Woodpark 2. НАЙДИ ВЕРУ

– Не понимаю…

– Может и нет никого уже? А, Ник? – Тимоха подошёл со спины к брату, вглядывающимся в белоснежные дали.

– Неужели ты уже забыл, что бывает, с теми, кто теряет надежду? Быстро же, однако! – удивился Ник.

– Просто ты стоишь тут часами, – Тимоха стал собирать камешки из-под ног и бросать их в пустоту. – А потом запираешься в библиотеке…

– Просто я пытаюсь понять, что мы упустили из виду. – Ник тяжело вздохнул и потрепал по голове младшего брата. – Проголодался?

– Угу.

Перед тем, как проследовать за голодным Тимохой, Ник ещё раз взглянул в сторону, где раньше кипела жизнь Мечтателей: засеивались поля, собирался урожай, проводились ярмарки и шумели весёлые праздники среди жителей трёх деревень.

Ник действительно стал уделять брату слишком мало внимания, его разум был наполнен раздумьями о восстановлении мира Мечтателей. Всё своё время он проводил в библиотеке, в поисках ответов, а уж если и выходил на свежий воздух, то стоял в поле, пытаясь разгадать тайну, оставившую однажды его в одиночестве.

***

– Бедный, бедный Тимофей Ильич! – Кто-то со стороны подошёл к Кате, стоящей возле заброшенного соседского дома.

– Как Вы меня напугали! – Катя вздрогнула и схватилась за сердце. – Доброе утро, Зинаида Петровна! В каком смысле бедный?

– Ты что не слышала? – старушка с бидоном в руках стала говорить на тон тише. – Он же пропал. Сгинул вслед за всей семьёй.

– Какой кошмар! – ужаснулась Катя. – А как же поиски? Не мог же человек просто взять и раствориться.

– Вот так, Катенька, бывает и такое! Вся семья Лаврентьевых пропала без следа. Упаси их души…

Старушка, шаркая ногами, побрела дальше по дороге, оставив Катю в раздумьях о нелёгкой судьбе всех членов семьи Лаврентьевых.

– Я сегодня днём встретила нашу соседку, – начала разговор Катя, накладывая салат в тарелку Игоря. – Оказывается, наш сосед Тимофей Ильич пропал. Ты слышал что-нибудь про это?

– Всем привет! – в столовую вошёл Герман. – Я голодный, как волк!

– Руки помыл? – спросила Катя.

Герман поднял руки вверх, демонстрируя чистые ладони.

– Ты Лаврентьева имеешь в виду? – продолжил разговор Игорь.

– Угу. – Ответила Катя, всасывая ртом спагетти.

Герман напряжёно заёрзал на стуле, пытаясь вникнуть в суть разговора родителей.

– Эта история с Лаврентьевым уже поперёк горла у меня стоит! – сказал недовольно Игорь. – Власов мне всю плешь проел с этим домом…

– А что не так с домом? – Вмешался сын. – Он же по закону принадлежит Тимохе… ну, Тимофею Ильичу, я имею в виду.

– Скоро закончится срок аренды и его попросту снесут.

– Снесут? Как снесут? Полностью? – из рук Германа выпали столовые приборы. – Нельзя же так просто взять и снести дом человека.

– Ты что так завёлся? – Катя удивилась реакцией сына. – Вы же с ребятами этого старика терпеть не можете…

– Это к делу не относится! – начал оправдываться Герман. – Там же семья жила, и они счастливы были в этом доме! А тут дом снесут, и будто не было такой семьи.

– В какой-то мере ты и прав, сынок! – Катя улыбнулась своему сопереживающему сыну.

– Только Вы не начинайте, пожалуйста! – уставший Игорь встал из-за стола, убирая за собой грязную посуду. – Если этот дед не объявится через неделю – снесём и забудем, как страшный сон. Спасибо за ужин, дорогая!

