- -
- 100%
- +
– Юлька! Ты влюбилась? – Люба еле прервала эту тираду восхваления. Юлька вытаращилась на нее и покрутила пальцем у виска.
– Ты что? Он же старый, лет пятьдесят, наверное.
– Совсем и не старый. Думаешь, в такого нельзя влюбиться? -
– Можно, наверное. Но это совсем не то, – и, немного помолчав, добавила, – Люба, а в меня можно влюбиться? Нет, лучше не отвечай, я и так знаю. –
– У тебя крыша совсем поехала, дура ты, непутевая! – Люба еще долго ее ругала, а потом спохватилась
– Пойдем ко мне, я ужин приготовила.
– Я не хочу, – быстро ответила Юлька.
– Хочешь, чтобы я с голоду померла? Не могу есть в одиночестве, ты же знаешь. –
– Хорошо, пойдем.
В квартире у Любы вкусно пахло чем-то печеным.
– Это пицца, вон на столе ветчинка и сало еще мамкино. На, открой шпроты.
Юлька положила перед собой банку, приладила открывалку и стала бить по ней ладонью, как делала Люба. Руке стало нестерпимо больно, а в банке только вмятинка небольшая образовалась. Разозлившись, она схватила чугунную сковородку, стоявшую на плите, и со всего маху шарахнула по открывалке. Масло брызгами разлетелось по всей кухне.
– Боже ж ты мой! – Люба посмотрела на свою испорченную блузку, но, заметив Юлькин огорченный вид, беспечно сказала
– Ничего, отстирается. – Юлька схватила тряпку и стала вытирать масло со стола, но поскользнулась и шлепнулась на пол.
– Юля! – Заорала Люба. – Не трогай ничего, горе ты мое! – Она помогла ей подняться и ловко все убрала. Достала пиццу, разрезала и положила Юльке огромный кусок.
– Ешь, давай, а то совсем отощала. –
– Любаш, мне это не съесть, я сыта, – отговаривалась Юлька.
– Без разговоров. Фрукты вот не купила. Майя Марковна этого не одобрила бы, – бормотала Люба, набив полный рот. «Боже, как вкусно», – думала Юлька. Мама никогда не покупала пиццу и вообще полуфабрикаты, говорила, что это невкусно и не полезно. Готовила она хорошо, особенно хорошо пекла пироги и ватрушки. Всегда угощала Любу. А Люба угощала их фруктами и готовыми тортами с кремом, которые мама не одобряла. «Как нам было хорошо тогда», – с тоской подумала Юлька. Опять вспомнила симпатичного Владимира Анатольевича и хорошенькую Лялечку.
– Люба, сколько стоит в химчистке почистить хороший костюм? – Любаня с удивлением посмотрела на нее
– Ты что костюм испачкала? –
– Да, нет, – отмахнулась Юлька, – не мой, конечно. У меня же нет костюмов. Просто я нечаянно забрызгала костюм одной девушки, очень дорогой, наверное. – И рассказала, как это произошло.
– Выбрось из головы. Обойдется. – Люба стала мыть посуду, потом села напротив и сказала виновато
– Юль, знаешь, мне мамка звонила, просила приехать на майские праздники. Батянька, наконец, ремонт закончил, надо помочь убраться и вообще давно не виделись. Зато сало, помидорчиков соленых и варенье. –
– Конечно, Любаш, поезжай, привет передавай от меня Валентине Васильевне и Степану Иванычу. –
– Юля, а давай вместе поедем, а? Я заплачу за дорогу, ты не переживай. – Юлька категорично покачала головой.
– Так и знала! – В сердцах воскликнула Люба. – Опять твоя чертова щепетильность.
– Любочка, я не могу по-другому. На работе придется отпрашиваться, а меня все равно не отпустят. Вот если я разбогатею, куплю тебе бриллиантовое кольцо, и мы с тобой пойдем в самый лучший ресторан. И будем есть устрицы и омары. Будем в сногсшибательных нарядах, и все будут пялиться на нас. – Юлька мечтательно смотрела в окно, отчетливо представляя себе эту картину. Люба захохотала, Юлька с удивлением взглянула на нее и тоже засмеялась.
