- -
- 100%
- +
Глава 1
Я зажмурилась и стала на весы. В детстве, когда бабуля купала меня, она часто повторяла: «С гуся-лебедя вода, а с Женечки худоба». Спасибо, ба, худобу как рукой сняло.
Ну и сколько сейчас покажет эта адская штуковина? С одной стороны, я уже две недели усердно занимаюсь растяжкой, что отлично сжигает калории. А с другой стороны, в прошлую пятницу Марина, сотрудница с работы, предложила забрать оставшийся с праздника тортик. Разве я могла отказаться?
Его бы просто выкинули! Нежный, упругий бисквит с тонким шоколадным вкусом, взбитыми сливками и кусочками малины полетел бы в мусорку. Ужас!
Так, надо быть смелей. Я открыла один глаз и сфокусировалась на цифрах. Нет, здесь явно какая-то ошибка! Я послушно ступила на кафель, а потом вновь на весы. То же самое.
Наверное, пол неровный. Ремонт-то в квартире когда делали? Ну конечно! Плитка просела местами, чего глаз не видит, но весы чувствуют и от этого сбиваются. Надо подвинуть их на ровное место. Так, становимся. Ерунда какая-то! Ну не может килограммовый тортик добавить пять кило. Это же против всех законов физики!
Я подвинула весы в сторону ещё раз и ещё раз, потом вынесла их в коридор, потом в гостиную. Что бы я ни делала, эти гады упорно показывали своё. Вот тебе и тортик!
В порыве отчаяния я задвинула весы глубоко под диван. Вот и валяйтесь там. Раз ничего нормального показать не можете.
В дверь позвонили.
– Кто?
– Свои! – донёсся знакомый голос.
– Гриша, ты уже давно не свой, – пояснила я, открывая дверь, – ровно с того момента, как я застукала тебя с Жанкой. Чего тебе?
– Колобок, займи косарь до получки.
– Я сколько раз тебя просила так меня не называть? До какой получки, Гриш? Ты что, работу нашел?
Мой бывший, не разуваясь, протопал на кухню, заглянул в холодильник и, не найдя там ничего интересного, грустно вздохнул.
– На диету, что ли, опять села?
– Не твоё дело!
– Грубая ты. Вот кота себе ещё заведи, да так и помрёшь в одиночестве, без мужика. Нет чтоб меня накормить, напоить.
– Я тебя что кормила мало? Только вот тебе не помешало это гулять направо и налево.
– Снова одно и то же, – отмахнулся Гриша. – Не понимаешь ты истинную мужскую натуру. Мы добытчики, завоеватели!
Тут я не выдержала:
– И вообще у меня парень есть!
Гриша замер у холодильника и с недоверием посмотрел на меня.
– Врёшь!
– А вот и не вру! У нас на работе новый сисадмин появился. Умный, красивый, добрый, щедрый.
– А ты-то ему зачем? – съязвил Гриша.
– Любовь у нас с ним! Жениться на мне хочет. Не может без меня жить.
– То есть, когда я не покладая рук трудился на благо нашей семьи, ты мне замену искала? – обиженно сжал губы мой бывший. – Вот она, женская благодарность! Ну ты и змея, Колобок.
– Да не искала я тебе замену! И вообще – когда это ты трудился? За квартиру я платила, продукты я покупала…
– Всё ясно, – отрезал Гриша. – Будешь попрекать меня куском хлеба, изменница.
От возмущения я лишилась дара речи. Я, как рыба, открывала и закрывала рот, не зная, что сказать.
С высоко поднятой головой Гриша прошествовал в коридор, обернулся, бросил презрительное «Между нами всё кончено» и громко хлопнул дверью.
Ну вот! Я ещё и виновата осталась. Грустно клацнув чайником, я полезла за печеньками в закрома. Да, они были спрятаны для особого случая. Но разве острая необходимость съесть что-то вкусненькое не является тем самым случаем?
