Испытание Рината
- -
- 100%
- +
– Чего? – удивленно смотрю на Яна.
– Именно так. Она ездила в мой город. Планировала ваше «долго и счастливо», поехала за вещами, а тут папаша со своим дерьмом. Девчонка, если не дура, подтвердит. Если война будет неизбежной, тогда мы ответим. Пока что это наш план.
На самом деле, я не продумывал так далеко. Мне казалось все иначе, поэтому я сейчас очень благодарен своему боссу, что он все-таки дошел мысленно даже до такой точки.
– Выйдем мы опять же через кухню, и в том самом холодильнике грузовика покинем территорию комплекса. Полчаса езды, и мы в самолете.
Все кивнули, кроме, пожалуй, одного человека, который поднял палец вверх, словно спрашивая разрешения что-то сказать.
– Класс, а со свинцом в наших задницах, что мы будем делать, могу я поинтересоваться?
– Только если ты вытащишь свою задницу из грузовика. Он бронированный, Юра.
– А, ну тогда молчу.
– Сделай одолжение. Всем все ясно? – Ян обводит взглядом нас всех.
Волновался ли я?
Нет!
Я никогда не волнуюсь перед подобными делами. Можно подумать, со стороны, что я в этой команде простой офисный клерк, который складывает цифры, выводя наши деньги нелегальным путем через продажу недвижимости. Но нет. Я был рассудительным, в чем-то медленным, на принятие каких-то решений, даже сдержанный, но я был в команде, потому что отец Яна в меня поверил.
Черт, этот человек оплатил мне университет и дал билет в новую. Лучшую жизнь! И я не раз его благодарил за это.
Поэтому я не нервничал. Ян был сыном своего отца.
В чем-то, он был даже лучше.
Я рад идти с ним в одну сторону, подстраиваясь под его шаг, и прикрывать спину.
– Кто будет за рулем? – спрашиваю, чтобы понимать, кто с нами будет пятым.
– Мирон прислал одного человека. Поручился за него. Это будет первым его крупным заданием. Я уже посылал на мелкие всякие. К тому же нам нужно, чтобы его никто не знал, даже отдаленно. Кто-то совсем левый не нужен, это не шутки.
– И кто он?
– Меня зовут Филипп, – к нам входит бородатый мужик и смотрит хмуро. – Филин.
Он подходит к столу и заводит руки за спину, сцепляя их там, отчего его стойка кажется, как сказал бы Юрий, «Охуевший».
Он первым и приходит в себя.
– Привет. Ты знаешь Мирона?
– Довольно хорошо, для того времени, что мы провели вместе за решеткой.
Больше никто вопросов не стал задавать, а Ян указал на стул, который Фил и занял.
– Думаю, ты уже всех знаешь.
– Догадался, кто из вас кто. Мирон говорил.
– О деле, – Ян прочищает горло. – Ты наш водитель. Но это не просто крутить баранку. Мы на тебя полагаемся, Филин.
– Я знаю. И я не подведу.
Ян кивает и просит официантов принести еды и выпивки. Этот вечер нам нужен.
Я удивлен, что план почти доработан уже сейчас. Нам идти через четыре полных дня, а если с ездой, то и того меньше, но мы уже готовы.
В ночь пятницы мы уже были на границе. Сели в грузовик, который вел Филипп, и вдыхали аромат цветов. В отдельных холодильниках были продукты.
Под нашими костюмами были плотные бронежилеты, и пока мы ехали, ощущалась тяжесть грузовика.
– Сука, как же холодно-то, – в очередной раз пробормотал Юрий. – Сейчас бы в норку какой-нибудь киски.
– Бля, Юрий, ты заебал.
– Что? Я пытаюсь думать о хорошем.
– Ты как, сопливая сучка.
– Кстати, о соплях, если я заболею, то буду лежать в твоем лазарете, а твоя женщина будет мне приносить чай и таблетки.
– Она тебе еще и венок на гроб принесет, не переживай, – рычит Ян.
– Виктор? Может, твоя Кара будет добрей?
– Она, может и будет, а я принесу второй венок.
– Ринат, видел? Умоляю тебя, не ведись на щель этой Издемировской дочки. Я уже потерял двух друзей, а ты и Мир со мной до конца.
– Отвали, – толкаю его в плечо.
– Аккуратней, нельзя тут устраивать бардак.
– А ты уверен, что они не станут досматривать грузовик?
– Если и станут, то не зря Виктор придумал тут второе дно.
