Горячий шоколад, или Проклятие двойной любви

Глава 9. Искусство перевоплощения.

Открыв утром глазки я улыбалась. Уже третий день в бегах и сегодня мне как-то спокойнее, привыкаю. Вчера, забирая вещи и Шаа из гостиницы, я узнала, что в новостях нет ни одного упоминания, что у де Ботталя Джайхар Мейлун пропала дочь или, что у Айшера Зайер Мерион исчезла невеста. Но я подозреваю, что это из-за сорванной помолвки, позорище какое — невеста сбежала. И им же лучше оттого, что об этом не было объявлено заранее. И если жениха я оскандалила только перед теми, кто знал о намечающейся невесте, то отца я подставила перед семьей жениха. А это удар по репутации и, возможно, он понесет финансовые убытки.

Зато зрителям сообщили, что Айшер по заветам предков ровно через неделю отбывает на остров Вакулы дабы вознести дары Богам. Журналистам стало известно, что ожидаемая через семь дней свадьба отменяется по неизвестным причинам. По этой причине политик едет со своей пожилой матерью. По древним законам, пока нет жены поклоняться Богам следует с матерью, сестрой или духовной наставницей, иногда для таких случаев приглашают монахиню.

Предки рода Зайер с незапамятных времен поклонялись восьмерым Богам и взывали ко всевозможным духам. Восемь основных Богов: земли, дождя, ветра, солнца, луны, огня, судьбы и чудес, им соответствует восемь дней аскезы, молитвы и даров, каждому богу в отдельности. После этого два дня праздника молчания и погружения в себя, в которые нельзя работать и разговаривать. Эти дни проводятся в одиночестве. Мужам предписано медитировать, созерцать красоту природы, гулять. Обязательно встречать рассветы и закаты около реки. Женщины проводят свои, похожие ритуалы, но на женской половине острова.

Все это кратко я прочла из новостной справки и припомнила из уроков истории. Только не знала, что Айшер с западного материка Мирион, это они каждый год совершают паломничество на остров Вакулы. И живут там волколаки — оборотни, способные принимать облик волков. Но вот мой несостоявшийся жених не может оборачиваться и скорее всего по этой причине его род уже два поколения живет на нашем самом крупном материке Намир в городе Шоколи.

От своей кошечки я узнала, что про меня или моего отца ни слова за весь день не было. Так что ищут меня неофициально и скорее всего далеко отсюда.

Горько было думать о том, как перенес мой побег отец, что стало с Роем. Хотелось верить, что его не сильно наказали, хотя думать так — это самообман. Он принадлежит школе телохранителей, а правила у них более чем строгие. Мой побег грязным пятном лег на его имя и репутацию.

У папы рухнули честолюбивые надежды от планов заиметь перспективного зятя. Я люблю отца, пусть часто и не понимаю его. Вижу, что его поступки в отношении меня продиктованы коммерческой выгодой, но такой он есть. Не могу его судить, хоть порой и грустно от его приказов. Мама рассказывала, отец большую часть детства сильно голодал и теперь боится остаться без средств к существованию. С возрастом это усугубилось и превратилось в неосознанную цель жизни, и даже манию.

Думая о том, что отец хотел отдать меня довольно жестокому и авторитарному человеку, понимаю, что даже обиды нет на его поступок. Я легко его оправдываю.

— Папуля, я обязательно дам тебе знать, что со мной все хорошо, но когда-нибудь потом. А пока строй свои великие планы без моего участия, — прошептала я в темноту ночи, перед тем как уснуть.

Несмотря на то, что испытывала беспокойство к родителю, ведь теперь он остался совершенно один в своем огромном доме, свою жизнь ломать рядом с холодным политиком я и не думала. Хвостом чую, что полюбить он меня не сможет и даже толики тепла я рядом с ним не обрету.

— Но хватит о прошлом, — вслух возвестила сама себе, вставая с кровати и включая громкую бодрящую мелодию, — сегодня у меня судьбоносный день.