– Знаешь, я сейчас так здорово себе это представила, что почти поверила, что так и будет. –
– А что? Недаром Майя Марковна хотела, чтобы у тебя было хорошее образование. Защитишь диплом, найдешь хорошую работу. Будешь писать умные книги, может, профессором станешь. – Они опять засмеялись.
– Люба, я решила продать пианино. Надо объявление написать. –
– Знаешь, хозяйка моя хотела дочке купить, предложу ей. –
– Вот и отлично. –
***
«Сегодня, кровь из носа, надо заехать в Университет» – подумала Юлька. Ее научный руководитель был очень высокого мнения о ней и дал совершенно малоизвестное произведение «Дневник одной недели» Радищева. «Придется порыться в библиотеке, но после работы уже поздно. Может, повезет, и меня отправят куда-нибудь в город». Вообще поездки по городу она не любила, но с начальством не поспоришь, просто иногда с особенно важными документами ездил какой-нибудь специалист или отправляли экспедитора, молчаливого немолодого мужчину.
Прошло несколько дней после появления у них в компании Беляева, все разговоры велись только о нем. Из них она узнала, что Беляев был хозяин их компании, а также всех ее филиалов. Живет он в Америке один. Когда-то давно был женат, прожил с женой недолго и развелся, детей нет. Приезжает на Родину крайне редко. Генеральный директор их компании Бакиров Марат Равильевич был его хороший друг. Беляев доверял ему во всем, но иногда, вот как сейчас, приезжал с ревизией. Тогда шли сокращения, увольнения и в то же время кого-то повышали и прибавляли зарплату. Беляева Юлька больше не видела, а с Деминым встретилась в коридоре и еще раз у него в приемной, когда принесла бумаги из отдела кадров на подпись. Елена Георгиевна попросила ее подождать, пока он подпишет, и ей пришлось там сидеть, наверное, полчаса, ждать, когда он освободится. Елена Георгиевна угощала ее чаем с печеньем и опять расспрашивала обо всем. Сочувствовала ее одинокой жизни, спрашивала, есть ли у нее друзья, подруги и как движется работа над дипломом. Внезапно дверь кабинета открылась и первый зам. сам вышел с подписанными бумагами. Бросил на Юльку недружелюбный взгляд, она встала и залепетала, что сейчас уйдет, просто сидела и ждала, пока он подпишет. А он смотрел на нее и думал, что из-за этой серой мыши чуть с работы не полетел. Хотя нет, не такая она и серая. Кожа белая, и волосы, кажется, хорошие, вон какие завитки на шее. Зачем она их в хвостик собирает и очки совершенно кошмарные. А Ляля хоть и красотка и папа ее в мэрии не последний человек, но дура набитая еще про химчистку заикнулась. Вообще-то прав Беляев, пора чистить кадры. Он опять уставился на Юльку. С этой-то, что делать?
– Что вы ждете, я не понимаю? – Накинулся вдруг на Юльку.
– Бумаги. Их надо в отдел кадров отнести, – еле выдавила та, обмирая от страха.
– Очень хорошо. Вот бумаги и передайте Алене Александровне, что ей поручается организация вечера примерно 15 апреля, Владимир Анатольевич предлагает в этот день провести корпоративную вечеринку, чтобы познакомиться с коллективом в неформальной обстановке. А лучше пусть она сама ко мне зайдет, мы это обсудим. Все, вы свободны. –
Сейчас, старательно обходя лужи и балансируя на мокром льду, Юлька вышла на улицу Марины Расковой, хотела сократить дорогу, пройти через двор, но не решилась, там очень скользко. Главное – выйти на Ленинградку. По бульвару тоже лучше не ходить, значит, по проспекту мимо палаток. Юлька давно изучила их ассортимент, вернее, не ассортимент, а витрины. В палатки она не заходила, только к Любе, а так просто глазеть на товары не любила и, потом, Люба говорила, что там все дорого. Почему-то вспомнился Демин. Последний раз он смотрел на нее совсем не так, как прежде, а каким-то мужским взглядом. Юлька покраснела своим мыслям. Все это ерунда! Вот Алена Александровна озадачила, сказала, что «явка на вечер обязательна». Юлька совсем этого не хотела. Во-первых, нечего надеть, во-вторых, она будет там совершенно одна. Ладно, как-нибудь переживет это, найдет укромный уголок, а потом незаметно уйдет, вряд ли кто-нибудь заметит ее отсутствие. А еще скоро 8 Марта и надо Любе что-нибудь купить к празднику. Но что? Надо хорошенько подумать.
