Маленькое сердце

Глава 1

Можно ли любить не сильно?

То есть ты вроде бы любишь, но одновременно с этим не ощущаешь какой-то глубокой связи с человеком и порой думаешь о причинах, почему вообще ты с ним и почему посвящаешь ему годы.

Годы… Боже!

Я смотрела на него и всё думала: когда это закончится? Мы с ним. Вечеринки. Былая лёгкость во всём, кроме отношений между нами. Чего же не хватает? Чувствует ли он, что со мной и нами в целом что-то не так?

Яша сиял, находясь в толпе наших друзей, и словно светился. Наверное, я была рядом с ним той самой, кто переел лимон и пытался показать остальным, что меня не парит оскомина на языке и зубах.

Но парила. Очень сильно.

– Эй, детка, иди ко мне, – окрикнул он меня и вытянул руку, ожидая, когда я подойду и состыкуюсь с ним.

И всё же я любила его. Просто… ожидание следующего шага ставило те самые палки в колёса. А может, осознание того, что не будет этого самого шага, и давило на меня сейчас.

Мы встречались и жили вместе больше пяти лет. Обговорили однажды наши отношения и были согласны с тем, что нам хорошо, как есть. Только мы вдвоём. А чего ещё можно хотеть в двадцать восемь? Кто-то рожает и в двадцать, или вообще ни разу. Мы вот решили, что так нам лучше всего.

Видимо, в какой-то момент я ушла вперёд, потому что период без обязательств для меня закончился сейчас, в мои тридцать четыре, а он… похоже, стоит всё там же.

Когда я подошла к нему, он тут же зашептал мне в ухо, крепко обнимая:

– Думала обо мне? У тебя был такой взгляд интересный.

Он намеренно уводил меня от мыслей, потому что, если между нами и нет бушующей любви, но чувствовал мужчина меня просто до тонкой грани.

– О тебе.

– Хочу узнать в подробностях.

– Правда? Тогда расскажу, как приедем на квартиру.

Это и правда было моё решение. Я не люблю ставить людей перед фактом. И я никогда так не поступаю. Но сегодня мне придётся сделать это. Для меня это будет просто вопрос, а для него – выбор.

Вечеринка по случаю дня рождения нашего общего друга Валеры длилась уже три часа и наконец-то подошла к окончанию, но Яша решил погулять ещё немного.

– Брось, давай поедем в клуб. Половина наших друзей сейчас едут туда. Всего девять.

– Мы не можем поступать, как делает половина, – сказала я с усмешкой, но он это воспринял строго. – Послушай, сегодня я плохая компания и, честно, очень хочу домой.

Он, пытаясь скрыть свои эмоции, вытаскивает телефон и, приложив к сканеру экрана палец, заходит в приложение для вызова такси.

Я вздыхаю и делаю голос мягким:

– Просто… Вызови мне машину, а сам поезжай с Лизой и Валерой. Они, очевидно, ждут тебя, – киваю на их машину, стоящую в стороне. Единственную, что ещё оставалась на парковке.

– Не-а, ты потом будешь неделю ходить и дуться, пока не забудешь причину своей обиды.

Я хмурюсь и слегка отшатываюсь.

– Я так делаю?

– Ощущение, что скоро начнёшь.

Тон его голоса не даёт и капли сомнений, что мы на грани скандала, даже без моей темы разговора о нас.

– Я только что попросила тебя вызвать мне такси, раз уж ты открыл приложение, а самому отправляться гулять дальше. Ты сейчас серьёзно?

– Кис, просто давай подождём это гребаное такси. В тишине, окей? – вытащив из кармана пиджака сигарету и зажигалку, он закуривает и будто намеренно выпускает в меня струю дыма.

Я делаю шаг в сторону и отмахиваюсь, потому что не люблю дым.

– Это было обязательно?

– Я не хотел.

Не ответив, я отворачиваюсь от него в сторону дороги и выжидающе кутаюсь в куртку. Чувствуется, как крепчает мороз, словно вот-вот нас засыпет снегом.

В итоге мы вместе едем на квартиру на заднем сиденье такси. В полном молчании и километровом расстоянии между нами.

Внутри мы так же молча раздеваемся. Идём в душ по очереди. А после… всё просто вынуждает нас обоих поговорить.

Я наливаю нам чай со смородиной и мятой. Сервирую деревянный поднос и ставлю его в гостиной на столик.

Яша ещё пару минут что-то рассматривает в телефоне, затем, отбросив девайс, отдаёт всё внимание мне.

