Агент алеф-класса

Глава 3. Однорукий бандит

Полдня от клокочущей злости я громила собственную квартиру, пытаясь выплеснуть наружу то, что калёным железом выжигало внутренности. Осознание, что, согласно протоколу ЭСР, сотруднику, пребывающему в отпуске, запрещено посещать офис, а тренажёрный зал для агентов находится именно там, стало последней каплей моего самообладания. Я в кровь разодрала костяшки пальцев, перебила всё, что можно было разбить, и даже то, что считалось сделанным из антивандальных материалов. Робот-уборщик от страха пискнул что-то невнятное и спрятался в подсобном помещении. Особенно не поздоровилось зеркалам. Глядя на собственное перекошенное от ярости отражение с лицом незнакомки, я почувствовала, что медленно задыхаюсь. Мне в буквальном смысле стало нечем дышать.

И в тот момент, когда я думала, что хуже уже быть не может, позвонила мама.

– Принять вызов, отключить визуализацию образа с моей стороны, – произнесла я севшим голосом.

– Ксандрюша, девочка моя, что-то мы давно не общались. Как у тебя дела? Как работа? Ой, что-то со связью! Почему я тебя не вижу? – выпалила на одном дыхании невероятно красивая эльтонийка.

Я хмыкнула, рассматривая маму, которая выглядела моей ровесницей. Золотистый цвет лица, ровная гладкая кожа, лоб без намёка на морщины, красивый миндалевидный разрез глаз. Судя по всему, она снова летала на Миттарию к своему косметологу.

– Мам, мы разговаривали последний раз два с половиной года назад. Ты отказалась назвать имя и расу моего отца, если помнишь, – произнесла я устало.

– Ой, кто старое помянет, у того хвост облысеет. И вообще, неужели я должна помнить, как зовут всех моих поклонников? – Эльтонийка звонко рассмеялась, словно остроумной шутке, а затем резко понизила голос до раздражённого шёпота: – И перестань уже «мамкать», вдруг кто услышит? Для тебя Элеонора или просто Элен. Мой продюсер уверен, что мне всего семьдесят!

– Опять к Джордано летала? Ты в курсе, что нельзя делать более одного омоложения за десять лет?

– Ой, да всё это глупости… – Элен легкомысленно махнула рукой. – Джордано лучший из лучших косметологов в галактике. Тем более ты сама знаешь, что в моём бизнесе, да и на Эльтоне, внешность – это всё.

Да уж, для Элеоноры внешние данные всегда были самым главным критерием во всём. Она даже всё моё детство хвасталась мной перед подругами словно породистым щенком, а я боялась, что когда-нибудь выяснится, что мои гены не настолько идеальны, как того хотелось бы матери, и в них нет-нет да и завалялась рецессивная аллель.

Я горько хмыкнула.

– Смотрю, ты совсем не изменилась, по-прежнему верна лишь одному мужчине в галактике – своему косметологу.

Ирония моей фразы заключалась в том, что самый известный косметолог на Миттарии, Джордано Джулли, предпочитал в личных отношениях мужчин.

– Вот ты с моё поживёшь и сама поймёшь, что импланты и инъекции ботокса – вещи жизненно необходимые для любой уважающей себя женщины, – серьёзно заговорила Элеонора.

Она любила меня поучать, а я в это время грустно думала о том, насколько мы разные. Я, в отличие от неё, мечтала хотя бы месяц походить со своим настоящим лицом, а не накачанным ботоксом и прочей дрянью.

– …Ты меня вообще слышишь? – донёсся голос мамы.

– Да-да, слышу, ма… Элен. Слышу. Ты с какой-то целью звонишь или просто так?

– Конечно, я звоню, чтобы узнать, как ты поживаешь! – тут же возмутилась Эленора и, противореча самой себе, вновь понизила голос: – Слушай, Ксан, тут такое дело… Ты же помнишь мою подругу Лирис?

Я кивнула. Как тут не помнить лучшую подругу Элен, которая на пятнадцатый День Рождения подарила мне презервативы со словами «чтоб у тебя не получилось так, как у твоей мамки». Спохватилась, что меня не видно, и ответила:

– Да-да, конечно, помню.

– В общем… – Элен замялась. – Лирис на днях родила. Мальчика.

Наступила долгая минута молчания. Проекция мамы просто смотрела на меня, в её глазах не было печали или грусти, лишь надежда на то, что я опять помогу.

