Дорога в тупик (трилогия). Часть 2

Глава 14

1

1971 год

Июнь. День плавно перетекает в вечер. Со всех сторон в окрестностях теплоэлектроцентрали и прилегающих территорий доносятся скрежет лопат по металлу, шуршание насыпи, чуть реже – громкие выкрики. Работа идёт полным ходом.

Трудящимся на станции в жаркий летний день мало кто мог позавидовать. Стекающий градом пот, мозоли на пальцах, горящие лица и уставшие руки; но прекращать ещё рано, иначе – простой.

– Мальчики, поднапрягитесь! Осталось совсем немного.

Состав с углём прибыл на разгрузочный пункт ещё до полудни. Лишь малая часть высыпалась в открытый склад после вскрытия вагонных замков, всё остальное приходилось выгребать руками. Эту непростую работу доверяли воспитанникам детского дома – приучали к труду с самого раннего возраста.

Ребяческая болтовня прекратилась уже на втором часу выгрузки. Мальчики сосредоточенно работали лопатами, изредка поднимая головы, чтобы осмотреть огромные груды угля вокруг. Каждый знал: к ужину не позовут, пока работа не будет окончена. Не все поспевали. Не все отдохнули, когда объявляли долгожданный перерыв.

В те дни, когда прибывает много топлива, мальчишки валятся от усталости. Болят руки, ноги, шеи, спины, плечи, кисти, стопы, гудит в голове и в ушах. Тогда кажется, будто вагоны бесконечных размеров, а уголь ни за что в жизни не кончится. Трудиться в жару хуже всего, а сегодня, как назло, выдался один из самых солнечных дней в году.

Чтобы помочь ребятам, воспитательница Валентина Викторовна тоже бралась за лопату, но после четвёртого подхода даже она выдохлась и стояла в сторонке, изредка выкрикивая слова поддержки.

Мимо пролетела горстка угля, которую один из ребят случайно метнул в сторону своего товарища.

– Эй!

– Прости, я случайно.

– Повернись боком, – посоветовал он.

Мальчик развернулся и оказался лицом к Валентине Викторовне. Она сразу заметила его измученный взгляд и подняла кверху сжатый кулак – мол, крепись. Тот вздохнул и продолжил орудовать лопатой.

Минут через десять к воспитательнице подошёл бригадир, после чего Валентина Викторовна взяла рупор, и по всей площадке раздалось:

– Внимание! Нужно доставить сто кило угля в главный корпус. Поднимите руки, кто готов?

Переглянувшись со своим товарищем, в которого чуть не угодил уголь, мальчик одним из первых вскинул руку. Второй тоже изъявил готовность – уж очень хотелось отдохнуть от всеобщего шума и переброситься с другом парой слов, а в районе главного корпуса под вечер почти никого не бывает. Но желающих хоть ненадолго бросить лопату оказалось гораздо больше.

– Два человека, – добавила Валентина Викторовна, оглядев букет поднятых рук.

Дела плохи. Чтобы победить в этой конкуренции, нужно поймать удачу за хвост. Тем временем бригадир ухмыльнулся и исподлобья осмотрел вызвавшихся.

– Провожать вас некому, нужно тех, кто знает, как идти.

Оба товарища, услышав это, радостно заулыбались – они не единожды посещали главный корпус как во время работы, так и несанкционированных прогулок по территории ТЭЦ2, о которых лучше умолчать, но Валентина Викторовна знала об их проказах и сразу сделала выбор.

– Андрей и Вова там были, сориентируются, – сказала она.

– Хорошо. В таком случае, приступайте.

Андрей оглянулся на остальных друзей, которые на мгновение остановились, отвлечённые заявлением Валентины Викторовны. Сочувственный обмен взглядами: все очень устали, а одежда целиком пропиталась потом. Благо, остался всего один вагон.

– Две тележки, набирайте, – приказал бригадир, когда они с Вовой подошли получать распоряжения.

Чисто символически отряхнув руки – счистить чёрную сажу до конца не получится – ребята снова подняли лопаты и побрели к противоположному концу склада, где расположены тележки. Идти было тяжело, уголь доставал до самой щиколотки, и оба чуть не пожалели, что вызвались. Но тележки оказались ближе, чем они думали. Молча заполнив кузов, затем второй, Андрей и Вова бросили свои лопаты и принялись катить тележки к подъёму с широким уклоном – благо, его уже расчистили.

