Джим. На стыке Империй

– Да… – Джим всё ещё пребывал небольшой растерянности. Раньше, чтобы освоить такую массу информации, в академии они тратили недели, а то и месяцы, а здесь, всего за три часа, он освоил информацию почти за целый учебный курс.

– Амели, ты знаешь список информационных кристаллов? – Джим решил заняться освоением их всех, но только после того, как фрегат уйдёт в гипер-прыжок, а для этого необходимо составить список и определить, сколько времени занимает освоение всех знаний.

– Вывожу список на экран. – спокойным голосом сказала Амели. Гало-экран моргнул и на нём появился список, состоявший из двадцати пунктов:

1. Виды и классы малых кораблей. – Освоен;

2. Виды и классы средних кораблей. – Не освоен;

3. Виды и классы тяжёлых кораблей. – Не освоен;

4. Виды и классы транспортных кораблей. – Не освоен;

5. Виды и классы боевых станций. – Не освоен;

6. Связь и навигация. – Не освоен;

7. Пилотирование малых кораблей. – Не освоен;

8. Пилотирование кораблей класса крейсер и выше. – Не освоен;

9. Искусственные интеллекты, их виды и классы. – Не освоен;

10. Программирование. – Не освоен;

11. Техническое обслуживание кораблей всех видов. – Не освоен;

12. Ремонт малых и средних кораблей. – Не освоен;

13. Ремонт тяжёлых кораблей класса линкор. – Не освоен;

15. Тактика ведения боя в составе малых групп. – Не освоен;

16. Тактика ведения боя в составе флота. – Не освоен;

17. Рейдер. – Не освоен;

18. Абордаж и против абордаж. – Не освоен;

19. Боевые дройды. – Не освоен;

20. Планетарный десант. – Не освоен.

– Ого… – только и смог сказать Джим, просматривая список на гало-экране. – По поводу последнего пункта, не совсем понятно.

– Данный кристалл был обнаружен на уничтоженном десантном корабле. – ответила Амели.

– Амели, я правильно понял, что для освоения всей информации, мне необходимо будет потратить всего пятьдесят семь часов? – с надеждой в голосе спросил Джим, хотя прекрасно понимал, что это не так.

– Нет, Джим, всё зависит от объёма информационного кристалла и, чем сложней на нём для восприятия информация, тем она дольше усваивается твоим подсознанием. – спокойным голосом ответила Амели. – Для составления программы обучения, необходимо в шлем «ГипВиз А», поочередно, вставлять информационные кристаллы, только так я смогу составить график.

– Хорошо. – ответил Джим. В правом верхнем углу гало-экрана шёл обратный отсчёт до гипер-прыжка и, сейчас, до него оставалось пятьдесят семь минут. Отдать приказ на совершение кораблём гипер-прыжка, можно было с любого места на корабле, но Джим свой первый прыжок хотел совершить, сидя в кресле пилота корабля.

Головная боль начала отступать, поэтому он более уверенно взял шлем и, надев его на голову, раскрыл футляр с информационными кристаллами. Сама процедура на определение времени обучения не занимала больше минуты, когда последний информационный кристалл вернулся в футляр, перед глазами Джима была уже не такая радужная картина.

1. Виды и классы малых кораблей. – Освоен;

2. Виды и классы средних кораблей. – Время полного освоения 7 часов;

3. Виды и классы тяжёлых кораблей. – Время полного освоения 20 часов;

4. Виды и классы транспортных кораблей. – Время полного освоения 5 часов;

5. Виды и классы боевых станций. – Время полного освоения 36 часов;

6. Связь и навигация. – Время полного освоения 25 часов;

7. Пилотирование малых кораблей. – Время полного освоения 8 часов;

8. Пилотирование кораблей класса крейсер и выше. – Время полного освоения 55 часов;

9. Искусственные интеллекты, их виды и классы. – Время полного освоения 31 час;

10. Программирование. – Время полного освоения 72 часа;

11. Техническое обслуживание кораблей всех видов. – Время полного освоения 56 часов;

12. Ремонт малых и средних кораблей. – Время полного освоения 82 часа;

13. Ремонт тяжёлых кораблей класса линкор. – Время полного освоения 146 часов;

15. Тактика ведения боя в составе малых групп. – Время полного освоения 63 часа;

16. Тактика ведения боя в составе флота. – Время полного освоения 89 часов;

17. Рейдер. – Время полного освоения 102 часа;

18. Абордаж и против абордаж. – Время полного освоения 41 час;

19. Боевые дройды. – Время полного освоения 22 часа;

20. Планетарный десант. – 93 часа.