– Когда капсулу отправляете? – спросила, сжав зубы.

Элен тут же оживилась.

– Послезавтра утром.

– Хорошо. Я подготовлю необходимые бумаги для космопорта от имени Аппарата Управления Эльтона и скажу, что это дипломатическая капсула с особо ценным грузом, досмотру не подлежит. Никто не узнает, что у Лирис вообще был сын.

– Ой, спасибо, Ксаночка, ты у меня такая умничка, такая…

Элен искренне обрадовалась, а я прервала её бурную радость тяжёлым и хмурым:

– Я это не для Лирис делаю, а для её сына. Он ни в чём не провинился и не заслужил такую мать. Всё, отбой.

Красивое лицо Элеоноры вытянулось от удивления и непонимания, но прежде чем она успела что-то спросить или сказать, связь оборвалась, и проекция потухла.

Ещё несколько долгих минут я сидела на краю кровати, с силой сжимая кулаки и ненавидящим взглядом прожигая браслет коммуникатора. Элен так и не перезвонила. Что ж, она попросила о помощи, добилась моего согласия, и больше ей от меня ничего было не нужно. Пребывая в полной уверенности, что я работаю в канцелярии Аппарата Управления, она время от времени просила меня сделать одолжения для своих подруг. И я делала. Ненавидела себя за это, но делала, потому что понимала, что на Эльтоне с такими матерями малышам будет ещё хуже. Единственное, чем я могла помочь новорождённым, так это, пользуясь своими связями в ЭСР, оформить для них документы.

После ночи среди богатых снобов в самом респектабельном казино Тур-Рина, унизительного разговора с начальством и неприятной просьбы мамы захотелось напиться дешёвого пойла в самом захудалом баре этой планеты. Именно так я оказалась в «Одноруком бандите». Когда увидела неоновую вывеску заведения, то подумала, что оно называется в честь игровых автоматов, пользующихся популярностью среди местного обслуживающего персонала, и лиц пожилого возраста. Но, как оказалось, я ошибалась.

***

– Ещё одну бутылку виски, пожалуйста, – произнесла я, протягивая бармену опустевшую ёмкость.

Пожилой пикси, протирающий сразу четырьмя руками бокалы для пива, посмотрел на меня со смесью шока и недоверия.

– Да не отброшу я здесь копыта, неси уже, – поторопила бармена, а сама накинула капюшон толстовки поглубже.

В «Одноруком бандите» ошивалось много действительно подозрительных личностей. Ещё до того, как я села за барную стойку, намётанный взгляд спецагента тут же зацепил чешуйчатую голову рептилоида, подошедшего к соседнему столу и исподтишка предлагающего попробовать запрещённые препараты с психотропным эффектом. С десяток разномастных громил, в дневную смену явно работающих охранниками и вышибалами в более приличных местах, толпились у решётки в центре помещения. Между столами бара в ультра-мини-юбочках «а-ля школьница» мелькали целлюлитные ляжки растрёпанных краснощёких официанток. Но изюминкой всего этого увеселительного заведения являлась гигантская железная клетка размером десять на десять метров. Именно в ней с наступлением вечера и начиналась шоу-программа – бои без правил.

– Эй, красотка, позволишь тебя угостить? – Здоровенный ларк с мускулистыми волосатыми руками навалился на барную стойку справа от меня.

Это был уже третий, кто решил «подкатить» к одинокой девушке за этот вечер. Моего лица, впрочем, как и волос, он не видел, однако безошибочно определил во мне особь женского пола.

– С чего ты решил, что я красотка? – ответила ему вопросом на вопрос.

Многолетний опыт научил не грубить незнакомцам, особенно если они втрое крупнее, и плавно сглаживать углы замаячивших на горизонте неприятностей. А ларки – это практически гарантированные неприятности, потому что где один, там и его стая.

– Обижаешь, цыпа. – Ларк нарочито шумно вдохнул воздух около моего плеча и оскалился. – Я же ларк, у меня нюх лучше, чем у собаки! Так, как пахнешь ты, может пахнуть только настоящая красотка!

«Да уж, и в целом ты напоминаешь огромного блудливого пса», – мысленно хмыкнула про себя, но вслух сказала другое:

– Я смотрю шоу, ты загораживаешь. Отойди, пожалуйста.