С Гришкой мы встречались четыре года. Я бегала ему за сигаретами, пекла любимую кулебяку и разрешала пить пиво с друзьями. А потом застукала его в нашей квартире с продавщицей из местного магазинчика. Вещи его летели далеко, рыдала я отчаянно. И вот теперь он обвиняет в неверности меня.
На самом деле никакого романа с сисадмином у меня не было. Верней, новый сисадмин был, а вот романа с ним нет. Кирилл появился у нас в офисе ровно через неделю, как я выгнала Гришу. Высокий, галантный, мечта любой девушки. Чудо, что холостой! Все незамужние барышни нашего отдела гуськом стали захаживать к новичку, уверяя, что у них технические неполадки. Я сидела недалеко от Кирилла и чувствовала, что скоро их вопросы дойдут до абсурда: «Кирюш, а не подскажешь, как включать компьютер?» или «Слушай, а покажи, как пользоваться мышкой». Особенно старалась Катька. Не представляю, как она дышит в своих узких юбках и удивляюсь, как она ещё не переломала ноги в туфлях-стрипах. Да на таких каблуках и стремянка не нужна! Катька обычно выкладывала свои перси пятого размера на стол Кирилла и задавала тупые вопросы, противно хихикая. Но Кирилл не вёлся. И это меня радовало. Не перевелись ещё на свете нормальные мужчины!
В дверь снова позвонили. Да что ж за проходной двор?
Едва я открыла дверь, как в квартиру гурьбой ввалилась вся моя семья.
– Мам, пап, вы чего?
– Так, Евгения, вручаем тебе младшего брата, – мама всучила мне Данькин рюкзак, а потом и самого Даню. – Ехать на дачу он с нами категорически отказывается.
– Там интернет не ловит, – буркнул Даня. – И вообще ваши копательно-сажательные работы – полный зашквар. Мне код доделать надо.
– Хакер нашелся тоже мне, – фыркнул отец. – Смотри Пентагон не взломай.
– Пап, я тестер, а не хакер, – вяло возразил брат.
– Ты только восьмой класс закончил, тебе за ОГЭ думать надо, а не целый день в интернетах сидеть.
– Не дави на ребёнка, – вступилась за сына мать. – У него каникулы.
Она достала из пакета трёхлитровую банку с борщом.
– Это вам поесть на сегодня. У тебя, как всегда, наверное, холодильник пустой. Неудивительно, что мужики, как черти от ладана, бегут. Вот ещё пампушки с чесноком. А вот в пластиковой бутылке квас. Дрянь всякую не ешьте.
Не то чтобы я не любила брата, но роль няньки меня озадачила.
– А вы надолго на дачу? – как бы между прочим поинтересовалась я.
– Евгения! Тебе тяжело за братом посмотреть? Хочешь, чтоб я ребёнка одного на две недели в пустой квартире оставила? – с укором посмотрела на меня мать.
«Ребёнок», который был выше меня голову, тяжело вздохнул. Он явно не возражал против одиночества.
– У отца отпуск, траву покосить надо, забор покрасить, с крышей там что-то. А ты кукуешь тут одна, – мама любила быстро менять тему. – Тёть Клавина дочка уже второго родила. А у Маргариты Петровны Анжела третий раз замуж в июле выходит. Третий! Где она только этих холостых мужиков берёт? Ген, а Ген? А может, мы её с тем вдовцом из вашего цеха познакомим?
Папа оживился.
– Ну да, отличный мужик. У него только двух пальцев на руке нет. Циркулярная пила – дело такое…
– Не надо меня ни с кем знакомить! – запротестовала я.
– Убери борщ, – скомандовала мама, увлекая меня за собой на кухню.
Едва дверь холодильника закрылась, как мама заговорщическим шепотом продолжила:
– Ты же знаешь, мы тебя любим и всё поймем.
– Что поймёте? Мы чего шепчемся?
– Тсс. Папа, может, и не сразу смирится.
– С чем?
– Но со временем и он примет. Я так внуков хочу. И не страшно, такие пары тоже детей заводят.
