«Восход Черного Солнца» и другие галактические одиссеи

Глава 8. Блеф

– Керак, – говорил Гийом, – враждует с королем Города Колдунов и его приближенными. Простые горожане мало знают о нас, им хватает собственных забот. Ты спокойно можешь ходить среди них, как и любой паломник. Но все-таки будь осторожен, дю Бойс.

Человек, выглянувший из ворот, вполне соответствовал данному Гийомом описанию: невысокий, смуглый, с бегающими глазами и повязкой на голове. Равнодушно посмотрев на Бойса, он со скучающим видом что-то спросил.

– Наин, – сказал Бойс.

Привратник кивнул и отступил. Бойс наклонил голову и прошел через низкую арку.

Улица была узкая, по ее сторонам стояли высокие и столь же узкие дома. Тут и там в окнах верхних этажей висели разноцветные фонари, в их свете блестели мокрые от тумана камни мостовой. Странный город, подумал Бойс. Кажется, в нем всегда сумерки – тот вечерний час, когда на улицах загораются первые фонари.

Судя по звукам, лившимся из окон, мимо которых он проходил, это была улица музыки и веселья. В большинстве окон были стекла с мелким ромбическим узором, искажавшим происходившее внутри, но Бойс замечал мерцающий свет и движущиеся силуэты, слышал смех, вдыхал запах вина. Необузданная музыка отдавалась ритмичным эхом в его мозгу.

Люди здесь были самые разные. Высокие и белокурые, в развевающихся полосатых халатах, низкорослые и краснокожие, в тюрбанах и облегающих нарядах. Женщины в полупрозрачных вуалях, улыбавшиеся каждому встречному, и женщины цвета черного дерева, в красной тунике, с палашом на поясе, высокомерно шагавшие посреди улицы.

Бойс, высокий и светловолосый, в черном плаще и рубахе с красным крестом, вряд ли выделялся в этой толпе. Похоже, многие имели на одежде символы со столь же тайным смыслом, что и у него, – вероятно, принесенные из миров, так же неизвестных здесь, как и Земля.

Поравнявшись с человеком в серых лохмотьях, державшим полосатый бумажный фонарь на длинной палке, Бойс дотронулся до его плеча:

– Наин!

Человек улыбнулся и кивком указал на ближайший поворот. Бойс поблагодарил по-английски, усмехнувшись при мысли о том, сколь фантастично звучит родной язык на этой сумеречной мокрой улице.

Он еще дважды спрашивал дорогу – у мрачного вида женщины в рогатом шлеме и зеленом бархатном платье, волочившимся по земле, а потом у человека в сверкающих доспехах, в которых отражались разноцветные фонари. С третьей попытки Бойс нашел храм.

Это было большое каменное здание, неосвещенное, без окон. По огибавшим его улицам текла шумная толпа, но храм Наина оставался безмолвным.

Поднявшись по серым ступеням, Бойс остановился под аркой, глядя на длинный зал, где вдоль стен тянулись полки. А на этих полках сияли внутри бумажных фонарей разноцветные шары. Их были тысячи. А еще там была толпа людей, такая же пестрая, как и на улицах. Люди расхаживали туда-сюда, что-то шепча. Если паломники собрались на какую-то церемонию в честь Наина, то она, судя по всему, еще не началась.

Бойс двинулся прямо к прозрачной стене в дальнем конце зала. Гийом сказал, что там находится магическое дерево. Оно оказалось стеклянным, и ветви были увешаны ярко окрашенными светящимися плодами; до них можно было дотянуться рукой.

Бойс спокойно взялся за круглый синий плод, размером и формой напоминавший грушу. Плод задрожал в руке, словно был живым и упругим. Затем раздался легкий хлопок, и плод исчез, оставив лишь каплю синей жидкости на ладони.

Кто-то сзади тронул Бойса за плечо. Он резко обернулся. Это была негритянка, босая, с обнаженными руками и ногами. Запястья и лодыжки были украшены золотыми браслетами, а шея – тяжелым золотым ошейником.

– Идем, – сказала она с акцентом на старофранцузском и повела Бойса к боковой двери.

Они вышли на другую улицу, вдоль которой сидели на задних лапах большие, мокрые от тумана каменные звери.

