Избранное. Том 5. Детективные повести и рассказы
- -
- 100%
- +
Однажды ему встретилась фраза на английском языке «я по тебе скучаю» и он её при удобном случае произнёс перед Таней с целью проверки правильности произношения. Девушка улыбнулась и сказала на английском, что тоже скучает. После этого началась своеобразная игра. Григорий Алексеевич специально подыскивал фразы, связанные с любовной темой. И Таня, проверяя их произношение смеялась и иногда касалась своим телом мужчину. А иногда при наклонах и приседаниях девушки Григорий Алексеевич мимолётно замечал и более сокровенные места её тела.
Белорусскому мужику стало казаться невесть что и, осмелев, стал спрашивать у Тани о пикантных выражениях на английском языке, например, как американской женщине предложить заняться сексом. Таня улыбалась и, не стесняясь, выдавала английский перевод. Григорий Алексеевич таким образом узнал, что в штатах оказывается, чтобы намекнуть женщине о сексе, достаточно пригласить её в ресторан.
После двух месяцев знакомства Григорий Алексеевич поинтересовался у Тани, как она относится к тайным любовным связям? На что девушка ответила, что она не против флирта и в свою очередь спросила, не сводятся ли подобные вопросы, намёки и эта игра в перевод к её соблазнению. Мужчина немного смутился и тогда не решился прямо сказать, «да», но всё же произнёс на английском, «ай мис ю», что означает «я по тебе скучаю».
Иногда Таня по утрам, встречая своего работника, в знак приветствия слегка его обнимала. Мужчина старался обнять девушку покрепче, опуская руку всё ниже и ниже к талии. А однажды молодая мама попросила Григория Алексеевича сопроводить её с детьми в бассейн, где девушка продемонстрировала свою прекрасную фигуру, которой не раз прикасалась к мужчине в воде. А возвращаясь домой, Таня даже не соизволила накинуть на себя халатик, нажимая прелестными ножками на педали машины. И что мог подумать об этом красивый белорусский мужик, да и вообще мужчина, оказавшись на его месте? Только одно – намёк на…
Григорий Алексеевич к тому времени знал кое-что о сексуальных отношениях в Америке, где в отличие от СССР, секс есть. Правда о нём женщины вслух не говорят, а предпочитают им заниматься, не афишируя это. В результате таких действий многие девочки беременеют раньше времени, возникает и много разводов на почве измен. Обществу иногда становятся известны и случаи совращения несовершеннолетних парней взрослыми женщинами. Хотя тоже общество за эталон создания семьи принимает заключение брака лицами, которые до этого ещё ни разу ни с кем не вступали в половые отношения и имеющие цель рожать детей и никогда не разводиться. Однако на практике крепких семей становятся всё меньше и меньше. А русские девушки, выйдя замуж за старичков и родив детей, зачатых специфическим способом, начинают подумывать о молодых любовниках. Особенно это присуще женщинам, которые являются домохозяйками. Тем же, кто работает и испытывает на себе капиталистическую эксплуатацию, часто бывает не до секса. Они после изнурённого рабочего дня не могут как положено уделять внимание даже своим детям, не говоря уж о мужьях и тем более о посторонних мужчинах. Знал Григорий Алексеевич и о том, что американские женщины любят читать книги на сексуальные темы, особенно те, которые освещают способы улучшения секса и предпочитают «обрезанные» мужские половые члены, считая их более привлекательными и гигиенически чистыми. Не отвергают американки и флирт, который не связан с насилием и угрозами, а основан на шутках и уважительных отношениях. Но в то же время оскорблённые представители слабого пола могут мужчину за сексуальные домогательства отправить под суд. Особенно опасны приставания на рабочем месте. Америке известны громкие скандалы, связанные с Президентом Клинтоном и сотрудницей Белого дома Левински и произошедшие в голливудской среде, когда женщины попортили нервы и разрушили карьеры многим мужчинам, припомнив им многолетней давности сексуальные домогательства.
И вот однажды, имея в голове информацию о сексе в Америке, белорусский мужчина, который был давно уже в разводе со своей женой, но поддерживающий с ней дружеские отношения и обладая богатым сексуальным опытом с белорусками разного возраста, осмелился испытать полученные знания об американских женщинах на практике.