Игорь поцеловал жену в макушку и отправился в свой кабинет. Катя нежно погладила встревоженного сына по плечу и продолжила ужинать.

– Спасибо, мам, было очень вкусно! – Герман мигом опустошил тарелку и поспешил к себе в комнату.

– А Вам спасибо за приятную беседу в семейном кругу. – Вздыхая, произнесла Катя, оставшись в одиночестве.

Герман поспешил вернуться в свою комнату, чтобы переместиться в Мечтариум и предупредить своих друзей. Не решаясь на перемещение, подросток стоял посреди комнаты с книгой в руках. Прошло уже несколько месяцев с его последней встречи с Мечтателями, изменившей его и друзей. Дорога в убежище теперь не была покрыта следами от резкого торможения велосипеда Глеба, а на стенах не появлялись новые плакаты из журналов Вари. После начала учебного года, ребята изредка виделись в школьных коридорах, порою сворачивая не в ту сторону, лишь бы не встречаться глазами с бывшими друзьями. Никто никого не винил, просто после всех событий, связанных с книгой и Мечтариумом, ребята разошлись по домам и уже обратно не собрались. Герман грустно вздохнул, вспомнив беззаботные дни, проведённые с друзьями ещё до знакомства с книгой и Ником. Но память всё равно привела его к воспоминаниям о приключениях в Мечтариуме. Это была неотъемлемая часть его воспоминаний, и пытаться их заглушить – пустое дело. Герман открыл книгу, положил руку и закрыл глаза, с трудом вспомнив окрестности дома Ника и Тимохи, он всё же переместился.

***

– Эй, есть кто дома? – Герман вошёл в знакомый дом, после перемещения к Могучему Древу.

– Тимоха, смотри, кто к нам заглянул! – Ник вышел из кухни, вытирая руки о вафельное полотенце. – Герман, мой дорогой друг, приветствую тебя на нашей земле!

– Здорово, Николас! – засмеялся Герман и обнял старого друга.

– Шдорово! – в коридор выскочил радостный Тимоха.

– Тимоха, ты где зуб потерял? – спросил Герман, глядя на шепелявого мальчика.

– Ш дерева упал! – засмеялся и махнул рукой Тимоха. – Ерунда, новый выраштит!

– Чай будешь? – спросил у Германа Ник. – Я как раз заварил отличный сбор!

– Не с Любомерией, надеюсь! – засмеялся Герман. – А то рано мне становиться матерью!

Тимоха, прикрывая рот руками, стал смеяться, прихрюкивая.

– Рассказал всё-таки ему? – серьёзно спросил у Германа Ник, кивая головой на покрасневшего от смеха брата.

– Нет, конечно! – Еле сдерживался Герман.

Тимоха от этого стал хрюкать ещё сильнее.

– Вечно Вы люди не можете секрет в тайне удержать! – Ник бросил полотенцем в Германа.

– Какие вообще могут быть тайны от родного брата? – вступился Тимоха. – Тем более мы ш тобой одного поля ягода!

– Точнее цветок! – тихо добавил Герман, и друзья засмеялись в голос.

Ребята проследовали за Ником, отмахнувшимся рукой от них, как от назойливых мух.

– Кстати, ребята привет Вам передают! – солгал Герман.

Герман сел за стол и стал нервно барабанить пальцами, не зная с чего начать разговор, который вновь привёл его в Мечтариум.

– Приятно слышать! – Ник поставил перед гостем чашку и налил в неё ароматный травяной чай. – Может когда-нибудь их страх пройдет, и они захотят переместиться сюда лично.

– Это вряд ли! – Герман наморщил нос. – Витя до сих пор каменеет при виде любого бумажного издания, в котором больше пятидесяти страниц. А у Глеба появился навязчивый страх потерять зрение, и мне кажется, что местный офтальмолог скоро внесёт его в чёрный список.

– Ну, их тоже понять можно. – Ник занял свой стул. – А как Варвара?

