Босс. Фотограф дьявола

– Заходи, – открывает сестра.

С места прыгаю, приникаю к её животу и обнимаю:

– Ты же наше чудо долгожданное! – целую. – Мы все тебя так ждали!

– Встань, ненормальная, – смеётся Люда.

– Как ты себя чувствуешь? Что врач говорит? – заваливаю вопросами. – Леньку сердечный приступ не прихватил? Для него-то это, ужас какой, четвёртый ребёнок! Он готов к бессонному марафону? Он-то старше, – смеюсь.

– Угомонись, – хохочет сестра, поправляя свои непослушные волосы, – проходи в кухню. Я боялась, что будет выкидыш или проблемы с беременностью, поэтому никому не сказала.

– Токсикоз никто не заметил? – скептически хмурюсь.

– А нет его. Если бы не слышала сердцебиения малыша своими ушами, то и не поверила бы, – поджимает губы.

– Чудо, – быстро мою руки в раковине на огромной кухне и падаю за стол. – Сама-то как?

– Счастлива, – пожимает плечами. – Я не ждала такого подарка судьбы.

– Потрясающе… – выдыхаю.

А Люда ставит чайник и достаёт торт. Точнее, целую кучу разных. Иногда она делает сборку из любимых угощений всей семьи. Вроде и торт один, но для каждого своя начинка.

– Неудобно, – хмурюсь. – Это Лёня должен разрезать.

– Он с девочками приедет через, – бросает взгляд на электронные часы на микроволновке, а дверь открывается. – Сейчас, – задорно смеётся и встречает семью.

Квартиру наполняет галдёж, девчонки наперебой что-то говорят, ясно только одно – все рады видеть друг друга.

– О, у нас гости, – обращает на меня внимание младшенькая – Майя. – Тётя Ксюша приехала.

Девчушке восемь, а умна не по годам. Обнимает меня, а следом и остальные. Я в этой семье ощущаю себя старшей дочерью. Да и не удивительно, с Сашей у нас всего четыре года разницы – старшая Лёнина, со средней Дианой – восемь. Только для Майи я взрослая тётя.

– Идите, приводите себя в порядок, и жду за стол, – разгоняет всех сестра. – А мы с тобой посмотрим контракт, потом будет не до этого, – подталкивает обратно на кухню.

Пока все моют руки, переодеваются и готовятся к ужину, Люда изучает договор.

– Ничего особенного, – пожимает плечами, – тебя просто в рабство хотят, – хохочет. – Но судя по прочеркам в графе вознаграждений, ты можешь попросить достойную оплату.

– Думаешь, стоит согласиться? – недоверчиво уточняю.

– Ты так хотела работу, что вдруг случилось, почему засомневалась? Боишься, что не потянешь? Вроде всё по твоему профилю.

– За работу я не переживаю, – отмахиваюсь. – Меня немного начальник напрягает, он строгий и злой.

– Думаешь, будет придираться?

– Возможно, но там есть один молодой человек, – мнусь…

– Да кто-то влюбился… – заливается хохотом сестра, – тогда подписывай, чтобы быть поближе к нему, вдруг у вас получится.

– Кто влюбился? – в кухне появляется Майя.

– Тётя твоя, – кивает в мою сторону Люда.

– И как его зовут? – строит глазки и садится мне на колени.

– Константин, – улыбаюсь.

– Фотка есть? – шепчет девчушка.

– Ага, – киваю и достаю телефон, я скинула себе фотографии и Кости, и Стаса.

Майя рассматривает парня и морщится, а потом листает и смотрит фото Стаса за столом.

– Мне этот нравится, – улыбается и возвращает телефон.

– Ой, нет, это большой и страшный босс, – мотаю головой. – Я его боюсь. А Костя хороший, он пиарщик в фирме.

– Покажи, – кивает на смартфон сестра, пока сервирует стол.

Поворачиваю экран к ней и показываю две фотографии.

– Слушай малявку, она плохого не посоветует, – хмыкает Люда.

– Ма-ам! – возмущается Майя.

– Что мам? Если бы не ты, то у меня не было бы трёх замечательных дочерей, – треплет девочку за щёчку. И сегодняшнего праздника бы тоже не было, – мягко улыбается.

– Ты решила сказать папе? – спрашивает малышка и рот руками закрывает. – Прости, – щебечет сквозь пальцы, – я видела листочек, где было написано, что у меня будет братик…

– Братик? – басит в проёме Лёня.

А мы все оборачиваемся. Думаю, сестра не так хотела мужу сообщить. Застываем, и девчонки за спиной отца с огромными глазами стоят. Картина маслом, даже жалею, что нет фотоаппарата. Хотя о чём я? Переворачиваю телефон и делаю фотографию зятя и племяшек.

