- -
- 100%
- +
Что за привычка облизывать? Или это он меня так старается взбесить?
– А вы со всеми так прощаетесь?
– Нет, просто ты очень вкусная.
– Отпустите мою руку, на нас уже смотрит ваш отец.
И тут он вмиг отстранился.
– До скорой встречи, – подмигнул и развернулся.
– К сожалению, – пробормотала я и отправилась к авто, припаркованному тут же перед входом в ресторан.
Дорога заняла почти час пути. Вечерний город шумел и двигался со скоростью улитки. Голову проветрить не удалось, поэтому приехав домой к девяти, я была в шоке от своих же противоречий.
Открыла дверь и быстро вошла. Встретил меня мой ласковый пушистый комок.
Британское чудо по прозвищу Барс.
Взяла его на руки и направилась в комнату, предварительно зайдя в ванную включить воду. Сегодня у меня спа-откисание.
Засыпала с мыслями о том, как были приятны касания Айяза.
И на краю сознания все-таки блеснула похотливая мысль – я хочу еще. Непостоянная женская логика.
Зайдя с утра в здание фирмы, меня снесло информационной волной. Во-первых, я была в шоке, что многие уже были на работе. Во-вторых, все уже знали о проверке.
Мне не нравилось то, что происходило.
Поднялась на свой этаж, и картинка была такой же. Вот только я не могла понять, чего они-то всполошились, если я не отдавала им приказов, да и отчеты были у меня, которые я уже через минуту буду распечатывать.
– Света, доброе утро. Что творится у нас? Откуда паника? – мягко говоря, сама она была тоже на взводе.
– Ася Андреевна, здравствуйте. Краснов с самого утра обзвонил всех и сказал, что срочно надо быть в офисе к половине восьмого и шерстить отчеты.
– Что за бред?
Направилась в общий отдел.
– Евгений, что ты тут устроил? Кто просил проверять документы?
– Доброе утро, Ася Андреевна. Так, все сейчас этим и занимаются. Проверка же.
– Краснов, мне повторить вопрос?
– Никто не просил. Я как узнал, что поступил запрос на архив, так и перепугался. Думал подстраховать вас.
– Перепугался? То есть, – посмотрела в упор на него, – ты решил, что поступивший запрос обошел меня и я не в курсе происходящего?
– Н-нет, то есть да, – замялся он. – Вы же молчали и не раздавали указаний, вот я и решил, что может вам не ска…– он снова поднял взгляд и икнул, – …зали.
Врет. И мне это не нравится. База удаленных документов сохраняется всегда, так просто избавиться от информации не удастся. Стоит оставить все как есть и посмотреть, что дальше будет. Но явно ничего хорошего.
– Может, потому я и молчала, что уже решила вопрос? В следующий раз Евгений все-таки позвоните мне и убедитесь в том, что глава отдела и ваша начальница в курсе событий или просто дождитесь моих указаний.
Развернулась ко всем остальным:
– Всем доброе утро, коллеги. Остановите все свои дела и возвращайтесь к обычной работе, что стоит в графике. Указаний лично от меня на проверку не было, Евгений не так понял мои слова. Прошу прощения, – послышалось коллективное «у-у-у». – В пятницу уйдете пораньше с работы. Хорошего дня.
В комнате сразу стало веселей.
Зайдя в приемную, попросила Свету сделать кофе и распаковать новую упаковку бумаги.
Не успела сесть за стол, как начал звонить рабочий телефон. Ну что ж, день начался.
– Света, зайди ко мне, – позвала помощницу по селектору.
Она вошла сразу же.
– Я сейчас соберу вот эти документы, – указала на стол, заваленный распечатками, – а ты пока что свяжись с помощником или секретарем господина Мустафы, спроси, может ли он меня принять. Как узнаешь, зайди снова ко мне, поможешь скрепить всю эту бумажную массу во что-то приличное.
– Будет сделано, – она собралась выходить, но я окликнула ее:
– И еще, ты мне расскажешь, почему размер твоей одежды стал явно больше, как и твои вечно худые щеки, – я улыбнулась.
– Ася, – ее глаза сверкнули счастьем.
– Все потом, иди.
Конечно, я заметила, что моя помощница изменилась. Причем не только внешне. Этот фонарь счастья было видно, наверное, даже из космоса. И это было прекрасно.
Не успела я приступить к скреплению документов, как в кабинет ворвался Воронцов. Ну конечно, его тут только не хватало.
