На всякого блатного найдется пуля

– Давай пошли, – оскалился Антон, – посторонними делами будешь потом заниматься.

Получив все необходимые бумаги на груз и расписавшись где следует, они забрали мешки с деньгами и погрузили их в инкассаторскую машину.

– В данный момент мы миллионеры, – громко объявил Антон, запрыгнув на заднее сиденье.

– Как же, миллионеры, – буркнул вечно недовольный Игорь.

– Ну, чисто гипотетически, – не унимался Антон.

Степан сел со своей стороны, захлопнул дверцу и бросил водителю:

– Поехали.

Отпустив сцепление, Игорь плавно нажал на газ, и машина медленно покатилась по проезду к дороге. Под знаком «уступи дорогу» он притормозил. Машины ехали сплошным потоком. Полоса в противоположную сторону была практически свободна, и некоторые лихачи проскакивали по ней, пересекая сплошную.

Степану пришло сообщение. Он достал сотовый, взглянул на экран и выругался, врезав кулаком по приборной доске.

– И чего? – ласково поинтересовался Антон.

– Да вот, положил пятихатку, а пришло двести пятьдесят, – выпалил Степан, оглядываясь на коварный терминал, – вот сука!

– Меня тоже так недавно развели, – поделился бедой Игорь, выискивая просвет в потоке машин. – Там потом прочитал мелким шрифтом сбоку на автомате, что без комиссии начиная от двух тысяч рублей, а меньше – комиссия пятьдесят процентов. Я судиться хотел, а адвокат сказал, что в России нет закона, ограничивающего процентную ставку.

– Ну вы и лохи, – ухмыльнулся Антон.

Внезапно у них перед самым носом на бешеной скорости по встречной промчался черный джип.

– Мать твою, – выдохнул Антон, провожая взглядом крутую тачку. Он хотел что-то сказать, но в этот момент на их глазах джип протаранил толпу пешеходов, переходивших дорогу на перекрестке на зеленый свет. Молодой парень, подрубленный носом джипа, подлетел метра на три вверх и рухнул, изломанный, уже позади машины на дорогу. Одна женщина отлетела вперед, к светофору. Другую отбросило назад, на столб освещения. Ее череп раскололся, и во все стороны хлынула кровь. Ребенок, шедший за ней, уцелел лишь чудом.

От этого зрелища в голове у Степана все помутилось. Точно сквозь багровую пелену он видел, как удаляется джип. Он даже не притормозил. Затем Степан, как во сне, услышал свой голос:

– Вперед!

– Чего? – изумился Игорь.

Больше спросить он ничего не успел. Действия Степана были быстрыми и четкими. Перегнувшись через водителя, он распахнул дверцу машины и пинком вытолкнул Игоря наружу, перепрыгнул на его место, захлопнул дверцу, завел заглохший двигатель и до отказа вдавил в пол педаль газа. С визгом покрышек инкассаторская «Нива» сорвалась с места.

– Т-т-ты что делаешь? – заикаясь, спросил перепуганный Антон с заднего сиденья.

– Как что, – отстраненно буркнул Степан, – мы же договорились свалить с деньгами. Ты что, не помнишь? Теплые страны и все такое…

– Я же шутил, – пролепетал Антон, стиснув в руках автомат и пугливо озираясь по сторонам.

Они мчались с дикой скоростью по проспекту, потом Степан свернул в какой-то неизвестный проулок, пошла грунтовая дорога, ухабы. Их немилосердно подкидывало и мотало из стороны в сторону.

– Теперь мой черед шутить, – пробормотал Степан, прикидывая, как ему половчее подрезать джип. С проспекта тот, скорее всего, свернет на Студенческую. Главным было успеть.

– Эй, не дури, останови машину, – робко потребовал Антон срывающимся голосом. – Ты что, спятил?!

– Я теперь богатый человек и могу позволить себе быть немного эксцентричным, – оскалился Степан. – Это простой человек может спятить, а нас, миллионеров, в таких случаях называют эксцентричными. Запомни, а то попадешь впросак, когда выйдем в высший свет.

