Эквилибрист. Путь силы
- -
- 100%
- +
Выходить на Грань я научился достаточно быстро. Теперь отрабатывал реакцию на чужую попытку сделать то же самое. Для находящегося на полях время в реальном мире практически стоит – значит, нужно попасть туда одновременно с противником. И продержаться там дольше. Со скоростью входа все было в порядке, а вот со временем – гораздо хуже. Нет, я не терял силы, подобно демону. Я начинал задыхаться. Секунд через тридцать активного боя или минуту спокойных действий в моих легких заканчивался воздух. И все. Оставалось лишь выпрыгивать обратно. Мой наставник только руками разводил.
Попытки освоить новую силу занимали много времени, но на этом жизнь не заканчивалась. Основная часть захватнических планов барона была отложена на осень. Большой турнир, проводимый во время ежегодного Праздника урожая в Аршане, должен был показать, чего я стою. И не столько барону, сколько окружающим. От этого зависело, как разыграть партию в целом. Но я был не единственной фигурой на доске, и интриги постепенно закручивались. И не все они ограничивались перепиской с кучей намеков, обещаний и завуалированных угроз.
Задание выглядело достаточно просто: перехватить некую карету на пути из Ферта в Лимер. Охрану перебить, а наследника домена Ферт аккуратненько, не вынимая из кареты, доставить через территорию дружественного Реймена в Хольц. Кто же думал, что паренек в карете не усидит. Хорошо, хоть узнали по описанию и не прибили вместе с остальными охранниками.
Паренек оказался бойким. Подрезал пытающегося его связать Друла. Плохо подрезал. Боюсь, до замка боец не дотянет, даже с эликсиром, выданным каждому солдату Книжником. У меня этих эликсиров на поясе – шесть штук самых разных. Но почему-то нет банального снотворного. А мелкий гаденыш снова пытается сбежать. Уже четвертый раз за последние пару дней. И ведь тринадцать лет всего, а какой изобретательный. Я задолбался объяснять командиру отряда, что держать человека парализованным долго нельзя. Хотя я бы этому пареньку ноги переломал, если бы не однозначный запрет барона.
Возле Лабиринта (многоуровневая сеть подземных сооружений непонятного происхождения, расположенная на территории Реймена) дружинники умудрились ввязаться в драку. Причем я в этот момент как раз охранял пленника и помочь им не мог. Вот кем нужно быть, чтобы задирать пьяных охотников за сокровищами? Люди, которые по собственной воле лезут в подземные развалины, полные непонятных тварей, безумны по определению. Будь умнее, отойди с дороги. Нет, куда там! В результате еще двое раненых и один труп. Я с этими людьми с ума сойду когда-нибудь!
И вот опять! Стоило отойти в кусты, как эти большие дяди нашли себе развлечение. Лапают какую-то девчонку, перебрасывая ее друг другу, и ржут как лошади, сыпля всякими пошлостями. Интересно, за пленником хоть кто-нибудь наблюдает?
На секунду перехожу на темное зрение, и последний вопрос теряет значение. Кретины! Носорогом вламываюсь в толпу. Ударом в челюсть опрокидываю ближайшего. Пинок в живот отбрасывает второго. Посох сам прыгает в руку, и еще двое катятся по земле. Надеюсь, выживут. В броне все-таки.
Застываю в низкой стойке. Воздух дрожит от концентрированной силы. Бойцы, подчиняясь жестам командира, пятятся назад. Связываться с внезапно обезумевшим магом никто не хочет. Вот и славненько. Распрямляюсь, отпуская призванную силу. Успокаиваюсь, возвращаю глазам нормальный цвет и только после этого оборачиваюсь.
– Вы в порядке, мистрисс? – уточняю я, помогая девушке подняться.
– Почти, – тепла в голосе ни на грамм. Но тут я ее понимаю.
– Я прошу прощения за действия этих людей, – аккуратно увлекаю девушку в сторону, разворачивая спиной к ошалевшим бойцам. – Возможно, я могу компенсировать их грубость?
– Не обязательно.
Попробуем зайти с другой стороны.
– Мэтресса, среди бойцов есть тяжелораненые. Я понимаю, что просить о помощи после такого… не совсем уместно, но не могли бы вы…
– Я уже предложила свою помощь, – в голосе горький сарказм.
Нет, ну идиоты озабоченные! Зла не хватает.