– Здравствуй, Ася.
– Доброе утро, Юрий Михайлович.
Я была спокойна, а вот он красный и тяжело дышал, словно с первого этажа поднимался пешком по лестнице.
– Ты не в курсе, случайно, – выделил последнее слово, – какого хрена происходит у нас в офисе?
– Вы пришли с этим вопросом ко мне?
– А к кому же еще? Это ты у нас на короткой ноге с большими боссами. Это был вкусный ужин, сука? – я стояла в шоке.
– Что?
Даже не знаю от чего больше. От того, что он в курсе вечернего мероприятия, или из-за его слов. Он никогда в жизни так со мной не разговаривал. А это значит, что он уже все знает.
Что же мне делать? Потому что он пришел сюда не чай распивать.
Ситуацию спасла моя волшебница Света.
– Ася Андреевна, я обо всем договорилась. Вам помочь?
Воронцов покосился на нее и вышел.
– Чего это он? Все нормально?
Я стояла в оцепенении. Понимание ситуации ставило в тупик. Откуда он мог все знать?
– А-а-ась? Ты тут? – услышала голос Светы.
– А? Да-да. Смотри, я тут все сложила уже, просто надо скрепить.
Руки двигались на автомате. Все происходящее было словно запрограммировано. Отнесла документы и вернулась в кабинет. Решила работать и будь что будет. Надоело.
До обеда никто не приходил, несколько звонков, которые были назначены, прошли спокойно и мне, наконец, удалось взять себя в руки.
Я не виновата ни в чем и не обязана принимать на себя всю тяжесть ситуации.
– Ась, ты на обед идешь? – поинтересовалась Света, когда время замерло в отметке час дня.
– Спускайся сама, я скоро.
Как-то сейчас не хотелось находиться в компании кого-либо.
Устало прикрыла глаза и откинулась в кресле на специальный бортик для шеи. Обожаю мой стул. Я заказывала его давно, когда только получила повышение и долго радовалась, когда после работы тело болело не так сильно.
Я еще много, о чем думала, прежде чем провалиться в дрему. Впервые за время моей работы в компании я так чудовищно опростоволосилась.
Не уверена, что мне что-то снилось и что спала я долго. Но прикосновение к щеке было приятным, и мне очень не хотелось разбираться: сон это или нет. Как-то даже не было мыслей считать иначе. Или же хотела этих прикосновений.
Горячие пальцы скользили по коже, вырисовывая узоры, опускаясь к подбородку. Не прерывая контакт, путешествие перенеслось к моим губам.
На щеку аккуратно опустилась ладонь, а большой палец чертил границы моего рта, надавливая на нижнюю губу. Его горячее дыхание ощущалось на лице, и я невольно задержала свое, словно боясь спугнуть момент.
Все было странно и очень волнительно. Приятно и нежно. Какие-то нити предвкушения ползли от груди книзу моего живота. Думаю, не стоит обманываться и предполагать, что я сплю или, например, не знаю кто это. Я рада, что это именно он.
Его запах, его движения и эти шершавые пальцы. Но я хотела его губы.
Я мечтала о поцелуе, но также сильно боялась его. Поцелуй может быть интимней и важней секса, а для меня он может стать еще и губительным. Я не любила никогда, но сейчас я одинаково сильно хотела и боялась этого желания любви.
Айяз точно не тот мужчина, что предлагает сердце в ответ на чувства. Максимум пару ночей. Он скорее потребитель. А я не стану его добычей.
Но так хочется немного его самого. Только для себя.
Я приоткрыла рот и высунула кончик языка, начиная скользить им по губам, что вмиг пересохли. Прикоснувшись к его пальцу, что оставался на моем рту, я ощутила пощипывание. Я почувствовала его вкус. Он был соленый.
Услышала рваный вдох и его руки резко обхватили мое лицо. Я замерла в ожидании, но глаза так и не открыла. Спустя секунду мой рот оказался в плену чужих губ.
Это было грубо и жестко, больше похоже на столкновение двух стихий. Уже не было никакой нежности, но все стало еще горячей. Словно он хотел быть другим и передумал, а сейчас показывает мне какой он на самом деле.
Он целовал меня жадно, я же в ответ неумело касалась его языка своим. Его щетина царапала и щекотала одновременно. Наше дыхание смешалось. Подняла свои руки и ухватилась за его крепкую шею, потому что начала тонуть в этих ощущениях.
