Моя страстная жрица

Пролог

Нефертари

Я умерла в первый год правления нового фараона, даже не узнав, кто из сыновей Аменхотепа занял трон отца.

Желала ли я смерти?

Конечно нет!

Я первая жрица Бастет и возлюбленная Мерира. Меня ждала долгая и счастливая жизнь на земле, а после и в царстве Осириса.

Но мной распорядились по-другому.

В ночь смерти Аменхатона я проснулась в ужасе, боги показали мне видение, я ощущала липкую кровь на теле и невозможность сделать вдох.

– Тари, милая! – Ко мне зашёл Яхмос, присел на матрас и погладил по спине. – Плохой сон?

Я всхлипнула, уткнулась в плечо друга, сердце колотилось как ненормальное, словно стремилось оказаться на весах Маат.

– Не бойся, Тари. Даже в Дуате мы будем вместе.

Я согласно кивнула: мне необходимы силы, но я чувствовала, что нужно больше.

– Пойду в храм, и отправь туда своего брата, мы проведём ритуал.

– Сейчас? – Яхмос удивлённо посмотрел на меня. – Мерир сегодня служит у себя: ночь Сета же. Может, лучше завтра?

– Да! Чувствую надвигающуюся грозу. Нил выйдет из берегов и окрасится в красный. Солнце больше не взойдёт. Хочу собрать силы.

Яхмос кивнул и, быстро одевшись, выскользнул из дома. Я же отправилась в святилище. Моя богиня приняла подношение в виде фруктов, я зажгла свечи и осталась ждать своего мужчину.

Для моих целей подошли бы любые странники, пришедшие в храм, силы я бы взяла и от них. Моё колдовство бы напиталось их ка. Но предпочитала проводить ритуалы с Мериром.

Раздавшиеся в зале с колоннами шаги напугали меня: их слышалось намного больше, чем оставляет мужчина, спешащий к любимой.

Заметавшись, я опрокинула свечи, и часть зала погрузилась во тьму, но бежать мне было некуда.

Появившиеся воины во главе с Хуэйем заставили закричать. Я уже знала, что предсказание богов исполнится сегодня.

Мой дар покинул меня, когда Хуэй накинул сеть Гора на комнату, его воины не боялись моего гнева, их доспехи отражали заклинания.

– Ты не посмеешь! Я первая жрица!

Я бросилась к статуе Бастет, моля богиню о спасении.

– Лживые боги больше не правят Та-Кет! Нефертари, ты послужишь нашему богу!

Я царапалась, пиналась и призывала проклятия на голову Хуэю. Но я не чувствовала своего дара, а богиня не отзывалась.

Вырвавшись, я побежала в зал колонн, но поскользнулась и упала на холодный камень. Он был влажный, липкий, а запах оружия перебивал аромат благовоний.

Я поднесла измазанную руку к лицу: кровь.

Моя богиня покинула храм, наполненный ужасом и смертью.

Я произнесла заклинание, и свет Ра озарил всё вокруг.

Недалеко от меня лежал на спине Яхмос. Мой друг не видел уже ничего. Его ка покинула тело, стеклянный взгляд смотрел в небо.

– Нет! Нет! Нет!

Моё горло разорвал крик.

Топот ног и преследовали меня догнали, но теперь я билась. Двое первых, подбежавших ко мне, упали замертво. Их души обречены скитаться по миру. Я не прощу им смерть Яхмоса.

Следующие убийцы корчились от жуткой боли у моих ног.

Но противников было больше, а я жрица Бастет1, а не Сехмет2. Но взмолилась богине мести и палящей пустыни. И убила ещё несколько воинов, перед тем как Хуэй добрался до меня и связал.

– Даже жаль, что ты не выбрала меня, прекрасная Нефертари. Мы бы стали царями нового мира.

– Катись к Сету! Да пожрут шакалы твою плоть!

Он смеялся мне в лицо.