– Какие пары? Мам, ты о чём?
– Если тебе женщины больше нравятся… – продолжала шептать она.
Ну ё-моё!
– Да не лесбиянка я! – возможно, немного громко заверила я её. В коридоре что-то стукнуло.
Мама поджала губы.
– Вам уже ехать пора, а то пробки будут, – с максимально широкой улыбкой напомнила я, выпроваживая мать из кухни.
Перецеловав нас с братом на прощание, родители наконец уехали.
– Жень, «запрещёнки» хочешь? – спросил брат, расстёгивая рюкзак и извлекая из него ноутбук и волшебную шуршащую пачку чипсов с беконом.
– Воу, ты это как мимо мамы пронёс?
– Была проведена секретная операция, – подмигнул мне брат. – Я когда что-то жую, мне лучше думается. Я тебе мешать не буду, скажи мне только пароль от вайфая.
На кухне истошно завопил мобильный. Я взяла трубку.
– Жмунтик, это ты? – раздался взволнованный голос подруги.
– Галь, ну кто ещё, если ты на мой номер звонишь?
– Короче, я придумала, как выдать тебя замуж! Метод верняк! Стопроцентная гарантия!
Глава 2
Утро выдалось пасмурным. Ночью был дождь. Когда в офисе тебя ждёт широкоплечий блондин, то и подниматься с постели не так и тяжело. Не то чтоб Кирилл меня сильно ждал, но и деваться с рабочего места ему тоже было некуда. Данька спал праведным сном, а я отправилась на работу.
Возле подъезда сидел кот Дуркот с философским взглядом на жизнь. Его левый глаз с нежностью смотрел на правый, а кот, казалось, был погружён в разгадывание тайны бытия. Приоткрытый рот и торчащий кончик языка придавал животинке особый шарм.
– Эй, киса, – тихонько позвала я, доставая из сумки пакетик с кормом.
Глаза кота разъехались в стороны, взгляд приобрел осмысленность, и Дуркот бодро потрусил к миске. Есть он любил. Мне иногда казалось, что у кота была прямая связь с космосом, но соседи блохастого недолюбливали – вдруг его слабоумие заразно?
Телефон начал регулярно вибрировать, ожил рабочий чат. Я читала сообщения на ходу.
«Всем хай! У Ленки, нашего секретаря, на следующей неделе днюха. Чë дарить будем?»
«Мозги. На нее Семён Викторович во вторник орал белугой. После аудиторской проверки завода она везде вместо «изготовление инструмента деформации» напечатала «изготовление инструмента дефлорации».
Я засмеялась и чуть не вступила в лужу. Ленка была племянницей жены начальника, поэтому имела карт-бланш на косяки. Шеф поорёт-поорёт, но не уволит.
«Может настольную игру подарим?»
«Чего?»
«Ну игру! Полезно, мозги развивает».
«Надо что-то на стол ей, статуэтку или блокнот красивый».
«Вы еще ей упаковку скрепок подарите!»
«А давайте сертификат в салон красоты»
«Типа, Ленка, ну ты и страшилище, может, хоть там из тебя человека сделают».
«Ребят, а может, мы Ленку удалим из этого чата?»
Повисла кладбищенская тишина. Если б в рабочем чате могли летать мухи, то мы бы сейчас слышали, как они спариваются на форточке. Вот бестолочи! Я хихикнула и нырнула в метро.
В офисе все дружно настраивались на рабочий день. Лена ковырялась в бумажках. Толик – помощник аналитика, позёвывая, скролил ленту «Инстаграма».
Игорь, наш бухгалтер, беззвучно рубился в «Варкрафт».
Кирилл пил латте. Откуда я узнала? Я тщательно нанизывала знания о нём, как бусинки на нитку. На завтрак он всегда пьёт латте, на обед берёт салат цезарь и матчу на кокосовом молоке, а вот с ужином было сложней. Как бы я хотела проводить вечера вместе с ним. Свечи, приятная музыка, Кирилл без рубашки…
– Лена! Твою мать! – дверь из кабинета начальника распахнулась и смачно впечаталась в стену.