– Я вообще по делу переместился к Вам. – Герман неожиданно сменил тему. – У меня есть две новости для Вас…

Герман тяжело вздохнул, глядя на ничего не подозревающих братьев.

– Хорошая и плохая? – перебил его Тимоха.

– Можно и так сказать. – Поджал губы гость.

– Тогда начни с плохой. – Ник пожал плечами. – Хорошая потом сгладит осадок.

– Ваш дом хотят снести.

– Что? – Тимоха подавился тёплым чаем.

– Как снести? – Ник аккуратно поставил чашку на блюдце. – Они же не имеют права. Дом наш!

– Я тоже так думал, но оказывается не всё так просто.

– Вечно это "но". – Ник встал из-за стола. – А какая же тогда хорошая новость?

– Если Тимофей Ильич, – Герман кивнул на Тимоху. – подпишет договор на продление аренды дома, то его не снесут.

– Пожалуй, нужно было начинать с хорошей новости! – Ник облегчённо вздохнул.

– Это что получаетша? – Тимоха вытирал рукавом со стола капли чая, вытекшие изо рта, во время кашля. – Мне нужно прошто вернутьша и подпишать какую-то бумажку?

– Папа сказал, что это может занять какое-то время… – На лице Германа появилась его привычная гримаса с приподнятыми бровями.

– И мы можем не успеть собрать все документы до сноса? Верно? – предположил Ник.

– Именно это я и имел ввиду.

– Когда заканчивается срок договора аренды дома? – Ник стал сосредоточенно убирать со стола, выхватывая чашки с ещё не остывшим чаем из рук Германа и Тимохи.

– Он что-то говорил о недельном сроке, но я могу всё точно узнать у отца.

– Как узнаешь – сразу возвращайся. – Не прощаясь, Ник выбежал из кухни. Послышались его быстрые шаги вверх по лестнице.

– Ну, я тогда пошёл… – Герман встал из-за пустого стола.

– До вштречи! – ответил Тимоха, ковыряясь в отверстии без зуба.

***

– Тимоха! – Ник в испуге стал метаться по дому, погруженному в смог. – Тимоха, ты где?

После недавних событий, произошедших на этом острове, любое задымление приводило Ника в панический ужас. Он моментально возвращался в то время, когда ему приходилось жить в одиночестве под вечные крики и вопли тёмных существ. Порой ему снились сны, где он стоял лицом к лицу с тремя пороками Тимохи, его тело было неподвижно, а вместо крика вырывался лишь беззащитный глухой хрип. После таких сновидений, Ник начинал проявлять гиперопеку над своим младшим братом, боясь повторения того тёмного времени.

– Ник, что ты так кричишь? Здесь я! – послышался голос Тимохи из кухни.

– Откуда дым? И что это за жуткая вонь? – Ник спустился на первый этаж дома, по пути открывая все окна для проветривания.

– Сюрприз! – Тимоха выбежал навстречу брату, пытаясь загородить своим телом вход на кухню. – Только не заходи пока!

– Хорошо! – удивился Ник. – Но только прошу тебя, открой окно на кухне!

Из-за мелькающего Тимохи в грязном фартуке Ник так и не смог разглядеть, что именно за сюрприз извергает такой отвратительный запах. Из кухни доносились шкварчащие звуки и ругань Тимохи, по-видимому, брызги горячего масла со сковороды всё же долетали до неумелого повара. В ожидании сюрприза Ник решил выйти на свежий воздух, он глубоко вздохнул цветочный аромат, доносившийся с поля, и тошнота постепенно стала отступать. Странно, но этот невыносимый запах на секунду отбросил Ника в воспоминания о детстве. Что-то до боли знакомое всколыхнулось в его памяти, но что именно заставило это произойти? На его лице появилась неосознанная улыбка, а глаза забегали по белоснежному горизонту, в поисках зацепки.

– Ник! – послышался зов Тимохи. – Ты где?