– Жаль. Что ж, возьмите хотя бы это в качестве извинений за причиненные неприятности, – высыпаю из кошелька половину монет. – Я смотрю, вы изрядно поиздержались в дороге. И хоть символ лекаря на плащ нашейте, мистрисс. Во избежание подобных недоразумений.
От денег мэтресса отказываться не стала – уже хорошо. Тяжело вздохнув, направляюсь обратно к лагерю. Солдаты, кажется, уже пришли в себя.
– Мэтр, мне кажется, вам следует объясниться. – Дерек, командир отряда, надвигается на меня весьма раздраженной горой.
– Объясниться? – ярость снова вскипает внутри, срываюсь на крик. – У нас трое раненых, которые, возможно, не доживут до завтра! Сами боги посылают вам целительницу. Сильную целительницу! И она даже предлагает вам помощь! Но куда там! Вам интереснее позабавиться! Баба же! И теперь ты требуешь от меня объяснений?! Да я до сих пор не понимаю, почему она не размазала вас по поляне. Святая, наверное. И если эти трое сдохнут, винить можешь только себя!
– Если бы ты был нормальным магом…
– Да даже если бы я умел лечить! Ребята, вы отвергли помощь богов! Кто я такой, чтобы вмешиваться?
Всю оставшуюся дорогу молча дуемся друг на друга. Друл умирает к вечеру. Плохо умирает, тяжело. Когда переглядывания спутников надоели мне больше, чем агония умирающего, добиваю того одним коротким ударом. Все тут же дружно начинают меня ненавидеть, хотя сами уже почти решились сделать то же самое. Или они получали удовольствие от этого представления? Тогда они еще большие выродки, чем я думал.
Особых последствий данное происшествие не имело. Разве что барон стал смотреть на меня несколько настороженно. Или причиной тому случай с нищим? Так я в этом не виноват. Почти. А было все вот как.
То, что Ниа осталась цела после похищения, иначе как вмешательством богов не объяснишь. А за такое принято благодарить. Не помню, где я услышал мысль, что к богу нужно обращаться только со словами благодарности, но принял всей душой. И сейчас благодарность меня просто переполняла. Но молиться христианскому богу в мире, где властвуют совсем другие силы, – это как-то невежливо. Я благодарил Кайтану как покровительницу детей и семьи, покровительницу девушек Сильвану и даже Отца Справедливости. Благодарил горячо и искренне. И благодарность я готов был выразить не только на словах.
Но от денег служительница Девы отказалась, сказав, что лучшей благодарностью богине станут добрые дела. Например, помощь нуждающимся. Зря она это сказала. Окрыленная любовью и благодарностью душа развернулась во всю ширь. Нищие у храма были счастливы, полагаю. И почему-то решили, что я буду делать так постоянно. А я, между прочим, нищих вообще терпеть не могу. И когда в следующее посещение города меня окружила грязная вонючая толпа оборванцев, во мне начало расти раздражение. Но я сдержался и попытался пройти мимо. Куда там! Весь сброд потащился за мной.
Что за наглость, право слово! Просишь милостыню, ну так сиди себе тихонечко и не отсвечивай. А голосить во все горло и хватать за одежду (чистую, между прочим, одежду, новую) грязными руками – это уже свинство и неуважение. Я бурлил внутри, но сдерживался. Я привык сдерживаться. Я уже Буддой скоро стану! Я не собирался никого убивать, просто самый настырный из хватающих меня за ноги нищих случайно поймал мой взгляд. А я поймал его взгляд – наглый, требовательный. И что-то выплеснулось из бурлящего котла моей души, что скрывался за щитами воли. Чуть-чуть, капельку, но нищему хватило. Предсмертная агония была впечатляющей, хоть и слишком короткой, на мой взгляд. Еще троих, видимо, краем зацепило. Не умерли – просто сошли с ума. Впрочем, как по мне, ума там и до этого не было. С тех пор по городу пошли слухи, что я убиваю взглядом. Да и черт с ними. Жить не мешают, и ладно.
Зато мы придумали, куда спрятать Ниаминаи. Как оказалось, в этом мире существуют некие образовательные заведения для девушек. Слава богу, в дворянской среде девушка, знающая грамоту, уже лет сто как перестала считаться забавным курьезом. Постепенно начали подтягиваться и наиболее богатые из горожан. А вот в крестьянской среде по-прежнему все глухо. Там и среди мужчин писать-читать умеет хорошо, если каждый двадцатый.
