Эльф и вампир

Пролог

В лаборатории некроманта неприятно мерцали голубым мертвенным светом две небольшие сферы. В одной из них была заключена душа, вторая ждала своего часа еще пустая. Рядом стоял каменный саркофаг без крышки, внутри тело юного эльфа, словно бы погруженного в волшебный сон. Лишенное души, оно было пока еще живо и прожило бы еще некоторое время, но не слишком долго. Личности в этом теле уже не имелось.

Некромант коротким движением руки подвесил над саркофагом пустую сферу. Тело это ему уже не было нужно, самым ценным являлась душа, заключенная во вторую сферу, на нее большие планы. Но избавляться от ценного материала некромант, тем не менее, не спешил, добыть эльфа было не просто, а значит, необходимо использовать все возможности по полной. Некромант очень любил экспериментировать, и сейчас он хотел проверить, сможет ли вселить в тело эльфа человеческую душу. Заодно и попрактиковаться в этом деле, ведь было бы обидно испортить такой ценный материал.

К сожалению, раздобыть бесхозную душу очень непросто, бог смерти – существо до крайности жадное, за души ему приходится платить, даже за те, которые отбираешь у живых. Так что некромант решил смухлевать, заодно и провести еще один эксперимент, а именно: попытаться украсть душу в другом мире. Теоретически, это не так уж сложно, нужно лишь найти ту, что только-только отделилась от умершего тела и жаждет вернуться к жизни.

Некромант долго готовил ритуал, затем искал нужную душу, наконец нашел и едва успел заключить ее в сферу, как прибежал слуга с известием, что недалеко от усыпальницы древнего мага подчиненная нежить засекла молодого высшего вампира без охраны. Упустить такую удачу маг не мог, работа была брошена на полпути, указать новой душе дорогу к телу некромант не успел. Сфера так и осталась висеть над погруженным в магический сон эльфом. И когда некромант вернулся через несколько часов, довольный добычей, сфера была пуста. А тело по-прежнему лежало в саркофаге.

«Ну что ж, – подумал маг, – скормим эльфа вампиру, все польза».

И пошел дальше творить свои странные эксперименты.

Глава 1

Я не хочу умирать!

Почему такие здравые мысли приходят в голову, когда уже поздно?

Я смотрела на свое тело, распластавшееся на операционном столе, на суетящихся врачей и отчетливо понимала, что фактически уже умерла. На приборе, который должен был контролировать мой пульс, уже продолжительное время тянулась унылая ровная полоса. Один из врачей печально вздохнул, досадливо махнул рукой, и остальные перестали суетиться.

Постепенно все они покинули операционную. На столе осталось лежать мертвое окровавленное тело. Мое тело.

Я все еще не могла до конца поверить, что это произошло со мной. И что все действительно выглядит, как в дурацкой голливудской комедии про привидения. Вот только в отличие от этих комедий сейчас хэппи-энд не предвиделся. Потому что возвращаться мне было некуда.

И ведь умерла я нелепо, прямо по законам жанра. На меня с крыши упала гигантская сосулька. И нет, вовсе не на голову. Тогда не пришлось бы мучиться на операционном столе. Когда с крыши падала эта проклятая сосулька, я уронила перчатку и как раз наклонилась, чтобы ее поднять. Сосулька была острая и тяжелая. Она пробила куртку и воткнулась в тело. Почти пробила меня насквозь.

Кто-то вызвал «скорую». Сознание я потеряла уже в машине. Но так и не пришла в себя, просто в один момент обнаружила вдруг, что вишу под потолком операционной призрачным облаком и наблюдаю, как врачи суетятся над моим бессознательным телом.

Не знаю, а точнее, просто не хочу знать, что такое жизненно важное повредила в моем организме эта сосулька. Да и не имеет значения теперь. Я умерла! Эта простая мысль никак не укладывается в голове, потому что я знаю одно – не хочу умирать!

И что же мне теперь делать?!

Так, стоп, отставить истерику. Еще раз, спокойно. Что делать? То, что я уже умерла, не подлежит сомнению. Но, тем не менее, я все еще существую, несмотря ни на что. Думаю – значит, существую. Где-то так. Значит, есть варианты. Целых три. Я попаду в рай/ад. Я останусь привидением. Я исчезну, как только мое несчастное тело похоронят.

Почему-то ни один из этих вариантов не выглядит привлекательным.

