чтобы боги, а скорее раса существ, населявших галактику до появления человечества. Почему-то их стали называть волшебниками времени. Считается, что они могут видеть во времени: прошлое, настоящее и будущее как единую непрерывную спираль. Как бы то ни было, много веков назад они покинули Галактику, и сегодня им поклоняется фанатично настроенная группе жрецов.

Тэйн отхлебнул еще немного огненного вина.

– Да? А при чем здесь камень? – напомнила девушка.

– С меня достаточно, а то я опьянею, – Тэйн отвернулся от кувшина. – Что?.. Ну, ладно… Камень Амзара – гигантский кристалл, оставленный Аэалимами. После себя они много чего оставили, и жрецы чтят эти реликвии. Но драгоценный камень – совсем другое дело. Это не просто огромный самоцвет, а особое устройство.

– Как это, устройство?

Тэйн пожал плечами.

– Я не знаю. Каким-то удивительным образом он соединяет жрецов времени с Аэалимом. Камень – хранилище их мудрости… Другими словами, возможно, он содержит энергию, при помощи которой они видят во времени… Я точно не знаю.

Девушка снова поднесла к его губам кувшин.

– Выпей, Тэйн, – настаивала она. – Выпей еще немного. Наручники врезались тебе в руки, в таком неудобном положении они наверняка затекли.

Он упрямо мотнул головой, разметав по плечам свою алую гриву.

– Нет, я достаточно выпил. Ты лучше отдохни, поспи, если сможешь. Мне надо подумать…

Военный корабль покинул орбиту вокруг Дайкуна – мира пустынь и вырвался в темноту открытого космоса, держа курс на Красную луну – царство Шастара. Покинув эллиптическую орбиту, судно совершило прыжок из обычного в искусственное космическое пространство чистого математического парадокса – интерленум, в результате чего корабль смог преодолеть расстояние в сотню световых лет.

Луна Шастара была спутником мертвой планеты Фиоланты, вращающейся вокруг стареющего и остывающего красного карлика – Сардана. Эта система располагалась на расстоянии одиннадцати световых лет от Дайкуна. Системы ближайших звезд, таких как Дайкун, Фиоланта, Аргион, Хулфум, Зха, Скатер, Шимар и Мном из темного мира жрецов времени, располагались в скоплении Виверн копья созвездия Ориона. Это «острие копья» было на полпути к скоплению Карина-Лебедя первой галактики, где девять веков назад царствовала величественная империя Карина.

Именно там за тысячи лет до того, как первый из Землян, покинувших легендарную мать-Землю, обнаружил эту империю, правили загадочные Аэалимы.

На борту огромного военного корабля Шастар предавался размышлениям об этих древних вещах и событиях, находя утешение во фляге огненно-пурпурного вина, которое виноделы с Валтомы гонят из пахнущих мускусом винных яблок. Хмуро и рассеянно поглядывал он на экраны, в то время как один из членов команды пилотировал корабль по несуществующему абстрактному пространству – интерленуму. Что-что, а повод для беспокойства у него был… Тэйн Два Меча – сильный и отважный воин, с головой на плечах и добрым именем. И Шастар задавался вопросом, насколько долго им придется держать Тэйна взаперти, прежде чем удастся вывести его из равновесия…

На сумрачном капитанском мостике зазвучала тихая мелодия. Воин подошел к вождю и что-то прошептал ему на ухо. Шастар проворчал в ответ, кивнул и жестом приказал всем выйти. Повернувшись в массивном кресле, он нажал кнопку.

На включенном экране появилось изображение сильного, красивого человека с правильными чертами лица. Тем не менее в нем было что-то омерзительное: слишком белая кожа и глаза, как холодные ярко-розовые рубины.

Принц Чан с планеты Шимар.

– Ну, как продвигаются наши дела? – спросил он холодным педантичным голосом.

Шастар угрюмо кивнул.

– Постепенно, о высокорожденный, очень медленно.

– Ты спрашивал его о самоцвете? Что он тебе сказал? Мы же репетировали эту сцену…

– Я спрашивал. Он говорит, что ничего не знает о драгоценном камне времени, – проворчал Шастар.