Меня притащили в гробницу Аменхатона, я уже ощущала возмущение духов. Они кричали, невидимые для обычных людей.

Несколько закрытых саркофагов стояло вокруг пьедестала с мумифицированным телом фараона. Заполненные канопы были расставлены по сторонам света.

Но почему так много саркофагов? Зачем? Что происходит?

– Непокорная Нефертари, мы бы правили вместе, но ты выбрала лживых богов, – печально вздохнул Хуэй, проводя кривым кинжалом по моей щеке.

Порез обжёг резкой болью, Хуэй наклонился и слизал выступившие капли крови.

Я дёрнулась и не сдержала угроз, рвущихся из сердца:

– Апоп уничтожит мир! Ты глупец, если думаешь, что твой бог спасёт тебя.

– Я ему помогу. Чудище будет заперто навечно.

Я в ужасе обернулась на саркофаги, поняв, кто в них заключён.

– Да, любимая Нефертари. Все высшие жрицы и жрецы лживых божков послужат нам.

– Нет! Ты не посмеешь!

– Уже посмел. Ты последняя моя жертва. Бенбен в нашей защите.

Я заметалась, это не смерть, а мучение.

Хуэй обернулся и крикнул в темноту:

– Подойди!

Из мрака показался Мерир. Мой возлюбленный, не смотря на меня, прошёл мимо и откинул крышку саркофага.

Его предательство ранило не меньше смерти Яхмоса.

– Как ты мог? – только и смогла прошептать я.

Мужчина сжал зубы, в глаза мне не смотрел, боялся.

Резкий удар и кинжал Хуэя вошёл в мою грудь, кровь залила платье.

Мерир поднял меня на руки, как когда-то поднимал, чтобы отнести на кровать, но теперь уложил в саркофаг. Сначала опустилась металлическая крышка, дальше деревянная, а потом глухо стукнула каменная.

Я чувствовала, как змеи, лежавшие внутри, стали оплетать моё тело. Вместе с кровью теряла последние силы. Слёзы застилали глаза. Я слышала отдалённые голоса, читавшие заклинания надо мной, и погружалась во тьму. От меня осталась только ярость и ненависть к Мериру.

Глава 1

Ксавьер

– Да что вы делаете, дебилы? Не дрова же несёте! Твою мать!

На стол моей лаборатории рухнул огромный саркофаг. Довольные Бэни и Лэни разминали спины, они все были в кровище.

– Босс, не поверите. Мы вступили в бой с долбанутыми археологами. А у них волыны – во.

Плечистый здоровяк Бэни распахнул руки, дав по морде своему брату.

– Едрить тебя налево! – завопил тот, хватаясь за нос.

– Короче, мы его отжали, можно сказать, в настоящем бою.

Я в это время перешёл из комнаты в смотровую. Закрыть их, что ли, здесь? Пусть сдохнут. Недоумки.

Рука уже тянулась к кнопке, но в последний момент сжалась в кулак.

Эх, нет. Хоть и дурные, но всё же мои верные помощники.

Бэни что-то вещал, активно махая руками и периодически попадая по Лэни. А тот продолжал стоять в «радиусе поражения».

– И как вы ещё не сдохли с такими навыками? – пробубнил я и, включив коммутатор, заорал: – Проваливайте оттуда!

Братья поспешно перешли ко мне. Огромная железная дверь медленно закрылась. Загорелись лампочки.

– А чё ты ща делать будешь, босс? – навис над ухом Бэни.

– Открывать саркофаг.

– Так нам бы сказал, мы по-быстрому его ломом, и того.

Я закрыл глаза, в ужасе думая, как вообще умудрился доверить им эту миссию.

– Ты идиот, Бэни, – подал голос брат, зажимая кровавый нос.

Ну хоть кто-то из них в здравом уме.

И только эта мысль мелькнула, как Лэни её тут же опроверг:

– Ломом такое не вскрыть, тут болгарку тащить надо.