– Твой знакомый сегодня выступает? – тут же среагировал собеседник. – А если я одержу над ним победу, ты позволишь… себя угостить?

Незнакомец сделал ощутимую паузу и подмигнул, давая понять, что он рассчитывает вовсе не на разговор в моём обществе. Кто о чём, а ларки… впрочем, чему я удивляюсь?

– А ты одержи вначале, – не удержалась от насмешки.

Разговор с мужчиной уже начинал откровенно напрягать. Хотелось утопить горе в море алкоголя, а не общаться с озабоченным типом.

– И вообще, там, кажется, друзья тебя заждались.

Незнакомец кинул взгляд через плечо и не без сожаления произнёс:

– Да, действительно ждут. Что ж, держи за меня кулачки, крошка! Я обязательно выиграю, и мы вернёмся к этому разговору.

– Ага, конечно, – не без сарказма ответила я, но будущий боец этого явно не услышал.

– Ваш виски. – Передо мной опустились пузатая бутылка с потёртой этикеткой на общегалактическом и большой гранёный стакан.

Я благодарно кивнула бармену и приникла прямо к горлышку, кинув на столешницу несколько мятых купюр. У меня были при себе финансовый чип и кредитная карта на имя Лоллиатэ́ Киано, но в последний момент я решила расплатиться наличкой. Не люблю лишний раз светить даже подставными именами.

Горько-терпкая жидкость обожгла нёбо, жидким огнём прокатившись по пищеводу.

Провибрировал наручный коммуникатор.

«Я только узнал. Прости, я не хотел…»

Юзеф. Глупый мальчишка с нестабильным гормональным фоном. Не хотел он, как же! А я, между прочим, сказала, что прикрою, и свою часть выполнила чисто. Нашей двойке могли бы засчитать задание высшим баллом, так нет же, обиделся на меня за то, что флиртовала с Дмиртом. Что за бред?..

Я рывком стянула с запястья коммуникатор, сжала его в руке с такой силой, что послышался хруст тонкого металла и сапфирового стекла, а затем кинула то, что осталась от устройства, в пустой бокал. Доверху залила его виски и со звучным «дзинь» чокнулась бутылкой с бокалом. Вновь приложилась к горлышку.

Со второй бутылки я всё же почувствовала лёгкое головокружение. Я давно заметила, что у меня очень высокий болевой порог, быстрее зарастают открытые раны, а опьянение происходит гораздо медленнее, чем у коллег. Свои наблюдения медикам агентуры я не афишировала, им и так хватало моих психологических заскоков, а как следствие, полного анализа генома не проходила.

Раздался звучный удар гонга. Он отвлёк меня от невесёлых мыслей и заставил сосредоточить внимание на очередном поединке. Двое бойцов, массивный накачанный ларк – не тот, что предлагал меня угостить выпивкой, другой, – и ниже его на голову, но почти вдвое шире в плечах пикси. Поединок оказался красочным, но, увы, слишком коротким и предсказуемым. Менее чем за две минуты пикси уложил соперника на пол. Всё-таки шесть рук – это шесть рук, и в рукопашном бою, чтобы победить такого противника, требуется смекалка или хорошее оружие, а у ларка не было ни того, ни другого.

Я отпила из бутылки ещё немного и чуть не подавилась, когда ведущий сообщил, что следующими на арену выйдут таноржец Святозар и ларк по прозвищу Альфа.

***

Планета Танорг, десять лет назад

Я ещё раз окинула взглядом собравшихся, и сердце сладко замерло, а затем забилось вдвое быстрее, когда я увидела гордый профиль высокого темноволосого мужчины. Формально я была на задании, но фактически на диверсию отважился бы лишь самоубийца, так как две трети собравшихся относились либо к Таноржской Системной Полиции, либо к Эльтонийской Службе Разведки. Сегодня две планеты наконец-то заключили договор о совместных разработках в сфере космического кораблестроения.

Я пробиралась через толпу гостей, уже заранее придумав отговорку, как попала на данное мероприятие. Как же здорово, что я смогла уговорить начальство поставить меня на это задание! Феликс отчаянно сопротивлялся, говорил, что охрана фуршета для ботаников – не моего уровня дело. Но я всё-таки настояла на своём и сейчас летела на крыльях счастья к самому невероятному и заботливому мужчине на свете.

– Святозар. – Я улыбнулась талантливому конструктору.