Смотрящие с экрана глаза Чана блеснули яростью.

– Ты обещал ему жизнь и свободу? – принц начал прощупывать почву.

Шастар кивнул.

– На него это не произвело никакого впечатления. Я на его стороне. Это – человек. Клянусь копьем Таксиса, я мог бы полюбить его. Сильный, как бог. Как бы мне хотелось увидеть его в бою!

Губы Чана исказила ледяная улыбка.

– Еще успеешь. Он прекрасно сражается, покалечил моего громилу и практически свел с ума карлика-чародея… Что сейчас происходит?

– Девушка с ним, подпаивает и задает вопросы. Возможно, ей и удастся вытащить из него хоть что-то. По крайней мере, надеюсь на это. Господи, как я ненавижу эту грязь – лгать, шпионить, хитрить! С мечом в руках я – человек. Но попроси меня выйти на подмостки в роли нежного потрошителя, тьфу… Я уже начинаю сожалеть о том, что прислушался к тебе и присоединился к твоим грязным делишкам.

Зловещая улыбка на губах Чана походила на лезвие ножа – нечто острое, холодное, тонкое.

– Нашим делишкам, мой дорогой союзник и товарищ. И будет лучше, если так и останется. Независимо друг от друга мы оба стремились заполучить сокровища времени. А вместе у нас получилась неплохая команда: твои люди и корабли, плюс моя информация.

– Информацию как раз сейчас выпытывают у воина, находящегося на моем корабле, – кисло напомнил Шастар.

– Но выпытывает моя рабыня, – вкрадчиво заметил принц Чан. – Не забывай, что ты уже давно ходил по кругу в поисках башни, не располагая необходимой информацией. И именно я, мой дорогой друг, указал, где следует искать жрецов времени, поведал о драгоценном камне Амзара – единственном талисмане, при помощи которого можно открыть паутину Аэалима; который приведет нас к Башне за пределами времени. Без моих знаний ты бы так и колесил вокруг ближайших звезд, совершая набеги на планеты.

– Да, да… Но я уже болен от такого бизнеса и сожалею о том, что заключил с тобой соглашение, – проворчал воин.

Чан снова улыбнулся. Когда он заговорил, каждое слово звучало как укол зондирующей иглы:

– Башня за пределами времени хранит сокровища десятка миллионов миров. Их собирали десять тысяч веков дети Огненной мглы. Единственные из живых существ, они превзошли время и научились странствовать по нему, как мы по космосу. Подумай об этом, мой союзничек. Ни один из завоевателей и помыслить не мог о такой добыче – ни Кортес, когда золото ацтеков лежало у его ног; ни богоподобный Александр, повергший империю Персов с их богатством, ни Шандалар Красный, разбивший легионы Карина и завоевавший Сердце мира, и даже не его потомок, Драск со звезды Пиратов, добывший клад драгоценных камней пещер Хулфума из мира Мрака, – ни один человек не гонялся за таким кушем, как мы!

Вождь грубо фыркнул.

– Ничего не знаю об этих ацтеках и персах и знать не хочу! Мой дорогой принц, древняя докосмическая история – одна из твоих любимых игрушек, но у меня нет времени на ученые забавы. А что касается Драска с Варконны… Я помню новевшую историю: он забрался очень далеко, не так ли? Не забыл я и того, что белые волшебники Парлиона отрубили ему кисть, а при последней попытке завладеть сокровищами Хулфума он попросту… умер. Так? Или тебя интересует только древность, а не кошмары из недавнего прошлого?

Чан молчал.

Спустя некоторое время он спросил:

– Ты хочешь выйти из дела?

Шастар ответил бурным вздохом, надув щеки.

– Нет… Клянусь Таксисом, я слишком далеко зашел, чтобы бросить все это. И мне не меньше других хочется сорвать куш. Отключайся, принц. Я дам тебе знать, когда девчонке удастся вытянуть из Тэйна хоть какую-то информацию.

Чан улыбнулся, и его изображение исчезло с экрана. С тяжелым вздохом Шастар откинулся в своем кресле и сделал жадный глоток вина, будто стараясь отделаться от неприятного привкуса во рту.

