Босс. Фотограф дьявола

Глава 4

– На фото как-то не хватает пары аксессуаров, не находите?

– Вам не кажется, что уже достаточно? Я же извинилась.

– Я подумаю. Вы можете в понедельник к нам в офис заехать? Хочу услышать ваше мнение по съёмке ежегодника.

Чуть не подлетаю на месте, еле сдерживаюсь, чтобы не пискнуть или ещё какой звук издать от радости. Если приглашает в офис, значит, размышляет, чтобы заключить договор.

– Да. У меня фотосессия в центре, после неё могу заехать.

– Наберёте Косте, он встретит. Адрес напишу. До встречи, – чеканит Станислав.

– До свидания.

Сбрасываю и захожусь в танце бешеного кролика, что даже водители из соседних машин обращают внимание.

Понедельника жду так, что воскресенье пролетает махом и незаметно. Вечером забираю сумку с оборудованием, проверяю, чтобы всё лежало на своих местах, закидываю рюкзак на спину и бегом в машину. Даже небо мне кажется ярче и светлее, потому что настроение шикарное.

Утром в понедельник не спится. Изучаю потолок с четырёх часов. Нервоз меня доконает. Поднимаюсь и иду мыться. Навожу полный марафет – причёска, макияж, брючный костюм, каблуки. Всё по высшему классу, хочу выглядеть профессионально и стильно. Заказ светит огромный, если справлюсь, это откроет мне двери в мир корпоративных съёмок для больших фирм – доски почёта, журналы, семинары, тимбилдинги. Совсем другой уровень, а главное, доходы выше.

Доезжаю до студии в центре, где меня ждёт два часа каталожки в интерьере, и негодую – ну как можно? Почему разрешают строить большие бизнес-центры с десятками офисов и магазинов без парковки. Куда приткнуть мою малютку? Всё занято. Даю три круга по кварталу, хорошо приехала заранее. В итоге нахожу местечко далеко от здания. Но это лучше, чем тащить тяжеленное оборудование на автобусе.

– Девочки! – залетаю в студию и обнимаю заказчицу и модель. – Как у вас дела? Я так скучала!

– Ксюша! Привет, дорогая, – первой обнимает Анжела, шикарная рыжая красотка, хозяйка шоурума. – Ты сегодня такая деловая, – дёргает бровью. – Для кого принарядилась?

– Поеду в одну фирму, если договоримся, получу огромный заказ, – рассказываю, а сама кулачки держу.

– О, а что снимать? – спрашивает Даша – моя любимая брюнеточка, с ней мы третий год работаем и дружим. Отличная модель и добрый человек. Мы ровесницы, с ней безумно комфортно – на одной волне во всех смыслах.

– Портреты для внутреннего журнала?

– Заплатят-то нормально? Обязательно договор заключай до дня съёмок. А то знаем мы, как ты всё спланируешь, моделей подгонишь, – сетует Даша, – а они сгребут твой план и твои наработки и прямиком к другому фотографу, который, считай, бесплатно работает.

Да, в моей карьере такое бывало и не раз. Жаловалась модели, она меня понимает. К ней тоже иногда обращаются, назадают вопросов, а потом возьмут неопытную девочку, расскажут, что Даша делала или говорила и ждут вау-результат. В итоге у них нет нормальных фото, а мы теряем клиентов, потому что после такого им стыдно. Они не возвращаются, скачут от одних фотографа и модели к другим.

– Если честно, – развожу руками, – понятия не имею. Как раз сегодня буду разговаривать про работу и оплату. В общем, про всё.

– Смотри, повнимательнее договор читай, – напутствует Анжела. – Кто его знает, что за люди, чтобы не опрокинули потом.

– Спасибо, девочки.

Но на этом сторонние разговоры заканчиваются, приступаем к работе. Сегодня у нас лёгкая съёмка, фотографируем акционный товар – остатки летней коллекции. Анжела не любит завалы на складе, поэтому старается после сезона продать всё, что сможет, по акции.

Прощаюсь с девочками и решаю прогуляться. Здание, где офис Станислава Игоревича, на соседней улице в противоположную сторону от моей машины. Не хочу потом круги наворачивать в поисках, куда приткнуться.

Подхожу к трёхэтажному зданию, перед ним небольшая парковка, почти свободная – «Тахо» и «Тундра» здесь. Вывеска одна и гласит «Перспектива». Ага. Мне сюда. Набираю Косте:

– Привет, – слышу приятный голос и плыву.

