Ангелы, Демоны и НДФЛ

Название: Ангелы, Демоны и НДФЛ

Автор(-ы): Каспер Рейв'

Ссылка: https://author.today/work/515670

Приветствие

Дорогой читатель!

Помнишь,как тебе было сложно заполнить первую налоговую декларацию? А теперь представь, что у тебя за спиной два метра крыльев, а вместо ИНН – номер в небесной канцелярии. Добро пожаловать в ад… тьфу, в отдел социальной помощи для мигрантов из других измерений!

Приятного чтения,твой Автор

ЧАСТЬ 1 СЛУЖБА ЗАНЯТОСТИ ДЛЯ НЕБЕСНЫХ СИЛ

«Если бы у меня был выбор— сразиться с демоном Бездны или отправить документы через портал «Госуслуги», я бы, не задумываясь, выбрал демона. По крайней мере, с ним всё ясно».

Глава 1. Демоница с горящим резюме

Понедельник. Сергей ненавидел понедельники. Особенно те, что начинались с семи утра, чашки остывшего кофе и осознания, что до пенсии – как до Марса на самокате. Тридцать три года, восемь из которых он проработал в муниципальном Центре социальной поддержки населения. Восемь лет борьбы с ветряными мельницами бюрократии, где драконами были не мифические существа, а упрямые чиновники из вышестоящих инстанций и вечно недовольные жизнью клиенты.

Он уже собирался взять очередную кипу бланков о предоставлении субсидий на оплату ЖКХ, как дверь в его кабинет с тихим скрипом приоткрылась.

Сергей поднял глаза и на мгновение застыл. В дверном проеме стояла… девушка. Впрочем, «девушка» – это было слишком слабое слово. Высокая, статная, с кожей цвета обсидиана и пышными темно-багряными волосами, собранными в сложную прическу, кое-где перехваченную миниатюрными шипами из черного металла. Она была одета в нечто, отдаленно напоминающее деловой костюм, если бы его шил портной с пятого круга ада. Юбка-карандаш из кожи, похожей на змеиную, и пиджак, под которым угадывалась майка-борцовка. А еще… хвост. Длинный, гибкий, с небольшим наконечником в форме стрелы, который нервно подрагивал и то и дело пытался обвиться вокруг ее ноги, будно стесняясь собственного присутствия.

Девушка – существо? – робко прикрывала этот самый хвост деловой папкой цвета запекшейся крови.

– Прошу прощения, – ее голос был низким, с приятной хрипотцой, словно в горле застряли частички вулканического пепла. – Мне сказали, что здесь помогают… с трудоустройством?

Сергей медленно моргнул. Потом еще раз. Он провел рукой по лицу. Недостаток сна. Однозначно. Или кто-то подсыпал что-то в тот остывший кофе. Он уже видел в своем кабинете кого угодно – от бабулек, уверенных, что за ними следят через счетчик, до молодых людей, желавших получить пособие по безработице за «творческий поиск себя». Но это было ново.

– Входите, – на удивление ровно произнес он, указывая на стул напротив. – Присаживайтесь.

Сущность, назовем ее так, скользнула в кабинет и осторожно уселась на краешек стула, убрав хвост за спину. Сергей заметил, что на ее лбу, изящно выглядывая из-под прядей волос, красовались два небольших, аккуратно заточенных рога.

– Чем могу помочь? – спросил Сергей, беря в руки блокнот и ручку. Стандартный протокол. Действуй, как обычно.

– Мне нужна работа, – выдохнула посетительница, сжимая папку так, что кожа на ее костяшках побелела. – Любая. Я… у меня не получается.

– Понимаю. Сложности с поиском работы – частая проблема, – кивнул Сергей, испытывая странное ощущение дежавю. Он это уже говорил. Тысячу раз. Только обычно напротив сидели растерянные выпускники вузов, а не… вот это. – У вас с собой резюме?

– Да! – она оживилась и протянула ему папку.

Сергей открыл ее. Лист был не бумажным, а больше похожим на тончайший выдубленный пергамент, испещренный символами, которые на первый взгляд казались абракадаброй, но почему-то легко читались.

– Аграфена… дочь Ингвара, из рода Падших Пламеней, – прочел он вслух, с трудом сохраняя невозмутимость. – Интересно. А отчество?

– В наших кругах не принято, – смущенно пробормотала Аграфена.

