Woodpark 2. НАЙДИ ВЕРУ

– Он… он мой друг. – Замешкался с ответом Герман.

– Значит, ты должен понимать, что твоему другу там будет лучше! – мужчина с лёгкостью сдвинул Германа с дороги и автомобиль смог тронуться с места.

– Герман! Герман! – Тимоха не переставал выкрикивать имя своего друга.

Герману оставалось лишь смотреть вслед автомобилю, увозившему Тимоху.

– Куда его повезли? – Герман хотел было спросить у мужчины с перстнем на руке, но тот уже сел в свой автомобиль.

Мальчик стал подходить к соседям в поисках хоть какой-то информации, но все лишь отмахивались от него, отшучиваясь: "Куда, куда! Домой, в психушку!". Герман ещё некоторое время простоял посреди опустевшей дороги, продумывая следующий свой шаг.

– Это очень плохо! Всё это очень плохо! – то и дело повторял Герман, наконец, направившись к дому.

Дождавшись возвращения отца, Герман выяснил, куда и почему отправили Тимофея Ильича. Когда хозяин дома, считавшийся долгое время пропавшим, переступил порог своего дома, кто-то из соседей принялся обрывать телефон полиции с сообщением о возвращении старика. Из полиции звонок произвели в компанию, где работал отец Германа. К большому удивлению Игоря, акционер фирмы застройщика Власов вызвался лично решить вопрос с Лаврентьевым. Желая поскорее закрыть вопрос с единственной старой постройкой во всём коттеджном поселке, никто из руководства строительной компании не решился оспаривать эту инициативу Власова. Тем более дар убеждения был у него в крови.

Но что же послужило причиной определения Тимохи обратно в специальное учреждение для душевнобольных пациентов? "Агрессивное поведение и угрозы причинения тяжкого вреда здоровью гражданином Лаврентьевым Тимофеем Ильичом гражданину Власову Аркадию Сергеевичу" – именно такая запись была сделана участковым, когда тот прибыл по вызову, поступившему от Власова.

Герман был озадачен, что же могло такого произойти, чтобы Тимоха набросился на постороннего человека с кулаками. Его старые повадки сварливого старика растворились в озёрной воде вместе с прожитыми годами. А что, если вернувшись в мир людей и обретя обратно свой возраст, Тимоха бонусом получил обратно и дурные манеры? Слишком много загадок для одного вечера и одного мыслителя.

Герман закрыл глаза и представил дом в Мечтариуме. И каким было его удивление, когда хозяина не оказалось дома. Обежав дом внутри, гость прошёлся по двору, и, не подозревая, что в этот самый момент Ник укрылся под шумным водопадом, чтобы выплеснуть истошным криком все свои страхи и переживания. Не получив мудрого совета от Мечтателя, Герман решил оставить ему записку:

"План провалился. Тимоху опять забрали в лечебницу. Попробую решить всё сам. П.С. Герман".

***

Этой ночью Герману не спалось, он пытался представить картину, как разъярённый Тимоха набрасывается на Власова. "Нет, в этой истории однозначно что-то не так". – Заверил себя Герман. А если Тимоха успел оставить ему какой-нибудь знак или подсказку? Точно! Эта мысль ещё больше отдалила подростка от сновидений, ему не терпелось поскорее проникнуть в дом Лаврентьевых.

На утро Герман первым делом отправился за ответами, скрывающимися, как он предполагал, за покосившимся забором и заколоченными окнами. Убедившись, что за ним не ведётся слежка, он проскользнул на частную территорию семьи Лаврентьевых. Дверь была не заперта, вчера в суматохе все позабыли о простейшей безопасности, но это было лишь на руку Герману. В нос бросился спёртый запах старого дома. На пыльном журнальном столике Герман обнаружил две чайные пары с нетронутым чаем, успевшим покрыться пылью, витающей здесь повсюду. "Беседа намечалась приятной, старый Тимофей Ильич не стал бы заваривать чай для гостя". – у Германа тут же промелькнула мысль. Посветив на пол, Герман увидел разбросанные бумаги и следы борьбы. "Значит, спор начался из-за договора". – Герман стал собирать бумаги с пола. В договоре, что принёс Власов на встречу с Тимофеем Ильичом не было и слова о продлении аренды, хозяина дома обязывали передать свои права на собственность генеральному директору строительной компании, в которой работал отец Германа. Вот что могло послужить взрывной реакцией не серьёзного ребёнка, застрявшего в теле старика, обида и неумение отстоять собственные права.