– Если я правильно посчитал, то мне понадобится девятьсот пятьдесят три часа, чтобы освоить весь материал? – брови Джима полезли на лоб от удивления.

– Нет, Джим, обучение с помощью «ГипВиз А» не может превышать двенадцать часов, после чего, необходим отдых, не меньше шести часов. – начала пояснять Амели, полностью разбив мечту Джима на быстрое освоение знаний.

– Я тебя понял. Чтобы, например, освоить «Виды и классы тяжёлых кораблей» мне понадобится не двадцать часов, как указано тобой, а двадцать шесть, правильно? – если задуматься, то в такой системе есть и свои плюсы.

– Да, Джим, твой расчёт верен. – ответила Амели, убирая список с гало-экрана и возвращая циферблат, на котором Джим увидел, что оставшееся время до прыжка сократилось на двадцать минут, но не успел он задать вопрос, как искин корабля ответил сам.

– Калибровка двигателей завершена. – радостным голосом оповестила Амели.

Джим сидел в кресле пилота в центре управления фрегата, на нём был одет, единственный на всём корабле, старый скафандр, принадлежавший когда-то капитану этого корабля. Он немного нервничал, ведь это его первый самостоятельный гипер-прыжок. Всего через несколько минут он будет очень далеко от своей родной системы, а, через час, и всего сектора Ростор.

– До совершения гипер-прыжка осталось одна минута. – монотонным голосом сказала Амели.

Джим активировал шлем на скафандре, теперь он смотрел на окружающий мир через прозрачное бронестекло. Не было никакой необходимости сидеть в скафандре в кресле пилота. Если что-то пойдёт не так, то фрегат просто расплющит в пространстве, с такой скоростью, что он даже не успеет это понять.

– Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один… – закончив отсчёт, Амели замолчала.

– Прыжок. – сказал Джим и почувствовал, как его тело вжимается в кресло. Небольшое головокружение, к горлу подступил комок тошноты, из носа выступила кровь, которую он почувствовал на своих губах. Всё это могло означать только одно: компенсаторы давления не справляются со своей работой и, если так пойдёт и дальше, то он не переживёт свой первый гипер-прыжок.

– Работа третьего компенсатора восстановлена. – быстро сказала Амели, а Джим почувствовал волну облегчения, накатившую на него.

– Спасибо. – еле слышно сказал Джим, вставая с кресла и на ватных ногах вышел из центра управления. Он уже не слышал слова искина корабля…

– Всегда, пожалуйста, Джим. – тихо сказала Амели и потушила освещение.

За две недели, которые Джим провёл в гипер-прыжке, он похудел на несколько килограмм. Последние двое суток он просто проспал беспробудным сном из-за того, что они с Амели решили плотно заняться его обучением. Если к постоянным головным болям Джим уже почти привык, даже пытался во время шестичасовых перерывов делать физические упражнения, то к появившейся слабости, которая усиливалась с каждым днём, он не был готов. На десятые сутки они решили приостановить обучение, опасаясь за здоровье Джима. Амели предложила ему вернуться к обучению не раньше, чем через десять суток, когда полученные знание полностью усвояться у него.

– Джим, до выхода из гипер-прыжка осталось меньше двадцати минут. – сквозь сон он слышал голос Амели, создавалось такое впечатление, что она говорит ему прямо в ухо. – Джим, как вы себя чувствуете?

– Бывало и лучше… – за эти двенадцать дней, что он провёл в гипер-прыжке, Джим получил столько знаний, что иногда ему казалось что его голова вот-вот лопнет.

Ему всё-таки хватило сил полностью освоить первые восемь информационных кристаллов, теперь его список уменьшился, а вот головная боль пока нет.

