З.Л.О.

© Кельдюшов Александр, 2021

© Интернациональный Союз писателей, 2021

Родился в 1972 г. в пос. Клюевка (Бурятия).

В 1998 г. окончил Московскую государственную академию физической культуры. С 2001 по 2019 г. работал в вузе начальником отдела службы безопасности.

С 2016 г. член Интернационального Союза писателей.

Стиль творчества – психологические триллеры.

Публикации: сборники рассказов «Охотники за призраками» (1996), «Я несу вам мир» (2008), романы «Медведица» (2010), «Отчуждение» (2011), «3. Л. О.» (2012), афоризмы «Кладезь мудрости дурака» (2013), She-bear («Медведица» на английском языке в серии «Библиотека премии Набокова», 2016), «Медведица» (в сериях «Писатели русского мира», «Русский национальный бестселлер», 2019).

В 2019 г. награжден благодарственным письмом за выдающийся вклад в российскую и мировую культуру и медалью в Государственной думе РФ.

В том же году награжден дипломом «Писатель года».

Лауреат Международной премии по литературе им. Кафки за крупный вклад в российскую (мировую) литературу.

Сайт автора www.keldushov.ru

Глава 1

Он шел по залесью широким охотничьим шагом, вернее, волчьей походкой. Сто метров шагал, сто метров бежал. И так уже прошли сутки. Он торопился, необходимо было успеть до Выброса добраться до своей берлоги. Такой маленький бункер, скрытый среди ядовитой полыни, вход в который знал только он. Вернее, о самом военном объекте знали все. Но вот о том, что в километре находился обособленный командный пункт, – только он. Его местонахождение открыл ему Доктор. Откуда тот про него прознал, неизвестно. Да ему и неинтересно. Главное – он был, и чужой в него проникнуть не мог: ни монстр, ни человек. Против монстров он установил перед люком растяжки из гранат и противопехотные мины. Против людей – хитрые артефакты, отводящие глаза, о существовании которых также подсказал Доктор. Да и аномалии помогали, которых в данной местности было более чем предостаточно. Жарница, головомойка, разрыв, давилка, разметайка – и это не полный всех их перечень. Одни были видимыми, другие – невидимыми, третьи – осязаемыми, четвертые вообще ничем нельзя было обнаружить, даже ПК. И лишь он знал, как их миновать. Это была шарада шагов в строгой последовательности, опять же, открытый Доктором секрет. Только было странно, почему они не меняли месторасположения после каждого Выброса. Это даже для него оставалось загадкой. Хотя в Зоне странностей хватало. Хватало с излишком.

Завтра в обед случится очередной Выброс, и ему необходимо будет одолеть пятьдесят километров изнурительного пути. Дорога хоть была относительно безопасной, не считая активизировавшихся перед Выбросом аномалий, но он осязал их шестым чувством и разумно обходил стороной. Иногда, когда сомневался, перед тем как сделать шаг, бросал болты, что не раз спасало ему жизнь. Ведь сомнение – также скрытая защита организма, не уступающая шестому чувству. Но зато мало встречалось мутантов. За все время пути от Свалки он убил лишь одного ежа-мутанта. И то ради предостережения, тот вяло брел к центру и не обращал на человека никакого внимания. Но ядовитые иголки, которые тот умел метать как дротики, и довольно метко, подозрительно шевелились, это и послужило сигналом к действию. Лучшая поговорка в Зоне: хороший мутант – это мертвый сталкер. Сей смысл разъяснял, что хороших мутантов в природе не бывает, а тот, кто полагается на их доброту, – смертельно заблуждается. Довольно убедительный довод, тем более что пока он умирать не собирался. Он, не целясь, навскидку выстрелил ему в голову. И попал в глаз. Что тут говорить, сказывается многолетний опыт ежедневных тренировок стрельбы по живым мишеням. Да и как мазать в Зоне, где цена промаха – твоя жизнь.

