Бандитский дневник пчёлки Жужи

Моё имя – Жужа. Я живу в деревне Можжевельник. Там находится школа, в которой учусь я и все мои друзья. Мой лучший друг – ёж Бен, а подруга – пчела Крессида. Остальные – так, товарищи. Мой улей стоит прямо посреди лужайки. Вы найдёте его между Долиной забвения и Жуткой аллеей. Там неподалёку есть и моя школа.

Вы скажете:

– Отчего всё так запутано?

– Потом узнаете, – улыбчиво хмыкну я.

ЗАПИСЬ 1

Сегодня я проснулась от того, что в дверь позвонили. Это была Крессида, обещавшая прогуляться со мной до школы.

Мы с Крессидой пошли в школу пешком. Мы шли по Можжевеловой аллее и шуршали листьями. Впереди шагал одинокий восьмиклассник Том. Он был ананасом с вечно понурой ботвой. Дождь барабанил по нашему зонтику как по черепице крыши.

– Посмотри, Том тоже шуршит, – шепнула мне Крессида.

– Предложим шуршать вместе!? – подмигнула я.

– Давай! – закивала Крессида.

– Эй, Том! Пошуршишь с нами, а Том?

– Я не шуршу, – буркнул он и зарулил в кусты.

– Ты шуршишь! – намекнула Крессида.

– Я случайно, – угрюмо ответил Том.

Перед нами выросло чистое, белое, отполированное школьное крыльцо. Ещё бы! Это самая лучшая школа в Можжевельнике, если хотите знать! И там, конечно, – самые хорошие учителя!

Наши уроки проводила Хульда. Самая строгая и сердитая учительница во всём Прижужжском районе. Её боятся не только дети всех пчёлских школ, но и учителя, и даже директора.

Как ударит чем-нибудь по столу! – Директриса тут же примчится спрашивать: «Что гроза началась?», или: «Кто-то выпал из окна?». По классу разлетается смешок.

Крессида сидит через одну парту от меня, а я сижу с Линой. Она такая приставучка – жужжас дикий какая! Описывать не хочу! Бен сидит прямо передо мной. Так красиво сидеть в наглаженном костюме могут только отличники.

Я терпеть не могу, когда учителя называют нас «дети».

– Бен, – шепнула я, – ты слышал, нас опять назвали дети?

Но Бен не отвечает.

В классе было тепло и уютно. Шмели на задней парте монотонно гудели. И туууут:

БАХ!

В коридоре зацокали каблуки, заглянула директриса:

– Кто хлопнулся в обморок? – пропищала она.

– Вы лучше спросите, кто болтает на уроке! – сказала Хульда.

Маленькая пчёлка Китти заплакала от такого громкого звука.

– Тише! – шепнул Бен.

БАХ!

– Что за болтовня с самого утра!?

БАХ! БАХ!

– Какое нежужное утро… – заметила Крессида вслух.

– Я про то и говорю, – усмехнулась учительница, – а теперь пора уже начать урок.

– Ага, – шепнула я Бену, который уставился на доску, будто на ней сейчас появятся шоколадные конфеты с ежевикой и хлопал глазами так долго, будто участвовал в конкурсе по маханию ресницами.

А Хульда всё говорила и по очереди вызывала каждого. Вообще-то ее звали Хульдинья. Мисс Хульдинья. Хотя, какая разница!

– Жужжетта Баззе! – крикнула она.

– Это ты, – обернулся Бен.

– Жужа, тебя вызывают, – шепнула Крессида

БАХ!

– Жужжетта Баззе!

Лина спихнула меня со стула. Ух! Противная!

Я поковыляла к доске, и мои усики прилипали ко лбу от страха.

– Как называется дальний водопад в долине Корделини Гроссе?

Я не знала, что ответить, и как обычно расчихалась, сделав вид, что не могу остановиться.

– Вот, гляди, есть Журнжский водопад, а по другую сторону, где долина…. – спокойно объясняла мне мисс Хульдинья.