1. Виды и классы малых кораблей. – Освоен;

2. Виды и классы средних кораблей. – Освоен;

3. Виды и классы тяжёлых кораблей. – Освоен;

4. Виды и классы транспортных кораблей. – Освоен;

5. Виды и классы боевых станций. – Освоен;

6. Связь и навигация. – Освоен;

7. Пилотирование малых кораблей. – Освоен;

8. Пилотирование кораблей класса крейсер и выше. – Освоен.

Это то, что он увидел, когда принял вертикальное положение на кровати напротив гало-экрана. В памяти всплыли слова Амели, что это ещё не самые сложные в освоении знания. У Джима мурашки пробежали по коже, когда он вспомнил, как корчился от сильнейшей головной боли и проклинал шлем.

– До выхода из гипер-прыжка осталось пятнадцать минут. – вновь в каюте раздался голос Амели, напоминающий Джиму, что у него не так много времени.

Встав, Джим быстро выбрал в меню пищевого синтезатора самый сильный энергетический напиток и, подтвердив его приготовление, направился в душ. Контрастный душ, быстро вернул сознанию свежесть, а телу бодрость, поэтому уже через десять минут он прыгал на одной ноге в центре управления, пытаясь быстро надеть свой скафандр. Как только он занял кресло пилота, Амели начала обратный отсчёт до выхода фрегата из гипер-прыжка. Пользу от полученных знаний Джим видел практически сразу, и именно эта причина заставляла его вновь и вновь надевать этот ужасный шлем. Сейчас он смотрел на все эти информационные гало-экраны совершенно по-другому, благодаря полученным знаниям он начал чувствовать сам корабль.

– Выход. – оповестила Амели и полоски звёзд на центральном гало-экране превратились в белые точки.

– Манёвр уклонения! – вскрикнул Джим, наблюдая на гало-экране большой астероид, надвигающийся на них.

Полная мощность итак изношенных маршевых двигателей заставила весь корпус фрегата мелко завибрировать. Вслед за ними взвыли маневровые двигатели, заставляя нос корабля начинать манёвр уклонения. Из недавно полученных знаний Джим ясно понимал, что полностью уклониться от столкновения с астероидом у них не получится.

– Ручное управления! – спокойно сказал Джим, кладя руки на подлокотники. Под пальцами сразу появилась панель управления, где он, почти автоматически, начал отдавать команды системам корабля.

Из-за стресса теоретические знания по пилотированию всплывали с такой скоростью, что системы фрегата не успевали на них реагировать. Всё, что мог успеть сделать Джим за оставшееся время, это подставить под удар астероида днище фрегата. Резкий манёвр, а следом за ним сильный удар, который чуть не выкинул Джима из кресла пилота. Скрежет металла пронёсся по всему кораблю, сопровождаемый звуком лопающихся силовых переборок. Новый сильный удар и с потолка, прямо на него, посыпались искры, помещение начало быстро наполняться густым и едким дымом горящих силовых линий. В следующее мгновение центр управления провалился в темноту, погасло освещение, все шесть гало-экранов сразу стали чёрными, только искрящаяся проводка где-то под потолком подтверждала, что он ещё жив.

Джим устало сидел в кресле пилота корабля в полностью задраенном скафандре. Все полученные теоретические знания сейчас ничего не подсказывали. Он знал, что надо ждать ответ от искина корабля. Через минуту он услышал, как загудели вентиляторы системы жизнеобеспечения, а в потолочной нише застучали металлические лапки технического дройда.

– Амели, доклад. – сейчас Джим понял, что фрегат или то, что от него осталось всё ещё под контролем искина.

– Проводится диагностика систем корабля. – спокойным голосом ответила Амели.

Только через пять минут нервного ожидания, в центре управления появился свет, а еще через несколько минут, один за другим, начали загораться гало-экраны. Первый взгляд на бегущие красные строки рассказал Джиму, что они в очень большой беде, а заговорившая Амели, только подтвердила этот факт.

– Целостность корпуса нарушена на 43 %, отсутствует третий маршевый двигатель, второй разрушен при столкновении с астероидом, первый требует серьёзного ремонта. – в такт её словам на главном экране появилось изображение фрегата с отсутствующим третьим двигателем. – Реакторный отсек повреждён, первый реактор выведен из строя, второй работает на 30 %…

– Грубо говоря, нам конец. – прервал её доклад Джим, без двигателей он не сможет покинуть систему, а без рабочих реакторов даже не сможет дождаться прибытия помощи, если она вообще придёт. – Сколько проработает второй реактор?

