Большая луна

1

Люди, может быть, и все другие существа на Земле, ожидая очередного суперлуния, разделились на два лагеря. Одни верили в то, что более яркий и максимально приближённый к планете её единственный естественный спутник снизошлёт им благодать в виде улучшения здоровья, увеличения богатства и получения каких-то супер радостей и супер удовольствий. Другие с тревогой ожидали наступления всевозможных происшествий и трагедий.

В магическое воздействие большой луны верил и следователь одной из районных прокуратур Беларуси, Стругов Виктор Иванович, коренастый мужчина сорока восьми лет, светловолосый, с широким, но приятным лицом, на котором располагались светлые, но проницательные небольшие глаза, впитавшие в себя отпечаток многолетней борьбы с преступным миром. Когда Стругов первый раз смотрел на собеседника, его глаза так и светились вопросом: а не преступник ли перед ним?

Рабочий день следователя заканчивался. Завершал он и расследование уголовного дела по обвинению одной деревенской женщины в убийстве своего мужа ударом сковородкой по голове на почве неприязненных отношений, возникших из-за постоянных пьянок супруга и его блудовства.

Виктор Иванович положил папку с материалами дела в сейф, подошёл к окну и, посмотрев на звёздное небо, подумал: на Земле полным ходом набирает обороты 21 век в человеческом измерении. В этом же измерении в его районном центре гулял по улицам холодный, морозный ноябрь, который в начале своего пути из-за жалости к людям покрыл поля с озимыми посевами толстым слоем снега, чтобы люди и домашние животные в следующем году были с хлебом и кормом. Сегодня небо звёздное, и вот-вот над горизонтом должна появиться суперлуна, поскольку именно сегодня ночное светило в Перигее будет на пятьдесят тысяч километров ближе к Земле. Стругов вдруг почувствовал необъяснимое душевное волнение. Его руки слегка задрожали. Над вечерним горизонтом показался яркий диск таинственного небесного тела. «А загадаю-ка я желание, – подумал Виктор Иванович, глядя на творение Вселенной, – пусть я испытаю в ближайшее время сладострастное блаженство души и тела». Семейные дела у него идут неплохо. Старшая дочь вышла замуж, и младшая на подходе. Жену Марусю, кроме леса с грибами, ягодами, лекарственными сборами и продажи лесных даров на рынке, ничего больше уже не интересовало. Его самого в скором времени обещали забрать в следственный аппарат областной прокуратуры, и он пока ещё на ладан не дышит.

Мысли опытного следователя прервал звонок служебного телефона.

– Следователь Стругов слушает. А, это ты, друг Батлов. Что предложишь на этот раз? Если рядом, заходи, я ещё побуду на работе.

Через десять минут высокий симпатичный мужчина, по имени Толя, с лёгкой сединой на висках, был уже в кабинете следователя. Он через окно посмотрел на полную яркую луну, которая повисла между двумя крышами двухэтажных домов, и почесал пальцем за ухом.

– Тебе не кажется, что такой вечер надо как-то по-особому провести.

– У меня тоже что-то душа волнуется, – следователь выставили вперёд подбородок.

– Давай сгоняем в областной центр в бассейн и снимем там душевное и физическое напряжение, полностью отдавшись воде и пару в парилке. Транспортные услуги мои.

– Согласен. Плавки у меня в машине. С вашего позволения я позвоню жене.

– Насмешил! Звони. Ты же у нас примерный семьянин, – фыркнул Батлов.

Виктор Иванович со служебного телефона позвонил жене.

– Алло, Маруся, извини, дорогая, но сегодня я буду дома поздно. Хочу закончить дело про сковородку. Ты про неё знаешь. Не скучай. Тебе теперь не скучно. Сестра Лиза ведь снова с тобой.

Толя отошёл от окна и посмотрел на друга с сочувствием.

– Маруся опять сестру забрала из больницы к себе?

Стругов дернул глазом.

– А куда её девать? Никому она, кроме Маруси, не нужна, хотя у Лизы есть ещё две родные сестры. Но те боятся Лизиных приступов.

– А с чего это у неё всё началось? Ты как-то про это никому не говорил.

– Ладно, поехали, по дороге расскажу.

Солидные мужчины уселись в «Ауди-100», и Толя рванул с места так, что за машиной вырвался столб почерневшего снега.

