- -
- 100%
- +
Всеслава замолчала и, глядя в глаза оторопевшим мальчикам, с нетерпением, ждала их ответа.
– Разве принято называть плавающее именем летающего? – наконец невозмутимо спросил Светловзор.
– А мы будем так быстро нестись по воде, как будто лететь, – задумавшись лишь на мгновенье, выпалила девочка.
– Забавно, – ответил Твастар. – А ведь мне, намедни, и вправду помыслилось сделать нашу ладью летающей…
Все ошеломлённо посмотрели на мастера, а на лице Всеславы неудержимо начала расплываться шкодная улыбка. Заметив это, Твастар сдвинул брови и полным решимости голосом произнёс:
– Ну, доколе мне ещё повторять!?! В минувший раз несообразность случилась!
Мгновенье спустя все повалились от хохота на траву, и лужайка озарилась дружным заливистым смехом.
До полудня друзья трудились над будущим Соколом: долбили, строгали, выпиливали, вытачивали, оглаживали, зачищали, укрепляли. Твастар зорко следил за всем, показывал, как надо делать согласно соразмерности и объяснял предназначение того или иного отверстия, выпуклости или изгиба.
Спустя некоторое время великий мастер взглянул на палящее над головой солнце, отёр пот со лба и возвестил, что «покамест довольно».
Искупавшись в озере, друзья с радостью согласились помочь Радомиру подготовиться к вечернему собранию гостей в его новом доме.
– Чтобы определить, где будет стоять твоё будущее жилище, надобно четыре камня с четырёх сторон света принесть, – сказал Твастар, выйдя из воды и укладываясь на траву в тени могучего кедра.
– По камням у нас Светловзор главный! – воскликнула Всеслава, смешно прыгая на одной ноге и тряся головой, чтобы высвободить воду из уха.
– Я камни красивые собираю, – немножко смутившись, пояснил Радомиру Светловзор. – Они у меня дома хранятся. Если хочешь, я тебе в следующий раз покажу.
– Мне порою грезится, что камни те Светловзору дороже, чем мы, – смеясь, воскликнул Твастар. – Он их ежедень разглядывает, протирает, в воде купает.
Светловзор на это лишь ещё больше покраснел, но предпочёл не отвечать на глупые шутки мастера.
– А ведь нас как раз четверо! – вдруг сказала Всеслава. – Давайте разделимся, каждый найдет по одному камню и принесет к дому Радомира.
Посовещавшись, было решено, что Твастар пойдет на закат, Светловзор на восход, Всеслава, как самая быстрая, отправиться на полдень, а Радомир останется на полночи.
– Каменья ищите прочные, – напутствовал всех напоследок Твастар. – Они станут первой опорой для дома.
– И гладкие! – добавил Светловзор. – Они лучше силу хранят!
Оставшись один, Радомир начал бродить в поисках камня и рисовать в своем воображении красочные образы будущего жилища.
«Ты уже нашёл камень?» – вдруг услышал он в голове отчетливый голос Всеславы.
«Нет ещё… а ты?» – мысленно спросил он.
«И я ещё нет. Вот сейчас на пригорок карабкаюсь. Может быть, там сокровище твоё кроется».
Эту мысль Радомир не только услышал, но и сумел, словно сквозь туман, разглядеть! Вот пригорок. А вот очертания Всеславы, залезающей на его верхушку. Сосредоточившись, он приблизил лицо Всеславы и отчётливо увидел её изумрудно-зелёные глаза. Девочка обернулась и подмигнула ему с радостной улыбкой.
«А как это происходит?!?» – поражённо спросил Радомир, застыв на месте.
«Очень просто. Надо мысленно вытеснить воображение за рамки своего воображения, и тогда видимая действительность выйдет за рамки действительной видимости!» – услышал он звонкий голос.
Радомир попытался осознать сказанное, но, чем больше думал, тем меньше понимал смысл услышанного.