– Что Вы опять задумали? – из темноты донёсся знакомый голос.

– Варя?! Ты меня до ужаса напугала! – от неожиданности Герман подскочил на месте, бумаги вновь оказались на полу. – Что ты здесь делаешь?

– Пытаюсь понять, что Вы опять затеяли!

– Никто ничего не затеял! С чего ты вообще это взяла?

– Ну, для начала, ты не появляешься в школе уже четыре дня, якобы по состоянию здоровья. А когда я вчера встретила в магазине твою маму и спросила о твоём самочувствие, я увидела удивление на её лице. Потом она рассказала мне про странную встречу с Тимофеем Ильичом в Вашем доме и то, что он был одет словно подросток. И про то, как он вприпрыжку выбежал во двор. Продолжать?

– Да уж, моя мама никогда не могла держать язык за зубами.

– Ну, так что? Расскажешь или мне дальше вести свои расследования?

– Просто я не хотел опять Вас втягивать в эту историю. – Герман сдался под напором подруги. – Дело то пустяковое намечалось, а вон как опять всё обернулось…

– Да, я слышала про Тимоху. А это правда, что дом снести хотят?

– Тимоха должен был просто подписать документ, чтобы спасти дом, а что теперь делать, я даже не знаю.

– А мы на что, Манч?

– Мы ведь немного отдалились друг от друга после того случая. – Вздохнул Герман. – Витя постоянно увлечён своим манифестом, Глеб бродит по школе в этих коррекционных очках и ты…

– А что я? – удивлённо спросила Варя.

– Твои волосы… – ответил Герман, после небольшой паузы.

– Что с ними не так? – Варя стала внимательно разглядывать локон своих волос, лежавший на её правом плече.

– Они красные! – выпалил Герман. – Они же просто кричат: "Не подходи! Убъёт!"

– Ну, знаешь ли! Вообще-то от смены имиджа я ожидала другого эффекта. – Пожала плечами Варя. – Ну, да ладно с этими волосами! Нам Тимоху нужно выручать! И делать нужно это срочно.

– Да, но как?

– Дай подумать… – в голове Вари начал зарождаться план их действий. – Ты знаешь, куда его отвезли?

– Да. В округе есть только одно место куда отвозят подобных пациентов.

– Тогда нам просто нужно попросить твоего отца, чтобы он отвёз документы на подпись Тимохе и всё!

– Отлично! И если это не сработает, нам останется всего четыре дня на план Б.

– У нас уже есть план Б? – удивилась Варя.

– Нет, но говорю же, у нас есть четыре дня.

Договорившись, ребята разбежались по домам. Германа переполняли эмоции после откровенного разговора с подругой. После их приключений в Мечтариуме, ребята, действительно отдалились друг от друга, постоянно придумывая нелепые причины для отмены совместных прогулок. Попавший под влияние существа Proditione1 Витя ещё долго просыпался с криками по ночам от собственных кошмаров. Мальчик стал замкнутым, и его направили на сеансы с психологом, но вместо этого, он решил направить свою энергию на манифест против печатных изданий в школе, в пользу использования современных технологий. Глеб после не продолжительной слепоты обрёл навязчивый страх лишиться зрения, и всё своё свободное время обивал порог кабинета Офтальмолога в медицинском учреждении в центре посёлка. Варя была единственной, кто время от времени писал новости в их общем чате "Группа". Герман испытывал вину перед ребятами, считая, что именно он втянул их в эту авантюру с Мечтариумом. Каждый раз, читая в чате весёлые рассказы Вари о происшествиях в школе, он решался лишь на улыбчивый смайлик в ответ. И сейчас за долгое время он почувствовал, что всё можно вернуть. Друзьям просто необходим откровенный разговор и Герман был к нему готов, как никогда. Он был готов извиниться перед ребятами, признать свою вину, лишь бы вернуть прежнее доверие друзей.

Как только Герман вошёл в свой дом, он услышал знакомый сигнал входящего сообщения:

"Через два часа в убежище! И никакие отговорки не принимаются". – Сообщение было получено в чате от Вари.

Эти сообщение были такой редкостью, что ответы ребят стали приходить лишь через час. Все отписались сухим "ок", ведь всем в этой компании друзей было, что сказать друг другу.

Казалось, что все приглашённые на встречу в убежище нарочно старались опоздать к назначенному времени. Первой прибыла Варя, не сумев вытащить своего младшего брата из ванной комнаты. Выслушивая битый час выкрикивания обещаний своего брата присоединиться ко всем остальным, Варя махнула рукой на запертую дверь и умчалась на велосипеде по знакомой тропе.