– Сестра жены, – продолжил рассказ Стругов, пристёгиваясь ремнём безопасности, – в школе была круглой отличницей, прекрасно пела, и ей пророчили отличное будущее. По окончании десяти классов перед поступлением в институт Лиза поехала к сестре, которая жила в Карпатах. Там в один из дней пошла прогуляться по лесу с целью сбора лекарственных растений и ягод. Кстати, меня и сейчас жена, и её сестра достают своими походами по лесам и полям, требуя от меня транспортных услуг. Так вот, увлёкшись сбором даров леса, Лиза нос в нос столкнулась с самым настоящим медведем. Испугались оба. Лиза не помнила, как оказалась дома. А через неделю после этого случая началось. Был тогда вечер. Родственники собрались в зале дома за столом для ужина и ждали Лизу, которая задерживалась. Через некоторое время она появилась в необычном виде, от которого собравшиеся закрыли глаза. Девушка была полностью голой, с отрешённым взглядом. Потом болезнь начала прогрессировать. У Лизы часто стали появляться судороги лица. В такое время она не могла ни пить, ни есть, ни разговаривать. И, как следствие, девушку положили в психиатрическую больницу, где её сразу стали пичкать разными лекарствами, на которые она со временем, как говорят, подсела, и до сегодняшнего дня без них не может обходиться. Сейчас её жизнь такова: больница, дом, лес, больница, и вот уже почти тридцать лет длится такая круговерть, в которой крутится и моя жена. Её нервам и терпению можно только позавидовать.

– Да, молодец у тебя Мария, – Батлов притопил педаль газа и устремил взор вперёд.

Через некоторое время машина въехала на холм, откуда перед друзьями открылся завораживающий, волнующий душу вид на звёздное небо с огромной яркой луной, на которой были отчётливо видны таинственные кратеры.

– Это всего лишь иллюзия суперлуния, – сказал всё знающий Толя, – на самом деле Луна почти такая же обычная, как и всегда. И кратеры смотри не смотри – без телескопа не рассмотришь.

– А мне кажется, что таинственный диск на небе мне ехидно подмигивает, – Стругов, глядя на Луну, подмигнул ей то одним глазом то другим.

– Заработался ты, Витя, давно не расслаблялся по-настоящему, по-мужски. Вот у тебя галюники и начались. Но ничего, это дело поправимое. Я имею в виду расслабление. С него сегодня и начнём.

Мужчины в плавках шли по дорожке вдоль плавательного бассейна и удивлялись, что здесь никого нет.

Поплавав в гордом одиночестве минут пятнадцать, друзья отправились в парилку. Открыли дверь и остолбенели. На верхней полке в паровом тумане они сначала увидели две пары красивых женских ножек, а потом и их очаровательных владелец. Девушки засмеялись, одна из них, блондинка, проворковала:

– Наконец-то суперлуна услышала нашу мольбу и послала нам двух молодцов. Не стесняйтесь, прыгайте же к нам поскорее, а то мы при шестидесяти градусах мёрзнем.

Толя улыбнулся.

– Я верил, что в суперлуние должен испытать супер блаженство. Вот оно уже и наступило. При виде таких красоток я уже от счастья на седьмом небе.

Другая смелая русалка-брюнетка проворковала:

– Одним созерцанием блаженство не получишь. Мы ждём от вас предложений и действий. Сегодня в день большой луны мы полностью снимаем все обеты скромности.

Толя снова обворожительно улыбнулся.

– Каков наш первый шаг?

Белокурая очаровательная русалочка поманила мужчин пальчиком.

– Для начала сядьте между нами. Разогреемся, ощущая трепет друг друга. Смелее, Витя.

Виктор Иванович, до этого стоявший с открытым ртом от удивления, промямлил:

– Я вообще-то примерный семьянин и не был ещё замечен в прелюбодеянии. И откуда вы знаете моё имя? – следователь подозрительно посмотрел на друга.

Блондинка протянула к Стругову руки.

– Сегодня большая луна списывает все человеческие грехи. И будем считать, что наши мозги под воздействием тайных ночных сил вышли на время из строя, и в них поселились самые похотливые мысли, а наши души наполнились необузданными страстями.