– Ян, если ты там застрянешь, то я буду ржать громче всех, – снова встревает Юра, пока я все сильней задумываюсь о нашей операции.
– Радуйся, что ты тощий.
Когда мы ехали на границу, Ян сказал, что девушка будет жить у меня в квартире, так как оставлять ее одну нельзя. У Виктора Кара, у него Аня, у Юрия с головой проблемы, а я ее хоть как-то, но знал.
Не скажу, что мне нравилась эта идея, но и отрицать не стану, что я был заинтригован.
Когда я ее встретил, я почти сразу понял кто она такая. И почти сразу я стал всматриваться в черты ее лица. Мне необходимо было их изучить, потому что правда и ложь всегда отражаются на мимике человека.
Она говорила правду постоянно. Этой чертой не обладают враги в общении с врагами.
Она хотела снимать квартиру, она хотела быть там, а не выходить замуж за этого отморозка. Но чем больше мы с ней созванивались или оставались наедине, тем больше девушка интриговала меня.
Ее чертов взгляд… это было впечатляюще. Особенно когда я задавал вопросы о семье или причинах ее переезда. Неужели она не знала, кто я? Кто стоит перед ней, и к кому вообще она пришла?
С этим вопросом появлялись и другие. Например: как много она в таком случае знает о делах отца, если не имеет понятия, кто ее враг? Хотя в то же время, я понимал, что скорее всего она так сильно ненавидит эту суку, что готова идти к врагу сама.
Первая остановка нас ждала на въезде в город.
Риза установил некие посты. На всякий случай.
У Филиппа был включен микрофон, а передача шла в наши наушники, чтобы знать обстановку снаружи и быть готовыми к атаке или же нападении.
– Здравствуйте, – послышался голос в наушнике. – Куда держим путь?
– Доброе утро. В загородный отель. Там какое-то торжество. У меня полный рэф цветов и свежих продуктов.
– Накладная имеется?
– Да, конечно, – ответил Фил, и зашуршали какие-то бумажки. – Вот. А что за торжество, не знаете?
– Знаем. Свадьба одного большого человека, – ответил уже другой голос.
Скорее всего, первый читал нашу фальшивую накладную на перевозку товара.
– Нам нужно досмотреть грузовик.
– Черт, начальник сказал, что открывать не стоит, иначе эти миллионные цветы испортятся.
– У меня тоже есть приказ.
– Ладно. Я просто предупредил.
– Вот же пидор, – шипит Юрий, укладываясь поудобней.
Досмотр они проводят быстро. Фил постоянно бормотал, что цветы завянут, и мы почти заржали. Хороший актер, не поспоришь.
Но в итоге через двадцать минут мы снова ехали вперед.
– Лохи, блядь.
– Согласен.
В комплексе, по словам Филиппа, было достаточно охраны. Пока он заезжал туда, то комментировал каждый метр пути.
В итоге мы узнали, что там есть еще один выезд, который отлично нам поможет и сократит время до аэродрома.
Пока мы, изображающие официантов, вылезали из грузовика нагруженные цветами и знакомились с той самой помощницей Юрия, Ян оставался внутри рэфа.
Девушка запустит его потом, когда придет время.
И пришло очень быстро. Потому что на кухню вбежали официанты и другой персонал, чуть ли не падая на пол, и сказали, что жених притащил невесту за волосы в зал.
Лиза – девушка, знакомая с Юрием, увела всех в подсобку, чтобы не мешались.
Мы позвали Яна, потому что большая часть охраны куда-то свалила, и, вооружившись, решили, что будем действовать по ситуации, но Рустама оставить в живых в любом случае. Он не рядовой солдат Ризы, а его первый человек.
Мы отличались от этих сволочей. Да! И когда вошли внутрь того самого зала, я убедился в этом собственными глазами.
Глава 5
– Ни хуя себе, вы празднуете свадьбы, – воскликнул Юра, привлекая к нам внимание, – потому что эти черти были сосредоточены на девушке.
На невесте.
Алсу.
Она висела в воздухе, очевидно, без сознания или на грани его.
Ее платье было изорвано.
Эти ублюдки щипали ее, как звери. Тянули свои руки и оставляли синяки, которые я видел из того угла, где стоял.
Она была почти обнажена до белья, потому что платье уже ничего не скрывало.
Что-то безумное проснулось внутри меня. Что-то такое, с чем я с трудом мог совладать.
Инстинкт защиты. Инстинкт убивать.
Я дернулся вперед, но меня за руку поймал Ян, и когда я повернулся, он покачал головой.