– Я во дворе!

– Закрой глаза и следуй за мной! – Тимоха схватил брата за руку и втащил его в дом.

– А нельзя ли сюрприз вручить во дворе? – Нику не хотелось возвращаться в дом, пока он полностью не проветрится.

– Нет, нельзя! – Тимоха проигнорировал предложение брата, упрямо втягивая его в дом. – Пока не открывай глаза! Присаживайся!

Тимоха помог Нику занять своё место за кухонным столом.

– Кажется, я просил тебя открыть окно!

– Вот же заладил со своим окном!

Послышался звук открывания окна, до ребят стали доходит свежий воздух и пение маленьких однокрылых птичек, облюбовавших большой дуб во дворе.

– Ну, всё! Можешь открывать! – радостно произнёс Тимоха.

Открыв глаза, Ник оглядел масштабы катастрофы, устроенной его младшим братом на их кухне. Плита, столешница и всё вокруг них были покрыты тёмными брызгами масла, заготовленного Ником из кореньев дерева Нуциолиума. Из раковины виднелась гора грязной посуды, перемешанная с очистками кореньев. А на полу, покрытом слоем муки, можно было разглядеть следы суетливых передвижений Тимохи во время готовки.

– Не смотри ты так, я всё уберу! – Тимоха торопливыми кивками головой указал Нику на стол.

Перед Ником стояла большая тарелка с пережаренными маленькими рыбками, напоминающими скорее сухарики.

– Что это? – Ник большими глазами взглянул на Тимоху.

– Не узнаёшь? Вот это да, точно, не узнаёшь! Это же фирменное мамино блюдо – жареные Хвострики. По крайней мере, я старался воссоздать её рецепт! Только я так и не смог вспомнить, чем она приправляла их в конце, сушеными корешками или ягодами. В общем, добавил всего понемногу, – Тимоха продолжал делиться своим рецептом приготовления, не замечая ошарашенного вида брата. – Кстати, эти дикие ягоды жутко прыгают в масле. Ты знал? А я вот нет… Не знаю ещё как, но я отмою потолок! Честное слово!

– Мне не послышалось? Ты сказал Хвострики?

После исчезновения окрестностей вокруг, Нику пришлось довольствоваться только растительной пищей, что дарила им плодородная почва, в благодарность за уход о ней. Единственным деликатесом для него долгое время оставались маленькие яйца, покрытые шипами, которые откладывали на скале хищные птицы Клависы. Путь за ними был не лёгкий, поэтому на столе их можно было увидеть лишь по большим праздникам. Последний раз Ник спускался за ними, как раз тогда, когда нашёлся Тимоха.

– Попробуй же, наконец! Я так старался!

– Где ты их взял? – Ник не отводил взгляда от маленьких рыбёшек на своей тарелке.

– Поймал…

Ник внезапно вскочил на ноги, отбросив стул с грохотом. Не сказав ни слова, он стремглав выбежал во двор.

– Неужели всё так плохо? – Тимоха поднёс к носу тарелку с жареными рыбками, покрытыми толстым кляром и плавающими в тёмном масле. – Может всё-таки корешки были лишними?

– Где именно ты их поймал? – Ник с безумными глазами влетел обратно в дом.

– В луже. А что собственно случилось?

– Какой ещё луже? – Ник активно жестикулируя, подгонял своего брата с ответом.

– В той, что за шипучим кустом…

Не дослушав ответ, Ник вновь выбежал во двор. Тимоха поставил тарелку на стол, не понимая, что именно привело его брата в такое обезумившее состояние. Он следил из открытого окна, как Ник бегал от куста к кусту, громко выкрикивая: "Какого именно шипучего куста?". Тимоха понял, что ему пора отправляться на выручку своему брату, чтобы тот окончательно не впал в отчаяние.

– И давно здесь появилась эта лужа? – спросил Ник, встав на колени перед лужей, в которой прятались пёстрые Хвострики от мелькающих теней ребят.