– Всё идёт не так, ты заметил?

– Не слепой, – взяв чашку, он отпивает немного. – Спасибо за чай.

Я киваю и делаю то же самое в полной тишине.

– Кис, лучше скажи сразу всё, окей?

– А ты? Ты будешь говорить?

– Я понятия не имею, откуда напряг. Он просто есть, и я ни хера не понимаю, окей?

В общем-то, это имеет смысл.

– Я подумала о нас, о себе. Хочу идти дальше.

– В каком смысле?

– Свадьба, дети, Яш.

– Да ё-моё, – он шлёпает по своим бедрам и встаёт. – Ты серьёзно, кис?

– Да. Я уже некоторое время думаю об этом.

– Мы же обсуждали всё, Ёсь.

– Я помню. Но я переступила уже тот порог.

– Бл… Так и знал, что этот момент настанет.

– Яш, мне тридцать четыре, я хочу ребёнка и семью.

– А я не твоя семья?

– У тебя к этому другое отношение. То, чего я хочу, не вяжется с вечеринками и поздним приходом домой.

– Ага, это хомут на шею на всю жизнь.

– Только для тебя.

– О, теперь ты будешь меня осуждать? В том, чем сама была со мной согласна?

– Нет, я не стану этого делать. Пять лет назад я думала так же и долгое время после нашей встречи шла с тобой плечом к плечу. Сейчас я просто…

– Ещё скажи – выросла.

– Возможно, это слово сюда лучше всего и применимо.

Он останавливается и, обернувшись, смотрит прямо в глаза.

– Ты знаешь моё отношение к этому всему.

– Знаю и потому завела этот разговор.

– Чёрт подери, ну зачем тебе это дерьмо? Я тебя люблю, ты меня, кис, ну? Что ещё надо?

Он садится рядом и берёт в свои ладони моё лицо.

Я чувствую, что настаёт момент, который поставит точку во всём, что мы строили. Хотя постройка была, очевидно, так себе. Но мне всё равно больно, и потому слёзы стекают прямо на его большие пальцы, которыми он скользит по моим щекам.

– Зай, ну не надо.

– А как иначе?

– Может… пф… – выдыхает.

– Ты ведь не хочешь?

– Не хочу. Честно, не хочу и не чувствую, что мне это нужно. Я говорю не про тебя, а про детей и свадьбу в целом.

– Ясно, – отстраняюсь и вытираю глаза. – Я знала, что ты это скажешь.

– Мы это обсуждали, Есения.

– Я помню, поверь.

– Мне жаль.

– И мне.

Он тянется ко мне и обнимает.

Из груди вырывается всхлип, и я руками хватаюсь за его футболку, боясь упасть, боясь идти отныне без него.

Глава 2

Когда эта эмоциональная минута подходит к концу, я выпрямляюсь и отпускаю Яшу. Пальцами стираю влагу с лица и тру глаза.

Он молчит, и, наверное, это правильно. Сейчас слова бессмысленны. Мы оба это знаем. Нет смысла обещать что-то, говорить, что всё образуется. Это просто точка.

Так происходит. Так бывает. Не каждая любовь заканчивается любовью. Некоторая просто заканчивается – и всё.

– Уф, – выдыхаю и смотрю на него, намеренно храбрясь. Свою долю первых слёз я уже выдала. – Что ж, наверное, я поеду к маме, – говорю, шмыгая носом, который почти не даёт мне дышать.

– Брось, за окном темнота и, вероятнее всего, пойдёт снег с минуты на минуту, Ёсь. Да и… тебе в принципе не надо никуда уезжать, ну что ты выдумываешь?

– Может быть, ты и прав, – встаю с дивана и немного отхожу в сторону, – но я сейчас так чувствую, Яша. Мне всё равно придётся съехать, потому что одна я эту квартиру не потяну, да и так проще.

– Я всё равно против позднего отъезда, – он откидывается на спинку и смотрит на меня.

– Всё в порядке. Я не буду тащить с собой вещи. Просто переночую у неё. Нам обоим с этим нужно переспать.

Он выглядит задумчивым. Его любимая маска. За ней он прячет всё: и боль, и страхи, и… всё, что связано с этим.

Когда он молчит и больше ничего не добавляет, я принимаю это за ответ. В общем-то, он вроде как больше не имеет права на советы и попытки удержать. Одно радует – мы расстаёмся не врагами, это было бы куда хуже. Яша всегда будет мне очень близким человеком.