Одна его рука обхватила меня за талию, прогибая в пояснице, заставляя тянуться к нему ближе, а вторая зарылась в моих волосах и больно схватила за них, прижимая сильней, будто я сопротивлялась ему.
Мое тело горело от незнакомых и таких приятных ощущений. Я дрожала и задыхалась, не веря, что такое возможно.
Айяз нависал надо мной, давил. Кусал мои губы. Он зверь, как я и думала.
Воздуха категорически не хватало. Я своими ладонями уже блуждала по его груди, мужчина в ответ сжимал мой пиджак. Казалось, что еще чуть-чуть и он его порвет.
Мы оторвались друг от друга тяжело дыша и соприкоснулись лбами, хватая так сильно нужный обоим воздух.
Открыла глаза и столкнулась взглядом с его. Там было так много всего, пугающего и возбуждающего.
Чего же ты хочешь от меня Айяз. У меня нет ничего. Или мое тело это тот самый максимум что тебе необходим?
Это был идеальный момент. Не знаю для чего, но мне так хотелось молчать. И не слышать того, что он скажет мне в следующую секунду:
– Проведи со мной эту ночь, желанная, – сказал, прикрывая глаза.
Глава 7
Каждый мой незаданный вопрос вмиг обрел ответ. И самое странное, я не хотела его винить в том, что он желает лишь мое тело. Мы взрослые люди. Именно я в первую очередь должна была понимать, что поцелуи и такое пристальное, физическое внимание подразумевает лишь одно желание – секс.
Не станет мужчина лезть в трусы девушке на пороге знакомства, если у него лишь похоть на уме. Только если она не дала ему повод. Хотя мне откуда об этом знать?
Сама виновата. Он лишь брал то, что ему позволяли.
Я смеялась над собой мысленно. Я ведь хотела его. Желала продолжения, тогда что не так? Вот он, передо мной предлагает быть с ним сегодня.
Отчего-то слова, высказанные вслух звучали жестоко или жестко. Наверное, не выскажи он свою просьбу, я бы оказалась в его постели этой ночью, но он отрезвил.
– Спасибо.
Он открывает глаза и отодвигается от моего лица с недоумением.
– За что?
– Я задавала вопрос в ресторане, и ты на него только что ответил. А теперь отойди от моего стола, мне нужно работать.
Продолжаю сидеть в кресле, а он облокачивается на мой стол.
Но его лицо, я бы хотела запечатлеть этот момент. Шок, злость, непонимание и снова злость.
– Вздумала играть со мной девочка?! – приближается ко мне.
Не вопрос, не утверждение. Но мне становится страшно. Он изменился. Скулы двигаются так, что я скоро услышу скрежет зубов. Суровый взгляд прожигает меня.
Я молчу и смотрю на него, еще немного и я скачусь с кресла к его ногам.
– Отвечай женщина, – врываются в тишину его слова.
Ну нет. Так не пойдет. Мысленно благодарю производителей кресел, что придумали колесики. Откатываюсь от него подальше и резко стаю.
– Это ты ко мне пришел, – указываю на него пальцем. – С самого первого дня прохода не даешь. Ты хотел секса? Я говорю – нет. Никакой игры, Айяз.
Чувствую гордость за саму себя, потому что высказала ему все что хотела. Но лишь до того момента, как он подлетает ко мне и хватает за плечи, сдавливая их очень сильно.
– Не смей говорить со мной в таком тоне. Знай свое место.
Я теряюсь и не знаю, что делать дальше, но если отступлю сейчас, то он будет и дальше меня давить.
– Мое место в этой компании, на должности финансового директора. Если вас что-то не устраивает, вы можете это изменить. Но как женщине, не имеете права мне указывать. Поэтому уберите свои руки и соблюдайте необходимую дистанцию и субординацию.
Айяз сверлил меня взглядом, но хватка стала еще сильней и теперь было больно.
– Мне больно, – сейчас это не звучало также как моя предыдущая речь.
Он на миг замер и за долю секунды приблизился к лицу, запечатывая мой рот поцелуем.
Я была в шоке. Скорее думала, что он меня ударит, но никак не поцелует. Я не отвечала ему и не открывала рот. Он хотел оказаться внутри, скользил языком по моим губам. Хватал нижнюю губу и оттягивал ее. Рычал. А потом схватил за волосы на затылке одной рукой, а второй обвил мою талию, впечатывая меня в себя. Я чувствовала его возбуждение, что так красноречиво упиралось мне в живот.