– Семён Викторович, ну чего вы? – заблеяла секретарша, пятясь в кресле на колёсиках.
– У тебя мозги есть? Ну хоть капелька?
Мы все замерли, точно сурки в ожидании бампера автомобиля.
– Я тебя уволю к чертям! У меня терпение не резиновое! – орал шеф, нависая над Леной и брызгая слюной.
– А в чём дело? – аккуратно спросил Кирилл.
– А я тебе скажу, в чём дело! Она ввалилась без стука, и что ты спросила? – рука начальника сжала лежащую поверх бумажку и смяла её в комок.
– Я спросила, с самого ли вы утра здесь, – икнула от страха Лена.
– Я ответил «да» – и?
– Я сказала, что кто-то обосрал весь туалет…
– У меня конференция была! Онлайн! – завопил директор. – Ты закрыла дверь и ушла, а у меня повисла долгая пауза. Я чуть со стыда перед гендиром не сгорел! Ты смерти моей хочешь?
Семён Викторович с пунцовым лицом принялся ходить взад-вперёд по офису, и вдруг его взгляд остановился на мониторе бухгалтера. Там вовсю шло сражение.
– Игорь. Немедленно. Ко мне. В кабинет.
Директор резко развернулся на пятках и скрылся у себя.
– Ну всë, Игорян, тебе капец, – похлопал по плечу сотрудника Толик.
Игорь встал и на негнущихся ногах поплелся вслед за Семёном Викторовичем.
– Всë из-за тебя, – сквозь зубы процедил он, проходя мимо Лены. – Косячница.
Дзынькнул мой мобильный. Сообщение от Гали: «Вечером зайду».
Интересно, что там за стопроцентный метод выдачи меня замуж? Я со вздохом взглянула на Кирилла.
С Галей мы дружили со школы. Не то чтобы я была изгоем, но полную рыжую девчонку особо никто не любил. Это мама говорила, что меня поцеловало солнышко, а пацаны дразнили – ржавая крыша, мокрый подвал. И предлагали этот самый подвал проверить. И только бойкая Галя обещала им оторвать причиндалы и скормить белым крысам из школьного живого уголка, если те продолжат меня обижать. Галю пацаны побаивались. Она росла с двумя братьями и могла дать отпор любому. Ловко отобрать пульт от телевизора, не позволить сломать свою куклу и владение техникой «как кусается беззубая лошадь», отточенное до совершенства, – такой подготовки позавидовали бы «морские котики». И хоть я была в два раза шире Гали, иногда мне приходилось прятаться за её спиной.
После школы я отправилась учиться в институт, а Галя поспешно вышла замуж. Почему поспешно? Потому что на третьем месяце беременности ещё можно скрыть живот в корсете свадебного платья. Я даже букет невесты поймала. Но то ли букет был бракованный, то ли истёк его срок годности, но замуж я так и не вышла.
– Кирилл, а что ты ешь на ужин? – внезапно выпалила я.
Тот явно не ожидал такого вопроса.
– Стопудняк какую-то траву, – заржал Толик. – Гречкина, ты чё, похудеть решила?
– Анатолий, – строго сказал Кирилл. – У Жени прекрасная фигура. Не все мужчины любят худосочных женщин. Ведь не зря говорят, что только собаки на кости кидаются. А вот тактичности тебе явно недостаёт. Женя, не обижайся на него. А ем я обычно…
– Эй, а что у вас тут за шум был? – заглянула к нам Катька из соседнего офиса. – Это Семён Викторович так орал?
– Ага, – радостно сообщил Толик. – Накосячила Лена, а вот уволит он сейчас Игоря. Не фиг в игруху было рубиться посреди рабочего дня.
– Да уж, – задумчиво протянула Катька. При виде Кирилла её зрачки сузились, как у кошки при виде мышонка. Она одёрнула блузку так, чтоб грудь почти выпала из выреза, облизала губы и двинулась к своей цели, угрожающе покачиваясь на высоких каблуках.