Моё фееричное настроение испарилось. Я мечтал об этой находке уже лет пять, с тех пор как нашли захоронение. И сегодня саркофаг перевозили в другое место. Это был отличный шанс всё сделать по-тихому. Но два дятла с чугунами вместо головы устроили кровавую бойню. Теперь все новости пестрели яркими заголовками.

Нас, любителей древностей, артефактов и прочей магической ерунды, не так много, и вычислить, кто это сделал, могут очень оперативно. Придётся, как всегда, активно заметать следы. Но это потом, а сейчас…

Я нажал комбинацию клавиш на панели, и вокруг саркофага закружили роботы. Они с ювелирной точностью выполняли все мои команды. В отличие от двух рачин, стоящих позади.

И вот он. Момент истины. Крышка поддалась, и в мгновение оттуда вылетела лавина чёрного дыма. Стекло тут же стало непроницаемым.

– Ох ты ж, мать честная. Это чё за херовина? – протянул Бэни, вглядываясь в темноту.

– Это стандартные ловушки для таких дурошлёпов, как вы.

Я посмотрел в монитор. Включились разные датчики. Ещё секунда – и заработали воздухоочистители. Мгла постепенно рассеивалась.

– Меня аж холодом пробрало, – прогнусавил Лэни.

– А кто там лежит, босс?

– Прекрасная женщина. Могущественная ведьма.

Роботы продолжили аккуратно открывать крышку и обрабатывать саркофаг. Я же надел химкостюм.

Бэни и Лэни тоже засуетились, впихивая руки и ноги в защитную одежду.

А дальше очистка, и я зашёл внутрь.

Крышка уже аккуратно лежала на другом столе. Моё сердце яростно билось о рёбра.

Я осторожно провёл рукой по деревянному краю. Внутри лежали кости.

– Эм-м-м. Босс. Какая-то она… не прекрасная.

Две башки просунулись вперёд меня.

– Для оживления нужна кровь, плоть и ритуальный обряд.

– А… это мы ща мигом, – поднял палец вверх Бэни.

– В смысле? – Я метнул на него злой взгляд.

– У меня в багажнике трупак. Одного мудня замочил по дороге на дело, забыл выгрузить.

Мы с Лэни ударили руками по кислородным маскам.

– Вот же ты идиотина.

– Одна нога здесь, другая там. Ща всё будет.

Он выскочил из комнаты, и спустя десять минут у нас уже лежал труп какого-то мужика рядом с саркофагом.

Братья сгрудились над покойником, готовясь выжимать из него застывшую кровь и резать части тела. Но я всё же решил закончить этот фарс. Из холодильника взял несколько пакетов с нужными вещами. Сейчас это достать не проблема. И не надо никого убивать. Достаточно просто иметь много денег.

Я осторожно разложил кусочки органов. Так, как это должно быть у человека. И вылил содержимое пакетиков.

Несколько ритуальных камешков по кругу, длинное заклинание.

Когда я закончил и поднял глаза, два дуралея перекрестились. Оставалось только сделать глубокий вдох и попробовать ненавидеть их чуточку меньше.

Сначала ничего не происходило, мы молча смотрели на окровавленные кости.

– Кажется, здесь нужен волшебный поцелуй, – пробормотал Лэни и тут же получил от меня подзатыльник.

Но неожиданно всё зашевелилось. По скелету побежали змейки кровеносных сосудов, кости обтягивались мышцами. Мы лицезрели великое чудо.

– Ну ты, мать твою, некрофил… – протянул Бэни.

– Некромант, – поправил его Лэни.

– Неважно. Вот, спорим, археологи так не могут.

– Они бы и никогда не стали этого делать. Это ж чёрная магия. Она запрещена.

– А значит, огромные пушки с собой возить – не запрещено?

– Ну-ка, цыц! – шикнул я, наслаждаясь прекрасным зрелищем.

Мы снова замолчали, наблюдая, как оживает давно умерший человек.

