Очаровательный маркиз. Истории из жизни королевского двора

– Благодарю, – пробормотал Франсуа-Анри и повернулся к своему доброжелателю.

Это был паромщик, который сидел во вмерзшей в лёд лодке и степенно раскуривал трубку. За неимением возможности, а, может, и просто желания пересекать неспокойные воды реки в столь переменчивую погоду, он проводил дни напролёт, сидя в лодке и наблюдая за дворцовыми садами и холмами у набережной, куда весёлой гурьбой сбегались королевские пажи и придворная молодёжь для катаний на санках и шутливых игр в снежки.

– Скажите, месье, давно вы тут? Не видели ли случаем одного из королевских пажей? Вот примерно такого роста, – начал свои расспросы маркиз и поднял руку, показывая примерный рост де Виллеруа, – мальчишка лет девяти, светловолосый, глаза у него голубые… Одет был, скорее всего, в форменный кафтан пажа. На голове берет с меховым подбоем…

– Да как же, сударь! То ж Маленький маркиз! Был он тут! Был ещё вчера утром, – с доброй усмешкой ответил паромщик, – вон видите…

Стоило Франсуа-Анри обернуться в сторону, куда указывала красная от холода рука паромщика, как внутри у него всё сжалось от леденящего душу страха. В полынье, в отражении голубого неба алели яркие полосы кафтанчика, точь-в-точь похожего на те, что носят пажи Её величества.

– Боже мой! – проговорил дю Плесси-Бельер и сгрёб пятернёй поля шляпы, чтобы её не сорвал с головы внезапный порыв ветра. – Что произошло? Где же сам маркиз?

– Да он тут с ватагой молодцов из пажеского корпуса катался с холма. Я ничего не знаю о том, что они затеяли, сударь. Да вот только Маленький маркиз решил скатиться не по накатанной дорожке, что вдоль холма идёт, а прямиком с кручины. Вот как вы только что сами проехались, месье. Только, в отличие от вас, малыш не успел вовремя свернуть и выехал прямиком на лёд…

– Проклятье!

– Да вы не волнуйтесь так, ваша милость! Паренёк бедовый – то да. Но, видимо, ангел-хранитель его без дела не сидит. Он так лихо завернул, что успел свалиться с доски ещё до того, как она в воде оказалась. Вон же она! Видите? Там, в полынье.

Маркиз проследил взглядом, куда указывал ему рассказчик, а тот прищурился, с интересом разглядывая неясную конструкцию, дрейфовавшую посреди полыньи между льдинами, сковавшими могучую реку.

– Хорошая доска. Пригодится ещё. Если течение не унесёт во время ледохода, так я попробую вытащить. Но не раньше, чем через недельку-другую, когда потеплеет немного.

– А что же маркиз? – нетерпеливо спросил дю Плесси-Бельер. – Когда это случилось? Кто-то помог ему? Куда его унесли?

– Зачем же унесли? Да нет же! Вон, сударь, взгляните-ка туда!

Паромщик с невозмутимым видом снова указал на полынью возле деревянных мостков, и только присмотревшись, Франсуа-Анри понял, что увиденный им яркий кафтанчик плавал не сам по себе, а был в руках женщины, которая полоскала его. Это была одна из дворцовых прачек, которые занимаются стиркой белья, сидя на специальных мостках, выстроенных вдоль набережной Сены.

– Благодарю! – привычным жестом маркиз дал несколько су разговорчивому паромщику и, старательно избегая скользких мест, быстро, как только мог, побежал к деревянным мосткам.

Шумно вспахав каблуками сапог гравий на заледеневшей дорожке, Франсуа-Анри с трудом удержался на ногах, чтобы не угодить в огромную корзину с горкой свежевыстиранного белья, и невольно отвесил низкий поклон перед засмотревшимися на него краснощёкими девицами.

– Ой, смотрите, какой кавалер галантный! Неужто и вам тоже камзол вымазать не посчастливилось, сударь? – к нему навстречу поднялась одна из тётушек, наблюдающих за работой прачек, и, подоткнув за пояс подол длинного фартука, с добродушной улыбкой подошла к корзине, чтобы отодвинуть её в сторону от греха подальше.