«Хватит без толку стоять, – вновь зазвенел голос. – Твастар и Светловзор уже нашли свои камни».
Растерянно оглядевшись вокруг, Радомир решил углубиться в чащу кедрового леса, в надежде там отыскать нужный камень. Протоптав вдоль и поперёк около версты, он вздохнул и сел на пенёк. И тут его поразила очевидная по своей простоте мысль.
«Если я мог увидеть Всеславу на расстоянии четырех вёрст, может я так же смогу увидеть свой камень?!?»
Закрыв глаза, Радомир сперва представил себе то место, где он сидит. Затем, чтобы расширить обзор, он постарался мысленно подняться выше и вдруг увидел внизу самого себя! От неожиданности, он резко открыл глаза и свалился с пенька, ощутимо ударившись о землю плечом.
Поморщившись, он потёр ушибленное место и решил в этот раз остаться сидеть на земле. Прислонившись к пеньку спиной и устроившись поудобнее, Радомир, вновь закрыл глаза и мысленно поднялся до верхушек деревьев. Чувство лёгкости смешивалось с ощущением легкого головокружения. Оглядевшись вокруг, Радомир снова увидел внизу самого себя, затем взлетел ещё немножко повыше и осторожно поплыл над верхушками исполинских деревьев.
Это было неповторимое ощущение! Радость переполняла Радомира. Он чувствовал, как, готовое выпрыгнуть из груди, учащённо бьётся его сердце. С высоты своего полёта он увидел лес, озеро, маленькие деревянные домики и даже Родослова, сидящего в зелёном моховом кресле возле своего дома.
Вспомнив про цель своих поисков, Радомир решил сосредоточиться на обнаружении камня. Вернувшись к тому месту, где он сидел у пенька, мальчик стал медленно парить над деревьями, вглядываясь в землю. Описав один круг, за ним другой, Радомир вдруг увидел Котофея, который смотрел на него снизу вверх и приветственно мяукал.
Спустившись пониже, он с удивлением обнаружил, что кот сидит у небольшого, размером с голову, камня. Белоснежный, с ярко-зелёной вкраплённой полосой, он имел очень гладкую поверхность и отражал радостные лучи клонившегося к закату солнца. Запомнив место, Радомир мысленно вернулся к пеньку и осторожно открыл глаза. Несмотря на ощутимую усталость, он вскочил на ноги и побежал туда, где его ждал всеведающий кот.
Без особого труда отыскав то место, он поднял камень, который оказался достаточно увесистым. Благодарно погладив урчащего от удовольствия Котофея, Радомир торопливым шагом направился к своему дому.
Друзья уже ждали его в назначенном месте.
– Мы уже начали опасаться, что твои поиски тебя в Гиперборею заведут, – с улыбкой приветствовала его Всеслава.
– Это что за страна такая? – поинтересовался Радомир.
– Гиперборея – то же, что Даария – страна наших Прародителей. Она за Бореем находилась, то есть за Северным Ветром, – пояснил Светловзор. – Поэтому наши Прародичи – Гипербореями прозываются. Или, по-другому, те, кто жили за Северным Ветром.
– А что же потом случилась с этой страной?
– Это долгая история, – немного грустно сказал Светловзор. – Я тебе её как-нибудь позже расскажу.
– Ну а теперь пора уж за дело приниматься! – потирая руки, возвестил Твастар.
Поправив свой берестяной ободок, он попросил друзей встать в центре поляны и начал отсчитывать шагами расстояние от края до края, при этом втыкая в землю заранее заготовленные колышки. Светловзор, Всеслава и Радомир с удивлением смотрели на это мероприятие, наготове держа свои камни и ожидая дальнейших указаний великого мастера.
Довольно долго ходив взад и вперёд, Твастар, наконец, осторожно положил свой камень на землю. Затем, взяв длинную палочку, почти с него ростом, он восемь раз отложил её расстояние и, поглядев на Светловзора, торжественным голосом произнес:
– Дариец! Подаждь ми каму с восходу.