В тот вечер Америка продолжала праздновать День Мартина Лютера Кинга. Григорий Алексеевич принял на душу пару бокалов вина в честь равноправия чёрных и белых, что раньше никогда не делал и ему в голову опять ударила шальная мысль. Он взял телефон и позвонил Тане. Мужчина начал разговор с пароля на английском языке, «я по тебе скучаю». А потом Григория Алексеевича словно прорвало, и он вспомнил и произнёс все известные ему фразы на английском языке о любви и о сексе и договорился до того, что предложил Тане заняться любовью немедленно, для чего девушка должна была приехать к нему домой. Таня, выслушав пьяного мужчину и ничего не сказав, отключила связь.
На следующий день девушка сама позвонила своему любвеобильному работнику и сказала:
– Я в ужасе от того, что вчера услышала. Как можно было такое сказать приличной, примерной замужней женщине! Я об этом была вынуждена проинформировать мужа, который посоветовал мне обратиться в полицию в связи с сексуальным домогательством и сейчас я думаю, делать это или нет.
Григорий Алексеевич от этих слов побледнел, за одно мгновение он вспомнил белорусочек, которые, если не хотели заниматься с ним сексом, мило улыбаясь, кокетливо говорили, что у них мол мужья ревнивые, или погода не шепчет, или они никогда ни при каких обстоятельствах не изменяют мужьям. Белорус, немного придя в себя, всё же нашёл что ответить.
– Таня, ты ведь русская женщина и должна была это воспринять как пьяный бред русского мужика или даже как комплимент, поскольку от тебя мужики теряют голову. Тебе просто следовало бы посмеяться над пьяным дураком, а не разыгрывать трагедию.
Таня строго возразила:
– Я уже давно американка и не потерплю подобное отношение к себе.
В голове Григория Алексеевича пролетела мысль: очевидно у новоиспечённой американки в семье не всё в порядке. О каком счастье может идти речь, когда ей приходиться всё тащить на своих хрупких плечах: детей, работу, магазины, домашние заботы. Но это, как она сама говорила, это её выбор. Она предпочла непьющего американского старичка вместо русского пьянчужки. Белорусу в какой-то степени стало жаль загнанную русскую девушку, но в телефон произнёс:
– А тебе не приходило в голову, что ты своими действиями и словами спровоцировала меня на пьяный бред. Или ты считаешь, что мужчина в пятьдесят лет не достоин внимания со стороны молодых женщин. Хотя что я говорю, имея кое-кого в виду. Извини, я опять понёс бред и прости, если я оскорбил твою американскую душу. Хотя мне тебя жаль. Тобой сейчас говорит озлобленная особа. Ты совсем другая. И хочу тебя заверить, что я больше не появлюсь на твоём горизонте, – белорусский мужик отключил связь.
С тех пор прошло полгода. У молодой мамы русская натура всё же победила американскую. Григорий Алексеевич и Таня помирились, но больше в игры не играли, хотя стали по-прежнему мило друг другу улыбаться и при встрече даже обниматься.
Из этой истории мужчина сделал вывод, что американской женщине надо уметь делать комплименты, а лучше их вообще не делать и тогда за сексуальные домогательства тюрьма не грозит. А лучше всё-таки иметь дело с белорусочками, которые от комплементов не отказываются и их иногда даже можно приобнять, опустив руку ниже положенного уровня. Худшее, что тебя ждёт за такую вольность – это пощёчина, но она воспринимается, как эликсир для души.
АМЕРИКАНСКИЕ СКАЗОЧНИКИ
В один из российских городов со специальными полномочиями для выполнения определённых договорённостей прибыла группа американских специалистов – мужчин в возрасте от пятидесяти пяти до шестидесяти лет. Граждане США имели респектабельный, солидный вид. Все они обладали стандартной, широкой улыбкой, обнажающей ровные, белые зубы, и были воплощением любезности и доброты. В городе американцы открыли офис, в который для работы понадобились русские девушки. В связи с этим был объявлен конкурс на замещение вакантных должностей. Местным красавицам, знающим английский язык и обладающим обаянием, выпал шанс из золушек превратиться в принцесс.
В назначенное время воспользоваться шансом пришли даже те, кто знал по-английски лишь фразу «ай лав ю». Пришли посмотреть на шоу и две подружки, которые по возрасту чуть-чуть не дотягивали до тридцати. Глядя на очередь, одна из них, которую звали Лена, возмущённо покачала головой.
– Похоже, мы с тобой «в пролёте».