Взгляд наткнулся на трухлявый пень, рядом с которым лежало огромное срубленное дерево. Знакомый ориентир. Это означало, что основная часть пути успешно пройдена. Дерево словно предлагало, так заботливо, ласково: давай, путник, присядь на меня, отдохни, ведь ты так устал. Но нет, его не проведешь, знал он эти навеянные чары. Сядешь и никогда уже не встанешь. Дерево это – всего лишь морок, облако снотворной пыли: попадаешь внутрь – и баиньки. А пень тем временем из тебя все живые соки выпьет. Это было видно по человеческим и животным белеющим костям, и то, если сильно приглядеться. Потому что пень их эффектно маскировал под сломанные ветки. Сильный мутант и, главное, неистребимый. Или кажется неистребимым, хотя и довольно успешно. Он в прошлый раз поливал его из автомата, целый магазин истратил – и ничего, никакого результата. Пули от него отскакивали как от бронированной двери. Видно, его окружала пулестойкая аномалия или сам состоял из твердого вещества. Кто знает, а проверять не хотелось, может, у него были припасены еще какие-нибудь неприятные секреты для чересчур любопытных. Ладно, выяснением подробностей он займется позже, как-нибудь в другой раз. Тщательно поразведает, внимательнее оглядится вокруг. Может, что и обнаружит. Какой-нибудь дорогой артефактчик. Любит Зона прятать их в таких местах, словно шутя наделяя неодушевленные предметы таинственной силой. Вроде смерть, а для удачливого и рискованного человека – солидный барыш. Хотя в любой момент все может измениться, и кажущаяся прибыль обернется в руках смертью.

Зона – коварная девчонка. Иначе как девчонкой он и не представлял эту капризную невидимую правительницу Зоны – интеллектуальную аномалию. А может, и супермутанта, но обязательно женского пола. Как ни странно, он даже ее заочно любил, желая познакомиться поближе. А почему бы и нет? Вдруг она симпатичная. Вот будет потеха: безумный Беспалый и еще более безумная Зона идут вместе, держась за ручки. Он даже рассмеялся, очередной раз представляя комичную картинку. Молодая рыжая девушка в белом платьице в зеленый горошек, с фатой на голове и он в оранжевом смокинге вышагивают по черной траве, а рядом свадебным кортежем двигаются монстры. Такие ряды-шеренги монстров, и все они в разноцветных смокингах. Все. Даже крысы в таких маленьких нарядах. Вот играет свадебный марш, и они подходят к падре. А падре – это контролер. Умная скотина. Читает нам молитву. Спрашивает, любим ли мы друг друга. Согласны ли мы заключить брак. Мы, молодожены, отвечаем: да. И вот первая брачная ночь… Дурацкая фантазия. Но она придавала смысл жизни. А смысл в Зоне – вещь важная, так как то, что происходило в ней, вообще не поддавалось никакому смыслу. Вот такая и получалась каша. Вроде масло есть, но не сдобрить кашу. Каша горячая есть, но масло не тает. Полный бред. Как и вся его жизнь. Логика без логики.

Но он все же когда-нибудь проникнет на ЧАЭС и узнает, что там скрывается. Или кто. Это случится тогда, когда он не особо будет спешить. А сегодня иные заботы. Радовало, что расстояние небольшое и он одолеет его за пять часов даже в полном боевом обмундировании. Напрягало, что приближается ночь и потребуется искать временное убежище. Даже он не мог передвигаться по ночам. Аномалии в ночные часы меняли свои качества и действовали с эффектом «наоборот». Их невозможно было обнаружить, пока не попадешь. Жарка не обдавала огнем. Ночью ты в ней замерзал, превращаясь в глыбу льда. Жалейка не обещала быстрой смерти от внутреннего удаления, когда в целости оставалась лишь неповрежденная кожа. В темноте также работала шиворот-навыворот. У человека как бритвой срезались ногти, кожа, сетчатка глаз, губы, уши, нос и все другое, что имело несчастье крепиться на теле. Создавалась иллюзия, что над окровавленным телом со снятой чулком кожей глумливо потрудился хирург-маньяк. И куда несчастному деваться в Зоне, живому, но слепому и вопящему от боли? Ясно, что на его крик слетается вся нечисть с округи. Но они не убивают его сразу, а медленно слизывают кровь, наслаждаясь дикими мучениями. Он видел это не раз и даже однажды помог обреченному выстрелом из снайперки в голову, чтобы не мучился. В Зоне порой сочувствие выражалось иными способами и средствами. Наименьшим злом. Например, таким, как быстрая смерть.