Светловзор послушно подал свой камень, и Твастар торжественно положил его на нужное место.
– Если речь заходит о строительстве, нет никого главней Святорусов, – тихо сказал Светловзор, возвращаясь к улыбающимся Всеславе и Радомиру.
Твастар окинул взглядом уже водруженные два камня, взял палочку покороче и шесть раз отмерил ей землю в другую сторону.
– Харийка! Возлагай сюда камень с полудня! – уверенным голосом произнес он.
Всеслава, пытаясь подражать величественному настрою Твастара, гордо вскинув голову, подошла к нему большими шагами и, с игривой улыбкой, водрузила свой камень, словно бы он был из золота.
Мастер нахмурил брови и, недовольно покачав головой, передвинул камень на пол пяди в сторону. Затем вновь тщательно отмерил разными палочками расстояние от двух диагональных камней и остановился на пересечении этих двух линий.
– Расин! Водружай камень с полуночи!
Радомир осторожно опустил свой камень на землю. Получился немножко несоразмерный квадрат. Обойдя вокруг камней, Твастар ещё раз перемерил все расстояния, посмотрел на солнце, замерил падающую на поляну тень и, наконец, с довольным видом посмотрел на Радомира.
– Вот, где каменья с четырех сторон зиждятся, там и будут углы твоего дома! – довольно произнёс он.
– А почему стороны-то неровные? – с интересом оглядывая разложенные камни, спросила Всеслава.
– Дом живым должен быти, а всё живое – вмале неровно. Понеже по Родному Всемеру главное – соразмерности соблюсти! А ровность можно немножко подвинуть, – обиженно, ответил Твастар. – Тем более что земля здесь наклон небольшой имеет и…
– Ты молодец, Твастарушка, – перебила его Всеслава, забавно потрепав великого мастера по голове, отчего его белокурые волосы встали дыбом и берестяной ободок свалился на землю. Похожий на огромный одуванчик, Твастар обескуражено смотрел на смеющихся друзей.
– Силы Небесные! Теперь я точно вижу, что ты потомок Великого Рода Святорусов, – превозмогая хохот, сказал Светловзор.
– Ух, я вам сейчас покажу, Дарийцы с Харийцами! – смеясь, крикнул Твастар и пустился в погоню за убегающими Светловзором и Всеславой.
В это время на лужайку стали подходить первые гости. Вставая вокруг обозначенного камнями места, они, наконец, образовали большое кольцо, внутри которого стоял Радомир со своими друзьями. В руках гости держали саженцы деревьев, небольшие ростки различных цветов и целебных трав.
Когда круг замкнулся, вперёд вышел Родослов.
– Да хранит твой дом сила предков, Радомир! – сказал старец. – Пусть сад прекрасный твой дом окружает, друзья твой дом защищают, пусть мир в нём всегда царит, пусть слава о нем ввысь летит! Отныне это – твоя земля! Твой Род будет жить здесь, тебя прославляя!
Оторопев от такого торжественного приветствия, Радомир неожиданно для самого себя, приложил правую руку к сердцу и поклонился. Китежане все как один поклонились ему в ответ.
– Перед тем, как подарки тебе начнём мы дарить, – продолжал старец с улыбкой, – скажи нам, как дом твой называться станет.
В замешательстве Радомир посмотрел на стоявших рядом друзей и, выступив на шаг вперёд, сказал:
– Хотел я вашего совета о том спросить, гости славные. Что должно имя дома в себе содержать?
– Что ж, – ответил Родослов, – хорошо, если в названии связь с прародиной будет и символ добрый. Ты из Славного Рода Расинов, что с Ингарда-звезды, внук кареглазого Тарха Даждьбога, правнук Перуна Пресветлого, праправнук Сварога Многомудрого. Солнце Даждьбога светит в Чертоге Расы, ещё называемой Пардом иль Рысью. Пард – мудрый зверь, что цветом очей с Расинами схож.