– Мадам, я буду очень признателен, если вы расскажете мне, что стало с тем пажом, которому принадлежит вон тот кафтанчик, – вежливо попросил дю Плесси-Бельер, для верности достав сразу несколько монеток в десять су.

– Что вы, сударь! – властным жестом руки прачка приказала вернуть деньги назад. – Нам платят достойное жалование за нашу работу, так что это лишнее. А вы, стало быть, спрашиваете о Маленьком маркизе?

– О маркизе Франсуа де Виллеруа, – с надеждой получить известия о пропавшем друге, подтвердил дю Плесси-Бельер.

– Да, тот ещё шалопай! Этот малец над всеми верх возьмёт!

Тёплая улыбка, осветившая раскрасневшееся на морозе лицо женщины, обнадёжила маркиза, и, немного успокоившись, он решил уточнить:

– Так вы видели, что с ним стряслось, сударыня?

– А как же! Он вылетел вон с той самой аллеи. А потом ещё и по льду проехал чуть не до самых мостков! Едва успел соскочить. Доска-то – вон она! Теперь до весны плавать в той полынье будет. Если только Матье не согласится за ней на лодке отправиться.

– Да что доска! – вновь проявил нетерпение Франсуа-Анри. – С маркизом-то что случилось?

– А что с ним могло случиться? – не поняла причины его беспокойства тётушка и покачала головой. – Разве что ему от надзирателя, господина Мальфлёра, досталось на орехи. Тут уж и гадать не надо. Все видели, как он с горки летел, – она указала на верхние аллеи дворцового сада. – Оттуда всё как на ладони видно. Наверняка поспешили с доносом и к его отцу, господину маршалу.

– Да уж наверняка, – согласился дю Плесси-Бельер, про себя надеясь на снисходительность герцога де Невиля к очередному подвигу его сына.

– Так я кафтанчик маркиза и забрала. Чтобы грязь отстирать. А взамен отдала камзол моего племянника. Они с маркизом одного роста, так что он ему впору пришёлся.

– И куда же он делся? – допытывался дю Плесси-Бельер, уже догадываясь о том, что на лихом спуске с холма приключения де Виллеруа не закончились.

– Ой, да кто ж этих мальчишек знает! – с заметной досадой на лице тётушка неопределённым жестом махнула рукой. – Он что-то о поручении сказал. Надо же, вспомнил! Нет, чтобы отогреваться идти во дворец, а он к воротам побежал. В город, стало быть, – она указала на ворота, которыми пользовались дворцовые слуги и все городские поставщики товаров для хозяйственных нужд Лувра.

– Сбежал, значит! – не зная ещё радоваться ли, что забава с катанием с холмов обошлась без серьёзных потерь, если не брать во внимание форменный кафтанчик и доску, дю Плесси-Бельер благодарно улыбнулся женщине и отсалютовал шляпой.

– Мальчишки, говорю же, сударь мой! – с улыбкой повторила прачка и встряхнула перед собой пажеский кафтанчик. – Они все вместе туда и побежали. Может он вернулся во дворец, да только с другой стороны через ворота Оранжереи? Там вход есть с улицы Клошар.

– А с кем он побежал? – в душе у Франсуа-Анри теплилась надежда на то, что вместе с Франсуа пошёл кто-то из его старших товарищей из пажеского корпуса.

– С мальчишками из дворцовых слуг, – последовал ответ, мгновенно оборвавший эту ниточку надежды, – они что-то про игру в шарики толковали с маркизом. Сдается мне, сударь, что этим негодникам вместо службы вздумалось на ярмарку пойти. На ту, которая на площади у городской ратуши. Слухи ходят, что там сейчас проводят особые турниры. Знаете, отбою нет в городе от понаехавших мошенников да игроков. В праздники их в Париж тянет, что мух на мёд!

– Да, это так.