– А разве её раньше здесь не было? – задумчиво ответил Тимоха. – Я думал, она всегда была на этом месте.

– Нет, её здесь раньше не было… – Ник стал осматриваться по сторонам.

Оставшись в одиночестве, Ник много лет изучал каждый уголок небольшого острова. Долгие годы его собеседниками были лишь птицы, полевые цветы и старый дуб, оказавшиеся такими же пленниками, как и он сам. Всякий раз, впадая в уныние от одиночества, Ник с закрытыми глазами балансировал на краю острова, воссоздавая по памяти былые красоты этого опустевшего места. Его не страшил даже обрыв, ведущий к шумному водопаду, ведь он знал каждый камень на этом острове. Ник с лёгкостью перескакивал с камня на камень, не открывая глаз, витая в воспоминаниях об играх и забавав, которые они так любили с Тимохой. Он помнил всё до мелочей, кроме этой самой лужи, кишащей Хвостриками, возникшей ниоткуда.

– Мне нужно подумать. – Загадочно произнёс Ник, вытирая мокрые руки о рубашку.

– О чём подумать? Ник! – Тимохе оставалось лишь выкрикнуть вопрос в спину своему старшему брату, отправившемуся в дом.

– Я поем позже, не убирай со стола, пожалуйста.

***

Не понимая с чего начать свои поиски, Ник стоял в библиотеке перед изображением Древа Мечтателей. В такие моменты ему так не хватало мудрых советов отца и подсказок матери, произнесенных ласковым и тихим тоном. Он смотрел на их имена, вырезанные на Древе, и ему становилось ещё тоскливее. Отец всегда учил их находить выход, не смотря ни на что. И вот спустя много лет, Ник так и не нашёл выхода. Большая ответственность перед потерянными родителями и найденным младшим братом, со временем стала звоном оглушать разум Ника. Ему подолгу приходилось приводить сознание в гармонию, прячась от Тимохи на выступе под водопадом, глубоко вдыхая воздух через ноздри. Шум падающей воды глушил его отчаянные крики, так пугающие гнездующихся там слепых Когтистов, висящих вниз головой.

Рассматривая корешки тысяч книг вокруг, Ник кружился на месте. В его голове непрестанно звучал один и тот же вопрос: "Где искать ответы?". Его голова, наконец, закружилась, и он упал на пол, бликующий от яркого света.

– Может я могу тебе всё-таки чем-нибудь помочь? – послышался тихий голос Тимохи.

Открыв глаза, Ник увидел над собой обеспокоенное лицо своего младшего брата.

– Ты мне и так уже помогаешь! – с благодарностью ответил Ник. – Кто ещё будет терпеть мои выходки, как не родной брат?!

– Помнишь, как всегда говорил отец: "Не знаешь сам – не стыдись спросить у знающего!". Или он не так говорил? – хмуря брови и почесывая подбородок, сказал Тимоха.

Ник вспомнил эти слова отца, Тимоха был прав, поговорка звучала иначе, но смысл мальчик уловил верно.

– Ты гений, Тим! – Ник подскочил на ноги и крепко поцеловал растерянного брата в лоб. – Как я раньше сам не догадался!

– О чём догадался? И долго мне ещё носить за тобой тарелку? – Тимоха взглянул на тарелку в руках, Хвострики уже совсем утонули в тёмном масле.

Ник взлетел по лестнице вверх, послышался звук передвижения стремянки по книжным стеллажам. Задрав голову, Тимохе приходилось лишь поворачиваться на звуки, доносившимся сверху то с одной, то с другой стороны.

– Нашёл! – послышался ликующий возглас Ника. – Нашёл!

– Что ты нашёл?

– Нашёл! – Ник спускался по лестнице, довольно потряхивая большой, пыльной книгой над головой.

– Ты мне можешь объяснить, в конце концов, что происходит?