Сегодня все получилось, как нельзя лучше. Ее отправили в центр с документами, которые надо было отвезти в один из филиалов на Никитской и разрешили не возвращаться. Поэтому она в четыре часа была свободна и поехала в Университет на Моховую. Преподаватель был на месте. Еще раз обговорили тему, он подсказал, где можно найти материал, и она побежала в библиотеку. И там повезло. Она нашла, все, что нужно и очень довольная поехала домой.
***
– Уверена, что это она. Конечно, надо проверить, но все сходится, и фамилия, и отчество, и возраст.
– Как бы это выяснить? Может, достать фотографию. Ты узнаешь ее по фотографии?
– Думаю, да. Хоть прошло столько лет, но я хорошо ее запомнила.
Подошел официант, и они замолчали
– Желаете что-нибудь еще?
– Десерт будешь? Нет? Ну, тогда тащи счет. – Официант отошел и быстро вернулся со вложенным в меню счетом. Небрежно кинув деньги, подождали, когда он отойдет, и сидели молча, каждый думал о своем.
– А может, мы зря всполошились. Тебе просто показалось.
– Возможно. Но фамилия та же и по возрасту … .В общем, нужна фотография.
– Жаль, что с ним не получилось, все было бы проще.
– С ним итак все будет просто и естественно, если до того он не найдет ее.
Они замолчали
– Все-таки я думаю, мы зря всполошились, тебе просто показалось, и потом полно однофамильцев.
– Лучше бы показалось…. Но проверить надо обязательно, потом может быть поздно, и сделать это надо как можно быстрее, уж очень он торопится, хочет ее найти и, если выяснится, что это она…ужасно, но другого выхода нет. Решай быстрее!
– Отстань! – Огрызнулся он. – Все чистенькими хотят быть, так и норовят все обтяпать за чужой счет. Я буду в дерьме, а ты в шоколаде. –
– Я дам денег
– Ну, это уже кое-что. Ладно, пошли. У меня еще одна встреча запланирована. Попробую там поговорить о нашем деле.
***
– Ну вот, стоило мне уехать, уже корпоративная вечеринка, – вместо приветствия сказа Марат, войдя в свой кабинет
– Марат! Дорогой! Как дела? Как Тамара? – Владимир крепко обнял его.
– Уф, дай отдышаться. С Тамарой все в порядке. Операция прошла хорошо. Сейчас с ней Гуля. Господи! Володька, как же давно мы не виделись. – Он отстранился и стал разглядывать друга. – Все такой же. Немного поседел, немного пополнел, но глаз горит все так же. Подожди, надо же это дело отметить.
Он нырнул в комнату отдыха и вернулся с бутылкой виски, бокалами и лимоном.
– Ты как насчет виски? Употребляешь? Ну и отлично. Правда, лимон под коньяк хорошо, но и под виски неплохо. Ну, за встречу! – И приглашающе поднял бокал
Они выпили, взяли по дольке лимона.
– Володька! Как здорово, что мы опять вместе. А, кстати, ты надолго?
– Не знаю, Марат. Собирался месяца на два, а теперь… – Он неопределенно пожал плечами. – Знаешь мне там тоскливо. Я же совершенно один. Жены нет, детей нет, друзьями не обзавелся. Даже собаки, и той нет.