На шее у каждого висел фонарь, и в покачивающемся свете мимо шли люди. Негритянка поманила Бойса. Сбежав по ступеням, они смешались с толпой.

В поведении толпы чувствовалось нечто странное. Бойс видел, что люди беспокойно оглядываются; в их голосах звучала неясная тревога. И какое-то время спустя Бойс услышал тонкий свист, более громкий, чем шум толпы, и быстро нараставший.

Воздействие, которое звук оказал на людей, было подобно электрическому разряду. Они замирали, подняв к небу стремительно побледневшее в неровном свете фонарей лицо. Вдруг по толпе, словно порыв ветра, пробежал негромкий стон. И, словно повинуясь некой магии, толпа начала таять.

В домах распахивались двери, принимая испуганных людей. То тут, то там человек стучал в закрытые створки, звал тех, кто внутри. Но громких криков слышно не было.

Через несколько мгновений после того, как с неба донесся первый свист, пестрая толпа исчезла: кто-то скрылся в домах, кто-то за каменными изваяниями. Лишь двое-трое замешкались, бросив удивленный взгляд на стоявшего в одиночестве Бойса, но и они скрылись в ближайшем убежище.

Послышались быстрые шаги по каменной мостовой. Бойс обернулся. Негритянка нетерпеливо махала ему рукой.

– Идем, – сказала она. – Идем скорее! У нас нет времени.

Он неуверенно направился к ней по мокрым камням. Девушка метнулась к нему и, схватив за руку, потащила к двери за одним из каменных зверей.

– Что случилось? – спросил Бойс. – Я не понимаю…

– Они идут, – сказала девушка. – Быстрее, пока они не добрались до этой улицы!

Дверь заскрипела на петлях. Внутри было темно, и Бойс вспомнил слова Гийома о том, что следует быть осторожным. Он слегка отстал, не зная, что́ опаснее – войти или остаться снаружи.

По улице пронесся холодный ветер, развевая его плащ. Холод обжигал. И вместе с ним пришел ужас – ужас и отвращение, которых Бойс не испытывал с того мига, когда он впервые оказался в этом мире и увидел с вершины холма мрачную процессию, движущуюся к воротам Города.

Это действительно были они – те, кто шел среди мерцающих огней и звона колокольчиков, в облаке мглы, милосердно скрывавшем их из виду. Те, кто выглядел как люди, однако не были людьми. Те, кого, как теперь понял Бойс, он видел однажды вместе с женщиной, чьего лица и имени не мог вспомнить.

При мысли о них он испытал знакомую тошноту. Быстро повернувшись, Бойс сбежал на три ступеньки вниз и заскочил в дверь, которую держала для него открытой негритянка. Тяжело дыша, он ощутил катящийся вдоль улицы мороз, услышал звон первых колокольчиков – и дверь за ним закрылась. А небесный свист все стоял в ушах, сводя с ума, и от него невозможно было избавиться.

Дверь отрезала большинство звуков. Вокруг было темно, но рука девушки крепко держала Бойса за локоть, и он поспешил по невидимому коридору вслед за шлепаньем босых ног.

«Что же это за женщина, которую я ищу? – подумал он. – И о которой знаю лишь то, что когда-то она была вместе с ними?»

– Король снова призвал их, – заговорила рядом девушка все с тем же странным акцентом. – Сегодня в шатрах наверняка происходит нечто странное. Ходит слух, что наши властители напали на замок в горах, который иногда видно с наших стен.

Значит, все-таки есть какая-то связь, подумал Бойс. Возможно, фрагменты головоломки наконец начали складываться. Возможно, станет понятной его собственная роль.

Впереди открылась дверь, послышались голоса, потянуло дымом. Негритянка подтолкнула Бойса вперед.

Он увидел лампу, свисавшую с потолка над широким столом. Стол был инкрустирован замысловатым узором, и, похоже, на нем шла какая-то игра. Вокруг сидели люди, на чьи лица не падал свет лампы.

Один из сидевших, смеясь, передвигал резные, украшенные драгоценными камнями фигуры, немного похожие на шахматные. Каждая издавала свой особый звук, когда ее касался игрок.

Как только дверь открылась, игроки устремили на нее взгляд в наступившей тишине.

– Это человек из храма Наина, – сказала негритянка.