Огорченный вид и печаль в синих глазах вежливого молодого человека окончательно расположили к нему сердце доброй женщины. Она подошла к нему и с сочувственным видом тронула за локоть, заботливо и почтительно, как только может позволить себе простая прачка в отношении дворянина:

– Да вы не беспокойтесь, сударь! Идите на улицу Сент-Антуан. Там и поспрашивайте. А если Маленький маркиз не позабыл про поручение, о котором говорил, так вы в Марэ о нём спросите. Да он же мог и в городе остаться. Семья их в отеле Виллеруа проживает.

– Постойте! Как это, «в Марэ»? – уловив это слово из потока сочувствий словоохотливой женщины, дю Плесси-Бельер вдруг вспомнил о поручении, которое Людовик дал Франсуа.

– Я собственными ушами слышала, да и девушки соврать не дадут! Он всё толковал о лавке часовщика пока переодевался. Ещё и кошелёк у него при себе был. Тяжёлый. Я заметила, когда маркиз его из внутреннего кармашка своего кафтанчика вытащил, прежде чем переодеться. Он привязал его к поясу того кафтана, который я ему взамен испачканного дала.

– Спасибо вам, мадам! Вы очень помогли!

– Да какой там! – добродушно махнула рукой прачка. – Уж этот шалун, если и заслужил упрёков от кого-нибудь, так вовсе не от меня. А кафтанчик его я королевскому камердинеру передам, вы не волнуйтесь. Месье Бонтан знает, как вернуть его маркизу до того, как весь этот шум достигнет ушей господина Мальфлёра.

Попрощавшись с сердобольной женщиной и остальными прачками, которые всё это время не переставали тихо шептаться между собой, бросая в его сторону сочувственные взгляды, дю Плесси-Бельер не без труда поднялся наверх по скользкой аллее, а затем отправился по следам де Виллеруа в сторону дворцовых ворот.

Выходило по всему, что Франсуа очень даже весело проводил время, ни сном ни духом не ведая о том, что его друзья волнуются о нём. Сколько у него ещё остаётся времени в запасе, пока до господина Мальфлёра не дойдут вести о полёте над дворцовой набережной на доске, бесславно угодившей в воды Сены? Когда же слухи об этом подвиге достигнут ушей отца Франсуа, маршала де Невиля, разразится невообразимый скандал!

И хорошо ещё, если маркиз попросту застрял где-нибудь в таверне, поддавшись азарту игры. Турнир игроков в шарики был, пожалуй, единственной причиной, по которой де Виллеруа мог пренебречь поручением короля.

И всё же не было ещё такого случая, чтобы Франсуа не выполнил просьбу Людовика или кого-то из своих друзей. Дурные предчувствия тяжёлым кольцом сдавили сердце Франсуа-Анри, а мысли о самых худших сценариях произошедшего, роились в его голове, сменяя одна другую.

На улицах Сент-Антуанского предместья, да и в квартале Марэ, всегда неспокойно, а особенно в дни предпраздничной суеты. Грабители, карманники, мошенники – вот далеко не полный перечень тех, кого следует опасаться. С одной стороны, мальчик в непритязательном кафтане в компании других, таких же, как он, мальчишек вряд ли привлечёт к себе внимание грабителей. Но с везением де Виллеруа попадать в самые невероятные передряги, с ним могло случиться всё что угодно!

– Не собираетесь же вы отправиться туда пешком, да ещё и в одиночку, мой дорогой маркиз? – окрикнул его кто-то со спины, и дю Плесси-Бельер резко обернулся.

– Друг мой! Ваша компания как никогда ещё не будет лишней! – обрадованный встречей с маркизом де Лозеном, Франсуа-Анри в приветственном жесте приподнял шляпу.

– Я рад, что успел догнать вас! – с этими словами де Лозен поравнялся с ним и дружески похлопал по плечу, после чего сделал знак слуге, ведущему к воротам осёдланную лошадь.

– Мне нужно в Марэ, но я собираюсь идти пешком, – сказал дю Плесси-Бельер, – Если вы спешите, то не теряйте времени попусту, Антуан. Поезжайте один!