Девчонки отпихивают отца, обнимают Люду и принимаются её поздравлять. А следом и Лёня отходит от ступора и крепко целует жену. Наблюдаю за ними и понимаю, я тоже когда-нибудь хочу также, чтобы большая семья обнимала меня в моменты счастья, да и горя.

Майя тянет за руку – присоединяемся к огромным обнимашкам. Вечер проходит идеально, а домой возвращаюсь с твёрдым решением – взяться за работу.

Времени много – ложусь спать, а утром позвоню Станиславу Игоревичу, надо обсудить непонятные пункты и сообщить, что я согласна.

Если работа не выгорит, хоть с Костей, может, что-то получится. Вздыхаю. Кажется, меня понесло. Я даже не злюсь на него за глупый поступок с испугом. А объектив сама виновата, что разбила. Хорошо, что он у меня не единственный, да и не самый дорогой. После работы на агентство Станислава смогу себе позволить куда более крутой вариант этого объектива.

Так что спозаранку собираюсь и прямиком на работу.

– Доброе утро, Оксаночка, – снова мой знакомый охранник на этаже. – Я зайду к вам через пару минут, – улыбается мужчина, – вам передали посылку.

– Доброе, – недоверчиво поглядываю, – заходите, кофе попьём, у меня сегодня только обработка, весь день одна сидеть буду.

– О, с удовольствием, – поглаживает усы и уходит вниз.

А я – в студию, включаю свет и… не мою полы. Зачем, если всё равно никого не будет? Скачиваю фотографии и наливаю кофе для себя и для охранника.

Округляю глаза, когда он заходит в кабинет. В руках Петра Сергеевича безликая коробочка среднего размера без маркировок и букет хризантем.

– А кто передал? – опешиваю.

– Тут записка есть.

– А в коробке не бомба, случайно?

Мужчина смеётся:

– Нет, я проверял, это какая-то техника, как у вас, – ведёт подбородком на полочки с объективами и приборами.

– Садитесь, – улыбаюсь и протягиваю ему кофе. – А я разберусь с посылкой.

Меняемся. Забираю цветы и коробочку. Иду за водой, хотя меня снедает любопытство от кого же они. Может, Костя извиняется таким образом? Как романтично…

Ставлю букет на столик и читаю открытку:

«Приношу извинения от лица фирмы за причинённые неудобства. Я плохо понимаю в фототехнике, поэтому купил похожий объектив, возможно, он подойдёт, такого как у вас не было. Надеюсь, это не повлияет на ваше решение о сотрудничестве. С уважением, С. И. Огнев».

– Оу…

– Что-то не так? – переживает охранник.

– Ещё не знаю…

Открываю коробочку. Оседаю. Станислав Игоревич ошибся ноликом… Мой объектив в несколько раз дешевле. Этот даже круче того, что я собиралась купить на замену.

Глазки облизывают желанную технику, но сдерживаюсь. Такое я не приму. Позволяю себе опробовать стекло в деле – фотографирую городской пейзаж за окном, восхищаюсь картинкой и упаковываю объектив обратно.

Сидим немного с охранником, а потом он уходит работать, да и я – за компьютер. Буквально за час делаю коррекцию фотографий со вчерашней съёмки, ставлю на конвертацию в привычный всем джипег и звоню Станиславу, пока у меня перерыв.

– Доброе утро, – отвечает он, а я теряюсь.

– А, э, здравствуйте, Станислав Игоревич, – мямлю, что-то трясёт меня, и пальцы холодеют. – Мы можем поговорить?

– Вы приняли решение?

– Да, нет. Да, но не об этом.

– Простите, я вас не понял, – спокойно говорит мужчина.

– Да, я приняла решение, но звоню по другому поводу, – выдыхаю.

– Я вас слушаю.

– Большое спасибо за цветы, – украдкой бросаю на них взгляд. – Но объектив я не приму.

– Не подошёл? Консультант заверил, что он для вашей модели фотоаппарата.

– Да, подходит, только он впарил вам самый дорогой в линейке, – несмело сообщаю. – Мой дешевле.

– Оу, – встревает Станислав и тут же замолкает.

– Да, – медлю, – я не могу его принять.

– А что вы решили по контракту? – переводит тему.

– У меня есть пара вопросов, если разберёмся, я согласна.

– Кхм, – прочищает горло, – вы сможете подъехать сегодня? С собой паспорт.

– Да, конечно. Через, – прикидываю время, – полтора часа удобно будет?

– А в час дня? Может, посидим в кафе, обсудим все условия?

