- -
- 100%
- +
– Ты счастлива?
– Ты же знаешь, что да. Но если тебе интересно, то у Кирилла есть один классный друг…
– По-моему, ты торопилась домой, – перебила я.
Она единственная, с кем я общаюсь расслабленно, но все же держу на расстоянии. Хотя иногда считаю, что поступаю неправильно.
– Ты невыносима. До свидания, Ася Андреевна.
– Иди уже, Светлана Ивановна.
Пару минут еще посидела, прокляла обувь, собрала свои вещи и собралась уходить.
Выключив свет, я с ключами вышла в приемную и наткнулась на этого несносного и обаятельного мужчину в кресле Светы. Воздух снова стал гуще, а дыхание глубже.
– Не стоит примерять на себя роль моего секретаря. Я бы никогда не приняла вас на работу. Так что не мечтайте.
Закрыла кабинет и остановилась напротив стола, постукивая пальцами по плоской поверхности.
– Это еще почему? Я не подхожу? – парень сделал грустное лицо и откинулся на спинку кресла, отчего я глухо посмеялась.
– Да. Не подходите, – улыбнулась и направилась на выход.
Айяз резко соскочил с места и преградил мне путь, остановившись в проеме перед дверью, полностью его заполняя собой. До чего же он высокий, и это притом, что я была на достаточно высоком каблуке. Чертовы туфли.
– Тогда я обязан узнать причину отказа, – прохрипел, склоняясь ко мне, словно глубоко вдыхая воздух вокруг меня.
Видимо, я с ума схожу. Понимаю, что он флиртует со мной, но за подобные мысли мне самой стало стыдно и смешно.
– Оставляю за собой право на то, чтобы не разъяснять вам причины.
Боже, я не умею как он. Даже неловко от моих попыток ему отвечать на каждый выпад.
– Ай-яй-яй, Ася Андреевна, – он хотел сказать что-то еще, но его отвлек телефон, сообщивший о пришедшем уведомлении.
Я стояла и не знала, что мне делать дальше. Проход он перекрыл и стоял, молча копошась в телефоне. Может, попытаться сдвинуть его? Стала рассматривать этого амбала, иначе и не назовешь.
М-да, таких выпускают раз в вечность, и достаются они либо стервам, либо таким же красоткам из лимитированной коллекции.
– Отец приглашает тебя на ужин по поводу махинаций, – я опешила и округлила глаза, хотя, конечно, предполагала, что они близки. – Не смотри на меня так, я в курсе всего. Сегодня уже поздно, поэтому завтра закончи свои дела в офисе пораньше и в шесть будь готова, за тобой приедет машина, адрес водителю уже известен.
– Ладно, – я сразу стала собранной. – На это и был расчет, тут говорить небезопасно.
– А ты молодец. Не растерялась.
– Вообще-то, растерялась сначала, но потом поняла, что виновной выставят меня. Да и вообще, это преступление.
Пожала плечами.
– Думаю, пора разъезжаться. Рабочий день закончился. Вы позволите? – указала рукой на выход.
– А кто такие Вы? Или ты серьезно говорила про ужин и кофе?
– А еще душевные разговоры. Бросьте. Мне пора.
– Значит, тебя кто-то ждет? – вновь нависает надо мной.
– Я устала и хочу отдохнуть, и, если вы не возражаете, я пройду в эту дверь и отправлюсь домой.
Почему-то прежняя легкость сразу испарилась, хоть я и пыталась сохранять спокойствие, но уже не улыбалась. Показывать, что я уязвима, не намерена. Однако это действительно неприятно, когда вот так навязывают себя.
– Да брось, Ася, поехали, поужинаем вдвоем. Ты же хотела отдохнуть? – наклонился ко мне и посмотрел в глаза.
О чем я и говорила.
– Хотите совет? Ну так, на будущее.
– Удиви меня.
– Не напирайте. Не все женщины любят назойливых мужчин. Иногда это давит и выводит из себя, а еще пугает. Но главное, сразу становятся ясны помыслы. Если и пытаться навешать красивую и ароматную лапшу на уши для приятного, ночного времяпровождения, советую убедиться, что объект желаний того же мнения.
Делаю шаг в сторону и кладу руку на дверную ручку намекая.
– Ты меня покорила, женщина.
– Даже не пыталась.
Шаг ко мне.
– Вы ведь в курсе, что тут камеры?
– К чему ты это говоришь?