Я стояла и тупила (как любила говорить старшая сестра Крессиды). И тут я вспомнила книгу «Сказки Марты Глияны», и там было написано: «У Пчелонского водопада». Я взглянула на Хульду и увидела, что тетрадка уже взлетает, чтобы сделать новый «БАХ», и что было сил заорала:

– ПЧЕЛОНСКИЙ ВОДОПАД!

БУХ!

Что-то бухнуло над моей головой, и я опомнилась.

– Ты уснула на уроке, – буркнул Бен.

– И ты вскрикнула что-то про водопад во сне, – хихикнула Лина.

Я выдохнула. Дак это было во сне! Я озиралась по сторонам. Хульда и правда держала в руках тетрадку.

– Ты больше не спи! – шепнула Крессида.

Прозвенел звонок.

– Ах, мисс Хульдинья… – лепетала я. И кинулась виновато обнимать учительницу.

ЗАПИСЬ 2

Сегодня я пришла в школу самая первая. В классе летала муха. Потом зашла Крессида:

– Муха! Спасите! – испугалась она.

Китти с Лейлой тоже струхнули и в ужасе плюхнулись на стулья. Причалили Бен и Лина. Лина прильнула ко мне, и только Бен гордо уселся за свою парту.

Ишь какой! Важничает ещё! Отличник видите ли по всем предметам! «Муха, – говорит, – не кусается», и еще кучу непонятных слов.

Когда пришла последняя девочка, или мальчик? Не помню, кто! Хульда бахнула, и начался урок.

– Дети, сегодня мы будем говорить про композиторов.

– Там муха, мисс Хульдинья, – подняла руку Крессида, больше всех боявшаяся насекомых.

– Пусть летает, – кивнула учительница.

– Мисс Хульдинья, там летает муха, – прошептали Китти и Лейла хором. – Вам она не мешает?

– Муха, мисс Хульдинья, она летает! – в ужасе сказала Лина.

БАХ!

Знакомый топот каблучков:

– Кто хлопнул дверью? – пискнула мисс Юна Секира.

– Никто ничем не хлопал, – сказал Бен.

– Будем говорить про композиторов, – продолжала мисс Хульдинья.

Я хихикнула.

– Давай, хохотушка, какого ты знаешь композитора?

– Бах, – шепнул мне Бен.

Я завизжала на весь класс:

– БААААААХ!

БАХ!

– Зачем так орать? Такой есть.

– Жалко, что он не у Вас учился, его не надо было бы вызывать.

– Почему это не надо было?

– Можно было просто делать «БАХ», – я довольно хохотала.

– Брамс, – шепнул Бен. И я завизжала:

– БРАААААААМС!

БАМС!

– Зачем ты визжишь? – строго взглянула Хульда. – Есть такой.

– Его тоже не надо было бы вызывать. Можно было просто уронить что-нибудь на пол.

– Вот выдумщица! – строго сказала Хульда, но в ее глазах блестели смешинки. Я знаю, она на меня не сердится, да и ребята довольны – после Баха и Брамса мухи в классе не осталось.

ЗАПИСЬ 3

Однажды восьмого ноября в пятницу за окном лил дождь, поэтому я надела свою нелюбимую серую куртку с цветочками. Терпеть цветочки не могу – можно подумать, что я малышка!

Никого кроме меня по аллее не шло. Настроения не было – я же опоздала. Здание школы показалось мне угрюмым и громоздким. В коридорах было тихо. Войдя в класс, я незаметно протиснулась под ногами и плюхнулась на стул рядом с Линой.

БАХ!

Прибежала директриса: «Кто выпал из окна?» – она озиралась по сторонам.

Дверь захлопнулась.

– Жужжетта Баззе, – выйди за дверь и постой там! – сказала Хульда.

В коридоре было тихо. Слышались только Хульдины крики. Я разглядывала блёклую табличку: «У-чиль-ска-я», – прочитала я выразительно.

Я распахнула дверцу учильской. Никого не было. Я глотнула кофе, полистала журнал. Взяла какую-то книгу и прочитала начало: «Бальемсак Чупчуп – известный писатель».

– Известный писатель? А что! Хорошая идея! – присвистнула я. – Вот он – мой путь к славе.

Я подошла к кулеру. Налила себе воды. Потом ещё. И ещё. В меня уже не влезало. Но жажда славы была сильнее. Я выпила ещё один стакан и перелистнула страницу.

