Преданная

Глава 10

Вопреки обещаниям, из «Стройдома» ей позвонили на следующий же день, и пригласили на собеседование к директору.

Юля была счастлива. Она, радостно смеясь, закружилась прямо на улице, не в силах справиться с эмоциями, и прохожие с улыбками смотрели на молодую красивую и абсолютно беззаботную девушку. И даже немного завидовали. У них-то все непросто. Проблемы. Быт. Семья.

Ах, молодость! Бесшабашная и веселая молодость! Только тогда ты можешь вот так безрассудно радоваться жизни. И Юля словно давала им возможность прикоснуться к тем счастливым дням, которые для них закончились далеко в прошлом. Оттого и улыбки были добрые и искренние.

Собеседование назначили на пять часов вечера. Но Юля, боясь опоздать, сидела на ближайшей лавочке в сквере перед офисом уже в четыре часа. Этот час тянулся, казалось, половину жизни. Юля успела мысленно проговорить все, что она может рассказать о себе, задать и ответить на кучу каверзных вопросов. Она обдумала абсолютно все мелочи: как зайдет, как поздоровается, как посмотрит на директора, как сядет… Каждый жест, каждый взгляд должны были свидетельствовать в ее пользу. Уверенность в себе и никакой зажатости. Она специалист с высшим образованием. Гордая и смелая девушка.

Без пяти пять Юля вошла в приемную.

–Здравствуйте, – улыбнулась ей профессиональной улыбкой секретарь, красивая молодая женщина совсем немного старше Юли, – Юлия Иванова, правильно?

– Да, это я, – улыбнулась в ответ Юля, – правильно.

– Присаживайтесь, – секретарь кивнула на диванчик для посетителей,– у Сергея Николаевича сейчас главный инженер. У них там что-то срочное, – нахмурила она бровки, – так что придется немного подождать.

Юлино сердечко подскочило и понеслось в дальние дали. Вот кто он, оказывается… Ее идеал на самом деле идеальный. С трудом сохраняя равновесие, голова от такой новости внезапно закружилась, Юля опустилась на диванчик:

– Ничего страшного, – сдерживая губы, которые так и норовили расплыться в бессовестно счастливой улыбке, ответила Юля и изо всех сил сжала сумочку, чтобы удержать радость внутри себя, и не расплескать ее наружу.

Девушка продолжала работу изредка, украдкой поглядывая на Юлю и довольно улыбаясь. Ей понравилась эта девочка. Красивая, но не наглая. Определенно, Сергей Николаевич умеет находить бриллианты. Она сама совсем недавно была такой же.

Через полчаса из кабинета стремительно выбежал высокий мужчина средних лет. Он недовольно сверкнул глазами на Юлю, скривился, как от кислого лимона и сбежал из приемной. Юля недоуменно посмотрела ему вслед. Что это? Неужели главный инженер против ее кандидатуры на должность экономиста? Неужели там, за закрытыми дверями сейчас решалась ее судьба? Но тогда, получается, Сергей Николаевич настаивал на том, чтобы именно она стала сотрудником этой компании? От жгучей благодарности на глазах выступили слезы. Этот мужчина не только красив, как ее идеал, не только богат, как она мечтала, он еще и просто хороший человек. Совпадение по всем пунктам. Это Он… тот, кого она ждала всю жизнь.

Секретарь нажала на кнопку селектора, отвечая на вызов, и кивнула Юле на дверь кабинета:

– Иди. Он ждет.

Юля, твердо ступая на мелко дрожащие под коленками ноги, вошла в кабинет и поздоровалась.

– Здравствуйте, Сергей Николаевич.

– Здравствуйте, Юлия, – широко улыбнулся он и указал на громадное кресло возле своего стола, – присаживайтесь. Беседа у нас будет долгой.

От этой искренней улыбки, предназначенной только для нее, все заготовленные фразы мгновенно выветрились из Юлиной головы, и она просто улыбнулась в ответ, чувствуя, что тает как сливочное мороженное на солнце.

