- -
- 100%
- +
Мы говорили ни о чем и обо всём на свете. Иногда Ник поднимал мне настроение весёлыми шутками, иногда мы вели двусмысленные разговоры на грани флирта. А порой диалоги уходили и вовсе в нечто странное, но отзывающееся внутри меня пронзительным звоном.
– Как ты думаешь, всегда ли закон совпадает с моралью? – спросила я однажды после того, как Эдгар в который раз заставил меня обокрасть очередной аккаунт в «Эхе». Я мысленно успокаивала себя тем, что большинство игроков в популярной игре родом с Танорга, а значит, у них не должно быть финансовых проблем, и «Эхо» – всего лишь хобби.
– Это одна из величайших дилемм человечества, – не задумываясь ответил сосед. – Закон создан для порядка, но мораль – для справедливости. Иногда они находятся в конфликте.
– Когда закон говорит одно, а совесть – другое, что ты выберешь?– настаивала я.
– Я думаю, я бы выбрал совесть. Потому что, в конечном счёте, с ней жить и спать по ночам.
Иногда мы просто смеялись, потому что Ник рассказывал что-то вопиюще юмористичное. Потом он стал приносить комедии…
– Хей, красотка, я тут такой голофильм нашёл, но настоящий мужчина в одиночестве смотреть романтическую комедию не может, ты же понимаешь? – Он завалился ко мне неожиданно с утра пораньше и очаровательно нагло поиграл бровями. Отказать ему было невозможно.
Голофильм мы посмотрели, но я предусмотрительно отсела от Ника на кресло и поджала ноги, чтобы он даже рядом расположиться не мог.
Честно говоря, мне не верилось, что Нику всего лишь девятнадцать. Он стал для меня якорем нормальности. Магнитной стрелкой на компасе безумной жизни. Как бы странно это ни прозвучало, он стал желанным глотком свободы. И каждый раз я уговаривала его больше ко мне не приходить, но, видимо – недостаточно жёстко. Ник всё равно настойчиво звонил в дверь снова и снова. К счастью – за десять месяцев он так ни разу и не пересёкся с Эдгаром, но всё равно сердце сжималось от страха при мысли, что станет с соседом, если они вдруг встретятся.
***
Я вновь и вновь перечитывала исследование об уязвимостях нового протокола передачи данных, когда неожиданно раздалась мелодичная трель. Я откинула электронную книгу и с улыбкой подошла к двери. В это время Ник часто приходил, однако на этот раз за открывающимся полотном меня встретил злой, как голодный гориллом, Эдгар. Он него буквально разило агрессией.
– Я рад, что ты так улыбаешься, принцесса, потому что у меня для тебя срочное задание, – хмуро сообщил он с порога и без приглашения стремительно зашёл внутрь квартиры.
Не успела я закрыть за ним дверь, как из глубины гостиной донеслось яростное:
– У тебя кто-то был?! – А ещё через секунду Эдгар вновь появился в прихожей и схватил меня за горло. В нос ударил запах виски, сигарет и жжёной плазмы. – Ты кого-то принимала здесь, да ещё и в этом виде?! Жена, ты со спутника свалилась? Думаешь рога мне наставить?!
«Как он узнал?!»
Сердце забилось отчаянно быстро, рискуя проломить грудную клетку. Страх затопил с головой, одновременно с ним тело вспыхнуло неконтролируемой чесоткой, но я мысленно приказала себе успокоиться. И ни в коем случае не отводить взгляда от Эдгара.
– Я постоянно учусь, потому что без изучения новых защит я стану бесполезной, и ты это прекрасно знаешь. Изучение новинок в сфере программирования занимает практически всё моё время. И да, ко мне заходила соседка… Мирослава. – К счастью, Ник многократно с теплом отзывался о сестре, и я точно знала, кто живёт за соседней дверью. – Просила морковку к супу. Было бы странно, если бы я отказала в такой малости.
Ответила – как типичная хакерша: если не можешь и не знаешь, где прокололся, прикройся легитимным вариантом. Отрицать проникновение в систему нельзя, но можно свалить всё на пользователей. В данном случае – на соседку.
Эдгар наконец отпустил моё горло, а я резко отпрыгнула от мужчины, делая глубокий вдох.
– Соседка, значит? А это? – Он взглядом указал на мои ультракороткие шорты и топ. Для некоторых женщин такая одежда смело могла бы называться нижним бельём, но я так предпочитала работать. – Так и встречала?