Шаа, спящая рядом, открыла один глаз и тут же закрыла, не обращая внимания на бодрящие звуки.

Я еще не знала насколько судьбоносным он действительно станет.

Заказала легкий завтрак из кафетерия внизу и пританцовывая отправилась в душ, захватив с собой бронзатор. Мне необходимо было сменить тон кожи с розового на коричневый. На более нежной коже лица использовала специальный автозагар того же оттенка.

Когда воздушный омлет был съеден, я поудобнее устроилась на пуфике у красивого овального зеркала. Музыку включила помелодичнее. Сейчас мне предстояло тщательно прорисовать образ, запомнить каждую мелочь и повторить несколько раз для закрепления. Для начала я нашла в сети фото парня, под тип которого планировала себя замаскировать.

Итак, цвет кожи у меня изменился благодаря автозагару, но тон все равно необходимо было нанести, чтобы сгладить все черты. Свои прямые стрелы бровей, стремящиеся вверх, выше висков, я сделала более широкими опуская их внешние края ниже, как у большинства людей.

Контурирование делала по мужскому типу, коричнево-серыми тенями подвела глаза вдоль ресниц, опуская уголки глаз и тщательно растушевывая. Прорисовала скулы, проведя линию вниз к подбородку, светлым корректором сделала более впалые щеки. Светлыми и темными тенями прорисовала лоб, затемнила внутренние уголки глаз. Специальной кисточкой легкими прихлопывающими движениями нарисовала почти неприметные намечающиеся усики и немного щетины на скулах и подбородке. Получился довольно милый парень. Еще несколько штрихов для доведения до совершенства.

Я помнила, как официанты подходили к нашему с отцом столику с отрешенными лицами. Они были очень вежливы, предупредительны, но не улыбались. Спины ровные, руки в белых перчатках, одна за спиной прижата к пояснице, в другой виртуозно принесенный поднос. Похожей на них мне и предстояло стать.

Я встала, прошлась по комнате, копируя походку официантов. Хорошо, что я высокая. Эх, еще фигуру прятать и голос репетировать.

Запечатлела получившуюся мордашку и пошла умываться, потом включила книгу с чтецом мужчиной и принялась повторять, копируя его голос. В это время наносила макияж повторно. Теперь я немного улучшила образ, используя приемы, которые вспомнились по мере изменения внешности. Меня учила наша гримерша, ей нравилось рассказывать о том, что она делает. Девушка часто говорила о тех мелочах, что отличают женщину от мужчины и как она это исправляет гримом. Однажды пришлось играть на сцене мужскую партию, так как актер сломал ногу на собственной свадьбе. Мою роль тогда сыграла главная красавица потока.

Хорошо, я знала почти все роли наизусть и было кому переделать девушку в парня. А то мальчиков нам катастрофически не хватало.

Изменив свои черты во второй раз, я запечатлела получившегося парня для сравнения. Поняла, что первый и второй раз лица получились слишком разные. Со второго образа на меня глядела более мужская, взрослая особь. Размышляла я не долго и пришла к выводу, что мне нужно нечто среднее между ними.

В конечном итоге макияж я наносила семь раз, последние три были для закрепления навыков одинакового лика.

Посмотрев на время, поняла, что опаздываю на приведение ноготков на мужской манер, а у меня впереди собеседование. Подскочила с пуфика, надела корсет, зацепила все крючки, хорошо, еще вчера зафиксировала нужную мне форму. Грудь внутри расплющилась, но особо неприятных ощущений не было, просто вечером обязательно нужно будет сделать массаж пострадавших, хм…, органов, чтобы восстановить кровообращение.

Брюки черные, белая рубашка в тонкую голубую полоску, бандана и любимые ботинки, — Астин готов к выходу в свет. Еще раз придирчиво посмотрела в зеркало, убедилась, что все в порядке. Глубоко вздохнула и низким, заученным голосом, глядя себе в глаза произнесла:

— Я — Астин Норшер. Я парень. Я пришел. Я принес. Я готов.

Делала себе установку, чтобы случайно не проговориться. Я постаралась слиться с образом однокурсника. Вспомнить походку, манеры говорить, жесты.