– Понял. Прописка?

– Э-э… Временно не имею. Портал, через который я прибыла, был… нестабилен. И зарегистрирован не по месту моего фактического пребывания.

Сергей сдержал улыбку. Классика. Миграция из другого измерения с нарушением правил въезда.

– Опыт работы, – перевел он взгляд на следующий раздел и почувствовал, как у него подергивается уголок рта. – Триста лет на должности «Старший Искуситель» в Департаменте Вечных Му… Муков?

– Муковедения, – поправила его Аграфена с легкой гордостью. – Мы отвечали за разработку и внедрение новых методик отчаяния. Я лично курировала направление «Экзистенциальный кризис среднего возраста».

– Ясно, – Сергей сделал пометку в блокноте: «Опыт руководящей работы. Проектный менеджмент». – А почему уволились?

Аграфена потупилась, ее хвост бессильно шлепнулся на пол.

– Реструктуризация. Наш… э-э… «холдинг» поглотила более крупная корпорация. Меня и еще несколько сотен сотрудников сочли… избыточным активом.

– Сокращение, – кивнул Сергей, испытывая странную жалость. Знакомая история, хоть и в необычных декорациях. – Понимаю. Ключевые навыки…

Он замолчал, перечитывая список. Мозг отказывался воспринимать написанное как нечто серьезное.

– «Низвержение душ в пучину отчаяния», – прочел он медленно. – «Созвание и управление легионами бесплотных духов». «Продвинутая техника соблазнения и морального разложения». «Наведение порчи на программное обеспечение»… Это как?

– О, это очень востребованный навык в моем мире! – оживилась Аграфена. – Особенно во время битв за сферы влияния. Вывести из строя систему учета грехов противника – это уже половина победы!

– Понятно, – Сергей снова сделал пометку: «Знание основ кибербезопасности. Вредоносный софт». – А что насчет владения офисными программами? Microsoft Word? Excel?

Аграфена посмотрела на него с искренним недоумением.

– Это… это заклинания такие?

Сергей тяжело вздохнул и отложил резюме. Он облокотился на стол, сложил руки и посмотрел на Аграфену с тем профессиональным сочувствием, которое он обычно выражал матерям-одиночкам и инвалидам.

– Аграфена, я вас прекрасно понимаю. Ситуация на рынке труда сложная. Но видите ли, в чем проблема… Ваши навыки… они, как бы это помягче… не совсем соответствуют нашим локальным требованиям.

– Но я очень стараюсь! – в ее голосе послышались отчаянные нотки. – Я уже два месяца здесь! Я пыталась устроиться официанткой, но когда я подаю еду, она самовозгорается! Пыталась работать кассиром в круглосуточном магазине – кассовый аппарат каждый раз издает пронзительный визг и показывает изображение трехглавого пса! А в колл-центре… – она сглотнула, – менеджер сказал, что мой голос вызывает у абонентов панические атаки и непреодолимое желание немедленно переписать завещание.

Сергей слушал, и в его голове, вопреки здравому смыслу, начал вырисовываться план. Странный, безумный, но план.

– Скажите, Аграфена, – произнес он задумчиво, – а вы могли бы… приглушить свои… э-э… фоновые эффекты? Немного? Хотя бы на время рабочего дня?

– Я… я не знаю, – она снова посмотрела на свои руки. – Я никогда не пробовала. Это как… дыхание.

– Попробуйте. Представьте, что вы… на важном совещании. Где нужно быть убедительной, но не испепеляющей.

Аграфена закрыла глаза, и Сергей почувствовал, как воздух в кабинке стал чуть менее густым, а легкий запах серы, витавший вокруг нее, почти исчез.

– Получается, – прошептала она, открывая глаза.

– Отлично! – Сергей улыбнулся, и это была первая за сегодня искренняя улыбка. – Тогда у меня для вас есть предложение. Как насчет работы в кол-центре?

Аграфена смотрела на него, не понимая.

– В… центре чего?

– Кол-центр. Это когда люди звонят по телефону, а вы их… консультируете. Или, что более вероятно с вашим опытом, убеждаете что-то купить или оплатить долг. – Он посмотрел на список ее навыков. – Видите, «Соблазнение и моральное разложение» – это, по сути, продвинутая техника продаж. А «Низвержение душ в пучину отчаяния»… – он многозначительно постучал пальцем по строчке, – это же практически готовый скрипт для взыскания задолженностей! Вы же умеете настаивать и доводить до отчаяния?