– Максимум, два месяца. – с небольшой грустью, ответила Амели.

Джим молча сидел, сейчас в его голове хаотично носились мысли, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Можно использовать зонд связи, лежавший в трюме, чтобы отправить сигнал о помощи, но в глубине души он знал, что за ним не придут, если он ничего не нашёл. Джерод не будет рисковать своими кораблями понапрасну, даже ради собственного сына.

– Сканер ближнего обнаружения активирован. – сказала Амели и, немного притушила свет в центре управления, скорее всего это было вызвано нехваткой мощности реактора. На левом гало-экране появилось изображение, двигающегося по инерции корабля вдоль плотного астероидного поля.

– Теперь понятно, как мы так вляпались… – негромко сказал Джим. Ведь координаты выхода в систему ему предоставил мусорщик и они устарели, как минимум, на пятьдесят лет, а за это время астероидное поле в системе сместилось.

– Амели, комплекс «Звезда А» уцелел? – Джим успел поймать за хвост убегающую мысль. Если ему удастся собрать информацию о полезных ископаемых в этом астероидном поле, то возможно он сможет отправить Джероду, так необходимые ему данные, а значит, он придёт сюда их вырабатывать и тогда Джим будет спасён. Во всяком случае, сейчас это единственная идея и главное, чтобы её сейчас не разрушила Амели.

– Комплекс «Звезда А» имеет повреждения 47 %. – ответила Амели, выводя на правый гало-экран информацию о состоянии комплекса.

– Ты мне скажи, мы сможем его использовать или нет. – спросил Джим, пытаясь разобраться в длинном списке повреждений комплекса. Сейчас ни одна изученная база не давала ему возможности разобраться в этом списке.

– Использование комплекса возможно только на 35 %. – ответила Амели, убирая изображения с правого гало-экрана и возвращая на него схему состояния систем корабля.

– Сколько потребуется комплексу времени, чтобы собрать данные астероидного поля? – спросил Джим, чувствуя, что начинает злиться из-за того, что Амели ему не может дать ответ на столь простой вопрос. – Мы можем запустить зонды?

– На данный момент нет. Для выполнения этой задачи необходимо срезать часть деформированной обшивки фрегата. Для этого будет задействовано шесть технических дройдов, ориентировочное время выполнения двенадцать часов. – немого обиженным голосом, ответила Амеля и Джим почувствовал себя немного виноватым. Ведь, в самом деле, сейчас на корабле и так есть, чем заняться и, именно, она сейчас борется за живучесть корабля, а он прицепился к ней со своим комплексом «Звезда А».

– Прости, Амели. – сказал Джим, вставая с кресло пилота и направляясь в свою каюту. Следует успокоиться и всё хорошо обдумать.

– Извинения приняты. – более весёлым голосом ответила Амели.

Джим уже второй час сидел в своей каюте. Какое-то время у него ушло на привидение её в порядок после столкновения с астероидом. Заказав у пищевого синтезатора лёгкий завтрак, ткнув пальцем наугад в меню, он молча присел на край кровати. За всё это время он так и не нашёл другого пути спасения, кроме как использовать одноразовый зонд связи. От монотонного жевания его отвлекло несильное вздрагивание корпуса корабля с интервалом в две-три секунды. Уже раскрыв рот, чтобы узнать причину, как на гало-экране появился силуэт его корабля и от него отдалялись около сотни зелёных маленьких точек.

– Зонды запущены, Джим. Развёртывание комплекса «Звезда А» займёт больше трёх часов. – раздался в каюте голос Амели.

– Сколько потребуется времени на сбор данных? – спросил Джим, всё также смотря на гало-экран.

– Двадцать восемь часов, на обработку – тридцать пять, на составление отчёта – восемь. – после небольшой паузы, ответила Амели.

– Почти трое суток… – задумавшись, сказал Джим. – Я могу чем-то помочь тебе, Амели? Всё-таки я техник по второму образования, могу помочь с ремонтом.

– Джим, прошу пройти тебя в центр управления. – в её голосе даже проскочили нотки взволнованности, что насторожило Джима ещё сильнее. От расспросов он воздержался, молча встал и пошёл в центр управления корабля.

