Блин, Кощей!

Семье – за терпение и моральную поддержку,

Валерию Толоконцеву – за постоянное стимулирующее общение,

Роману Садковскому – за открытие тайн ихтиологии.

Глава первая

— Чует мое сердце, что мы накануне грандиозного шухера.

к/ф «Свадьба в Малиновке»

– Блин, Кощей! – орал я, подпрыгивая на жёстком троне. – Блин, блин, бли-и-ин!

И это я ещё как очень интеллигентный человек этими самыми блинами заменяю совсем уж неприличные слова. Вставляйте вместо них любые. И не стесняйтесь.

– Оладиков, внучек? – вздохнул Михалыч, стоя внизу перед троном.

– И оладики – блин! И вся жизнь моя, с таким трудом налаженная тоже блином накрылась!

– Ну хватит тебе внучек…

– Да я ещё и не начинал, деда! Так только, разминаюсь, пытаюсь слова подобрать да понять, во что же это я такое вляпался на этот раз?!

– Босс, хочешь самогону? – нерешительно протянул Аристофан, стоя за спиной деда.

– Вот мне только сейчас нажраться и не хватало!.. Хотя, мысль интересная…

– Попробуй только, Феденька, – ласково улыбнулась Варя.

– Гюнтер! Конфисковать у бесов самогон и передать его в медпункт для лечебных целей!

– Я… Я сейчас… – Аристофан попятился к выходу. – Реально забыл утюг выключить…

– И переедет вся наша бесовская казарма в этот же медпункт на вечное исцеление. Пока лекарство там не закончится, – покивал Михалыч. – Молодец, внучек, просто государственный ум…

– Деда! Хоть ты не начинай, ладно?! Аристофан, назад! У тебя если и есть утюг, в чём я сильно сомневаюсь, то он на углях работает! Сериалов насмотрелся?

– В натуре, босс, – вздохнул бес.

– У-у-у! – взвыл я и грохнул кулаком по подлокотнику. – Больно, блин! Гюнтер! Чтобы через час трон чем-нибудь мягким оббили и сиденье тоже, понял?!

– Хотите подушку, Государь?

Ага, Государь. Опять, блин!

Нет, надо с этими блинами уже завязывать, а то совсем неприлично как-то получается, совершенно неподходяще для строгого стиля моих Хроник.

Но меня тоже понять можно! Живу, практически не тужу, жизнь ключом бьёт, в городе целыми днями пропадаю на любимом фронте работ и на тебе, получите, распишитесь!

Я утром еще, когда проснулся, сразу почувствовал что-то не то. Эдакий взгляд на мир стал глобальный, единение с окружающей средой в целом и с Дворцом нашим в частности. Я тогда внимания особо и не обратил. Мы вчера всей Канцелярией засиделись до полуночи, проверяли, как купцы к своим обязанностям относятся. Приговорили пол ящика коньяка, врученного нам в качестве налога на неучтённую прибыль, а потом ещё Михалыча в город выводили погулять, собачку поискать очередную. Потом уговаривали его домой пойти, согласились покататься на мамонтах до реки и обратно наперегонки и в итоге я лёг только на рассвете. Конечно, что угодно с утра почудиться может.

Лучше бы уж почудилось.

Доплёлся до Канцелярии, только над первой кружкой чая завис, как входит комитет по встрече нового царя-батюшки в лице Гюнтера, Агриппины Падловны и Калымдая, и на золотом подносе суют мне под нос обрывок бумаги, на котором собственной костлявой рученькой нашего Великого и Ужасного начертано:

«Я в отпуск до осени. А может и до зимы.

Федька за меня покудова.

К.»

Нормально?!

Мне год назад хватило этих ужасов на троне. Уж нацарствовался вволю! И на тебе, Фёдор Васильевич, получи и радуйся! Царствуй, пока Кощей-батюшка коктейлями и пляжами с мулатками наслаждаться будет! Или куда он там подался в отпуск этот?