Я была в плену этого тела. Меня бесило, что он сильней, что не могу дать отпор. Но сдаваться не намерена. Не теперь, когда все стало прозрачным.
Он властный мужчина, сильный и жестокий. Связаться с таким я не решусь никогда. Мне не хватит сил.
Упираюсь руками в его стальную грудь и стараюсь игнорировать мышцы, что я чувствую под своими ладонями. Хочу оттолкнуть, но не могу.
Его отрывает от меня шум в приемной. Господи, Света, спасибо тебе. Выпишу ей премию в этом месяце.
Он резко отходит от меня, и мы оба начинаем судорожно приводить себя в порядок. Я встаю напротив зеркала, Айяз за моей спиной. И если наша одежда не была помятой, этого не скажешь о наших лицах.
Кожа горит поцарапанная его щетиной, губы припухшие и красные у обоих.
Класс. Картина маслом.
– Ась, я тут тебе… – Света врывается в кабинет, не постучав и мы оборачиваемся одновременно, глядя на нее. Она в ответ изучает открывшийся ее глазам вид на нас. – Ой, здравствуйте, господин Айяз. Может быть, хотите кофе?
Смотрит изучающе, а он в ответ наклоняется ко мне и тихо произносит:
– Мы еще не закончили. После работы буду ждать тебя на парковке и только посмей уехать, сладкая.
Разворачивается и идет на выход. Помощница пятится назад, скрываясь в приемной, и освобождает ему путь.
– До свидания, – сказал и ушел.
Я стояла и не понимала уже ничего. Все происходящее будоражило мои чувства. Но неужели он настолько сильно желал видеть меня в числе своих завоеваний? Или мое сопротивление разожгло в нем этот азарт?
Подошла к креслу, подвинула его к столу и плюхнулась в него.
– Ась, – донесся до меня голос Светы, – я обед тебе принесла.
Она остановилась напротив меня и замолчала. По комнате разнесся аромат еды и мой желудок жалобно замяукал.
– Спасибо, – и в этой благодарности было много всего.
Я закрыла глаза и услышала, как девушка уходила, щелчок двери и тишина.
Света, наверное, самая настоящая из всех, кто меня окружает. Ведь если задуматься, я все время одна. Никого нет рядом. Каждый праздник, день рождения или Новый год. Цветы на Восьмое марта от мужчин из коллектива и ни одного в Валентинов день.
Господи, никогда не чувствовала себя такой жалкой. Такой одинокой. Некого прижать к груди, и никто не прижмет меня. Не услышу в ответ на свой крик отчаяния: «Все будет хорошо». Даже мои слезы не увидят, ведь плачу я по ночам, когда все страхи обретают свои черты в темноте.
Все, чего я добивалась всю свою жизнь, о чем мечтала, стало неважным и ненужным. Мое желание оберегать себя от реалий мира обернулось против меня самой. И это не отрезвляет, это заставляет еще сильней ненавидеть себя и свои слабости. Я так рьяно охраняла свой мир от посторонних, что не заметила, как не уберегла саму себя от последствий моих решений.
Слезы катились по щекам. Беззвучно, как и всегда…
Неужели это все, чего я заслужила? Все, чего смогла достичь?
Где мое место в этом мире? В чьих руках таится нежность и ласка, что должна принадлежать мне?
Кто-то обнял меня. Заботливые руки гладили меня по голове, и я разревелась в голос. Я хотела кричать от своей усталости. Потому что я больше не могла держать в себе эту боль.
Вцепилась в эти руки, боясь, что они отпустят.
– Все будет хорошо, – услышала я шепот Светы. – Обязательно будет. Вот увидишь.
И это был контрольный выстрел в мое сердце. Я развернулась и обняла ее.
Она прижала меня к своей груди и стояла так со мной,слегка покачиваясь. Словно убаюкивая. Как заботливая мать оберегает своего ребенка от ночного кошмара.
Я бы уснула в ее руках. Ощущала себя защищенной.
Истерика подошла к концу, и мне стало стыдно за то, что произошло.
Я немного отстранилась, и она выпустила меня из своих рук.
– Извини меня, – я полезла в стол за салфетками, избегая смотреть на нее. – Не знаю, что на меня нашло.
Света стояла на месте и наблюдала за мной.