– К тому, что ваше настойчивое желание не выпускать меня отсюда, называется домогательством. И поверьте, я не набиваю цену, я искренне говорю, что хочу выйти, без двусмысленных намеков на то, чтобы меня задерживали, принимая за игру мой отказ.
Подняла взгляд и посмотрела в глаза. Конечно, тревога еще не достигла критической отметки, но и спокойной оставаться я уже практически не могла. Не люблю приставания, грубые намеки и нежелание слышать и принимать отказы. И уж тем более не ожидала такого поворота от него.
– Мое предложение ограничено временем, Айсель.
– Что? – не поняла, как он меня назвал.
– Мне нравится. Буду так тебя звать.
– У меня уже есть имя.
– Кажется, ты хотела уйти? – провел рукой по моей кисти.
Я вздрогнула от неожиданности и отпрянула, понимая, что он отошел от входа, и, обогнув мужчину, вышла. В спину я услышала тихий смех.
Возле лифта стояла и надеялась, что он не станет ко мне подходить. Про то, что я не заперла приемную, я вспомнила уже на парковке в своей маленькой кие, которую я называла «табуретка». Но на свой страх и риск не смогла пересилить себя и подняться снова. Все самое важное находится в моем кабинете, а туда в любом случае войти не смогут, без моего отпечатка.
Глава 4
В офис приехала пораньше, потому что Света никогда не опаздывает, а мне стоило убедиться в том, что все на своих местах. О том, как я провела свой вечер, слоняясь по квартире и, ломая свою голову из-за сына главы, я старалась не думать.
Главный вопрос: что ему нужно, оставался без ответа, но с кучей гипотез. И самая вероятная из них, секс.
Родная приемная осталась в том же виде, что и вчера, поэтому спокойно выдохнув, я ушла в свой кабинет.
Встреча была назначена на шесть в ресторане недалеко от гостиницы «Мадлен», в которой остановились главы компании. Пришлось мудрить и с одеждой, и с прической, так как это было элитное и весьма дорогое заведение. Времени на салон у меня не было, поэтому взяла все в свои руки. Работа позволяла мне приобретать дорогие вещи, но я не увлекалась подобными занятиями. Пара, ну, может, немного больше, эксклюзивных платьев купленные на всякий подобный случай, не более.
Половину волос я подняла, закрепляя красивой заколкой, когда-то подаренной мне папой. Остальная часть красивыми локонами свисала по плечам и спине. Я надела длинное платье в пол, цвета лесного мха, с рукавами три четверти и вырезом лодочка. Разбавила образ коричневым шелковым шарфом, сумочкой и туфлями аналогичного цвета.
Я волновалась. И должна признать, что моя дрожь не была связана с работой, точнее, не только с ней. Я не видела Айяза со вчерашнего вечера. Сегодня в офисе был только господин Мустафа. Мы пересеклись в лифте с утра.
Я была на иголках. Не знаю, чего ждала, внимания или же наоборот. Меня пугало то количество времени, которое я посвящала этому человеку, пусть и мысленно. Мой жизненный график словно давал сбой.
К назначенному времени за мной приехала машина представительского класса. Что говорить, приятно. Моя малышка кия и рядом не стояла, но ее я больше люблю.
Тащиться в ресторан с ноутбуком было не очень удобно, но он у меня маленький и встреча деловая. При мысли о том, что меня ждет, все холодело. Вроде бы знаешь правду, а страх быть неубедительной присутствует.
Водитель помог мне выбраться из машины. В ресторане было шикарно. Моя любимая классика, красивый, мягкий, молочный тон вокруг располагал и расслаблял. Улыбчивая девушка-хостес, узнав фамилию, пригласила следовать за ней. Пришлось пройти почти весь зал, ловя некоторые взгляды обоих полов, но главный, хищный, волчий я почувствовала почти сразу.
Он смотрел в упор. Не отрываясь. Я словно завороженная двигалась к нему. И если это оцепенение не пройдет, я могу сильно опозориться перед обоими мужчинами, потому что не смогу связать и пары слов. Господин Мустафа так же смотрел и ждал, когда я подойду, но его взгляд был доброжелательным. Хороший знак. Наверное.
– Ася, добрый вечер, – произнес Мустафа, поднимаясь со стула, и поцеловал мои пальцы, сквозь вовремя накинутый шарф.
Я была удивлена. Не ожидала от него такого жеста.
– Добрый вечер, господин Мустафа, – слабо улыбнулась.
– Вы прекрасны, – произнес Айяз и повторил жест с рукой за отцом, но немного задержал свои губы, опаляя жаром и поглаживая пальцем мою кисть.