Мне пришлось остановиться. И я проклинал каждую секунду, которую оставался на месте.
– Мор и его компания. Пришли поздравить меня со свадьбой?
Те, кто за ноги держали Алсу, оставили ее на полу и сосредоточились на нас.
– Сука, а я еще думал, что же я забыл дома. Вот, вспомнил – подарок. Как неловко вышло, – Юра хищно улыбнулся.
– Тогда вам лучше уйти, – Рустам вышел вперед, а остальные выстроились рядом.
Все их оружие лежало на столе, в начале зала, и это было наше преимущество.
Уверен, Ян тоже это заметил.
– Вот в чем дело: мы пришли сюда за девушкой. И мы не уйдем без нее.
– За моей невестой ты хотел сказать? Или за вот этой шлюхой? – он указал на стонущую от боли девушку, и я сжал кулаки, один из которых держал пистолет.
Один из людей Рустама дернулся в сторону оружия, но Юра выпустил пулю прямо перед его ногой, в ту же секунду. Потому что он был лучшим стрелком из всех нас.
– Не думаю, что это то, чего ты хочешь.
– Тебе лучше положить свое оружие, – прорычал Рустам. – За дверью много охраны.
– О, сомневаюсь, – теперь улыбался Ян. – Это были люди, Ризы. А он уже уехал. Ты здесь один. Гости тоже почти разъехались. И если хочешь сохранить жизнь своим людям, просто отойди, позволь забрать Алсу и мы тихо уйдем.
– Сомневаюсь, что это мне подходит.
Они успели только шевельнуться, как мы выстрелили каждому в голову, кроме Рустама, которого каждый из нас держал на мушке. Он знает, что будет трупом за долю секунды.
Но он не шевельнулся. Жаль.
– Теперь ты отойдешь в сторону?
Он, хищно скалясь, стал двигаться назад. К двери. А после, попытался ее открыть.
– Прости, но ее заперли снаружи, – сказал я и подошел к девушке.
Я был прав, она была на грани сознания.
Мы обменялись парой слов, в конце которых она послала меня к черту, и я поднял ее на руки.
Мы связали Рустама и оставили на том же месте, среди трупов его людей, а сами по-быстрому загрузились в рэф и поехали с прощальной фразой о том, что мы пожалеем о том, что сделали.
Так как нас не сразу стали преследовать, мы выиграли время, это послужило тем, что мы оторвались. А когда уже поднимались в самолет, увидели вдалеке машины.
– Да, сука. Отсосите у меня, черти, – крикнул Юра.
Я оставил на диванчике девушку и занял место прямо возле ее ног.
Тут был небольшой плед, которым я ее укрыл, и мы все уставились на Алсу.
За все это время мы не сказали ни слова. Ну, кроме Юрия, который сейчас тоже не находил момента для веселья.
Было неприятно смотреть на все эти синяки на ее коже, которые выглядывали. Разбитую губу и припухшую щеку. Растрепанные волосы. Остальное благо было прикрыто пледом.
Она дочь врага, но она женщина. А мы были против насилия.
– Пиздец, – не выдержал Виктор.
– Согласен, – ответил ему, переводя взгляд в сторону от нее.
– А она не умерла? – вопрос Юрия заставил задуматься и встать, чтобы проверить.
Я наклонился и стал прощупывать пульс на шее, покрытой частично синяками. В эту секунду она открыла глаза и столкнулась взглядом с моими, а после резко ударила ногой. Прямо по яйцам.
– Твою ж мать… – я почти пропел каждую букву, а в моих глазах прыгали черти вперемежку с острыми огнями, и я упал на колени, обхватив свой пах ладонями.
Парни вскочили, но я выставил руку, потому что Алсу стала отползать по дивану в угол. Она была напугана, и никто бы не стал ее винить в этом.
– Не надо, – сдавленно сказал и посмотрел на нее. – Мы не тронем тебя… Клянусь…
– Чего вам нужно? – она морщилась, как будто на каждую букву, которую произносила, но старалась выглядеть стойко.
– Мы тебя спасли, разве это не очевидно? – ответил Юрий в своей манере.
– Для чего вы меня спасли?
– Хороший вопрос, – вышел вперед Ян. – И мы ответим на него после того, как док подлечит твою кровоточащую голову.
– Что?
Она коснулась затылка и зашипела, а после увидела кровь на своих пальцах.
– Я не поеду с вами никуда.
