Святитель Нектарий Эгинский

1. Годы детства и юности

Во фракийской[1] деревне Силиврия, в семье Димаса и Василики Кефалас, 1(14) октября 1846 года родился мальчик, получивший в святом крещении имя Анастасий.

Ещё с раннего детства проявилась его любовь к книге. Маленьким ребёнком он складывал листки бумаги в виде книги, и при этом объяснял маме, что хочет записывать в эти книги речи Божии.

Он делал, также из бумаги, и священнические одежды, показывая этим свою любовь к священническому призванию и открывая этим свою будущность.

Семья жила в крайней нищете.

Это препятствовало желанию мальчика получить достойное образование. И Анастасий, как только ему исполнилось тринадцать лет, решил уехать в Константинополь в поисках лучшей доли.

До наших дней, передаваясь из уст в уста, дошла история об его отъезде из Силиврии.

…В тот день Анастасий пришёл в порт, не имея денег. Там нашёл паровой фрегат, который отплывал в Константинополь[2], и обратился к капитану с просьбой взять его на борт. Как ни умолял Анастасий, капитан никак не соглашался брать бесплатного пассажира. Когда же настойчивость мальчика утомила капитана, он перестал обращать на него внимание и приказал команде: «Отдать швартовы!».

Однако судно не могло сдвинуться с места. Команда тщательно проверила работу паровой машины, но никаких неисправностей не обнаружила. Раздосадованный капитан в недоумении вышел на палубу.

И тут взгляд его упал на мальчика, который всё ещё печально стоял возле пирса. И капитан прокричал ему: «Поднимайся на борт!».

Как только Анастасий поднялся на судно, фрегат тут же легко отчалил от берега и пошёл в открытое море…

Однако юного Анастасия ждали впереди и другие испытания.

Все пассажиры фрегата должны были иметь билеты; их наличие в ходе плавания проверял контролёр.

Понятно, что у Анастасия билета не было и, когда началась проверка, от волнения и стыда мальчик расплакался. Его плач привлёк внимание одного молодого человека по имени Хоремис, проживавшего на острове Хиос, Он выслушал сбивчивый рассказ Анастасия и, растрогавшись, оплатил ему билет.

На пути в Константинополь, вблизи фракийского берега, разразился сильный шторм. Команда изо всех сил старалась удержать корабль на плаву.

Испуганный Анастасий забился в укромный уголок на палубе. Капитан, оказавшись рядом, крикнул на бегу: «Теперь надо крепко молиться, мальчик, если хочешь остаться в живых!».

Анастасий стал молитвенно взывать к святителю Николаю Чудотворцу, зная, что тот скоро приходит на помощь терпящим бедствия на море.

Святитель Николай спасает утопающих на море

Икона

С треском надломилась мачта. Верхняя часть её опасно накренилась и вот-вот могла упасть. Анастасий, превозмогая страх, своим поясом скрепил поломанную мачту. Беды не случилось – возможно, не столько из-за отчаянных усилий мальчика, сколько по его вере.

Внутри нательного крестика Анастасия (он достался ему от бабушки) была маленькая частица Креста Господня. Бабушка говорила, что в случае смертельной опасности на море нужно привязать крестик к верёвке и опустить его в волны – тогда не утонешь, тогда спасёшься… Анастасий, вспомнив слова бабушки, так и сделал: нашёл верёвку и опустил крестик в море.

Волны вскоре утихли.

Спасшиеся моряки воздавали хвалу Господу…

… Прибыв в Константинополь, Анастасий нашёл там работу в табачной лавке. Он упаковывал рассыпной табак и доставлял его покупателям в ручной тележке.

При этом он не переставал мечтать о профессии учителя, и работа в торговой лавке не могла угасить его жажды к учению.

Каждую свободную минуту он использовал для чтения, всё более возжигая в себе любовь к Церкви. Кроме сочинений древнегреческих философов, он особенно любил читать труды святых отцов. Из упаковочной бумаги он сделал своеобразную тетрадь и переписывал на её листы отрывки из Священного Писания, цитаты из творений отцов Церкви, афоризмы греческих мыслителей.