– А женщины?
– Постоянной нет, а так временно…
– Все такой же ходок? – Подмигнул Марат
– Да черт его знает. Понимаешь, бабы как почувствуют, что богат – все. Даже поухаживать не дают, сразу в постель, а в глазах – счетчик и алтарь. Неинтересно. Так что заскучал я там совсем. И потом соскучился по тебе, Тамаре, Гуле. Ближе вас у меня никого нет.
– А как же родственники?
– Да какие мои родственники? Остались только двоюродные брат и сестра, Лена, которая работает здесь. Да, не удивляйся, хотела именно сюда, и чтобы никто не знал, что она моя сестра. Я достаточно высылаю им денег, ей совсем необязательно работать, но говорит, так нельзя, надо работать. Вообще с братом отношения прохладные, а с Ленкой мы раньше по компаниям вместе ходили, потом она замуж вышла неудачно, разошлась, остался, Володька, вылитый я в молодости. – Он наполнил бокалы. – Сейчас он учится в Англии, я оплачиваю обучение, на каникулы он приезжал ко мне туда, в Штаты.
Они выпили и помолчали
– Марат, помнишь Майю? – Нарушил молчание Владимир
– Помню, конечно. Ты ее так долго обхаживал, мы с Томкой уже собирались на свадьбе погулять. А ты вдруг резко все оборвал, мы так и не поняли, почему. Стой, ты что, ее встретил?
– Нет, не в том дело.
– Володь, что-то я тебя не пойму.
– Понимаешь, когда мы расстались, Майя была беременна.
Марат удивленно присвистнул. – Вот оно как.
– Ну да. Я, как узнал, предложил сделать аборт. Я был влюблен в нее, но к браку не стремился, а про детей даже слышать не хотел. Ну что ты так смотришь? Ну да, да, струсил, испугался, называй, как хочешь, но в итоге наказал себя. Когда опомнился и понял, что люблю, она исчезла, а тут Кира подвернулась…
Он замолчал и полез за сигаретами, Марат тоже молча подвинул ему зажигалку. Владимир затянулся
– Так вот, хочу найти ее и узнать, есть ребенок или нет.
– И в чем дело?
– А в том, что не знаю, где ее искать. Нанял одного адвоката, обещал найти.
– Ага, значит, ребенка захотелось. Взрослого, готовенького, так сказать. Извини, Володь, но как-то это нехорошо получается, нечестно, что ли. Вот представь, что ты нашел ее, и, предположим, что ребенок есть. Что ты скажешь ему? Здравствуй, я твой папа? А если Майя замуж вышла, и этот ребенок считает своим отцом другого человека? Ты не подумал, что можешь разрушить чью-то жизнь? А для твоего сына или дочери это будет травма. Впрочем, неизвестно, может, и нет никакого ребенка.
– Зная ее характер, думаю, избавляться от ребенка она не стала. – Владимир насупился и погасил сигарету. – Выходит, это плохая была идея, искать ее?
– Да нет, идея хорошая, только делать это надо деликатно. Вначале все узнай, тщательно взвесь. Если есть ребенок, поговори вначале с Майей, захочет ли она, чтобы вы встретились.
Владимир встал, прошелся по кабинету, подошел к окну и, не оборачиваясь, тихо сказал
– Ты прав, Марат, впрочем, как всегда. Да, захотелось наследника. В общем, я еще в том возрасте, что вполне могу иметь детей, но нет женщины, от которой хочу ребенка. Знаешь, меня на этом многие бабы хотели подловить, но я был очень осторожен. А насчет Майи… ну конечно, постараюсь проявить деликатность. Интересно, какая она стала? – Он подошел к столу, разлил виски по бокалам
– Ладно, разберусь как-нибудь. Расскажи лучше про себя.
– Да что говорить? Вот Тамара поправится, соберемся все вместе и такой сабантуй закатим. Ты мне вот что скажи, как здесь дела? И что это за корпоративная вечеринка?