Я не хочу в рай – в ад тем более, – не хочу оставаться бесплотным призраком, потому что это просто ужасное существование. Не хочу исчезать! Хочу – красивое здоровое тело и жить долго-долго!

Господи, услышь меня, это же несправедливо!

Неожиданно перед глазами – если у призраков есть глаза – возник яркий свет, операционная закрутилась с бешеной скоростью. Я почувствовала себя так, словно меня засасывает в гигантский пылесос.

Резкая мучительная боль, и я теряю сознание. Теперь уже, наверное, навсегда…

Я все-таки очнулась. От холода и, как ни странно, от слабости. Состояние было такое, словно я пережила длительную голодовку пополам с тяжелой болезнью.

Или ранение?

«Может, мне все приснилось? – закралась робкая мысль. – Может, врачи меня все-таки откачали? А собственная смерть просто привиделась под наркозом?»

Ну, действительно все это здорово походило на бред. Не может же быть на самом деле, чтобы я, как в кино, умерла и стала привидением! Сказки это все! Значит, ничего на самом деле не было. Сейчас я лежу в больничной палате живая, пусть совсем даже не здоровая. Этим и объясняются моя слабость и зверский голод. Возможно, я лежу тут уже не первый день.

Только что ж так холодно-то? Отопление у них не работает, что ли?

Надо открыть глаза, собраться с силами и найти кнопочку для вызова медсестры. Или как это у них делается? В общем, позвать кого-то. Если я в ближайшее время чего-нибудь не съем, загнусь все-таки.

Сделав над собой усилие, открываю глаза. Ничего не понимаю! Вокруг меня царит полнейшая тьма.

Что в этой больнице не только отопление отключили, но и электричество?

Я с опаской пошевелилась, боясь потревожить рану. И впервые испугалась по-настоящему! Нет, рану я не потревожила, я ее вообще не почувствовала. Зато обнаружила, что лежу не на больничной койке, а на… каменном полу?! И только сейчас до моего заторможенного сознания наконец дошло – запахи тут тоже отнюдь не больничные. Отчетливо воняет подвальной сыростью и гнилью.

Ой, мамочки, что происходит?!

В панике пытаюсь как-то подняться или сделать хоть что-то. Встать не смогла. От резкого движения стало так плохо, что мигом потеряла сознание. В который уже раз.

Второе возвращение к реальности оказалось еще более неприятным. Что-то загрохотало, заставляя меня открыть глаза. Грохот оглушительным эхом прокатился по маленькому помещению. Внезапно с диким лязгом открылась массивная дверь, и меня ослепил яркий свет. Но за короткий миг до того, как пришлось зажмуриться, я успела увидеть в освещенном проеме несколько человеческих силуэтов.

– Вот и твои апартаменты, вампиреныш, вон и ужин валяется, – сказал хриплый пропитый голос с нескрываемой насмешкой. – Можешь его выпить, все равно ушастый скоро загнется.

Издевательский смех в несколько глоток. И над чем они смеются?

Никак не могу понять, о чем они говорят. Что за вампиреныш, что за ушастый?

Потихоньку приоткрываю глаза настолько, чтобы видеть смутные силуэты в дверном проеме и не ослепнуть.

– Заселяйся, кровосос, как раз по тебе апартаменты, – опять издевательский смех. – Мы вам даже свет оставим, чтобы скучно не было.

Двое грубо забросили третьего внутрь. Еще один бросил на пол странный, тускло мерцающий шар. Впрочем, этот неяркий свет для глаз был гораздо приятнее, чем льющийся из дверного проема и бьющий по нервам.

Дверь, кстати, моментально захлопнулась.

Я быстро обшарила взглядом помещение. Сырая каменная комнатушка, толстая железная дверь и не слишком свежая солома на полу. В углу стоит медный помятый кувшин и миска, на которой лежит круглая, зачерствевшая буханка хлеба – желудок истерично вякнул – я, да мой новый сосед. Вот и все, что здесь обнаружилось.

Я принялась гипнотизировать взглядом вожделенный хлеб в глупой надежде, что мне таки хватит сил приподняться и доползти до него, когда голод станет уже невыносимым. А сосед тем временем пытался собрать конечности в кучу и подняться.

Поднялся. Осмотрелся.

– Мде… – выдал скептически и печально. – Это они тебя, что ли, в качестве ужина предлагали?