– Ксана? – Неподдельное изумление отразилось на породистом лице. – Как ты здесь оказалась? Откуда?! Это закрытое мероприятие…

Я весело рассмеялась его реакции, а капельки пота, выступившие над верхней губой, списала на полуденную жару.

– Моя коллега имела лишнее приглашение, а когда я узнала, что здесь соберутся самые известные изобретатели, не смогла устоять, чтобы не сделать тебе приятный сюрприз. Неужели не рад меня видеть?

– Ко-конечно рад! – Святозар широко улыбнулся, хотя мне показалось, что напряжение не исчезло из карих глаз. – Я очень рад тебя видеть. – Он подошёл ко мне, но ни обнимать, ни целовать не стал. – Извини, это мероприятие очень важно для меня, я не могу сейчас уделить тебе достаточно внимания, но если хочешь, вечером мы могли бы выбраться…

Какой же он всё-таки внимательный, в первую очередь думает обо мне!

– Жду не дождусь завтрашнего ужина, – промурлыкала любимому на ушко, чтобы никто не услышал. – Ты же помнишь? У нас годовщина.

– Разумеется, помню. Жду не дождусь того, что будет после ужина, – так же тихо ответил он мне.

В этот момент к нам подошёл какой-то брюнет. Судя по помятому костюму, не в тон подобранному галстуку и мечтательному взгляду – ещё один таноржец-изобретатель. Он легко обратился на «ты» к Святозару и тут же загрузил его авиационно-космическими терминами. Я деликатно отступила, чтобы не мешать диалогу, и сделала вид, что любуюсь каскадным фонтаном. Разговор незнакомца и Святозара уже подходил к концу, как неожиданно брюнет произнёс:

– Рад был с тобой увидеться, Зар, не ожидал встретиться на таком мероприятии. Передавай от меня привет Анжелике. Кстати, где она?

Ещё не понимая, кто такая Анжелика, я почувствовала, как все мышцы в теле напряглись, будто натянутые канаты. Я не ощутила, но услышала хруст ножки бокала в моих руках. Острое стекло разрезало ладонь и пальцы, но боли не было. Физической боли. «Это наверняка его домашняя ящерица, или младшая сестра, или бывшая коллега». Святозар чересчур громко рассмеялся, бросил на меня косой взгляд и нехотя ответил:

– Она дома осталась.

Я почувствовала, как улыбка на лице прицепилась, словно намазанная клеем, руки похолодели и стали влажными, а я и вовсе перестала управлять собственным сердцебиением. «Скорее младшая сестра или любимая ящерица».

– А, с мелким сидит? Ну да, дети такие, никакие современные робоняни не заменят общения с матерью.

Прекрасно отдавая себе отчёт в том, что невоспитанно лезу в чужой разговор, я повернулась к Святозару и уточнила:

– А Анжелика – это твоя сестра?

Ни один из мужчин мне не ответил. А я, чувствуя себя последней разряженной дурой, развернулась на каблуках и пошла в сторону выхода. Феликс был прав, агенту алеф-класса не стоило здесь появляться.

***

Планета Тур-Рин, бар «Однорукий бандит», наше время

Оглушительный гонг вернул меня из воспоминаний десятилетней давности в бар «Однорукий бандит».

Я сглотнула вязкую слюну и впилась взглядом в человека с обнажённым торсом. Конечно же, это был совершенно другой Святозар. Ни породистого лица, ни орлиного носа, ни аристократически тонких пальцев. Передо мной был не интеллектуал, а обычный боец. Тем не менее, тот факт, что он являлся тёзкой тому самому таноржцу, уже заставил желать ему скорейшего поражения. Впрочем, моё желание достаточно быстро осуществилось.

Когда Альфа, тот самый ларк, что предложил мне выпить, повалил таноржца на землю, зал взревел одобрительными криками и хлопками в ладоши. Вообще-то, это был паршивый бой. В отличие от предыдущего, он длился меньше минуты, а Святозар сделал слишком много ошибок, из которых Альфа воспользовался лишь последней. Да и сделал он обыкновенную подсечку, вместо того чтобы вспороть длинными ногтями брюхо этому человечишке.

Я усмехнулась своей неожиданно проснувшейся кровожадности и вновь приложилась к бутылке виски.

В этот момент в моё периферийное зрение попал гигантский плазменный экран, что висел позади бармена, и спина покрылась холодной испариной.