Самое обидное – отказаться нельзя, ну вот совсем нельзя и всё тут. Государство без царя существовать не может, это вам любой пацанёнок скажет, что в городе, что во Дворце. И другого никого в цари не поставить, просто потому что некого. И это я, уж поверьте, никакой манией величия не страдаю, а объективно смотрю на общую картину нашего государственного устройства.

Ну а кого, к примеру? Агриппину Падловну, нашу бухгалтершу? Она у нас гений финансов, а вот первому попавшемуся послу, косо на неё посмотревшему, сразу морду начистит, не взирая на дипломатический иммунитет.

Калымдая? Так он сразу войну одновременно всем соседям объявит. Под предлогом выравнивания границ.

Гюнтера? Ой, не надо про Гюнтера с его нетрадиционными замашками.

Михалыча? Нет, дед у меня – орёл, никто не спорит, дураков нет. Только он в первый же день пол казны к нам в Канцелярию перетащит. Просто так, чтобы надёжней было ну и про запас. А на следующий день с утра остаток казны припрячет, а потом пойдёт по городам дополнительные налоги вводить.

В общем, и всё из руководящего состава. Вот и получите Федьку в цари. Благодарить не надо, кушайте на здоровье.

– Бли-и-ин!

– Фёдор Васильевич… Государь, ну что же вы так переживаете? – выступил вперёд Калымдай. – Хотите, войну какую-нибудь начнём, отвлечётесь маленько?

Во, понятно? Я именно об этом. Мне и править, больше некому.

– Спасибо, Калымдай. Давай в другой раз, ладно?

– Как скажете, Государь. А смотр войскам не желаете провести?

– Желаю, чтобы ты меня по-прежнему называл, а смотр не желаю.

– Тогда я сам, Фёдор Васильевич?

– Угу, развлекайся.

– Федька… Это… Вашество! – определилась наконец с титулами Агриппина Падловна. – Через час быть у меня в бухгалтерии!.. То есть, подходи, пожалуйста, будем ведомости квартальные подписывать.

– Новые караваны прибыли, Государь, – внёс и свою лепту Гюнтер, – вместе с послами. Прикажете аудиенцию назначить?

– Государь! – вперёд протолкался бес Виторамус, заведующий Хранилищем. – Извольте и ко мне на склады заглянуть. Артефакты при передаче власти нестабильными становятся, необходимо калибровку произвести.

– А у нас кузнецы молоток и лекало утянули, – пожаловался начальник столярного цеха. – Вы бы им сказали, царь-батюшка…

– У-у-у! Началось! Заткнулись все разом! Не хочу! Не буду!

– Надо, Федя, надо, – серьёзно протянул Михалыч, но глаза его прямо искрились от счастья. Как же, дождался-таки подходящего момента, чтобы фильм процитировать!

– Гюнтер! Пиши указ! Калымдая со всей армией вывести на полевые учения куда подальше, там их всех и забыть! Бухгалтерии пересчитать все ведомости за последние сто лет и завтра же мне под роспись! Хранилище переоборудовать под амбары, а артефакты выставить на аукцион в Лондоне! Начальников столярного и кузнечного цехов поменять местами! – По залу пронёсся лёгкий шум, а главные придворные подхалимы демонстративно упали в обморок. – Я вам покажу! Всех уволю! Иван Палыч теперь не профитролями вас на десерт баловать будет, а овсянкой! С квасом! И никакой сгущёнки!.. Кто там хнычет?! Принцессы заморские?! А вас я обеих лично… – я осёкся, увидев прищуренный взгляд супруги, – лично велю обратно в ваши Китаи с Персиями отправить и без выходного пособия!.. Ну, кого ещё не упомянул?! Про кого забыл?! А ну, брысь все отсюда!

Я откинулся на спинку трона, с непривычки ударившись об неё затылком и, шипя от боли, но всё же с лёгким удовлетворением следил, как придворные разбегаются в панике, будто тараканы ночью на кухне от внезапно включившегося света.