Уйдя в спальню, я беру самое необходимое, что понадобится на пару дней, потому что завтра я не планирую сюда возвращаться, и выхожу в гостиную.

Яша в этот момент смотрит что-то в телефоне и убирает его, стоит мне оказаться рядом.

– Фотки с дня рождения? – догадываюсь.

– Ага, Валера уже опубликовал.

– Отлично, потом зайду, гляну.

Он смотрит на мою сумку и хмыкает.

– Не выглядит она твоей обычной косметички, которую ты с собой берёшь, когда едешь к маме «переночевать».

– Перестань.

– Ладно, – пожимает плечами. – Ключи же возьмёшь?

– Конечно. Но я дам тебе знать, когда приеду за вещами.

Мы медленно доходим до двери, и он останавливается.

– Может, проводить?

– Тогда потеряется смысл слов «побыть наедине» и «переспать с этой мыслью», Яш.

Он тяжело вздыхает, запустив в волосы обе пятерни.

– Поверить не могу. Это вообще всё реально?

– Ага.

– Мы, блин, правда расстаёмся? – тон его голоса становится всё выше и рассеянней.

– Яш… – сердце сжимается, смотря на него.

– Кис, ну блин… – он встаёт вплотную и по-хозяйски гладит талию, прижимая к стене, а после целует.

Я отвечаю, потому что так делала всегда, но в какой-то момент отстраняюсь и кладу пальцы на его губы. Нужно научиться ставить точку и расставаться.

– Пожалуйста, не надо, – умоляю его.

– Ты же моя, а? Ну моя же.

– Тебе нужна я, а не мои желания. Не мои мечты. Яша, я правда хочу остаться, родить ребёнка и сыграть свадьбу с тобой. Но откуда взять счастье в таком союзе?

– Я не понимаю этого дерьма.

– Поверь, по слову «дерьмо» я отлично осознаю, что не понимаешь.

– Было же нормально всё, – вижу, что психует.

– Я никогда не скажу, что не была счастлива с тобой, – улыбаюсь ему. – Просто я хочу расширить это слово.

Надев парку, я поправляю волосы, чтобы натянуть на голову шапку. Затем выбираю угги, потому что не хочу замёрзнуть, и поднимаю с пола сумку.

– Ладно, я пойду.

– Позвони, как доедешь.

– Напишу.

– Хотя бы так.

– Ну, пока, – смотрю в его глаза.

– Пока, кис.

Поджав губы, я не даю себе времени на раздумья и противоречия. Я просто разворачиваюсь и выхожу за дверь. Затем, спустившись в лифте на первый этаж, выхожу из дома и чувствую, как грудь спирает от боли.

Все эмоции разом вырываются из меня, проделывая дыру в груди.

– Боже мой… Боже… Ладно. Ладно, – успокаиваю себя и только потом замечаю, что огромные хлопья снега летят и кружат всюду. Белое полотно уже лежит и по щиколотку покрыло землю.

Конечно, он уже к утру может растаять, но… это, чёрт возьми, снег. И так красиво.

О возвращении обратно не может идти и речи, поэтому я делаю шаг вперёд. За ним второй и третий. А после я просто иду.

Та самая давящая боль в груди внезапно проходит, и лёгкие наполняет не боль, а морозный воздух.

Я прохожу достаточно много, постоянно размышляя об этом вечере. Пару раз сворачиваю, что в итоге становится моей ошибкой. Потому что в какой-то момент я устаю петлять по дороге. Умерив шаг, чтобы не упасть, и оглядевшись, в итоге понимаю, что…

– Я что, заблудилась?

Посмотрев во все стороны, я не узнаю ничего.

– Да быть этого не может.

Развернувшись, я иду к тому самому углу, откуда только что свернула, и снова ничего.

Не придумав ничего лучше, я решаю идти на свет. Точнее, туда, где больше всего прожекторов уходит в тёмное небо.

Этот район не криминальный и не находится на окраине. Поэтому я не очень переживаю за свою безопасность. Улицы освещены достаточно хорошо. Но я хочу сесть и просто выдохнуть.

– Точно, пруд, – осеняет меня, и я резко останавливаюсь, но тут меня внезапно сбивает с ног кто-то позади, и я падаю на что-то… кого-то мягкого и большого.

Застонав, я перекатываюсь набок и оказываюсь на холодном снегу лицом вниз.

– Господи… – из меня снова вырывается стон.