С трудом отрываю взгляд от хлеба и смотрю на соседа. Ух ты, какой красавчик! Не знаю уж, что было в моем взгляде, наверное, жестокие страдания голодного организма, но сосед поспешил меня успокоить. Очень своеобразно:

– Не бойся, я не голодный пока. И вообще, парень, не волнуйся, я принципиально эльфами не питаюсь.

Не поняла! Так насчет вампиреныша эти неприятные ребята не шутили?! Э-э… еще раз не поняла… какой парень, какой эльф?!

– Эй, приятель, ты еще живой? – почему-то забеспокоился сосед. – Да не паникуй ты так. Я знаю, что вы, остроухие, вампиров ненавидите, но я, честное слово, эльфами не питаюсь!

Какие эльфы?! Мама дорогая, куда я попала?!

Сосед полюбовался моей перекошенной физиономией, быстренько притащил кувшин и попытался меня напоить. Я машинально глотнула. Вода попала в желудок, и тот моментально скрючился от боли. Эта боль тут же предотвратила зарождающуюся истерику. Организм вспомнил, что он хочет ЖРАТЬ.

– Идиот, – шепчу еле слышно, говорить в голос просто нет сил, – лучше поесть дай! Загнуть же сейчас.

Вампир, как ни странно, услышал. Мигом принес хлеб. Взять его в руки я не смогла. Слишком ослабла. Так что соседу пришлось отщипывать небольшие кусочки и класть мне в рот. Хлеб оказался черствым, а жевать тоже тяжело, но упорно жую, а вампир время от времени подносит кувшин к моим губам, давая запить.

Но все же я очень скоро устала, хотя и продолжала чувствовать себя еще очень голодной.

– Хватит пока, – говорит вампир, – тебе, ушастый, сразу много есть вредно.

– Почему ты так ко мне обращаешься? – отвлекшись от насущных проблем собственного желудка, наконец-то удивляюсь я.

– Как?

– Как к парню.

– А ты что, девчонка? – в свою очередь удивился он. – Что-то не похоже.

И внаглую щупает меня… гм, ну, в общем, щупает. Были бы силы, этот хам непременно получил бы по рукам.

– Да нет, все-таки парень, – констатирует невозмутимо.

– Ну, ты наха-а-а-ал! – поражаюсь. И тут до меня запоздало доходит. Нет, я обычно нормально соображаю, просто от всех этих переживаний мозги набекрень.

Парень?!

Парень!

Лихорадочно щупаю себя. Ой, мама дорогая, я парень! Этого не может быть! У меня мужское тело! …! …?! Нет, это я не матом ругаюсь, это у меня в голове одни многоточия пополам с восклицательными знаками.

– Я слышал, что у эльфов в неволе крыша едет, – тихо замечает сосед, – но чтоб уж так!..

Эльфов?

На восклицательные знаки уже не осталось сил. Теперь ощупываю свои уши. И вправду острые. Эта новость меня неожиданно успокоила. Ну, уши, ну, острые. «Интересно, может, и правда, умом повредилась?». Только я могла оказаться в такой нелепой ситуации. Умереть пробитая гигантской сосулькой и очутиться в теле эльфа, к тому же мужского пола.

Да еще в грязной камере в компании вампира. Это не я сошла с ума – это мир сошел с ума.

Глава 2

Странный этот эльф какой-то. Лежит, щупает себя везде, и глаза шалые, будто только что кувшин эльфийского вина проглотил. С виду совсем молоденький, был бы человек – сказал бы лет – шестнадцать не больше, а так, наверное, около двадцати. По их эльфячьим меркам – совсем еще дите. Как он здесь, интересно, оказался? Тоже здешнему магу не вовремя под руку подвернулся? На эксперименты?

То, что эльфа заперли в этой темнице, значит лишь одно – он не нужен живым. Даже дети знают, что ушастые в неволе быстро чахнут, и для них это, пожалуй, худшая смерть, если не считать клыков вампира, конечно. Чем моложе эльф, тем быстрее он погибает в неволе. Этот вон как ослаб, даже есть самостоятельно не может.

Впрочем, раз уж меня посадили в одну камеру с ним, значит, – точно не нужен. Или нужен только как корм для меня. Они же не знают, что я эльфами не питаюсь. Дело вовсе не в том, что они не питательные, очень даже наоборот. Кровь эльфов по сравнению с человеческой – гораздо лучше для вампира. Жизненной силы и энергии в них намного больше. Бессмертные, как-никак. Короче, я не привередливый, просто Наставнику обещал эльфов не обижать, он к ним слабость питает.