«Он издавал свои книги…»

– Что!?

Я поняла, что он был писатель, а не писатель. И выскользнула из учильской по своим неотложным делам.

ЗАПИСЬ 4

Иногда в школе встречаются вредные дети. Хотя, давайте всё по порядку. Дело было так.

Я сидела за партой с Линой и слушала Хульдин рассказ о том, как печь булочки. Потом всех по очереди вызывали к доске.

– Надоело это домоводство! – шепнула Лина. – Почему мисс Хульдинье можно болтать без умолку, а нам вообще нельзя болтать?

– Ну ты, Лина, приставучка! – шепнула я.

– Ты еще приставучней! Гораздо больше приставучистей!

Короче, утро плохо началось.

Пришлепала директриса, спросила о том, кто кого толкнул.

Меня наказали и выгнали за дверь. Я ударилась головой об учильскую. Мне помогла наша медсестра Хелена. Потом я увидела, что хулиганы толкнули маленькую Китти. Я набросилась на них и завопила:

– Уйдите от крошки, противные драчуны!

Зазвенел звонок. Мы сели за парты.

– Ни писку! – крикнула мисс Хульдинья. – Я в учительскую за книгой.

Как только за Хульдой закрылась дверь, я села за учительский стол и забарабанила, напевая: «Пи-пи-пи! Пе-пе-пе!». Лина, Лейла и Крессида стали мне подпевать. Было очень весело.

Зашла учительница, и я, не знаю зачем, бросилась под стол и сидела там так тихо, что случайно уснула, но ненадолго. Меня разбудил БАХ. Я потихоньку вылезла из-под стола и юркнула под парту. Но тут мне в голову пришла идея, как можно приподнять всем настроение!

Я пробралась под парту Крессиды и пощекотала её и её соседа, потом Лину и Бена, Китти и остальных, потом незаметно подкралась к доске и защекотала учительские пятки в чёрных туфлях.

БА-БА-БА-БАХХХ!

Мел сломался.

Меня опять выгнали за дверь.

Кажется, я опять не молодец…

ЗАПИСЬ 5

Сегодня были самые скучные предметы. Нам жутко не повезло! Бен, Лина и Сейваль заболели, а на их места пришли восьмиклассники – Том, Тор и Джесс. Джесс очень любила оборочки, рюшечки и всё розовенькое и блестящее, а Тор был очень стройным и кроме «Гммм…» на уроке ничего не говорил.

После уроков нам нужно было придумать, как провести вечеринку по случаю дня рождения Крессиды, и мы выставили её в коридор.

– Давайте все встанут по росту и хором скажут: «С днем рожденья!», – робко предложила Китти.

– Нет, – угрюмо возразил Том, – Мы споём песню.

А Тор сказал: «Гммм…»

Джесс заулыбалась: «Может, будут висеть розовые ленточки вокруг диско-шара, а мы будем танцевать вальс?»

Я сказала:

– Все эти идеи ужасны! Мы с мамой принесём для всех мороженое. Джесс повесит диско-шар и ленточки. Китти захватит всё, что нужно для коктейля. И я подготовлю программу развлечений.

– Поддерживаю идею Жужи, – сказала Джесс.

Том кивнул, Тор сказал: «Гммм…»

– И я, – добавила Китти.

– И я, – громко сказали все.

– И я, – улыбнулась мисс Хульдинья.

Назавтра мы пришли в школу в пять утра, а Крессиде сказали, чтобы пришла к восьми. Джесс украсила класс, а мы с Китти и Лейлой подготовили угощения. Когда в класс вошла Крессида, мы погасили свет, включили музыку и запустили из хлопушек салют из конфетти. Я надела на нее бумажную корону с надписью: «КАРАЛЕВА ПРАЗДНИКА».

Крессида была очень рада и даже не заметила, что на короне была «А» вместо «О». Вечеринка, то есть утринка получилась замечательной!

И да! С завтрашнего дня у нас – каникулы!

ЗАПИСЬ 1

Я поеду к Бену на дачу в эти каникулы!!!