– Вот ещё! – Лозен махнул рукой слуге. – Отведите лошадь в конюшни! Пусть расседлают и поставят в денник.

Отдав распоряжение, он с энтузиазмом похлопал в ладоши и подмигнул полковнику:

– Ну а я намерен пойти с вами, Франсуа-Анри!

– Вы уверены?

– Чёрт возьми! Конечно же! Слышали бы вы, как бурно переживают очаровательные душечки за этого вертопраха! О нет, уж лучше я отправлюсь пешком в самое пекло к чертям! Да я готов спуститься в катакомбы под кладбищем Невинных, лишь бы не выслушивать фантастические предположения этих выдумщиц!

– Кто это те душечки? О ком вы говорите, Антуан?

– Олимпия Манчини и Катрин де Грамон, конечно же!

– Так о пропаже маркиза уже говорят в приёмной королевы? – недовольно поморщился дю Плесси-Бельер. – Обо всём узнали?

– Узнали, ещё как! Но не все. Только мадемуазель Манчини и де Грамон. И они хранят это в строжайшем секрете.

– Ага, ещё бы! – скептично усмехнулся дю Плесси-Бельер. – И вы верите, что больше никто не знает об этом страшном секрете?

– Кроме вас, меня и де Вивонна? – шутливо переспросил де Лозен и помахал рукой в сторону окон на втором этаже, где всего на одно мгновение мелькнул девичий силуэт.

– Мне не до шуток, Антуан! Я серьёзен как никогда, – строго проговорил дю Плесси-Бельер. – Кому ещё известно об этом?

– Думаю, что король мог рассказать де Варду, – также строго ответил де Лозен.

– Де Варду? Но за каким чёртом? Он же послал меня на поиски Франсуа!

– Ну да. А потом Его величество позвал де Варда, конечно же. Король всегда полагается на своего капитана, когда дела выходят за пределы дворца. Гвардейцев из Дворянской Сотни уже сменили в карауле, так что они могут без лишнего шума отправиться на поиски нашего пропавшего друга.

– Вы полагаете, что всё настолько серьёзно? – оглянувшись на мёрзнущих у ворот гвардейцев, спросил дю Плесси-Бельер.

– Ещё бы! Де Виллеруа не видели со вчерашнего дня.

– Вечер и ночь он мог быть в карауле. Поэтому опасаться и паниковать по этому поводу нет нужды. Хотя король посылал де Вивонна расспросить пажей в казарме. Но мало ли, – Франсуа-Анри тщетно пытался урезонить собственные страхи, – я начал поиски с того момента, когда де Виллеруа видели в последний раз. Это было вчера утром. Маркиз собирался пойти в лавку часовщика в Марэ. Но по пути решил продемонстрировать свой мастерский трюк – полёт с холма на доске.

– Да, об этом я уже слышал! – рассмеялся де Лозен. – Матье, паромщик на реке, рассказал мне про вчерашний полёт.

– Так вы шли по тому же следу?

– Почти. Я увидел, как вы расспрашивали прачек, и понял, что вы тоже заняты поисками маркиза. Вот и решил догнать вас.

– Что ж, вот и догнали! – развёл руками дю Плесси-Бельер.

– Что скажете? Вам уже удалось выяснить, куда он мог пойти, кроме лавки часовщика?

– Где-то в Сент-Антуанском предместье проводят турнир игроков в шарики. И более вероятно, что нам следует вести поиски в этом направлении, – поделился соображениями на этот счёт дю Плесси-Бельер.

Они прошли вглубь одной из тех улиц, что начинаются от площади напротив Лувра и ведут к улице Сент-Антуан. Трижды поскользнувшись на заледенелой мостовой, де Лозен успел пожалеть о том, что не настоял на том, чтобы взять лошадей или карету.

– И это всё, что вам удалось выяснить? – спросил он у своего спутника, который всматривался в окно очередной таверны на их пути.

– Не совсем, – с минуту дю Плесси-Бельер взвешивал, стоило ли рассказывать де Лозену о поручении, которое Людовик дал их пропавшему другу.