Кстати сказать, короткие душеполезные записи он делал на упаковках, в которые укладывал гильзы для папирос, и на обёрточной бумаге, в которую заворачивал табак для покупателей. Даже и таким образом Анастасий рассчитывал привлечь внимание горожан к святоотеческой мудрости.

Позже выписки, сделанные им в это время, он собрал в одну книгу и издал её под названием «Сокровищница духовных и любомудрых изречений».

Анастасий ещё подростком столкнулся со страданиями и с необходимостью терпеливо относиться к слабостям других людей. Это, кстати, помогло ему и в дальнейшем, во многих жизненных невзгодах и обстояниях. Он всегда помнил апостольское наставление: истинный слуга Божий тот, кто способен терпеть неправду.

За работу в лавке Анастасий получал от сурового хозяина только пищу и жильё. Скоро обувь его износилась, одежда превратилась в лохмотья.

Он вынужден был просить денег на одежду у хозяина лавки, однако тот не пожелал дать молодому работнику денег и грубо отказал ему.

Не зная, как поступить, Анастасий написал письмо, в котором просил о помощи, и вложил в конверт. А на нём написал такой адрес: «Господу Иисусу Христу на Небо».

Сосед-торговец, увидев мальчика с почтовым конвертом в руках, вызвался помочь ему отправить письмо.

По дороге на почту этот сосед, увидев необычный адрес, решился вскрыть конверт. В письме Анастасия была искренняя детская просьба:

«Дорогой Христос!

У меня нет фартука и туфель, пришли их мне.

Ты знаешь, как я Тебя люблю.

Бесхитростное письмо растрогало торговца, и этот боголюбивый человек передал ребёнку одежду и обувь, не открывая, впрочем, своего имени.

К радости Анастасия, вскоре он смог оставить работу в табачной лавке.

В Константинополе имелось подворье иерусалимского храма Гроба Господня. На подворье была открыта школа, и Анастасию удалось получить в ней место. Условия были такими: Анастасий должен был помогать учителям младших классов. И эта работа была своеобразной платой за то, что ему позволялось посещать занятия в старших классах этой же школы.

Собор св. Софии в Константинополе. Мост через залив Золотой Рог

Худ. Уильям Барлетт. 1838

Это вполне устраивало трудолюбивого юношу, который вёл очень скромную жизнь: единственным богатством, которое он желал бы стяжать, было богатство знаний, открывающих верный путь пастырскому служению.

Из Константинополя на о. Хиос. – Уроки и проповеди

Когда Анастасию исполнилось 22 года, он покинул Константинополь и отправился на остров

Хиос. Там, на острове, он получил место учителя в школе деревни Лифис.

В византийскую эпоху о. Хиос был оплотом Православия. Об этом напоминает и ныне действующий там монастырь Неа Мони (греч. Νέα Μονή – «Новый монастырь»).

Вид монастыря Неа Мони на о. Хиос. Основан в первой половине XI века. Монастырь включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО (1990 г.).

А в начале XIX века многие православные жители острова стали жертвами чудовищной резни, устроенной турками. (Тогда весь мир содрогнулся известием об этом безжалостном кровавом преступлении.) Память о жертвах утвердила народ в благочестии отцов.

На этой земле, ещё не забывшей страдания, Анастасию довелось учительствовать в течение семи лет.

Мученическая кончина св. прмч. Космы Этоаийского

Икона (литогрфия)

Всё это время его вдохновлял пример сщмч. Космы Этолийского[3], проповедника и учителя. По его примеру Анастасий не только учил детей, но и проповедовал им, укрепляя их в благочестии и добродетелях не только словами, но и личным примером.

Он вёл воздержанную и скромную жизнь. Обычно после уроков Анастасий закрывался в своей комнате и проводил свободное время в чтении и молитве. А в храме он не только бывал постоянно, подавая как учитель пример окружающим, – но и проповедовал там Благую весть Спасения.