Вот как и он. Для Зоны он меньшее Зло, для людей – большее. Из сталкеров его никто не любил, как и из группировок, оккупировавших Зону. Подумаешь, убил сталкера и хотел загнать хабар Торговцу. Ничего не было в этом противоестественного или предосудительного. Обычное для Зоны дело. Многие так поступали. Вот только не повезло: оказалось, что не добил он Гнуса, и, пока лазил по сумке, тот успел по КП скинуть всем информацию, что Беспалый – крыса и убийца. Хотя виноват был сам в случившемся. Ведь какой подонок: не хотел делиться поровну. Да, согласен, он был новичком, как говорится, мясом, а Гнус – опытным сталкером. Подумаешь, высшая каста. Так и поступал бы по-царски, так нет – пожадничал. Сэкономил, называется. И на ком? На своем компаньоне. А сколько было обещаний, разговоров, слов, а как коснулось дележки… Дорогое все – мне, а тебе – по губе. Мелочовки хватит. А если называть вещи своими именами, просто кинул на хабар. И где справедливость? Или она уснула вместе с совестью? Где благодарность за то, что он, рискуя своей жизнью, прокладывал дорогу туда и обратно? Ведь не зря новичков называли «щупальцами смерти» или «саперами». А более извращенные из сталкеров – встречались и такие – называли вновь прибывших в Зону молодых людей «открывалками».

Да, согласен, «оптики», как величали себя опытные сталкеры, передавали молодым опыт, натаскивали, требуя взамен безоговорочного послушания. Но какая разница? Ведь из всей группы после похода в катакомбы вернулись живыми лишь они вдвоем. Двое из пятнадцати. Десять трупов, которые были жареным, пареным, раздавленным, разметавшимся мясом. От них не осталось ничего, даже имен. У них было мало шансов остаться в живых. И они их не использовали. А он выжил и выбрался из этого подземного Ада. Просто ему повезло, сказалось, наверное, что родился он здесь. В Чернобыле. И земля помнила его запах. А когда произошла катастрофа, его просто эвакуировали в приграничные поселения, к бабушке. Родители погибли в первые секунды, когда атомный реактор разлетелся на миллионы смертоносных частиц. Но память осталась. Радиация все же задела его, отложила свой след, словно провела ладонью по телу, изменяя что-то внутри.

Прошло двенадцать лет, и его, пятнадцатилетнего паренька, потянуло как магнитом назад, домой. Странное это было состояние, Зона словно разговаривала с ним, звала. И он не удержался и сбежал от спокойной жизни, ловко преодолев все блокпосты, скрывавшиеся за колючей проволокой. Он не знал, что его толкнуло на столь безумный поступок, когда он беспечной жизни предпочел смерть. Возможно, это была свобода выбора. Ведь правительство, как и государство, не предоставляло ему этой свободы выбора. Там все живут по закону – закону власти, против которого протестовало все его естество. На Зоне все было иначе. И понеслась жизнь под откос. После Гнуса он впопыхах расстрелял группу долговцев, чем нажил себе новых врагов. Потом настала очередь бандитов, куда его черт дернул примкнуть. Он убил главаря, Хлеба, за то, что тот решил его сдать долговцам за крупное вознаграждение. Но он узнал об этом. Даже не узнал, а почувствовал предательство и сыграл на опережение. Ликвидировал ночью охрану, орудуя ножом, проник в спальню к боссу и перерезал тому горло. После чего забрал все содержимое сейфа. И подался в бега. Мафия ему этого не простила и устроила настоящую охоту. Но пока ему везло. Странно как-то везло. Ведь Зона не любит предателей. Расправляется она с ними быстро и жестоко. С ним было все иначе, словно она получала удовольствие от наблюдения за его мышиной возней, постоянно подкидывая неприятные ситуации, из которых ему приходилось выворачиваться, прилагая весь опыт, выносливость и сообразительность. Пока ему удавалось выжить. А дальше… А дальше он не загадывал. В Зоне нельзя загадывать на будущее, иначе настоящее растопчет. Просто сотрет в порошок и развеет по ветру. Зона не любила меркантильных, а тем более – мечтателей.

Что-то легонько кольнуло в сердце, Беспалый машинально напрягся и сконцентрировался. Так предупреждало шестое чувство об опасности. В руке как по волшебству оказался пистолет с глушителем. Взгляд вправо – и он едва не налетел на притаившегося в кустах зомби. Тот, как ни странно, увлеченно смотрел в другую сторону и человека не замечал. Необычное поведение, если не сказать – абсурдное. Людей они чувствуют за версту, подумал Беспалый, разряжая в голову мертвяка целую обойму. Тихо защелкал механизм, выплевывая свинцовые пули, которые с режущим свистом вонзались в противный безволосый череп с отваливающимися коростами. Запахло порохом. Гад обернулся, но тут же получил пару пуль в глазницы.