На некоторое время над поляной воцарилось молчание. Подойдя ближе к Радомиру, Всеслава наклонилась к его плечу и тихим голосом прошептала: «Парда еще называют Барсом, Пантерой или Леопардом. А ещё в заснеженных Ирийских горах водится белый барс. Предки мои очень его почитают. Это очень благородное и смелое животное. Может назвать твой дом его именем?»
Поразмыслив еще немного, Радомир выступил вперёд и решительно произнёс:
– Название Дому моему будет «Снежный Барс»!
– Что ж, – кивнул старец, – отныне так тому и быть! А теперь, Радомир из Славного Рода Расинов, из Дома Снежного Барса, принимай подарки.
С улыбками гости стали по очереди подходить к Радомиру и показывать принесённые дары.
– Будь славен твой дом! – сказал Пересвет из Рода Харийцев, держа в руках молодой саженец вишни. – Хочу подарить тебе священное дерево, которому покровительствует Многомудрый отец Сварога, сам бог Род, которого ещё называют Вышень. Это дерево обязательно приживется в твоем саду, и уже совсем скоро будет радовать тебя и друзей твоих сладкими ягодами. Вишня очень любит солнце и тёплую землю. А теперь укажи мне место, где я посажу её в подарок тебе.
Представив в мыслях свой будущий сад, Радомир указал на открытое, светлое место справа от будущего дома. Пересвет, отмерив квадратную площадку со стороною в сажень, тут же принялся за посадку саженца.
Следующим подошёл Велимудр. У него была небольшая деревянная кадушка, которую он нёс очень бережно.
– Это улей, – пояснил он. – Я научу тебя, как за ним правильно ухаживать. Тогда пчелы будут не только тебя медком баловать, но и помогать цветам и деревьям твоего сада правильно развиваться.
– Ты такой умный! Откуда ты всё это знаешь?!? – поблагодарив малыша, удивлённо спросил его Радомир.
– Умный не тот, кто всё знает, а тот, кто быстро и охотно учится! – улыбнулся малыш.
Поведав Радомиру ещё некоторые тонкости пчеловодства, Велимудр отправился устанавливать улей в дальний край поляны.
Один за другим гости подходили и объясняли Радомиру, что и зачем они принесли в подарок и, внимательно выслушав пожелания мальчика, отправлялись высаживать будущий дивный сад.
Последним к Радомиру подошёл дедушка Родослов. В его руках было что-то совсем маленькое. Он открыл ладонь, и мальчик увидел, что там – кедровая шишка.
– Здесь хранится вся сила Великого Кедра, правителя славного леса, – пояснил старец. – Как раз её хватит на небольшую кедровую рощицу. Но не сади семена слишком близко друг к другу, любят они простор и свободу. Если ты их через шесть саженей поставишь, будут они быстрее расти, чтобы ветвями к братьям своим скорей прикоснуться. Станут они гордостью и удивительной красотой твоего сада.
– А разве ты не поможешь мне, Родослов?
– Перед тем как высаживать чудо-орешки, надо их семь дней в тёплой воде подержать. А потом, перед тем как их в землю класть, надо их в рот под язык положить, чтоб они слюной твоей пропитались и тебя тем самым запомнили.
– Дедушка, а зачем они меня запомнить должны?
– Весь сад, всё пространство тебя полюбить должно. Тогда всё тебе тут радоваться будет и помогать, если надобно.
Сердечно поблагодарив старца, Радомир взял шишку и огляделся по сторонам. Вокруг вовсю кипела работа, и полянка преображалась прямо на глазах. Рядышком уже были посажены молодые вишни, за ними, ещё немножко несуразные, торчали кустики будущих ягод крыжовника, малины и ежевики. Перед будущим домом виднелись будущие цветочные клумбы, а северная сторона поляны уже была отделена зеленой стеной из плотнорастущих хвойных деревьев. Радомир принялся помогать то тут, то там, изучая премудрости садоведения и с радостью наблюдая за тем, как его дом – дом Снежного Барса – превращается в удивительный по красоте сад.