– Отлично, поэтому мы летим на самолете, – ответил босс и сел на свое место. За ним последовал Юрий, Виктор и Фил.
Она посмотрела на меня так, будто я ее предал, и отвернулась.
– Я принесу лед и полотенце.
Она не ответила. А пока я сходил за всем необходимым, она, уже откинув голову, спала, а может, была без сознания.
– Эй, у меня идея, приложи этот лед к своим яйцам, – сказал умник.
– Пошел ты.
– Вот док обрадуется, одному член реанимировать, другой голову. Твикс, бля.
Я сел рядом с ней, спрятав свой пах, и сам приложил лед к ее голове.
Приземлившись, я поднял ее на руки снова. Она так и не проснулась за два часа полета.
Нас уже ждали машины.
– Ян, найдешь ей место в лазарете?
– Не-а, меня Аня сожрет за то, что мы похитили девчонку, и поверь, не мне одному будет дерьмово из-за того, что она узнает. Я дока к тебе отправлю.
– Да, брось. Я не оставлю ее в своей квартире, я работаю до пяти.
– Неужели? Тогда мы определим ее к Виктору.
– Да вы охуели оба.
– Оказывается, Виктор против. Юрий, что скажешь?
– Мой дом – моя крепость, от женщин. Могу в клубе ее оставить.
– Ну класс, – опускаю ее на сидение и иду к водительскому креслу.
– Не скучай, дружище.
Они помахали мне, и пока я заводил двигатель показывал им фак, а после уехал.
Посматривая на задние сидения, я рулил в центр города. В высотку, где находилась моя квартира.
Внеся девушку внутрь, я двинулся в сторону гостевой спальни. Комната, которая служила тут простым словом. Пространством, которое никто и никогда не занимал. Только если пьяный Юрий, который отказывался уходить. Никто не остается там у человека, у которого нет никого, кроме друзей.
Положив ее на постель, стараясь не смотреть на разорванное платье, прикрываемое все тем же пледом, я решил стянуть эту хрень с нее, но… Судя по тому, что они там пытались сделать, не стал. Лучше, если она не будет думать о том, что кто-то к ней прикасался, помимо того, что я ее просто нес от пункта А в… мою квартиру.
Глава 6
Алсу
Бум бум бум! Тишина! Бум…бум… бум!
Раз за разом одно и то же.
Мои глаза с трудом открываются от этой настойчивой бойни.
Кругом темно. Ни единого луча света.
«Неужели я умерла? Быть этого не может. Я ведь еще так молода была… А-а-а…»
Тело онемевшее, и я не могу пошевелиться вообще.
«Точно умерла. Как же, наверное, обрадуется отец».
Морщусь от мысли о последних минутах жизни и становится еще больней, и тот самый «бум-бум» снова становится сильней.
– Черт, – тут до меня доходит, что это пульсация в голове.
Медленно прихожу в себя и, сделав глубокий вдох, наполняя до краев легкие, понимаю, что все-таки жива.
За дверью комнаты слышится шум и тихий разговор, а когда ручка поворачивается, я закрываю глаза и снова «сплю».
– Только старайся не напугать девушку. Досталось ей…
Свет бьет резко, даже сквозь веки, но я не дергаюсь, прислушиваясь.
Один из голосов узнаваем мной. А картинки произошедшего становятся более ясными.
– Так, судя по тому, что я вижу сейчас только снаружи, меня ждет что похуже?
Не понимаю вопроса. Что значит хуже? Что он видит?
– Нет, ее не успели изнасиловать, но сам понимаешь…
– Уже лучше.
И я с ним согласна. Боже, они не успели. Подлые ублюдки. Как же я их всех ненавижу.
– Травма головы есть однозначно. У нее шла кровь, пока мы летели в самолете, я прикладывал лед.
– Ладно. Ясно.
Шаги стали приближаться, и я тут же открыла глаза, сумев слегка приподняться.
– Не приближайтесь. Оба.
– Алсу, – начинается, выставив руки Ринат.
Тот самый козел, который притворился агентом по недвижимости. Теперь понятны его вопросы обо мне и моей семье, о планах.
Дважды козел.
– Я должна была догадаться, что ты подлец.
– Ну, я обычно стираю эту надпись со своего лба. Видимо, поэтому не поняла, – он широко улыбается.
– Придурок.
– Это доктор, он тебя осмотрит.
– Вам придется меня сначала усыпить, чтобы я позволила приблизиться ко мне или прикоснуться.