– Босс, а когда она… закончит окукливаться? А то у меня скоро матч футбольный… Мать твою!

Бэни отскочил от стола, смотря куда-то вбок.

Мы резко повернули головы.

Бывший трупак сел и чесал затылок. На него тоже попало отголоском заклинания.

Лэни схватил крышку саркофага и со всей дури приложил ему. Тот снова рухнул на пол.

– Вот вы идиоты! Знаете, за сколько можно продать это на чёрном рынке? Да вы на меня всю жизнь бесплатно работать будете! – заревел я, отбирая у него крышку.

Но тут же чуть её не уронил. Весила она до хрена. Братья всё же силой были не обделены.

– Босс. Смотри! Она оживает! – вскрикнул Бэни.

Я тут же всучил крышку обратно его брату и нырнул взглядом в саркофаг.

Первая стадия регенерации проходила хорошо. Но пока там лежало нечто, напоминающее высохшую старушку.

– Не красавица, зато с сиськами, – хохотнул Бэни.

– Ей ещё как минимум неделя нужна, чтобы походить на обычного человека.

– А зачем она тебе?

– Самая могущественная ведьма. Вот как ты думаешь?

– Эм-м-м. Чтобы её трахать?

– Дебил!

– Точно дебил, – подтвердил Лэни. – Чтобы зелья всякие варила и привораживала.

– Да вас и не надо привораживать, – вздохнул я. – И почитайте на досуге книжки о великой Нефертари! Боже! Ну как можно быть настолько тупыми? Валите уже. И свой трупак заберите!

– Окей, босс.

Мужики исчезли в момент. А я всё любовался на свою прекрасную ведьмочку. Наконец я получу не просто артефакт, а саму жрицу Древнего Египта.

Завтра, когда в тело вернётся душа, надо будет провести ещё ритуал. И вуаля! Я самый великий коллекционер.

И кто говорил, что тёмная магия – это зло? Вот. Человека оживил. А жизнь прекрасна.

Меня прополоскало химраствором на выходе. И когда я снял костюм, то глубоко вдохнул воздух. Чудесный день. Просто чудесный.

Правда, надо много убираться за двумя молодцами.

По дороге к автомобилю я набрал номер.

– Ашер. Дело есть. Поудаляй с камер всё в районе Белой Пустыни. В базу полиции залезь и у них тоже всё поудаляй. С меня причитается.

Я включил музыку в машине и врубил экран. На нём видел роботов, избавляющихся от ядовитых шипов внутри саркофага: ох уж эти древние ловушки! Его тоже можно хорошо продать. Но чуть позже. Когда всё уляжется. Там и цена будет в разы выше. Так и видел заголовки газет: «Пропавший саркофаг найден на чёрном рынке. Его выкупили за миллионы долларов». Ну, с погнутой крышкой… Сделаю скидку.

Дома меня встретила верная овчарка Мэни. Я её назвал в честь Бэни и Лэни. Правда, местами она даже умнее их.

– Пойдём. Скоро у нас в доме будет пополнение.

Я насыпал ей корма и включил телек.

Ну да… как и предполагалось. Все обсасывали новость с пропажей древнего гроба и жёстким рубиловом.

Переключаясь по каналам, нашёл про Египет. Любил смотреть историю. Все эти мрачные и возвышенные смерти, в которых столько тайн. До сих пор люди не могут спать спокойно. Что-то раскапывают, узнают. Вот и я узнаю из первых уст интересную историю о прекрасной ведьме. Там будут занятные повороты.

Глава 2

Нефертари

Тело болело, и сотни игл впивались в плоть, даже дышалось сложно.

Зрение не сразу вернулось, мутная белая пелена закрывала глаза.

Но я уже знала, что жива. И это была лучшая новость. Богиня меня не покинула, а Мерир не предал.

Когда я смогла открыть глаза, то яркий свет ослепил, так факелы не горят. Сейчас день и меня вынесли из гробницы?