– Спасибо. И благодарю за приглашение и понимание, – проговорила, вырывая руку у этого нахала.
Официант, пришедший следом за мной к столику, помог мне сесть.
– Закажем для начала ужин и приступим к делу. Я предлагаю рыбу с овощами и салат, – предложили мужчины, и я согласилась.
К рыбе мы с Айязом выбрали белое вино, на что его отец сказал сыну, что это последний раз. Сам мужчина заказал сок. Я вообще удивлена происходящему, может быть, они не слишком ортодоксальные?
Оставшись за столом в тишине, взгляды обратились ко мне. Перевела дыхание и стала говорить.
– Думаю, вы уже поняли, что тот краткий отчет лишь верхушка. Когда я только приступила к обязанностям, все было чисто. Первые нестыковки начались через месяц. Мои попытки достучатся до Воронцова, были не приняты и вполне четко аргументированы. Да и суммы были некритичными. Я стала настороженной с документами. Плюс цифра возросла, и сильно. Мои попытки связаться с вами были отклонены, якобы регламентом компании, к тому же у меня было мало информации, с которой я бы смогла прийти к вам. Я просто стала собирать все данные и делать их копии, после того как у меня, видимо, не случайно полетел компьютер на работе. Кто-то вошел в него удаленно и пустил вирус. А наш IT-отдел помочь не смог, из-за каких-то там причин. После этого мы купили программу у местных ребят, которая блокирует такие попытки взлома. Пока что работает.
Официант принес салаты, и я прервалась. Вино было удивительно приятным на вкус. Мужчины были напряжены и, наверное, мысленно собирали картину воедино.
Я еще долго объясняла и показывала на экране всю информацию. Меня не перебивали, вежливо кивая. А когда я закончила, господин Мустафа был темнее тучи. Айяз смотрел на меня не читаемым взглядом, а я нервно пила вино.
– Полагаю, что нужно пересмотреть и изучить объекты, которые строились за этот год. Один из вариантов махинаций был именно в закупке дешевого материала под видом импортного. Я не связывалась с отвечающими за подобное людьми, потому что не положено и просто выдала бы себя, но основания для проверки более чем реальны, – высказала главное предупреждение и стала ждать реакции мужчин.
Самое страшное было ждать новостей о сдаче зданий и введении их в эксплуатацию. Несчастные случаи не происходили, пока что, но, если эти идиоты продолжат свои дела, жертв не миновать.
Молчание затягивалось. Глаза обоих то и дело скользили по экрану. Айяз периодически печатал что-то на телефоне. Господин Мустафа поднял свой взгляд на меня, и я замерла:
– Ася, мне необходимо все перепроверить, надеюсь, ты меня понимаешь. Сын уже запросил все документы, что были в архиве, а ты нам предоставишь те, что сейчас, еще у тебя, и завтра с утра мы будем в офисе с ними разбираться. Будущие контракты у Воронцова?
– Да. Он распорядился, чтобы документы после юристов отправили к нему.
Он снова о чем-то задумался, а я убедилась в том, что мне поверили и это главное.
– Не ожидал, если честно. Везде подворовывают, но был уверен, что тут все в порядке. Мы каждый раз уходили в огромный плюс, – задумчиво произнес он. – Пока что молчите оба. Вышвырну этих щенков с позором. Спасибо, Ася.
Его голос был твердым и громким, мне казалось, что еще чуть-чуть и он стукнет кулаком по столу.
– Ну что вы, это моя работа.
Вдруг раздалась красивая восточная мелодия, и эль-Хоир старший, извинившись, вышел из-за стола. Его лицо вмиг переменилось.
– Это мама, – расплылся в улыбке Айяз. – Она волнуется. Зря отец рассказал ей обо всем.
– Это нормально.
Мы, не спеша, доедали наш ужин.
– Нет, она женщина. Должна приносить покой, а в итоге заставляет его еще больше нервничать, только уже за нее.
– Не думаю, что ваш отец против такого поведения своей жены. Он улыбался.
– Они влюблены, как он говорит. Хотя вначале, по их рассказам, они были в стадии войны.
– Правда? – я удивилась.
– Стандартный договорной брак для нас. Они понравились друг другу, но никто не хотел идти первым на контакт.
– Но ведь женщина не может такого себе позволить, насколько я знаю.
И это правда. Работа на компанию эль-Хоир предполагала изучение их языка, но обычаи и их жизнь я уже познавала по своей инициативе.