Виктор Иванович со словами «Господи, спаси и помоги, и прости меня, Маруся» бросился в объятия всепобеждающей страсти.

Потом уже, в конце бури, Стругов, почувствовав, как мозги сдавили тиски, подумал: хоть бы не умереть в таком блудовстве, семья позора не оберётся. Хотя, с другой стороны, такая смерть была бы прекрасной.

От истощения сил мужчины распластались на нижней полке. Немного придя в себя, они осмотрелись. В парилке, кроме них, никого не было. Русалки исчезли. От них остался лишь сизый парок вверху и ни с чем не сравнимый запах женского тела, жаждущего любви.

– Что это было? – Стругов встал на ноги и зашатался.

– Это, друг мой, коварная луна похитила наши мозги и поиздевалась над нашими бренными телами. В результате чего мы одновременно побывали и в раю и в аду. Пойдём остудим наши головы водой, – Батлов взмахнул рукой.

– Здесь луна ни при чём. Это ты, гуляка, всё подстроил и пригласил в бассейн таких же девиц, – Стругов толкнул друга в плечо.

– Пусть это останется тайной. Вперёд, в воду.

Друзья, встав на бордюр бассейна, как трупы, плюхнулись в голубую освежающую гладь. Виктор Иванович с закрытыми глазами вяло поплыл к противоположной стороне бассейна. Вдруг рядом с ним раздался взрыв. Стругов подпрыгнул на волне и открыл глаза. Возле него вынырнуло длинноногое, фигуристое создание природы. Виктор Иванович снова закрыл глаза, а когда открыл, то увидел, что рядом с ним плывёт и с любопытством его рассматривает девушка с угловатыми, но приятными чертами лица. Стругов улыбнулся.

– Привет, я Виктор.

– Я Инесса, тренер по плаванию. Люблю побарахтаться, когда в бассейне никого нет, и сегодня я не ожидала, что в такое время мне кто-то составит компанию.

– А нас сюда, очевидно, суперлуние затянуло, но мы уже напарились, наплавались и сейчас уезжаем домой. Мы ведь не местные. Так что ещё понаслаждаетесь в одиночестве.

Девушка изящно выгнула спинку.

– О, нет, нет, не спешите. Мне приятно находиться в вашем окружении. А наслаждения в одиночестве не бывает. Истинное наслаждение получаешь тогда, когда им можешь с кем-то поделиться. А хотите, я вам дам несколько бесплатных уроков по плаванию?

– Даже не знаю, что и ответить, я считаю себя неплохим пловцом, – Виктор Иванович посмотрел на друга.

– Соглашайся, такое счастье выпадает раз в жизни и то далеко не каждому. У меня лично другие планы.

Стругов улыбнулся.

– Трудно отказать такой очаровательной девушке, которая, к тому же, так красиво плавает.

– Тогда приезжайте завтра после работы, и мы сначала начнём плавать по-собачьи. Шучу.

– Спасибо, давайте обменяемся номерами телефонов для согласования наших действий.

– Идите за мной, – девушка изящно, легко выпрыгнула из бассейна.

Стругов выкарабкался на «берег» и засеменил за Инессой, которая почти на голову была выше его.

Подъезжая к своему райцентру и оказавшись на холме, Батлов хмыкнул.

– Посмотри, луна как луна, и, надеюсь, она тебе уже не подмигивает.

Стругов прищурил один глаз:

– В этой жизни всё иллюзорно. Мы постоянно живём в иллюзиях, обманывая себя, что счастливы, что довольны своей работой, избранной спутницей жизни, положением в обществе. А счастье ведь ходит где-то рядом или плавает.

– Ты об Инессе?

– Может, и о ней. И есть ли вообще счастье? Я думаю, есть только радости, которые иногда сваливаются нам на головы с небес.

– Я бы тебя, друг, поддержал в этом вопросе, но я больше придерживаюсь теории относительности. Есть те, кто живут намного хуже нас, но считают себя счастливыми людьми. Значит, нам надо относить себя к более счастливой категории, – Батлов крепче сжал руль и увеличил скорость.