– Опаздываешь, – заявил один из игроков. – Ты принес то, что обещал?

– Не стоит тратить на него время, – воинственно бросил другой. – Он и так заставил нас ждать слишком долго. Все его рассказы наверняка ложь. Не отвлекайтесь, я сказал.

Бойс растерянно смотрел на них. Гийом ничего ему об этом не говорил. Крестоносец был крайне слаб, и, похоже, ему далеко не все удалось вспомнить.

Насколько понял Бойс, Гийом притворялся, будто готов продать некие секреты, связанные с обороной замка, могуществом Танкреда или еще чем-то, что могло бы заинтересовать хозяев Города. Бойса охватила тревога. Чересчур велик риск оказаться в ловушке – без оружия и без информации.

Оставался единственный выход. Бойс двинулся вперед надменной твердой поступью Гийома и ударил по столу кулаком с такой силой, что подпрыгнули фигуры.

– Во имя всех богов! – грозно прорычал он раскатистым голосом крестоносца. – Забирайте, что я принес, и не забудьте достойно расплатиться!

Сидевшие вокруг стола сердито загомонили. Послышался скрежет отодвигаемых кресел. Один из игроков встал и бросил фигуру, которая с тихим звоном покатилась по столешнице.

– Для предателя ты слишком громко говоришь, – сказал стройный молодой человек в кольчуге до пят, по бокам с разрезами до колена, в которых виднелись красные кожаные сапоги и красные же штаны. На поясе у него висели два длинных кинжала, а широкие поля украшенной пером шляпы роняли тень на глаза. – Пошуметь сможешь и потом, коли охота. А сейчас выкладывай сведения, если не желаешь, чтобы мы их из тебя вытянули. – Он окинул взглядом сидевших за столом. – Многие из нас предпочли бы последнее. Уж я-то точно. – Он рассмеялся, положив ладони на рукоятки кинжалов.

Невысокий коренастый человек с огненно-рыжими волосами резко встал и распахнул пурпурную мантию, под которой оказался длинный шипастый кнут, намотанный на манер пояса.

– Зачем нам платить этому псу за его тайны? – неожиданно тонким голосом вопросил он. – Я знаю способ заставить его лаять.

Седой старик в белой меховой накидке успокаивающе поднял руку:

– Спокойнее, спокойнее, друзья! Пусть говорит.

– Пусть лжет, ты хочешь сказать, – мрачно проворчал рыжий. – В последний раз, когда мы встречались с ним и его приятелем, он обещал нам Керак на серебряном блюде. Они уже получили плату за тайны, которых так нам и не открыли. Даже удивительно, как быстро смылись эти прохвосты, заполучив наше серебро. А теперь этот снова является сюда и разговаривает с нами столь надменно, будто он сам Джамай. Откуда мы знаем, где второй? Наверняка предлагает те же секреты кому-то, кто доберется до Джамая раньше нас, помяните мое слово. Я закончил. Поступайте с ним как хотите. Мое мнение: он должен умереть.

Бойс презрительно рассмеялся.

– Ничтожество всегда говорит громче всех, – сказал он. – Я снова среди вас – разве это не достаточное доказательство моих добрых намерений?

«А так ли это на самом деле?» – подумал он.

Очевидно, Гийом и Годфри имели дело с этими людьми незадолго до того, как попали в руки Джамая. И история их пленения наверняка не была оглашена, иначе Бойсу не угрожала бы сейчас опасность из-за того, что он якобы беспричинно исчез. Он отчаянно пытался сообразить, какие секретные сведения сочинил для них Гийом. Если бы удалось сперва найти Годфри…

– Хватит болтать! – рявкнул рыжий. – Мне нужен ответ! Ты согласен провести нас потайным ходом, о котором говорил, собака? Я заплатил тебе за это обещание и требую ответа. Ты покажешь нам дорогу в Керак, когда наш хозяин даст сигнал?

– Да! – беспечно ответил Бойс.

Сидевшие дружно вздохнули. Седой выпрямился в кресле и улыбнулся. Его лицо тонуло в тени, как и лица остальных, но Бойс не сомневался, что выражение на этом лице торжествующее.

– Прекрасно, – сказал седой. – Мы готовы. Идем прямо сейчас!