– Все верно, но на мою мать это правило не распространялось. Потому что отец не хотел ее ломать. Дал ей поблажку. Говорит, видеть ее по-прежнему чудной девчонкой – это главное для него.
– Поразительно. Они давно вместе?
– Тридцать один год.
– Вау, – я не могла скрыть своего восхищения, – это здорово.
– Ну а ты?
– Что я?
– Почему не замужем?
– Пока что мне хватает работы.
Не хотелось делиться с ним своей жизнью. Рассказывать о том, что после смерти отца я так сильно углубилась в работу и достижение целей, что забыла о том, что ни разу не ходила на нормальное свидание. Каждый раз убеждая себя, что мне так лучше и все успеется.
– Я тебе не верю, – он подался вперед через весь стол, – Айсель.
Снова этот мурлыкающий голос.
– Боже. Вы собираетесь угомониться?
Он отрицательно покачал головой, улыбаясь своей хищной улыбкой.
– Осталось только кофе.
Я рассмеялась, поняв, о чем он говорит.
– Я же сказал, недогадливая, ты меня покорила.
– А я сказала, что меня это не интересует.
Мы буравили друг друга взглядом. Хотела бы я знать, о чем он думает. Сейчас я видела, что его глаза темно-карие. Губы не очень тонкие, но и не пухлые. Аккуратная щетина добавляла ему брутальности. А костюм и мой стыд не позволяли оценить его тело.
Он рассматривал меня с не меньшим интересом. Что он видел? Обычную маленькую блондинку? Рядом с ним не представишь такую девушку, как я. Нет, он видел добычу, что решила сопротивляться. Это не низкая самооценка, а наоборот адекватное рассуждение. Я маленькая во всем. А он охотник, завоеватель. Его не удивить моей единичкой и пухлыми губами.
Последняя мысль заставила покраснеть.
Схватила бокал и жадно отпила пару глотков. Понимаю, что это неприлично, но в данный момент было не до этикета.
– Насмотрелась?
– Ничего особенного, – вернула ему тем же тоном.
Алкоголь. Я нашла свою слабость. Не пила и не стоило начинать. Скорей бы пришел его отец, я хочу домой, пока не наговорила или не натворила лишнего.
– Ты не умеешь лгать, Айсель. Не пытайся.
– Лгать умеют все, господин Айяз. Просто иногда, люди специально не скрывают ложь, чтобы ее распознали. А вот вы не умеете прислушиваться к тому, что вам говорят. Или это бунт лично против меня?
– Это намек? Или прямая констатация?
– Нет. Я говорю именно то, что имею в виду, без подтекста.
– Когда начнешь говорить правду, возможно, я подумаю над тем, чтобы иногда слушать не вполуха.
– Пф-ф, – я фыркнула. – Позер.
– Кто? – он прищурился и стал смотреть еще более проницательней.
– Я на минуту отойду.
Встала и быстро направилась в сторону туалета, захватив предварительно сумочку. Как хочется сбежать отсюда.
Этот мужчина меня слишком волнует. Все это вообще слишком.
Охладила щеки мокрыми руками и нанесла новый слой помады. Не думать. Точнее, не сегодня. Не сейчас.
Развернулась к выходу, и в дверь вошел он.
– Черт, – выругалась и осталась стоять на месте, наблюдая, как он медленно двинулся на меня, перед этим закрыв уборную на защелку.
Глава 5
Стою неживая. Сердце стучит, как отбойный молоток. И по-моему, у меня асфиксия. Где мой кислород?
Наступает медленно. Растягивая свой шаг. И его глаза вновь стали черными. Никогда не думала, что потемнение глаз в момент возбуждения окажется правдой. Значит, любовные романы не врут. И да, этот хищник явно возбужден. А вот нравится мне это или нет, я пока не решила. Но все мои инстинкты тревожно кричат о том, что надо бежать.
– Хотела сбежать? – он остановился в шаге от меня, а я вжалась в каменную столешницу.
– С чего бы? И вы закрыли дверь, – стараюсь выглядеть непринужденно.
– Боишься меня?
– А стоит?
– По глазам вижу. Хочешь уйти?
– Уже ухожу, – делаю маленький шаг влево, Айяз повторяет за мной.
– Мы еще не закончили с тобой. Как ты меня назвала? – засунул руки в карманы брюк и пристально следит за мной.
– Дайте свой телефон, – протянула руку.
– Зачем?
– Сейчас увидите.
Сомневаюсь в своей затее, но мне нужно выйти отсюда. Кинула быстрый взгляд на дверь.