Несколько секунд и в Тронном зале остался только свеженазначенный царь-батюшка и славный коллектив Канцелярии. И Варя.

– Мсье Теодор, – шагнула ко мне Маша, – хотите я вас в кабинет подброшу?

– Хочу, – внезапно шмыгнул я носом. Себя вдруг стало очень жалко. А Машуля у меня просто умничка. Все накинулись с делами и шуточками, только она одна пожалела, заботу проявила…

А так всё хорошо начиналось…

С гоблинами мы разобрались, с Лиховидом номер два покончили, причём во всех смыслах. Первую партию эльфийского пива получили по бартеру! Это вообще праздник-то какой!

Город мой растёт, новые поселенцы прибывают ежедневно. На базаре торговые места под один стиль оборудовали, а к зиме крытые павильоны собираемся построить. С театром, правда, никак не определимся. Театр – дело хорошее, так ведь? Только как оказалось – сложное. Ну не скоморохов же с медведями на сцену выпускать? Труппы нет, режиссера нет, драматурга нет. Да никого нет пока, даже здания. Губернатор наш, Иван Битюг, так вообще предлагает никакого театра не строить, а выделенный под него участок с аукциона пустить. Желающих-то много прямо на Центральной площади склады купеческие поставить или новую ресторацию открыть.

В общем, хорошая такая рабочая обстановка.

Хотя, эльфы немного меня из колеи выбили.

Мы с царём-батюшкой сидели вечером у него и сильно эдак в процессах мироздания разбирались. После пятого бокала и перехода с темы мирового эфира на брачные обряды в Полинезии, в кабинет зашёл Михалыч и порадовал нас визитом эльфов. Это мы потом поняли про визит, а сначала дед прикалывался, пугать нас очередным нашествием пытался, но мы с царём-батюшкой к этому моменту были готовы и вдвоём против любого войска выйти. А когда узнали, что эльфийский король Алиллортаэль Третий с мирными целями прибыл, то хотели сначала к нему за город сбегать, где их посольство шатры разбило, а потом поленились и решили на следующий день официальный приём устроить. Ага, как раз в тот день, когда царь-батюшка мне такой сюрприз приготовил, чтоб ему икалось вместе с его мулатками! Ну вот чего он, а?

– Государь, – в Кощеев кабинет вошёл дворецкий. – Завтрак.

– Гюнтер, завязывай ты с этими титулами, – я с интересом посмотрел на большой поднос. Царь я там или не царь, а кушать всё равно хочется.

– Никак невозможно, Государь, – он поставил передо мной миску с кашей и положил рядом деревянную ложку. – Этикет.

– Вот этим вот, – я ткнул пальцем в миску, – ты Кощея кормить будешь, понятно? А мне тащи нормальную, человеческую еду! Ну что за дела, Гюнтер? По плахе соскучился?

– Плаха… – фыркнул он, забрал кашу и буквально через минуту вернулся с другим подносом, от которого явно веяло настоящей едой. – Котлеты, буженина, жареная картошка, малосольные огурчики, хлеб, сыр…

– Ну вот можешь же, – я сглотнул. – А пива эльфийского не завели?

– Пиво с утра? – укоризненно покачал он головой. – Чай.

– Хоть со сгущёнкой?

– И с оладиками.

– Дедовыми? – обеспокоился я. Как Михалыч их готовит, так никто больше на всём белом свете не умеет.

– Господин Михалыч только что доставили.

– А чего он сам не зашёл?

– В приёмной, разрешения ждут-с.

– Гюнтер! Это же – Михалыч, ты чего?! Всем нашим доступ ко мне свободный, понял? И барона фон Шлосса предупреди с его рыцарями!

Гюнтер скрючил недовольную рожу и открыл дверь:

– Господин Михалыч к Государю собственной персоной!