– Юленька… Я же могу Вас так называть? – и Сергей Николаевич продолжил после ее кивка, – расскажите мне о себе.

Юля подняла на него взгляд и заметалась, не зная куда смотреть. В синие глаза, которые так внимательно изучают ее, выбивая пол из-под ног? На тонкие жесткие губы, которые шевелятся в такт словам и вызывают странный зуд в ее собственных губах? На широкие плечи, обтянутые белоснежной рубашкой, от вида которых почему-то становится сухо во рту? На расслабленно лежащие на столе руки с аккуратными длинными, музыкальными пальцами, к которым так хочется прикоснуться?

И Юля опустила взгляд вниз на свои дрожащие колени, скрывая слезы смущения за густыми ресницами. И начала рассказ. Первые слова получились тихими и сиплыми, от переживаемых эмоций перехватило горло. Деликатно кашлянув, чтобы освободить горло от спазма, она рассказала свою нехитрую автобиографию.

Родилась. Выросла. Училась. Работала. Все скучно и приземлено.

Но когда, закончив рассказ, она рискнула поднять глаза, то оказалось, что Сергей Николаевич, поставив локти на стол и положив голову на сцепленные замок кисти рук, с мягкой доброй улыбкой внимательно слушает ее рассказ и смотрит на нее, не отрывая взгляд.

От этого теплого взгляда Юля смутилась и покраснела.

– Юленька, вы молодец, – оценил ее старания Сергей Николаевич, – не каждая девушка из маленького поселка добивается таких успехов.

От этих слов, от того, что этот невероятный и совершенно идеальный мужчина, понял, сколько сил она потратила на преодоление тех трудностей, о которых большинство и не подозревает, Юля вдруг всхлипнула и едва сдержалась, чтоб не заплакать:

– Спасибо, – прошептала она, и, шмыгнув носом, смахнула кончиками пальцев слезы. О том, что в сумочке лежит платочек, она как-то совсем забыла.

– Но вы же понимаете, что без опыта вам будет трудно устроиться по специальности?

– Да, Сергей Николаевич, – грустно улыбнулась Юля и вспомнила про платочек.

– Вы мне очень понравились… своим упорством. – неуместная пауза ничуть не смутила Юлю, она и так слышал едва ли половину слов, которые произносил этот необыкновенный мужчина. – И хотя на должность экономиста вы, к моему огромному сожалению, не подходите, я хочу предложить вам другую вакансию. Нам нужны такие трудолюбивые люди. И я считаю несправедливым, что Москва забраковала вашу анкету из-за отсутствия опыта.

Юля от волнения не могла говорить и просто умоляюще смотрела на Него: того кто первый протянул ей руку помощи.

– Мне нужен секретарь. Маришка, к сожалению, выходит замуж. И я хочу предложить вам занять эту должность. Поработаете пока секретарем, покажете себя с лучшей стороны, и когда в следующий раз появится подходящая вакансия, я сделаю все, чтобы именно вы заняли освободившееся место. Тем более у меня будет железный аргумент в вашу пользу: зачем брать посторонних, если есть свой, уже доказавший лояльность и преданность компании подходящий специалист. Так как? Вы согласны?

Глава 11

Это предложение просто ошеломило Юлю. И она даже несколько растерялась, не зная, что ответить. С одной стороны это совпадало с ее желанием работать в компании «Стройдом», да еще и означало, что работать она будет непосредственно рядом с самим Сергеем Николаевичем. И это был жирный плюс.

А с другой, Юле не хотелось быть секретаршей. Совсем. Да и заработные платы на этих должностях не позволили бы Юле снимать даже комнату. А Свете она так до сих пор ничего и не рассказала. И через несколько дней ей нужно съехать… И это был тот самый определяющий ее решение минус.