Перекусить решила по дороге, кошке выложила оставшиеся со вчера припасы.

Голодной на важную для себя встречу идти не хотелось, а то из-за голода и нервов могла закружиться голова. Хотелось быть собранной и во всеоружии, быстро пообедав в недорогом кафе, поехала навстречу новым свершениям.

Ноготочки мне довольно быстро укоротили и для себя я поняла, что внимательный собеседник, вполне способен сообразить, что перед ним девушка, хотя бы по рукам. Девушка работавшая с моими пальчиками сообразила и подмигнула:

— Классный образ! Тебе идет.

Глава 10. Собеседование.

Спеша на будущую работу я отчего-то разнервничалась. Непонятно что со мной. Даже когда сбегала с помолвки, так не нервничала, и голова была кристально ясная.

А теперь что? В ресторан я практически вошла с парадного входа, но увидела выходящих из ресторана папиных друзей, отшатнулась. И только после этого вспомнила, что мне-то теперь нужен служебный вход.

Пришлось искать его, обходя здание. Искомая дверь нашлась с торца и я не раздумывая потянула ее на себя. Дверь легко поддалась. Небольшой коридор был пуст, и я отправилась на голоса. Увидев несколько парней удивленно смотревших на меня, только хотела спросить управляющего Эштона, как от высоких парней отделился самый мелкий и с уверенным видом направился ко мне.

— Ты новенький от Диша? Отлично, садись. Эштон сказал проэкзаменовать тебя. Так что не будем терять время. Ребята, расходимся по местам.

Парни особого интереса ко мне не проявляли, спокойно вышли.

— Я младший администратор Лемир, сейчас как раз Диша заменяю. Не вовремя у него мама заболела и он отпуск взял. Итак, как тебя зовут?

— Я — Астин Норшер.

— Меню изучил? Отлично.

И Лемир засыпал вопросами, причем интересно так, он будто копировал кого-то из клиентов, слишком придирчиво выбирающих обед. Я тоже постаралась войти в образ и отвечала лаконично, вежливо и серьезно.

— Замечательно. Теперь представь, что я стервозная постоянная клиентка и полчаса не могу выбрать блюдо. Ты устал за целый день работы, а гостья всем своим видом показывает, что ты грязь под ее острыми шпильками. Она просит тебя прочитать мелкий шрифт в меню, ты наклоняешься, читаешь, а леди что-то делает с ложечкой в своем горячем кофе и тебе лицо обжигает брызгами. Что ты делаешь?

— Выпрямляюсь, извиняюсь за свой неподобающий вид, прошу коллегу заменить меня на пару минут, в уборной привожу себя в порядок. Если леди устроила замена официанта, занимаюсь другими столиками, если нет, то возвращаюсь к ее столику и проявляю все терпение мира.

Я точно знаю, что буду представлять стерву голой, лысой или в драной одежде, чтобы не сорваться на ней, а так смешно будет и не придется сильно стараться, чтобы держать лицо под напором придирок.

— А если дама тебя не отпустит, а “нечаянно” уронит чашку и та разобьется, забрызгав не только пол, но и брюки с туфлями? При этом она обвинит тебя, что она испачкалась и осталась без любимого кофе?

— Еще раз извинюсь, подам знак бариста сварить новый кофе и позвать уборщика, предложу чистку вещей в химчистке за наш счет и предложу в качестве извинения десерт, отведу ее для выбора к витрине. Как только все приберут, провожу даму до столика, а дальше по обстоятельствам. Будет возможность, пойду переодеваться и умываться.

Для себя поняла, что нужно будет носить с собой минимальный набор косметики, чтобы в случае неожиданностей быть готовой ко всему.

— Лемир, у меня вопрос, можно спросить?

— Спрашивай, — лицо младшего администратора было заинтересованным.

— Стоимость разбитой чашечки уже заложена в цены меню? Химчистка в таком случае за счет ресторана или за мой собственный?