– Надежда умирает последней, – возразила Люда, – мы с тобой выглядим тоже эффектно, и мозгов, я думаю, у нас побольше будет, чем у этих куриц.
– Я слышала, что американцы, когда принимают на работу, прежде всего мозги и оценивают. Ноги, грудь у них на втором плане, – Лена постучала пальцем себе по голове.
– На свои ноги и груди нам тоже обижаться грех, – Лена тисканула один из своих упругих мячиков.
Очередь продвигалась живо. Перед дверью Лена подмигнула подруге.
– Иди первой. У тебя прямо на лице светится желание работать в американской фирме.
– А у меня другое предложение: давай войдём вместе, вдвоём будет легче убеждать работодателей в нашей для них необходимости, – Люда уцепилась за руку подруги, как тонущий за соломинку.
– Ну что же, тогда вперёд.
Смело войдя в комнату и увидев двух солидных, седых мужчин, сидящих за столом и очаровательно улыбающихся, девушки поздоровались, после чего Люда продемонстрировала знание английского языка.
– Вы извините, что мы зашли вдвоём, но мы подружки с самого детства и собираемся быть таковыми всю свою жизнь, не расставаясь.
Лена добавила:
– Поэтому, чтобы не отнимать у вас время, мы бы хотели услышать ваше решение сразу в отношении нас двоих.
Американец, который был в очках, одним глазом посмотрел в резюме, другим на девушек.
– Хорошо. В течение недели мы дадим вам ответ. Возможно, он будет положительным. Хотя об этом я не должен был вам говорить. У нас это не принято делать. До свидания.
Ровно через неделю девушкам позвонили из американского офиса и попросили приехать. Когда Лена и Люда появились в офисе, их встретили те же мужчины с очаровательными улыбками, которые первым делом представились.
– Тед, – мужчина поправил очки на носу.
– Джерри, – мужчина погладил рукой свои седые волосы.
– Итак, Люда и Лена, – Тэд снял очки с носа, – мы на полпути к положительному решению вашего вопроса. Сейчас нам предстоит обсудить положения ваших контрактов. О наших требованиях и условиях вам расскажет Джерри.
Мужчина очаровательно улыбнулся и поведал девушкам об их обязанностях и правах и возможности продолжить работу уже непосредственно в США. У девушек от того, что они услышали, аж дух захватило.
– Теперь мы хотели бы услышать ваши предложения, – Тед положил свои очки в футляр.
Люда и Лена переглянулись, тоже очаровательно улыбнулись и в один голос воскликнули:
– Мы согласны с вашими условиями.
Тед и Джерри показали свои белоснежные зубы.
– До свидания.
Девушки удивлённо посмотрели на мужчин. Джерри заметил замешательство претенденток.
– Ах, да! Мы же в России. И вы не знаете порядка прохождения интервью, который применяется в нашей стране. В этой связи объясняю, что вам придётся подождать ещё неделю для получения окончательного решения.
Когда девушки оказались на улице, Лена потрясла своей прелестной головкой.
– Свихнёшься, пока примут на работу.
– Не забывай, куда ты устраиваешься. Нас, наверное, все их спецслужбы проверяют на благонадёжность. Ради перспектив молчи уж в тряпочку, – Люда пригрозила подруге пальчиком.
– А я что, молчу, но думаю, что судьба наша решена. Быть нам американками.
– Сплюнь три раза через левое плечо.
Девушки, добросовестно выполнив этот ритуал, на крыльях полетели домой.
Через три дня Люду и Лену снова пригласили в офис, где им выдали направление на медицинскую комиссию. А ещё через два дня Тед уже показывал девушкам их рабочие места.
– Обычно у нас в США с претендентами на работу менеджеры для проведения собеседования встречаются в ресторанах. С вами мы этот момент пропустили. Теперь мы хотим исправить нарушение американской традиции, в связи с чем разрешите сегодня вечером пригласить вас в ресторан для более детального интервью, и хочу вас заверить, что оно уже не повлияет на ваш контракт.
Девушки переглянулись, и Люда кивнула головой.
– Мы не против. Тем более, это будет для нас своеобразной практикой, а для вас приобщение к русскому образу жизни.
Так началась дружба двух русских девушек и двух американских мужчин среднего возраста по американским стандартам. Дружба со временем переросла в нечто большее. Однажды настал день, когда Тед сделал предложение Люде выйти за него замуж, а Джерри с аналогичным предложением обратился к Лене. Девушки дали согласия несмотря не то, что их избранники были женаты и имели детей.