– Внучек, к эльфам пора, заждались ужо, – забормотал дед, едва перешагнул порог Кощеева кабинета. – Неудобно получается. Вчера ещё заявилися, а мы всё их за городом держим.

– Могли бы и в городе расположиться, – зачавкал я котлетой. – Никто им не запрещал.

– Всё равно, нехорошо. Обижаться будут…

Не то чтобы Михалыч сильно эльфов любил или был строгим блюстителем дипломатического этикета, просто он в долгу сейчас перед эльфийским королём – Алик деду магического и очень целебного эликсира выделил, причём, втихаря от своих, вот дед и старается.

– Чай, сгущёнка, оладики и иду, – успокоил я деда. – А ты пока распорядись закуски им оттащить и вина какого-нибудь сладкого. Гюнтер! Седлай Максимилиана и готовь мой парадный плащ… И, кстати, подай срочную заявку в швейный цех – мне ещё летний плащ нужен, а то в этом зажарюсь. Скажи, чтоб точно такой же сшили, только лёгкий.

– И карманов пусть внутри побольше сделают, – захекал Михалыч. – Будет куда бублики с бутербродами положить.

Жизнь царя, чтобы вы там себе не фантазировали – настоящая каторга. Я в этом лишний раз убедился, когда подпрыгивал в седле сразу после завтрака. Так себе ощущения, честно скажу. Да ещё и Максимилиан завёл какую-то нудную муть про гигантские пещеры, которые вот абсолютно на весь мир протянулись, а раньше, дескать, все люди только в них и жили. С удовольствием бы поучаствовал в этой дискуссии, но как-нибудь в другой раз.

Да ещё и Алик, ну нет бы под стенами своё стойбище обустроить, так нет же, эльфы расположились метрах в трёхстах от города, а мне теперь ещё и туда трястись.

Пять больших зелёных шатров, расписанных загадочными символами как в моё время стены домов граффити, выстроились на лугу и приветливо помахивали мне зелёными же флажками со своих верхушек.

Эльфы тоже махали только уже руками, выскочив на травку и выставив впереди Алика, как официального короля.

– Здрасте, блин, – сполз я с Максимилиана и протянул руку Алику. – Добро, блин, пожаловать… А чего сразу в городе не остановились?

– Приветствую славного Статс-секретаря… – начал было Алик, но я перебил его:

– Алик, завязывай с этими церемониями, меня скоро тошнить от них будет. С самого утра достали.

Эльфы нахмурились, а стоящий рядом с королём высокий такой придворный, даже лязгнул кинжалом, вытащив его наполовину из ножен и с силой загнавши обратно.

Ах, боюсь, боюсь! Джигит, блин! Я иронично покосился на этого длинного и прилизанного, а мои зомби-рыцари уже загородили меня, вытащив мечи, да и моя парадная свита из калымдаевского спецназа замкнула кольцо вокруг шатров.

– Так всё плохо? – сочувственно спросил Алиллортаэль Третий и кивнул этому с кинжалом: – Фенолфталиэль, иди в шатёр покури, пока мозги не прочистятся. У нас тут врагов нет.

– Да, пардон, Алик, – смутился и я. – Мы рады вас видеть, располагайтесь, добро пожаловать и всё такое.

– Пошли, Федь, пивка хлебнём, ты мне и расскажешь спокойно, чего это ты такой на нервах. Пиво свежее, специально для тебя сварили.

Ну хоть одно радостное событие за день! Пиво у эльфов… Сказка! Песня! Да я готов ради него гражданство сменить на эльфийское, да только кто ж меня отпустит…

Я снова загрустил, вспомнив о государственных заботах и печально поплёлся за Аликом к шатрам, где эльфиечки уже раскинули на травке покрывала и теперь выставляли на них кружки и прочие необходимые для встречи двух монархов аксессуары.

– Не, ну классное пиво! – выдохнул я, выдув сразу полкружки. – Взял бы да научил наших такое варить.