Придя в себя, я смотрю вбок и вижу, что на меня смотрит пара мерцающих в свете фонаря глаз. Почти красиво.

– Какого чёрта? – возмущаюсь и тут же встаю на колени, затем поднимаюсь на ноги.

Мужчина делает то же самое и принимается отряхивать свою не очень тёплую куртку и штаны. Затем смотрит на меня, нахмурившись.

– Какого чёрта что? – его голос такой слегка хриплый. Не из тех мужских голосов, которые нам кажутся сексуальными по утрам.

Он будто хриплый сам по себе, урчащий.

А ещё я сомневаюсь, что это мужчина. Скорее парень. Молодой голос.

– Вы сбили меня с ног, вот какого чёрта.

– Если бы вы не остановились посреди дороги, да ещё так внезапно, мне бы не пришлось внезапно тормозить.

– То есть я виновата?

– Ну, явно не я.

– О, прямо штамп мужской особи воплоти. Браво. Это как знать ответы ещё до сдачи экзамена.

– Чего?

– Да-да, – не желаю больше продолжать этот нелепый диалог. – Всего хорошего.

Разворачиваюсь и иду в ту же сторону, куда держала свой путь, и слышу шаги за спиной.

Снова останавливаюсь – и он тоже. Сейчас, приблизившись к очередному фонарному столбу, парень виден мне достаточно хорошо, чтобы понять его молодой возраст. Высокий рост, но не исполин, потому что мы с ним смотрим друг другу в глаза на одном уровне. А ещё – стильно спадающие волосы на глаза. При этом виски и затылок более коротко выстрижены.

– Серьёзно?

– Что?

– Вы идёте за мной.

– Я иду вперёд.

– За мной. Намеренно медленно.

– А разве не понятно, что нам в одну сторону?

– Есть другая дорожка, через дорогу. А ты напоминаешь мне маньяка, который якобы случайно шёл за жертвой следом до первого тёмного угла.

Он устало закатывает глаза к тёмному небу, и снег падает на его лицо. А вот это было красиво, признаю.

– Слушай, красотка, у меня был, очевидно, такой же дерьмовый вечер, как и у тебя. Поэтому я бы хотел свести к минимуму общение с кем-либо.

– Теперь ты знаток плохих вечеров?

Фыркнув, он обходит меня и идёт вперёд, ничего не сказав.

Это меня странно цепляет и даже злит.

Если честно, я понятия не имею, что со мной творится сегодня. Это на меня не похоже.

– Обычно я не пристаю к прохожим и не обвиняю их во всём, – срывается с моих губ, и он останавливается.

– Трудно поверить, – говорит парень и оборачивается с улыбкой на губах.

– На самом деле я заблудилась.

Мне бы смутиться из-за нелепости сказанного мной, но сегодня вечер полон сплошных проблем и полнейшего абсурда.

Глава 3

– Ты заблудилась? – Его брови взлетают вверх, и он тут же оглядывается по кругу. – Ты выбрала не лучшее время для этого.

– Только не веди разговоры, словно ты маньяк или только планируешь им стать.

Парень тут же рассмеялся и сунул руки в карманы черных брюк.

– А я только сегодня вернулся сюда.

– Вернулся?

– Это длинная история.

– Поняла, вопросов не задаю.

– Так что ты искала?

– Здесь был пруд, я точно помню. Но если бы задумалась и не прошла как минимум пару кварталов и не свернула несколько раз, то нашла бы его сразу. А так я понятия не имею, куда мне двигаться дальше.

– Пруд? – На его лице снова заиграло веселье.

– Эм… ты надо мной смеешься?

– Нет-нет, давай просто пойдем прямо.

– Ладно, это сейчас прозвучало странно.

– Ты поймешь.

– Думала, ты скажешь: «Доверься мне» – и я сразу же побегу прочь.

– Так ты идешь?

– Видимо, у меня нет выбора.

– На самом деле есть. Смартфон, геолокация, интернет.

– Я сейчас чувствую себя чертовски глупой идиоткой.

Мои губы растянулись, и я начала смеяться. Это было и правда нелепо.

Мы сравнялись и медленно зашагали в направлении пруда. Уверена, он прекрасно знал, что это болото здесь рядом.

Когда мои ноги внезапно заскользили и я чуть не упала, парень тут же схватил меня за локоть и подставил мне свой.

– Думаю, так будет менее травмоопасно.