Но всё оказалось хуже.

Я непонимающе крутила головой, рассматривая необычные царские палаты. Это не моя страна и, боюсь, не моё время. Меня возродили не дома. А значит, не Мерир. От его предательства и смерти Яхмоса сердце болело. Да и как ему не болеть, для меня эти события только произошли. Но, рассматривая диковинную комнату, я уже понимала, что всё изменилось.

Я встала, ноги плохо слушались, спина болела, но я всё равно начала трогать всё вокруг. Хотелось понять, где я? Пунт? Нубия? Далёкие заморские земли?

Мои силы ещё не вернулись, и я не слышала назойливых духов, но чувствовала их внимание. Воздух вокруг словно дрожал, видимо, моё возвращение встревожило их. С ними давно не общались?

Чтобы поднять меня из мёртвых, колдун явно потратил много сил, и рядом я его не видела. Наверное, отдыхает. Интересно, почему ему разрешили это сделать? Не думаю, что фараон дал согласие просто так. Нельзя возвращать к жизни убитых.

Я трогала стены необычного дома, мебель из странного дерева, а когда увидела старушку, то попыталась поздороваться и проявить уважение к пожилой служанке колдуна.

Но горловые связки ещё не окрепли, и получились не слова, а клёкот сокола.

Старушка повела себя странно: она растерянно шаталась, глядя на меня.

Может, она тоже возвращена с того света?

Подойдя ближе, я стукнулась носом о бронзовое зеркало. Так сильно начищена поверхность, отражает лучше водной глади. Я даже не сразу поняла, что страшная старушка – это я сама.

Зеркало оказалось не бронзовым, и вообще не металлическим. Оно было как стеклянные бусины. Такой подарок мне однажды сделал Мерир, их привезли из далёкой страны, где ткань умеют окрашивать в пурпурный цвет.

Много времени я провела у занятной вещицы, рассматривая себя: от моей красоты ничего не осталось. Скелет, обтянутый кожей, седые спутавшиеся космы, и только глаза сверкали так же, как при жизни. Мерир сравнивал их цвет с камнем богини Исиды. И я часто носила украшения из него, подчёркивая это сходство.

– Мумия встала!

– Привет, бабулька! Мы принесли тебе одежду и еду.

С большим трудом, почти скрипя костями, я повернулась к говорившим. В комнату вошли два воина, я не сомневалась, что такие видные мужчины служат колдуну в качестве охраны. Чем-то они походили на Мерира и Яхмоса. Тоже два брата. Сердце опять сжалось от воспоминаний.

– Вот! Смотри! О-де-жда! Ты можешь завернуться в эти тряпки.

– А это Е-да! Ам-ам-ам!

О великий Тот! Да они обделены твоими знаниями и умом! Точно стражники и часто головой бились о каменные ступени в храме, моля Тота о разуме.

Но я понимала их речь, такую непохожую на известные мне языки. Видимо, духи благоволят и помогают.

Пока два красивых, сильных, но совершенно недалёких создания продолжали лепетать, я рассматривала ткань. Светлая, как у нас, но платье закрытое, хоть и простое.

Я подошла к подносу с едой. Запах приятный, какие-то незнакомые овощи, намазка, фрукты. Опустила пальцы в клейкое месиво, а потом облизала их. Вкусно. Овёс, но сладкий-сладкий, словно мёд и финики добавили.

– Руками ест! Она, наверное, и вилки не знает.

Вообще, знаю. И вилку, и ложку, но здесь уже не в котле лежит, зачем их использовать?

Я оторвала кусок лепёшки и зачерпнула ей кашу.

Как вкусно!

А потом вцепилась зубами в инжир, мягкий и сочный. Как дома, как в детстве. Именно он примирил меня с действительностью.

– Птить, – прохрипела я.

Язык плохо слушался, а говорить ещё и на неродном сложно.

– Что?