– Да мне и торговать с вами нравится, – ухмыльнулся Алиллортаэль Третий. – Не будем налаженный бизнес рушить… Вот, попробуй рыбку. Это мы здесь, у ваших купцов нашли в городе.

Рыбка тоже была классная и с пивом сочеталась просто идеально. Я в них плохо разбираюсь в этих солёно-вяленых продуктах, сазана от леща не отличу, но употребляю с удовольствием и без всяких названий.

– Ага, отличная, – одобрил я и вздохнул: – Надо будет во Дворец такую заказать.

– Что случилось, Федь? – не выдержал всё-таки Алик. – И где господин Кощей?

– Я, блин – Кощей, – снова вздохнул я. – Император наш в творческий отпуск слинял, опять научные изыскания в голову ударили. Жди теперь снова планетарной катастрофы в рамках Солнечной системы. Так что, пока царь-батюшка сейчас опять какой-нибудь Фаэтон в пояс астероидов превращает, я за него тут парюсь.

– О, сочувствую, – покивал Алик. – Давай тогда ещё по одной, за скорейшее окончание отпуска.

– Половинку, – в третий раз вздохнул я. – Надо голову свежую иметь – дела, сам понимаешь… Навалилось всё и сразу, никаких моих сил царских нет.

– А тут ещё и я, – слегка смутился Алиллортаэль Третий, – с проблемами к тебе.

– Да ты хоть пивом проблемы разбавляешь, – отмахнулся я. – А что за проблемы?

– Да теперь даже и неловко как-то тебя просить…

– Давай, Алик, мы тут все свои. Ты же знаешь – если смогу чем помочь, то помогу. Что случилось?

– Конфликт у нас возник, – теперь настала его очередь вздыхать, – с вами, людьми. Есть рядом с нашим Лесом баронство одно. С прошлым бароном Бассетшильдским мы в мире жили. Разрешали его людям сухостой у нас валить, грибы и ягоды по краю Леса собирать, а иногда даже по просьбе барона, выгоняли для его охоты оленей и кабанов на опушку…

– А теперь?

– Один там, дальний родственник короля явился с отрядом и барона прикончил. Представляешь, Федь, просто прирезал его и теперь сам стал бароном Бассетшильдским.

– Представляю. Надо понимать, в мире он с вами жить не хочет?

– Ага. Лес рубить начал, место под пашни зачищать. Мы поговорить с ним пробовали, но потом пришлось набег на замок делать – послов наших выручать. Форменная скотина, Федь!

– Не понял… Вас же много да и лучники у вас классные, почему вы просто не пристрелили его?

– Не так уж нас и много… А потом, я же говорил – родственник короля он, вот и выпросил он себе гвардейский отряд для защиты от дикарей…

– Это вы – дикари? – перебил я.

– С вашей точки зрения, – кивнул Алик.

– Ну, только не с моей! – запротестовал я. – Дикари такое пиво сварить не смогут! А что, такой большой отряд, что справиться с ним не можете?

– Не в том дело, – помотал он головой. – Отряд-то королевский, понимаешь? Выстрелим раз и всё, считай войну королевскому дому объявили.

– А воевать вам никак не хочется, – понятливо кивнул я.

– И не можется – против государства у нас шансов нет.

– А, кстати, – вспомнил я, – я что-то и не в курсе, где вы живёте-то.

– Англия, Федь.

– Ага, я так и думал. И что ты от меня хочешь?

– Не знаю, Федь, – вздохнул Алиллортаэль Третий. – Помощи прошу. Кощей же говорил к нему обращаться, если проблемы возникнут. Вот, возникли.

– Надо помочь, внучек, – подал голос до этого молчавший Михалыч. – Царское слово – твёрже гороха!

– Угу. И что ты предлагаешь, деда? Войну Англии объявить? Сегодня вечером пойдём Лондон брать или до утра подождём?

– Ты – царь, ты и думай, – отмахнулся дед. – А только союзнику помочь надо!

– Спасибо, дедушка Михалыч, – наклонил голову Алик. – Я в вас не ошибся.