– Сейчас, сейчас, сейчас! – повторял Ник, листая пожелтевшие страницы. – Есть!

Ник водрузил раскрытую толстую книгу на письменный стол, чтобы наглядно объяснить Тимохе свою возникшую теорию.

– Помнишь, мама нам рассказывала, что все Мечтатели передавали друг другу знания по цепочке? От поколения к поколению?

– Помню, но причём тут это…

– Подожди, не перебивай! – остановил его Ник. – И что у каждого Мечтателя был свой наставник, помнишь?

– Ну, допустим, помню. – Недовольно ответил Тимоха, не понимая, к чему именно клонит его старший брат.

– Теперь взгляни сюда! – Ник поочередно начал указывать на изображения всех Мечтателей на страницах старой книги. – И сюда! Вот здесь ещё! Вот видишь?

– Ник, что именно я должен увидеть? – Тимоха остановил свой взгляд на знакомом изображении.

– Тень! – Ник ткнул указательным пальцем на изображение их матери. – Не все Мечтатели изображены с тенью за спиной, вот взгляни!

– Я раньше никогда этого не замечал. – Тимоха наклонился над книгой. – И что это значит?

– Как тебе объяснить? Эти тени… они вроде благодарности перед наставником за его переданные знания. – Пытался объяснить Ник, с трудом подбирая нужные слова. – Так Мечтатель давал понять, что он помнит и ценит труд своего учителя.

– И?

– И если мы не можем спросить у знающего, как ты выразился ранее… – Ник указал на изображения их родителей. – Нужно спросить у того, кто дал знающему его знания!

Заканчивая фразу, Ник вытянул руку вверх, в направлении макушки Древа Мечтателей, где виднелась лишь одна цветущая ветвь.

– Ник, скажи честно, ты тут в одиночестве совсем спятил? – Тимоха поставил тарелку с Хвостриками на стол и обратился спокойным тоном, каким обычно обращаются к сумасшедшим. – Если ты не заметил, то кроме нас на острове больше никого нет!

– Нет, я не спятил и да я знаю, что мы здесь одни! И перестань, пожалуйста, смотреть на меня, как на сумасшедшего. – Тяжело вздохнул Ник. – Ты меня просто не дослушал до конца.

– Хорошо, продолжай!

– Сколько живых веток ты видишь на верхушке Древа?

– Одну.

– Вот именно, Тим! Никто из поколения этого наставника не дожил до наших дней, лишь он один! И именно он обучал наших родителей. А его цветущая ветвь может значить лишь одно!

– И что же?

– Он застрял в Портальном Узле! – Ник схватил брата за плечи и развернул его лицом к Древу.

Тимоха выпучил глаза на вырезанное имя Старейшины, виднеющееся на верхушке Древа, и в его голове тут же зароились десятки вопросов:

– Ник, но как?

– Другого объяснения здесь просто не может быть.

Теперь братья стояли плечом к плечу, пытаясь понять, как можно использовать это открытие в спасении Мира Мечтателей.

– Ник, тебе ведь нельзя в мир людей.

– Верно. – Тут же поник Ник.

– А необходимый портал находится именно там, если мне память не изменяет.

– Верно.

– Тогда я найду его сам! – спокойно сообщил Тимоха.

Ник посмотрел на своего смелого младшего брата, его охватило ощущение, будто ему перекрыли кислород, он боялся опять потерять родную душу, но другого выхода у них просто не было.

***

– Манч, эй, Манч! Проснись! – Тимоха аккуратно постукивал спящего Германа по щекам. – Хватит спать! Герман, а у тебя ширинка расстёгнута!

Тимоха тихо хихикал, вспомнив старую шутку. Так Ник всегда проверял, спит ли его младший брат по-настоящему или притворяется. Герман спал по-настоящему. Мечтателю пришлось применить чуть больше физической силы.

– Ау! – Герман моментально очнулся, ощутив боль на щеке, которую щипал Тимоха.