Свернув направо, я воочию наблюдала огромный пруд, не покрытый снегом. В темноте ночи он казался черным пятном, обрамленным светом фонарей.

Деревянные резные скамейки и лавочки стояли через каждые два метра. И виднелась парочка беседок на той стороне, где стояли мы двое.

Снег не прекращал вальсировать, и я повернулась к парню.

– Что ж, спасибо, что показал дорогу, сбил меня с ног, а после подал руку, чтобы я окончательно не расшибла свой лоб.

– Вау, ты собрала все в кучу в одном «спасибо». Креативно.

– Ну, сегодня я сама не своя. Но я правда благодарна.

– Тогда хорошего остатка ночи. Только не оставайся тут на ночь, вроде как зима.

– Этого в моих планах точно не было. Пока.

– Пока.

Он развернулся и пошел дальше, а я, расправив плечи, направилась к беседке.

Мы не спросили имен. И не говорили о чем-то важном. Но это была приятная компания.

Я вошла в красивую резную беседку и села на лавочку, положив свою сумку с другого края от входа.

Передо мной открылся интересный вид. Вроде бы тот же, что и до того, как я села. Но если смотреть на него не спеша, то он завораживает, как спираль. К берегу подплыли утки, и я вдруг задумалась: не холодно ли им там в ледяной воде?

Я даже улыбнулась своей мысли, как вдруг услышала скрипучие шаги позади себя.

Не знаю почему, но я была уверена, что это тот самый незнакомец. Потому не обернулась.

Эмоции улеглись, и события вечера всплыли на поверхность, как бы я ни хотела их утопить.

– Внезапно понял, что мне некуда спешить этим вечером, – проговорил он и сел туда, куда я поставила свою сумку.

Между нами был целый проход, но присутствие другого человека внезапно сделало вечер теплее.

– Что ж, мы не одиноки в этом, во всяком случае этим вечером.

Когда молчание стало слегка назойливым, я задала свой первый вопрос.

– Ты сказал, что вернулся в город?

– А, да. Я уехал отсюда сразу после того, как окончил школу, – затем он повернулся и уточнил, – шесть лет назад.

Я кивнула и стала зачем-то подсчитывать мысленно, сколько ему. В итоге сошлась на двух цифрах: двадцать три или двадцать четыре. Как я и думала. Десять лет назад мне тоже было двадцать четыре, и я была совсем другой.

– И зачем же ты вернулся? Новое место разочаровало или…

– Умер мой отец.

– Боже…

– Сегодня мы с мамой его хоронили.

– П… прости, пожалуйста, и прими мои искренние соболезнования.

– Спасибо.

Мне пришлось быстро отвернуться, чтобы хорошенько отругать себя за поведение. Это было ужасно с моей стороны.

– Знаешь, он бы рассмеялся на твои слова о соболезнованиях.

– Что?

– Мой отец был тем еще говнюком и стал причиной моего отъезда. Видит бог, я ненавидел его так же сильно, как он презирал мое существование.

– Ого, – все, что сорвалось с моих губ.

На фоне его слов об отце я вспомнила своего папу, и на мои глаза навернулись слезы. Я любила его так сильно, что до сих пор не могу поверить, что его нет. Для нас с мамой он был номером один. Такой удивительный, такой, каких нет больше и не будет.

Я мечтала найти мужчину, хотя бы отдаленно обладающего теми качествами, что были у моего папы. Если бы я его нашла, то сегодня не сидела бы здесь.

– Не хотел тебя расстраивать.

– Есения.

– Что?

– Мое имя.

– Красивое имя. Макар.

– И у тебя красивое.

– Рад с тобой познакомиться.

– И я.

Я повернулась с улыбкой и стала рассматривать его профиль.

Вздернутый, красивый нос, четкие черты лица и все те же длинные на макушке волосы, которые стали мокрыми от снега. Полные губы и челюсть, которая была очаровательной и такой мощной. Есть вообще такое слово для описания кого-то?

Лишь после минуты моей оценки внешности мужчины он повернул голову и посмотрел на меня.

– Ну а ты?

– Я?

– Одиннадцать ночи, а ты идешь погулять к пруду одна.

– Ах, вот ты о чем. Ну-у…

– Прости, ты не обязана…

– Да у меня обычная такая история. Закончила отношения с мужчиной и решила поехать к маме на ночь глядя.

– Дерьмово.

– Ты прав.

– И что случилось с твоей машиной?

– Ее нет, а такси я не вызвала. Эмоций было слишком много. Прогуляться решила.