– П-простите, – запинаясь, ответила она, – но я, к большому сожалению, не смогу принять ваше предложение, мне не подходит предложенный вами вариант…

Она подняла глаза на директора и, заметив в его глазах недовольство, продолжила:

– Я… я очень хочу работать в вашей компании, но… – Юля слегка покраснела, признаваясь в своих проблемах, – мне нужно снимать квартиру, а зарплата секретаря слишком маленькая… простите…

– Юленька, – Сергей Николаевич вновь тепло улыбнулся, и ее сердечко, споткнувшись, снова заскакало как заяц, – я совсем забыл упомянуть, зарплата у Маришки совсем не меньше той, которую вам платили бы на должности экономиста…

И он назвал сумму. Действительно, она была совсем не меньше, а даже немного больше, чем та, на которую Юля рассчитывала, когда увидела эту вакансию.

Теперь плюсов стало существенно больше. И Юля улыбнувшись, сквозь заново побежавшие слезы, закивала, соглашаясь на предложение.

Сергей Николаевич тихо рассмеялся и, встав из-за стола, вытащил платок из ее ослабевших рук и промокнул слезинки с ее глаз.

– Юленька, – он присел на корточки возле ее кресла, взял ее дрожащие ладошки в свои теплые и такие надежные руки и, глядя, снизу верх, добавил, – не стоит плакать, все не так страшно. Мало кто сразу после института начинает работать по специальности. А я уже сказал, что как только появится подходящая вакансия, я сделаю все, чтобы она досталась именно вам… И я очень рад, что вы теперь с нами… И в таком случае, я могу перейти на ты?

Юля, краснея и смущаясь от того, что сам директор сидит у ее ног и вытирает слезы, могла только кивать в ответ на каждую фразу Сергея Николаевича. А он, как будто бы ему было мало ее смятения, встал, и, подняв с кресла, обнял, прижимая к себе. Юля застыла, не дыша, она еще никогда не была в такой ситуации и не знала, как поступить. Это же не какой-то наглец из клуба…

– Ну, все, – он явно улыбался ее реакции, – не стоит плакать. Все будет хорошо. Я же не монстр, не съем. Давай завтра выходи на стажировку. Маришка тебе все покажет там, по работе, а вечером сходим в какой-нибудь ресторанчик. Отметим твою новую должность. Договорились?

Юля, вцепившись в плечи Сергея Николаевича, думала только о том, чтобы не замочить слезами его рубашку. Это был бы еще больший конфуз… Все же он же директор, а она теперь секретарь. С ума сойти! Секретарь с высшим образованием! Хотя… это намного лучше, чем официантка-экономист.

– Да, Сергей Николаевич, – пролепетала она, старательно, но как можно более незаметно, выпутываясь из объятий начальника. Как-то это неправильно. Нет, Юля была бы рада, если бы их отношения перешли на другой уровень. Но скорость, с которой это происходило, несколько ошеломляла, или даже скорее пугала.

А ему все было мало, и решительно притиснув вяло сопротивляющуюся его напору Юлю, Сергей Николаевич зашептал жарким шепотом, обжигаю ухо:

– Ты мне понравилась сразу, как я тебя увидел в отделе кадров. Ты такая красивая, нежная, непорочная… И я очень рад, что теперь ты моя, – и, не давая девушке прийти в себя, впился жадным поцелуем в ее приоткрытые от удивления губы.

Оторопевшая Юля застыла от непонимания и никак не отреагировала на поцелуй… Нет, сами поцелую были для нее не в новинку, все же не пятнадцать лет, но неуместность этого поцелуя была настолько вопиющей, что действие не вызвало никаких чувств, кроме недоумения.

Она с силой оттолкнула Сергея Николаевича, и осипшим голосом прохрипела:

– Что вы делаете, Сергей Николаевич?!

