- -
- 100%
- +
Я по-настоящему загорелась этой квартирой, наверное, потому согласилась на рабский контракт, ведь, увидев такие возможности, построив в голове идеальную картину того, как могло бы быть, я уже не могла отказаться. Потому и закрыла глаза на многие идиотские условия изначально. Да что говорить, перед тем как подписать, я даже не дочитала контракт до конца. Дура, как есть, самая настоящая дура.
Но я кайфовала, все выходные после того, как забрала и перепроверила размеры второго этажа, я рисовала. Не знаю, почему изменила собственному правилу и начала именно со второго этажа, но видение мужчины, стоящего ко мне спиной у окон, меня не покидало и каждый раз в моей голове обрастало подробностями: появлялась мебель, цвета, детали, и неизменно в каждом рисунке был Самойлов как часть интерьера.
Он был даже на тех, которые я посвятила другой части этажа. Виталий непременно отражался то в зеркале, то в телевизоре, то в глянцевой напольной вазе. Когда я поймала себя на том, что рисую на двери блик отражающегося света от запонок Самойлова, тогда я поняла, что чокнулась. Ведь там, в квартире, я даже не обратила внимания на драгоценные и такие стильные украшения для его пиджака, но на эскизах они появились нежданными, непрошеными гостями.
К вечеру воскресенья дизайн второго этажа был полностью готов. Просто сумасшедшая скорость. Конечно, это лишь наброски, без конкретных фактур, текстур и материалов. Но я давно так быстро не работала. Да что говорить, я даже не накормила дочь. Моя любимая и такая самостоятельная белочка сама позаботилась о себе и маме. На обед мы кушали пельмени со сметаной, а на ужин макароны с сыром и котлетами.
Господи, моя дочь была лучшей.
Утром в понедельник я встала пораньше, приготовила ее любимую творожную запеканку на завтрак и, уже когда отвезла дочь в школу, засела за перенос дизайн-проекта с альбомных листов в компьютер.
Звонок раздался в девять пятнадцать. Я так и не вбила в контакты номер Виталия, но несмотря на это сразу узнала набор цифр.
Посчитала до пяти и, прикусив кончик карандаша, провела пальцем по сенсорному экрану телефона.
– Да? – то ли поприветствовала, то ли с ходу поинтересовалась, что ему от меня нужно.
– Виктория, – опять это «р», да он смерти моей хотел с утра пораньше, не иначе.
– Виталий.
– Почему я не вижу вас на рабочем месте?
Это сейчас шутка такая была?
– Простите?
– Вы проспали?
Да он точно издевается.
– Виталий, вы, наверное, не совсем точно понимаете специфику моей работы. Я не должна постоянно находиться в вашей квартире, я работаю удаленно. Да у вас там даже интернет не проведен, – все же не сдержалась я.
– Виктория, я говорил не о квартире, а о моем офисе. Мне, честно говоря, плевать на специфику вашего занятия. Вы временный наемный рабочий, и я бы предпочел, чтобы, как и весь остальной постоянный персонал, находились в офисе. И не переживайте, вам выделят кабинет и даже, – он сделал паузу, – интернет.
– Вы сейчас серьезно?
– Абсолютно, уж простите, но я все привык держать под контролем, особенно когда дело касается того, как будет выглядеть моя квартира. Не хотелось бы зря тратить время на переделки, а сразу сделать так, как мне хочется.
Карандаш, зажатый в зубах, начал крошиться. Чертов вояка. Хочется ему. Контроллер хренов.
– Пункта о моем рабочем месте не было в контракте, – предприняла последнюю, почти бесполезную попытку.
– Вы хотите со мной поссориться? – мягко, но так угрожающе спросил он, что я задохнулась. – Ведь я могу вызывать вас каждый час для внесения новых пожеланий.
Сволочь. Он и его рыжая помощница. Тоже, что ли, перекраситься обратно? С прежним цветов волос я была более удачливым человеком. В контракте и правда были пункты о том, что я обязана в любое время суток отвечать на его звонки и являться по первому требованию для разъяснения непонятных ему вопросов. А также для того, чтобы вносить поправки, которые этому важному мужчине могут прийти в голову спонтанно. В душе, например.