— Конечно, никто предъявлять претензий за разбитую посуду леди не станет. И все побочные расходы имеют отдельный бюджет. О всех неординарных ситуациях сообщаешь мне или старшему администратору.

— Скажите, Лемир, это у вас такая богатая фантазия или обширный жизненный опыт?

— Опыт, Астин, опыт, — печально ухмыляясь ответил мужчина. — А у тебя опыта, как я понял, нет никакого. С одной стороны хорошо, с другой — будем учить на ходу.

— А почему хорошо, что опыта у меня нет? — удивилась и не удержалась от вопроса.

— Потому что иногда приходят умники, с опытом облапошивания клиентов. Я тебе это рассказываю, чтобы ты имел в виду и ни в коем случае ничего такого не выкинул. Если уронил на пол что-то, пиццу, булочку, ни в коем случае с пола клиенту не нести, у нас уважаемое заведение, а не дешевая забегаловка, где сдули, отряхнули и на стол гостям несут. Вообще никаких махинаций с едой, напитками и алкоголем у нас не приемлют. За это сразу увольнение. Позже тебя проэкзаменуют по знанию алкоголя и коктейлей.

К алкоголю я всегда была равнодушна, отец только год как стал наливать мне за обедом бокал вина. Сказал, что я должна привыкать. При этом домашнего официанта просил подробно рассказать, что за вино у меня в бокале, где вырос виноград и какого сорта, сколько лет выдержки, все оттенки вкуса и аромата, с чем данный напиток хорошо сочетать, стоимость. Поэтому я полагала, что знаю их винную карту и смогу предложить гостям ресторана подходящее вино под определенное блюдо.

— Недоеденное мы отправляем в приют животным, — продолжал свою речь Лемир, — но не сваливаем все в одну кучу, аккуратно фасуем в контейнеры, подписывая где, что. Сам увидишь, парни покажут. Далее, у нас не принято обвешивать клиентов, а то был один умник, я чуть не поседел, когда увидел. Наливать дешевое пойло, как бы ни был пьян клиент нашего заведения и продавать алкоголь из-под полы также под запретом. За одно такое нарушение мы увольняем без предупреждений и с записью в личное дело о неблагонадежности.

Я знала, что крепкий алкоголь обжигает рецепторы и если первые пятьдесят грамм благодаря своему вкусу и аромату могут многое рассказать о напитке, то после ощущения притупляются и видимо где-то этими знаниями пользуются. Я была поражена и удивлена, но ничем не выдавала, что новые знания слегка пошатнули мой мир.

Он еще много чего говорил. Выдал форму, а когда я переоделась, отвел в бар, где проверил насколько я осведомлена о содержимом дорогих и очень дорогих бутылок на витрине. Оказалось, я знаю, но не все.

— Замечательно, но вот по этой брошюрке к завтрашнему утру подучи то, в чем не компетентен.

Я подставила обе ладони и даже не удивилась тяжести полноценного издания. Лишь приподняла брови, выразительно глядя на Лемира. Тот весело подмигнул. “Брошюркой” оказался большой справочник по винам с голографической плотной обложкой и яркими глянцевыми листами. Листов в нем оказалось больше четырехсот, зато и информации много и подана она доступно и интересно. Пролистала несколько страниц и продолжила сдавать экзамен.

Меня проверили на умение сервировать стол, сама я этого никогда не делала, зато много раз видела и теперь попробовала. О вилках-ложках все знала и сама на отлично, буквально впитывая с молоком матери. Когда-то мама учила меня сервировке, но делала это ненавязчиво и в далеком детстве. Но оказалось я помню все тонкости, куда поставить бокал, куда положить красиво свернутую салфетку. Складывать салфетки я в совершенстве научилась будучи подростком, скучно было ждать, когда накроют стол, вот я и попросила горничную научить меня складывать любую ткань, от платочков до полотенец, и розочками, и лебедями. Девушка с удовольствием делилась своими знаниями по тысяча и одному способу красивого оформления дома.