– Юленька, – Сергей Николаевич отошел к столу и отвернулся, – мы с вами взрослые люди, и все прекрасно понимаем. Я работаю по шестнадцать часов в день. И мне некогда ходить на свидания. Поэтому предпочитаю заводить отношения на работе. Со своим секретарем. И мне казалось, что я вам нравлюсь…

– Да, нравитесь, – машинально ответила Юля, – но это же не правильно?! Так же не должно быть!

– Но так есть, – Сергей Николаевич пожал плечами и вернулся за стол, – мне, правда, жаль, что я не так вас понял. Если вы не готовы к таким отношениям, то сожалею, но вынужден забрать свое предложение обратно. Вы нам не подходите.

Юля вспыхнула и, схватив сумочку, опрометью выбежала из кабинета и из офиса «Стройдома»…

Она сидела на той же скамеечке и снова глотала слезы. Вот тебе, девочка, еще один урок, думала она. В тебе видят не ум, не знания, ни диплом, в тебе видят только красивую оболочку.

Но то же время, она не могла не признать, этот урок мог закончиться с большими потерями для ее чести. Сергей Николаевич, по своему, конечно, отнесся к ней весьма по-доброму.

Юля вытерла слезы, и поднялась со скамьи. Кажется, с мечтами о быстром поиске работы придется расстаться. Надо сегодня же поговорить со Светкой, чтобы она позволила пожить с ней еще немного. И, не дожидаясь «окончания рабочего дня», она поехала домой.

Света даже не заметила, что Юля приехала намного раньше. Она, весело напевая песенку, сдирала обои в квартире.

– Привет, Юль, – радостно закричала подруга, – представляешь, сегодня совершенно случайно познакомилась с родителями Глеба, они внезапно приехали его навестить. И он меня представил своей любимой девушкой, представляешь?!

Она спрыгнула со стула и, схватив Юлю за руки, принялась кружиться по комнате, влюбленная и счастливая!

– И его родители дали нам денег на ремонт! Представляешь! Здесь теперь все будет по-другому!

Света расхохоталась и обняла подругу изо всех сил. А Юля поняла, она не сможет больше жить у подруги. Гордость не позволит просить о милости еще и Глеба.

Ей нужно было свое жилье… Может попробовать найти комнату?

Глава 12

Остаток недели прошел в бесполезных поисках работы и дешевого жилья. Пазл никак не складывался. Если зарплата предлагалась такая, чтобы хватило на аренду жилья и питание, то Юле отказывали в трудоустройстве по причине отсутствия опыта, или сама Юля отказывалась от такого предложения, потому что предварительно нужно было пройти обучение на платных курсах. Если же Юлю брали на работу, то зарплата оказывалась такой, что ее хватило бы только на что-то одно: на аренду жилья или на питание.

Ахмет, владелец кафе и нынешний работодатель Юли, единственный человек с кем она поделилась своими проблемами, сокрушенно качал головой, но мог предложить только выходить на две смены в день. Тогда денег хватило бы впритык, но искать работу бы уже не получилось. Да и свалилась бы Юля через месяц-другой от такой работы.

С арендой тоже были проблемы. Если комната была аккуратной и приличной, то за нее просили столько, что оставалось только вздохнуть и закрыть объявление. Если же приличной была цена аренды, то сама комната находилась в таких местах, куда одной лучше не ходить даже днем.

Юля скатывалась в депрессию. Масла в огонь подлили родители, которые при очередном звонке предложили решить все проблемы весьма простым способом – вернуться домой и выйти замуж за Толика. И сама Юля тоже все чаще и чаще стала думать о таком варианте. Единственное что ее останавливало – отвращение, которое она испытывала к своему соседу. Когда Юля представляла, что придется делить с ним жизнь и постель, то тошнота подкатывал к горлу.

– Юль, – счастливая Света светилась от очередной радости, не замечая ничего вокруг, – представляешь, Глеб работу нашел по специальности! Помощником юриста в какой-то адвокатской конторке! А все ты, Юль! Он знаешь, как бесился, когда ты сразу начальником отдела устроилась. Раз, говорил, она смогла, то и я смогу. Вот и смог!