Череп лопнул, как гнилая тыква, оттуда вылилась черножелтая жижа, и зомби затих. Но Беспалого нельзя было обмануть этой неподвижностью. Зомби притаился, ожидая от человека беспечности и самоуверенности. Он приготовился нанести удар, ему потребовалась бы ничтожная царапина, нанесенная ногтями, чтобы человек умер от заражения крови. Конечно, если у того не было аптечки.

– Вот же живучая тварь! – прошептал Беспалый, заходя к трупу со стороны головы, чем не доставил радости зомби. Он знал все их ухищрения, поэтому действовал решительно и осторожно. Он вытащил из ножен мачете и одним ударом отрубил мертвяку голову. Вот и все! И пинком послал голову в кусты, подальше от тела: на всякий случай – хотя особо не верил слухам о релаксации мертвецов. Но в Зоне всякое бывает. На сто случаев приходится один аномальный. Зона совершенствуется. Экспериментирует. Или забавляется, если она живая. А в том, что она живая, он не сомневался. Значит, она порой шутит, да так жестоко, что кровь в жилах стынет. Поэтому лучше перестраховаться, и дольше проживешь. Никто не будет в Зоне заботиться о твоей безопасности, кроме тебя самого. Вот тебе и вся теорема. Меньше думай головой, больше рассчитывай на рефлексы. Хотя и без головы иногда приходится туго. Голова – ногам не помеха. Это когда монстры прут толпой. Всех не перестрелять: патронов не хватит. Единственно верное решение – спасаться бегом. А безумие утверждает: справишься. Вот тогда и приходит на помощь логика. Ведь в Зоне и страх какой-то необычный. Вроде всего боишься. Но стоит оказаться в критической ситуации, и словно на тебя что-то находит. Становишься одержимым. И тут-то ты отрываешься за все свои страхи. Уже сопротивляться нечем, начинаешь воевать зубами. Кусаешься, царапаешься, дерешься руками и ногами. Глупо и безрассудно, но главное – неэффективно. Но в тебя словно вселяется бес, и ты уже остановиться не можешь. И, конечно, погибаешь. Геройски, но напрасно.

И для чего это надо было делать, если проще отступить? Никто не понимает твоего геройства, а ты уже и не можешь. Потому что мертвый. И что ты доказал своей геройской смертью? А главное – кому? Ведь никто тебе не даст медали или ордена посмертно. Вывод: в Зоне геройствовать – себе дороже, но и трусить невыгодно. Друзей не обретешь. Не любят в Зоне трусов, но и безрассудных – тоже. Те и другие – проблематичные. Одни создают неприятные ситуации, другие от них убегают. Вот и получается: все должно быть в меру. Или дополнять друг друга.

Неожиданно тишину прорезали автоматные очереди и клацающие одиночные выстрелы. Огонь велся из нескольких автоматов. Что было еще интереснее, раздавались они со стороны, за которой так внимательно вел наблюдение мертвяк. Любопытное совпадение. А может, это и не совпадение даже. И зомби заранее знал о предстоящей заварушке. Хотя это звучит и неправдоподобно, если к этому, конечно, не приложена невидимая рука – контролера. Эта тварь хитра и умна, только что по-человечески не разговаривает. Да и зачем ей разговаривать, если она общается мысленно? Вернее, у нее такой ментальный дар, что «ведьма, которая сглазить любит», обзавидовалась бы. Любой мозг так обработает – себя через секунду не узнаешь. Внушением и гипнозом владеет в совершенстве. Возможно, и другими какими-нибудь сверхъестественными средствами. Стоит контролеру посмотреть в глаза, как человек полностью попадает под его пси-излучение. И становится просто марионеткой. Кукла с вложенными в руку контролера нитками, за которые он дергает по-своему усмотрению. И таких кукол может набраться не один десяток, и управлять он ими будет без особого напряжения. Как ему удается это делать, никому не известно. Даже всезнайкам Зоны – военным знатокам биологической базы. Не одного контролера перевели на опыты, а загадку так и не разгадали. Мозг вроде человеческий, а вот возможности – запредельные. Видно, радиация Зоны вносит свои коррективы, наделяя существ иными качествами. Да и людей она изменяет будь здоров. И становится уже неясно, человек ли вообще находится перед тобой.