– Прогулялась, – говорим в один голос и одновременно смеемся.

– Примерно так и вышло.

– Так я помешал?

– О, нет-нет. Пока я блуждала по улицам, о многом успела подумать.

Макар просто кивает и больше ничего не говорит, поэтому я снова погружаюсь в какую-то уютную тишину. Хотя с натяжкой это можно назвать тишиной: проезжающие машины, крякающие утки. Ветер поднялся, и снег норовил поставить отпечаток на моем лице. Но никто не задавал вопросов, и это было определяющим фактором тишины.

А еще было тепло, и я радовалась тому, что оделась как надо. Наверное, поэтому я все еще не замерзла, проведя так много времени на улице. Однако время клонилось к полуночи.

– Мне нужно ехать, – почти разочарованно я потянулась и встала со скамейки.

– Да уж, время позднее. Вызвать такси?

– Я уже этим занимаюсь, – подняла свой телефон выше для демонстрации.

Нажав на кнопку «заказать», я взяла сумку, и мы медленно вышли из беседки.

– Куда оно подъедет?

– На угол, – кивнула в противоположную сторону пруда.

Макар кивнул и двинулся в ту сторону со мной рядом.

– А куда тебе ехать? Или ты где-то здесь живешь?

– Мне на другой конец города.

– Ого, далековато. И ты не вызвал такси.

– Еще погуляю.

– Мы можем поехать на одном. Мне в центральный район.

– Ты назвала меня маньяком полчаса назад, – в его голосе слышалось веселье.

– Это был слишком эмоциональный момент, и ты застал меня врасплох.

– Я должен подумать.

– У тебя восемь минут на раздумья.

– Мне этого хватит.

На самом деле я не имела понятия, почему мы поладили. Я, конечно, легко заводила новые знакомства и находила общий язык, но чтобы в такую весьма уязвимую минуту – со мной это было впервые.

Глава 4

Медленно преодолевая расстояние в противоположную от нашего местонахождения сторону, куда подъедет такси, мы, изредка улыбаясь, посматривали друг на друга.

Это было так странно. Чудовищно странно.

Два посторонних человека, один из которых я сама, просто шли плечом к плечу и молчали так громко и с пониманием, будто это наши будничные прогулки. Будто… для нас это норма – слышать в тишине и без слов.

Или же я просто очень впечатлительна этим вечером и очевидно одинока.

– Итак, – Макар поправил воротник своей куртки, – кем же ты работаешь, Есения?

– Твои предположения?

– Понятия не имею. Честно. Я не тот, кто читает души.

– Это прозвучало ужасно.

Он рассмеялся. Самое поразительное, что на фоне его чуть хриплого голоса смех был тоже с суховатым оттенком, и это казалось несколько завораживающим.

– Зато честно.

– Ладно. Я администратор в ресторане, – решаю признаться и не мучать долго.

– Ого, большая тетя?

– Боже, не говори так, – с моих губ сорвался глубокий смех, и на глазах проступили слезы. И тут я подумала о том, что, благо, не страдаю из-за своего возраста – другой человек погрузился бы в нерадужные мысли.

– Ну что?

– Ничего, это просто… смешно.

– Ладно. А я закончил факультет журналистики, – я посмотрела на него, подняв брови, но он продолжил. – Это единственное место, куда смог попасть на бюджет, а работаю в пиар-отделе одной фармкомпании.

– Что? Это вообще как? – мои глаза были похожи на огромные блюдца, и Макар это сразу заметил.

– Глаза у тебя, конечно…

Я не относилась к типу женщин, которые безумно красивы, и мужчины готовы ради них на все от одного только щелчка пальцев. Да, я была стройной и нормального роста. Мое овальное лицо можно назвать скорее симпатичным, с бледноватой кожей. И ему подходила из всех мной опробованных причесок именно удлиненное каре или боб, кому как нравится. Без пухлых губ я бы сказала, что они средние или даже маленькие, а еще заостренный нос. А вот глаза – они да, выделялись. Скажем так – когда я была удивлена, это сразу становилось заметным для окружающих. К тому же я использовала при макияже черную подводку, и они становились еще больше. Мне это нравилось.

– Что с ними?

– Чертовски огромные.

– Если ты не против, я приму это как комплимент, – моя рука потянулась к лицу, как часто делаем мы, девушки, в смущении стараясь что-то поправить. Убрав прядь волос, которые вылезли из-под шапки, я улыбнулась.