Глава 8. Сокол
Собирался Месяц скорешенько,снаряжал небесную лодочку —нос-корма у нее позолочены,рытым бархатом обколочены.А борта жемчугами иссеченыи увиты златом и серебром.«Песни Птицы Гамаюн», Клубок шестойВремя в Китеже летело быстро. Каждое утро и вечер друзья ходили на веду с мудрым старцем Родословом. Днём же все вместе трудились в цветущем саду Радомира, купались в озере или проводили время на Укромной Полянке, где вовсю кипела работа над лодкой.
Под мудрым началом Твастара, друзья покрыли деревянный остов Сокола особым раствором, который придал ему прочность; затем вставили лавочки-сидушки и принялись работать над вёслами.
Радомиру всё было очень интересно, и он засыпал Твастара многочисленными вопросами. Мастер же был очень рад поведать Радомиру знания, которые из поколения в поколение передавались в его роду.
«Любая мелочь свой толк имеет! – любил повторять Твастар. – Во всём есть свой особливый смысл!»
– А почему мы для остова лодки именно кедр взяли? – как-то спросил Радомир, осторожно обводя края бортов васильковой краской.
– Потому что кедр лёгкостью обладает и мягкостью. Его обрабатывать легче, – ответил Твастар, что-то вытачивая на носу Сокола.
– А разве это хорошо, когда корпус мягкий? – удивился Радомир.
– Для того мы его зазнамо раствором защитным покрыли, он как раз кедру крепости придаёт.
– А лавочки почему же тогда из дуба?
– Сидушки должны тяжелее быти, чтобы Сокол устойчивостью обладал.
– Сколько ты, Твасти, кушаешь, тебя и вправду только дуб выдержать сможет! – засмеялась Всеслава. – А не боишься о дубовую твёрдость свою мягкость отшибить?
– Не боюсь! – улыбнулся Твастар. – Тем боле, что мы наши лавочки-сидушки нонче ватолой обвернём.
– А что это за «ватола» такая? – спросил Радомир.
– То такая мягкая ткань из толстой пряжи. Из неё особливо ладно одеяла и подстилки выходят, – ответил мастер, вытаскивая из мешка бережно смотанную верёвку.
– А это ещё зачем? – воскликнула Всеслава, подбежав к мастеру и схватившись за верёвку рукой.
– То суть кудельные нити, – нахмурившись, ответил Твастар, забирая верёвку у любопытной девочки.
– А чего они пахнут так странно? – нюхая свою руку, поморщилась Всеслава.
– И ничтоже странного тут нет! Я их, перед тем как в верёвку сплетать, цельных два дня в отваре из дубовой коры вымачивал, понеже прочность и стойкость повысить.
– А зачем она нам? – спросил Радомир.
– Это обвязка, что вдоль борта пойдёт. У неё много предназначений, вот, например, если Славка за бортом окажется, чтобы ей было за что ручонками ухватиться.
– А чего это я за бортом окажусь? – насторожилась Всеслава.
– А мы будем тобою глубину измеряти!
– Да ну тебя, пустобрёха… – махнула рукой Всеслава и, нарочито развернувшись спиной, принялась помогать Светловзору лощить вёсла.
– А вёсла у нас из кедра или из дуба? – спросил Радомир, помогая Твастару с обвязкой.
– Нет, – улыбнулся мастер, – вёсла у нас из клёна. У него древесина плотная, а со временем ещё больше волокнами скручивается. Поэтому, чем старше станутся наши вёсла, тем более упругими и вязкими сделаются. Любым бурям и течениям с лёгкостью супротивиться станут.