Запорошенное сухой листвой убежище вызвало у девочки чувство жалости и скорби. Замок на двери висел нетронутым, вокруг было ни души. Табличку снесло ветром и она, раскачиваясь на одном болте, создавала тем самым ещё более заброшенный вид месту, где раньше раздавался лишь смех.

– Чего не входишь? – послышался голос Германа.

– Как ты меня напугал! – Варя обернулась на голос. – Ты пешком, что ли пришёл?

– Захотелось пройтись немного.

– Пойдём внутрь, ветер сегодня просто ледяной. – Предложила Варя.

Внутри всё было как в прежние времена, ребята молниеносно перенеслись в свои воспоминания.

– Этого точно пора снять! – Варя сорвала со стены плакат с изображением знаменитого певца. – После его последнего концерта – полное разочарование!

– Я читал у кого-то в блоге, что он облажался по полной.

– Это ещё мягко сказано!

– Кто облажался? – в убежище вошёл Глеб.

Варя показала Глебу сорванный плакат.

– А этот! Слышал, ага!

На этом темы для разговора были исчерпаны, присутствующие пытались избегать лишнего зрительного контакта с собеседниками, уткнувшись в выключенные экраны своих гаджетов. Повисла неловкая пауза, которую не решалась нарушить даже Варя. У всех была последняя надежда на появление Вити, все знали, что он однозначно сразу начнёт жаловаться на погодные условия, но его всё не было.

"Ты вообще где? Все только тебя и ждут". – Не выдержав, Варя стала строчить смс опаздывающему брату.

"Начинайте без меня". – Ответил Витя.

"В каком смысле? Где ты застрял?"

Вместо ответа Витя прислал свою фотографию, где он перебирает яблоки, а на заднем плане дедушка что-то ему говорит со строгим видом.

"Понятно".

– Витьку можно не ждать. – Заявила Варя, убрав телефон в карман рюкзака.

– Почему? – спросил Глеб, но этот вопрос был скорее формальным.

– Да там дедушка…

– А понятно. – Ответ Глеба сейчас тоже мало волновал.

– Ну что, предлагаю тогда начать. Раз я Вас всех вызвала, мне, наверное, и начинать?! – Варя не могла больше терпеть затяжного молчания.

– Давай лучше я начну. – Предложил Герман. – Всё-таки моей вины больше…

– Предлагаю Вам обоим замолчать и послушать меня! – неожиданно для всех заявил Глеб, встав с кресла. – Мы виноваты все и в равной доле! А вина наша заключается в том, что мы отвернулись друг от друга. Называйте это как хотите: пауза, перезагрузка или реабилитация после всего, что с нами произошло. Но если бы мы тогда не испугались и не разбежались, я уверен, что вместе бы смогли предупредить всё то, к чему пришли в итоге: Витьку бы не поймали за попыткой поджога областной библиотеки; Герман не скатился бы в учёбе, прячась на задней парте; А ты, Варька, не учудила бы это со своей головой!

– А что с моей головой? – недовольно спросила Варя, тема с неудачной сменой имиджа ей уже порядком надоела.

– Это же просто вырви глаз какой-то…

– Кажется, Глеб, ты упустил момент со своими коррекционными очками! – Варя решила сменить тему цвета своих волос.

– Очки мне нужны исключительно для здоровья! – серьёзно ответил Глеб, прижимая очки к груди.

– Ясно! В общем, предлагаю закопать топор войны и больше не возвращаться к этой теме! – Варя подвела итог встречи.

– Согласен! – Глеб протянул руку над столом.

– Забыли навсегда! – Варя положила свою ладонь поверх руки Глеба.

– Меня можно было и не спрашивать! – радостный Герман крепко сжал кисти рук друзей.

– Теперь перейдём к Тимохе. – предложил Глеб, чем вызвал недоумение на лицах своих друзей.

– Откуда… – не успел спросить Герман.

– Не забывай, где работает моя мама. Среди медицинских сестёр слухи быстро расходятся! Так у нас есть план или нет? Ой, ещё кое-что! Пока не забыл, скажу лишь одно условие моего участия в операции: в понедельник у меня приём у офтальмолога.

– Условие принято! – с улыбкой ответил Герман.