Впереди светилась Красная луна. Она приближалась, быстро увеличиваясь в размерах.

Наступало время для второго акта их комедии. Шастар предвкушал, какое впечатление он произведет на Тэйна.

Глава 6

ЗАНГОР, МЕНТАЛЬНЫЙ ГЛАДИАТОР

Вскоре наступил удобный случай, появления которого дожидался Шастар. Через несколько часов после разговора с принцем Тэйн вырвался на свободу, это произошло во время перевода пленников в другую камеру. Два крепких стражника снимали с Тэйна оковы, а третий держал его на мушке пистолета. Не обращая внимания на Иллару, они допустили непростительную ошибку. С пленника сняли кандалы. Стоявший за спиной Тэйна воин крепко держал его, а один из них приблизился, чтобы надеть наручники на запястья. Иллара, воспользовавшись ситуацией, выбила пистолет из рук третьего стражника.

Громкий лязг упавшего оружия прозвучал сигналом к действию.

Обутой в крепкий ботинок ногой Тэйн нанес мощный удар по голени воина, державшего его руки, и одновременно с этим боднул головой в живот второго стражника. Извиваясь и воя от боли, первый упал на пол, сжимая обеими руками раздробленную ногу. А второй рухнул рядом, со свистом выпустив воздух из легких. Его лицо болезненно посинело, а внутренности сотрясались в яростных судорогах – беднягу рвало.

Третий стражник бросился на пол и, схватив пистолет, крепко сжал его в кулаке. На смуглом лице злобно блеснули крошечные свиные глазки.

Но Тэйн успел выхватить наручники. В обнаженных бронзовых руках заиграли мускулы, тяжелая стальная цепь как хлыст рассекла воздух. От первого же удара стеклянная линза лазерного пистолета разлетелась на кусочки.

Следующий удар, пришедшийся прямо в челюсть, застал стражника врасплох. Там, где прошлась стальная плеть, яркой полосой зардел рубец, и голова с хрустом откинулась назад. Стражник с раскроенным черепом осел на пол. Получивший удар в живот воин начал медленно подниматься на ноги, пытаясь отцепить от пояса булаву с железными шипами. Но Тэйн опередил его ударом сапогом в лицо. Раздался громкий треск ломающихся костей и зубов, потоком хлынула кровь, и воин отлетел к противоположной стене бессильным мешком изуродованной плоти, которая раньше была человеческим телом.

Схватка длилась считанные секунды. Тэйн голыми руками расправился с тремя вооруженными бойцами. Девушка с ужасом наблюдала за его беспощадной жестокостью, свойственной скорее тигру, нежели человеку. Огромной ручищей Тэйн сгреб Иллару поперек спины и толкнул в дверь камеры. Прихватив упавшую булаву и зажав ее в кулаке, он благодарно примерился к утыканному шипами оружию. Конечно, ему был больше по вкусу зхаянский ятаган, но у сбежавшего из тюрьмы заключенного вряд ли есть выбор.

Выйдя из камеры, Тэйн остановился, пытаясь сориентироваться. Оставалась одна надежда – добыть гравитационные стропы или украсть звездный катер и незамеченными улизнуть через брюхо огромного корабля. Нельзя же рассчитывать на возможность в одиночку захватить вражеский корабль с огромной командой.

– Туда, девочка. А теперь осторожнее…

Коридор был пуст, его металлическое нутро отражало свет древних ламп, переживших столетия. Они бежали вниз по коридору, грохоча ботинками по настилу пола. Тэйн пытался восстановить в памяти путь, по которому их привели в камеру, чтобы вернуться той же дорогой. До сих пор ни один стражник не встал у них на пути.

Они подбежали к круглому колодцу в полу на пересечении двух коридоров.

– Прыгай! – кратко приказал он.

Иллара уставилась на него, как на сумасшедшего. Но на объяснения не было времени. Искатель приключений взял на руки ее хрупкое тело и прыгнул в колодец. Девушка пронзительно закричала, но он зажал ей рот своей широкой ладонью.