И только сейчас я задумалась о том, что оказывается ежедневно завтракала, обедала и ужинала за столом, на котором приборы и блюда разложены по всем правилам. Я, сама того не замечая, брала хитро свернутую салфетку и, слегка встряхнув ее, укладывала на колени, спину держала ровно, в руки приборы брала как надо, а не как удобно. Из глубин детства всплывали детали:

— Милая, вот эти ложка и вилка десертные, нож правильно держать в правой руке, вот так, умница. Ты снова забыла сложить приборы, давая знать слугам, что ты поела. Ногами за столом не болтают. Ложку целиком в рот засовывать неприлично, для этого и еды подхватывать нужно немного и с ложки кушать аккуратно. Смотри, как я это делаю, и повторяй. Умница, теперь ты похожа на настоящую леди. Наслаждайся каждым кусочком пищи, прочувствуй вкус блюда. Повара сегодня постарались на славу.

И много-много правил, замечаний, которые постепенно вросли в меня. Благодаря этим знаниям, я теперь могу работать официантом в ресторане для высшего света. Весело хмыкнула про себя над иронией судьбы.

— Хм, я уж думал с нуля обучать придется первое время. Молодец, Астин. Завтра с утра выходишь на работу. Не опаздывай.

Это Лемир мне сказал через шесть часов. Все это время он инспектировал мои знания и рассказывал о тонкостях работы официантом в целом и конкретно у них. На полчаса отдал освободившемуся Эштону, который поинтересовался моими навыками и услышав похвалу, отвел в кабинет. Там без лишних разговоров и суеты, подписала контракт на работу официантом, испытательный срок две недели. После которого, я либо вхожу в штат на постоянной основе, либо покидаю сие заведение.

Вроде бы ничего сложного не делала, но чувствовала себя невыносимо уставшей. Зашла в общую гардеробную за свою перегородку, прикрыв тонкую пластиковую дверцу, и медленно стягивала форму. За непрозрачными ширмами переговаривались какие-то парни. Я не прислушивалась, но слышимость была отличная.

— Жаль, что старый де Грауд решил отойти от дел.

Услышав эту фразу я невольно навострила ушки, и даже хвост приподнялся, освобожденный от неудобной одежды. Местная форма действительно для меня оказалась некомфортной, слишком облегала, но удлиненный пиджак, по типу фрака прятал особенные конечности. Пришлось хвост не вдоль ног пускать, а вокруг талии, под широким поясом. Ну хоть эта деталь гардероба к делу пришлась. Но бедный хвост придется несколько раз в день выпускать на свободу размяться, а то за несколько часов затекло основание хвоста, постепенно захватив почти всю длину.

Захотелось погладить и поласкать любимицу Шау, она умеет одним своим присутствием снять усталость, убрать головную боль, а если поурчит рядышком, то я вообще себя обновленной чувствую. Мой антистресс, лекарь, подруга и спутница.

— Но он же не сразу уйдет, сам так сказал на собрании.

— Ну сколько он еще поработает? Месяц-два? А потом все, шеф тогда поделился, что мечтает уехать надолго, чтобы не дергали. Просто отдохнуть.

Это что же получается, папин старинный друг Оруг де Грауд Рашир, тот на кого я сейчас работаю, решил отойти от дел? Конечно, меня это никак не касалось, но я отчего-то забеспокоилась о здоровье владельца ресторана, а потом мои мысли перескочили на папу и тревога о родном человеке усилилась. Как бы увидеть папеньку и узнать как у него дела, не подвергая себя риску неожиданно стать замужней дамой?

А Рой? Как там Рой? Ведь своим побегом я подставила своего теневого. Пусть мы общались в основном взглядами, но зато какое взаимопонимание у нас выработалось. Сейчас понимаю, что к нему привязалась сильнее, чем думала. Я полагала, что сбежав от неусыпного наблюдения, я почувствую свободу и эйфорию, но идя по улице ощущаю лишь пустоту за спиной и некую уязвимость. Но ничего я справлюсь, и Рой справится. В конце концов замуж его не выдадут и не убьют, а с остальным можно жить.