– О, это основа моей предыдущей профессии! – воскликнула Аграфена, и ее глаза вспыхнули алым огоньком, который она тут же погасила, смущенно хлопнув ресницами.

– Вот и прекрасно! – Сергей достал из ящика стандартную анкету соискателя. – Теперь, Аграфена, давайте перепишем ваше резюме на… понятный нашему кадровику язык.

Он взял ее пергамент и на чистой обратной стороне начал писать обычной шариковой ручкой.

– Итак. «Опыт работы: 300 лет. Последнее место – старший менеджер в крупной международной корпорации». Это правда. «Обязанности: управление командой, разработка и внедрение мотивационных программ для клиентов». Тоже правда. «Ключевые навыки: искусство убеждения, работа с возражениями, стрессоустойчивость, настойчивость в достижении цели»… – Он поднял взгляд на Аграфену. – Как вам?

Та смотрела на новый текст с благоговейным ужасом.

– Это… это гениально! Это звучит так… скучно и безлико! Идеально!

– Именно, – Сергей с удовлетворением откинулся на спинку стула. – Добро пожаловать в мир человеческих ресурсов, Аграфена. Где самая страшная пучина отчаяния – это отчет за квартал, который нужно сдать вчера.

Он протянул ей анкету.

– А теперь заполните это, пожалуйста. Печатными буквами. И, ради всего святого, постарайтесь, чтобы бумага не загорелась.

Глава 2. Ангел с экзистенциальным кризисом

Прошло три дня с визита Аграфены. Сергей, окрыленный первым успехом, уже начал составлять в уме план по созданию некоего подобия центра адаптации. Пусть пока неофициального, в свободное от основной работы время. Мысли о демонице, которая, если верить ее последнему СМС, успешно прошла собеседование в кол-центр «МегаФон-Волга», согревали душу. В мире, где социальные работники редко видят плоды своих трудов, это был настоящий прорыв.

Он как раз размышлял, нельзя ли пристроить кого-нибудь из элементалей в ЖЭК для починки труб без разбора стен, когда в коридоре раздался шум. Не обычный гул голосов и скрип дверей, а нечто иное – нарастающий, подобный шуму ветра в проводах, но мелодичный, словно кто-то провел смычком по натянутым струнам мироздания. Свет в кабинке померк, а затем вспыхнул с удвоенной силой, заставив Сергея зажмуриться.

Когда он открыл глаза, в дверном проеме стояла фигура, которая заставила его забыть о Аграфене, элементалях и обо всем на свете.

Это был ангел.

Сергей никогда не видел ангелов, разве что на иконах и в голливудских фильмах, но сомнений не было. Высокий, почти до потолка, с осанкой, которая могла бы выдать в нем царственного особа или, на худой конец, генерала. Лицо – утонченное, аристократическое, с идеальными чертами и кожей, будто светящейся изнутри. И крылья. Огромные, ослепительно-белые, переливающиеся перьями, похожими на сотканный из света жемчуг. Они не помещались в дверной проем, и ангел, с трудом и явным раздражением, пытался их втиснуть, сжимая и изгибая, словно это были два непослушных пледа.

– Проклятая теснота этих материальных воплощений, – проронил он голосом, в котором звенели колокола и шелестели листья древних деревьев.

Сергей сидел, не в силах пошевелиться. Его мозг, только-только смирившийся с существованием демонов, теперь с треском перезагружался, пытаясь найти место для этого нового факта.

Ангел, наконец, прошел в кабинет, с грохотом задев косяк крылом. Несколько перьев медленно опали на линолеум, где продолжали мягко светиться. Он тяжело опустился на стул, который заскрипел под его весом, и бросил на Сергея взгляд, полкий такой беспомощной ярости и вселенской скорби, что у того екнуло сердце.

– Люди! – изрек ангел, и его голос прозвучал как приговор. – Они невыносимы!

Сергей медленно закрыл рот, который у него сам собой открылся.

– Чем… могу быть полезен? – выдавил он, чувствуя себя полным идиотом.

– Меня зовут Кассиэль, – произнес ангел, не отвечая на вопрос. – Я – хранитель. Вернее… был хранителем. Три тысячи лет. Три тысячи лет я наставлял, оберегал, шептал на ушко слова надежды и предостерегал от ошибок! И что вы думаете?