– Да. – Я нашла взглядом халат, благо у меня их было несколько, и один как раз висел в прихожей, накинула его поверх домашней одежды. – Мне сложно сосредотачиваться на работе и думать, когда резинки пережимают тело, ткань раздражает кожу. Ты же знаешь, мне тяжело в одежде! Если не веришь, спроси у дока, которого ты мне присылал. Валхаров тебе напомнит.
– Обязательно спрошу.
Я не сомневалась, что Эдгар наведёт справки про Мирославу, узнает о ней всё, что только возможно, а заодно вновь устроит форменный допрос доку, уточняя, так ли мне необходимо ходить практически без одежды. Последняя мысль почему-то вызывала у Эдгара лютую ревность, хотя он всегда поселял меня в квартире одну и ни с кем практически не давал контактировать.
Стоило войти в гостиную, как я поняла, что стало триггером для Эдгара. Он увидел на журнальном столике две чашки кофе – мою и Ника. Со вчерашнего вечера я так и не убрала посуду. Однако Эдгар уже принял мои объяснения и вернулся к цели визита.
– Вот. – Он поспешно сунул флеш-карту в руки. – Это твоё задание на сегодня. Куда проще обычного, но ты должна выполнить в ближайшие два часа.
– Снова обокрасть игровой аккаунт в «Эхе» и зачистить следы? – устало уточнила я, вставляя флешку в ноутбук.
– Не совсем, – удивил собеседник. – Этоты должна не украсть, а подбросить персонажу по имени Зелос.
Экран мигнул и показал код… Судя по разметке, это был виртуальный предмет, оцифрованный с настоящего. Я машинально прогнала данные через 3D-визуализатор и беззвучно ахнула. Нарезной ствол для точной стрельбы на средние дистанции, внешне реплика древнего огнестрельного оружия, выполненная из композитного материала, который не способны определить датчики в космопортах. Но не это меня поразило, а характеристики оружия. Здесь чёрным по белому было написано, что ствол НР-30 лёгок, идеально подходит для целей до сорока килограммов и имеет функцию самонаведения.
Меня затрясло. На Веге – спутнике Танорга – нет лесов и тем более диких зверей.
– Это… это же не то, о чём я думаю? – спросила я осипшим голосом.
– Понятия не имею, о чём ты думаешь! – рявкнул Эдгар. Его лицо покраснело, а ноздри расширились. – Я не умею читать твои мысли, Фича. Давай уже, шевели своей прекрасной задницей и подбрось прототип клиенту. Он должен его протестировать.
– На ком? – Я сглотнула вставший в горле ком. – Допустим, «Эхо Танорга» – всего лишь виртуальная игра, но ведь ты поставляешь не виртуальное оружие. Для каких целей создан НР-30? – спросила я.
– Не твоего ума дело.
– Мишени – дети, верно? Ты совсем бесчувственная скотина, да?!
– Заткнись! Не твоего ума! – взорвался Эдгар, краснея уже не только лицом, но и шеей. Мне мгновенно прилетела хлёсткая пощёчина.
Эдгар сжал и разжал кулаки, громко, почти угрожающе щёлкнул костяшками пальцев. При всей отвратительной стороне «бизнеса» мой муж в законе имел некие собственные понятия о справедливости и нравственности, и себя он, разумеется, всегда причислял к честным бизнесменам и гордился своим прозвищем Барона.
– Да, я торгую оружием, и ты это прекрасно знаешь, Кари, – зверея, прорычал он. – Что для тебя вдруг новостью стало?! Я не скотина, это всего лишь бизнес. Я торгую пластиком, композитом, пулями, плазмой, дистралием… Это они уничтожают друг друга, я здесь ни при чём. И ты тоже. Это всего лишь заказ. Ты понятия не имеешь, как стало тяжело жить в последнее время на Веге. Ты живёшь здесь в тепличных условиях. Сейчас идёт передел власти и территорий, и, если мне заказали разработку для небольших целей, я это делаю. И будь добра, выполни свою работу.
– Откажись от заказа, – прошептала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Я отступила на шаг, все ещё не веря в происходящее. Обычно Эдгар не прибегал к физической силе. – Воровство виртуальных денег – это одно, но это… – Я с омерзением мотнула головой в сторону флешки.
Меня охватило отчаяние. Я вздохнула тяжело, едва сдерживая слёзы.
– Фича, это всего лишь какие-то дети! И те гипотетические и ненужные, раз живут на Веге, а не на Танорге. Не разводи слёзное болото.
– Я не буду в этом участвовать. Я не стану ничего подкидывать этому… Зелосу. Это моё последнее слово. Если надо, я пойду в полицию и просто сдамся. Мне всё равно, где сидеть до конца жизни – в этой золотой клетке или в тюремной камере.
Мой голос дрожал, но в нём звучала решимость. Мгновение молчания повисло в воздухе как грозовая туча. Я думала, что разозлить Эдгара сильнее уже нельзя, но, видимо, это была какая-то запредельная степень. Наблюдая, как его лицо искажается гневом, я на мгновение позволила себе малодушно подумать: «Если он меня убьёт, пускай это будет быстро». Его ноздри дрогнули, глаза прищурились, и, едва сдерживая ярость, Эдгар прошипел:
– Фича, ты что, думаешь, от меня так просто избавиться? Спрятаться за спинами СПТ[1] надумала? Ещё и меня думаешь утянуть за решётку?!
– Нет, что ты, нет. – Сердце замерло от ужаса, что он мог интерпретировать мои слова как предательство. – Я просто бесконечно устала. Я хочу уйти.
– Уйти нельзя. Ты моя, Фича, навсегда. Одевайся, или я выпровожу тебя на улицу прямо так, голой. Мне плевать.
Я разумно не стала сопротивляться и тут же бросилась к гардеробной. Кожа не просто чесалась, она горела так, будто её снимают живьём. Узкие джинсы на миг показались адом, едва я их натянула. Пока я одевалась, из гостиной донёсся удивительно сухой и вежливый голос Барона:
– Да, господин Зелос. Небольшая накладка, и только… Я тут подумал, а зачем вам, собственно, прототип в виртуальном пространстве, давайте встретимся, и вы сможете подержать реплику в руках, оценить, так сказать, вживую. Да, согласен. Договорились, через полчаса на нашем месте.
[1] СПТ – Системная Полиция Танорга.
Глава 5. «Веганский вояж»
Я смотрела в меню «Веганского вояжа» на пункт «говядина в сливочном соусе», но мысли крутились совсем не вокруг двусмысленности названия ресторана. Эдгар привёз меня в это место на своём дорогущем флаере, подав последний прямо к двери старенького панельного дома. Он оказался так взбешён моими словами, что даже забил на правило «не высовываться». Просто грубо схватил за руку и запихал в салон флаера.
И теперь мы сидели в ВИП-комнате «Веганского вояжа», а точнее, я, Эдгар и неопределённого возраста мужчина, которому внешне можно было дать от сорока до ста сорока лет. Наверное, за годы проживания на спутнике у меня выработалась чуйка на таких, как Эдгар, потому что одного взгляда хватило, чтобы понять: передо мной ещё один король теневой структуры Веги. Чуйка не обманула и в этот раз.
– Бог рвения и соперничества. Можно просто Зелос, – невозмутимо представился мужчина.
Длинные волосы собеседника были собраны в аккуратный пучок на затылке, а его одежда, напоминавшая смесь белой рясы и современного артхаусного костюма, была украшена сложными узорами и символами, чьё значение явно могли расшифровать только посвящённые. А вот кожа у него была смуглой, что добавляло контраста и лишь подчёркивало мрачный облик мужчины. За нашими спинами заняли место шесть мордоворотов – по три от каждой стороны – Эдгара и его клиента, соответственно.
Зелос казался совершенно спокойным и самоуверенным, медленно раскуривая тонкую сигарету. Эдгар сдержанным движением достал НР-30 и положил на стол. Охрана истуканами замерла позади, я старалась не отсвечивать, зато зашедшая в комнату официантка нервничала так сильно, что от запаха её пота лично мне хотелось чихать.
– Пи… пи… пить что будете? – с третьего раза повторила она, попеременно глядя то на шестёрок Эдгара, то на ствол.
– Портвейн, – произнёс Зелос неторопливо.
– Виски мне и… апельсиновый сок моей жене, пожалуйста.
Официантка черкнула что-то в блокноте, нервно убрала прядь с лица и вновь, заикаясь, уточнила:
– Я-ясно. А е-есть уже выбрали ш-ш-что?
– Я не голодна, – пожала плечами.
– Я тоже, – отозвался Эдгар.
– А мне тирамису.
– Это всё?
– Всё.
Девушка облегчённо вздохнула и прошмыгнула за занавеску. Мы остались наедине. Никто из мужчин не спешил начать разговор. Зелос пускал кольца дыма и пристально рассматривал меня сквозь клубы тумана, отчего я чувствовала себя не менее нервно, чем убежавшая от нас официантка. Честно говоря, я ей даже немного завидовала.
– Красивая у тебя жена, – наконец выдал заказчик Эдгара и растянул тонкие губы в неприятной улыбке.
– Да, очень. – Мужчина слева от меня приосанился и внезапно, с какой-то нежностью во взгляде, поправил мои волосы, от чего толпа мурашек пробежала вдоль спины.
Во-первых, потому что нежность и Эдгар – вещи несовместимые. Когда мы только начинали встречаться, он относился ко мне в меру бережно, сдерживая свою натуру, но никак не чутко. Во-вторых, Эдгар не из тех, кто любит мною хвастаться, но сегодня определенно это делает. Зачем он позвал меня сюда? Уж не продемонстрировать ли наказание за непослушание?
– Даже интересно, чем вы его пленили, Фича. – Зелос проследил за движением моего спутника и вновь перевёл взгляд на меня. – Барон оружия на Веге – значимая фигура, и я сомневаюсь, что таким людям, как он, важны лишь внешние данные.
И, прежде чем я успела хоть что-то ответить, Эдгар сделал это за меня, одновременно собственническим жестом похлопывая по руке:
– Она – программист и хакер высочайшего класса.
Моё сердце испуганно замерло. Во рту поселился кислый привкус дурного предчувствия. Эдгар ничего не делает просто так.
– Вот как? – Тонкие брови важного клиента высоко взмыли вверх. – Вы действительно так хороши?..
– О, что вы, середнячок в своём деле, – хрипло возразила я, но Барон оружия – чтоб его! – перебил:
– Она лучшая из лучших. За пятнадцать лет работы на Веге я не нашёл никоголучше.
Последнее слово он буквально выделил интонацией, а моё тело закаменело.
– Надо же! Фича, скажите, а вы можете оказать мне услугу, так сказать, в частном порядке?
– Это… какую же? – с трудом вытолкнула из горла.
– Представляете, как раз пятнадцать лет назад у меня подчистую ограбили аккаунт в моей любимой игре «Эхо Танорга».
– Украли деньги?
Ноги похолодели. Как и руки. Внутренне меня бил озноб, а вот кожа при этом горела. Чувствовали ли вы когда-нибудь могильный холод, когда при этом всё тело испытывало жар?
– Если бы! – Зелос картинно взмахнул руками, от чего белые рукава напомнили паруса. – Деньги – это такая ерунда, их всегда можно заработать, отжать, пошантажировать кого-нибудь на худой конец… Нет, у меня украли бесценную вещь. Редчайший на тот момент арбалет, который был призом в соревнованиях. С огненными стрелами, представляете? Я, знаете ли, сентиментален, а ещё являюсь ужаснейшим игроманом. «Эхо Танорга»[1] вызывает привыкание похлеще самой безнадёжной одержимости. Тут одно наложилось на другое, и… – Он изящно взмахнул в воздухе рукой. – И мне до сих пор не даёт покоя, что кто-то украл мойприз.
А вот теперь у меня перед глазами засверкали цветные мушки. Ах вот в чём, оказывается, заключалось наказание Эдгара. Моё первое задание, когда мы только-только встретились с этим ужасным человеком, состояло в том, что я должна была украсть какой-то виртуальный арбалет с огненными стрелами… Тогда я была юной и наивной девочкой, которая особо себе даже не представляла, что такое «Эхо Танорга» и как много эта игра значит для людей. Для меня это мошенничество было лишь способом покрасоваться мозгами перед привлекательным мужчиной – а Эдгар всегда таким был – и будущим возможным работодателем. Я, собственно, даже нарушением закона такую ерунду не считала.
– И что бы вы сделали с тем несчастным воришкой, если бы моя Фича нашла его? – подливая масла в огонь, спросил Эдгар и выразительно посмотрел на меня.
Со стороны этот взгляд можно было принять за влюблённый, вот только я прекрасно понимала, что это угроза.
– Да много чего можно сделать с таким дифреном, – фыркнул Зелос. – От банальщины до чего-то экстравагантного…
Он замолчал, так как тяжелая бархатная штора колыхнулась и в ВИП-комнату вошла официантка. Она молча расставила заказы и выпрямилась, чтобы уйти, но тут Зелос вдруг воскликнул:
– Это что?
– Тирамису, сэр.
– В чашке?!
– В ч-чашке, – растерялась вегианка. Если честно, то я тоже. Пирожное с какао-пудрой красиво лежало в чашке-миске с высокими прозрачными краями. Всё вместе смотрелось очень аппетитно. Я бы такое съела, если бы вообще могла проглотить кусок.
– Зовите шеф-повара, – ультимативно потребовал гость.
– Да-да, к-конечно. У нас лучший ресторан на Веге, если вы чем-то недовольны…
– А повар, видимо, худший, – отрезал Зелос.
Наступила полнейшая тишина, а ровно через минуту прямо у нашего столика образовался розовощёкий пухлый парнишка лет двадцати с милой родинкой под глазом. Он снял с себя колпак и низко поклонился мафиози.
– Здравствуйте. Вы меня звали?
– Вы приготовили это? – вопросом на вопрос ответил Зелос.
– Ну да. – Повар робко переступил с ноги на ногу. – Вы даже не попробовали.
– Мне и не надо пробовать дерьмо, чтобы знать, что это дерьмо, – отрезал мужчина в белой хламиде. Затем движением фокусника достал из рукава ампулу с жидкостью – такие обычно использовали спортсмены, чтобы колоть стероиды – и вылил в портвейн. – Пейте. – Приказным движением мафиози подвинул бокал к повару.
– Но-о-о… я не пью алкоголь… – ещё сильнее растерялся парнишка, явно почуяв неладное.
Я увидела лишь на мгновение, как Зелос повёл бровью, а в следующую секунду три амбала позади него отмерли, схватили сопротивляющегося повара за руки и насильно влили в него всё до последней капли. Честно говоря, смотреть на это было жутко… Но ещё более жутким стал остекленело-поплывший взгляд парня с родинкой под глазом, резко расширившиеся зрачки и выступивший пот на лице.
– Это не тирамису, – тем временем как ни в чём не бывало начал читать лекцию Зелос. – Это какая-то жидкость, раз она налита в чашку. Настоящее тирамису должно быть воздушным и крепким, оно должно самостоятельно стоять на блюдце. Вы не можете называться шеф-поваром, если не умеете готовить такой элементарный десерт.
– Не могу называться шеф-поваром, – машинально повторил парнишка и облизал сухие губы.
Я видела, как изменилось его дыхание на поверхностное, кожа посветлела, а на виске быстро-быстро забилась пульсирующая венка. Все эти признаки наркотического опьянения я уже видела однажды ночью.
– Тирамису должно быть воздушным. – Зелос развернулся к несчастному и взглянул ему в глаза. – Слышишь, бездарность? Ты хочешь быть профессионалом?
– Конечно хочу…
– Тогда иди и научись летать! Только после этого твои десерты будут воздушными!
– Да, сэр. Я обязательно научусь. Прямо сейчас…
С этими словами парнишка вышел из нашей ВИП-комнаты, даже не потрудившись закрыть за собой штору. Я так и смотрела в его удаляющуюся спину со странной, чуть плавающей походкой.
– Это «амброзия»[2] последнего поколения, – усмехаясь, сообщил Зелос, возвращая внимание к нашему столику. – Синтетическая и очень забористая вещь. Люблю такие. Управлять людьми – одно удовольствие.
В этот момент в основном зале раздались крики, а затем звук бьющегося стекла. Миг – в поле моего зрения попал покатившийся по полу огнетушитель, и мелькнула спина повара. Он прыгнул в окно. С двадцать шестого этажа ресторана.
– Ну вот и отлично, нечего такой бездарности работать в этом чудесном заведении.
Мой мир остановился. В груди бешено колотилось сердце, каждый удар отдавался набатом в ушах. Я боялась, что сердцебиение звучит так громко, что я выдам себя с головой. Я не могла дышать, не могла думать. Все казалось нереальным, как в страшном сне, из которого хочется проснуться. Но это было наяву. Зелос – не просто монстр, он психопат, который играет с человеческими жизнями, как с пешками на шахматной доске. Ему не понравился десерт, и поэтому он заставил повара покончить жизнь самоубийством.
Я смотрела на мужчину с узкими чертами лица и в белоснежном одеянии, и каждый мускул в теле напрягся от ужаса. Как кто-то может быть настолько жестоким? Иметь настолько извращённые понятия о нормальности?
– Так на чём мы остановились? – уточнил Зелос и посмотрел на меня.
Я не могла вымолвить ни слова. Я задыхалась, кожа горела, внутренности корчились от шока. Только что на моих глазах в человека влили дрянь и внушили ему, что он должен прыгнуть из окна…
– На том, что вы хотите приобрести партию этих красавчиков для небольших, но подвижных целей, – спас меня Эдгар, и, пожалуй, я была ему в этот момент благодарна. Казалось, что все мысли написаны у меня на лбу.