***
– Здорово! Корпоративная вечеринка! Звучит-то как! – Любу прямо заворожила эта фраза и обрадовала. – Я не понимаю, чего ты кислая такая? Радоваться должна, повеселишься, потанцуешь. Ты же так любишь танцевать. –
Танцевать Юлька любила с детства. Она хорошо чувствовала музыку, и в детстве мама записала ее в бальные танцы, но, когда костюмы стали непомерно дороги, пришлось это занятие бросить. Преподавательница уговаривала маму продолжать занятия, говорила, что Юлька самая способная ее ученица, что ее ждет большое будущее, мама тогда загрустила и хотела продать пианино, но, Юлька, видя, что мама очень переживает, заявила, что не хочет заниматься. Но танцевала всегда, лишь только начинала звучать музыка.
Один раз девочки однокурсницы уговорили ее пойти на вечеринку, и она, забыв про стеснение, начала отплясывать. Однокурсники удивились и стали приглашать на танец, а самый крутой парень с юридического факультета, Максим Самохин на роскошном автомобиле подвез ее к дому. На следующий день он пригласил ее в «Метелицу», но она, опять завязав нелепый хвостик и превратившись в серую мышку, сразу закомплексовала и отказалась. Больше на вечеринки она не ходила, и интерес к ней пропал.
– А что ты наденешь? –
– Куда? – Очнулась Юлька.
– Да на вечеринку эту. –
– Пропади она пропадом, – мрачно ответила Юлька.
– Ты что, в самом деле? Давай-ка посмотрим, что у тебя есть. – Люба подошла к шкафу. – О, можно вот это платьице надеть.
– Оно же летнее, – возразила Юлька.
– Да, правда, не по сезону, – Люба передвигала вешалки, – а если вот эту юбку и блузку. Ну-ка, примерь. – Юлька нехотя стала переодеваться. Любаня критически оценила
– Нет, что-то не то. Юбка длинная очень. Давай, я подкорочу, пусть открыты будут. – Она заколола в нескольких местах, подвела Юльку к зеркалу и стала вертеть. – Ну, как? Так лучше? –
– По-моему, очень коротко. – Неуверенно произнесла Юлька.
– В самый раз. – Решительно заявила Люба. – Ой, забыла сказать, Марина, хозяйка моя, должна подъехать посмотреть пианино. Телефон звонит, наверное, она. –
– Люб, ты сама с ней разговаривай, ладно? – Попросила Юлька, но Люба уже взяла трубку.
– Привет, Марин. Ну что решили? Посмотреть? Да, пожалуйста. Так вы рядом? Ну, заходите. Четвертый этаж, 65 квартира. Да, я здесь. – Люба обернулась к Юльке. – Только цену держи не сбавляй. -
– А какая цена? – Но Люба уже побежала открывать дверь. – Проходите, пожалуйста, вот сюда. Не снимайте, не надо. – В комнату вошли молодая женщина в коротенькой норковой шубке и двое мужчин. Один, видимо, был мужем, а второй приятелем. Они поздоровались.
– Мы с мужем ничего не понимаем в музыкальных инструментах, поэтому попросили нашего приятеля Мишу посмотреть. Он музыкант. – Миша подошел к пианино и открыл крышку.
– Можно я присяду? –
– Да, конечно, – Юлька подвинула ему стул. Тот сел и взял аккорд. Он прозвучал несколько фальшиво. Тогда Миша пробежался по всем клавишам, потом поднял крышку сверху и снизу. Марина и ее муж ждали оценки приятеля.
– Ну, что скажешь? –
– Скажу, что инструмент очень хороший. «Циммерман» известная фирма, единственно, расстроенное очень, но я тебе дам классного настройщика.
– Хорошо, – Марина обратилась к Юльке, – Мы говорили о тысяче, но я думаю, сто долларов вы скинете на настройщика? – Юлька машинально кивнула головой, соглашаясь.
– Вот и отлично. Только мы сможем забрать в следующем месяце, у нас пока ремонт идет. Вас это устроит?