Ребята с головой окунулись в обсуждение плана по спасению дома Лаврентьевых от сноса и вызволения Тимохи из лечебницы. Как заявил отец Германа, договор, подписанный пациентом лечебницы для душевнобольных, будет считаться недействительным, поэтому ребятам пришлось обдумывать план Б. Разговор с Тимохой мог помочь им найти выход из этой сложной ситуации.

***

– Здравствуйте! Мы пришли проведать Лаврентьева Тимофея Ильича. – Робко сообщил Герман в маленькое окошко, из которого на него с долей недовольства смотрела пожилая дама в медицинской форме.

– Кем Вы ему приходитесь? – строго спросила дама.

– Э-э-э… – Герман замешкался с ответом.

– Другом. – Ответила за него Варя.

– Внуком? – переспросила дама.

– Да-да, внуком! – быстро подтвердил Герман.

– Четырнадцать лет есть? Паспорт давай.

Герман просунул в окошко только полученный, но уже изрядно потрёпанный документ, подтверждающий его личность.

– Подпиши, где стоят галочки. – Дама отдала Герману бумагу на подпись. – Так держи свой паспорт, дед твой лежит в шестом отделении. Приёмное время заканчивается через полчаса. И бахилы не забудь!

На счастье ребят дама оказалась глуховатой и до боли в суставах уставшей от собственной работы в регистратуре областной психиатрической лечебницы. От её прежнего рвения к всеобщему контролю остались лишь недовольный вид и строгий взгляд, пугающий посетителей, заглядывающих в маленькое окошко регистратуры.

– Ждите меня здесь, я мигом! – сказал Герман, махая пропуском друзьям.

Глеб нервно сглотнул слюну, под строгим взглядом дамы, следящей из маленького окошка за компанией подростком. На самом же деле у дамы начались кишечные колики от тушеной капусты, что она принесла сегодня на обед. Она всеми силами пыталась сдержать свой кишечник, скалясь от боли и покрываясь холодной испариной.

Редкие указатели на стенах потратили львиную долю времени из получасового запаса Германа на общение с другом. Наконец, найдя нужное ему отделение, Герман влетел в просторное помещение, по которому бесцельно блуждали люди в застиранных пижамах. В нос стукнул стойкий запах хлорки и медикаментов. Мальчик стал выискивать знакомые черты в серых лицах пациентов. И вот спустя всего несколько секунд он заметил пожилого мужчину, отвернувшегося от всего происходящего вокруг.

– Тимоха! – Герман тихо окликнул друга, сидящего лицом к стене.

– Герман? Ты пришёл!

– Тимоха, здорово, дружище! – Герман обрадовался встрече.

Герман поставил стул и присел рядом с осунувшимся Тимохой.

– Герман, всё пропало…

– Тимоха, у нас нет времени на это.

– Дом уже снесли? – обречённо спросил Тимоха.

– Нет, что ты! Тебе дают какие-нибудь препараты? – Герман стал следить за неуклюжими движениями Тимохи.

– Тот медбрат заставляет меня пить какие-то жёлтые пилюли, – Медленным кивком головы Тимоха указал на медбрата, больше похожего на надзирателя, стоящего возле окна. – Но он говорит, что они очень полезные…

– Ясно. – Вздохнул Герман и аккуратно похлопал Тимоху по его худому плечу. – Мы вытащим тебя отсюда, обещаю.

– Хорошо бы. – На лице Тимохи появилась ленивая улыбка.

Глядя на безвольного Тимоху, Герман осознал, что помощи от него ждать нет смысла, она ему самому была необходима. Слушая бессвязную речь Тимохи, подросток начал обдумывать план С. Подпись однозначно будет считаться недействительной, так как пациент находится не в уме и разуме. И, похоже, заточение Лаврентьева младшего в психиатрическую лечебницу было кому-то на руку.

– Время посещения окончено! – Громко сообщил медбрат-надзиратель.

– Всё мне пора. – Герман пожал обессиленную ладонь Тимохи. – Держись только! Хорошо, Тим?

– За меня не переживай, Манч! Медбрат говорит, что те жёлтые пилюли очень полезные и что я скоро пойду на поправку. – Неосознанно для себя повторил Тимоха.

– Да-да, Тимоха, обязательно пойдёшь! – прощаясь, Герман аккуратно похлопал Тимоху по спине и направился к выходу.

– Пс-с-с, Манч! – прощаясь, Тимоха подозвал жестом Германа, чтобы тот наклонился. – Берегись того дядю с бумагами, он очень плохой…

– А тебе личное приглашение нужно что ли? – к Герману подошёл тот самый медбрат, не дав договорить Тимохе.