– Ась, не нужно. Я ведь знаю тебя достаточно долго. Не извиняйся, ладно? Я схожу за кофе, и ты поешь.
– Не говори со мной как с маленькой, – прозвучало грубо, но это мой защитный механизм. Именно поэтому никто не стремится со мной сближаться.
Почему тогда эта темноволосая девушка остается рядом, несмотря ни на что?
– Я мигом, – и даже не обратила внимания на мой тон. Как и всегда.
Я взяла упакованную еду и направилась к дивану в моем кабинете. Поставила на стол и открыла.
Столовая в нашей компании могла сравниться с хорошим рестораном. Еда была бесподобной и всегда можно было выбрать из двух кухонь: русской и восточной. Мы никогда не ходили в соседние кафе. Я бы, наверное, даже не смогла назвать, какие именно находятся тут рядом.
Света пришла с двумя чашками, в одной из которых был ее чай.
Мы молчали. Я понимала, что по закону дружбы должна говорить, но не могла вымолвить и слова. Что если она не хочет слушать меня. Может быть, она рядом лишь потому, что я ее начальница? Это было бы логично и справедливо.
Снова зарываюсь. Ищу предлог молчать или показать, кто тут главный.
Почему она молчит? Где же эти навязчивые вопросы о том, что случилось? И фальшивое желание помочь, а в ответ услышать жалкие страдания начальницы?
– Ты не обязана мне что-то рассказывать Ась. Просто если вдруг захочешь поговорить или помолчать позови меня. В этом нет ничего плохого желать, чтобы кто-то побыл немного рядом.
Я замерла с ложкой у рта.
– А ты что теперь работаешь психологом на полставки? – съязвила я в ответ.
– Нет, дорогая, – она погладила мою руку, лежащую на столе. – Я просто твоя подруга, – улыбнулась, встала с кресла и вышла из кабинета.
А я сидела на этом чертовом диване, понимая, что только что обидела единственного человека, который всегда был рядом, даже когда я отчаянно отталкивала ее.
Мы познакомились со Светой, когда я только пришла в компанию после университета. Сколько помню, она всегда была секретарем, только бывшего нашего главы отдела. Разница в возрасте у нас всего в пять лет, сейчас ей тридцать один, а мне почти двадцать шесть. Она всегда была такой дружелюбной. Когда Бориса Григорьевича перевели, а меня повысили, я решила оставить Свету на том же месте. Мне нравилась ее оперативная работа, да и в принципе не было смысла брать на ее место другого человека.
Именно в этот год постоянной работы бок о бок мы стали дружны. Но я всегда отталкивала ее, оставаясь на уровне начальницы и подчиненной. Единственный раз, когда мы встретились вне офиса, была ее свадьба.
Как же стыдно сейчас за свое поведение.
Встала и направилась к двери.
Девушка сидела за своим столом и посмотрела на меня, ожидая указаний. Я приблизилась к столу и сказала то, что срывалось с моих губ:
– Света, прости меня.
– Все хорошо.
– Нет, не хорошо. Прости, что вечно веду себя, как заноза в… сама знаешь где.
– Ага, ты и такая бываешь, – улыбнулась она. – Ась, все хорошо, правда.
– Окей, – я замялась как девчонка. – Ну тогда работаем дальше.
Вернулась в кабинет, доела и выкинула посуду.
Работа кипела. Света бегала по моим поручениям, телефон трезвонил каждые пятнадцать минут. Так и наступил вечер, а я даже не успела продумать план бегства. Видеться с этим самовлюбленным красавчиком я не хотела. Просто решила, что мне это не нужно. Он и так слишком много времени сидит в моей дурной голове. Слишком будоражит мое сердце. Слишком сильно разгоняет кровь, находясь рядом. И меня буквально не устраивает то, что я периодически мечтаю о его прикосновениях.
Если учесть, что мы знакомы всего три дня – это более чем ненормально и означает лишь одно, я влипла.
Глава 8
Одна мысль – надо действовать быстро. Если он меня поймает, мы либо убьем друг друга, либо переспим, а потом убьем друг друга.
Хватаю свои вещи и вылетаю из кабинета. Света в шоке, смотрит на меня, пока я судорожно закрываю дверь.
– Ася, ты чего? Что-то случилось?
– Ага. Скорее случился. Свет, ты же на машине?
Уверенный кивок.
– Ты бы не могла меня отвезти домой?
– А с твоей что? Может помочь чем?