Тед и Джерри, заручившись согласием возлюбленных, улетели в Америку с целью развестись со своими жёнами и, проделав там все необходимые процедуры, вернулись обратно в Россию.
Через год, когда определённая миссия в городе была выполнена, американцы со своими молодыми спутницами улетели на родину, где официально зарегистрировали с ними браки, построили новые дома и создали все необходимые условия для рождения детей. Но что у Люды, что у Лены обычным способом забеременеть не получалось. Тогда они приняли решение прибегнуть к специальным процедурам, которые прошли успешно, и через девять месяцев у русских женщин появилось по паре американских малышей. И всё было бы хорошо, если бы рядом были родные люди, которые могли подменить молодых мамочек, давая им отдых. Но их не было. Люде и Лене самим приходилось двадцать четыре часа в сутки заниматься детьми, содержать в чистоте дом, готовить еду, стирать, с детьми ездить по магазинам за продуктами. Мужья в этом процессе не участвовали. Они полностью были поглощены работой, а после неё – компьютерными делами. При любой просьбе о помощи начинали раздражаться.
Когда Теду и Джерри исполнилось по шестьдесят два года, их без объяснения причин уволили с работы. Для русских девушек настали трудные времена. Мужья по малейшему поводу взрывались, как пороховые бочки, требуя не отвлекать их от поисков работы, найти которую в их возрасте, когда до пенсии оставалось три года, было проблематично. Но Джерри повезло. Пройдя около тридцати интервью, он заключил контракт сроком на два года с одной из фирм. А вот Тед от нервного напряжения серьёзно заболел. И только благодаря современным методам лечения его вернули к жизни. После этого он уже работу не искал.
Глядя на такие события и на определённое положение мужей, молодые жёны детей стали возить в ясли, а сами окунулись в учёбу и в поиски работы. Через некоторое время Люда и Лена уже самостоятельно зарабатывали приличные деньги и уже могли себе позволить посидеть в ресторане и поговорить по душам, поохать, повздыхать, пожаловаться немножко на судьбу, но всё же каждый раз делая вывод, что им выпал счастливый билет в жизни, и обратно домой они уже не хотят.
Как-то вечером Люда, уложив спать детей, спустилась к мужу в кабинет. Тед нежно улыбнулся.
– Посиди, дорогая, рядышком со мной, я тебе сказку расскажу.
– Интересно послушать, какие сказки могут сочинять американские мужья для русских жён, – Люда плюхнулась на мягкий кожаный диван.
– Сказка первая. Поскольку у тебя, как и у твоей подруги, через неделю отпуск, то мы целых десять дней от него используем для отдыха на Канарах. На это время о детях позаботятся наши родственники. Сказка вторая. Я и Джерри решили оформить грин-карты для ваших родителей, которые помогут воспитывать внуков, приобщая их к русским традициям и закладывая основы прекрасной русской души. Если родители не захотят жить с нами в одном доме, мы построим им отдельные помещения. Сказка третья. Я, ну и, конечно, Джерри застраховали свои жизни на миллион долларов. И если с нами что случится, вам выплатят эти суммы, чтобы вы могли достойно жить и растить детей.
Тед замолчал. По щекам русской девушки текли слёзы.
– Это от счастья. Тед, мне не надо такой миллион. Ты мне нужен живой. Я ведь тебя очень люблю.
Американский мужчина нежно обнял русскую девушку.
– Я тебя тоже очень люблю, и хватит тебе бегать с пылесосом по дому. С завтрашнего дня раз в неделю к нам будет приходить женщина и заниматься в доме уборкой и стиркой.
– Нет уж, стирать я буду сама. Доставь мне такое удовольствие, – вытирая слёзы, Люда чмокнула мужа в щёку.
– ОК. А теперь иди звони подруге; подумайте, в чём вы будете покорять Канары, и жди новых «сказок» от американского мужчины.