– Как думаешь, когда мы вернёмся, закончат? – подал голос Андрей минут через пять, когда они уже шли вдоль эстакады технологических трубопроводов. Осталось миновать котельные и турбинные цеха – большие строения, соединённые друг с другом, и сразу после них окажется главный корпус.

Вова пожал плечами.

– Надеюсь. Я не уверен, но в вагонах, вроде бы, осталось немного.

– Ну и денёк! Мне этот уголь неделями будет сниться.

Больше они не проронили ни слова. У главного корпуса их уже поджидал один из сотрудников ТЭЦ.

– Опрокидывайте. Тележки обратно, – скомандовал он и удалился, убедившись, что мальчики сделали как надо. Для Андрея и Вовы настала самая приятная часть – пешая прогулка порожняком. Ребята заметно сбавили ход, не желая более брать в руки тяжёлые лопаты и выгребать уголь. А чем раньше они возвратятся к открытому складу, тем больше копать.

Позволив своим хрупким телам на время забыть, что такое тяжесть, мальчики осознали, насколько сильно у них болят туловища, конечности и всё, что внутри. Не было сил даже на разговор, и Андрей с Вовой крайне медленно плелись обратно, с трудом переставляя тяжёлые ноги и совершенно не представляя, как они смогут вернуться к работе. Главный корпус плавно переходил в цеха и оставался позади, с правой стороны; с левой тянулись другие технологические помещения. Сюда ребята залезали нечасто – в этих зданиях полно народу. Однако на этот раз в окнах никого видно не было.

– Даже они закончили, – горько усмехнулся Вова.

– А вот представь, сейчас придём – и звонок?

– А если нет?

Оптимизм Андрея был сломлен. Они с Вовой прошли ещё несколько метров, пока один из них не увидел чьи-то фигуры в одном из помещений слева.

– А нет, здесь ещё кто-то трудится.

В окне, сквозь многочисленные переплетения труб, можно было разглядеть двух мужчин.

– Всего двое? Это не считается.

Ребята привыкли разгуливать по ТЭЦ безо всякого разрешения, поэтому когда один из мужчин в окне повернулся к ним лицом, они машинально присели на корточки, позабыв о том, что имеют полное право находиться здесь согласно приказу бригадира. Эта привычка выдавала в них любителей бродить по запрещённым местам.

– Он нас не заметил? – зашептал Андрей.

– Вроде бы нет. Слушай, мы же уголь привозили…

– А он знает?

– Какая разница? Спросит – скажем. Вставай давай.

– Нет, подожди. У меня предчувствие.

Андрей бесшумно опустил свою тележку на землю, не сводя глаз с окна.

– Он что-то ищет! – сообщил мальчик через несколько секунд.

– Откуда тебе знать? – не поверил Вова. – Отсюда не видно ничего.

– Я же говорю: предчувствие. Давай посмотрим?

– Ты что? Так нас точно накажут.

– Эх ты, трусишка! Не хочешь смотреть – я сам посмотрю.

Не разгибая коленей, Андрей подполз почти к самому фасаду постройки и осторожно начал выпрямляться. Вова остался на месте: боялся и подойти к другу, и убежать от него.

– Что там? – тихо спросил он. Андрей, не отвлекаясь от просмотра, выставил назад указательный палец в немой просьбе замолчать и подождать.

Вскоре любопытство взяло своё. Перебирая ногами на корточках, Вова двинулся к своему товарищу, по дороге оглядываясь, нет ли кого поблизости. Тем временем Андрей застыл в нелепой позе перед стеклом – его макушка и глаза торчали над нижней рамой.

– Что там, что там? – не унимался Вова.

Андрей уже не слушал его, погрузившись в происходящее внутри. Прямо у него на глазах из пола поднялась какая-то прямоугольная штука, и два сотрудника ТЭЦ как ни в чём не бывало сползли вниз, окончательно скрывшись в подземном портале. Крышка захлопнулась, в помещении никого не осталось.

Вова снова принялся оборачиваться, страшась оказаться замеченным, но его друга это совершенно не пугало. Он словно забыл про страх, напряжённо вглядываясь внутрь: удастся ли увидеть что-то ещё?