Рыжий рассмеялся, увидев лицо Бойса.

– Мы тебя обманули! Ты явно такого не ожидал. Но выйти нужно как можно скорее, пока на улицах никого нет.

Он невольно посмотрел на дверь, и румяное лицо исказила гримаса отвращения.

Седой встал.

– Не будем медлить, – сказал он. – Иначе шпионы Джамая могут предупредить его о наших планах.

Бойс не слушал. Он понимал, что обречен. Хоть и согласился играть роль предателя, он ничего не знал о тайных путях в Керак – не знал даже, существуют ли таковые. Кроме того, в его смутные планы не входило покидать Город вот так сразу. Во-первых, нужно спасти Годфри. А во-вторых, он еще не нашел никаких следов девушки в железной короне.

– Погодите, – буркнул он.

Остальные были уже на ногах, они подтягивая пояса и оживленно переговаривались.

Все повернулись к нему, подозрительно сверкая глазами.

– Это не входит в условия нашего договора, – сказал Бойс. – За такой риск мне никто не платил. Дайте еще денег.

– Тебе и так заплачено с лихвой, – рассерженно начал рыжий. – Ах ты, грязный…

– Когда падет Керак, я останусь без хозяина, – дерзко заявил Бойс. – Придется самому о себе заботиться. А для этого нужно много серебра.

В темноте послышался смех того, кто не произнес до сих пор ни слова.

– Он предает своего хозяина ради денег и требует еще, потому что хозяина у него больше не будет, – сказал этот человек. – Мне он нравится, друзья!

Бойсу послышалось что-то знакомое в этом голосе. Потом – если для него еще существует такое понятие, как «потом», – он попытается вспомнить, где его слышал. Но сейчас на это нет времени.

– Доплатите, или я никуда не пойду, – упрямо сказал он.

Рыжий прорычал ругательство на языке, незнакомом Бойсу, но как будто специально созданном для ругательств. Неохотно сняв с пояса кошелек, со звоном бросил его на стол:

– Держи, собака. Купишь себе нового хозяина.

– Маловато! – ухмыльнулся в усы Бойс. – За такие гроши никого приличного не купишь, разве что ничтожество вроде тебя.

Рыжий ухватился веснушчатой лапой за рукоятку бича, что-то проворчав на своем богохульном языке, и Бойсу показалось, что драки не миновать. Но ворчание смолкло, рыжий мрачно стиснул зубы, снял еще один кошелек и швырнул на стол рядом с первым.

– Что-то псы стали слишком дорого себя ценить, – рыкнул он. – А теперь…

Продолжать в том же духе не имело смысла – эти люди были готовы во что бы то ни стало заполучить проводника. Бойс понял, что нужно искать другой путь к бегству.

– Хоть за деньги, хоть без денег, – рявкнул он, – тебя, рыжий, я в Керак не поведу! Останешься здесь – или разговор окончен. Очень уж мне не нравится цвет твоей шевелюры.

Глава 9. Бегство по воде

В наступившей тишине раздался негромкий смех молодого человека в кольчуге.

– Разве вы не видите? – сказал он. – Парень пытается устроить ссору. Он вообще не собирается никуда идти!

Несколько мгновений никто не двигался с места. Потом седой откинул мантию назад через плечо.

– Думаю, – спокойно заявил он, – будет лучше, если он умрет.

По залу прошло быстрое движение, и Бойс услышал звук, которого никогда прежде не слышал, – металлический звон, пробежавший по толпе. Это был лязг многих мечей, дружно извлеченных из ножен.

Тени ожили в отражавшемся от клинков свете. Рука Бойса метнулась к поясу, и легкий меч, который дали ему крестоносцы, прыгнул в ладонь. Но меч этот не был магическим. Хорош, остер, прекрасно сбалансирован, вот только сражаться им придется в одиночку, без Танкреда с его волшбой.

Рыжий взревел, и его рука тоже скользнула к поясу. Бич развернулся и взмыл дугой, словно змея, обросшая шипами по всей длине.

– Ну, пес, давай скули, зови хозяина!

Он буквально задыхался от ярости. Бич просвистел в воздухе, и Бойс на мгновение представил собственное лицо, рассеченное до кости.