– Просыпайся, спящая красавица!

– Мама! – воскликнул Герман, увидев постаревшего Тимоху, нависшем над ним.

– Сынок, ты меня звал? – тут же донеслось из коридора.

– Нет, ма! – громко прокричал Герман, чтобы мать вдруг не вошла в комнату. – Что ты тут делаешь?

– Ты же сам сказал, что мне нужно подписать какие-то документы, – Тимоха по-ребячески дёргал ногами, сидя на кровати. – Нужно уладить ещё кое-что, но там пустяковое дело!

– Я же не успел ещё ничего выяснить.

Герман смотрел на постаревшего мальчика, нуждающегося в его помощи, его ни в коем случае нельзя было отправлять одного на переговоры с подписанием бумаг на землю.

– Сделаем так, ты сейчас пойдёшь к себе, и будешь ждать меня там, а я попытаюсь дозвониться до отца и всё разузнать. Соседи должны увидеть, что ты вернулся раньше, чем закончился договор. Ты всё понял?

– Так точно, командир! – старик продолжал дурачиться.

– Тим, а Ник вообще в курсе, что ты переместился?

– Да, а что? – Тимоха стоял у двери.

– Ничего. Беги к себе, я скоро приду.

"Если уж Ник решился отправить Тимоху на такое серьёзное дело, значит, этот заброшенный дом им действительно важен". – Размышлял Герман, чистя зубы.

Прошло уже около двух часов, как Герман смог дозвониться до своего отца. Игорь готовился сдать новый объект, поэтому работа отнимала у него львиную долю времени. Выяснив у отца, что Лаврентьева Тимофея Ильича ждут лично в офисе компании застройщика для урегулирования спорного вопроса, Герман поспешил к Тимохе. Но на подходе к старому дому его ждал неприятный сюрприз.

– Что здесь происходит? – Герман пытался пробраться сквозь плотную толпу зевак, выстроившихся возле дома Лаврентьевых.

– У хозяина дома опять шарики за ролики заехали! – смеялись соседи.

– Что? – Герман почуяв неладное, стал пробираться быстрее.

Он оставил Тимоху одного всего на пару часов, что же могло произойти за это короткое время. Оказавшись в первом ряду наблюдающих, Герман застал момент, когда сопротивляющегося Тимоху насильно усаживают в автомобиль.

– Вы не имеете права! – кричал в отчаянии Тимоха. – Помогите, пожалуйста!

Его глаза бегали по лицам соседей, в поисках помощи и поддержки, но он видел лишь смеющиеся гримасы, вызванные наблюдением за чужим страданием.

– Совсем старый чокнулся! Туда ему и дорога! – доносилось из толпы.

Ему опять никто не верит, как тогда в детстве после пожара в приюте. Сердце Тимохи сжалось от этого ощущения, он вновь почувствовал себя тем маленьким испуганным мальчиком, которого усадили в холодный автомобиль и увезли в неизвестность.

– Что Вы делаете? – не выдержал Герман. – Отпустите его немедленно!

Герман встал на пути отъезжающего автомобиля, в который усадили Тимоху.

– Пацан, тебе, что жить надоело?! – закричал водитель.

– Герман, дружище, скажи им, что я не сумасшедший! – умолял Тимоха, стуча морщинистым лбом по стеклу.

– Я требую немедленно его отпустить! – твёрдо и громко заявил Герман, широко расставив руки.

– А ну ушёл с дороги, пока я тебя к нему же не посадил! – из пассажирского окна выглянул мужчина в медицинской форме.

– По какому праву Вы его задерживаете? – не унимался Герман.

– По тому, что все сумасшедшие должны жить под контролем! – чей-то голос зазвучал позади Германа.

Герман почувствовал сильнейшее сдавливание плеча, он обернулся и обомлел. Над ним нависал высокий мужчина с каменным выражением лица:

– Ты знаешь этого старика?