Перед выходом Герман ещё раз взглянул на постаревшего и обессиленного друга, сидящего вплотную лицом к стене. К проблеме предстоящего сноса дома Лаврентьевых добавилась и проблема нахождения Тимохи в психиатрической лечебнице. И как показалось подростку, эти жёлтые пилюли вовсе не помогали, а лишь превращали некогда веселого и энергичного Тимоху в безвольный овощ.

– У нас новая проблема. – Сообщил Герман ребятам, развалившихся на диванах в приёмной.

– Знаешь, Манч, почему-то я не удивлён. – Лениво зевая, сказал Глеб.

– Тимоха в порядке? – заботливо поинтересовалась Варя.

– В этом то и заключается наша проблема.

Поведав на обратном пути друзьям о том, что видел за пределами фойе лечебницы, Герман всех убедил, что Тимоха был вовсе не агрессором, а жертвой во всей этой истории с землёй. Последним шансом разобраться в этой запутанной истории было перемещение в Мечтариум, чтобы попытаться найти Ника.

– Что я пропустил важного? – Витя на велосипеде встречал друзей на развилке дороги.

– Да вроде ничего! Только голосование, на котором твоя кандидатура единогласно победила! – невозмутимо ответил Глеб.

– Голосование на какую тему?

– На тему твоего перемещения к Нику в Мечтариум, Витенька! – Глеб похлопал по плечу друга, напуганного не на шутку.

– Это что слуховые галлюцинации или мне действительно это послышалось? – уточнил Витя, вытаращив глаза на друзей.

– Да расслабься ты, Витька! – Герман кружил вокруг друзей на велосипеде. – Неужели ты так и не научился определять, когда Глеб шутит, а когда нет?!

– В Мечтариум Герман сам переместиться. – Успокоила брата Варя и друзья поехали в сторону родного посёлка.

– Нет, мне это точно снится. – Витя схватился за сердце, крича вслед друзьям. – Какой опять Мечтариум? Вы же сказали, что я не пропустил ничего важного!

***

– Почему ты так долго не отвечал мне? – взволнованный Ник дожидался Германа у дуба. – Я чуть с ума здесь не сошёл? Что у Вас там произошло?

– В общем, дело наше плохо. – Начал Герман. – Кто-то очень хочет заполучить Вашу землю и поэтому не жалеет палок для колёс.

Ник присел на лестницу, ведущую на веранду, он, молча, стал переживать очередной удар от человечества, которому народ Мечтателей служил верой и правдой многие тысячелетия.

Герман почувствовал отчаяние друга:

– Ник, мы с ребятами с тобой! Вместе мы справимся! И Тимоху вернём, и дом от сноса спасём.

– Спасибо тебе, друг! – Ник слегка улыбнулся. – Я в Вас никогда не сомневался. Дело вовсе не в доме…

– А в чём тогда?

– Мы не привязаны к материальным благам и если у нас что-то отняли, значит, это вовсе было и не нашем. У Мечтателей тяжело отнять более важное, то что таится глубоко внутри нас. Тимоха должен был найти соломинку, способную открыть нам тайну пустоты, окружающей этот остров. А теперь его самого нужно спасать…

– Тимоха говорил мне про какое-то дело, но я его не послушал. – Герман вспоминал последнюю беседу с другом, до его заточения в лечебнице.

– Пойдём я тебе всё покажу.

Пока Герман наслаждался ароматным чаем, за перелистыванием семейного альбома Лаврентьевых, Ник делился с ним теорией про Старейшину и Портальный Узел. На фоне Древа Мечтатель, будто сумасшедший ученый, доказывал свою фантастическую теорию, размахивая руками. Для братьев всё было так реально, но их снова отбросили на шаг назад.

– Если же Тимоха справился бы с этой экспедицией, то почему бы нам не рискнуть? – Заявил Герман, дослушав рассказ Ника до конца.

– Ты просто не знаешь о чём говоришь, мой смелый друг. – Вздохнул Ник. – Ваша прогулка на ту сторону реки покажется Вам лёгкой и расслабляющей, в отличие от посещения Узла.

– Ник, хотя бы объясни, что от нас требуется, а мы уже решим с ребятами, справимся мы или нет! – настаивал Герман, ему наскучила размеренная поселковая жизнь, где единственным развлечением был кинотеатр, в котором показывали французские комедии молодости его любимой бабушки.