– Андрей, что там? – уже не в состоянии сдерживаться, Вова тоже поднялся на ноги и подошёл ближе.

– Ты бы видел это… – в изумлении выдал Андрей, когда друг постучал ему по плечу.

– Что? Что это было?

В этот миг со стороны главного корпуса послышались громкие звуки. Пора возвращаться. Если узнают, что ребята прогуливались вместо работы, то в лучшем случае объявят выговор, в худшем…

– Пойдём назад, скорее.

Вова схватил Андрея за руку и со всех сил потянул обратно на дорогу, к опрокинутым тележкам.

Полпервого ночи. Зажжённые фонари, несколько горящих окон в доме напротив и светло-серые облака наверху. Динна всегда запрокидывала голову, когда выходила из дома – любила проверять, какое сегодня небо.

Она старалась идти по освещённым местам и не сворачивать во мрачные закоулки; хоть оружие всегда было при ней, она предпочитала увидеть противника до того, как он нападёт – не хотелось подвергать себя лишнему риску.

По дороге до места назначения ей встретилось не так много людей: один приезжий, о чём можно было судить по весьма характерной внешности, компания гуляющих подростков с бутылками спиртного и несколько таксистов, которые внаглую рассматривали проходящую мимо девушку сквозь тонированные стёкла своих автомобилей. Динна в очередной раз убедилась, что бродить ночью по Москве без сопровождающих очень опасно.

Благо путь оказался недолгим. Впереди на стене панельного дома засветилась синяя вывеска «Продукты 24». Возле дверей стоял долговязый парень с рюкзаком и курил сигарету, прислонившись к фасаду здания. Он обратил внимание на девушку, только когда она очутилась в метре от него.

– Вань, привет, – поздоровалась Динна.

– Здравствуй, – кивнул он.

– Давно стоишь?

Иван мотнул головой и потушил сигарету. В желтоватом отблеске дорожного фонаря высветилось его уставшее лицо; несколько часов назад он выглядел гораздо лучше.

– Не успел поспать?

– Куда там. С такими новостями не уснёшь.

– Прости меня, Вань.

– Ты-то здесь причём? – не понял Устинченко.

– У тебя вторая бессонная ночь из-за моего звонка.

– Всё в порядке. Срочное дело, я понимаю.

Они простояли у магазина ещё две с лишним минуты, и когда Динна полезла свериться с часами, на крайнюю правую полосу автомобильной дороги въехала машина и затормозила перед ними, мигнув аварийным сигналом.

– Пойдём, – Иван двинулся к автомобилю. Девушка поспешила за ним – теперь, когда все в сборе, нужно поторопиться.

Даниил Вернер разблокировал двери, впуская своих коллег. Иван и Динна шустро разместились спереди и сзади, дверцы захлопнулись, и водитель сразу же надавил на газ, из-за чего девушка чуть не стукнулась лбом о спинку кресла Ивана.

– Всё в порядке? – осведомился он.

Она кивнула. Вернер стремительно набирал скорость, а затем машина пошла плавным ходом, и Динна смогла снять свой рюкзак.

– По навигатору тридцать одна минута, но я ускорюсь до двадцати. Советую вам обоим пристегнуться, – предупредил Даниил, пролетая на мигающий зелёный.

Защёлкнув свой ремень, Иван произнёс:

– Давайте ещё раз повторим, что мы имеем. По заброшенным рельсам рядом со школой проехал поезд, и нам нужно поймать эспеса3, который это сделал?

– Всё верно, и ещё эта дорога ведёт в тупик, – добавила девушка – А поезд мчал на полной скорости, судя по звуку.

– Есть подозреваемые? – спросил Вернер.

– Да, эспес из этой школы.

– Что он умеет?

– Она, – поправила Динна, схватившись обеими руками за спинки сидений Вани и Дани перед крутым поворотом. – Выявлены телепатические способности, может быть, телекинез4. Работает учительницей истории, сейчас её местонахождение неизвестно. Ранее демонстрировала чтение мыслей, всё остальное – пока загадка.

– Почему именно она? Она единственный эспес в школе?

– Да, не считая моей сестры. И её посреди ночи нет в здании, это настораживает.

– Вань, пробивал по базе эспесов? – сразу поинтересовался Вернер. – Какая на неё информация?