2. Годы духовного взросления

Жажда духовной жизни сделала Анастасия частым гостем в монастыре Неа Мони на острове Хиос. Здесь подвизался старец Пахомий, монах святой жизни; и молодой учитель имел с ним частые беседы[4].

Старец Пахомий, удалившийся в то время в скит на Овчей горе, открывал ему тайны монашеской философии как «науки над науками» и утвердил в Анастасии жажду подвижничества.

Плодом таких бесед стал постриг в ангельский чин осенью 1876 года.

В постриге он получил имя Лазарь, был причислен к монастырскому братству и поставлен секретарём. Также он должен был учительствовать в начальной школе при монастыре. Братия необыкновенно его любила за его ревностное служение и готовность помогать ближнему.

А высота иноческого делания подвижников Овчей горы надолго запечатлелась в его памяти и на протяжении жизни делала его как бы причастником благодати, которой исполнены пустынножители.

Митрополит Хиосский Григорий в январе 1877 года возвёл монаха Лазаря в сан иеродиакона. Хиротония прошла в кафедральном соборе во имя святых мучеников Мины, Виктора и Викентия; при этом монах получил новое имя: Нектарий. (Этим именем он был наречён в честь святителя Нектария, архиепископа Константинопольского; как известно, его предшественником на этой кафедре был святитель Григорий Богослов).

Иеродиакон Нектарий оставался в своём монастыре ещё два года, изучая с ещё большим жаром Священное Писание и творения Святых Отцов.

Конечно же, у Нектария было огромное желание заняться изучением богословия, но для поездки в Афины у него не было денег. И всё же промыслом Божиим такая возможность вскоре представилась.

На Хиосе жил один богатый человек, по имени Иоанн (Янис) Хоремис. Между прочим, он приходился близким родственником тому молодому господину, который купил когда-то Анастасию билет на корабль до Константинополя. Увидев в таком совпадении промысл Божий, благочестивый Иоанн Хоремис решил помочь монаху. И оплатил ему дорогу до Афин и стоимость обучения.

Приехав в Афины, тридцатипятилетний Нектарий вначале должен был завершить гимназическое образование. (Страшное землетрясение на о. Хиос 22 марта 1881 года не позволило ему сделать это своевременно).

Получив аттестат в афинском лицее И. Варвакиоса, он приблизился к своей заветной мечте о богословском образовании. И по совету друзей отправился на короткое время в Александрию.

Здесь с рекомендательными письмами на руках иеродиакон Нектарий обратился за помощью к Патриарху Александрийскому Софронию IV. Благодаря патриаршему попечительству он был принят в Афинский национальный университет на богословский факультет.

Патриарх Александрийский Софроний IV (1870–1899; ранее – патриарх Константинопольский Софроний III)

Во время учёбы в университете он не оставлял церковное служение – служил как диакон в двух афинских церквах: во имя Святой Ирины и в честь Всецарицы.

И при этом находил время для проповеднических занятий. Об этом свидетельствует брошюра «Десять проповедей на великую Четыредесятни-цу», изданная «иеродиаконом, студентом богословия» Нектарием Кефаласом в 1885 году.

Возможность заработка улучшила его материальное положение. К тому же со временем он как один из лучших студентов стал получать стипендию А. Пападакиса.

Это – наряду с трудолюбием и необыкновенною тягой к знаниям – позволило Нектарию в 1885 году благополучно завершить курс обучения.

В университетском дипломе (его оригинал находится сейчас в эгинской келье свт. Нектария) сказано:

«…единодушным определением богословов факультета утвердил, согласно обычая, Нектария Кефаласа, диакона, урождённого эллина, прибывшего с Хиоса, усердно изучавшего богословие и во время устроенного ему тщательного испытания в богословских дисциплинах обнаружившего знания, удостоенные оценки «хорошо», в степени лиценсиата с присовокуплением всех сопутствующих сему академических достоинств 1885 года ноября 13-го числа».

Богословское образование, так уместно дополнявшее его призвание, позволило выпускнику университета искать место, достойное для приложения знаний и талантов.

