Чудеса по будням. Скидки пенсионерам, или история одной вредной ведьмы

Глава 1. Чудеса по будням. Скидки пенсионерам

Чудеса по будням. Скидки пенсионерам

Глава 1. Ведьма просто хотела сварить супчик

- Ну что ж, Мурлыка, сегодня мы будем готовить супчик. Да‑да. Не делай такие глаза.

- Муррр.

- Ну ладно, не супчик, а зелье. Не закатывай глаза!

- Мяув.

- Я ненавижу их готовить, но заказ, ммм, закачаешься. Клиентка - такая утончённая дама, вся в кружевах и с веером, а просит: «Сделайте мне что‑нибудь, чтобы совесть проснулась и сразу начала меня грызть». Ну я и подумала: «О, это по моей части!»

- Мяу?

- Ох, это привычка говорить с котом, мебелью и вещами не доведёт меня до добра, конечно. Но так и вправду легче творить. Я бы пела. Но у меня нет голоса, вот слух, зараза такая, есть. Стоит только запеть, как соседский петух начинает возмущённо кукарекать, будто я ему по ушам хожу.

- Муррр, мяяяу!

- О, милый, я тут недавно была на мероприятии. В общественном месте. И вот такая сволочь… это я про себя, конечно. Я сказала одной девушке «вредина», в шутливой форме, отвечая на её провокационный вопрос о моём возрасте.

- РРРР.

- Да‑да, пушистик. Она посмела сказать, что я уже старая. Но больше всего меня удивила реакция людей. Они так возмутились! Стояли, как статуи, только глазами моргали. Я прямо чувствовала, как воздух густеет от их «Как можно!» и «Что за манеры!». Я даже ладонями воздух как будто сгребла и ссыпала всё это в карман фартука. Ммм. Я собрала их эмоции «Негодования» и «Пуританского воспитания, и добавлю в свой супчик под названием «Пробуждение совести».

- Мяу, муя?

- Какие ещё эмоции? Нууу, наверно, сначала возьмём чуть пепла «Горя», он у меня в баночке с подписью «Только для особых случаев». И чуть сажи «Невзгод», её я собирала в тот день, когда улетела любимая метла. А какие эмоции тут летают… Ммм, закачаешься. Чуточку «Потерянности» - это я сама, когда не могу найти второй носок. И капельку слёз. В смысле, чьих слёз? Твоих, конечно!

- А ну стой, кошак!!!

- Блиннннн. Из‑за тебя ударилась!

- Муаухах! (по‑кошачьи смеётся).

- Да, знаю я, что у меня проблемы с вестибуляркой. О! Точняк. И её добавим. Напишу на этикетке: «Капля неустойчивости - для пикантности».

- Ну вот, всё добавили. Начинаем творить.

- Муу, муу?

- Ставим котелок на печь. Да горит огонь. Горит? В смысле, самой печь топить? Блииин… Я же вечно забываю, что сначала надо дрова подложить, а потом уже колдовать.

- Наливаем винишка. Красненького. Мама сама делала из собственного винограда, что растёт у неё во дворе. Теперь ждём, когда закипит.

Прошло 30 минут

- Мяяя!!!!!

- Ой, бегу, бегу. Представляешь, забыла, что зелье на печь поставила.

- Мряу!

- О, закипел! Ну что, кидаем листья «Удачи», лепестки «Победы», стебелёк «Счастья». Чуть помешиваем серебряной ложечкой по часовой стрелке. Слушай, кот, а часовая, это же направо?

- Мяхаха!

- Не смешно! Я всегда путаюсь. То налево мешаю, то направо, а потом зелье начинает шептать мне странные советы. В прошлый раз оно мне сказало: «Купи три килограмма соли и спрячь под кроватью». Я послушалась. Теперь у меня под кроватью три килограмма соли. Зачем - не знаю, но чувствую себя подготовленной к любым апокалипсисам.

- Так, закипело. О, какой божественный запах! Как будто кто‑то одновременно жарил блины, читал грустные стихи и вспоминал детство. Добавляем пепла «Горя» и сажи «Невзгод». И в противоположную сторону мешаем, но деревянной ложечкой. Ждём, когда всё растворится и смешается.