– Не знаю, что вы так тщательно скрываете от меня, дружище, – вспылил де Лозен, по-своему истолковав его молчание, – а вот мадемуазель Манчини уверена, что с Франсуа могло случиться несчастье из-за того, что он отправился в Марэ один.

– Заметьте, не я это предположил, – прошептал Франсуа-Анри, гадая про себя, откуда Олимпия могла узнать о планах Людовика. – А с чего вы это взяли?

– Да легко! – де Лозен даже поднял вверх обе руки, изображая недоумение от того, что дю Плесси-Бельер упускает из виду очевидный факт. – Это сама же Олимпия Манчини попросила его отправиться в Марэ! Только, чур, никому ни слова! Она рассказала мне о том, что попросила Франсуа раздобыть кое-что от её имени у мэтра Морани. Какой-то там сюрприз, – закатив глаза к небу, де Лозен лукаво подмигнул, намекая на всем известный секрет, – не трудно догадаться, для кого именно! Но об этом известно только мне и мадемуазель де Грамон. А теперь и вам тоже.

– Ох уж эти сюрпризы! – в сердцах воскликнул Франсуа-Анри, подумав о секретном подарке, который задумал сделать Людовик.

– А что? – не понимая причины его досады, спросил де Лозен.

– Ничего! Вот только, насколько я понимаю, в руках у нашего друга оказалась солидная сумма. Ведь мадемуазель Манчини не воспользовалась кредитом своей семьи у мэтра Морани?

– Эхм… да уж, – де Лозен остановился и, потирая подбородок, недобро покосился на пробегавших мимо уличных мальчишек, – вот вы и догадались обо всём. Если что, я ничего не говорил!

– Ага! – буркнул дю Плесси-Бельер. – Но почему им было не послать в Марэ меня или вас? Малыш де Виллеруа, конечно же, безотказный и исполнительный малый. Но, чёрт возьми! Если из-за тех денег с ним случилось что-то непоправимое, никто из нас не сможет простить себе этого ротозейства!

– Да бросьте, Франсуа-Анри! В том-то и дело, что никто и не подумает, что де Виллеруа отправился в Марэ с поручением купить что-то ценное и дорогое. Подумайте сами! Вряд ли кому-то придёт в голову, что мальчишке его лет могут поручить нечто серьёзнее, чем передача записочек с этажа на этаж!

– Ладно, ваша правда, – согласился с этим доводом дю Плесси-Бельер. – Держите ухо востро, Антуан! Если наш маркиз вздумал задержаться где-то ради игры в шарики, то можно надеяться, что этим всё и обойдётся. Главное, найти его и вернуть до того, как в особняке Виронье спохватятся из-за его отсутствия. Я знаю, у кого можно спросить подсказку о том, где искать Франсуа.

– Смотрите, гвардейцы из роты де Варда! – де Лозен указал на бодро марширующих гвардейцев Дворянской Сотни.

– Уже? Не может быть, чтобы они отправились за маркизом! – усомнился дю Плесси-Бельер, отметив, что во главе отряда шагал вовсе не капитан, а сержант. – Уж больно грозный и воинственный вид у них. Может быть, им дали приказ идти на Гревскую площадь, чтобы сменить караул у городской ратуши? А может, они просто возвращаются в казармы.

Хорошо бы, – проговорил де Лозен, – в интересах маркиза, а тем более мадемуазель Манчини и Людовика, чтобы в их секреты было посвящено как можно меньше людей.

Со стороны Гревской площади доносилась громкая музыка и радостные выкрики толпы, но на душе у обоих друзей делалось всё тревожнее. Оба думали об одном и том же: в то самое время, когда вокруг царит предпраздничное веселье, с их младшим другом Франсуа де Виллеруа могла приключиться беда. А потому они, не сговариваясь, ускорили шаг, не заметив, что по другой стороне улицы одновременно с ними уныло бредёт молодой человек, так же, как и они, разыскивающий пажа королевы.