– Сорок две минуты назад корабль был просканирован узконаправленным лучом из квадрата А31В54. – начала рассказывать Амели, когда Джим встал рядом со своим креслом, смотря на главный гало-экран центра управления. Сейчас была видна большая часть всей системы Росс, и для получения таких данных Амели пришлось активировать сканер дальнего обнаружения. Свободного пространства в системе было всего четверть, всё остальное было затемнено. Сканеру удалось идентифицировать несколько останков кораблей, из чего было понятно, что здесь когда-то было крупное сражение. – Ответное сканирование определило наличие в системе Росс активной автономной станции…

– Амели, это и так понятно. Ты можешь сменить манеру подачи информации с официальной на общедоступную? – пока Джим не улавливал, к чему ведёт Амели. То, что в во всём секторе Аргаш есть активные автономные оборонительные станции, которые по прошествии такого длительного времени всё ещё представляют серьёзную опасность для любого корабля, знали все в Республике…

Джим, наконец, понял о чём хочет сказать Амели. Смотря на главный гало-экран, в его голове начали всплывать освоенные им теоретические знания из информационного кристалла «Связь и навигация». Всё это время фрегат двигается по инерции, которую не способен уменьшить и двигается он прямо в центр огромного кладбища боевых кораблей, среди руин которых укрылись боевые платформы автономной станции, следящей за ними.

– Сколько у нас времени. – спросил Джим, осознав всю серьёзность ситуации.

– Через неделю мы войдём в сектор поражения орудийных платформ станции. – на слова Амели гало-экран сменил изображение. От места бывшего сражения протянулись три оранжевых полукруга и, чем дальше от центра кладбища, тем цвет полукруга был более тусклым.

– Что мы можем предпринять? – спросил Джим, чувствуя, как приступ паники начинает протягивать к нему свои липкие руки. – Есть возможность изменить курс?

– Нет. – коротко и понятно ответила Амели. На другой ответ Джим уже и не надеялся.

– И что, так и будем ждать, пока нас просто уничтожат? – с нескрываемой горечью в голосе, спросил Джим. В поисках ответа в его голове пролистывались уже полученные знания, но пока он не мог их сформулировать в определённую мысль, ему срочно необходима была подсказка. Единственное, что он уяснил определенно, это были знания из информационного кристалла «Виды и классы боевых станций».

– Амели, что ты знаешь об автономных оборонительных станциях? – задав вопрос, Джим уже через несколько секунд получил исчерпывающий ответ. Видов автономных станций было не так много. В основном, они делились на классы, чем выше класс станции, тем больше под ее контролем находилось орудийных платформ, управляемых минных полей, платформ – постановщиков помех и, так далее.

– Я поняла, к чему этот вопрос, Джим. – с легкой радостью в голосе, сказала Амели.

– Это прекрасно. – Джим и в самом деле не скрывал своего воодушевления, всё-таки не зря он столько времени промучился с этими головными болями. – Ты сможешь высчитать, насколько необходимо притушить реактор, чтобы мы перестали «фонить» на сканерах?

– Да, Джим. Мощность реактора необходимо понизить до 7 %, только тогда в совокупности с внешними повреждениями и остаточным следом от реактора, искин станции воспримет нас за уничтоженный корабль, движущийся по инерции. – начала свой доклад Амели, выводя на левые экраны информацию о фрегате. – 3 % будет расходоваться на поддержание системы жизнеобеспечения. Всего в целом – на 36 %, освещение и пассивное управление системами фрегата отнимет ещё 2 %, оставшейся мощности хватит только на использование оптических датчиков корабля.

– Насколько я знаю, необходимо уменьшить мощность реактора за сутки до входа в сектор поражения орудий, я прав? – спросил Джим. Всё, что он сейчас говорил, было получено из, приобретенных с помощью кристаллов, знаний, но вот почему именно за сутки, он не знал, скорее всего, ответ кроится в знаниях, относящихся к разделу «Программирование».

– Да, необходимо приглушить реактор за сутки, именно столько времени необходимо искину, чтобы обновить протокол, касающийся нашего корабля. – ответила Амели.