Понятное дело, подобные пансионаты были делом редким, сугубо частным и очень недешевым. Но они были. Также нечто вроде школ или училищ существовало и при некоторых храмах, но готовили там, в основном, служительниц культа. Мода давать образование дочерям докатилась и до Баронств, но местные пансионаты меня, по понятным причинам, не устраивали. Эранийские тоже. Увы, но времени покататься по Литии и Гальдору уже не оставалось. Правда, Тарина пообещала выяснить обстановку. Оказывается, в подобном заведении училась дочь одного из соседей-баронов.
Глава 13
– А Рей сказал, что его возьмут на Праздник урожая в Аршан.
– И? – смотрю на дочь поверх книги, делая вид, что намеков не понимаю и вообще не вижу, насколько ей хочется туда отправиться. Такого поворота Ниа не ожидала. Давай, учись формулировать мысли.
– Я тоже хочу! – наконец, выпалила она.
– «Я», «хочу»… – передразниваю ее. – А я не хочу! – и прячусь обратно за книгой, словно очень и очень занят. Книга интересная, но дело не в этом. Мне действительно жутко не хочется тащить Ниаминаи в Аршан. Лишать ребенка праздника – это свинство, тем более перед долгой разлукой, но…
Именно на ежегодной сходке всех глав доменов с приближенными и должна завариться основная каша по захвату Дайрена. И мне отводится значительная роль эдакого Большого Пугала. Одно дело – продемонстрировать, что у фрайхера Хольца есть жуткий черный маг, который рвет демонов голыми руками, а другое – продемонстрировать жуткого черного мага, у которого есть маленькая, горячо любимая дочь. Умом-то я понимаю, что раз уж о дочери узнал фрайхер Дайрен, то сможет узнать кто угодно, да и спрячу я Ниаминаи подальше сразу после праздника. Но зачем дразнить змей?
– Папочка, ну пожалуйста! – детские руки обнимают меня сзади за шею. – Я буду вести себя хорошо-хорошо! Я больше никогда ничего не попрошу. Я ведь так долго тебя не увижу…
Вот интересно, так манипулировать мужчинами она у Саманты научилась или это врожденная способность любой девушки? Растет ребенок. Понятное дело, я согласился.
Сборы напоминали небольшой бедлам, но в итоге вся делегация покинула-таки замок. Три телеги со всяким добром – на мой взгляд, перебор, но барону виднее – чай, не первый раз едет. Кроме упомянутых телег, карету, где разместились Саманта, Тарина и Ниа (фрайхер предпочел поехать верхом), сопровождало два десятка бойцов и человек пятнадцать прислуги, которые оккупировали повозки с вещами. Я бы сейчас тоже с удовольствием повалялся на мешках со всякими тряпками, но Ужасный Черный Маг так вести себя не может. По определению. Вот и трясусь в седле, пугая окружающих своей мрачной физиономией. Уже вечером мы подъезжаем к замку Реймен.
Жизнерадостный толстяк, встретивший нас на пороге, оказался самим бароном. Судя по всему, Ханс Реймен ценил радушие превыше этикета и официоза. Его дочь Милена, тут же начавшая радостно обниматься с Тариной, походила на отца не только фигурой, но и характером. Этакий жизнерадостный колобок, не способный ни минуты постоять спокойно. И, кстати, маг воды в ранге ученика. О жене барона особо сказать нечего, я не запомнил даже ее имени. Серая мышка, исчезнувшая сразу после официального приветствия. А вот следующего персонажа не заметить было невозможно. Седой великан, спокойный и невозмутимый, как гора. Маг воздуха потрясающей силы. Одиннадцать лучей! Не каждый преподаватель академии мог похвастаться подобной короной. Кстати, и колечко на пальце очень знакомое.
– Позвольте представить – мэтр Сангор по прозвищу Глаз Бури, – Реймен уже тут как тут.
Прячу силу как можно глубже, поднимая щиты «интегума».
– Весьма рад знакомству, – отвешиваю уважительный поклон. – мое имя Даркин Кат.
– Кат – это титул силы? – уточнил мэтр. Вполне доброжелательно.
– Нет, титула силы у меня пока нет. Это родовое имя, – опять же с вежливым поклоном.
– О, значит, вы будете участвовать в турнире! – подключается к разговору Милена. – Мэтр тоже!
– Надеюсь встретиться с уважаемым мэтром как можно позже. Лучше в финале.