– Да нормально с моей, я просто хочу, чтобы ты подъехала к главному входу, я тебя там буду ждать. Не могу на парковку спуститься.
– Кхм… – откашливается в руку и смотрит как лиса. – А я ведь потом могу узнать причину побега?
– Узнаешь, узнаешь. Главное веди себя спокойно и не нервничай.
– Ты хоть раз видела, чтобы я нервничала. Я само спокойствие, – и это чистая правда.
– Тогда давай иди, я тут сама все закрою.
Передвигаюсь словно тень. В главном фойе здания лишь охрана и выходящие с работы сотрудники. Выскакиваю с толпой на улицу и вижу, как Светина тойота подъезжает к ступеням. Несусь с огромной скоростью и прыгаю в салон.
Она тут же отъезжает, выключает музыку и молчит. Ждет. Блин, такое ощущение что я на приеме у психолога.
– Ну? Так и будем делать вид, что я таксист?
– А что рассказывать? – стараюсь не грубить. – Как он мне прохода не дает? Зажимает меня при первом удобном случае?
– А ты?
– Сказала, чтобы не подходил. Дважды. А ему все неймется.
– Айяз тебе не нравится?
– Сама веришь в то, что говоришь? Такой не может, не нравиться. Дело в другом. Предложил секс на одну ночь. А дальше? Он уедет, а я останусь.
– Тоже верно. И что, будешь продолжать бегать?
– А ты предлагаешь снять трусы и объявить о капитуляции сразу?
– Я предлагаю тебе с ним поговорить.
– Ага, сегодня поговорили. Сначала он меня чуть не раздавил руками, а потом чуть не сожрал целуя. Губы до сих пор болят, – прикоснулась подушечками пальцев к ним и вспомнила, как это было… приятно.
– А вот я бы на твоем месте согласилась.
– Так и я хотела бы согласиться.
– Ты меня уже запутала.
– Я и сама себя не понимаю. Но знаешь, бегать я уже точно перестану. Хватит.
– Молодец девочка.
Мы обе замолчали. В сумочке ожил телефон. Глянула на незнакомый номер и сбросила вызов. Нутром чувствую, что это он.
Подъехали к моему подъезду, и Света вдруг выпалила:
– Пойдем со мной и Киром в пятницу в клуб.
– Что-то не поняла, а где вопрос?
– Потому что я не спрашиваю, просто предупреждаю, что мы заедем за тобой к девяти. Вы можете пить, а я буду за рулем.
– Кстати, мы еще не обсудили, как получилось такое чудо, – погладила ее по животу.
– А вот об этом, тебе пока что рано знать Ася Андреевна.
Мы рассмеялись.
– Спасибо тебе, – говорю, как можно искренней.
– Ну, хватит. Иди уже.
– До завтра.
– Спокойной ночи начальник.
Вышла из машины и поднялась к себе.
Когда ложилась спать, на телефон пришло смс с того же номера:
«Непослушная. Лучше бы ты пришла сегодня».
– И для кого же это будет лучше? – спрашиваю пустоту. – Ты ведь уедешь.
В четверг утром я боялась появляться на работе. Проигнорировав чуть ли не приказ Айяза, я, наверное, разозлила его.
Хотя потом выяснилось, что больше боялась. Потому что я не видела его ни в этот день, ни в пятницу. Какая-то часть меня была обижена и расстроена данным фактом. Ну или большая часть.
Добегалась?
Мысли весь день крутились в одном направлении: «Где он?» и «Почему не приходит?»
Настроение было ужасным. Все видели, что начальница не в духе, и старались ко мне не обращаться, а учитывая, что сейчас идет масштабная проверка, работа практически встала. Новые контракты мы пока не заключали, лишь вели переговоры и обменивались информацией и составляли планы встреч на следующие две недели.
Желающих сотрудничать было очень много, но каждый был готов подождать, пока компания снова не заработает в привычном режиме.
Отпущенные в пять сотрудники были безумно рады и посылали мне счастливые улыбки, уходя из отдела, а я думала над тем, как отказаться от похода в клуб. Не мое это все. Я не пью, не танцую, и много еще всяких не-.
Плюс этот мужчина не дает покоя.
Неужели больше не подойдет?
Тут бы радоваться, а я?
– Сегодня в девять. Если ты будешь не готова, я одену тебя сама, – проговорила заговорщически Света, уходя к своей машине на парковке.