– Ну, что же, у нас есть шесть суток. Необходимо собрать информацию и отправить её Джероду, на этом мой долг перед ним, как перед отцом, будет выполнен. – с грустью в голосе, сказал Джим. – А потом, Амели, будет видно…

Больше не говоря ни слова, он вышел из центра управления, направляясь в свою каюту. Амели прекрасно справится и без него, единственное, чем он сейчас может ей помочь, это не мешать. Зайдя в каюту, он уверенным шагом подошёл к кровати, на которой лежал его шлем «знаний», как он про себя его называл. Надев его на голову, он раскрыл футляр с информационными кристаллами и несколько минут молча смотрел на них. Сделав выбор, Джим вставил голубоватый кристалл в специальный разъём. Приняв удобную позу на кровати, он активировал шлем.

– Приветствую тебя, курсант империи Иштар. – уже знакомый офицер в черном офицерском мундире со знаками различия военно-космического флота империи Иштар. – Данный информационный кристалл даст вам полные теоретические знания по ремонту малых и средних кораблей, как Империи Иштар, так и известных кораблей Империи Невер. Приступить?

– Да. – Джим вновь провалился в мчащуюся череду изображений и звуков. Его выбор информационного кристалла был обусловлен тем, что он будет пытаться выжить на этом кладбище кораблей, а для этого необходимо иметь знания по ремонту кораблей того времени.

– Джим, анализ полученных данных с комплекса «Звезда А» закончен. – сказала Амели, как только Джим снял шлем. Не поднимаясь с кровати, он ожидал пока головная боль после получения очередной порции знаний, хоть немного уймётся. Знания о ремонте малых и средних кораблей усваивались очень тяжело, невзирая на то, что он провёл уже третий двенадцати часовой подход, он не освоил и половины информационного кристалла и мысль о том, что основное ещё впереди, бросала его в дрожь.

– Дай мне десять минут. – еле слышно ответил Джим, пересохшими губами. Ему сейчас необходим был холодный душ, который приносил облегчение, но до него ещё нужно добраться.

Полноценным душем это назвать было нельзя. На всех кораблях стояла система строгой экономии воды и, поэтому, она подавалась вперемешку с воздухом под большим давлением. Но Джиму сейчас было достаточно и этого, чувствуя, как пульсирующая боль понемногу начинает отступать от висков, принося облегчение, а боль в затылке отступит только через несколько часов.

– Джим, я приступила к процессу конвертации полученных данных и подготовке информационного пакета к отправке с помощью зонда дальней связи. – начала доклад Амели, как только Джим переступил порог центра управления.

– Выведи на экран полученный результат. – сейчас в центре управления в рабочем состоянии остались только два экрана: центральный и малый информационный, расположенный под ним. Амели ещё три часа назад начала процедуру остановки реактора, которая займёт почти трое суток до оговоренной заранее мощности.

Центральный гало-экран моргнул и на нём отобразилось астероидное поле, густо раскрашенное в множество цветов. Почти на 77 % преобладал светло-коричневый, таким цветом шахтёры Республики помечали самый дешёвый металл, применяющийся практически везде, это – «оклис». Второй по преобладанию цвета в 14 % был металл «пеолис». Его цена на планетарной бирже Республики могла достигать пяти тысяч кредитов за тонну. Остальные девять процентов были разбросаны по всему астероидному полю. Джим даже заметил маленькую фиолетовую точку, что означала наличие «ракстис». Целых 0,7 % самого редкого и дорогого минерала, благодаря которому получают сверхпрочную броню. За тонну такого на бирже могут предложить почти полмиллиона кредитов, а если верить данным с зондов, то в астероидном поле его около восьми тонн.

– Конвертирование закончено, информационный пакет к отправке готов. – прервала размышления Джима, Амели и, сразу продолжила. – В информационный пакет добавлена информация о состоянии фрегата, его путь следования и предпринятые меры для спасения капитана корабля.

– Хорошо. – спокойно ответил Джим, для себя он уже почти смирился, что ему никто не сможет помочь. Чем яснее он это понимал, тем упорнее он прилагал собственные усилия для своего спасения. Фрегат несильно вздрогнул, на центральном гало-экране появилась визуальная картинка, показывающая, как от корпуса корабля отходит прямоугольный тёмно-серый предмет.