Так, тормози, это меня уже совсем не туда понесло. Только вот воображение мое не послушалось и с радостью нарисовало картинки голого Самойлова. Пену, стекающую по рельефному торсу к паху…
– Хорошо, – чуть не взвизгнув, ответила я, пытаясь отвлечься от наваждения, до сих пор стоящего перед глазами, – я приеду в ваш офис, но, во-первых, я не знаю адреса. А во-вторых, вы должны понимать, что у меня должен быть свободный, гибкий график. – Я четко понимала, что обязана отстоять свой привычный уклад, пойти на уступки, но скорее видимые. – Давайте договоримся: я буду приезжать каждый день в ваш офис, возможно, для вас, как для очень делового и занятого человека, это будет намного удобнее, и находиться там с утра и до обеда. На первом этапе, – поспешила закончить свою мысль, пока он не решил, что я соглашусь постоянно и безвылазно сидеть у него под боком, – потом, само собой, мне придется ездить и общаться с поставщиками, выезжать на объект и так далее, тут уже никто не сможет предугадать по времени.
– Я вышлю вам в смс адрес, на ресепшене покажете паспорт и вам выдадут пропуск, – раздраженно произнес он, и все. Повесил трубку!
И как это можно было понять? Он согласился со мной? Остался при своем мнении? Или, вообще, что? Какая же я дура! Чертовы амбиции и стремление к прекрасному. Ну на кой ляд я подписала этот адовый контракт и взялась за непосильную работу? Все же это не мой уровень. Не мой.
Но какая же заманчивая возможность и полет для фантазий.
Я глянула на рисунки и пришла в ужас. Что, если Самойлов захочет увидеть эскизы? Что он подумает?
Черт. Черт. Черт.
Глава 11
Нажал на отбой и крепко сдавил в ладони телефон. Свободный график ей подавай, встречи с поставщиками, блять.
Мечтательница.
Стоило только вспомнить, в каком виде она явилась в субботу на деловую встречу со мной. На деловую. А я только и думал о том, как взять себя в руки, чтобы не прижать ее к панорамным окнам и хорошенько не оттрахать.
Странно, что меня завела даже не попка, аппетитно обтянутая ярко-розовыми брюками. Брюками, которые не оставляли никакого полета для фантазии, совсем. Они обтягивали Викторию от самой талии и до тонких щиколоток. И без того длинные ноги девушки казались бесконечными, хотелось их закинуть себе на плечи, потому что именно там для них было самое идеальное место. Но дело было даже не в сводящих с ума ногах.
Когда Вика подошла ко мне и обняла себя за плечи, я увидел, как по ее рукам побежали мурашки. Почему при виде маленьких пупырышек у меня сразу встал член, я так и не понял. Но облизать Викторию захотелось, всю и сразу. Словно она была ягодным тортом, политым сиропом.
И вот теперь она говорила, что будет ездить к поставщикам. Да черта с два.
Откинулся на спинку кресла и растер виски. Нужно было поскорее с этим заканчивать, я чересчур сильно переоценил свое терпение и недооценил тягу к рыжей ведьме. Факт.
Ладони начало покалывать. Провел большим пальцем по остальным, представляя, как перебираю в руках ее гладкие и мягкие волосы. Непременно рыжие, только такие.
По позвоночнику прошел импульс, а в штанах опять стало тесно. Пытка. Самая настоящая. Прикрыл глаза, пытаясь расслабиться, перебрал в голове все сегодняшние задачи, отделил от них первоочередные, составил их в нужном и правильном порядке.
Интересно, во что она вырядится сегодня?
Да твою ж мать…
Открыл глаза и поднялся с кресла. Груша должна была помочь, но в этот момент пропищал селектор, и я нажал на кнопку, не садясь обратно. Все возбуждение ушло разом, развеялось как дымка, стоило только услышать писклявый голос Иоанны. Нет, ну это ж надо было додуматься – назвать так бедного ребенка.
– Виталий Сергеевич, простите. К вам пытается прорваться женщина, хоть я и сказала, что вы заняты.
В груди что-то ёкнуло, а голос внезапно осип.
– Посетительница представилась?
– Олимпиада Львовна, она не хочет называть свою фамилию, – уже более приглушенно произнесла помощница моей помощницы, а я рассмеялся, не сдерживаясь, во весь голос, стоило только представить, как в этот момент та самая Олимпиада Львовна смотрит на Иоанну, словно удав на кролика. И опять эта ассоциация рыжей помощницы с кроликом. Мне стало жаль девушку, правда, лишь самую малость. Отсмеявшись, я наконец-то произнес: – Мама, как ты там еще дверь не вынесла и не зашла, я поражен твоим терпением, честно.
Из динамиков послышался писк. Возможно, удав все же решил проглотить трясущегося от страха кролика?
Не прошло и минуты, как в кабинете появилась мама. Она молча и степенно дошла до моего стола и плавно опустилась в кресло напротив, положила свою маленькую черную сумочку, больше похожую на кошелек, на стол и, сложив ногу на ногу, сцепила руки в замок на коленях. Все это время мать прожигала меня недовольным взглядом.