АЙ СПИК ИНГЛИШ Э ЛИТЛ
Жил я тогда в небольшом белорусском городке. Любимым моим занятием, когда появлялось свободное от работы, рыбалки, увеселительных мероприятий и семейных обязанностей время, было посещение книжного магазина. В нём я мог задержаться на целый час, рассматривая новинки книжной продукции, географические карты, глобусы. Особенно долго я мог простоять у стеллажа, на котором красовались различные самоучители по английскому языку, поскольку меня не покидала мечта когда-нибудь выучить этот международный язык. Разглядывая очередной учебник, я всегда ругал себя за то, что в школе из-за кажущейся лёгкости записался на немецкий язык, а потом и в университете по той же причине на испанский. Вроде бы я себя считал умным парнем, но почему-то во многих случаях искал халяву. Однажды моё внимание привлекла книга про США. В моей душе тогда что-то ёкнуло. Этот волнительный толчок передался мозгу, в котором мелькнула мысль: вот бы побывать там да посмотреть на тамошних людей и оценить их хвалёную демократию. Это желание вскоре затерялось в повседневной суете как несбыточное, и книга, которую я купил, тоже вскоре запылилась на полке.
Прошло ещё десять лет. Девятого сентября 2001 года, за два дня до террористических актов в Америке, из Нью-Йорка нам с женой позвонила дочь, которая по специальной программе экономического университета находилась там для изучения языка и приобретения соответствующего опыта, и сказала, что остаётся в США навсегда, поскольку нашла работу и друга. В моей душе снова ёкнуло. Я достал книгу об Америке, протёр с неё пыль и стал читать очерки о жизни в самой развитой стране мира. Через некоторое время книгу поставил на полку для того, чтобы на ней опять появилась пыль, поскольку желание попасть за океан по-прежнему казалось несбыточным.
Прошло ещё десять лет. Однажды вечером позвонила дочь и сказала: учите английский, мы с мужем отправили вам приглашение посетить Америку с дружеским визитом. На этот раз моя душа взлетела от волнения к небесам. Книгу о великой державе я даже тогда не достал с полки, поскольку меня захлестнул шторм по открытию виз. Мечта побывать в Америке засветилась на горизонте.
Процесс открытия визы начался со звонка в Москву на фирму «Пони-экспресс», которая обслуживает американское посольство. Сотрудница фирмы объяснила мне, какие нужны документы и каков порядок прохождения интервью. После этого я по электронной почте записался на очередь, а потом, собрав все необходимые документы, отвёз их по назначению, где симпатичная девушка, отбросив лишние бумажки, дала мне подтверждение на интервью с указанием даты и времени, пожелав удачи.
Через месяц я с волнением вышел из поезда на Белорусском вокзале в Москве и прямым ходом на электричке метро поехал к американскому посольству. Интервью мне было назначено на девять часов тридцать минут. У посольства я оказался ровно в семь часов утра. Увидев там у ворот одинокую женщину, я почему-то обрадовался, поскольку ещё раньше меня запугали огромной толпой людей, которые мечтали получить заветные визы. Я подошёл к женщине, улыбнулся и развёл руками.
– Однако, я ожидал другую ситуацию, а нас всего лишь двое.
Женщина тоже улыбнулась, но так, словно покрутила пальцем у виска.
– Ещё не утро.
К восьми часам утра вся улица перед зданием посольства гудела от его клиентов. Я был оттеснён от женщины, с которой перекинулся парой фраз, метров на сто. Глядя на море людей, в котором наравне со всеми стояли знаменитые артисты и деятели, я возгордился и успокоился. Отказ в получении визы мне уж не казался смертельным номером.
Несмотря на кажущуюся невозможность обслужить всех жаждущих попасть в мир иной, в девять тридцать, пройдя паспортный контроль, я оказался внутри огромного здания, где сдал на хранение мобильный телефон и все другие вещи, которые представляли опасность для человечества. А потом меня, как на конвейере, стали передавать от одного окошка к другому, где я что-то подписывал, уточнял. В одном из окошек у меня сняли отпечатки пальцев и запечатлели сетчатку глаза. Через час я оказался в святая святых – в зале ожидания непосредственно перед тремя окнами, за которыми находились вершители людских судеб – американские офицеры. Я наблюдал, как к окошкам робко подходили оцепеневшие люди, словно они шли на плаху, где им вот-вот должны были отрубить головы. После интервью многие «пациенты психиатрического заведения» возвращались с паспортами в руках и с бледными лицами. Это означало, что мечте их не суждено сбыться. Они уходили молча. Одна лишь женщина осмелилась истерично закричать: «Как вы посмели? Какое вы имеете право мне не открыть визу, в то время когда вы открыли её всем членам моей группы, которую я возглавляю? Я буду жаловаться!» Офицер ей ничего не ответил и пригласил следующего «пациента». Следующим был я. Я глубоко вздохнул, мысленно перекрестился, подошёл к окну и сказал:
– Хэлоу.