Данное Наставнику обещание лучше не нарушать. Потому что я его уважаю и где-то даже люблю. И еще это крайне рискованно: прибьет, наплевав на мою нежную привязанность. Я, вообще-то, именно потому и дал обещание. Наставник сказал: «Убьешь хоть одного эльфа – голову оторву». А он может, запросто. И что было делать? Пришлось пообещать, что «никогда-никогда».

Так что этого мальчишку я не выпью. Даже помогу. Потому что на самом деле эльфы мне и самому нравятся, красивые они. И вообще ребята без комплексов.

Я украдкой покосился на ушастого. Лежит на полу, глазищи безумные в потолок вперил. Красивые, кстати, глазищи, как у всех эльфов – большущие, раскосые, редкого такого бирюзового цвета. Радужка, как водится, неправдоподобно яркая.

– Эй, ты в порядке? – спрашиваю.

– Нет, – отвечает вяло, – а что не видно?

– Видно. – Действительно видно, стал бы я иначе спрашивать. Пришибленный он какой-то. Наверное, успел-таки умом повредиться.

– Чего тогда дурацкие вопросы задаешь?

– Гм… да так просто… – А может, все не так плохо? Раз огрызается, может, не совсем крыша поехала? Не хочется мне тут сидеть с буйным эльфом. Еще кидаться начнет. Если доползет, ага.

– Ты правда вампир? – спрашивает ушастый неожиданно.

– А что, не видно? – отвечаю его же вопросом.

– Не знаю, я раньше вампиров не встречал… – фразу он закончил скомканно, словно хотел сказать что-то еще, но оборвал себя на полуслове.

– И скажи спасибо! Не все же такие эстеты, как я. Другой бы тебя мигом выпил. Эльфы для нас – натуральный деликатес.

– Значит, правда вампир, – констатирует отстраненно.

– Угу, – соглашаюсь задумчиво. Меня внезапно осенило, что ушастый, возможно, не боится потому, как не верит, что я вампир. Как бы сейчас истерить не начал. Эльфы, они нервные.

Ничего подобного. Зато он задал такой вопрос, что я чуть сам не впал в истерику!

– А я правда эльф?

Я начинаю бояться этого ушастого, вот честное слово! Он хоть и не буйный, но явно сильно не в себе.

– А ты сам не знаешь? – спрашиваю осторожно.

– Нет, – отвечает с каким-то подозрительным равнодушием. Задумался на пару мгновений. – Я вообще о себе ничего не знаю. Я очнулся, когда тебя сюда притащили, а что было до этого, не знаю.

– Совсем? – удивляюсь я. – Имя свое хоть знаешь?

– Нет, – односложно и как-то слишком быстро. Он это уже обдумывал?

Нда, если подумать – совсем плохо. Эльф, потерявший память? В первый раз такое слышу. Но парень, похоже, не притворяется. Бедолага.

Но, вообще-то, это бред собачий. Не бывает эльфов с амнезией. Мозги у них не так устроены. Что же тут с мальчишкой сделали, чтобы довести до такого состояния?

– Ты не ответил, – напоминает ушастый, – я правда эльф?

– Самый настоящий, – подтверждаю, – все на месте – и уши заостренные, и глазищи раскосые, и вообще, весь смазливый, хоть и грязный.

Ушастый поморщился. Грязным ему быть не нравится. Могу его понять, мне бы тоже не понравилось. И вообще, если я в ближайшее время отсюда не выберусь, тоже стану грязным и вонючим.

Дернул же меня черт остановиться на ночлег в землях, где стоит замок некроманта. Совсем бдительность потерял.

Надо как-то выбираться из этой некромантской твердыни.

Осталось только решить – как. У меня набралось уже три варианта и, что характерно, ни один не нравится. Ну, во-первых – и самое простое – призвать своих вампиров. Они, конечно, услышат мой Зов откуда угодно, хоть со дна морского. Придут. И всех тут, как водится, поубивают. А я опозорюсь на всю оставшуюся, практически бесконечную, жизнь. Лорд, который попался в лапы человеческому магу – позор!