– В финале? Ха, парень, нахальства тебе не занимать! – фрайхер жизнерадостно хлопает меня по спине. В последний момент успеваю сдержаться и не всадить в это толстое пузо клинок пустоты.
– Я слышал, мэтр победил дайренского демона, – голос мага тих и спокоен. – Так что очень надеюсь не встретиться с ним до финала.
– Это преувеличение, – я вежлив и скромен. – Если бы не помощь фрайхера, я бы это даже ничьей не назвал.
– Ха, Герман, ты обязательно должен мне рассказать, что там было на самом деле! – неуемная энергия барона переключается на другую цель.
– Мэтр, я вас прямо-таки не узнаю! – прицепилась ко мне Саманта, как только мы разместились в отведенных комнатах. – Полтайса прошло, а вы еще никому не нахамили и никого не убили!
– Хочешь стать первой? – мрачно интересуюсь я.
– Мэтр, разве вы обидите девушку? – делает большие глаза виесхатта.
– «Ферлетзен» и «тотен», «обидеть» и «убить» – чувствуешь разницу?
– Саманта, прекрати доставать мэтра и марш переодеваться! – рявкнул вошедший в комнату фрайхер. Изобразив испуганный писк, наглая девица испарилась.
– На самом деле, мэтр, ваша сдержанность достойна похвал. Ханс – добрый и веселый человек, но иногда его бывает… слишком много. К этому просто нужно привыкнуть, – барон прошелся по комнате туда-сюда и неожиданно переключился на другую тему: – Что вы можете сказать о мэтре Сангоре?
– Сильный маг. Очень сильный. Но спокойный, уравновешенный, что для воздушников несколько нехарактерно. Тот, кто давал ему прозвище, умел видеть суть.
– Прозвище? А оно что-то означает? Глаз Бури – я думал, это просто некий художественный образ.
– Не знаю, что имел в виду дающий имя, но у меня на родине глазом бури называют область спокойствия в центре тайфуна. То есть вокруг – ураганный ветер, дожди и молнии, а в центре всего этого безобразия тишина и солнце.
– Да, насколько я знаю этого мага, прозвище ему очень подходит. Вы сможете с ним справиться?
– Скажу после поединка. Сейчас-то чего загадывать? Я не видел мэтра в бою и не знаю, на что он способен. Да и дуэль от боя отличается очень сильно.
– Именно поэтому вы были столь вежливы? А то я уже прикидывал по дороге, как вас разнимать, в случае чего. Учитывая вашу любовь к эранийским магам.
– Я в гостях. Хозяин здесь Сангор. Вот я и веду себя, как вежливый гость, всячески демонстрируя свое миролюбие, чтобы не провоцировать драку.
На следующий день путь продолжали уже в компании отца и дочери Реймен. И, соответственно, их слуг, охраны и повозок с вещами. Вот когда я оценил аскетическую скромность своего сюзерена! Такое впечатление, что фрай Ханс вывез половину замка.
С мэтром Сангором мы поддерживали вооруженный нейтралитет. На вопрос, почему почтенный мэтр не остался в Эрании, маг ответил уклончиво. Были, мол, причины. Просветить меня по поводу правил турнира и соперников мэтр тоже вежливо отказался под предлогом того, что правила мне и так объяснят, а рассказывать о соперниках нечестно, поскольку в этом случае я получаю некоторое преимущество. Больше я и не навязывался. Зачем, если есть такая болтушка, как юная госпожа Реймен? Стоит только послушать их с Тариной беседу.
Так я выяснил, что мэтр является одним из фаворитов турнира и участвует в нем не столько ради славы, сколько из-за возможности встретиться с извечным соперником – мэтром Висмаром по прозвищу Огненный Смерч. В последнее время их даже специально разводят по разным концам турнирной таблицы, чтобы полюбоваться на их бой в финале. Кроме того, издав всего одно заинтересованное хмыканье, я получил характеристику на основных участников турнира, имена чемпионов за последние пять лет, список всех симпатичных дворян мужского пола, ожидаемых на празднике, пару историй из периода обучения госпожи Милены магии и рецепт клубничного пирога. Вот на пироге я и сломался. Сделав вид, что поправляю стремя, я тихонько сместился в хвост колонны, где и наслаждался тишиной до самого Аршана, куда мы прибыли вечером того же дня.