– Да, конечно, когда хотите, – а сама подумала, что зря согласилась. Ну почему она такая дура? Об этом говорил и Любашин красноречивый взгляд, но она сделала вид, что не поняла его значения. Все равно, это замечательно, через месяц у нее будут деньги. А пока … ничего… как-нибудь выкрутится. Марина о чем-то еще поговорила с Любой в прихожей, а потом посетители простились и ушли.
– Ура! – Юлька прыгала от радости. – Представляешь, сколько денег! –
– Да перестань ты скакать, как коза! – Люба хотела ей выговорить, зачем согласилась ждать, но, глядя на Юльку и заражаясь ее радостью, тоже сделала какое-то немыслимое па и села на пол. – Юлька! Закажи себе линзы или оправу модную. –
– Знаешь, я об этом всегда мечтала. И еще я куплю себе туфли. Давай, в выходной поедем в «Мегу», я там ни разу не была, и еще пойдем в кино, я сто лет не ходила в кино, и еще…
– И еще деньги имеют свойства заканчиваться, – перебила Люба. – Давай запишем, что тебе надо в первую очередь. – Юлька согласилась, взяла ручку, листок бумаги, присела за стол и стала старательно записывать. Люба диктовала
– Не забудь сапоги на весну, потом перчатки новые, сумку и косметику какую-нибудь.
– Ты думаешь, что с косметикой я стану красавицей? – С иронией спросила Юлька.
– Любая женщина становится лучше, если умело пользуется косметикой.
– Вот видишь, сама говоришь, если умело. А я не умею.
– Ничего, научишься, у тебя вкус хороший, вон, какие букеты мне составляешь. Ладно, придется немного подождать. Да, Юль, а куда ты деньги спрячешь? Может на антресоли?
– Ой, Любаш, я даже не знаю, что там лежит.
– Так, значит, за это время, чтобы разобрала все. – Люба простилась и ушла. Спать не хотелось. Юлька подняла глаза на антресоли. Они открывались с двух сторон, с кухни и из коридора, и вдруг подумала, что никогда не видела, чтобы мама вытаскивала что-то оттуда из коридора, только со стороны кухни. Нет, сейчас уже поздно, посмотрит в другой раз.
На следующий день, когда Юлька зашла в рекламный отдел, там, как всегда, было оживленно и весело. Юлька отдала документы и хотела уже выйти, как вдруг ее окликнула красивая высокая девушка
– Эй! Постой! – Юлька обернулась. Девушка подошла и с улыбкой представилась
– Меня зовут Ира, а тебя? –
– Юля, – тихо ответила она, не смея поверить, что эта красавица с ней заговорила.
– Пойдем, покурим, – предложила та.
Юлька открыла было рот, чтобы сказать, что она не курит, но тут же закрыла, сообразив, что иначе Ира пойдет курить с кем-нибудь другим. Она быстро кивнула, и они пошли в курилку. Там дымили несколько парней, которые при виде Иры сразу приняли картинно- небрежные позы и заговорили несколько громче. Но Ира на них даже внимания не обратила. Она достала сигареты и протянула пачку Юле. Та нерешительно взяла сигарету. Ира полезла за зажигалкой, но один молодой человек быстро щелкнул перед ней своей. Она небрежно кивнула – Спасибо, Макс. – А Макс, решив до конца быть галантным, протянул зажигалку и Юльке. Ей ничего не оставалось делать, как затянуться. То есть затягиваться она не стала и сразу выпустила дым.
– Ты давно здесь? – Поинтересовалась Ира.
– Три недели, – ответила Юлька и попробовала затянуться. Ничего хорошего из этого не вышло. Кашель, слезы и дурнота. Слава богу, что хоть парни вышли. Ира хлопала ее по спине и кричала
– Какого черта ты куришь, если не умеешь? – Юлька пришла в себя и жалобно на нее посмотрела.
– Просто мне хотелось пообщаться.