– Швархова мать!

За доли секунды я выудила из кармана штанов перчатки и натянула их под столом, а затем достала тонкую маску с прорезями и приклеила на тонкий слой силикона к коже лица. Плевать, что когда я её отдеру, несколько часов будут гореть и чесаться щёки и лоб.

За что я люблю Тур-Рин, так это за то, что здесь одновременно пребывает слишком много представителей различных рас, а потому мода очень странная и разнообразная. Кто-то носит высокие фетровые шляпы, кто-то – массивные шлемы, кто-то предпочитает брить голову налысо и оставлять тонкую косичку на затылке. Мой внешний вид, конечно, может вызвать легкое удивление, но никак не искреннее недоумение.

Мысли крутились как бешеные, несмотря на неприличное количество алкоголя в крови. Чья-то наглая лапа легла на талию в тот момент, когда я собиралась встать со стула.

– Красотка, я вернулся! Ты обещала мне свидание, – пробасил ларк по кличке Альфа.

В ушах стучала кровь. Я таки встала, и меня слегка повело в сторону той самой бойцовской клетки.

– Эй, цыпа, ты куда? Неужели сдохнуть за железной решёткой решила? – шутя, обратился ко мне мужчина.

Сдохнуть! За железной решёткой! Это же гениально! Как я сама до этого не додумалась? Сам того не понимая, Альфа подкинул потрясающее решение моей проблемы.

– Да! Хочу сдохнуть! – заявила я, выдернула локоть из цепких ручищ и направилась к ведущему боёв.

Договориться с ведущим оказалось не так уж просто. Девушки в клетке «Однорукого бандита» появлялись крайне редко и если всё-таки заявляли о своём желании подраться, то как минимум выглядели раза в два крупнее меня. Ведущий – рябой худосочный гуманоид неопределённой расы – скептически оглядел мою тонкую фигурку. Мешковатые штаны и толстовка не скрывали того, что перед ним стоит представительница женского пола. Золотая кожа лица и рук была закрыта маской и перчатками, а хвост с кисточкой, единственное доказательство принадлежности к расе эльтониек, я, разумеется, спрятала ещё перед выходом из квартиры. Таким образом, сейчас я больше всего походила на обыкновенную человеческую девушку, то ли с Захрана, то ли с Танорга. Это было неважно, так как люди в принципе считались в Федерации одной из самых физически слабых рас.

– Ну, не зна-а-аю, – с сомнением протянул ведущий. – Чё-то ты какой-то хилой выглядишь, да и бабы второй у меня всё равно не имеется. Нет, против кого поставить.

– Ставь против любого. Мне всё равно, с кем драться, – ответила я, наклоняя лицо.

Мне не нравилось то, как рябой старается рассмотреть меня, несмотря на наличие маски. Это напрягало.

– Да ты пьяная. Небось упадёшь в первом же раунде, а мне потом неустойку выплачивать тем, кто на тебя ставки сделает. Гарик уже знаками показал, что две бутылки вискаря тебе продал.

Раундом в подпольных боях без правил назывались первые десять секунд. Если один из противников побеждал за столь короткий срок, то те, кто ставил на проигравшего, часто обвиняли организаторов в некорректном проведении боя и выставлении бойцов заведомо разных категорий.

Я схватила рябого одной рукой за воротник куртки, резко надавила на грудную клетку, а затем дёрнула на себя, из-за чего гуманоид сделал полшага назад, его голова мотнулась, а затылок гулко ударился о стену позади. Ведущий сдавленно застонал.

– Слушай сюда, повторять дважды не буду. Сейчас же впишешь моё имя и объявишь бой. Против самого сильного бойца, какой в этом стойле имеется. Ты меня понял? Кивни, если понял.

– Да-да… понял. – Ведущий закивал, хотя было видно, что после удара об стену у него в глазах двоится. – Так бы сразу и сказали, что хотите выступить…

– А я так сразу и сказала!

– Да, конечно… – поспешил во всём согласиться рябой. – Как вас объявить? Назовёте имя? – Он ещё раз оглядел мой глухой наряд и поправился: – Можно просто псевдоним.

Я задумалась лишь на долю секунды, но, увидев, как вытянулось от удивления лицо Альфы, что приставал ко мне несколько минут назад, не без ехидства сообщила:

– Красотка.