– Кирюша, у меня там страничка с эксель подвисла. Можешь посмотреть?
Катька плавно изогнулась над столом сисадмина, как будто эксель находился у неё где-то между сисек.
Толик жадно вдохнул воздух, ведь ему открывался прекрасный вид на заднюю часть Катьки.
– Да, конечно, – сухо ответил Кирилл, абсолютно игнорируя Катькины достопримечательности.
Дверь в кабинет директора открылась. Игорь вышел, молча прошёл на своё место и плюхнулся в рабочее кресло.
– Ну чего? – мы окружили Игоря толпой. – Уволил?
– Не. Доспех мне продал, – грустно отозвался наш бухгалтер. – Дорого, конечно, но ведь хрен откажешь.
Глава 3
– Ну ë-моë! Ты там чë, спишь? Открывай давай! – послышалось из-за двери.
С Галей всегда так – сначала появлялся звук, потом изображение.
Я открыла дверь, и в квартире показался лопоухий куст, а затем и сама подруга.
– На! – мне торжественно вручили растение.
Горшок был тяжёлый, и я поспешила поставить это чудо флористики на пол.
– Там вместо корней кирпичи? Как ты его вообще донесла?
– Мне для подруги ничего не жалко, – гордо ответила Галя, вытирая пот с пунцового от напряжения лица.
– Это что вообще?
– Агапэмойрадендрум!
Я растерянно хлопала глазами. Название мне вообще ни о чём не говорило. Если бы не зелёные листья, я подумала бы, что так зовётся динозавр.
– Ладно, не важно, что это, – отмахнулась я. – Зачем ты это приволокла?
– Это цветок любви!
– Галя!
– Что Галя? Ну что сразу Галя? Мне не веришь – умных людей послушай. У нас кассирша Людка уже так двух дочерей замуж выдала. А они страшшшные, как пещерные тролли! А всë цветок этот! Он у тебя постоит, энергией твоей подпитается и зацветёт. А как только цветы появятся, сразу встретишь свою судьбу!
– Ты серьёзно?
– Тебе что, места на окне жалко? Гречкина, дошутишься! В твоём случае надо все методы пробовать, все! Вот выдадим тебя замуж и заживём! – Галя мечтательно подняла глаза к люстре. – Будет твой муж с моим Колькой на рыбалку ходить. А там и детишки пойдут…
– Галя, я очень ценю твою помощь, и за цветок спасибо, но…
– Спасибо в карман не положишь. Хоть чаем меня напои! Сейчас тебе такую умору расскажу, – Галя по-хозяйски отправилась на кухню, собственноручно включила чайник и достала с полки свою любимую заварку. – Значит, вызывают меня по кнопке на отдел с товарами для животных. Бегу. Стоит у стеллажей краля блондинистая. Ошарашенно смотрит на полки с кормами. Кажись, она кроме отдела с косметикой вообще нигде не была. Губёнками надутыми шлёпает, лоб морщит, а извилина-то, видно, одна – и ни ку-ку.
«Здрасьте! – говорит мне. – Женщина, ну что вы так долго ходите. Где у вас здесь СРУК?»
Я сначала ничего не поняла. Переспрашиваю:
– «Срук? Немецкая фирма? Не уверена, что есть такой, для какого вам животного?» И знаешь, что она мне отвечает?
«Для собаки. Мне подружка своего шпица на время оставила, сказала, что он ест только с рук…»
Не дожидаясь моей реакции, Галя задорно рассмеялась.
Входная дверь хлопнула. Это Даня вернулся из бассейна.
– Добрый вечер, тëть Галь, – поздоровался парень. – Смотрю, у нас прибавление в семье? – кивнул он в сторону куста.
– Ой, да какая я тебе тётя, Гречкин? Женьку ж на вы не называешь? А я её, между прочим, на два месяца младше. А цветок этот, чтоб твоя сестра удачно заму… – я со всей силы пнула подругу под столом.