– Поздравляю, – Юля честно пыталась радоваться искренне, но получалось плохо. Только Света даже не заметила, она с энтузиазмом продолжала:

– Зарплата там, конечно, не ахти, меньше, чем у официанта в ночном клубе, но теперь за жилье платить не нужно. Так что хватит. А еще мне брат звонил. Я через неделю к нему на завод выхожу! Пока лаборанткой, правда, но ему начальник цеха обещал года через два перевести меня учетчицей, а там как себя покажу. Может и экономистом стану. Представляешь?! Как же классно!

– Да, Свет, это классно! – Юля из последних сил изобразила радость за подругу и, оговорившись делами, сбежала из дома.

Она бесцельно бродила по улицам, ничего не видя перед собой из-за слез, застилающих глаза. Почему все так не справедливо?! Почему одним все дается легко и просто, а другие вынуждены прогрызать свой путь зубами?

Вот Света. Ей в жизни все дается легко и просто. Ей все преподносят на блюдечке: вот тебе квартира, вот тебе парень, вот тебе работа… А Юля с пятого класса борется за лучшую жизнь сама. Причем не просто без помощи близких, а вопреки их воле.

– Недотрога, – внезапно ее обхватили чужие руки, – вот я тебя и поймал. Теперь не уйдешь.

Незнакомый мужчина, который уже два раза приставал к ней в клубе, широко улыбаясь, обнимал ее прямо на улице. И Юля не выдержала, передернув плечами и сбрасывая чужие и противные объятия, разрыдалась и заорала:

– Да отстань ты от меня, извращенец! Что ты меня преследуешь?! Что тебе от меня надо?!

– Эй, недотрога, – опешил мужчина, – ты что плачешь? У тебя что-то случилось?

– Отвали, урод! – Юлю трясло от истерики, – Не твое дело! Да пошел ты, козлина!

– Девочка, – мужчина сузил глаза и перешел на шепот, – ты, смотри, не забывайся.

– Да пошел ты! Отвали! – Юл закрыла лицо руками и отвернулась.

– Дура, – выругался черноглазый брюнет и оставил ее в покое.

Юля бродила по городу до самой ночи. Ей не хотелось возвращаться домой. Вернее не домой, а к Светке. А домой… домой придется вернуться. Все… Она устала. С нее хватит. Значит не судьба выбраться из проклятого поселка.

Вернется, выйдет замуж за Толика, Юля скривилась и снова заплакала, зато ее дети уж точно выберутся из той дыры. Она им поможет. Как Свете сейчас ее родители.

На следующий день Юля начала собирать вещи. Их оказалось неожиданно много. И три тяжелые битком набитые сумки встали возле порога, ожидая отъезда. Шокированная Света, которой Юля призналась в своем провале и рассказала, как все было с самого начала, пообещала, что они с Глебом помогут ей донести вещи до поезда. А там, дома, на станции ее встретят родители.

А все воскресенье Юля посвятила прощанию с городом. Со своими мечтами и надеждами. Она в последний раз обошла все знакомые улочки, погуляла в парке, посидев на всех скамеечках, покормила голубей на площади, тепло попрощалась с Ахметом и коллегами… Все… Сказка про город закончилась.

Оставалась последняя ночь. Юля лежала в своей постели и смотрела на звездное небо, сквозь балконное стекло. Она не плакала. Слезы кончились. Завтра она уедет. Навсегда. Положит свою жизнь, свое счастье на алтарь ради своих еще не рожденных детей. Продаст себя семье Сидоровых за их будущее.

Глава 13

Продаст себя семье Сидоровых за их будущее.

Эта фраза вдруг зацепилась, как заусениц за колготки, и с неприятной болью закружилась в голове. Продаст себя семье Сидоровых… Продаст себя…

И тут Юля подскочила на постели. Она сейчас собралась продать себя ради будущего своих детей. А чем эта сделка будет отличаться от той, от которой она отказалась, когда сбежала из офиса «Стройдома»?