– Пить!

Я показала жестом, что хочу попить. И воины засуетились. Подали мне тонкую чашку, словно не из глины, а из кости. Невесомая. Красивая. Дорогая. Достойная фараона или номарха.

Я сделала большой глоток горячего отвара и поморщилась. Лекарственные травы. Какая гадость.

Брезгливо отставила и повернулась к мужчинам за нормальным напитком.

– Сок? – догадливо уточнили они.

Звучало уже лучше, сок получается из фруктов. Я бы выпила пива или вина, но сок тоже неплохо.

Я кивнула, они засуетились и побежали наперегонки из комнаты. Открыли дверь, которую я сразу не заметила. Следуя за ними, я крутила головой и трогала всё вокруг. Странный дом был наполнен незнакомыми вещами. Но точно выглядел богатым, колдун служит номарху или даже фараону?

Из металлического шкафа мне достали сок. Приторно-сладкий напиток.

Я разлепила губы и с трудом выдала:

– Хек.

– Рыба?

Один мужчина начал делать извивающиеся движения рукой, а второй открывал рот и закрывал, глупо таращась.

Он изображает рыбу? У поднявшего меня колдуна проблема со слугами… Может, когда он их поднимал, то их мозги усохли?

– Пиво, – проскрежетала я, надеясь, что духи правильно подсказали.

– Пиво? – переспросил парни.

– Пиво, – кивнула я. – Ячмень, солод и варить.

Слова давались тяжело. Ещё и незнакомый язык, понимание приходило волнами, как прилив великого Нила.

Мужчины оживились и достали стеклянную бутыль. Открыли и, радостно гогоча, протянули её мне.

Я с удовольствием промочила горло. Не совсем тот напиток, к которому я привыкла, но лучше горького травяного отвара.

Я продолжила осматриваться вокруг, но не выпуская бутылки из рук.

– А старушка-то не против выпить, – шептались за моей спиной.

Они называли меня старушкой. Обидно. Но скоро я верну все свои силы. И можно даже с помощью этих остолопов.

За одной из дверей нашлась небольшая купальня с ванной.

Я даже смогла растолковать слугам, что её надо наполнить доверху. Дольше всего пришлось объяснять о молоке и мёде.

Добавили, но мало. Ничтожно мало. Идиоты. Последнее слово подсказали духи. Так их величает колдун.

Я легла в горячую воду и закрыла глаза. Представила, что я дома. Скоро зайдут мои служанки, вымоют и заплетут волосы, намажут маслами тело. А ночь я проведу в объятиях возлюбленного.

– Интересно, – раздался надо мной голос и выдернул из грёз.

Я медленно подняла отяжелевшие веки и уставилась на мужчину.

Колдун был высоким, довольно крепким, с необычной внешностью. Чужеземец, не сын Чёрной земли. Не нубиец и не пун. Наверное, прибыл из-за моря… Хотя это я в его мире, может, они все такие. Его глупые слуги тоже светлые, как подземные духи.

То, что это колдун, я не сомневалась. Или даже учёный. Взгляд изучающий, как у жрецов мудрого Тота.

– Как ты себя чувствуешь, великая Нефертари?

Он знает моё имя. Это плохо. Если назовёт ещё и тайное имя, то моя ка будет у него в услужении. А я этого не хочу.

Я покачала головой, делая вид, что не понимаю, о ком он говорит.

– Нет? Плохо? – в его голосе появился испуг. – Или не Нефертари?

Ещё чуть-чуть – и мужчина завопил бы от ужаса.

Я с удовольствием наблюдала за сменой эмоций на его лице.

Насколько этот колдун силён? Поймёт ли мой обман? Лгать в открытую не буду, если он тоже слышит духов, то доложат. Но можно же немного схитрить.

Я указала пальцем на свою худую, впалую грудь:

– Тайи.

Это тоже моё имя, вернее, сокращение: так ласково звал меня отец в детстве.