– У каждого человека своё представление о счастье, и это представление зависит от образа мышления, состояния души, от возможностей и от той среды, где мозг и душа получили первые познания о жизни. Многие люди не могут прыгнуть выше головы, и со временем они смиряются с этим и всю оставшуюся жизнь живут в определённых рамках, установленных судьбой. Я хочу вырваться за пределы этих ограничений. Особенно остро я такое желание почувствовал сегодня в парно-водяной стихии. Правда, чуть не умер от этого, но как видишь, сердце выдержало нечеловеческие нагрузки, – Стругов пощупал пульс на левой руке.

– Завтра, вернувшись на работу и окунувшись в суету, ты станешь прежним, как станет прежней луна.

Виктор Иванович мотнул головой.

– После того что произошло у меня с русалками, прежним я уже не стану и сейчас начинаю жалеть, что упустил очень много возможностей познать высшие сексуальные наслаждения.

– Какие твои годы! Ещё можно наверстать упущенное. У тебя в кармане лежит номер телефона Инессы. Так просто она тебе его не оставила бы. Что-то она замышляет.

– От всего этого у меня головокружение, сердцебиение, и в душе штормит, – опытный следователь втянул голову в плечи.

Когда Стругов в одиннадцать часов ночи вернулся домой, Маруся пристально посмотрела на мужа и принюхалась.

– От твоей работы у тебя глаза не свои. У тебя что, в них черти поселились? – женщина перекрестилась. – Господи, прости меня за такое высказывание.

– Ты права, что-то я сегодня чувствую себя не в своей тарелке. Может быть, это вызвано приглашением на работу в областной аппарат. Вот и волнуюсь из-за этого, – Стругов рукой сжал грудь в области сердца.

Маруся испуганно заморгала глазами.

– Выпей моего эликсира, приготовленного из настоек пустырника, корвалола, валерьянки с добавлением ромашки. Очень помогает при стрессовых ситуациях.

– Это то, что мне сегодня надо. Сделай мне, пожалуйста, двойную порцию.

Маруся приготовила убойную смесь и дала выпить её мужу.

– Ложись в кровать, через десять минут уснёшь, как младенец.

2

На следующий день, во вторник, в семь часов утра, в четырёхкомнатной квартире Струговых, расположенной на третьем этаже пятиэтажного дома, раздался телефонный звонок. Виктор Иванович резко подскочил и с полузакрытыми глазами поднял трубку. Выслушав информацию дежурного милиционера, ответил:

– Буду через пятнадцать минут.

Через минуту после этого позвонил прокурор района, которому Виктор Иванович сказал то же самое.

К месту преступления Стругов шёл пешком и думал: коварное суперлуние сыграло злую шутку не только с ним. Очевидно, сегодня ему предстоит начать расследование громкого дела, которого в его практике ещё не было.

Виктор Иванович со двора вошёл в здание районной организации общественного питания, в котором находились кабинет директора, бухгалтерия, склад и кафе. Стругов прошёл сразу в кабинет директора, где уже находились сотрудники милиции. В помещении был относительный порядок. За столом в кресле со склонённой головой сидела директор общественного питания района, Концова Лидия Егоровна. Из её груди торчал большой кухонный нож. Рядом со столом у стены стоял сейф с закрытой дверцей.

Виктор Иванович окинул взглядом всех присутствующих: двух оперативников, криминалиста, двух понятых и поморщился.

– Будем очень тщательно проводить осмотр места преступления, записывая в протокол местонахождения мельчайших пылинок даже на потолке. Когда на своих местах соберутся работники общепита, им объявить, чтобы никто никуда не отлучался. Мужу сообщили?

Один из оперативников, молодой подтянутый парень, подскочил к следователю.

– Он в областном центре на двухдневном семинаре. О смерти матери сообщили дочери. Она здесь уже побывала. Света сейчас находится дома.

Стругов подошёл к криминалисту.

– Владимир Николаевич, я тебя попрошу очень тщательно снять все отпечатки пальцев везде, где возможно.

– Понимаю, но сами знаете, сколько народа за день здесь побывало. Возможно, и ты вчера к директору заглядывал.

Следователь приложил палец ко рту.

– А ты откуда это знаешь?

– Я в обед чайком баловался в кафе и видел в окно, как ты прошмыгнул во двор общепита.

– Что за город, ничего невозможно сделать незамеченным. А вот когда убивают человека, то свидетелей не найти. Действительно, был я у неё в середине дня по делам и представляю чехарду с отпечаткам. Но что делать, надо все их пропустить через решето.