– Привет, я здесь. Куда идти? Вижу только один вход.

– Тебе шлагбаум открыть?

– Оу, так парковка частная… – ещё раз оглядываю территорию. – Нет, я пешком.

– Заходи в здание, я сейчас спущусь, – весело говорит Костя и сбрасывает.

Открываю дверь и попадаю в другой мир – мир стекла и железа. Нереально огромный холл, здесь можно вечеринки проводить. За стойкой сидит девушка – администратор, судя по табличке. Она встаёт и приветствует. Но Костя опережает:

– Это Оксана, фотограф, – с широченной улыбкой подходит, – к шефу.

– Привет, – неловко машу рукой, продолжая глазеть на интерьер. – На каком вы этаже?

– Это наше здание, – поясняет Костя, – поднимайся на последний, офис триста два. Станислав Игоревич ждёт тебя, – улыбается, а у меня колени дрожат, хочу этот заказ больше всего. – Я сейчас подойду, – добавляет.

– Хорошо, – тяну и выискиваю лестницу.

Та быстро попадается на глаза – широкая, красивая с хромированными перилами. Окна на пролётах в пол. Шикарно. Я будто из деревни приехала – останавливаюсь и рассматриваю то светильники на потолке, то вид на внутренний двор здания, где есть собственный сквер. Интересно, им свезло такое помещение взять, или они сами строили?

Собираюсь постучать в дверь, но она приоткрыта. Через щель вижу, как Станислав в светлой рубашке с закатанными рукавами сидит за огромным столом около окна и работает. Лицо сосредоточенно-напряжённое, перед ним ноутбук, планшет и стилус. Да Костя не обманул, сказав, что ничего лишнего на столе начальника не бывает.

Свет из окна мягко падает на лицо, и Станислав не кажется таким уж злобным, как у меня в студии. Завораживающее зрелище. Как там говорят? Можно вечно смотреть на то, как горит огонь, течёт вода и работает другой человек?..

Ухмыляюсь и тихо достаю фотоаппарат – я просто обязана запечатлеть этот момент. Мне кажется, фото получится изумительным. Делаю пару кадров, смотрю на мониторчик и восхищаюсь, как удачно Станислав получается – живой, настоящий, в своей стихии.

– Шпионить плохо, – раздаётся смех Кости за спиной, а фотоаппарат летит на пол.

Какое счастье, что я приучила себя наматывать ремень на запястье – один из важнейших навыков фотографа, чтобы технику не расквасить вот из-за таких шуточек. Хотя слышу противный треск.

Объективу конец, хочу заплакать, но молча, рассматриваю поломку.

– Что происходит? – к нам спешит Станислав и окидывает взглядом меня и Костю.

– Я, простите, – опускаю голову, – вы работали, и мне понравилась композиция и свет, – оправдываюсь, – я позволила себе сделать несколько кадров.

– А что за треск? – спокойно спрашивает мужчина.

– Объектив разбила… – глухо отвечаю.

– Принеси кофе и перестань подкрадываться к людям со спины! – рявкает Стас и переводит взгляд на меня, – Напишите модель и марку объектива, фирма оплатит.

– Вы не виноваты, – начинаю.

– В кабинет проходите, – перебивает и снова кидает грозный взгляд на Костю.

Молча иду внутрь. Почти забываю о неудаче. Восхитительный кабинет. Хочу себе такой же! Пара стеллажей, где стоят аккуратные папки и статуэтки, наверное, награды в спорте или по работе. Всё.

– Покажете, что получилось?

– А?

– Фотографии, – поясняет Станислав, кажется, я засмотрелась.

– Да, конечно, только это не то, что вы хотели, – неловко улыбаюсь и протягиваю фотоаппарат.

Кивает в сторону кресла. Сажусь. А он возвращается на своё место.

Первым делом мужчина осматривает треснувший объектив и кривится, а потом уставляется в экранчик:

– Я хочу их выкупить, – поднимает глаза, – сколько должен?

– Нисколько, – опешиваю. – Я сделала их для себя…

– Зачем вам фотографии со мной? – изгибает бровь, а в кабинет входит обворожительная девушка примерно моего возраста с подносом.

Не удерживаюсь и осматриваю её с головы до пят. В лучших традициях голливудских фильмов – секси-секретарша у большого босса…

– Спасибо, Кристина, – хмурится Стас, когда девушка ставит перед ним кружку, опасно придвигаясь. – Передай Костику, его ждёт долгий разговор.