Так проходил день за днём, неделя за неделей, и вот, наконец, настал долгожданный день испытаний!
Обгоняя друг друга, вихрем неслись друзья к своему укромному месту, где их ждал Сокол. Вытянутый нос лодки гордо вздымался вверх, а грациозные, опоясанные небесно-голубой полосой, борта светились на солнце мягким бежевым цветом.
Твастар нежно погладил дерево рукой, одобрительно кивнул и воскликнул:
– Ну что ж, защитный слой уже высох. Пора нашу лодию на воду ставить!!!
Взяв лодку с двух сторон за специальные выдвижные ручки, друзья бережно понесли её к пологому берегу Светлояра. Войдя по колено в озеро, они осторожно опустили Сокола на воду, и он, словно радуясь, закачался на лёгких волнах.
– Какой красивый! – восхищенно промолвила Всеслава, – Твастар, ты молодец! У тебя здурово получилось!
– Без вашей помощи ничего бы не вышло, – скромно ответил мастер, со светящимся от радости лицом. – Залезайте внутрь, а мне нужно ещё кое-что тут померить.
Светловзор, Всеслава и Радомир перелезли через высокие борта и уселись на удобных мягких скамейках. Внутри приятно пахло деревом. Вёсла, вставленные в уключины, нетерпеливо поскрипывали, словно спрашивая, когда же они понесут лодку по водной глади.
Твастар в это время, находясь по грудь в воде, тщательно замерял расстояние от верхнего края борта до воды. Сперва он измерил с одной стороны, затем с другой. Вид у него был несколько растерянный.
– Корова чёрная, а молоко белое… больно мудрёно… – бормотал он себе под нос. – Неуж сызнова несообразность случилась… отселе доселе поменьше должно…
– Чего ты там бормочешь, великий мастер? Али случилось чего? – нетерпеливо подпрыгивая на сидушке, крикнула ему Всеслава.
– Покамест не разобрал, – ответил Твастар, задумчиво почёсывая белокурые волосы. – Ано согласно моим замереньям, Сокол с нами внутри вмале ниже должон опуститься…
Твастар вновь обошёл вокруг лодки, как вдруг, прямо около него, из-за борта выглянуло озорное веснушчатое лицо Всеславы.
– Твастарушка, – прошептала она загадочным голосом, осторожно оглядевшись по сторонам, – может это потому, что в лодке ещё тяжёленького мастера не хватает!?!
Из-за борта послышался звонкий смех. Твастар залез в лодку и, перевесившись, повторил свои замеры.
– И правда, – сказал он с улыбкой, – я ведь вес на нас четверых рассчитывал.
– То есть больше четырёх человек Сокол не вынесет? – поинтересовался Светловзор.
– Да он и полдюжины легко поднимет! – ответил Твастар. – Только будет быстрее всего и проворней, когда нас четверо в нём восседает.
Оглядев ещё раз пристальным взглядом, нет ли внутри течи, Твастар с важным видом устроился у руля и скомандовал держать курс на противоположный берег.
Светловзор и Радомир дружно взялись за вёсла и Сокол, послушно заскользив по волнам, гордо вышел из заводи.
Несмотря на то, что мальчики гребли в пол силы, лодка, словно птица, удивительно быстро и бесшумно летела по воде. Заметив удивленные взгляды друзей, Твастар довольно улыбался, но молчал, ожидая очевидного вопроса.
– Великий мастер, – наконец не выдержала Всеслава, – как же ты это сделал?
– Здесь есть несколько заповедных секретов! – с удовольствием начал объяснять Твастар. – Во-первых, особливая форма, по Родному Всемеру размеренная. Во-вторых, особливый раствор, оным мы наружные борта покрыли. На воде тот раствор пузырьки образует, иже Соколом править дюже сподручно. Во-третьих, в задней части я поместил ларь неприметный, видите? И ежели этот короб с помощью этого рычажка приоткрыть… – с этими словами Твастар резко дёрнул вниз маленькую деревянную ручку, располагающуюся в хвосте лодки, слева от руля.