– Алсу, послушайте. Я врач. И я просто хочу убедиться, что вы в порядке. Это все, что меня волнует.
– А меня волнует свобода.
– Это не ко мне.
– По поводу свободы – это ко мне, – Ринат снова улыбается и тянет руку, как в школе.
– Придурок.
– Я запомнил, можешь не повторять каждый раз.
Тут в голову бьет настойчивый болевой пульс, и я опускаюсь на подушку, не сумев совладать с этой болью.
– Пусть он уйдет, – прошу, застонав.
– Буду за дверью. Но без глупостей.
– Придурок.
– Ладно, мы над этим поработаем.
Когда дверь закрывается, я тут же принимаюсь умолять мужчину.
– Выпустите меня. Скажите, что мне нужно в больницу на операцию. Позвоните в полицию или…
– Просто позвольте помочь вашей голове. И поверьте, с вами ничего не случится.
– Да уж, – закрываю глаза, поняв, что это бессмысленно.
Когда он заканчивает, моя голова по-прежнему болит и меня клонит в сон. Возможно, после лекарств, которые дал мне врач, а может, от травмы. Я ведь ударилась головой не раз, плюс Рустам приложился к щеке неплохо. Ублюдок.
В итоге вошедший Ринат, после того как провел доктора, застает меня уже с закрытыми глазами.
– Не смей пялиться на меня, пока я сплю.
– Я просто хотел спросить…
– О чем?
– Может, тебе переодеться? Я дам тебе штаны и футболку.
– Проклятье, – стону и киваю.
Я и забыла, в каком я виде была до сих пор. Внезапно стало противно.
– Мне бы и в душ сходить. Но я не доверяю тебе.
– А я тебе и потому одну не оставлю.
– Думаешь, я выжила, чтобы умереть?
– Не знаю. Поэтому и не доверяю.
– Покажи, где ванная.
– Но я останусь за дверью.
– Мне плевать. Я хочу смыть с себя все это и все.
– Душ или ванна?
– Ванна. Мне нельзя мочить голову, и я не уверена, что смогу наклонять ее в сторону от воды. Лучше буду сидеть в ней.
– Тогда это в моей комнате.
– Какой же ты…
– Серьезно. В гостевых нет ванны. Только душ. В моей и то и другое имеется.
– Ладно, – отвечаю, а сама не могу пошевелить ни рукой, ни ногой.
– Ты идешь?
– Да. Что не видно?
– Послушай, я могу тебя отнести. Без всяких там…
– Ты лучше себя послушай.
С трудом начинаю приподниматься. Но тут он все равно оказывается рядом и подхватывает на руки.
Я бы отбивалась и протестовала, но правда в том, что я, возможно, уже пережила самое худшее. А может нет. Сейчас я просто глина в этих руках.
Мужчина оставляет меня на стуле в ванной комнате и выходит, предупредив, что он останется за дверью. И чтобы я не торопилась.
Как благородно.
Но я не могу снять ни лифчик, ни чулки. Я просто с трудом могу пошевелиться.
– Ринат, – вынужденно зову его.
– Да?
– Принеси мне ножницы.
После моей просьбы он молчит. И я знаю, что он не шевелится.
– Алсу, я…
– Я не могу снять белье и корсет платья. Пожалуйста, дай мне ножницы, чтобы я наконец сняла с себя эти лохмотья.
– Черт, ладно. Сейчас.
Он входит аккуратно и старается не смотреть на меня, потому что я убрала плед в сторону и практически в неглиже. Это белье полностью кружевное, и оно, разумеется, прозрачное.
– Спасибо.
Следующей проблемой стал подъем в ванну.
– Боже… Почему она такая высокая и глубокая? – бормочу под нос пыхтя.
– Что? – тут же реагирует он.
– Ничего, – отвечаю ему и, наконец, забираюсь в ванную, набранную больше половины.
Единственной мыслью было не уснуть сейчас.
Смывая с себя кровь и прикосновения этих свиней, я, к сожалению, не смыла синяки. Даже на груди они были, на руках, ногах и шее. Меня практически выворачивало наизнанку при взгляде не них, но я решила, что это меня не сломает.
Я так решила.
Одевшись, я после принятия ванны стала еще более расслабленной физически. Мне удалось достичь двери и толкнуть ее вперед, как Ринат тут же оказался рядом.
– Тебя отнести?
– Просто позволь на тебя облокотиться, ладно?
– Не вопрос.