– Хорошо, Станислав Игоревич, как прикажете, – явно флиртует девушка, но мужчина уставился в фотоаппарат и молчит.

А когда та идёт к двери, слишком уж внимательно смотрит ей вслед. Пялится на попку? Мог бы при мне и сдержаться. Это неприлично!

– Так и зачем вам фото со мной? – напоминает вопрос, как только секретарша скрывается за дверью.

– Вы здесь не совсем главный герой, – улыбаюсь, – меня привлёк светотеневой рисунок, контуры стола и увлечённая личность в этой обстановке.

– Что же вы так в своей студии не рассуждаете, Оксана? – таранит меня стальным взглядом.

– Кто вам это сказал? Вы пришли за другой услугой, – начинаю мямлить, смотрит этот мужик так, что язык не поворачивается.

– Огласите весь перечень ваших услуг, – берёт кружку и жестом указывает на мой напиток, к которому я боюсь прикоснуться.

– Я не знаю. Что вас интересует? – впадаю в ступор.

– На чём специализируетесь, что любите фотографировать…

– Портретная съёмка как студийная, так и при естественном освещении, – несмело говорю, – сама больше люблю фотографии настоящие, без ретуши, – тихо отвечаю.

Но где-то в мыслях мелькает, что не то несу, не этого ждут от фотографа для ежегодника. Дура. Надо было говорить, что обожаю студийную съёмку для журналов…

Всегда я так. Не умею слукавить даже там, где надо…

– Вот, – достаёт из маленького ящика под столом приличную стопку бумаг и протягивает мне, – ознакомьтесь. Если всё устроит, то мы бы хотели продолжить наше с вами сотрудничество.

– Спасибо, – еле ворочаю языком, поглядывая на договор. – Сколько пунктов и мелкого шрифта, – ухмыляюсь. – Прямо сделка с дьяволом…

Станислав ехидно растекается в улыбке, а меня передёргивает, кажется, я это вслух ляпнула.

– Сколько вам нужно времени, чтобы изучить документы? – спрашивает как ни в чём не бывало.

– Думаю, завтра отвечу.

– Вы кофе не любите? – резко меняет тему.

– Что? – задираю брови.

– Уже в который раз вы не пьёте кофе, делаете пару глотков, и всё.

– Я люблю холодный, – таращусь на Станислава, какое ему дело, что я кофе не пью?

– Почему не сказали? – достаёт сотовый и кому-то набирает. – Татьяна, принесите, пожалуйста, холодный латте… да, спасибо.

Открываю рот и закрываю, ибо не знаю, что ответить.

– Расскажите о себе, – откидывается в кресле, прихватив кружку, попивает кофе и рассматривает меня.

Будто голая сижу под его тяжёлым взглядом.

– Что вы хотите знать? – успокаиваюсь.

– Сколько лет в профессии? – делает глоток и смотрит исподлобья.

– Пять.

– Большой срок. Это основной вид деятельности?

Чувствую себя на допросе…

– Да, – киваю.

– Какие планы?

Собираюсь спросить, зачем ему всё это знать, но открывается дверь. Жду очередную грудастую блондиночку, но входит женщина лет шестидесяти пяти. Стройная, в сдержанном брючном костюме и с маленьким подносом, на котором красуется жестяная баночка с трубочкой.

– Прошу, – ставит передо мной напиток. – Я так понимаю, вы наш новый фотограф? – с ослепительной улыбкой спрашивает Татьяна.

– Оксана ещё не приняла решение, – поясняет Стас.

– Как это? – изумляется женщина. – Да уже все в офисе изучили её социальные сети вдоль и поперёк, всем нравятся её работы, – обращается она к начальнику, будто меня и нет в комнате. – Мы решили, чего хотим.

– Моё дело предложить, – улыбается мужчина, – не могу же я заставить её работать с нами, а тут ещё и Костя со своими шутками…

– Снова подкрался и напугал? – качает головой Татьяна.

– Угу, – кивает Стас, – Оксана из-за него объектив разбила.

– Вот проказник, – цокает и хмурится женщина. – Передам Любке, пусть вычтет из его премии.

– Отличная идея, – ухмыляется шеф.

– Оксаночка, – Татьяна поворачивается ко мне, – соглашайтесь, у нас добрая половина коллектива девушки, и каждая хочет побыть вашей моделью.