– Нет, ты точно спятил, – покачал головой Антон. В его глазах стоял ужас. Отчаяние заставило поднять автомат, и он приказал визгливо, срываясь на крик: – А ну стой, мать твою, или буду стрелять!

– Если выстрелишь на такой скорости, то мы оба трупы, – спокойно возразил Степан, выруливая на Студенческую улицу.

«Ниву» занесло и развернуло несколько раз посреди дороги перед носом у затормозивших машин. Антон мигом позабыл об автомате. Бросив оружие, он уперся в стенки салона руками и заорал благим матом, глядя выпученными глазами на дорогу. Черный джип промчался мимо, объехав машины по пешеходной дорожке. Прохожие шарахались от него в стороны кто куда.

– Не уйдешь, сука, – процедил сквозь зубы Степан и вновь вдавил в пол педаль газа.

Завывая, «Нива» рванулась вперед вслед за джипом.

– Господи, – выдохнул Антон, бледный как привидение, – останови, пожалуйста! Мы разобьемся на хрен!

– Не думаю, – покачал головой Степан, не отпуская взглядом джип. – Может, тебя это успокоит, но в свое время мне давали уроки экстремального вождения.

– Высади меня, – жалобно попросил Антон.

– Не могу, мы его упустим, – снова возразил Степан. – Погоди, немного осталось. Движение интенсивное, ему не скрыться.

– Так ты это за джипом, что ли? – облегченно вздохнул Антон. – Ну, ты меня и напугал! Да нас из-за тебя теперь с работы выгонят!

– Это мои проблемы, – бросил Степан. До него и самого теперь уже стало доходить, что эта погоня будет стоить дорого им обоим. Конечно, он возьмет вину на себя. Потом его уволят. Возможно, придется компенсировать материальный ущерб, хотя машина пока целая…

Только он так подумал, как в них сбоку влетела «Волга», въехавшая на перекресток на зеленый свет. «Ниву» развернуло. Антон ткнулся лбом в стойку, ойкнул и выругался. Степан с тоской глянул за окно. У «Нивы» было помято крыло, а вот у «Волги» весь передок всмятку. Двигатель заглох. Степан попробовал завести, но тот только чихал. А в это время джип уходил все дальше и дальше.

– Ты куда смотрел, придурок? – заорал водитель «Волги», выбираясь наружу.

Степан его не слышал. Все его внимание было сосредоточено на джипе. Как его достать? Угнать машину? Внезапно на его глазах джип круто вильнул и въехал в витрину модного салона белья.

– Так тебе, козел, – обрадовался Степан, с автоматом в руках выскакивая из машины.

Водитель «Волги» с ужасом отпрянул от него назад. Он уже успел пожалеть о своих оскорбительных словах, выкрикнутых в запале, как только увидел оружие в руках у обидчика.

Впереди к разбитой витрине осторожно подступали зеваки.

– В сторону, разойтись, – страшным голосом заорал Степан, пролетел мимо зевак и запрыгнул в пролом, засыпанный осколками.

Джип стоял посередине зала, уткнувшись в колонну. Везде валялось разбросанное нижнее белье. На искореженном капоте висел целый прилавок. Из персонала салона вроде бы никто не пострадал. Появление человека в пятнистом комбинезоне, бронежилете и с автоматом в руках вызвало в рядах продавцов панику. Девушки с визгом кинулись кто куда. Степан стал осторожно приближаться к джипу. Внутри мог оказаться кто угодно, например бандюган с автоматом…

Тут дверь со стороны водителя открылась, и изнутри выскользнул молодой парень в кожаном навороченном пиджаке, кожаных штанах и расстегнутой на груди до пупа шелковой рубашке. Развернувшись на месте, точно марионетка, он посмотрел на Степана пустыми серыми глазами и глупо улыбнулся. Он точно не понимал, как здесь оказался.

– Стой на месте и не двигайся, – рявкнул Степан, подозревая, что парень под кайфом. Зрачки его были сужены до точек, а движения резкие – у пьяных подобного не бывает.

Дико захохотав, водитель джипа метнулся в сторону и побежал по залу к главному выходу. Он сделал это столь стремительно, что Степан на какое-то мгновение растерялся.