Вот ещё не хватало, чтоб с меня брат ржал.
Галя осеклась.
– Чтоб твоя сестра удачно занялась цветоводством, – закончила она. – Модно сейчас.
– Ааа, – недоверчиво протянул Даня. – Ну ладно. Может, стоило с чего попроще начать? С какого-нибудь кактуса неприхотливого?
– Поздно ей уже с неприхотливого начинать, – отрезала подруга. – Возраст не тот.
Даня ещё раз косо на нас посмотрел и, видимо, решил покинуть компанию сумасшедших женщин.
– Ну, не буду вам мешать…
– Да погоди ты! Чë как неродной? Как в школе дела? Девочка какая-нибудь нравится? – оживилась Галя.
– У нас каникулы, – напомнил брат.
– Так тем более, летние ночи, романтика… Эх, жаль, моя Элька мелкая. Сосватала б тебе невесту.
– Она в пятом классе, – ужаснулся Даня.
– Ой, не напоминай, – отмахнулась подруга. – Школа эта. В сентябре Сеня пойдёт. И третий раз всë заново. Круг за кругом. Собрания эти, деньги на окна, экскурсии, домашка. В прошлом году в Элькином классе скидывались на шкаф, а они в этом переехали на второй этаж.
– И что? – не поняла я.
– Как что? Шкаф-то остался на первом. Заново сдавать надо. Ненавижу собрания!
– А ты мужа отправь, – предложила я.
– Кого? Кольку?! – уточнила Галя, как будто у неё были ещё и другие мужья. – Я один раз заболела, а у старшего классная слёт родаков объявила, вот я Кольку и послала в школу. Так он там просидел два часа, сдал деньги на «добровольное пожертвование» и пришёл довольный, что к нашему ребёнку нет претензий…
– Ну вот видишь, всë ж хорошо.
– Ага, – хихикнула Галя. – Только он собрания перепутал. Это не Мишкин класс был.
Я рассмеялась, а Галя продолжила:
– И теперь Сеня в школу пойдёт! Для нас уже в мае представитель Мосгорстраха выступил с требованиями застраховать ребёнка и речью, что «выплаты зависят от тяжести травм, можно получить даже целый лям!» – передразнила представителя Галя. – У меня ж трое детей как раз для того, чтоб их увечить и страховку получать. Слушай, а у тебя к чаю ничего нет? Помню, ты Гришке такие отпадные кексы пекла. Просто сказка.
– Не, Галь, я на диете, – призналась я. Правда, умолчала о сожранной вчера пачке чипсов. Совесть за съеденное мучила до сих пор. – Сегодня, кстати, Гришка приходил, представляешь?
– Надеюсь, ты спустила его с лестницы? – поинтересовалась моя кровожадная подруга. – Ох, добрая ты, Гречкина, добрая! Я б после истории с Жанкой его в разные пакеты расфасовала, чтоб потом менты с собаками этот пазл три месяца собирали. А ты ему, наверное, даже в рожу не плюнула? А надо! Плюнуть и растереть. Эх, такую женщину твой Гришка упустил. Небось думает, что ты после расставания постриг примешь или в умиральную яму уползёшь. Хренушки, найдём тебе нового жениха, и будешь с ним жить долго и счастливо. И всякую вкуснятину для него печь начнёшь, – уточнила Галя, – а там и мне достанется. Как там твой Ромео на работе, кстати?
Я вздохнула.
– Есть ли жизнь на Марсе, нету ли жизни на Марсе – это науке неизвестно, – поняла всë по моему вздоху Галя. – Никто первый шаг так и не делает?