В сам город мы, кстати, не поехали. Как объяснил мне Шон, возглавлявший наших охранников, во время турнира в городе не найти не то что свободной комнаты в гостинице – угла на чердаке. Поэтому большинство фрайхеров размещаются на огромном поле за городом. И действительно, из-за холма уже показался целый палаточный городок. Теперь количество телег становится понятным.
Глава 14
Утро. Шум просыпающегося лагеря, щебет птиц, запах… цветов и полей, скажем так. Сплошная пастораль. Турнир начнется через три дня, а сейчас нужно зарегистрироваться для участия в этом знаменательном мероприятии. Так, у кого бы спросить? Вчера нас встречал какой-то распорядитель, но где его сейчас искать? Ага, думаю, вот этот молодой маг со странной аурой вполне сможет мне помочь.
– Простите, мэтр, не подскажете, где регистрируют участников турнира?
– Идемте, провожу, – приветливо откликнулся парень. – Решили попытать счастья? А вы отчаянный!
– А в чем дело? Я думал, что участие в турнире обязательно для получения титула силы.
– Глупость какая! Вовсе нет. Вполне можно договориться и так. Менее почетно, но безопасно. Я, например, в прошлом году именно так и поступил. Кстати, позвольте представиться: Клаус, адепт-малефик.
– Даркин, – представляюсь в свою очередь. – А турнир опасен?
– По большому счету, нет. Бой ведется до истощения одного из магов или демонстрации смертельного удара. Достаточно сделать условный жест – и рефери (а это обычно сильнейшие из магов, присутствующих на турнире) тебя прикроют. Вот только если твой противник задался целью именно убить, то рефери могут и не успеть. Да и от случайностей никто не застрахован. Убийцу, конечно, осудят за неспортивное поведение, могут даже запретить участвовать в турнирах, но мертвецу уже все равно.
А в этом году такой состав участников, что новичкам лучше и не соваться. Достаточно сказать, что в турнире участвует сама Повелительница Тьмы. И что это ей взбрело в голову? Она же, в основном, исполняет роль судьи. Я слышал, она уже лет пятнадцать на турнирную площадку не выходила.
– Увы, мой наниматель настаивает на публичной демонстрации умений. А кто такая эта Повелительница? Я издалека и не знаком с местными традициями.
– Ирэна Повелительница Тьмы. Сильнейший маг тьмы, придворный маг Аршана и глава неформального объединения магов Вольных Баронств. Повелительница – это титул силы, если что.
– А какие еще есть?
– Ученик, адепт, мастер (примерно соответствует выпускнику эранийской академии) и повелитель. Но повелителей крайне мало. Тут необходим действительно полный контроль над своей стихией. Маги, имеющие какие-либо необычные таланты, получают персональное имя. Имена, кстати, раздает все та же Ирэна. Так что, сами понимаете, желающих соваться в бой с повелителем изначальной стихии не так уж и много. Я вчера ради интереса полдня проторчал у палатки герольдов, так человек десять развернулись и ушли, просто прочитав список участников. Кажется, за весь день зарегистрировался только Огненный Смерч, ну так ему только скажи имя Сангор – и он в Эльмон полезет ради того, чтобы надрать тому задницу.
– Изначальной стихии?
– Ага. Если верить тому старому маразматику, который делал вид, что учит меня искусству проклятий, темная магия называется темной не просто так. И некромант, и малефик, и, наверное, в какой-то мере маг крови, могут быть и не связаны с тьмой напрямую, но черпают силы именно оттуда. Соответственно, представьте, насколько сильнее маг, способный обращаться к стихии напрямую. Да еще и в ранге повелителя!
– Кстати, о магии проклятий. Вы не могли бы рассказать подробнее? Почему вы выбрали именно ее? Школа, на мой взгляд, крайне узкоспециализированная. Искусство проклятий действительно настолько востребовано, что позволяет вести безбедное существование?
– Вообще-то мы уже пришли. Вот в этом шатре и ведется регистрация. Но если вам так интересно, мы можем после пойти куда-нибудь посидеть, пообщаться и попить вина.
– Обязательно. Подождите меня здесь.
Регистрация не заняла много времени. За небольшую мзду клерк согласился не заполнять графу «направленность силы» и, объяснив кратко основные правила турнира, выпроводил вон.
С мэтром Клаусом мы продолжили беседу в импровизированном трактире, расположенном прямо на территории лагеря.