Протянул гаджет, и я быстро зашла в гугл. Выбрала раскладку русской клавиатуры и набрала в поиске слово. Уф… надеюсь, что я буду быстрой.
– Держите. И читайте внимательно.
Отдаю телефон, делаю шаг в сторону и резко бегу к двери. Хотя это я подумала, что сделала это молниеносно. Хватаюсь за ручку, и меня тут же хватают сильные руки.
От неожиданности вскрикиваю и мне закрывают рот рукой.
– Не кричи, сумасшедшая, – шепчет на ухо.
Я трепыхаюсь в его руках, вспоминаю Джеки Чана и его телевизионные приемы, что со стороны, наверное, выглядело как пируэты неумелой балерины, но все без толку. Меня охватила паника.
– Да успокойся ты, – обрывает он мои барахтанья. – Сейчас отпущу.
Я стараюсь выровнять дыхание и останавливаюсь, повисаю как кукла.
Он дышит в мои волосы, словно зарылся в них носом. Ставит меня на ноги, но не убирает свои руки. Та, что держала меня на весу, стала поглаживать мою талию. Горячая и огромная ладонь медленно перемещается на живот, и я чуть ли не сгибаюсь пополам от странного спазма внутри меня. Едва успокоившееся дыхание вновь сбивается и становится глубоким.
– Ты уже успокоилась, бойкая?
Киваю, а сама сосредоточилась на его ладони, что крепко прижата к животу. Я чувствую ее тепло, оно согревает меня изнутри.
Айяз убирает руку с моего рта, и я делаю судорожный вдох.
Мужчина резко разворачивает меня, поднимает и усаживает на столешницу с раковиной позади нас. Ставит руки по обе стороны моих бедер, касаясь немного пальцами, и смотрит в глаза. Даже не хочу думать о том, как выгляжу в этот момент.
Мы молчим оба. Я облизываю свои губы, которые высохли, и понимаю, что на них не осталось помады. Оборачиваюсь к зеркалу и вижу, что она размазана чуть ли не по всему лицу, а сумочка валяется на полу. Хорошо, что она светлая.
– И что это сейчас было? – говорит так спокойно и невозмутимо, аж бесит.
– Вы про то, что закрыли дверь, войдя сюда? Или про то, что не дали мне выйти? Конкретней задавайте свои вопросы.
– Иначе ты бы сбежала, не поговорив со мной.
– Мы могли и за столом все обсудить.
– Там отец, а я хотел с глазу на глаз. Но ты бегаешь от меня, женщина.
Боже, как же он близко. Это преступная красота и этот запах, исходящий от него. Завтра же куплю себе этот аромат, только узнаю, как он называется.
– Послушайте, вы вообще уверены, что нам есть что обсуждать помимо работы? Я знаю вас всего сутки, а вы устроили тут, не пойми что. На данный момент вы меня пугаете и не более, – говорю быстро и пискляво, потому что чувствую, как его большие пальцы гладят меня через тонкую ткань.
– Пугаю? – наклоняется вплотную и касается моего носа своим.
– Да, – этот утиный «кряк» точно мой голос?
Скользит губами по моей щеке, двигаясь к виску и ниже. Хватаюсь руками за край поверхности, а сама думаю о том, что надо бы его оттолкнуть.
Чувствую влажное прикосновение к моей шее. Он что языком касается меня?
От этой мысли глаза сами закрываются, а ладони ослабляют хватку. Это приятно. Даже более чем.
Это пытка. Но она прекрасна.
Я хочу, чтобы он не останавливался и убью, если он это сделает. Лучшее сочетание, что я когда-либо ощущала – прикосновение и дыхание.
– Твой пульс бьется так сильно не от страха, нежная. Но если это он, то я хочу, чтобы ты боялась.
Язык продолжает свое путешествие по моей коже. Долго. Мучительно долго. Он останавливается в районе ключицы, а после я ощущаю покалывающий холод, когда он дует на шею. Я вздыхаю и слышу тихий стон.
Мой стон.
Резко открываю глаза и смотрю, как мужчина наблюдает за мной.
Он волнует меня. И как бы я ни старалась, я не могу врать себе самой о том, что могу повлиять на это.
Меня затягивает в этот океан неизвестности. Я привыкла контролировать свою жизнь и свои эмоции. Почему сейчас эта годами налаженная система дает сбой?
Я должна что-то решить? Или же решиться на что-то? Я не понимаю.