Спустя пять минут

- Ооо, гляди! Пузырики фиолетовые поперли. Теперь все собранные эмоции кидаем в любом порядке.

- МЯУ!!!!

- Да не бойся, сейчас туман и пар уляжется, и мы всё снова увидим. Главное продолжать мешать потихоньку, не тормозить. Кстати, такой насыщенный розовый цвет тебе идёт. Ты теперь как модный единорог, только без рога.

- Мряууууу.

- Не царапайся, зараза. Пройдёт всё. Пройдёт. Сейчас в баньке попаришься и пройдёт. Или хотя бы посидишь на подоконнике, где ветер выдует лишнюю магию.

- Мяув, уввв!

- Да не плачь ты. Вот у меня волосы розовые, я же не плачу. Ну, почти не плачу. Только когда вижу, как они отражаются в зеркале и напоминают мне о том, что я хотела просто заварить чай, а не устраивать алхимическую катастрофу.

- А теперь главные ингредиенты. Их я собрала у себя, чуть‑чуть у детей. Да, много Любви, Веры и Надежды. Мешаем всё серебряной ложечкой. И добавляем мой любимый камешек «Гранит». Ну а что? Камень? Камень. Он мне с детства нравится. К тому же он тяжёлый, чтобы зелье не вздумало сбежать из котелка.

- Муррр?

- Всё, готово. Сейчас быстро остынет.

- Мурр, мяу?

- Кому варила? Да себе. Мне говорят, надо и совесть пробудить, и вежливей стать.

- МЯУ?

- Пить? Это? Нет, конечно. Не буду. Мне и так хорошо живётся. К тому же, если я стану слишком вежливой, кто будет пугать почтальона своим взглядом? Кто будет спорить с ветром, когда он сдувает шляпу? Кто будет ворчать на луну, когда она светит слишком ярко?

- МРЯУ?

- Зачем готовила? Дак скучно стало. Да и отдохнуть надо было. А сейчас по баночкам закатаем и будем всех гостей вином этим угощать. Ха‑ха‑ха! (демонический смех). Хотя… может, просто подпишу баночки «Секретный ингредиент для борща» и поставлю на полку. Пусть думают, что я серьёзная хозяйка.

Мурлыка посмотрел на неё с таким выражением, будто хотел сказать: «Ты безнадёжна», но вместо этого просто улёгся на край стола, свернулся клубочком и прикрыл нос лапой, будто пытался спрятаться от грядущих приключений.

Ведьма вздохнула, улыбнулась и тихо пробормотала:

- Ладно, ладно. В следующий раз будем печь пироги. С яблоками. Без магии. Наверное…

Но в глубине души она уже знала: без магии не получится. Потому что магия у неё была не в зельях, а в том, как она умудрялась делать каждый день маленьким чудом, даже если это чудо пахло гарью, вином и кошачьей иронией.

Глава 2. Ведьма все таки пробудила свою совесть

Ведьма отошла от котелка, потянулась, зевнула, и машинально зачерпнула деревянной ложкой ещё тёплую смесь.

- Ммм, а пахнет-то неплохо… как будто лето в банке, только с дымком.

И одним глотком выпила.

Секунду ничего не происходило. Потом её глаза расширились, будто она впервые увидела мир. Потом сузились, будто мир ей этот внезапно очень не понравился. А потом в них вспыхнуло что-то новое, то самое, против чего она всю жизнь боролась: совесть.

Она резко выпрямилась, схватилась за грудь, будто там что-то зашевелилось, и выдохнула:

- Мурлыка… кажется, я только что сделала глупость. Большую. Очень большую.

Мурлыка молча смотрел на неё. И в его взгляде читалось: «Я же мяукал, я предупреждал».

Ведьма закрыла лицо ладонями, потом резко опустила их и уставилась на кота так, будто он был главным судьёй Вселенной.

- Прости, Мурлыка! Прости за все те разы, когда я называла тебя «заразой», хотя ты просто хотел есть! Прости, что стаскивала одеяло, когда ты на нём спал! Прости, что в прошлом месяце спрятала твою любимую мышку, я думала, ты её потерял, а оказалось, я сама её переложила в банку с сушёными травами! Прости, прости, прости!

И тут же, не дожидаясь ответа, она начала складывать извинения в стихи, будто совесть требовала не просто слов, а рифмы, чтобы было серьёзнее:

-Прости, мой кот, за все обиды,

За то, что ворчала без причины.