– Ого, – таращусь то на женщину, то на Станислава, – неожиданно. А откуда вы узнали обо мне?

– Стас, – Татьяна поджимает губы.

– А?

– Почему ты не сказал девочке?

– Что не сказал? – встреваю в разговор.

– Мы пару месяцев назад организовывали фотовыставку, где увидели ваши работы, – улыбается Татьяна. – Правда, решили, что фотограф – мужчина. Имени не было, только фамилия, да ещё и несклоняемая. А Костик получил задание найти вас и пригласить поработать с нами.

Теряю дар речи. А к чему была вся эта жуть с проверками? Или Стас не был уверен в моих способностях? А допрос этот к чему? Кажется, я запуталась.

– Вот поэтому и не сказал, – указывает на меня Станислав Игоревич

– Простите, – очухиваюсь. – Я что-то не поняла.

– Вы же не думали, что такой заказ отдадут непроверенному фотографу? – глядит на меня, в глазах читается ухмылка.

– Нет, но вы могли сказать, что хотите посмотреть мою работу и оценить её, а не устраивать дурацкие проверки с морковным цветом лица, – обидно становится, высказываюсь и плевать на договор, было неприятно.

– Это не было проверкой, – мотает головой. – Очередная гениальная идея Константина. Меня неудачно накрасили, хотя по сегодняшним фото могу сказать, не стоит меня вообще косметикой пачкать, – переводит взгляд на женщину. – Не находишь? – обращается к Татьяне и показывает ей фото на экране фотоаппарата.

– О, – широко улыбается женщина, – то, что надо. Так ты согласна? – таранит меня взглядом.

– Я ещё контракт не видела, – мямлю.

Эта Татьяна, случайно, не родственница Станислава? У неё взгляд ещё тяжелее, чем у мужчины.

– Да что там читать? Не с дьяволом же договор заключаешь, – отмахивается женщина, а Стас громко хмыкает и обливается кофе.

Подрывается с места и начинает снимать рубашку под тихие ругательства.

– Что я не так сказала? – изгибает бровь женщина. – Отвернулся бы хоть, – цокает и выходит из кабинета.

А я, как заворожённая, наблюдаю за случайным стриптизом. Татьяна возвращается с чехлом и кладёт его на стол. Продолжая причитать, вытирает разлитый напиток и уходит с чашкой.

Стас поднимает на меня взгляд и тормозит. А я как в трансе, отклеить глазки от его груди не могу. Но собираюсь с мыслями, перевожу взгляд на его лицо, по пути натыкаясь на ухмылку.

– Простите, – выдавливаю.

– Ничего, думаю, вы насмотрелись на множество красивых фигур, так что моя так, серая масса на фоне профессиональных моделей.

– Да нет, – тяну, а потом понимаю, что несу. – Я не то имею в виду, – прихожу в себя. – Хотела сказать, что у вас отличная фигура для фотосессий. Из вас получилась бы хорошая модель.

– Мне казалось, вы уже поняли, что я далёк от фотографии настолько, насколько это вообще возможно, – продолжает светскую беседу, даже не собираясь одеваться.

– Стас, – снова появляется Татьяна, – хватит смущать Оксаночку, а то она сбежит. Что за дурацкие семейные замашки, – качает головой, ставит свежий кофе на стол и забирает мокрую рубашку.

Пожалуй, надо бы пообщаться с женщиной. Кажется, она многое знает и может помочь мне быстрее освоиться.

Мужчина всё-таки одевается.

Облегчённо вздыхаю.

– Так что с планами? – усаживается обратно за стол и буравит меня.

– Ничего особенного, – пожимаю плечами. – Я сейчас раздумываю, продолжить работать в студии или уйти в вольное плавание, так сказать.

– Причина?

– Много факторов, поэтому и не решила. Я, наверное, пойду, у вас работа, – веду подбородком в сторону компьютера на столе. – Возьму договор и изучу его в самое ближайшее время. Когда крайний срок дать ответ?

– Завтра вечером. В среду съёмки.

– Оу, – округляю глаза.

– Какие-то проблемы?

– Нет, – сгребаю документы. – Я позвоню завтра, – зачем-то судорожно киваю.

– Буду ждать, – пристально смотрит на меня. – До встречи, – слегка улыбается.

– До… встречи… – тяну и тороплюсь выйти.

Кажется, Станислав Игоревич не рассматривает вариант больше не видеться…

Глава 5

Приезжаю домой и лезу в холодильник, достаю вчерашнюю жареную картошку и разогреваю. Падаю на диван и приступаю к изучению договора.