Что и говорить, тот же пример – Доктор. С виду человек, а внутри непонятно что. К нему лечиться всякие твари идут: даже кабаны, собаки, кровососы, харды – лесные человечки-мясоеды. Маленькие демоны, но живучие и быстрые как молнии. Ума у них с горошину, а все туда же, чтобы оказали своевременную качественную врачебную помощь. Вот и получается, что Доктор – это нечто иное, как зоновский Айболит. Для меня лучше, чтобы все эти монстры сдохли. Умерший от ран мутант – сохраненный патрон. А это уже экономия денежных средств. Да и меньше мутантов – легче дышится. Так нет, он их всех принимает, врачует, перевязывает, зашивает и еще платы за свои услуги не берет. А самое главное – ведь не трогают же и не забывают о благодарности. На него ни одна зоновская тварь не нападает, словно понимает, что лататься приползут именно к нему. Почта, что ли, у них разносит вести? Или наняли глашатая, который в курсе всех событий? Общий любимец и доверенное лицо Зоны. Взгромоздится тот вороном на дерево совета и оповещает округу о зоновских делах. Навряд ли. Полная небылица. Никто его слушать не станет.

В Зоне каждый сам за себя, и сладкое увещевание – это попытка противника заманить тебя в западню. Все так думают, и он не исключение. Может, пользуются общим межвидовым языком, например, тарабарским? Тоже теория слабенькая. Ведь нелюди же. Да и языком владеют больше для того, чтобы слизывать кровь, а не разводить беседы. Или они добиваются понимания при помощи жестов? Еще невероятнее предположение. Одни вопросы в Зоне – и никаких ответов. Да и какие могут быть ответы, если Зона – по своей сути один большой вопросительный знак. Но то, что монстры общаются как-то друг с другом, – это правда. И не на уровне животных инстинктов. Вот именно, как-то общаются. Зона – это уравнение с одними неизвестными. Мысленно? Тоже не вариант разгадки. Собаки и кабаны точно уж не психоделики. А крысы – тем более. Но тем не менее они следуют общему правилу. Если придерживаться логики, то разные твари не могут воспринимать другой вид. Разве ядовитый еж понимает крысу или клыкоужа? Сомнительно. Они в большинстве случаев просто друг друга ненавидят. Если так называть борьбу за выживание зоновских видов. Или пищевую цепочку. Когда кровь льется реками и слабая тварь служит пищей для сильного противника.

В Зоне ежесекундно кто-то кого-то съедает. Слабые существа объединяются в стаи и побеждают количеством. А сильным мутантам этого и не надо, они и так боевые единицы, с которыми справиться трудно. Зачем им нужна конкуренция среди сородичей, если добычей они могут воспользоваться в одиночку? Да и не потерпят они никакой конкуренции, как и не допустят борьбы за лидерство. Крупный мутант – ревнивый собственник. Самок мало, детишки на радиоактивных дрожжах взрослеют за месяц и быстренько отправляются восвояси. Да и слабых мутантов назвать слабыми язык не поворачивается. Чего стоят клыки, когти, шипы, жала – и все это, смоченное ядом. Но на территории Доктора все ведут себя смиренно, даже не огрызаются. Да и Доктор для них – табу, неприкосновенная личность. Порой даже кажется, что он понимает их язык. Что-то нашепчет, и существо успокоится, дает себя резать и шить. Настоящий симбиоз выходит или взаимовыручка. Видно, и они ему какие-то тайные услуги оказывают. Все может быть. На то она и Зона. Каждое существо зависит от другого. В смерти и жизни. Или от жизни до смерти.

Хотя с людей он платы тоже не берет. Сталкеры ему сами все медицинские новшества покупают. Не для него стараются, а больше для себя. Новое оборудование позволяет произвести качественную операцию, что увеличивает шансы остаться в живых после тяжелого ранения. В каждом баре существует докторский общак, это нечто иное, чем добровольное пожертвование. А если точнее, Доктор – это надежное медицинское страхование жизни, гарантия выживания. Но больше всего поражает, что радиация и Выбросы на него не действуют. На всех действуют, а на него – нет. Он вообще невосприимчив к радиации. Ни разу никто его не видел в защитном костюме. Вывод: Доктор – нечто иное, как скрытая аномалия, такой же зоновский мутант в человеческой личине.

Беспалый опустил с плеча снайперскую винтовку и снял с предохранителя. Пригибаясь к земле, почти сливаясь с ржаво-коричневой травой, он ползком взобрался на пригорок. Ради маскировки выбрал густой куст черного можжевельника. И там залег. Снял рюкзак и положил рядом, чтобы не стеснял движений, но при необходимости можно было дотянуться рукой. Также рядом положил три запасные обоймы патронов. Их хватило бы, чтобы перестрелять две такие армии собак. Но патронов в Зоне много не бывает. Поэтому лучше перестраховаться и взять больше, чем потом себя проклинать, когда они закончатся в самый неподходящий момент. Недосмотрел – смертельно пожалел. Да и маскироваться нужно в Зоне всегда и везде, беззаботных она наказывала жестоко и беспощадно. Хоть в Зоне и встречались некоторые от рождения слепые твари, но все же большинство их было глазастыми. Если они тебя обнаружили раньше, чем ты – их, – пиши пропало. Только на вид они медлительные и неповоротливые, а в атаке даже очень подвижные. Моргнуть не успеешь, а тебе уже конец.