Сергей молчал, понимая, что риторический вопрос не требует ответа.

– Они молятся о мире во всем мире! – продолжал Кассиэль, и его крылья нервно взметнулись, смахнув со стола папку с делами. – Взывают к небесам, просят благоденствия и процветания! А потом… – он понизил голос до драматического шепота, – потом они дерутся из-за парковочного места перед супермаркетом! Из-за последней скидки в «Пятерочке»! Из-за того, кто первее занял очередь в кофейне! Я… я больше не выношу этой лицемерной, бессмысленной, мелочной суеты!

Он опустил голову на руки. От его крыльев исходило такое сияние, что Сергею пришлось прищуриться.

– У меня… профессиональное выгорание, – прошептал Кассиэль. – Экзистенциальный кризис. Я больше не вижу смысла. Не слышу гармонии сфер. Только этот… этот шум. Душевный смог.

Сергей наблюдал за ним с растущим интересом. Перед ним был не всемогущий небожитель, а… измотанный, выгоревший специалист. Тот самый синдром эмоционального выгорания, с которым Сергей сталкивался у учителей, врачей и, черт побери, у себя самого. Только в масштабах вселенной.

Он тяжело вздохнул, достал из ящика стола брошюру, оставшуюся с прошлой недели, когда в Центре проводили ярмарку вакансий для госслужащих, и протянул ее Кассиэлю.

– Попробуйте сменить род деятельности, – предложил он. – В налоговой, например.

Кассиэль поднял голову. В его бездонных глазах, похожих на ночное небо, плескалось недоумение.

– В… какой?

– В налоговой инспекции, – повторил Сергей, на полном серьезе. – Там как раз ценят перфекционистов с опытом ведения… э-э… вечных книг. У вас, я смотрю, с бухгалтерией должно быть все в порядке.

– Но… я ангел! – произнес Кассиэль, как будто это что-то объясняло.

– А там демоны не работают? – поинтересовался Сергей.

Кассиэль смерил его взглядом, полным брезгливости.

– Конечно, нет! Это… неприлично!

– Ну вот видите, – Сергей развел руками. – А зря. У них там с отчетами, говорят, полный порядок. Но если не налоговая, то, может, вам просто нужен отпуск? Перезагрузка?

– Отпуск? – Кассиэль смотрел на него, будто тот предложил поджечь райские кущи. – Куда я пойду? На небесах я все видел. В других мирах – тоже. Все одно и то же! Тот же хаос, та же глупость, те же бесконечные просьбы!

– А вы пробовали… просто пожить здесь? – осторожно спросил Сергей. – Без обязанностей хранителя. Как обычный… э-э… гражданин.

Мысль была настолько чудовищной и новой для Кассиэля, что он на мгновение застыл с открытым ртом.

– Как… обычный гражданин? – переспросил он, словно пробуя слова на вкус.

– Ну да. Снять квартиру. Устроиться на работу. Ходить в магазин. Смотреть сериалы по вечерам. Жить, в конце концов. Может, тогда вы и поймете, ради чего все это стоит охранять. Или, по крайней мере, перестанете так сильно переживать из-за парковочных мест.

Кассиэль молчал. Его крылья медленно опустились и обвисли. Он смотрел в пространство перед собой, и в его глазах мелькали отблески каких-то внутренних битв.

– А… как это? – наконец спросил он тихо. – Жить… без цели? Без высшего замысла?

– А вы думаете, у людей он есть? – усмехнулся Сергей. – Большинство из нас просто живут. Ищут маленькие радости. Кофе по утрам. Хорошую книгу. Общение с друзьями. Иногда это и есть тот самый замысел.

Он посмотрел на потерянного небожителя и почувствовал прилив странной ответственности. Демона он пристроил в кол-центр. Ангела… куда?

– Слушайте, – сказал Сергей, понизив голос, хотя в кабинете, кроме них, никого не было. – У меня тут… формируется некая инициативная группа. Неофициальная. По адаптации… таких, как вы. И Аграфена.

– Демоница? – Кассиэль нахмурился, и его крылья снова напряглись. – Вы сотрудничаете с силами тьмы?

– Я сотрудничаю с теми, кому нужна помощь, – твердо ответил Сергей. – И сейчас вы сидите в моем кабинете, а она – нет. Она уже работает. А вы – нет. Так кто из вас сейчас более «сила»?