– У нас в пятницу корпоратив, – призналась я. – И вот, может быть, на нём… Хотя говорят, что на работе отношения строить так себе идея…
– Святые карамельки! Гречкина, ты целыми днями на работе сидишь, где ты собираешься мужика встретить? Тут харчами перебирать не приходится. Вот моя знакомая мужа на помойке нашла! Пошла мусор выносить, а там он – кидает пакет с объедками в контейнер для бумаги и стекла. Она ему замечание, мол, мужчина, вы что творите? А он и правда не знал, что контейнеры разные. Большие белые буквы с рисунками на весь бак ему, разумеется, ни о чём не говорили. Что с этих мужиков взять? Так тот засмущался, полез пакет обратно доставать, зацепился за что-то там и порвал куртку. Слово за слово – и познакомились. Поэтому ты или мусор почаще выноси или поговори уже наконец со своим Кириллом. А то с твоими диетами и я с голоду помру.
Глава 4
Меня всегда злило, когда Галя оказывалась права. А ведь она снова права. Какой смысл в переглядываниях и намёках, если можно получить всë и сразу? Ну видно же, что Кирилл ко мне неровно дышит, иначе Катька бы давно раскидывала свои дизайнерские шмотки по его холостяцкой квартире. Да, я в курсе, что на женских форумах пишут, что служебный роман – это плохая идея. Ведь если расстанешься, тут или увольняться, или каждый день любоваться мордой бывшего. Но я уверена: нам с Кириллом бояться нечего – мы идеальная пара. Вот только почему он не делает первый шаг? Может, он не уверен, что его чувства ко мне взаимны? Что ж, если гора не идёт к Магомету, то Магомет сам пойдёт на корпоратив и положит начало его счастливой с горой, тьфу ты, с Кириллом совместной жизни.
Я решила ужесточить питание, чтобы влезть в своё самое соблазнительное платье. За свои полные в прямом и переносном смысле 30 лет я перепробовала все диеты: кремлёвскую, низкоуглеводную, «светофор», по группе крови, макробиотическую, шоколадную, питьевую и все остальные, которые только могла найти.
– Неужели нет ничего нового? – я яростно скроллила интернет.
«Диета, при которой вы можете есть всё что хотите!»
Ух ты! Что-то новенькое. Такое мне подойдёт. Читаем дальше.
«А вот вам список того, что вы должны захотеть».
Ну вооот.
Почему именно в период диеты начинает нестерпимо хотеться клубничного мороженого, шоколадных кексов и литров пять кока-колы?
Но бить надо по всем фронтам. Диета диетой, но физическую активность никто не отменял.
Я обмазалась кремом для сжигания жира, сверху намотала пищевую плёнку и надела штаны потеплее. Глянула в зеркало – чисто мишка Гамми. Ну да ладно, начнём наш антицеллюлитный джихад!
Через двадцать минут пробежки в парке мне захотелось умереть. Пакет шуршал, пот стекал, жопа горела от крема.
Наутро было ощущение, будто я спала в работающей бетономешалке – я могла шевелить только глазами. Болело всë!
Даня жалостливо смотрел, как я ужинаю водой. Но мне надо было влезть в маленькое чёрное платье. Коко Шанель плохого не посоветует.
Настал день икс. Я заперлась в ванной и усиленно готовилась к празднику.
– Жень, ты там жива? – постучал брат. – Второй час сидишь.
– Отстань, – отмахнулась я, старательно выводя на лице брови.
Ему-то хорошо говорить, он душ принял, и всё – красавец, а мне – всё помыть, всё побрить, сделать маску, накраситься, накрутить волосы, завить ресницы, маникюр, педикюр.
На ум пришли любовные фильмы. Вот как так получается, что героини в них всегда готовы к сексу?
Никаких тебе месячных, никому срочно не надо в туалет, все стратегически важные места побриты, трусы всегда чистые, никто не потеет, голова не болит. Так бывает в жизни? Или, может, я какая-то неправильная…
– Жень, мне в туалет надо, – Даня снова пошкрябал дверь. – А то я в раковину схожу, а там тарелки грязные.
– С ума сошёл?! – я пулей вылетела из ванной, размахивая хайлайтером. – Я тебя сейчас на дачу к родителям отправлю. Пешком.