Ты - лучший друг, а я - беда,

Но сердце шепчет: «Никогда

Так больше не поступай!» Клянусь!

А если солгу - пусть рухнет печь,

И Лешик скажет: «Ну всё, конец…»

Мурлыка моргнул. Потом медленно, демонстративно отвернулся и принялся вылизывать лапу, мол, «я принимаю извинения, но доверие надо заслужить».

Ведьма не заметила намёка. Совесть уже толкала её дальше.

Она выскочила во двор, где на заборе сидел соседский петух - тот самый, что каждое утро устраивал ей персональный концерт.

- Прости, Петя, прости, петушок!

Что злилась я на твой голосок.

Ты будишь солнце, ты будишь день,

А я ворчала: «Уйди, не лень?!»

Прости за все «заткнись» и «тише»,

Теперь я знаю: ты - мой лучший!

Петух замер с открытым клювом, будто пытался осознать, что происходит, потом нервно кудахтнул и улетел на крышу, оглядываясь через крыло.

Ведьма пошла дальше. У колодца стояла старая бадья, которая всегда скрипела, когда ведьма набирала воду, и ведьма всегда ворчала на неё.

- Прости, бадья, за все упрёки,

За «ну чего ты скрипишь, жестокая!»

Ты честно служишь, ты честно ждёшь,

А я бурчала и шла вперёд.

Прости, родная, не буду злиться,

Клянусь, отныне буду мириться!

Бадья в ответ скрипнула, будто вздохнула: «Ладно, прощаю. Но ты всё равно не лей воду мимо ведра».

Потом ведьма дошла до яблони, которая каждый год сбрасывала яблоки прямо на её любимую шляпу.

- Прости, яблоня, за все слова,

Что я кричала: «Да чтоб ты пропала!»

Ты просто дерево, ты просто растёшь,

А я кричала и шла вперёд.

Пусть падают яблоки мне на шляпу,

Я буду рада — вот это правда!

Яблоня в ответ уронила яблоко. Прямо на ту самую шляпу. Ведьма посмотрела на него, вздохнула и пробормотала:

- Ну, хоть честно…

А потом она дошла до калитки, где сидела старушка Марфа, соседка, с которой ведьма уже пять лет не разговаривала после спора про компост.

- Прости, Марфа, за все слова,

Что были резкими, как дрова.

Не в компосте счастье, не в земле,

А в добром слове, в тепле, в добре.

Прости, что спорила, не слушала,

Теперь мне стыдно - вот что я чувствую!

Марфа смотрела на неё во все глаза, потом медленно сняла очки, протёрла, снова надела и сказала:

-Ты что, ведьма, заболела?

Ведьма схватилась за голову:

- Хуже! Я совесть пробудила! И теперь она требует, чтобы я извинялась… в стихах!

- В стихах? — переспросила Марфа. — Ну, тогда ладно. Стихи я уважаю. Хоть и странные.

Но тут совесть подсказала ведьме ещё одну мысль, и она выпалила:

- И прости, Марфа, что я в прошлом году сказала, будто твой компост годится только для отпугивания кротов! Это было жестоко! Прости!

Марфа хмыкнула, но в глазах мелькнуло что-то тёплое:

- Ладно, проехали. Зато теперь хоть знаешь, что кроты у меня не водятся.

Ведьма кивнула, будто это было величайшим комплиментом, и побрела обратно к дому, бормоча:

- Кажется, я всех обидела… извинениями. Потому что извиняться в стихах, это как посыпать рану сахаром: вроде и сладко, а всё равно щиплет.

Мурлыка ждал её на пороге.

- Ну что, — сказала ведьма, опускаясь рядом с ним на крыльцо. — Кажется, совесть проснулась. И теперь она хочет, чтобы я была хорошей. Но я не уверена, что умею.

Мурлыка тихо мяукнул и положил голову ей на колено.

- Спасибо, — прошептала она. — Хоть ты не требуешь стихов.

И в этот момент она вдруг поняла: быть хорошей, это не обязательно говорить правильные слова. Иногда это просто сидеть рядом с тем, кто тебя понимает. Даже если ты только что извинилась перед бадьёй и яблоней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.