Отродясь не видела таких огромных контрактов. Обычно на один, а то и половину листа А-четыре. Только основное – кто, что делает, сроки и формат. Иногда есть пункт с рекомендациями по ретуши. А здесь букв – запутаться можно. И написано таким языком, теряюсь на каждой строчке.

Пока могу с уверенностью сказать, меня смущает пункт, что заказчик сам определяет время работы. То есть у меня не будет никакого графика? А как мне в студии работать? Беру карандаш и рисую вопросик напротив этого пункта.

Далее плюшки – мне должны предоставить всю необходимую технику, если у меня нет своей, которая подойдёт для конкретной съёмки. Улыбаюсь, давно хотела попробовать парочку объективов и, если свезёт, смогу это сделать.

Пункт про питание безумно радует. Хотя и смущает. Что значит трёхразовое? Сколько будет длиться съёмочный день? А когда обрабатывать фотографии?

Срок действия договора – до конца декабря. Я, конечно, предполагала, что почти две сотни человек сфотографировать – дело не быстрое, но как-то затянуто. Или это с учётом времени на обработку фотографий?

Так-с, едем дальше. Фотосопровождение внутренних мероприятий фирмы? Это что, например?

Трансфер. Снова ставлю вопрос.

О, самый важный пункт. Оплата. Циферок никаких нет. Хмурюсь. Зато есть разгадка про выездные мероприятия. Указаны варианты оплаты работы. Почасовая, если это репортажная съёмка тимбилдингов, корпоративов и тому подобного. Ага. А вот и студийные портреты – своя графа. Жанровые тоже отдельно. Значит, Станислав Игоревич хочет, чтобы я снимала сотрудников за работой, в студии и неформальной обстановке. Более или менее понятно.

Было бы здорово пообщаться с редактором журнала, чтобы знать, чего он ждёт от фотографий.

Ну, теперь очередь до страшилок дошла. Неустойки и урегулирование споров. Одно радует, штраф не может превышать сумму контракта. Значит, если я облажаюсь, то максимум придётся вернуть выплаченные деньги, только простой студии никто не оплатит…

Мне нужна помощь.

Звоню сестре – моя опора и советчица. Никто так меня не понимает и не поддерживает, как она.

– Привет, котёнок, – раздаётся нежный голос.

– Люд, мне нужна помощь, – сразу к делу, – привет, дорогая.

– Что случилось? – становится серьёзной.

– Мне предлагают большой заказ, о-очень большой, но условий застрелиться проще, я не всё понимаю. Хотела, чтобы ты помогла разобраться.

– Если свободна, приезжай с бумагами, посидим, чай попьём, у меня тортик вкусный есть.

– Ты кондитер, – растягиваю губы. – У тебя всегда тортик вкусный есть.

– Ну да, – смеётся сестра. – Но этот особенный, у меня новости.

– Так-с, хочу услышать их первой…

– Это не честно по отношению к Лёне, – и замолкает.

– Ты… – затихаю. – Боюсь сглазить, – еле слышно выдыхаю. – Это то, о чём я думаю?

– Двенадцать недель, – радостно говорит сестра.

– Господи, Людка! – кричу в трубку. – Я тебя люблю! Обожаю! Поздравляю! Буду через пятнадцать минут!

– Не гони так, я хочу, чтобы ты увидела племянника.

– Это мальчик? – замираю, но быстро спохватываюсь. – Молчи! Скоро буду! Хочу лично всё услышать и увидеть!

Это лучшая новость за много лет! Люде ещё в двадцать пять поставили неутешительный диагноз – бесплодие, какое-то преждевременное старение яичников. Толком ничего не объяснили, сказали, что причин не знают. Это чуть не убило её и разрушило отношения с мужем. Он стал грубить, обзывать. В итоге бросил.

Сестра оставила работу юристом и посвятила себя кондитерскому мастерству. Компенсировала отсутствие детей и любимого, делая сладости на детские праздники. А потом встретила Леонида – вдовца с тремя дочерьми. Ух, проблем с девками было. Я бы старшую, Сашку, убила, а Людка вся к ней прониклась. А младшая с порога решила, что моя сестра идеально подойдёт ей как новая мама.

Так и получилось. Уже четыре года, как поженились с Лёней. Папочка, наверное, в шоке. Звоню в дверь, как добралась, не помню, но стоять спокойно не могу.