Второй вариант попроще – создать индивидуальный портал. Благо этому искусству Наставник меня обучил, а магия тут используется самая обычная – не вампирья. Так что стены темницы, зачарованные против вампиров, меня не удержат. Но вот же незадача: телепортироваться я могу только на малые расстояния и в одиночку. А ушастого мне почему-то бросать не хочется. Вот спрашивается: на что мне сдался этот на голову ушибленный эльф? Он мне никто и звать никак, причем в прямом смысле, он же ничего не помнит. Что мне о нем беспокоиться? Но не могу почему-то вот так взять и смыться. Этот эльф, наверное, первый, кто относится ко мне спокойно, не шарахается, истерик не устраивает, убить не пытается. И потом, Наставник мне этого не простит, могу поспорить.

Значит, второй вариант тоже не годится. Да и не к лицу Лорду убегать от врагов, от врагов желательно избавляться. Даже если у тебя всех положенных Лорду способностей пока что мышкин хвостик.

Выходит третий вариант. Телепортироваться за дверь темницы, убить стражу, открыть дверь. Забрать ушастого и идти убивать мага.

У этого плана имеется один, однако, существенный недостаток – эльф. Он и ходить-то не в состоянии. Что ж, мне его на себе таскать? Много я так навоюю?

Вот незадача! Что ж делать-то?

Я пребывала в шоке. Оказаться в теле эльфа, да еще и мужского пола! В голове не укладывается.

Я даже соседа на всякий случай переспросила. Ну, вдруг он пошутил.

Не пошутил. Да и какие тут шутки! Уши-то вот они, типично эльфячьи. И вообще, телосложение, насколько удалось понять наощупь, хрупкое и изящное. Ладно, примем как данность – я парень, да к тому же и эльф.

Боже, как я с этим жить буду?!

Так стоп, вдох-выдох. Нельзя срываться в истерику!

Как буду, как буду?! Вот именно что буду! Все равно это гораздо лучше, чем быть привидением. Теперь я хотя бы жива. Пока, по крайней мере.

Интересно, что стало с прошлым хозяином этого тела? Может, он действительно сошел с ума в этой темнице? И за что его, бедолагу, здесь закрыли? Хотя единственный, важный на данный момент вопрос: как я буду отсюда выбираться?

– Эй, – позвала я впавшего в задумчивость вампира, – тебя как зовут?

Он посмотрел на меня рассеянно, моргнул, взмахнув по-девчачьи длинными и пушистыми ресницами. Боже, что за лапочка!

– Зови меня Лорд, – после короткой паузы заявил вампир.

– Это что имя? – удивляюсь. Больше на собачью кличку похоже. Но вслух я этого, конечно, не сказала.

– Это титул. И почти официальное имя.

– А нормального имени у тебя что, нет? – удивляюсь еще больше.

– Есть, – почему-то грустно вздыхает. – Но я не имею права его кому-то называть. Во всяком случае, не так вот сразу.

– Угу. Ну, Лорд так Лорд. А я… – замолкаю на полуслове. А как же мне назваться? Не женским же именем!

– Что?

– Не знаю, – решаю сымитировать потерю памяти, а то мало ли. – А какие бывают эльфийские имена?

Вампир пожал плечами.

– Я в эльфийских именах не очень разбираюсь. И вообще, все ушастые к имени очень серьезно относятся. Не стоит называться непонятно кем, потом проблем не оберешься.

– И что же делать? – огорчилась я. Своим настоящим именем я назваться просто не могу. Оно женское и к тому же не эльфийское, никаким боком.

– Прозвище какое-нибудь придумать, – посоветовал вампир. – Вдруг ты когда-нибудь настоящее имя вспомнишь.

– Тогда придумай мне прозвище, – попросила я. Сама я точно не рискну. Еще придумаю что-то не то.

Лорд задумался. А я тем временем разглядывала его, попутно потихоньку общипывая черствую буханку хлеба. Интересно, сколько ему лет, ведь если верить сказкам, вампиры не стареют? На вид чуть-чуть за двадцать. Гибкий, стройный, но под тонкой рубашкой просматриваются вполне рельефные мышцы. Однако не выпирающие, как если бы он их специально качал, а как бы немного сглаженные. Сразу видно, что все это образовалось от занятий каким-то боевым искусством, а не тренажерами, впечатление производит. Кожа у него бледная, мерцающая матовая, даже на взгляд холеная и шелковистая. По плечам спадает волна густых, запредельно черных волос, длиной чуть ниже талии. Потрясающая шевелюра, аж зависть берет. Лицо очень правильное, почти идеально красивое. Утонченные черты, изумительной формы, четко очерченные губы, не пухлые, но и не тонкая ниточка. Как раз то, что надо. Чернющие чуть раскосые глаза под пушистым веером ресниц. Прямой нос с тонкими чуткими ноздрями.