Он отскочил назад, пытаясь нашарить за спиной дверь. Рука нашла ее в тот самый миг, когда бич пронесся так близко от щеки, что Бойс ощутил ветерок, коснувшийся усов.

Дверь была заперта.

Бич с металлическим щелчком ударился о пол у его ног. Рыжий злобно зашипел сквозь зубы, отступил назад и пошире расставил толстые ноги, готовясь ко второй попытке. Позади него сверкнули клинки остальных, готовых наброситься на Бойса, если бич снова не достигнет цели.

Бойс увидел, как молодой человек в кольчуге, держа в каждой руке по кинжалу длиной с короткий меч, идет к нему вокруг стола, двигаясь словно по воздуху. Его фигура казалась такой же гибкой, как и бич рыжего.

Снова просвистел бич. Бойс стоял возле запертой двери, а единственный оставшийся выход загораживал юноша в кольчуге. У Бойса по коже побежали мурашки от ожидания неминуемого рокового взмаха, он понимал, что надеяться не на что. Приключению, начавшемуся в потерянном году, предстоит закончиться в этом зале, под ударами срывающего мясо с костей бича, и разгадка, которую он искал, так и останется ненайденной.

За секунду до того, как пришел в движение бич, перед мысленным взором Бойса возникла сцена, которую он прежде помнил лишь смутно. Он увидел девушку в короне, стоявшую возле ажурного, как снежинка, хрустального окна. В памяти отчетливо возник ее образ – как она поворачивается и смотрит на него через плечо. Он видел фиолетовый огонь в ее глазах, белозубую улыбку, темно-красные губы – все, даже самые мельчайшие черты ее лица, в котором ощущалась скрытая опасность.

И на этот раз, в миг наивысшего напряжения, в памяти всплыло ее имя. Бойс не знал, проговорил его вслух или нет. Это не имело никакого значения. Ничто сейчас не имело значения – даже тот факт, что он наконец мог произнести это имя.

– Ирата! – в отчаянии страстно прошептал он. – Ирата!

И бич помчался к нему.

В дальней части зала снова прозвучал смех – знакомый смех. А рядом с Бойсом, когда он уже видел летящий прямо ему в глаза конец бича, послышался мягкий и быстрый топот бегущих ног.

Что-то молниеносно пронеслось мимо его лица. Бойс напрягся, готовясь к удару. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять: бич не достиг цели. Ошеломленно отступив вправо, он уставился на противоположную стену, откуда донесся металлический лязг.

На полу перед ним лежали две половины бича. Длинный кинжал, ярко сверкая в свете лампы, зазвенел на каменных плитах и замер. Тот самый кинжал, который промелькнул перед его глазами, разрубив бич.

Повернув голову, он увидел рядом молодого человека в кольчуге, со вторым кинжалом в руке.

– Дай мне этот кинжал, – властно сказал юноша Бойсу. – Я проткну им первого же, кто вздумает пошевелиться.

Бойс машинально нагнулся и поднял клинок, спасший ему жизнь. Не сводя взгляда с толпы, юноша протянул руку. Кинжал, казалось, сам прыгнул ему в ладонь. Затем юноша кивнул головой в шляпе с пером на ближайшую стену.

– Иди первым, – сказал он. – Быстрее! На улицу!

Все еще слишком ошеломленный, чтобы задавать вопросы, Бойс скользнул мимо него вдоль стены к другой двери. Юноша пятился, выставив перед собой клинки. Его гибкая фигура выглядела не менее грозно, чем кинжалы. Бойсу показалось, что парень смеется, хотя и не мог видеть его лица.

Он на миг остановился в дверном проеме и окинул взглядом зал. Кинжалы слегка подрагивали на ярком свету; разъяренные люди злобно наклонились вперед, но никто не осмеливался первым двинуться с места. Их глаза сверкали красным в свете покачивающейся лампы.

Парень громко расхохотался и пнул стол, чтобы опрокинуть его на стоящих позади. Бойс, которому передалось радостное возбуждение юноши, ожил и ударом меча перерубил цепь, удерживавшую лампу.

Та с грохотом обрушилась на падающий стол. С беспорядочным звоном разлетелись музыкальные фишки. Свет резко мигнул и погас, темнота поглотила зал и разъяренные лица.

– Хорошая работа, – рассмеялся за спиной Бойса молодой человек.