– Ах да, точно. – Зелос небрежно пошевелил длинными пальцами, усеянными многочисленными перстнями. – Плачу или «амброзией», или по пачке крекеров[3] за штуку, но поставка должна быть до конца недели.
– Возьму крекерами. – Эдгар благодарно наклонил голову.
Мужчины одновременно встали и пожали руки. Зелос вместе со своими мордоворотами вышел из ВИП-кабины, а Эдгар слегка поморщился и мотнул головой, чтобы его шестерки тоже покинули помещение. Последний мужчина аккуратно занавесил за собой штору, и стало даже чуть тише. По крайней мере, крики в общем зале теперь доносились существенно слабее.
– Ну что, принцесса, оценила, какой у тебя мужчина?
– Прости? – Всё ещё потрясённая случившимся, я чувствовала себя оглохшей. Мой мозг просто отказывался работать.
– Фича, дорогая, ну давай напряги свои шестерёнки. Я показал тебе, что прекрасно справился со сделкой и без твоего упрямства, а ещё прикрыл и продолжаю прикрывать тебя от всех уродов Веги, которых ты обокрала. Ты себе представить не можешь, насколько буйная фантазия вот у этого типа. А есть же ведь много других, я даже знаю одного садиста с поехавшей кукухой, который любит резать красивых девочек на кусочки.
– Я их обкрадывала по твоему приказу, – пробормотала я онемевшими губами.
– Но делала-то это ты. И ты сейчас пользуешься моей защитой, – упрямо повторил Эдгар, болезненно нажав на запястье. – Давай опускайся на колени и попроси у меня прощения, чтобы я забыл про инцидент, который у нас произошёл в квартире.
– Отпусти. Я не буду этого делать!
– Ты должна. – По скулам Эдгара прокатились желваки. – Я единственный, кто блюдёт твои интересы, жена. Как видишь, у того же Зелоса руки достаточно длинные, чтобы найти тебя и за решеткой. Ты уверена, что хочешь в это играть?
Эдгар сел на кресло, широко расставил ноги и выразительно указал кивком на пах.
– Фича, мне надоели твои вечные психи. Давай прямо сейчас ты продемонстрируешь покорность. Клянусь, я забуду и то, что ты угрожала мне тюрьмой, и две чашки в гостиной.
Сердце грохотало как ненормальное, кожа горела. Только сейчас до меня дошло, чегохочет Эдгар.
– У нас не было секса космос знает сколько месяцев, – тем временем продолжал говорить он. – Мне надоело это терпеть. Я твой муж, в конце концов! У меня есть потребности.
– Посмотри на мою руку, – прошипела я, чувствуя, что задыхаюсь. – У меня на тебя аллергия! Можешь прислать своего дока, он ещё раз осмотрит и скажет, что я не могу быть с тобой.
Эдгар бросил взгляд на запястье и, грязно выругавшись, наконец отпустил меня. То место, где он касался, покраснело и опухло.
– Он сказал, что у тебя проблемы с телом! – рявкнул Эдгар. – Вселенная, Кари! Я прошу лишь отсосать. Не делай из этого трагедию!
– Я не буду этого делать.
Я отрицательно мотнула головой и даже отступила на шаг. На секунду мужчина прикрыл глаза, затем распахнул их и резко нажал на кнопку вызова официантки.
– Ну не будешь, тогда как знаешь, – огрызнулся Эдгар. – Ты сама меня на это толкаешь.
Через несколько секунд тяжелая штора колыхнулась, и в ВИП-комнате «Веганского вояжа» нарисовалась та самая нервничающая официантка. Она бросила вопросительный взгляд на меня, но, обнаружив, что я стою далеко от стола, подошла к Эдгару.
– Чем могу помочь? – спросила девушка, на этот раз уже не заикаясь.
– Плачу сто кредитов. Обслужи меня. – С этими словами Эдгар бросил чипы на столешницу.
Что?!
Я изумленно посмотрела на Барона оружия. Разве так можно обращаться с девушками? Мы же не в райском саду, в конце концов! В отличие от меня, официантка мгновенно поняла, чего от неё требуют, и отрицательно покачала головой.
– Пятьсот.
На столешницу отправилась ещё горсть кредитов. Девушка машинально сделала шаг к деньгам, но замерла, испуганно обернувшись на меня и закусив нижнюю губу. Она явно не понимала, какие отношения нас связывают, но… судя по всему, была не против.