– Да? Только совершенно необязательно курить при этом. А я болела, прихожу и
вижу, что почту разносит новая симпатичная девушка. Думаю, надо познакомиться. =
Ира курила какие-то немыслимые длинные сигареты, держалась независимо, не обращая внимания на окружающих. Юлька, глядя на уверенную, красивую Иру, думала, какая она красивая, хорошая и добрая. Это она от доброго сердца назвала Юльку симпатичной, но слышать это было приятно, хоть и неправда. Ира стала расспрашивать ее, как она сюда попала и зачем пошла курьером. Юлька, стесняясь, объяснила, что сейчас на дипломе и хотела подработать.
– Так ты учишься? А где?
– В Университете, на филологическом.
– Да?! – Ира недоверчиво присвистнула. – Зачем же ты в курьеры пошла? Можно было к нам в отдел, у нас и место было.
Юлька пожала плечами. – Так получилось. А ты чем занимаешься? –
– А я, как видишь, рекламой и здесь уже три года пашу. Не могу сказать, что мне здесь все нравиться, но коллектив подобрался неплохой. Ну, ладно, пора идти. Если захочешь поболтать, заходи, не стесняйся. –
Юлька была счастлива. У нее появилась подруга на работе. Теперь они встречались раза два или три в день. Юлька стеснялась заходить за Ирой, та сама ее искала, иногда бегая по всему зданию.
– Давай в обед зайдем в бар кофейку с пирожным попьем, – предложила как-то Ира
– Нет, спасибо, я уже сходила туда один раз, только неприятности себе нажила. –
Ира стала выспрашивать, и Юлька рассказала, как Лялечка ее толкнула, и она пролила коктейль на дорогой Лялечкин костюм, как та кричала, а потом туда пришли Демин и Беляев, и чем все это кончилось. Сказала, что на следующий день подошла к Ляле, хотела отнести костюм в химчистку, но та пренебрежительно отмахнулась.
– Алевтина в своем репертуаре! – Воскликнула Ира.
– Почему Алевтина? –
– А что же ты думаешь, ее Ляля зовут? Полное имя ее Алевтина, сокращенно Аля, но она называет себя Ляля. Да черт с ней! Дура набитая и воображала! Попала сюда благодаря своему отцу. Он занимает большой пост в мэрии и, кажется, дружит с Деминым. А она воображает себя принцессой. Да пошла она, знаешь куда! Все! Встречаемся в обед в баре. – Ира, смеясь, убежала, а Юлька пошла к себе в отдел, подсчитывая в уме, сколько у нее денег в кошельке. Кажется, осталось семьдесят рублей. Вот и отлично. На метро у нее проездной, а завтра будет зарплата. Говорят, зарплату здесь выдают вовремя. Алена Александровна уже не морщила нос при виде нее и смотрела, кажется, благосклонно. А еще у нее появилась подруга. Ира такая красавица, даже не верится, что она стала с ней общаться. Может, все не так и плохо.
– Юля, это срочно надо завизировать у Демина и отдать в архитектурный отдел Чернышеву. Он ждет. Да, потом занесите в бухгалтерию вот это. – Документы для Демина лежали в черной кожаной папке, конечно, как же иначе, все-таки первый зам., а для бухгалтерии в зеленой пластиковой. Юлька быстро поднялась в приемную Демина. Елена Георгиевна взяла у нее папку.
– Елена Георгиевна, это срочно, – секретарша зашла в кабинет, но вышла без документов
– Он сказал, посмотрит, а мы пока чайку попьем. –
– Нет, нет, спасибо, все равно скоро обед. – Елена Георгиевна тут же стала выяснять, куда она ходит обедать. Юлька бесхитростно рассказала о новой знакомой.
– Это какая же Ира? –
– Из рекламного отдела, – пояснила Юлька.
– А, – протянула Елена Георгиевна, – это Новикова…Довольно нахальная особа. – Юлька хотела возразить, но на столе у секретаря загорелся зеленый глазок, и Елена Георгиевна скрылась за массивной дверью.