– Я тут ни при чем, – поднял руки вверх, признавая поражение и садясь обратно. Надобность в груше отпала.
Мама лишь выгнула левую бровь дугой. Изумительное умение – поднимать лишь одну бровь. Мне оно тоже досталось от родительницы. На подчиненных действовало потрясающе.
– Это все Мария Павловна, и, кстати, где она сейчас, понятия не имею. – Глянул на часы. – Я еще час назад поручил ей подготовить кабинет для нового сотрудника, и, – развел руками, – видимо, до сих пор готовит.
– Что же это за сотрудник такой, Виталик, что ты Машеньку загрузил? – сухо произнесла мама, но ее холодные голубые глаза наконец-то оттаяли.
– Она сама его, – кашлянул в кулак, пытаясь скрыть улыбку, набежавшую на лицо, стоило лишь вспомнить разговор с тетей Машей в тот день, – точнее, ее выбрала.
– А можно подробнее, а то мне уже страшно, – мама заинтересовалась и, чуть подавшись вперед, впитывала в себя все мои эмоции.
– Почему страшно?
Я знал, что она скажет, но не мог отказать себе в удовольствии услышать это из ее уст. Ведь она так обожала Машеньку.
– Ну, видимо, возраст берет свое. Она хоть и младше меня на пять лет, но знаешь, милый, посмотрев на помощницу, которую она готовит на свое место, я засомневалась в здравости ее рассудка. Наверное, она устала.
Я не сдержался. Засмеялся опять, искренне и громко. Как же я обожал мамину прямолинейность. Поднялся с места и, обойдя стол по кругу, встал за маминой спиной, положил руки ей на плечи, невесомо сжал и, поцеловав в макушку, прислонился подбородком к седым волосам, собранным в аккуратный пучок.
Мама положила ладонь на мою руку и, похлопав по ней, начала неизбежный разговор, ради которого сюда пришла.
Она редко появлялась в офисе, даже когда здесь еще работал отец. Последний раз она здесь была лет восемь назад, как раз когда я был на учебе в Москве. Я тогда с самолета поехал сразу сюда, до дома было дольше, а мама, узнав о том, куда я держу путь из аэропорта, опередила меня. И, когда я явился в кабинет, она уже ожидала блудного сына вместе с отцом. На самом деле она очень мной гордилась за выбор профессии и самостоятельную жизнь.
Мама, в отличие от отца, которого она иногда в шутку называла торгашом до мозга костей, была из очень статусной семьи. Поздняя и единственная дочь человека, получившего звание маршала Советского Союза, который женился почти в пятьдесят на молоденькой дочери эмигрантов дворянских кровей. Самый настоящий мезальянс, за который деда собирались лишить звания. Но все как-то утряслось и улеглось, бабушке дали гражданство и закрыли глаза на ее происхождение. Что было очень странно, словно кто-то им там что-то наколдовал.
Они встретились во Франции, и через два дня знакомства дед, приехавший по государственной важности делам в составе делегации, практически похитил бабушку, вывез в ФРГ, а там уже и пересек границу. Бабушка до сих пор вспоминает то чудное приключение с улыбкой и слезами на глазах. А вот деда не стало с нами двадцать один год назад, он прожил до восьмидесяти восьми. До последнего держался молодцом и сражался со своими болячками, потому что не хотел оставлять в одиночестве своих девочек, несмотря на то, что у его девочек был мой отец, уже тогда построивший свой бизнес, и я, молодой парень, который к тому моменту определился, что пойдет по стопам деда.
Понятно, что я не рассчитывал дослужиться до таких грандиозных званий, я прекрасно знал, что мне рано или поздно придется вернуться и продолжить дело отца, иначе никак. Ведь я тоже был поздним ребенком. Но несмотря на это я был благодарен отцу, что он не давил и принял мой выбор, позволил состояться как личности. А мама… мама мной гордилось, и это делало меня безумно счастливым человеком.
– Если ты не женишься и не сделаешь своему отцу внука в самом ближайшем времени, он умрет раньше положенного срока, а я, знаешь ли, не хочу этого, милый.
– Мам, ты так говоришь, как будто это проще простого.
– Я понимаю, что это непросто, и даже смирилась в глубине души, что никогда не подержу на руках собственных внуков. Мы сами виноваты, что так долго тянули с твоим появлением на свет. Но ведь мы были молоды и наивны, думали, что успеем многое, ведь вся жизнь, казалась бы, стояла впереди. Не повторяй наших ошибок, Виталий.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.