Внезапно вода под лодкой забурлила, и Сокол, подпрыгнув на месте, рванулся вперёд так быстро, что у всех засвистело в ушах. Светловзор и Радомир с трудом удержались на местах, да и то, только потому, что крепко держались за вёсла. Всеслава же от неожиданности кубарем повалилась с сидушки.
Резко дёрнув правило на себя, Твастар повернул ускорительный рычаг назад, и Сокол, описав крутую дугу и срезав огромную волну, как вкопанный замер на середине озера.
– Ух, ты!!! – восторженно произнесла Всеслава, снова взбираясь на лавочку и потирая ушибленную макушку. – Это на чём же твой ускоритель работает?
– На водородной силе! Внутри короба – водоросли особые. При соприкосновении с водой али влажным воздухом, они множество пузырьков выделяют. А те пузырьки уже и толкают лодку вперёд.
– Здурово! – сказал Радомир. – И насколько такого ускорения хватит?
– Пока ненамного, – скромно ответил Твастар. – Водоросли эти больно редкие. Сейчас хватит только, чтобы озеро повдоль переплыть. Потом надо день дожидаться, зане они внутри двигательной коробки сызнова силу набрали.
– Значит, такой ускорительный рывок можно раз в день совершать! – Светловзор в восторге потрепал его за плечо. – Так это замечательно, Твастар! Ты самый искусный мастер, которого я знаю!
Твастар поклонился с довольной улыбкой. Вдруг его лицо озарилось, и он, сунув руку запазуху, начал там что-то искать.
– Я же совсем позабыл, – воскликнул он, доставая из рубахи резную деревянную фигурку парящего сокола. – Вот с этим мы будем воистину самыми быстрыми мореплавателями!
Перебравшись вперёд лодки, Твастар водрузил фигурку на её нос таким образом, что маленький сокол и вправду оказался летящим над водой.
– Вот теперь нам ещё только васильковой краской вёсла покрыть, да обереги к бортам приладить. И тогда уж можно хоть на Синее Море, хоть на Белое, хоть на Варяжское отправляться! – с любовью глядя на Сокола, промолвил Мастер.
– А почему васильковой? – улыбнулась Всеслава. – Небось, под цвет твоих глаз?
– Понеже в воде неприметнее было! – обиделся Твастар. – Чтобы нас костобоки в пути не приметили…
– Да ладно тебе, костобоки… – передразнила его Всеслава. – Сказки всё это. Их уж и нету давно в наших краях.
– А кто это, костобоки? – спросил Радомир.
– Злокозненный народ! – сдвинув брови, ответил Светловзор. – Но войны искусные, тем по миру и промышляют. Где украдут чего, где сломают, чтобы другим не досталось. Родичи мне мои сказывали, что от этих разбойников лучше держаться подальше.
– Да ладно вам. Нас на Соколе теперь ни один костобок не догонит! – махнула рукой Всеслава. – Ты нам, Твастарушка, лучше покажи, как с твоим водородным ускорителем управляться!
Твастар с радостью уступил место Всеславе и подробно объяснил, что и где нужно нажимать.
– Вот, глядите! – ткнул он указательным пальцем в округлый, гладкий как камень, короб. – Это и есть двигательный ускоритель. Тут вот две ручки: справа – правило, то бишь, хвост соколиный, чтоб направлением управлять. А слева, вот тут – ускоритель, оный за скорость главенствует. Ежели его вниз отогнуть, то двигатель приоткроется, пузырьки наружу устремятся, а лодка в противоположную сторону ускорится! А сбоку вот здесь – слюдяное оконце. Оно уровень силы показывает. Если полоска пузырьков наверху, то ускоритель силою полон, а коли внизу, то силушку водородную надо пополнить.