Да ничем!

Весь остаток ночи Юля сравнивала два предложения.

Если она уедет домой и выйдет замуж за Толика, то ее ждет противный мужчина в постели, беспросветная зависимая жизнь в поселке, отказ от собственного счастья. В плюсе только то, что это будет замужество, которое прикроет всю неприглядность ситуации.

Если она согласится на предложение директора «Стройдома», то в ее постели окажется шикарный мужчина, который ей очень нравится и от которого у нее подгибаются колени. И она будет не приживалкой, взятой в семью из милости, а свободной и независимой женщиной. И от собственного счастья отказываться не нужно. Да, никакими приличиями тут не пахнет, но… Эта же работа временная. На год или два.

То есть, по сути, если отбросить все нюансы и закрыть глаза на мораль, у нее есть выбор: продать себя навсегда или на время….

К началу рабочего дня Юля уже сидела на лавочке возле офиса компании. И увидев директора, подъехавшего на явно дорогом черном автомобиле, в марках Юля совсем не разбиралась, она подскочила со скамейки и окликнула его:

– Сергей Николаевич! Здравствуйте!

Красивый, элегантный и невероятно притягательный мужчина, повернул голову в ее сторону. И у Юли засосало под ложечкой. Он ей очень нравился. И с ним Это будет гораздо легче, чем с Толиком.

– Юленька?! Доброе утро! Вы ко мне?

– Да, Сергей Николаевич, – Юля вдохнула, как перед прыжком в воду, и прыгнула, сжигая за собой мосты, – если ваше предложение все еще в силе, то я хочу принять его…

Сергей Николаевич без слов, практически не меняя выражение доброжелательности на лице, открыл дверь в офис и приглашающее махнул рукой:

– Пройдемте в мой кабинет.

И на подгибающихся от страха ногах, Юля скользнула в открытую дверь. Сердце колотилось так, что его стук, наверное, слышали все сотрудники, попадающиеся им на пути. Как назло, их было довольно много, словно все вышли из своих кабинетов, чтобы поздороваться с директором. И при этом бросали любопытные взгляды на Юлю. Кажется, дополнительные обязанности секретаря ни для кого не были секретом.

– Здравствуйте, Сергей Николаевич, – улыбаясь, подскочила со своего места Маришка, – кофе, чай?

– Кофе, Мариш, и покрепче. Полночи отчет делал, – ответил Сергей Николаевич и пропустил Юлю вперед себя в кабинет, – но немного позже. Пока я побеседую с Юленькой.

Она шагнула внутрь и замерла у входа. От собственной смелости уже кружилась голова и подгибались колени.

– Что ты застыла, милая, – наконец улыбнулся Сергей Николаевич, – проходи. Не стесняйся… Присаживайся…

Это обращение стало последней каплей, и Юля покраснела от смущения… она села в кресло и сжала трясущиеся ладошки между коленками.

– Я очень рад, что ты передумала, – Сергей Николаевич подтянул еще одно кресло и сел прямо напротив Юли, касаясь ее коленей своими, – Но что заставило тебя передумать?

И она, запинаясь и краснея, честно поведала свою историю и свои ночные размышления. Было стыдно называть вещи своими именами, но она справилась.

Сергей Николаевич слушал внимательно и задавал уточняющие вопросы. Он собирался подпустить девочку очень близко к себе, и должен был быть уверен, что она не заслана конкурентами. Служба безопасности потом, конечно, все проверит, но как же девчонка хороша!

Когда Юля закончила рассказ, и подняла слезящиеся от стыда глаза на Сергея Николаевича, то увидела на его лице довольную улыбку. Он снова взял ее дрожащие холодные ладошки свои теплые большие ладони и, поцеловав, кончики пальцев, подтянул к себе на колени.

– Ты что вся трясешься, как заяц? – улыбнулся Сергей Николаевич, обнимая и прижимая к себе.