Особенно доставляют неприятности кровососы. Замечают любое движение и реагируют молниеносно. Только что монстр стоял на месте, а уже и след его простыл. И от скорости, с которой движется, он становится невидимым. Конечно, если приглядеться, его можно обнаружить, это чем-то напоминает то, когда по воздуху провели линзой, и она искривляет за собой видимость. Так и атакующий кровосос: он не полностью невидим, а как стеклянное тело. Но разве успеешь среагировать, если не готов к нападению? Поэтому у сталкеров и на это была своя поговорка: «Никогда не расслабляйся! В Зоне даже стекло несет смерть!». Как ни странно, но в Зоне на любой случай своя поговорка и все их знали наизусть. Или почти все. Что ни говори, а народная мудрость, выведенная кровью и потом. Возможно, горькая наука, которая появилась на ложе смерти. Это или старания опытных сталкеров, которые подмечали детали и делали их всеобщим достоянием, или их складывала сама Зона, слегка облегчая людям жизнь.

Подробных книг о Зоне не было, как и фильмов. Техника в Зоне не работает, кроме как специальная. А специальная техника как раз имелась и предназначалась для сохранения тайн военных. Полная круговая порука получалась. Военные вроде ничего не скрывали, но и не разглашали. На все одна отговорка: всему происходящему в Зоне виной радиация. Правда, изредка встречались повествования любителей, которые и Зону-то в глаза не видели и писали больше со слов рассказчиков – «бывалых» сталкеров. Сплошной бред и околесица. Послушать, выходило, что Зона – не иначе как междупланетный телепорт. И на Землю через него проникают враждебные человечеству инопланетяне. Абсолютная чушь. Хотя чем черт не шутит, ведь после каждого Выброса появляются новые мутанты. Да и прежние становились иными, словно где-то поднабирались ума. Вот и непонятно, во что верить. Конечно, были еще научные отчеты. Но в них черт ногу сломит. Сами паучники не понимают, что написали. Да и анатомические подробности мутантов не научат, как выжить в Зоне.

Так что исчерпывающей достоверной информацией служили именно такие поговорки. Умным новичкам пословицы помогали выживать, наставляя на путь истинный, позволяя избежать смертельных ловушек и опасностей. Ну а дуракам… что с них взять? Дуракам и так везет. Почему-то в Зоне им необыкновенно везло, словно это была неприкасаемая каста. Или они имели особый дар в своем дурачестве. Хотя в Зоне все относительно непостоянно. Им везло до поры до времени. Потом расплата все же настигала их. И они пополняли армию зомби. Этих людей не разрывали звери, не калечили аномалии, не брали пули. Все им было нипочем. Но однажды они вдруг исчезали и становились зомби. Вот еще одна загадка Зоны. Словно у нее для каждого человека припасена особая роль. Кто знает, может, и для него – тоже.

Беспалый осторожно раздвинул ветки и заметил вдалеке маленькие бегающие фигурки. Он поднес к глазу антибликовый окуляр прицела и подкорректировал дальность. Видимость улучшилась, а размеры увеличились. И стал наблюдать за назревающей битвой, решая, прийти на помощь или нет. И кому? В любом случае он оставался в проигрыше. Если подсобить людям, то вместо благодарности они постараются отыграться за прошлое, так как он вне сталкерского закона. Постоянно находятся придурки, которые желают получить за его голову объявленный нешуточный хабар. И ничто их не останавливает, даже молва о его везении и жестокости. Да и количество убитых говорит само за себя. Но нет, каждый считает, что остальные – неудачники, а повезет именно ему. Идиоты. Беспалый даже ухмыльнулся шутке. Какое самомнение. Убить людей. Мутанты все равно не уйдут. Хотя ему безразлично, они находятся не на его пути. Оставить как есть – тоже неинтересно. Слишком мало в Зоне развлечений. Да и интуиция подсказывала, что стоит вмешаться. Это дело принесет ему какую-то выгоду. Хотя он сейчас и не понимал, какая именно будет польза от этих сталкеров.