– Понимаю. Буду трудиться.

– И я начну писать протокол осмотра трупа и кабинета.

Минут через пять пришёл прокурор района Класин Сергей Алексеевич, мужчина средних лет, невысокого роста, с умными глазами на приятном лице. Прокурор пристально посмотрел следователю в глаза и усмехнулся.

– Чем порадуешь, Иванович?

– Пока одни вопросы.

– Кстати, к тебе вопрос лично. Что с твоими глазами?

– Господи! Что вы все привязались к моим глазам. Глаза как глаза. Сегодня утром сам их в зеркало рассматривал и ничего там страшного не увидел.

– Ну, извини. Мне показалось, что там черти пляшут. Ты ночью хорошо спал? А вчера вечером где был?

– Это допрос? – следователь дёрнул плечом.

Прокурор снова усмехнулся.

– Любопытство.

Стругов хмыкнул.

– Да, попал я вчера в приключение, и в такое, что ни в сказке сказать ни пером описать, но к моей службе оно никакого отношения не имеет. В этом план можешь спать спокойно.

– Интересно, интересно, ладно, расскажешь вечером у меня в кабинете, а сейчас давай вплотную делом займёмся. Я уже доложил наверх. Там дело взяли под особый контроль. Нечасто у нас убивают директоров общепита. Я займусь сейфом и бумагами, а ты всем остальным. И затребуй список всех работников общественного питания. Всех их надо будет допросить, и, конечно, тех, кто проявится по отпечаткам.

Стругов снова хмыкнул.

– Себя я допрашивать не буду. Заходил вчера к ней в обед. Сам знаешь, жене скоро исполняется сорок семь лет, ну и сам понимаешь…

– Ничего не скажешь, юбилейная дата. Ладно, приложи к делу рапорт. Хотя не надо. Будем считать, что тебя здесь не было. А то из-за такого юбилея нас на смех поднимут и подумают, что ты живёшь за счет государства.

– Я собирался продукты оплатить.

– По льготной цене. Знаю я всю эту кухню. И этим вообще-то должны заниматься жёны. Маруся твоя скромностью в этих вопросах не отличается. Всё, вперёд – за работу. В шесть часов вечера жду тебя в своём кабинете.

Вечером ровно в шесть часов Стругов с кипой бумаг вошёл в кабинет прокурора и сел за стол с правой стороны от Сергея Алексеевича, который опять с любопытством посмотрел в глаза следователю.

Виктор Иванович опусти глаза вниз.

– Ну, согрешил вчера, с кем не бывает. На мой уставший мозг повлияла большая луна, и я слетел с катушек. Побывал я в бассейне.

– А я-то вчера вечером думал: куда это меня тянет какая-то нечистая сила? Оказывается, в бассейн. Хорошо, что жена удержала на диване ласками. А так тоже бы в твоей компании оказался. Давай, рассказывай детали.

Виктор Иванович начал с суперлуния и закончил номером телефона Инессы. Прокурор улыбнулся.

– Следующий раз меня с собой бери, буду осуществлять надзор за соблюдением законности при прелюбодеянии.

– Грешно смеяться над психически больным человеком. С русалками – Бог с ними. При встрече я их и не узнаю. А вот Инесса не выходит из головы.

– Седина в бороду – бес в ребро.

– Это, наверно, про меня, но учти, мне ещё нет пятидесяти лет, и седина начала пробиваться только на висках.

– Но ничего, Ромео, вылечим. Сейчас окунёшься в работу. Кстати, даю тебе две недели на расследование этого убийства, чтобы не расслаблялся. Потом, согласно статистике, ещё одно не за горами, и забудешь ты свою Инессу, как мимолётное виденье.

– Трупов мне больше не надо. Я за свою жизнь ими сыт по горло. А вот пловчиху рад бы позабыть, но не могу.

– Уверен, такое состояние продлится до тех пор, пока ты не добьёшься от неё близости. А потом будет так, как с русалками.

– Хочется верить в это, но встретиться я с ней должен, – Стругов нерешительно покачал головой.

– Всё, наотвлекались. Теперь докладывай, что ты собрал по делу, только по существу.