– Хорошо, Красотка… – Ведущий что-то пометил у себя в планшете. – А планета какая?

Я усмехнулась.

– Красотка с Захрана. Человек. И мне надо десять минут, чтобы привести себя в порядок.

– Разумеется.

Я отпустила воротник ведущего и под немигающим взглядом толпы ларков, что исподтишка следила за моим разговором с рябым, отправилась в туалет. Благо последний располагался в нескольких шагах от стойки ведущего. Я наскоро сделала свои дела и склонилась над раковиной, чтобы поплескать холодной водой в лицо.

У меня до сих пор нервно подрагивали пальцы. Ситуация вырисовывалась очень скверной. На плазменном экране за спиной бармена крупным планом по местному головидению показали труп Шармэля Грецци. Мёртвый пикси лежал именно в той позе, в какой я его оставила в вип-зале элитного казино. Обстановка и цвет обивки кресла, попавшего в кадр, безошибочно указывали на то, что это был тот самый злосчастный третий кабинет. Привлекательная девушка на экране сообщила, что персонал казино сегодня утром при обходе помещений нашёл Шармэля Грецци. Патологоанатомы уже приступили к работе и выясняют точное время и причину смерти, однако уже доподлинно известно, что последней, с кем видели хозяина сети казино на Тур-Рине, была чистокровная эльтонийка. Далее на весь экран показали достаточно крупное изображение меня. Точнее, Лоллиатэ́ Киано.

Сомнений не оставалось, что показания дал тот самый амбал-охранник, что не хотел пропускать меня в вип-зону, потому что больше было некому рассмотреть моё лицо так тщательно. Дмирт не в счёт, так как, во-первых, он уверен, что я всё время провела, стоя у него за спиной, а во-вторых, даже если я куда-то и отходила, то он точно не мог знать, куда именно.

Я мысленно взвыла. Очевидно, что кто-то проследил за мной и, пока Шармэль не очнулся, прикончил владельца сети казино. Вот только в глубокой канаве нечистот оказалась именно я. Ведь фактически именно меня видели вместе с господином Грецци. И даже если каким-то чудом окажется, что пикси умер «своей» смертью, во что я совершенно не верю, Лоллиатэ́ Киано всё равно будут искать. Наверняка Системная Полиция Тур-Рина уже навела справки об этой таинственной особе и заинтересовалась её местом проживания, ведь госпожа Киано не останавливалась ни в одном отеле планеты, не имеет родственников или друзей и недвижимости в собственности.

Шварх! Как же всё не вовремя! Керрисон наотрез отказалась давать мне антибиотики, необходимо ждать, когда импланты рассосутся самостоятельно, полиция ищет Лоллиатэ́ Киано, а, следовательно, космопорты Тур-Рина для меня закрыты, и самое главное, кто-то виртуозно подставил агента алеф-класса Ксандру Керроу.

Я посмотрела на левую руку, где красовалась красная полоска от рабочего коммуникатора, и вновь грязно выругалась. А вот помощь Юзефа мне сейчас не помешала бы.

Раздался сигнальный гонг, возвещающий о том, что вот-вот начнётся очередной бой, и я засунула голову целиком под струю ледяной воды. Ларк, выступавший под псевдонимом Альфа, сам того не понимая, подал мне отличную идею. Я планировала сымитировать смерть Лоллиатэ́ Киано на ринге «Однорукого бандита», таким образом сбив одним лазерным выстрелом два метеорита. Во-первых, прибывшая на место Системная Полиция получит тело подозреваемой, и вопросы к моей подставной личности потеряют актуальность. Собравшиеся в баре подтвердят, что я выпила почти две бутылки виски, да ещё и сама полезла в драку. Смерть будет выглядеть… естественной. Во-вторых, тот, кто имеет зуб на агента Ксандру Керроу, также получит информацию о моей смерти. Он, скорее всего, не поверит и захочет перепроверить, вот тут уже я сыграю роль наживки и получу шанс увидеть своего недруга.

Я тряхнула головой, перепроверила арсенал оружия под мешковатой одеждой и вышла из туалетной комнаты.

Глава 4. Бой без правил

– Встречайте аплодисментами! Красотка с Захрана и Малыш с Ларка! Понимаю, что это не по правилам, чтобы дама сражалась против кавалера, поэтому в этом бою в виде исключения принимаются ставки на время. Сколько секунд Красотка выстоит против нашего Малыша!