– Не пробивал, – ответила за него Динна, – учительница непосвящённая5, у нас ничего на неё нет.

– Значит, она скрывается? – спросил Даниил, резво обгоняя легковушку в их полосе.

– Определённо. Корнелия учится у неё почти два года, а вычислила только прошлым утром.

– Ловко прячется, – сказал Иван. – И она в курсе, что твоя сестра её рассекретила?

– Вряд ли. Корнелия аккуратна в подобных вещах.

– Это хорошо. Если учительница сбежала из школы, сдвинула целый состав и на большой скорости отправила его в тупик, страшно представить, что она может сделать со старшеклассницей.

Динна прикусила губу, стараясь не думать о том, что Корнелии грозит опасность. Сестра, конечно, может за себя постоять, но эта мысль успокаивала не всегда успокаивала. Вернер тоже напрягся. Идея ловить эспеса втроём его сильно тревожила: согласно правилам безопасности одного эспеса должны задерживать не менее пяти полицейских, но все их коллеги из отдела брошены на расследование ограбления Центробанка, и лишь они втроём способны взяться за дело. Поэтому, когда позвонила Динна, никто не смог ей отказать.

«Мы справимся сами», – уверенно заявила девушка по телефону, и Вернеру пришлось согласиться.

– У нас с Даней оружие осталось на работе. Будем брать её голыми руками и надеяться, что она не метнёт в нас что-нибудь тяжёлое?

Ещё один крутой поворот. При входе в него Даниил резко затормозил, и всех отбросило вправо. Когда он выровнял машину и начал ускоряться, Динна ответила:

– У меня всё есть. Но я попрошу вас стрелять только в самом крайнем случае.

Использовать личное оружие при задержании запрещено протоколом и в целом небезопасно – оперативники хорошо это понимали. Если Ваня или Даня промахнутся при выстреле и нанесут субъекту сильные телесные повреждения, они пойдут под суд, а Динна уж и подавно. Разглядев в зеркале обеспокоенные лица напарников, девушка произнесла:

– Давайте так. Я понимаю, что это нарушение, но сейчас у нас нет другой возможности. Мы едем не из офиса, в нерабочее время, у нас просто нет выбора. Я всё ещё считаю, что наличие оружия может спасти жизнь; поэтому лучше, чтобы пистолеты были при каждом из вас. Уговор такой: если я рядом, вы не стреляете. Вы можете достать оружие, но спускать курок в первую очередь буду я.

– Думаю, это разумно, – согласился Иван после недолгой паузы. Даниил нехотя кивнул – у него уже не было выбора.

Динна расстегнула молнию рюкзака и вытащила оттуда два пистолета.

– У тебя не дом, а целый оружейный склад.

– Так и есть.

Привычный металлический скрежет – девушка вынула магазины.

– В каждый загружу по восемь патронов. Холостых у меня нет, будьте осторожны.

Даня на мгновение поднял глаза на зеркало заднего вида, где орудовали ловкие руки напарницы, а затем снова переключился на дорогу.

– Зачем эспесу поезд? Что ваша учительница могла с ним сделать? – спросил Иван.

– Самый простой вариант – убийство, – ответил Вернер. – Если поезд на большой скорости войдёт в тупик…

– …в школе бы такой грохот точно услышали, – перебила его Динна. – А Корнелия не слышала ничего, как будто рельсы там продолжались.

– Всё равно это нельзя исключать. Как бы эспес такое ни провернул, мы должны проверить школу в первую очередь, – настаивал Даниил.

– Я согласна, но сейчас ночь, все спят. Без веских оснований будить всех и устраивать переполох просто неразумно.

– А спроси у Корнелии, вдруг она знает, кого сейчас нет? – предложил Устинченко. – Может, её соседка по комнате ушла или что-то такое. Если она вышла вместе с учительницей, значит, мы ловим потенциального убийцу.

– Сейчас, – Динна привычным движением вставила заряженные магазины в корпус оружия и передала два пистолета Ивану. Затем взяла в руки телефон.

– Это как-то глупо – убивать на виду у всех, рядом со школой, – прокомментировала она, набирая сообщение.

– Вот именно – рядом! Ей не нужно далеко ходить, чтобы подстроить самоубийство ученика, – сказал Вернер, проскакивая перекрёсток на жёлтый сигнал светофора. – Ведь на учительницу никто не подумает. А если она владеет гипнозом, то ребёнок, получается, всё сделал сам, и ничего не докажешь.