Логика была неопровержимой, хотя и абсолютно еретической с точки зрения небесной иерархии. Кассиэль снова умолк, переваривая удар по своему самолюбию.

– И что вы предлагаете? – наконец выдохнул он.

– Для начала – научиться складывать крылья так, чтобы не задевать люстры, – практично заметил Сергей. – Потом – помочь вам с документами. У вас ведь нет ни паспорта, ни ИНН, ни СНИЛСа, верно?

Кассиэль с достоинством покачал головой.

– Я числюсь в Небесной Канцелярии под номером 7-Г-34-бис.

– Здесь это не котируется, – покачал головой Сергей. – Здесь без ИНН вас даже на биржу труда не поставят. А потом… посмотрим. Может, найдем вам дело по душе. Волонтерство, например. Помогать тем, кто в беде. Только без шепота на ушко и явлений в сиянии славы. Обычная, земная помощь.

Кассиэль смотрел на свои руки, потом на свои крылья, потом на Сергея. В его взгляде бушевала война между гордыней и отчаянием.

– Я… я подумаю, – наконец сказал он и поднялся. На этот раз он двигался более осторожно, стараясь не задеть крыльями стены. У выхода он обернулся. – Этот… кофе. Он и правда помогает?

– Иногда, – улыбнулся Сергей. – Но не ждите от него откровений. Максимум – бодрости до обеда.

Кассиэль кивнул с видом человека, принявшего к сведению важнейшую информацию, и вышел, оставив после себя легкое свечение и несколько перьев на полу.

Сергей откинулся на спинку стула и выдохнул. В его голове пронеслись мысли о том, где достать ангелу паспорт, как объяснить в паспортном столе отсутствие у него родителей и что делать с его крыльями при прохождении медкомиссии. А еще он подумал, что его неофициальный центр адаптации только что приобрел своего второго клиента. И первого штатного психолога. Потому что кто, как не выгоревший ангел, сможет понять глубины экзистенциальной тоски у демона или элементаля?

Он вздохнул и начал искать в интернете: «Как оформить опекунство над несовершеннолетним ангелом без документов». Понедельник продолжался.

Глава 3. Бюро находок для мифов

Прошло ровно неделя с тех пор, как Сергей впервые принял у себя Кассиэля – загадочного посетителя с нестандартной, прямо скажем, телесной организацией. За эти семь дней кабинет, расположенный в обыденном административном здании, словно превратился в своеобразный приют для самых необычных персонажей, и мысль о том, чтобы повесить на двери табличку с надписью «Приёмная для лиц с нестандартной телесной организацией» уже перестала казаться шуткой.

За это время Сергей успел принять целую череду весьма своеобразных посетителей. Вот, например, недавно он помогал одной даме – Аграфене – оформить ИНН. Несколько минут длилось сложное разъяснение инспектору, почему у соискательницы, обладающей хвостом, на стуле появилась аккуратная, но весьма заметная дырка, которую тот не мог никак объяснить с точки зрения стандартной анатомии. В инспекторской атмосфере, где обычно царила бюрократия и серьёзность, пришлось приложить немало усилий, чтобы донести уникальность ситуации и добиться положительного результата.

Не так давно Сергей пытался убедить Кассиэля – аура этого существа постоянно источала мягкое, но очень насыщенное свечение – что постоянное сияние в рабочем помещении представляет собой не только необычное явление, но ещё и грубое нарушение санитарных норм. Свет, казалось, даже немного мешал окружающим сотрудникам, раздражая глаза и создавая дискомфорт при работе. Сергей сдержанно, но настойчиво изложил аргументы, что на рабочем месте нужно соблюдать определённые правила безопасности и комфорта. Кассиэль, хоть и с некоторым недовольством, но всё же согласился уменьшить яркость своего свечения – по крайней мере, на время официальных приёмных часов.

Сегодня же на его столе оказалась не менее необычная и, пожалуй, самая живописная в практической истории посещений пара: водяной элементаль и огненный дух. Их появление в учреждении сопровождалось сразу несколькими весьма ощутимыми эффектами – едва ли не небольшим затоплением, так называемым «легким потопом», и локальным резким повышением температуры, доходившим до показателей, характерных для саун и парных. Это вызвало среди сотрудников целый гамма эмоций от паники до любопытства.