– И все же, мэтр, почему вы выбрали именно эту школу? Проклятия, как мне кажется, не слишком востребованы в повседневной жизни. Да и при всей своей силе крайне медлительны. То есть малефик даже защититься не сможет, в случае чего.
– Ну, школу я, допустим, не выбирал. Уж какой уродился, такой и есть. Согласитесь, что развивать врожденный талант гораздо лучше, чем закапывать в землю. К тому же малефики не только накладывают проклятия, но и снимают. Да и, например, противозачаточные заклинания у нас гораздо эффективнее, чем у магов жизни. Вам не нужно? Нет? Ну, как хотите. А по поводу боевых заклятий…
Маг сделал легкое движение кистью, сложив пальцы в замысловатую фигуру, и пустая кружка на столе рассыпалась пылью.
– Вот так. Готовить такое заклинание долго, а вот действует оно мгновенно. Для самообороны сгодится.
– Эффектно, – согласился я. – А вы не могли бы проверить меня на наличие проклятий?
– Да легко!
Маг прикрыл правый глаз и два раза мигнул левым. Затем потряс головой. Потер переносицу и повторил процедуру.
– Нелепость какая-то! Видно, я пьян чуть больше, чем кажется. Зайдите ко мне завтра в первой половине дня, я проведу нормальное обследование. Улица Сиреневой Луны возле птичьего рынка. Там спросите. А я, пожалуй, уже пойду – устал что-то. До встречи! Удачи на турнире желать не буду, а то люди на это как-то болезненно реагируют, – усмехнулся маг, поднимаясь из-за стола.
Остаток дня гулял с Ниаминаи. Точнее, мы дошли до первого балагана бродячих артистов, где и зависли. Утащить ребенка оттуда было решительно невозможно. Мне тоже было интересно посмотреть, хотя ничего экстраординарного. Акробаты, эквилибристы, вольтижировка, музыканты, фокусники и клоуны. Все это я видел и в нашем цирке – правда, лет пятнадцать назад.
Народ был самый разный, от крестьян до рыцарей. Дворяне, конечно, строили из себя пуп земли, но в общей атмосфере праздника даже это не вызывало особого раздражения. После окончания представления мы ели какие-то сладости и ходили смотреть на передвижной зоопарк. У меня бедные заморенные животные вызывали разве что жалость, но Ниа была в восторге и все пыталась покормить флегматичного дальгуна, напоминавшего кота. Очень волосатого кота размером с овцу. По-моему, в итоге зверь схрумкал предложенную морковку просто чтобы отвязаться от настырного ребенка. Насколько я знаю, дальгуны вообще-то хищники. Ясное дело, в город мы так и не попали.
Возможность оценить местную архитектуру мне выпала только следующим утром. Да уж, теперь я верю, что Аршан строили чуть ли не демоны Первой Империи. Сохранившиеся вопреки времени здания старой застройки отличались от всего виденного ранее, как творения Гауди от типовых хрущевок. А в общем, во всем царила жуткая эклектика. Видно, что город не раз достраивался и перестраивался без какого-либо общего плана. Безумная архитектура Дарткана соседствовала с убогими мазанками, каменные дома имели деревянные надстройки, а почти в центре города могла оказаться свалка. Дом мэтра Клауса мы нашли без проблем. Мы, потому что Ниаминаи пришлось взять с собой. Уйти пораньше не получилось, а Саманта опять куда-то умотала вместе с обеими баронессами. Как я понял, у них тут много знакомых среди дворянской молодежи.
Клаус нас уже ждал. Познакомившись с Ниаминаи и попросив ее посидеть тихонько и ничего не трогать, он приступил к делу. Сначала просто смотрел на меня, как вчера. Потом через какой-то прозрачный камень. Затем зажег странной формы свечи и долго изучал мою тень на стене. Тень, кстати говоря, вела себя странно. Готов поклясться, что ее колебания никак не были связаны с пламенем свечи. Далее меня обкуривали каким-то дымом, махали перед носом облезлым хвостом неизвестного животного и периодически просили положить руку на странную каменную конструкцию.
– Ничего не понимаю. – Клаус почесал затылок. – Мэтр, вы позволите эксперимент?
– Это смотря какой.
– Я попробую наложить на вас небольшое кратковременное и узконаправленное проклятие.
– Вы издеваетесь?
– Да ладно вам, мэтр! Оно совсем безобидное!
– У меня такое впечатление, что вы с этим камланием уже наложили на меня с десяток проклятий, – полушутя заметил я.