– А отдуваться теперь мне за дедово зелье от старости, – проворчал я.

– Тише! – зашипел тут же Алиллортаэль Третий. – Мои если услышат про эликсир, что я господину Михалычу вручил, все нервы на тетивы для луков вытянут!

– Угу… А давай тогда просто перебирайся к нам на Русь, – предложил я. – Места у нас богатые, леса дремучие, выделим вам автономную область и живите себе в удовольствие.

– Нельзя, Федь, – развёл руками Алик. – Спасибо за щедрое предложение, но никак нам наш Лес покидать нельзя, понимаешь?

– Не понимаю, но принимаю.

– Давай, внучек, бойцов наших к барону ентому отправим, – дед допил пиво и подмигнул эльфиечке, указав взглядом на пустую кружку. – Нет барона – нет проблемы!

– Ага, а королевский отряд будет в сторонке покуривать, пока ты барона резать будешь? – хмыкнул я. – Или ты и солдат тоже прикончить хочешь?

– А чего ты за них переживаешь, внучек? – дед сделал большой глоток и довольно зажмурился. – Твои солдаты что ли?

– Королевский отряд? Ты, дед – провокатор. Это же война будет!

– Аглицкий уезд… – задумчиво протянул Михалыч. – Нет, Аглицкая волость! Прирастём землями маленько, внучек!

– Да ну тебя… Нет, полномасштабная война нам сейчас совсем не нужна.

– А маленькая, но победоносная? – хихикнул дед.

– Михалычу больше не наливать! – строго указал я эльфикам.

– Я собой бочонок возьму, – покладисто согласился дед. – Ещё одну тут выпью и всё.

– Так ты говоришь, – отмахнулся я от деда, снова повернувшись к Алику, – что с этим бароном разговаривать бесполезно?

– Наглый и жадный, – кивнул он.

– А с вашим королём поговорить?

– Будет он с нами разговаривать, – фыркнул Алик. – Ему выгодно нас из Леса выжить, да на освободившиеся земли очередного родственника посадить. Зачем, по-твоему, он отряд свой барону выделил?

– Логично, – согласился я. – И всё же, перед тем, как активные действия начинать, надо попробовать миром договориться.

– Сиди, внучек, – дед допил пиво и с кряхтением поднялся. – Схожу, поговорю с королём. Как там его зовут?

– Хьюберт II, – ошарашено посмотрел на деда Алик.

– Ну уж нет! – запротестовал я. – Нам Англия ещё может пригодиться, а после Михалычевых переговоров… Есть у меня другой посол. – Я потянул из кармана медную ложку.

– Дело, внучек! – ухмыльнулся дед, увидев ложку. – Только всё равно со Змеем надо кого-нибудь послать.

– Вы чего затеваете? – Алик переводил взгляд с деда на меня.

– Погоди, – я стукнул ложкой о землю: – Горыныч?

– Здесь, Федь! – тут же откликнулся он. – То есть – Ваше Кошмарное Величество!

– Занят?

– Кушаем.

– Кто бы сомневался… Набьёшь пузо, бери подругу свою и рысью ко мне – в Англию полетишь.

– Далеко-о-о… А мы такой уставший…

– Тогда – на Чукотку. Карликовые берёзы окучивать.

– Да иду мы уже, иду…

Я спрятал ложку и сжал головку булавки в отвороте плаща:

– Гюнтер? Оденься прилично и жми сюда к эльфам. Михалыч сейчас тебе узелок с оладиками на дорожку приготовит. Послом в Англию на денёк отправишься.

– Оставить вас одного?! – поразился голос Гюнтера в моей голове. – А кто вам сигару прикурит? Кто ночной горшок подаст? Кто, в конце концов, от надоедливых посетителей ваш кабинет охранять…

– Гюнтер, – устало прервал я его. – Давай, подходи, жду.

Я прервал связь и подмигнул Алику:

– Ещё полкружечки?