Вцепившись в его локоть, мы дошли до комнаты, и я, только сейчас оглядевшись, увидела цвет интерьера – черно-зеленый. Интересно, но не настолько, чтобы я отказалась от сна. Поэтому, едва коснувшись подушки головой, я сразу уснула.
Глава 7
Ринат
Вхожу в дом Яна ранним утром и застаю всех собравшимися в столовой. Ян и Аня во главе стола.
– Привет всем.
– Привет, Ринат, – улыбается она мне. – Давай с нами позавтракаешь.
Встает и под рык Яна уходит на кухню, возвращаясь с Глашей и тарелками.
– Приятного аппетита, – цедит сердитый Мор.
Аня садится на свое место и что-то шепчет ему на ухо, отчего на его губах появляется ухмылка, которую он тут же прячет.
– Я по делу, – говорю ему, прожевывая какой-то охренительно вкусный пирог.
– А я думал, ты принес мне цветы.
– Могу заказать доставку.
– Как дела, Ринат? – вмешивается девушка.
– Нормально. Приехал решить один вопрос с ним. Он сегодня не кусается? – шепчу Ане, наклонившись чуть ближе.
– Заткнись, – я улыбаюсь и снова беру вилку в руки.
Закончив с завтраком, мужчины расходятся. Следом за ними Аня, но она скрывается за дверью кухни, а мы направляемся в кабинет.
– Как там дела?
– Она спит.
– Я буду звучать как Юрий, но, она не умерла?
– Нет. Когда я вошел к ней перед уходом, то она шевелилась.
– А это была не предсмертная судорога.
– Да ты запарил.
– Ладно.
– Дока отпустишь снова, как она проснется?
– У нас пока что тишина, но я жду визит от Ризы. Прошла ночь, а он молчит.
– Скоро заголосит.
– На границе пока что тихо.
– Ну если у него есть группа смертников, то он отправит их вглубь нашей территории. Если таких нет, то он ударит как раз по границам.
– Я тоже так думаю. Ты с ней говорил.
– Да, пару минут. Она успела пару раз назвать меня придурком.
– И не боится же.
– Ну она и при первой встрече не была милой.
Ян, прищурившись, смотрит на меня с подозрением. А потом начинает громко смеяться.
– Что?
– Да ты на хуй издеваешься.
– Что?
– Юрий был прав. Ты хотел ее трахнуть.
– Она красивая, было бы странно не хотеть. Но я не дрочил на ее образ, если ты об этом.
– А что сейчас изменилось?
– То, что она в плену у меня в квартире.
– Больше возможностей.
– Нет, – отвечаю четко. – Ничего такого. Она информатор, не более того.
– Тебе же лучше, если будет так. Потому что, Ринат, она должна сказать нам все что знает.
– И она скажет.
– Хорошо.
– Я об этом и хотел спросить. Что мне делать?
– Не ходи голым по квартире.
– Ян, – он смеется. – У тебя хорошее настроение?
– Охуенное. Просто оставь ее у себя. Я дождусь ответа Ризы, а потом по ситуации. Скорее всего, он нападет на границы, а потом соберет всех глав. Там мы и выступим. Точнее, ты и твоя актриска.
– И?
– Он будет требовать возмещения уважения и ущерба. Скажет, что мы насильно удерживаем дочь.
– А она скажет, что это ложь. Думаешь, ей поверят?
– Нет. Поэтому вы поженитесь.
Улыбаюсь, потому что он улыбается тоже.
– Ага…
– Что? Я серьезно.
– Ты серьезно? Что за бред?
– У Ризы есть все основания напасть на меня. Вспомни, когда убили на моих мать и отца? Я пришел на собрание глав и потребовал войны. А потом я потребовал территорию этого ублюдка. Кто-нибудь сказал мне хоть слово против? Нет, блядь. Может, Риза клал на законы о неприкосновенности семей вне бизнеса, но, если этот закон идет ему на руку, поверь, он о нем вспомнит.
– Не знаю, – устремляю взгляд в окно.
– Ты сказал, что она торопилась, выбирая квартиру, будто пыталась спрятаться. Выясни у нее все. Женщины на эмоциях болтливы.
– Я думаю, что вопрос в другом.
– В чем? – усмехается Мор.
– Ты сказал женимся?
– Ну?
– Она меня кастрирует скорее, чем сделает это.
– Мне жаль твои яйца, Ринат. Но у тебя сплошные козыри на руках. Уговоришь.
– Какие козыри?
– Мы ее спасли от участи похуже, чем выйти за тебя замуж. Тем более, это не продлится долго. Действуй.