– Стой, стрелять буду, – заорал Степан, бросаясь за ним.

Однако парню было абсолютно плевать на оружие. Он не воспринимал угроз. Выбежав на улицу, лихач с безумным смехом побежал к набережной.

– Стой, сука, – закричал Степан, задыхаясь. Бегать с автоматом, в бронежилете в его возрасте было делом не простым, но сдаваться он не собирался.

Неожиданно парень изменил траекторию движения, свернул и легко перемахнул забор, огораживающий площадку строящегося здания. Стиснув зубы, Степан повесил автомат на плечо, а затем попытался проделать то же самое. Не зря же он был командиром спецназа. Прыгнул, зацепился, подтянулся, собирался уже перемахнуть на ту сторону, как внезапно хлипкий забор затрещал и развалился под ним. Матерясь, Степан свалился на другой стороне и увидел, как преследуемый скачет, точно горный баран, по строительным конструкциям цокольного этажа. Энтузиазма и энергии ему было не занимать. Наркотик придавал силы и заставлял думать, что он всесилен и бессмертен. Собственный автомат показался Степану бесполезным. Он никого не собирался убивать, а парень явно не хотел останавливаться и не слушал его угроз. С цоколя строящегося здания он перемахнул на ванну с раствором, которую поднимал кран. Крановщик заметил это и прекратил подъем. Ванна рывком остановилась. Парень не удержался за стропы и нырнул в раствор с головой.

С уровня второго этажа послышались крики рабочих:

– Эй, козел, ты что делаешь!

Обливаясь потом и проклиная все на свете, Степан обежал площадку по периметру. Парень тем временем спрыгнул с ванны вниз в кучу песка. До него было метров двадцать. Степан рывком преодолел последнее расстояние и столкнулся с беглецом нос к носу. К этому моменту парень уже держал в руках резак и чиркал зажигалкой, высекая пламя. Степан открыл рот, но сказать ничего не успел. Противник наконец справился с горелкой. Струя пламени ударила из сопла.

– Ну, подходи, – заорал он Степану дерзко, а когда тот попытался приблизиться, стал махать перед собой факелом, вопя: – Ну давай, подходи, служивый! Жопа тебе будет! Жарко, да?

Степан легко уклонился от пламени резака, потом перехватил руку парня и как следует врезал ему под дых. Тот упал, выпустив оружие, но тут же вскочил и кинулся на противника с кулаками. Ударов Степана он словно не чувствовал: первый – сломал ему нос, второй – рассек скулу, третий – щеку. Секунда – и лицо мажора напоминало цветную капусту. Степану тоже досталось, хотя большую часть ударов блокировал бронежилет. В заключение парень схватил с земли брусок и неожиданно с разворота перетянул Степана по руке, которой тот пытался защититься. Потом он все так же быстро бросился бежать. Разъяренный Степан подхватил из кучи рулон толя и швырнул ему в спину. Парень упал, но снова поднялся. Степан прыгнул ему на спину и вновь прижал к земле. Вырваться он уже не смог и лишь шипел от злости по-змеиному. Рядом валялся кусок толстой стальной проволоки. Степан скрутил этой проволокой плененному руки за спиной, а затем, рывком поставив на ноги, толкнул к выходу и прикрикнул:

– Шагай, падаль!

– Ты даже не представляешь, на кого полез, гнусь, – прошепелявил парень, оборачиваясь. – Ты уже труп, мусор, труп!

– Пшел. – Степан дал ему пинка, не обращая внимания на слова. Многие ему грозили, и ничего – жив пока.

– Ты у меня еще в ногах будешь валяться, – пообещал парень, нервно хохотнув. – Приползешь, сука, на брюхе.

– Сейчас вот дам по башке прикладом, и сам поползешь, – заверил его Степан, наградив очередным пинком.

– Я велю, чтобы тебя пытали перед смертью, – прошипел парень и, сплюнув кровь на песок, рванулся вперед к воротам.

– Опять? – взревел Степан, кидаясь за ним. – Мне уже надоело бегать!