Вот как у Кощея получается одним взглядом на всех ужас навести и заставить персонал суетиться?

Я пока объяснил Горынычу и Гюнтеру, что от них требуется, а главное – уломал их к этому аглицкому Хьюберту II сгонять, все силы и нервы свои извёл. Спасибо Алику, что вовремя подсовывал мне пиво и рыбку, а то бы я точно осерчал и покатились бы головы слуг моих нерадивых по зелёному лужку, разбрызгивая кровушку на стены эльфийский шатров…

Так, пива мне точно хватит. Тем более что Гюнтер не прекращал свои издевательства, всячески стараясь навалить на меня новых забот:

– Государь, осмелюсь напомнить – в три часа у вас приём послов, прибывших с купеческими караванами из Персии и Китая.

– Тебе самому сложно их принять и поболтать минут десять по этикету?

– Не сложно, – кивнул дворецкий. – Только меня спешно в Англию отправляют.

– Блин!

– Полдник уже накрыт, Государь. Блины поданы.

– Со сгущёнкой, хоть? – вздохнул я подымаясь.

– Ваше Величество, – проигнорировав сгущёнку, озабочено (да, он у нас такой) нахмурился дворецкий, – а кто же меня замещать будет, на время моего отсутствия?

– Да перебьюсь денёк…

– Никак невозможно, Государь!

– Ну, тоже мне, нашёл проблему… Вон, Михалыч за мной присмотрит.

– Да ни за что! – открестился дед. – Как на меня обчество посмотрит, ежели я заместо Гюнтера стану? Ты тогда, внучек, сразу меня в бабий сарафан переодень!

– Фи на вас, господин Михалыч, – поморщился дворецкий. – Махровый консерватизм и ваша узость мышления…

– Завязывайте, – остановил я спорщиков. – Найдём кого-нибудь другого на денёк.

– Машку попроси, внучек, – предложил дед. – Она девка у нас хошь и капризная, но ответственная.

– Вариант, – вздохнул, кивая головой Гюнтер. – Я распоряжусь, Государь… А вы всё же отправляйтесь во Дворец. Скоро послов в Тронный зал доставят.

– На крышу, – поправил я. – Гони их на крышу, а то я зажарюсь в плаще.

– На крышу, – кивнул Гюнтер и вдруг запричитал: – Да как же вы тут без меня справитесь? Да на кого же я вас оставляю?..

– Ну да, сутки без тебя и всё царство Бене под хвост, – хмыкнул дед.

– Алик, – я повернулся к эльфу, – спасибо за пиво и рыбку, пора мне. А вы не стесняйтесь, погуляйте по городу, у нас и эльфийский ресторан есть уже. А захотите вина хорошего – идите в «Великолепного беса» к Сократу, скажете, что от меня.

Я оставил Максимилиана попастись на лужку, а сам, скинув плащ, решил пешочком прогуляться через город, проветриться немного. Август на носу, самая жара у нас. Эх, сейчас бы с Варей на речку сгонять, на песочке поваляться, окунуться хоть разочек, а тут приходится… Эх…

– Фёдор Васильевич! – окликнул меня Калымдай уже в районе Рыночной площади.

– Опять война? – я остановился у лавки с пирогами, заинтересованно рассматривая их. – Мадагаскар присоединять будем или Австралия на нас напала?

– Да если бы! – нахмурился Калымдай и, подойдя вплотную, зашептал: – Фёдор Васильевич, беда! Армия только в пределах города функционировать может!

– Как так?

– Не знаю. Я же собирался учения провести, выходим строем за город, а скелеты, как только шаг за ворота делают, так сразу падают и не шевелятся.

– Ох, ты ж… Много сгинуло?

– Не-не, всё в порядке! Обратно в город занесли, они тут же и вскочили, голубчики! Только теперь мы обороняться можем, а активные действие вести… Бесы да мои ребята никак масштабной войны не потянут.

– Так мы и не воюем, Калымдай.