Рыжеволосый мужчина удивлённо посмотрел на меня.
– Ду ю спик инглиш?
Я смутился.
– Ноу, ай спик инглиш э литл.
– Гуд, цель вашей поездки?
– Туризм. Хочу посмотреть, как живёт американский народ, познакомиться с достопримечательностями страны, а потом об этом рассказать гражданам своей страны.
Офицер пристально продолжал меня рассматривать.
– Гуд. Сколько времени вы собираетесь провести в США?
– Около двух месяцев.
– Гуд, – офицер опустил голову и стал что-то ручкой чёркать в документах, в которых находились разные справки, подтверждающие моё намерение вернуться на родину. Потом рыжие глаза посмотрели на меня:
– Хорошо, ваша виза одобрена. Паспорт вы можете забрать через три дня в «Пони-экспресс».
Я в порыве волнения и испуга воскликнул:
– Сенкью вери, вери мач, – и поспешно отошёл от окна.
Потом уже, живя в США, я понял, что слова «ай спик инглиш э литл» с добавлением «ай эм фром раша» и «ай лайк США» магически действуют на американцев, которые, услышав эти фразы, сразу же становятся ещё доброжелательнее и готовы оказать тебе любую посильную помощь, и происходит это на фоне их фанатичного патриотизма к своей стране и великой гордости за неё, чего так не хватает нашему молодому поколению.
ПТИЧЬИ ГНЁЗДА
Я в самолёте «Боинг-777». Рейс Москва – Хьюстон. Высота полёта десять тысяч метров над уровнем моря. Скорость полёта 900 километров в час. Позади девять тысяч километров пути, который пролёг над Россией, странами Прибалтики, Балтийским морем, Скандинавскими странами, Великобританией, Атлантическим океаном, Гренландией, Канадой. И вот уже как полчаса я любуюсь с высоты безоблачными Штатами. Мою душу переполняет восторг. Я не могу поверить, что мои ноги вот-вот пойдут по земле, которая казалась недоступной для простого белорусского мужика. Восторг в душу добавляли предусмотрительные, постоянно улыбающиеся стюардессы-сингапурочки, которые что-то постоянно предлагали из закусок, фруктов, спиртных напитков, соков. И я, конечно, впервые дорвавшись до такого сервиса, ни разу милым девушкам не отказал. А поэтому они с ещё большим рвением предлагали мне всё, что у них было в наличии.
Но вот поступила команда открыть шторки на окнах, убрать всё лишнее из-под ног, пристегнуться и приготовиться к посадке. Через полчаса щёлкнули шасси, а потом произошло еле заметное их касание с землёй. Все с облегчением вздохнули, и салон загудел английскими звуками, из которых я мог перевести лишь «спасибо», «пожалуйста» и «всё в порядке», из-за чего я лишний раз упрекнул себя за легкомыслие в молодые годы.
Через некоторое время, успешно пройдя паспортный контроль, где я сказал офицеру заученную фразу «ай спик инглиш э литл», «май дотэр ливз хиер», что означает «я говорю по-английски мало», «моя дочь живёт здесь», я отправился за багажом, где на контрольном пункте меня поджидал первый сюрприз. За какие-то грехи меня отправили на ручной досмотр. Там чёрная улыбающаяся женщина, прежде чем проверить содержимое чемодана, поинтересовалась, что в нём находится. Я, как мог, сказал: книги, подарки, одежда. Женщина мило улыбнулась и попросила чемодан поставить на конвейерную ленту, а потом, пригласив меня к телевизору, спросила, что за странные предметы я перевожу. Предметы я узнал сразу и радостно закричал: «Это эпл, эпл!» (То есть яблоки). Таможенный офицер улыбнулась, открыла чемодан, достала оттуда десять яблок, завёрнутых в газету, и выбросила их в мусорный бак. Мне ничего не оставалось, как мило улыбнуться и сказать «спасибо, я очень рад этому». Мне также хотелось объяснить милой американке, что эти яблоки я вырастил в собственном саду и вёз их дочери, чтобы ими похвастаться, но я в очередной раз сожалел, что «ай спик инглиш э литл».