Не разбирая дороги, парень кинулся через улицу. Мгновение спустя завизжали тормоза, и водители стали возмущенно сигналить. Сначала парня едва не сбил автобус, потом слегка зацепила «Мазда», и в довершение своего опасного трюка он оказался на капоте «десятки», в которую сзади въехал «ЗИЛ». От удара беглец скатился на дорогу, прямо под колеса затормозившей милицейской «шестерки». Сотрудники ДПС были озадачены таким поворотом событий. Парень лежал без сознания, весь покрытый кровью и цементным раствором.

– Интересно девки пляшут, – протянул пухлый лейтенант, выбравшись из машины. С места водителя патрульной машины вылез молодой сержант. Оба посмотрели в сторону приближавшегося Степана.

– Свой, – поспешил он предупредить милиционеров, демонстрируя удостоверение.

– Чего это? – покрывшись румянцем, поинтересовался лейтенант, указывая на тело под ногами.

– Вот этот черт пять минут назад на проспекте Калинина сбил трех человек и скрылся. Я преследовал его. Он вон там, на соседней улице, въехал в салон белья, а потом побежал сюда, на стройку. Я его пытался скрутить, но – увертливый, гад, и вдобавок обдолбался каким-то дерьмом.

– А его машина там осталась, в салоне? – уточнил лейтенант.

– Да, черный джип «Тойота Ленд Крузер» номер А007АР.

– Номер-то… – испуганно начал было сержант, но Степан перебил его:

– Права купил, наверное, или машину угнал. Парень полный отморозок, и наркоман к тому же. Не думаю, что такой в правительстве работает.

– А может, ему папа дал машину покататься, – мрачно заметил лейтенант.

Степан замолчал. В пылу погони он как-то не задумывался обо всем этом, однако теперь жалеть было поздно. Взгрел щенка хорошенько, так взгрел, подумаешь, телесные повреждения! Он тоже пострадал. Вот возьмет и поедет сейчас в больницу да все зафиксирует…

Переговорив по рации с диспетчером, лейтенант доверительно сообщил:

– В городе происходит черт знает что. Десять минут назад от банка угнали инкассаторскую машину с пятьюдесятью миллионами. Этот молокосос сколько дел наворотил, – пнул он лежавшего ничком парня и продолжал: – А вчера на посту задержали сынка главы администрации Ленинского района, пьяного в сиську. Он еще размахивал поддельным удостоверением полковника ФСБ. Купил бы хоть лейтенантское. Совсем не догоняет, что сопляк не может быть полковником, физически не может, мать его…

Потом он пригляделся внимательнее к Степану:

– Слушай, братан, а ты ведь инкассатор…

– Машину я не угонял, – сразу оборвал ход его рассуждений Степан, – взял во временное пользование, чтобы догнать этого выродка на джипе. Деньги в полной сохранности. Машина стоит на соседней улице. Там мой напарник. Он уже, наверное, доложил обо всем начальству.

– Вась, слышишь, за час два дела раскрыли, – весело бросил лейтенант напарнику, хватаясь за рацию.

– Да радоваться-то особенно нечему, – кисло заметил сержант, косясь на тело на асфальте. Парень застонал и пошевелился.

– Сейчас разберемся во всем, – заверил лейтенант, подмигнув Степану. – Не повезет тебе, мужик, если этот сопляк и правда тот, о ком я подумал. Молись, чтобы машина была угнанной, а этот – вором.

Степан тяжело вздохнул и взял трезвонивший сотовый. Звонил Антон.

– Слушай, как у тебя там? Догнал? – возбужденно затараторил напарник в трубку.

– Догнал, – грустно подтвердил Степан. В его душе нарастало тревожное чувство. Казалось, что он совершил ошибку, и не просто ошибку, а самую большую в своей жизни. Да, он действовал так, как должен был действовать офицер спецназа. Однако вряд ли кто оценит его геройство.

– Я Семенычу доложил обо всем. Он весь на говно исходит, тебя требует. Орет, как истеричная баба. Я чуть не оглох. Держал сотовый на вытянутой руке. Даже громкой связи не надо было. Тебе лучше мчаться к нему прямо сейчас.