С ума сойти, я не предполагала, что человек может быть настолько красив! Впрочем, он и не человек вовсе. Может, вампирам так и положено?

Ну почему мне так не повезло? Почему это чертово тело не могло оказаться женским? Рядом сидит такой потрясающий парень, в него запросто можно влюбиться. Да встреть я его раньше, все бы отдала, но обратила на себя его внимание. А сейчас что делать?

– Я буду звать тебя Тэйли, – неожиданно сказал Лорд.

– Это что значит? – переспросила я. Нет, звучит-то неплохо, но интересно же, кем он меня обозвал.

– Не скажу, – хитро ухмыльнулся вампир. И вдруг без всякого перехода: – Ты как себя чувствуешь?

И я вспомнила, что еще полчаса назад чувствовала себя так, словно вот-вот помру. А сейчас… и ничего так! Слабость потихоньку отступила. Странная ломота во всем теле осталась. Сильный голод удалось заглушить хлебом, который я основательно объела.

– А ты знаешь, – удивленно сообщаю Лорду, – нормально я себя чувствую.

– Замечательно! – чему-то обрадовался он. – Ты очень быстро восстанавливаешься.

Вот чем он, спрашивается, так доволен? Будто я его любимый родственник. Мое хорошее самочувствие его сильно обрадовало.

А ведь я действительно быстро восстанавливаюсь. С чего бы это? Не оттого же, что хлебушка поела? Прямо как в сказке.

Внимательно прислушиваюсь к своим ощущениям. Надо бы попытаться осторожно подняться на ноги. С некоторым трудом, но мне это все же удается. Сразу же обнаруживается проблема – я совершенно не представляю, как владеть новым телом. Несколько шагов по маленькой камере выглядели так, словно их сделала марионетка на веревочках. Причем веревочки безнадежно перепутались. Меня качало из стороны в сторону, ноги и руки двигались совершенно невообразимым образом, словно на неисправных шарнирах. Хорошо, что я не вижу этот ужас со стороны!

Сейчас я в полной мере ощутила, насколько это тело чужое. Не тот центр тяжести, не тот вес, рост, длина рук. Все чужое.

Вампир с интересом наблюдал за моими манипуляциями.

Я старательно и осторожно училась пользоваться чужим телом. Два шага вдоль одной стены, поворот, два шага вдоль второй, поворот, переступить через ноги вампира, шаг, поворот…

Монотонное движение. Странно, но это тоже словно придает мне дополнительные силы. И потихоньку я начинаю чувствовать это тело не как одежку с чужого плеча, а как свое, хоть пока еще и не слишком привычное. И чем больше привыкаю, тем лучше самочувствие.

Я упорно вышагивала по нашей камере и украдкой поглядывала на Лорда. Он очень красивый, взгляд сам так и притягивается. В такого легко влюбиться, и, кажется, именно это со мной происходит. Но мне ничего не светит, как он меня воспринимает? Грязный, оборванный эльф, товарищ по несчастью, да еще на голову больной, по всему видно.

Может, рассказать ему правду? Но что это даст? Я в мужском теле, и что бы ни сказала, он все равно будет воспринимать меня как парня. Обидно, ну просто до слез! Что за невезуха, а?

А с другой стороны, сколько я еще смогу притворяться? Мне с большим трудом удается все время напоминать себе, что я теперь парень, а не девушка. Приходится все время следить за собственным поведением. Но если говорить правильно мне еще с трудом, но удается – вместо сделала – сделал, я пошла – я пошел – то вести себя, как парень, мне не удастся ни в какую. Что он обо мне подумает?

Да блин, какая разница, что он обо мне подумает! Не хочу сидеть в этой чертовой тюрьме! Хочу выспаться в мягкой постели, отмокнуть в горячей ванне, и вообще мне здесь не нравится.

– Лорд… – позвала я, но задать вопроса не успела.

Дверь камеры с грохотом и лязгом открылась. В ярко освещенном проеме появилось три дюжих мужика с арбалетами. Я, честно говоря, больше заинтересовалась, чем испугалась. Арбалетов вживую я раньше не видела.

– Эй, вампиреныш, ты, смотрю, эльфа еще не схарчил? – насмешливо спросил один из типов, по всей видимости, это стражники. – Зря, теперь уже не успеешь. Выходи, хозяин желает тебя видеть. И смотри без фокусов, а то разом стрелами нашпигуем.