Он скоро уедет и все вернется на свои места. Моя жизнь, мои мысли. Поэтому сейчас главное, оберегать свое сердце.
Сдаюсь и спрашиваю:
– Что тебе нужно?
– Так просто? Тебя нужно было вывести из равновесия, чтобы мы перешли на «ты»?
Смотрю на него. Жду ответ, а сама даже не знаю, что бы я хотела услышать.
– Айяз я серьезно. Мне еще работать в компании твоего отца. Поэтому повторяю свой вопрос: Что. Тебе. Нужно. От меня.
Он поднимает руку и ведет по моим волосам. Выхватывает один локон и наматывает его на палец, притягивая к себе.
– Ты сказала, что я тебя пугаю? – киваю, потому что это так и есть, и ему не обязательно знать, что себя сама я пугаю гораздо больше. – Тогда я отвечу на этот вопрос, когда ты не будешь меня бояться и придешь ко мне сама.
– Что за игры? – раздражение вмиг заполонило меня.
Пытаюсь отодвинуться от его лица, но не получается, он не отпускает волосы. Поэтому я просто отворачиваю от него лицо, не осознавая, что открываю доступ к шее.
– Тебе они понравятся, – выдает он и кусает меня.
– А-ай!
Сейчас это уже не действует на меня возбуждающе. Я лишь сильнее начинаю злиться на этого… не знаю, как его назвать.
– И запомни Айсель, – обхватывает мой подбородок и заставляет посмотреть на него. – В них нет правил.
Что есть сил упираюсь в его грудь и отталкиваю от себя, но он и не сопротивляется. Соскакиваю с тумбы и грозно поднимаю палец.
– Не подходи ко мне и на метр, понял?
Стараюсь выглядеть строго, но он лишь смеется, поднимая голову к потолку, и я вижу, какая красивая у него шея.
Отлично, самое время им любоваться. Одергиваю себя.
Поднимаю сумочку, вытаскиваю салфетку, вытираю помаду, но новую не наношу. Мужчина все это время наблюдает за мной. Разворачиваюсь и беспрепятственно выхожу из комнаты.
За столиком пусто. Надеюсь, что господин Мустафа еще не уехал. Сколько нас не было? Смотрю на время и понимаю, что прошло не больше пятнадцати минут, а ощущение, что эта пытка длилась час.
Айяз возвращается одновременно с отцом.
– Простите, что заставил ждать. Моя Лейла сходит с ума. Хотела прилететь.
– Надеюсь, что ты не позволил?
– Нет. Зачем? Еще и брату позвонил предупредить, чтобы не подписывали документы. Я сам скоро вернусь назад. Когда закончим с проверкой, я полечу домой, а ты останешься тут и возглавишь филиал, пока я не решу, кого поставить во главе, – говорит Мустафа, а я немею от шока, как и сам Айяз.
Вот только мое потрясение искреннее, а его – торжествующее.
Он поворачивает голову ко мне и хищно скалится, хотя другие могли бы принять эту гримасу за улыбку.
Холодею от понимания, что он будет здесь. Рядом. И весь мой план по восстановлению себя летит к чертям.
Глава 6
– Отлично. Я не против, отец.
Ну еще бы ты был против. Чувствую, будет весело. Не увольняться же мне теперь. Может быть, он отстанет от меня.
– Тогда предлагаю заканчивать ужин. Ася, вас отвезут до дома. Завтра к девяти постарайтесь распечатать договоры какие имеются у вас. Думаю, к следующей пятнице мы справимся.
– Конечно, господин Мустафа. Все будет сделано.
Мы поднялись из-за столика и направились к выходу.
На улице шикарная майская погода и мне вдруг захотелось прогуляться. Жаль до выходных еще три дня и уйма работы. Мысленно застонала, вспомнив, что Марина позвала меня, встретиться в субботу. Столько лет молчала, к чему сейчас эти боевые действия по возвращении дочери, которая оказалась ненужной тогда?
– Ася, спасибо за ужин и за вашу помощь. Доброй ночи, – пожал руку отец Айяза и направился к машине, ожидавшей их.
– Сладких снов, Айсель, – я не подавала второму мужчине руку, поэтому он схватил ее сам.
– Отпустите, – прошипела сквозь зубы.
– Не шипи, красивая. Я хочу, чтобы ты улыбалась, – поднял мою кисть и поцеловал.
– Тогда не приближайтесь ко мне, и я буду самой счастливой, – пока говорила, он успел присосаться к руке еще и лизнуть ее напоследок.