Взгляд колдуна заметался, но он нашёл силы и, показав на себя, назвал своё имя:

– Ксавьер.

Ну что же, Ксавьер, тебе придётся умереть, чтобы я могла вернуться в мир живых свободной.

Глава 3

Ксавьер

Мы втроём смотрели, как девушка включает и выключает свет. Казалось, это её радует, но она почти всё держала в себе, на лице не было ни эмоции.

За несколько дней у неё появилась прослойка жира, и теперь по дому расхаживала не мумия, обтянутая кожей, а уже почти симпатичная женщина. Немного анорексичная, но это поправимо. Бледно-зеленоватый покров приобрёл розоватый оттенок. Да, выглядела она всё ещё болезненно, нам нужно время, чтобы привести её в форму.

– Дорогуша, хватит баловаться, – не выдержал первым Бэни, подходя к Тайи. – Ты уже пятнадцать минут щёлкаешь выключателем.

– Не могу привыкнуть. Это какое-то колдовство?

Она позволила усадить себя за стол, и я тут же взял с полки приготовленную книгу, положил её на поверхность.

– Это точно твоя гробница! – подошёл я, показывая снимки. – Там твоё имя и всё совпадает.

Тайи повертела телефон в руках и даже понюхала его.

– Какой мастер сделал этот рисунок? Как будто я вижу вживую.

– Это фотография, милая, – вырвал я телефон и просунул руки по обе стороны от неё, листая картинки. – Вот это гробница. Видишь надписи?

Я приблизил двумя пальцами изображение, и Тайи отпрянула, что-то шипя под нос.

– Так ты узнаёшь или просто возбуждаешься от новых технологий? – рявкнул я ей на ухо, теряя терпение.

За что получил грозный взгляд, и девушка почти клацнула зубами перед моим носом.

Я отдал ей гаджет и вернулся к книге.

Пока она раздражённо рассматривала фотографии, я стал вещать:

– Твой горе-любовничек Мерир раскаялся после твоей смерти, целых две книги наклепал о жизни с тобой и прочей всякой ерунде. Одна у меня, вторая фиг знает где.

– Я тоже читал, – закинул ноги на стол Лэни. – Скукота… ну, кроме постельных сцен. Слог у него, конечно… отвратный.

Он хрустел сочным яблоком, и капельки сока разлетались по всей кухне. Рядом сидела Мэни и ждала, когда дадут огрызок. Тайи не нравилась собака, ведьма побаивалась её, а та, как будто специально, не отлипала от новой соседки. Но сейчас всё внимание овчарки было на яблоке.

Бэни же варил кофе и, слава богу, молчал.

– Продолжим… – бросил я, снова закапываясь в книгу. – Итак. Предательство, раскаяние… а вот. Он тебе всяческие почести воздвиг, после того как сдох Хуэй. Реформы про единого бога, кстати, тоже закончились с его смертью, если тебе интересно.

– Шакал! – вырвалось у неё, и я замер, а потом поднял взгляд. – Они оба шакалы!

– Значит, ты их знала. – Я не спрашивал, а утверждал.

– Ха! Их знал весь мир!

– Ну это ты перегнула, мать, – хохотнул Лэни. – Тебе глобус принести? Показать весь мир? А у вас там интернета ещё не было. Бедолаги.

– Что было потом? – Тайи облокотилась на стол, вертя пальцем и стараясь игнорировать реплики Лэни.

– Потом он сделал всё, чтобы твою могилу не разграбили! – хлопнул я книгой, довольно улыбаясь.

– А почему он предал Нефертари, там не написано? Мне интересно. Я была её служанкой.

– Ревность к брату.

– Во даёт, – повернулся Бэни. – Могли бы жарить курочку вместе. Так надо было бы не бабу резать, а брата.

– Эй-эй! – вскрикнул Лэни, кидая огрызок собаке. – Из-за бабы друг друга резать? Проще другую бабу найти!