Водяной элементаль, которого Сергей в шутку мысленно окрестил Вадимом, выглядел одновременно жалким и завораживающим. Его тело всё время представляло собой сложное сочетание человеческих очертаний и водяной субстанции, которая переливалась и колыхалась, словно бы под воздействием невидимого потока. Из дивана, на котором он удобно расположился, тихо стекали ручейки воды, оставляя мокрые следы на ткани, а голос его звучал очень необычно – как бульканье горного родника, успокаивающее и немного меланхоличное.

– Меня выселили, – с тоской произнёс он, глядя прямо на Сергея своими прозрачными глазами. – Из фонтана у театра. Сказали – несанкционированная манифестация. Где мне теперь ещё быть? Река грязная, а водопровод – это вообще противоестественно для меня!

Рядом с ним сидел Огненный дух. Он аккуратно пытался держаться на определённом и, несмотря на всю свою сущность, почтительном расстоянии. Его тело источало лёгкое мерцание и потрескивание, а по воздуху вокруг него струились волны жаркого марева. Сергей, наученный горьким опытом взаимодействия со столь необычными гостями, заранее убрал со стола все бумаги и документы, опасаясь, что те могут воспламениться или стать жертвой его стихийного присутствия.

– А вас-то что привело сюда? – осторожно спросил Сергей, обращаясь к Огненному духу.

Тот вспыхнул ярче и потрещал что-то сердито, выражая беспокойство и раздражение.

– Он не может устроиться на работу, – перевёл слова Вадим. – Говорит, что везде, куда приходит, начинается паника. То плавится клавиатура, то документы внезапно вспыхивают. А в прошлый раз в столовой он подогрел себе суп… ну, естественным путём, скажем так. Теперь его в радиусе пятисот метров от пищеблоков не пускают.

Сергей тяжело откинулся на спинку своего рабочего кресла и некоторое время молчал, пристально наблюдая за этой невероятной парой. Водяной и Огненный дух – в иных условиях они были бы непримиримыми врагами, вечно находящимися в состоянии конфликта и противоборства. Но здесь, в этом офисе, они оказались всего лишь двумя пришельцами из разных миров, объединёнными горечью от непонимания местных правил и тоской по привычной трудовой деятельности.

– Ясно, – наконец проговорил Сергей. – Проблема в том, что вы не умеете контролировать свои… э-э… экстремальные проявления.

Оба существа уныло кивнули.

– Отличные кандидаты для МЧС, – подумал Сергей вслух. Его сознание уже начало породить контуры, казалось бы, безумного, но в то же время очень многообещающего плана. – Только одно условие – никаких спонтанных потопов и возгораний во время собеседований. И, естественно, на рабочем месте – только по служебной необходимости.

Вадим забулькал с надеждой – его вода словно заиграла светом.

– Вы можете нам помочь?

– Постараемся, – Сергей вытащил на стол блокнот и ручку, готовясь делать записи. – Вадим, вы говорите, что река, где вам обычно жить, грязная. А сможете ли вы самостоятельно её очищать?

Водяной элементаль выпрямился с гордым видом, и с дивана хлынула новая струя кристально чистой воды. Он взглянул на Сергея с уверенностью.

– Конечно! Я могу сделать любую воду кристально чистой! Это моя природа и мой дар!

– А вы? – Сергей перевёл внимание к Огненному духу. – Вы можете работать с температурой осознанно? Не просто жечь, а именно управлять жаром, контролировать его?

Тот издал характерное потрескивание, похожее на треск костра в зимний морозный вечер, и кивнул, аккуратно выпуская маленький, почти декоративный язык пламени – знак признания и готовности сотрудничать.

– Отлично, – Сергей стал делать подробные заметки. – Значит, план такой: завтра у нас тренировка – учимся контролировать свои стихии, становиться менее выразительными итемпераментными. Затем займёмся оформлением всех необходимых документов. А там уже посмотрим, как они будут интегрироваться.

Он решил не раскрывать им сразу своего главного замысла – связаться с давним другом, который работал в региональном управлении МЧС. Идея скомплектовать одну из бригад подобными специалистами, которые не требуют дополнительного оборудования для тушения пожаров или разбора завалов, становилась всё более заманчивой. Такой подход мог бы стать новым этапом в работе службы, привнеся беспрецедентную эффективность.