Отправляя Тимоху в сложную экспедицию, Ник отлично понимал, что может больше не увидеть своего младшего брата. Теперь Мечтатель смотрел точно так же и на Германа, вспоминая наставления отца. Их отец всегда учил принимать с благодарностью руку помощи, называя это наградой за их труд.

– Ты что собираешься запоминать на слух все инструкции? Без записей? Просто на слух? – спросил Ник, всё же решившись дать шанс ребятам.

– А что тут такого? – удивился Герман. – Неужели будет так много информации?

– Позволь напомнить тебе, что Вы хотите отправиться на Портальный Узел!

– Я в курсе…

– В самое запутанное место другого измерения!

– Да знаю я, Ник…

– Вы отправляетесь на Портальный Узел для поисков старейшего Мечтателя, – продолжал нагнетать обстановку Ник. – одного из мудрейших среди существующих ныне…

– Может он и не такой мудрейший? – уверенно заявил Герман. – Ну, если, как ты говоришь, он имеет все знания миров, так почему не смог до сих пор выбраться самостоятельно?!

– А можно ли пригласить сюда Варвару? – Ник потирал переносицу, он делал это всякий раз, когда его терпение подходило к своему пределу. – Моё сердце подсказывает, что она лучшая кандидатура для прослушивания инструкций перед спасательной операцией.

– Не-а! – цокнул Герман, опять солгав, ведь ребята и не подозревали о предстоящем приключении. – Ребята согласятся лишь на одно перемещения. Поэтому, Ник, я внимательно слушаю твои инструкции!

Переносица Ника обрела уже ярко-красный оттенок от интенсивного трения пальцами, вспыхивающие предостерегающие мысли в голове не давали сконцентрироваться.

– Ник, я могу записать твои инструкции на аудио, если тебе будет так спокойнее? – предложил Герман, глядя на напряженную фигуру друга.

– И Варвара сможет их прослушать?

– Мы все сможем…

– Ну что же ты раньше это не предложил! – воспрянул Ник, сжимая плечи Германа.

– Просто я не думал… что инструкций будет столько.

Ник усадил Германа за свой письменный стол, на котором лежала старая книга, занимающая собой всё рабочее пространство.

– Начнём же запись!

Герман достал из кармана свой телефон и включил аудиозапись в дружеском чате, места на столе не было, поэтому ему пришлось держать гаджет в руке. Кивком головы он указал, что запись уже ведётся.

– Приём! Приём! – начал откашливаться Ник. – Раз, два, три…

– Это не обязательно.

– Приветствую Вас, мои друзья! Для начала хочу выразить Вам огромную благодарность за то, что Вы согласились вновь помочь моему народу!

Осознав, что процесс, скорее всего, затянется, Герман вложил телефон в правую руку Ника. Мечтатель тут же принялся расхаживать по мраморному полу, наговаривая текст для записи. А гостю же пришлось удобнее разместиться на стуле, задрав руки за голову и с любопытством наблюдать за чересчур серьёзным Ником, важно расхаживающим с его гаджетом в руках.

– Вы отправитесь в трудное спасательное путешествие, из которого никто ещё не возвращался прежним. И те немногие, кто смогли всё-таки выпутаться из Портального Узла и вернуться в Мечтариум, так и не смогли толком ничего рассказать о том загадочном острове. Есть несколько моментов, которые Вам следует запомнить, как молитву. Во-первых, Вы должны обходить стороной все порталы, иначе можно навсегда потеряться во времени и пространстве; во-вторых, избегайте края острова, держитесь лесистой местности, чтобы не быть обнаруженными охотниками…

– Охотниками? – спросил Герман, выпучив глаза от услышанного. – Какими ещё охотниками? Ты ничего не говорил про охотников!

– Именно поэтому я и просил тебя начать вести записи моих инструкций! – начал пояснять Ник. – Портальный Узел – это не просто остров, с изобилием порталов между мирами и временем, он ещё служит пристанищем для охотников.

Глядя на шокированного друга с нервно подёргивающимся левым глазом, Ник развернул его к книге и указал на нужную информацию. С пожелтевших страниц на Германа смотрело безобразное лицо, покрытое шрамами и увечьями. Но отвратительней всего смотрелся его широкий рот, наполненный огромными зубами. Герман с ужасом бегал глазами по странице, с изображениями различных орудий, используемых в бою этим немногочисленным народом. Название главы сообщало, что этот воинственный народ провозгласил себя "Зубоскалами". "Неудивительно" – подумал про себя Герман.