– Слушаюсь, товарищ подполковник. Итак, мы имеем труп директора общественного питания района с ножом в сердце. Кроме этого, ей до этого было нанесено ещё два удара в грудь ножом. Такой нож имелся в кухонном наборе кафе. Концова, со слов заведующей производством, ушла домой в семнадцать тридцать. В двадцать три часа тридцать минут, когда кассир кафе сдавала здание под охрану, дверь в кабинет директора была закрыта на ключ, свет в его окне не горел. Вневедомственная охрана без проблем приняла объект под охрану. Труп Концовой утром обнаружила ответственный работник, которая сняла с охраны здание и открыла кабинет директора для уборщицы. По предварительному заключению эксперта, смерть наступила около двадцати одного часа от удара ножом в сердце. Тех, кто оставил отпечатки пальцев, установили. Помогла база данных отпечатков всех мужчин в возрасте от восемнадцати до пятидесяти пяти лет, введённых не так давно. Так вот, на графине были обнаружены пальчики моего друга Батлова.

– Я не удивлюсь, если его следы будут обнаружены и на луне. Твой друг – вездесущий, любвеобильный субъект, к которому я советую присмотреться поближе.

– Если и надо к кому попристальнее приглядеться, так это к Бынину, по кличке «Быня», – предводителю местного преступного мира. Он вчера со своей компанией отмечал в кафе своё сорокаоднолетие. Сегодня он не в состоянии был давать показания. Я его вызвал на завтра, как и Батлова, который уехал за пределы района. В ходе осмотра трупа я обратил внимание на его неестественную позу в кресле. Вот обрати внимание на фотографию мёртвой Концовой. Что бросается в глаза?

Прокурор взглянул одним глазом.

– Левая нога.

– Да, она странно как-то подвёрнута в другую сторону. Возможно, Концову подняли с пола и уже мёртвую посадили в кресло. Но зачем? И кровь, обнаруженная на полу, отличается от той, что имелась на одежде потерпевшей по времени засыхания. Картину завершает начатая бутылка шампанского с двумя фужерами без отпечатков пальцев. Всё это свидетельствует о том, что убийство спланировано.

– Как отреагировал муж?

– Он убит горем. Я его пока не допрашивал, но побеседовал. Как он говорит, его Лидочка ради него бросила свой родной Минск и поехала за ним в тьму тараканью, посвятив свою жизнь ему, его карьере и их дочери. И не дождалась его скорого назначения на должность главного врача районной санэпидемстанции, и его это больше всего убивает. А дочери вообще пришлось скорую помощь вызывать. После похорон я её допрошу.

Прокурор покачал головой.

– Странный он для должности главврача. Я с ним один раз проводил проверку исполнения законодательства в одной из организаций. Он проверял соблюдение санитарных норм хранения химической продукции на складе, замеряя расстояние линейкой между полом и поддонами. В одном месте не хватило двух миллиметров до нормы, так этому он обрадовался, как ребёнок, который получил новую игрушку. И это стало поводом для составления протокола о нарушении закона и привлечения виновных лиц к ответственности.

Следователь усмехнулся.

– Его жена тоже странной женщиной была. Имея личико, как у лошадки, она обладала очень даже аппетитной фигурой. И я подозреваю, что друг Батлов, который не пропускает ни одной юбки, и оставил свои следы в связи с допуском к этим формам, как, возможно, и Быня. На эту тему я с ними поговорю тоже с пристрастием. Хотя в районе Концова считалась примерной и верной женой. Проверим.

– Я, как тебе уже известно, нашёл в служебных бумагах в сейфе, ключ от которого лежал в столе убитой, лист бумаги с цифрами и датами. Я его показал специалисту из банка, который однозначно сказал, что это номера денежных купюр, а даты свидетельствуют об их приходе. Значит, из этого следует вывод, что в сейфе были деньги, которые забрал преступник. Но, очевидно, он не знал про их опись, что нам на руку. Теперь надо ждать, где эти денежки засветятся. И обрати внимание: судя по дате, последнее поступление денег в сейф произошло накануне убийства их обладательницы. И, согласно общему списку, сумма получается даже очень приличной. Расходного списка обнаружено не было, а значит, Концова деньги собирала для какой-то цели, – прокурор покачал головой, – странная она, однако, была, коль переписывала номера банкнот.