Диплом, выданный Нектарию (Кефалосу) об успешном окончании богословского факультета Афинского университета

Получив образование, диакон Нектарий переехал в Египет, в уже знакомую ему Александрию.

Там весной 1886 года он был рукоположен Патриархом Софронием IV в сан пресвитера.

Оценив по достоинству способности и добродетельную жизнь Нектария, Патриарх определил его на служение при патриаршем представительстве в Каире (кафедральным храмом представительства был собор Святителя Николая, расположенный в каирском квартале Хамзави).

Вид старого Каира

Вскоре Нектарий становится архимандритом, а затем – Великим архимандритом Александрийской церкви.

В это время архимандрит Нектарий много и самоотверженно трудится: помогает нуждающимся, пишет и публикует богословские сочинения, занимается благоукрашением храмов.

Например, для росписи собора во имя святителя Николая Чудотворца потребовались большие средства. В 1888 году Нектарий организовал сбор пожертвований. Благодаря этому удалось благополучно завершить начатое дело, и вскоре новая роспись украсила собор, радуя взоры и сердца прихожан.

Позже святитель Нектарий вспоминал об этом в одном из писем: «Храм в Каире, который я украсил, сделал светлым и из убогого – дивным, достоин теперь имени святителя Николая».

Нектарий показал себя очень ревностным в проповедническом служении и достойным представителем Патриархии, исполняя свой долг со страхом Божиим и большой любовью. Своими святыми трудами этот христолюбивый муж стяжал любовь народа и заслужил всеобщее доверие.

Не случайно через три года он был избран Митрополитом древней Пентапольской митрополии. Хиротония состоялась в воскресенье 15 января 1889 года. (Отметим, кстати, удивительное совпадение: именно 15 января свт. Нектарий получил святое крещение, и диаконская хиротония состоялась также 15 января).

Так возжжённый светильник его веры был поставлен на свечницу, чтобы нести светозарный свет евангельских истин.

В те годы он писал: «Сан не возвышает своего обладателя; одна лишь добродетель обладает силой возвышения».

Слух о нём как о человеке, полном добродетели и знания, расходился всё дальше и дальше, а любовь народа к нему росла всё больше и больше.

И всё же главной его заботой было стремление угодить Богу и принести наибольшую духовную пользу народу Божию.

…Между тем, уважение, которое пентапольский святитель приобрёл за такое короткое время, и духовное оживление, которое он вызвал в Церкви, не всем пришлись по нраву. Всё это, казалось бы, должно было стать поводом к радости, однако у некоторых неразумных людей вызывало зависть.

Этим людям удалось оклеветать его перед Патриархом Софронием. Стали разноситься слухи, что якобы Нектарий готовится занять Патриарший престол и, пользуясь всеобщим уважением, привлекает людей на свою сторону. Противники Нектария всеми средствами старались его очернить. Увы, Патриарх поверил этим клеветам, и безо всякого суда и даже не попытавшись побеседовать с Нектарием, в мае 1890 года отстранил его от должности.

Вначале Патриарх ещё разрешал Нектарию пребывать в Патриархии, но вскоре, в июле 1890 года, направил ему повеление покинуть патриарший город и отправиться туда, куда пожелает.

Напрасно святитель искал объяснений по поводу совершённых против него действий…

Без суда и следствия он был выброшен и изгнан; таким образом, в земной его жизни осуществилась заповедь блаженства: «Блаженны изгнанные правды ради».

Народ, узнав об его уходе, горевал о нём.

Святитель получал такие письма: «Глубоко огорчены Вашим уходом, поскольку ощущали в своём сердце непоправимую потерю и считаем великим лишением то, что мы остались без дорогого нами любимого архиерея и предоброго и исключительно трудолюбивого клирика».

3. Годы трудов и гонений

Оставив Египет, Нектарий по совету друзей в августе 1890 года приехал в Афины. Из Каира он уезжал, как сам писал позже наследнику Александрийского престола Патриарху Фотию, в надежде, что будет «оправдан в день, когда этого захочет Господь».