– Вот ещё что неясно: ветка снята с электрификации. Если эспес разогнала поезд взглядом, тут вся школа в опасности.

– Нам определённо стоило взять кого-то ещё, – с сожалением вздохнул Иван.

– Я свяжусь с офисом сразу, как пойму сложность этого дела. Пока тревожить кого-либо без причины не имеет смысла.

Вернер вырулил на эстакаду и разогнался сильнее. Ваня схватился за небольшую ручку-поручень для пассажиров.

– Нам нужно осмотреть тупик, не так ли?

– Верно. Если не сворачивать в школу и ехать по трассе, мы окажемся у тупика. Правда, придётся немного пройти через лес.

Устинченко тоже достал телефон и открыл карту.

– Думаешь, она там?

– Вполне может быть.

– А если мы не угадали?

Динна посмотрела на загоревшийся экран, где светилось сообщение от Корнелии:

«Нет Гоши Никифорова. 11 класс, лучший ученик школы».

– О, господи. Отсутствует отличник из одиннадцатого.

Иван нахмурился.

– Вот чёрт, неужели она убийца?

– Это что-то странное, – сказала Динна. – Чем он мог навредить учительнице?

– Пока не поймаем – не узнаем, – сказал Даниил и увеличил скорость ещё на десять километров в час.

«Он ушёл вместе с Валерией Владимировной?»

«Нет, он уходил с друзьями и не вернулся. Друзья здесь».

– Мы всё ещё едем в тупик? – спросил Вернер.

– Не знаю, – задумался Устинченко. – Если она загипнотизировала и разогнала поезд, ей нет никакого смысла находиться на месте крушения.

– Но она должна быть в непосредственной близости, – проговорила Динна, – иначе как ей удалось воспользоваться телекинезом?

– И откуда она взяла целый поезд?

– Кстати! Рядом со школой есть депо? – поинтересовался Иван.

Девушка напряглась, вспоминая это место.

– Депо вроде нет. Но между станциями Красный Октябрь и конечной Вельино есть открытая стоянка. Там все поезда старые, они не двигались лет двадцать.

– В каком они состоянии, не так важно, если эспес сильный. Она могла бы привести в движение как минимум локомотив.

– Она могла находиться на этой стоянке и управлять оттуда. Корнелия не знает, какой именно был поезд? – спросил Иван, пытаясь отыскать в картах то место, про которое говорила Динна.

– Нет. Корни только слышала его, не видела.

«Ты ведь не знаешь, когда ушла ВВ?»

– Я думаю, эспесу незачем пригонять состав издалека. Она явно взяла тот, что ближе, и находилась в каком-то месте на рельсах, – сказал Иван.

– Согласен, – кивнул Вернер.

– Вот здесь? – Устинченко снова обернулся к девушке и указал на экран смартфона. На карте значились станции Вельино, Красный Октябрь и ряд железнодорожных путей между ними.

– Да, оно.

– Тогда делимся и осматриваем тупик и эту стоянку, – распорядился Даниил. – Твоя сестра сможет доложить, если учительница вернётся в школу?

«Нет. Я не сплю, слежу за главным входом».

– Конечно, она сразу позвонит.

– Отлично. По навигатору ещё пятнадцать минут. Я еду быстрее, через десять минут максимум прибудем.

– К стоянке можно выйти раньше, – предупредила Динна. – На этом шоссе будет эстакада под железной дорогой, вот там можно спуститься и идти по рельсам. Как поделимся?

– Я выйду перед эстакадой, – сказал Даниил. – Вы вдвоём берите машину и езжайте в тупик.

– У тебя есть карта? – осведомилась Динна.

– В телефоне. Думаю, разберусь.

– Я взяла рации, – девушка достала из рюкзака три аппарата. – Работают исправно, мы должны быть на связи. Вы знаете, как выглядит та, кого мы ищем?

– Ты же присылала фото.

– Демчук Валерия Владимировна, рост около метра семидесяти, телосложение стройное, волосы прямые русые, средней длины. Накануне Корнелия видела её в тёмно-коричневой куртке, джинсах и полусапожках.