Рядом хлопнула дверь, парень крикнул: «Беги сюда!» – и рука, державшая кинжал, подтолкнула Бойса в спину.

Они бежали в кромешной тьме по гулкому коридору. Вдогонку сквозь закрытую дверь летел негодующий рев. Потом Бойс увидел впереди свет и понял, что они направляются к подземному причалу, обочь которого плескалась черная вода. В то же мгновение дверь распахнулась, и крики преследователей зазвучали громче, отдаваясь эхом от стен коридора.

– Там лодка, – сказал спутник. – В конце причала, быстрее!

Они побежали, грохоча по доскам. Кто-то дико завопил позади за спиной, и возле уха Бойса раздался короткий свист. В доску настила перед беглецами вонзилась стрела, дрожа оперением.

Преследователи уже неслись по причалу, темное подземелье полнилось стуком тяжелых сапог и воплями разъяренных людей. Снова мимо пролетела стрела. Бойс оглянулся.

Первым бежал рыжий, пурпурная мантия развевалась у него за спиной. Он держал обрубок своего бича – довольно внушительное оружие. Остальные топали беспорядочной толпой; мелькали в свете висящих над причалом фонарей клинки.

Бойс снова расслышал в общем гомоне знакомый смех. Будь у него время, он снова попытался бы вспомнить девушку в короне, чье имя теперь знал после долгого забвения. Нет, позже, позже – не сейчас.

Его спутник стоял на коленях в конце причала, отвязывал лодку. Он поднял взгляд на тяжело дышавшего Бойса.

– Быстрее! Мы еще успеем!.. – Взгляд переместился в сторону, и юноша отрывисто предупредил, взвиваясь на ноги: – Осторожно! Сзади!

Бойс резко развернулся кругом. Рыжий остановился в нескольких шагах от него и замахнулся бичом. Хоть тот и укоротился, расстояние было слишком малым для промаха. Бойс припал на колено, услышал, как бич свистнул над головой, и ринулся вперед, чтобы со всей силы обрушиться на коренастого противника.

Он ударил рыжего плечом в грудь, услышал болезненный вопль и не удержался на ногах. Все произошло слишком быстро. Пока рыжий катился по причалу, Бойс успел подняться.

Подхватывая меч, оброненный при столкновении, он увидел промелькнувшие мимо ноги спутника в красных сапогах: тот подскочил к упавшему, пнул его в лицо, а следующим точным пинком отправил корчащееся тело в черную воду.

Бойс спустился по короткой лесенке в лодку, едва успев ускользнуть от преследователей. Снова мелькнули красные сапоги и серебристая кольчуга, и парень прыгнул в лодку рядом с ним. Одним ударом Бойс перерубил веревку, удерживавшую лодку у причала.

Тотчас он ощутил резкий рывок, и причал волшебным образом скрылся из виду за кормой. Лодка была маленькая, с низкими бортами и черная, как вода, так что со стороны могло показаться, будто люди просто скользят по подземной реке.

Какая бы сила ни приводила лодку в движение, Бойс не видел ее источника. Ни звук, ни вибрация не говорили о присутствии мотора. Бойс предположил, что здесь работает некий неизвестный закон науки, которую описывал Танкред, – науки столь чуждой для человека, что ее с тем же успехом можно называть магией.

Еще несколько стрел отправилось вдогонку за лодкой, но все они упали в воду. Вскоре скрылись из виду фонари, движение продолжалось в полной темноте и тишине.

Чувствуя слабость во всем теле и изрядную растерянность из-за случившегося, Бойс откинулся назад и тяжело вздохнул.

– Ладно, – сказал он, – что дальше?

На фоне слабо мерцающей воды он видел смутные контуры шляпы, головы и плеч молодого человека, который непонятно как правил лодкой. Тот тихо рассмеялся в темноте. И этот смех не внушал оптимизма.

– Погоди, увидишь, – сказал юноша.

Глава 10. Она – но не та

Впереди забрезжил дневной свет – серые полусумерки, постоянно висевшие над этой перемещающейся землей. Лодка вплыла под арку, и у Бойса перехватило дыхание при виде круглой многоэтажной башни со стенами, выложенными сверкающим хрусталем. Башня возвышалась в самом центре похожего на широкий ров озера.