– Да, хорошо, – быстро соглашаюсь.

Прощаемся. Кладу трубку и продолжаю работу со вчерашней съёмкой, поглядывая на часы. В двенадцать забираю объектив, кидаю взгляд на хризантемы и спешу к машине.

Подъезжаю к шлагбауму, там номер телефона, чтобы заехать на парковку, звоню, меня запускают. Красота. Обращаю внимание, что сегодня машин больше. «Тундра» на месте, а «Тахо» нет.

Милая девушка-администратор сообщает, что Станислав у себя, но внезапно занят. Невежливо, конечно. Сам назначил время.

Иду на третий этаж. Стучу, а из кабинета стоит громкий крик всё на том же испанском. Дверь открывается, а на меня сверху вниз смотрит грудастая, смуглая и потрясающе красивая женщина лет тридцати, кстати, моего роста. Но нос задирает, словно в ней два метра.

– Здравствуйте, – улыбаюсь. – Простите, мне назначено.

– Проходите, – отзывается Станислав, выглядит, будто его избивали, интересно, кто эта женщина. – Камила уже уходит, – злобно добавляет.

Брюнетка тут же выплёвывает очередные ругательства на испанском, хотя, может, это она любя, перевода всё равно не знаю.

– Если мешаю, могу приехать в другой день, – поглядываю на мужчину.

– Д-а, меш-аете, – на плохом русском говорит женщина.

– Камила, перестань! – рявкает Стас. – Мне надо работать!

– Как ты разгов-ариваешь с жен-ой?! – возмущается та.

Не успеваю удивиться.

– С бывшей! Поставь уже эту чёртову подпись на бумагах и исчезни из моей жизни! – орёт почему-то на русском Станислав.

Кажется, это больше, чем я хотела бы знать о своём, возможно, будущем начальнике. Стою в дверях, словно обухом огретая. Зато теперь ясно, чего он на фотосессии был такой нервный. У него развод идёт, точнее, НЕ идёт. Жена любит его, наверное, и не хочет разводиться. А он, как и положено мужику, задрал хвоста и бежать по бабам? Я помню, как он пристально любовался задом секретарши.

Не люблю такое. Ну да ладно, личная жизнь работодателя меня не касается. Стас не выдерживает и под локоток провожает женщину из кабинета, та что-то шипит ему на иностранном.

– Облезешь, – злобно отвечает мужчина и, затащив меня в кабинет, хлопает дверью.

Он сейчас опять похож на дьявола, только рожек и хвоста не хватает – красный, взгляд огнём пышет, ноздри раздувает.

– Простите за эту сцену, – шумно вздыхает. – Вещи можете здесь оставить, кафе в здании, – более спокойным тоном поясняет и забирает телефон со стола. – Пойдёмте, – указывает на дверь.

Будто в трансе, киваю, но сумку не оставляю, в ней объектив и деньги на это самое кафе.

– Простите, надо было подождать, пока ваш разговор закончится, – оправдываюсь.

– Ничего страшного, – вдруг улыбается, – вы меня спасли.

Игнорирую. Ещё совать нос в чужую семью не хватало. Пусть сам с женой разбирается.

Кафе тоже на третьем этаже.

– Ого, у вас собственное кафе? – осматриваю небольшое пространство на восемь столиков.

– Нет. Мы сдаём помещение в аренду кейтеринговой компании, с которой сотрудничаем много лет.

Садимся за дальний столик у окна с видом на внутренний двор.

– Что будете? – Станислав указывает на меню передо мной.

Пробегаю взглядом. Ничего себе меню для работников. А где цены? Блин, я не так много брала с собой денег, как узнать, что сколько стоит?

– Так и что у вас за вопросы возникли по договору? – уточняет мужчина и подзывает официанта.

– В основном по графику и оплате, – отрываюсь от меню.

– Что желаете, – возле нас появляется худощавый, невысокий паренёк.

– Кофе, – несмело говорю, а Станислав переводит на меня озадаченный взгляд.

– Она не пьёт горячий, – вдруг поясняет мужчина.

– Глясе, фраппе или айс-кофе? – уточняет парень.

Поднимаю на него взгляд. А?

– Что на обед? – продолжает официант.

– Спасибо, я не голодная, – мямлю, а живот предательски сообщает, что я нагло вру.

Оба устремляют в меня взгляды, а я неловко улыбаюсь. Не люблю есть при посторонних, брекеты иногда забиваются.

– Неси на своё усмотрение и фраппе, думаю, Оксане понравится, – говорит Стас, а взгляд от меня не отводит.

И вот чего он так внимательно смотрит? Нет у меня сейчас денег по кафешкам шляться. Я ещё не получила работу.