Яркие полосы уличных фонарей по бокам от пролетающей мимо машины оборвались. Даниил въехал в тёмный участок и включил дальний свет. Искусно петляя по изгибам дороги, он быстро вырвался из лесной части, попадая в промзону; оттуда снова в неосвещённые километры деревьев, затем в какой-то жилой район с длинными и грязными пятиэтажками.

– Медленнее, – попросила Динна.

И неспроста: за поворотом шоссе уходило вдаль и тянулось наверх.

– Эстакада. Подъезжай к самому началу, там есть спуск вниз.

Даниил заехал на мост, затормозил рядом с пешеходной зоной около лестницы и сбросил ремень безопасности.

– Меняемся, – кивнул он Ивану, принимая от него рацию и пистолет.

– Возьми ещё это, – с заднего сиденья Динна протянула ему наручники. – Фонарик нужен?

– У меня свой. Удостоверение никто из вас не забыл?

– Всё с собой.

Вернер убедился, что оружие стоит на предохранителе, и заткнул пистолет за пояс. Рацию прикрепил к карману внутренней рубашки, наручники убрал в брюки.

– Ничего не забыл? – спросил Иван, открывая дверь. Даня молча указал ему на свою нагрудную сумку, в которой, по всей видимости, было всё самое необходимое.

Вернер вышел из машины, обошёл её спереди, подбежал к лестнице и начал спускаться вниз, к рельсам. Когда его голова скрылась под мостом, Иван уже тронулся.

– Динн, показывай, как ехать в тупик.

– Ушли четверо, вернулись трое, – прошептала Корнелия. Её слова отразились непривычно громким эхом вдоль высоких стен лестничного пролёта; и если кто-нибудь ещё находился поблизости, то её бы, несомненно, услышали. Выбирая место для наблюдения за двориком переднего флигеля, девочка остановилась у подоконника между вторым и третьим этажами, откуда открывался хороший вид на будку сторожа, калитку и центральные ворота. Территория всегда освещалась, поэтому любого посетителя можно легко заметить в тёплом свете фонарей. Но на улице никто не появлялся, и в школе тоже. Все спали.

Однако Корнелия уже не могла уснуть. Когда вернётся Гоша и вернётся ли вообще? Куда ушла Валерия Владимировна? Как и почему здесь оказался поезд и каким образом ему удалось пролететь мимо тупика, словно его и не существовало?

В эту ночь что-то происходило, и разгадать, что именно, девочке было не под силу. Выход один – выжидать, пока появится хоть кто-нибудь и надеяться на Динну с её командой. Но вопросы без ответа не давали покоя: почему трое друзей Гоши вернулись с ночной прогулки, а он до сих пор нет? Неужели он и вправду решил не приходить?

«Ушли четверо, вернулись трое…»

Его одноклассники пытались убедить Корнелию, что всё в порядке. Полная чушь; им не стоило верить, ведь Гоши до сих пор нет. Возможно ли допустить, что трое одиннадцатиклассников расправились с отличником? Девушка вспомнила их испуганные лица в нескольких сантиметрах от её кулака – только таким способом удалось узнать, где был Гоша в последний раз и действительно ли проехал поезд. Нет, вряд ли эти парни стали бы что-то скрывать под угрозой избиения.

Страх упущенного времени подступил с новой силой. Корнелия никогда не умела сидеть сложа руки, зная, что в этот момент кто-то нуждается в помощи. А Гоша явно нуждается – иначе зачем Динна спросила о том, кто пропал? Значит, они с коллегами подозревают как минимум похищение.

Зато ребят из одиннадцатого это совершенно не волновало. Вырвавшись из крепких объятий Корнелии, они мигом разбежались по своим комнатам. Это были последние живые люди, кого девочка встретила в школе этой ночью.

Корнелия рассудила, что и Гоша, и Валерия Владимировна могут возвратиться в любой момент, а это событие нельзя проморгать. Усевшись на подоконник, она пару десятков минут караулила вход, но ни один человек так и не появился, и даже посторонние звуки как будто растворились в школьной тишине.

Чем дольше она так сидела, тем более жуткие мысли посещали её сознание. Валерия Владимировна оказалась эспесом, который от всех скрывается – способна ли с виду приятная учительница истории причинить зло? Если нет, то как объяснить невероятное совпадение странного происшествия с поездом и её ночного отсутствия? И где, чёрт побери, Гоша?