О том, что кто-то другой займет место хозяина ресторана я не переживала совсем. Даже если этот кто-то захочет что-то изменить, то коснутся перемены шеф-повара, переменой блюд, возможно, оформлением залов. Может даже нам какие-то новые требования предъявят, но ничего принципиального в работе официанта изменить невозможно. Хотя. А если неизвестный захочет полностью сменить штат, и обслуживающий персонал с мальчиков поменять на девочек? Или вообще на какое-нибудь новое поколение роботов-официантов? В этом случае придется искать новый образ или работу. Данные мысли волнения не принесли, проблемы я предпочитала решать по мере их поступления и продолжала думать об отце и Рое.

Глава 11. Ведьма.

Переодевшись и в задумчивости выйдя из раздевалки, я столкнулась с роботом уборщиком. Уборщиков делают любой формы и реже всего в виде человека. Этот был красивой обтекаемой формы, переливчатого голубого цвета и лишь отдаленно напоминал живое существо, а твердость корпуса болезненной иглой прошила локоть, на который и пришелся весь мой споткнувшийся вес. Робот остановил очистительные работы потолка, уменьшил свои “руки” и почти естественным голосом поинтересовался не нужна ли мне помощь. Я отмахнулась и постаралась уйти из поля видимости робота — их программы порой слишком навязчивы. А повернув за угол, вновь чуть не столкнулась с кем-то. В этот раз передо мной стояла девушка. Я ее даже видела мельком во время сдачи экзамена.

— Привет. Я — Кири, — она улыбалась так счастливо, что это даже немного пугало. — Помощница в бухгалтерии. Ты новенький?

Я не понимала зачем со мной заговорила эта девушка и постаралась скорее уйти. В голове продолжая перебирать варианты как можно подобраться к отцу: в виде парня, в подушке, на парковке, в офисе, дома и все идеи казались глупыми и нереальными.

— Да. Мне пора, прости, — я постаралась отвязаться от назойливого внимания девушки.

Но Кири явно что-то хотела от меня и даже схватила за руку, от этого я вздрогнула. Меня почти никогда никто не касался. Посмотрела внимательнее на юную барышню и увидела слегка смущенную девушку, чуть старше меня, но сейчас я себе казалась более взрослой рядом с ней. Мой взгляд был хмур и недоволен, девушка сильнее стушевалась, но все же сказала, что хотела, осторожно отпустив мою руку.

— Может быть поужинаем вместе?

Мои глаза округлились, ужинать с ней мне совершенно не хотелось, к тому же Кири смотрела на меня влюбленно-плотоядным взглядом. Особенно часто останавливая взгляд на губах. Мне даже показалось, что сейчас девушка встанет на цыпочки и поцелует ее своими густо накрашенными губами. О, нет, только не это.

— Мы впервые видимся, — мой голос был сух и тверд, я строго смотрела довольно симпатичной и стройной особе в голубые глаза, — если я захочу кого-то пригласить на ужин, то сделаю это сам.

Я шагнула на нее и помощница из бухгалтерии невольно отступила в сторону. Обогнув ее, спешно направилась к выходу. В спину я услышала вздох и безмерно удивившую меня тихую фразу, сказанную с придыханием:

— Какой мужчина!

Глаза мои расширились от шока, смешок сорвался с губ, и я ускорилась. Радовало лишь то, что парень из меня получился достоверный.

Все также пребывая во власти противоречивых и сильных эмоций я быстрым шагом вышла из черного хода ресторана. На улице ярко светило солнце, невольно улыбнулась ему, декоративные кустарники слегка покачивались. Казалось, они пребывали в том же смятении, что и я. Засмотревшись на симпатично подстриженные и все понимающие деревца, я снова с кем-то столкнулась и даже сбила с ног.

В этот раз ужас от содеянного отрезвил моментально. Я, из-за своей рассеянности, уронила старушку.

— Ох, простите. Я сегодня ужасно неуклюжа.

Бормотала я, аккуратно беря пожилую даму за руку в желании помочь. Я даже о своей конспирации забыла.