Мы ехали по колдобинам целый час, а потом приехали к маленькому жёлтому домику с красной черепицей на крыше. Потом мы с Беном сидели на чердаке на раздвижном диване. Там было темно и полным полно хлама и газет. Мы сложили все газеты в стопку, а весь хлам загнали в угол.

Бен сказал:

– Я так устал… Может попросим, это… Моего дедушку пироги испечь?

– Нет, – сказала я. – И ты что забыл, что сейчас мы одни в доме. Давай испечём сами!

Мы спустились в кухню.

– А с чем будем печь?

– Я – с малиной, – сказал Бен.

– А я, тогда, с тем, что есть в холодильнике, – сказала я. – Сделаю особенные, фирменные пирожки!

Я выложила в миску куриное филе, колбасу, добавила яблоки, бананы и даже лёд. Всё это заблендерила, посолила и завернула в тесто.

Мы с Беном поставили пирожки печься. Когда всё было готово, Бен попробовал мой пирожок.

– Фууу…. – сказал он. – Давай их выкинем.

И случайно выкинул пирожки с малиной.

Тут как раз пришли бабушка с дедушкой.

– Угощайтесь, пирожки с малиной.

Бабушка откусила:

– Какая-то малина странная.

– Стухла, наверно, – сказал дедушка. – Малина ж прошлогодняя была.

Мы выкинули пирожки, и все вместе стали печь булочки с корицей.

ЗАПИСЬ 2

– Аррр! Теперь я пиратка! – крикнула я, поправляя чёрную меховую шапку, сползавшую мне на глаз, и съехала по перилам.

– А я что, моряк? – удивился Бен, глядя на свою бело-синюю майку.

Мы спешили во двор, потому что сегодня вышло солнышко.

– Сегодня важная дата, – намекнул мне Бен, – день моей дачи.

– С днем рождения, Грибниково! – крикнула я. – Что твоей даче подарим?

– Клумбу! – сказал Бен.

– Клумбу дарить как-то не ахти как! – отвечаю я.

– Очень даже ахти, – ответил Бен.

– Мы ж с тобой садовники какие-то никудышные.

– Очень даже кудышные, сушёная ты вобла! – стоял на своем Бен.

– Сам ты вобла, то есть вобл сушёный! – обиделась я.

Тем более я решила, что подарю даче звонок, как в школе, чтобы все вставали, завтракали, обедали, полдничали, ужинали, ложились спать по звонку, как в школе. Пусть Бен, сушёный вобл, воблится в своей дурацкой клумбе, пока я звонок мастерю.

Так, что там умеет звенеть? Всякие банки-склянки. Я взяла бутылку, стакан, рюмку и банку из-под малинового варенья, связала их верёвкой и повесила на столб. Звонок больше походил на гирлянду, поэтому я его сняла, покрасила и снова повесила. Красота!

Потом я забралась на дерево. Оттуда было видно Бена, который возился с цветами:

– Красивые фиалки! – честно сказала я.

– Красивая гирлянда! – заметил Бен, задирая голову.

– Идея с клумбой очень даже ахти, и ты, правда, кудышный садовник! – извинилась я.

– Да и гирлянда довольно хорошая! – улыбнулся Бен.

По-моему, мы оба кудышные, хоть такого слова и нет.

ЗАПИСЬ 3

Не очень давно, но не так уж и недавно, вчера, кажется. Точно! Мы с Беном отправились собирать грибы.

– А где мы будем их собирать? – спросил Бен.

– Думаешь, я профессиональный грибник?

– По шляпе – смахиваешь!

Я пожала плечами. Разве по шляпам судят!?

Мы шли и шли и по пути свистели: «Фью-ю-ю-ю-ууу. Фью-ю-юууу». Мы шли и шли, забыв, куда мы идем. Да ладно бы мы просто шли! Мы неслись, сломя голову! Грибов нигде не было, хотя мы свистел изо всех сил и кричали: «Гри-боч-ки-и-и-и! Выходи-и-и-ииите!». И вдруг мы увидели целое поле ромашек, и нам в голову пришла мысль – нарвать ромашек вместо грибов. Когда в наших руках было по здоровой охапке, Бен спросил: