Космические авантюристы

Часть 1. Гладиатор

Парень проводил взглядом космический корабль, который взмыл в небо и тут же растворился в облаках. Со стороны происходящее выглядело как изгнание бунтовщика на необитаемую планету. Отчасти всё так и было, планета и впрямь считалась необитаемой. Но только Макс (так звали изгоя) на самом деле не был ни бунтовщиком, ни даже членом экипажа упомянутого космического корабля. Изгнаннику оставили флягу воды, десять таблеток-стимуляторов (запас пищи на десять дней), карту, компас и охотничий нож с широким лезвием. На карте был указан маршрут до квадрата в котором его должны были встретить. Путь, указанный на карте, проходил через тропический лес. В противоположном направлении раскинулась бескрайняя степь. Будучи упрямым и своенравным, Макс очень не любил когда кто-то пытался диктовать ему условия, навязывая какие-то правила. В таких случаях, он обязательно поступал по-своему и делал всё наоборот. Вот и сейчас Макса просто подмывало двинуться в противоположном, указанному на карте направлении. Сдерживало лишь то, что планета считалась необитаемой. Как здравомыслящий человек, обладающий инстинктом самосохранения, парень колебался. Он прекрасно понимал, что пойди на поводу своих амбиций, вполне вероятно, через десять дней его постигнет бесславная смерть от голода и жажды. С другой стороны, было очевидно, что если ему удастся преодолеть джунгли, то через те же десять дней его ожидает нечто малоприятное. Взвесив шансы на выживание, Макс, скрипя зубами, выбрал предложенный вариант и решил следовать полученным инструкциям.

Парень был молод, имел пропорционально сложенную атлетическую фигуру, а его голову венчала тёмная курчавая шевелюра. На окружающий мир Макс взирал скептическим взглядом своих карих глаз, в которых читались смекалка и ум. Он не имел ни малейшего представления о том, где оказался и как называется планета на которую его высадили, а об истиной причине, которая привела его сюда, мог только догадываться. Макс считал себя удачливым игроком. Вот только последние события, место его пребывания и незавидное положение в котором оказался, указывали если не на обратное, то уж точно на то, что где-то он крепко накосячил.

Одинокий путник брёл тропическим лесом, вспоминая и анализируя события прошлого, которые привели его сюда. Всё указывало на то, что причиной этого путешествия стало его везение. Ещё в детстве Макс открыл в себе одну необычную способность. Играя однажды со сверстниками, он вдруг понял, что может видеть карты партнёров через «рубашку». После этого никто не мог его обыграть, если только Макс сам этого не желал. Собственно говоря, на этом его экстрасенсорные способности и закончились. Будучи сообразительным малым, Макс решил, что не стоит зарывать талант в землю, раз другими Бог его не наградил. Повзрослев, он стал использовать свои незаурядные способности, направив их в нужное русло. Ему хватило ума не зарываться и постоянно менять игорные заведения, что позволяло не испытывать нужды в финансах и вести паразитический образ жизни. Но вот кое-каких нюансов Макс всё же не знал…

Вернувшись однажды вечером домой, игрок почувствовал удар, нанесенный с такой силой, словно ему на голову рухнул потолок. Ноги подкосились, перед глазами в вихре танца пронеслись яркие блики, и он провалился в тёмную пропасть беспамятства. Очнулся бедняга уже в трюме космического корабля в обществе незнакомых мужчин разного возраста, профессий и социального положения. Пообщавшись с ними, Макс выяснил, что кто-то из попутчиков задолжал деньги и не рассчитался вовремя, кто-то попросту проигрался в пух и прах, но не смог расплатиться, а были и такие, кто по крупному обставил казино. Всё говорило (да что там говорило, просто вопило) о том, что для пассажиров трюма пришло время платить по счетам. Каким образом будет произведен расчёт, Макс тогда ещё не знал. Но отлично понимал, что грохнуть его могли бы и на родной планете, а поскольку время диктует свои условия, то он превратился в товар, за который кто-то заплатил и непременно пожелает возмещения затрат.

Следует заметить, что попадать в подобные переделки ему раньше не приходилось. Вспомная о попутчиках, Макс подумал, что окажись сейчас на его месте кто-то из них, то многие наверняка уже плели бы веревку из лиан, чтобы повеситься на подходящем суку. Но сам он не привык сдаваться без боя и решил принять его, пусть даже этот бой окажется последним…

От воспоминаний путешественника отвлек темнокожий малыш, которого Макс назвал про себя пигмеем. Тот возник на его пути, как чертик, выскочивший из табакерки. Решив, видимо, не тратить времени напрасно на приветствие и прочие церемонии, «пигмей» метнул в незнакомца дротик, от которого Макс еле успел увернуться. Выполнив свою миссию, пигмей тут же исчез в чаще. «Вот тебе и здрасте, – угрюмо подумал Макс, – выходит, что планета не такая уж необитаемая, как мне свистели. Только вот народец здесь не очень гостеприимный. Учтём и будем впредь держать ухо востро. А то я – наивный понадеялся, что неприятности начнутся только через десять дней».

Пытаясь не терять бодрости духа, Макс старался даже в сложившейся ситуации отыскать что-то позитивное. И один положительный момент ему таки удалось найти – это то, что он всё ещё был жив…

Когда третий день его путешествия по джунглям приближалась к концу, на поляну, где Макс решил устроить себе привал, из чащи выползло громадное существо похожее на бесхвостую ящерицу, но вот только размерами больше походило на слона. Спину ящера укрывал толстый костяной панцирь. Вид животного и его поведение свидетельствовали о том, что оно голодно и намеревается поужинать. Незавидная роль ужина однозначно отводилась Максу. Раньше путешественнику не приходилось попадать в подобные ситуации, поэтому он довольно приблизительно представлял как следует себя вести, но инстинкт самосохранения подсказывал, что лучше смыться. Предложение Макса разойтись миром, осталась без должного внимания: ящер надвигался на свой ужин нахально и стремительно, что сильно действовало последнему на нервы. «А я-то думал, что в этом экзотическом лесу только динозавров и не хватает для полного колорита, – грустно улыбнулся в душе Макс. – Оказывается с динозаврами здесь всё в полном порядке».

В тот миг, когда когтистая лапа взмыла в воздух, чтобы опуститься на голову путешественника, Макс отскочил в сторону успев воткнуть копье, которое смастерил после встречи с «пигмеем», приспособив дротик как наконечник, в лапу зверя. Ранение только разозлило хищника и он, злобно рыча, продолжил наступление, оставляя человеку лишь возможность отступать, чем Макс и воспользовался. Из раненной лапы сочилась темная кровь, оставляя след на серой траве. Ящер загонял свою жертву в угол между кустарником и толстым деревом, надеясь там с ней расправиться. Макс понял этот маневр и решил, что пора прорываться пока не оказался в ловушке. Он неожиданно для ящера прыгнул в сторону, но нога скользнула по мокрой от крови траве. Макс потерял равновесие и упал на спину. В правой руке он продолжал сжимать копье, а левой начал шарить вокруг себя, надеясь найти что-то подходящее для такого случая: какой-нибудь камень, например. Злобная морда зверя нависала над Максом, обдав его горячей струей смрада, приближаясь с каждой секундой.

Время остановилось. Все происходило как при замедленной съемке фильма и казалось, что участь Макса предрешена. Он видел горящие злобой глаза животного и торчащие из разинутой пасти клыки. В тот момент, когда разинутая пасть должна была сомкнуться на теле путешественника, в глаза зверю полетела горсть земли смешанная с травой и сухой листвой. Ослепленный хищник дико завизжал и принялся топтаться, стараясь раздавить свою жертву, но его усилия были тщетны, поскольку Макс сразу же откатился в сторону. Поднявшись на ноги и, стараясь не вызвать лишнего шума, человек подкрался к ящеру, а затем ловко забрался ему на спину. В то место, где заканчивался костяной панцирь, прикрывающий мощную спину, и начиналась шея, Макс без малейшего сожаления вонзил лезвие своего ножа по самую рукоять. Животное вздрогнуло, встрепенулось и жалобно завизжало, словно моля о пощаде. Ящер принялся гарцевать как конь, стараясь сбросить со спины седока. Макс не обращая внимания на агонию зверя, продолжал наносить новые удары до тех пор, пока ящер не захрипел, осел и повалился на землю. Так закончился третий день путешествия по джунглям.

Следующий, кому Макс показался аппетитным, был огромный плотоядный паук-хищник размером с лошадь, с саблезубыми клыками, торчащими из пасти. Он неожиданно выпрыгнул из-за дерева и с угрожающим видом стал приближаться к Максу. Последний решил не испытывать судьбу и метнул в паука свое копье. Брошенное сильной рукой, оружие достигло цели и ранило хищника, но не отпугнуло. Вопреки ожиданиям, тот не бросился наутек, а наоборот – продолжил агрессивно наступать. Его поведение Максу совершенно не понравилось. На всякий случай он решил отскочить в сторону, но сделал это на несколько секунд позже, чем следовало. Приблизившись к жертве на нужное для атаки расстояние, паук выпустил струю газа. После этого Максу удалось пройти лишь несколько шагов прежде чем он рухнул на землю подкошенным снопом, почувствовав, что все мышцы сковал паралич. На счастье, он упал на краю кручи и покатился по склону вниз. Паралитическое действие газа продолжалось несколько секунд. Если бы паук не был ранен, то ему хватило бы времени чтобы добраться до жертвы и вонзить в неё клыки. Когда оскаленная пасть хищника оказалась в поле зрения Макса, он почувствовал, как рука начинает нехотя подчиняться и к ней возвращается подвижность. Молниеносная реакция, отработанная годами потасовок, выручила его и в этот раз. Паук рухнул, накрыв своей тушей человека. Между выпученных глаз, в которых застыло недоумение, торчала рукоять ножа.

Это был девятый день путешествия. Завтра Макс должен был выйти в нужный квадрат. Что его там ожидало, парень не знал, но догадывался, что вряд ли это будет что-то приятное.

Тропический лес закончился неожиданно. Складывалось впечатление, что какой-то огромный великан взял да и скосил его своей исполинской косой. То, что Макс увидел перед собой, показалось ему миражом. Он даже зажмурился на минуту. Но постройки похожие на земные дома не исчезли, доказывая тем самым, что они существуют наяву. Макс зашагал к ним, но не успел он сделать и десяти шагов, как на него свалилась сеть. Пока путешественник с помощью ножа старался освободиться, ему в плечо вонзилась стрела, и он провалился во тьму.

* * *

Открыв глаза, Макс осмотрел комнату в которой находился. Рядом с ним за столом сидели два инопланетянина и о чём-то разговаривали на своем непонятном ему языке. Внешность присутствующих была, мягко говоря, отталкивающей: мохнатые и мускулистые, двухметровые исполины с обезьяньими физиономиями имели лишь по одному большому глазу во лбу. Хотя циклопы (так Макс окрестил хозяев) сидели на расстоянии вытянутой руки, их голоса доносились до сознания словно из-за стены. «Интересно, что за гадость мне вкололи? – подумал Макс, оценив и ту деталь, что руки скованы наручниками. – И зачем эти „браслеты“? Я и с одним таким монстром не справлюсь, а их здесь целых два. Убегать мне тоже некуда, разве что в джунгли – на погибель. Где же, спрашивается, логика?» Инопланетяне продолжали разговаривать, не обращая внимания на пленника. Тогда Макс поднялся с постели и присел на край кровати. Во рту все пересохло, как после наркоза и жутко хотелось пить. Скрип пружин заставил хозяев замолчать. Один из циклопов хлопнул в ладоши и на зов появился малыш ростом метр с кепкой. Это был пригл с желтой, морщинистой, как лимон, физиономией из созвездия Ориона. Приглы славились фотографической памятью и способностями к изучению языков. Малыш подал Максу стакан жидкости по вкусу напоминающий слабогазированную минералку. Дождавшись пока Макс утолит жажду, циклоп что-то сказал приглу.

– Ты отлично справился с испытанием, землянин, – перевел тот слова циклопа, который, видимо, был здесь главным. – Хозяин говорит, что ты ему подходишь.

– А кто он такой, собственно говоря, и для чего именно я ему подхожу? – дерзко спросил Макс.

– Я твой хозяин, а ты мой раб, – спокойно, словно речь шла о чём-то обыденном, объяснил циклоп. – А нужен ты мне для участия в боях на планете Грот.

После этих слов Макс почувствовал как внутри у него все похолодело и оборвалось. Сердце провалилось куда-то в желудок, а волосы самопроизвольно зашевелились на голове.

«Вот так вляпался», – грустно подумал он, немного отойдя от шока в который впал выяснив свой статус и ближайшие перспективы.

– Хозяин говорит, что заплатил за тебя большие деньги, – оторвал его от раздумий и вернул к действительности пригл-переводчик.

– Скажи ему, что я тронут его заботой и просто даже не знаю как нужно себя вести в таких случаях: падать на колени или целовать руки?

– Чтобы убедиться, что ты стоишь того, – продолжал пригл, не обратив внимания на едкие шутки Макса, – он устроил тебе проверку.

– А вы веселые ребята. И что стали бы делать, если бы меня слопали «милые» зверюшки во время вашей дурацкой проверки? – спросил с вызовом Макс, а потом ехидно добавил. – Плакали бы тогда ваши денежки.

– Полигон оснащен видеокамерами. Ситуация была полностью под контролем. В критический момент тебе пришли бы на помощь, но ты и сам отлично со всем справился.

– Это я уже слышал. Очень жить хотелось, вот и старался. Я же не знал, что у вас всё под контролем.

– У хозяина есть для тебя деловое предложение, землянин, – продолжал переводить пригл.

– Интересно какое?

– Если ты сможешь победить в пяти поединках на Гроте, хозяин обещает подарить тебе свободу и поможет вернуться на Землю.

Максу, в силу своей деятельности, приходилось вращаться в разных, в том числе, и полукриминальных кругах. Поэтому он кое-что слышал о проклятом месте, где проводятся гладиаторские поединки. Деталей и подробностей этой «забавы» он не знал, но то, что там дерутся до смертельного исхода, тоже слышал.

– Очень «перспективное» предложение, если учесть тот факт, что больше трёх побед ни один землянин там ещё не одерживал, – решил блеснуть своими познаниями Макс. – А это значит, что принять такое предложение равносильно тому, чтобы собственными руками подписать себе смертный приговор. Не так ли?

– Твои сведения о Гроте верны, как и то, что твой смертный приговор уже давно подписан. Просто тебе пока великодушно предоставили отсрочку его исполнения. Не будь глупцом и соглашайся. О таком шансе другие даже не мечтали, поскольку немногим из людей предлагались подобные условия. Большинство твоих соотечественников погибли только потому, что искали смерть, чтобы поскорее покончить с жалким существованием, в котором они волей судьбы оказались.

– И почему именно мне вы решили предоставить такие исключительные условия? – старался понять в чём же здесь подвох Макс.

– В тебе есть что-то такое, чего нет в твоих соотечественниках. Все они какие-то изнеженные и избалованные, не способные бороться и побеждать. От сытости в них деградировался дух воина, а вот в тебе он, странным образом, сохранился. Я чувствую, что ты способен победить в пяти поединках. Физический потенциал у тебя хороший, а я тебе предлагаю ещё и прекрасные моральные стимулы. К тому же, капризничать в твоём положении просто глупо.

– Предположим, что я соглашусь, – решил Макс торговаться до конца. – Какие у меня гарантии, что вы сдержите свои обещания?

– Моё слово, – перевел пригл.

– Очень убедительно, – кисло улыбнулся Макс. – А если я откажусь?

– Не советую. В таком случае ты тоже вскоре отправишься на Землю, но только в холодильнике и по частям. Там нужны трансплантаты.

«Какая к черту разница, раньше сдохнуть или позже? – зло подумал Макс. – На трансплантаты меня хоть под наркозом будут распиливать, а на арене придется подыхать мучительной смертью. Так, что тут ещё большой вопрос: что в данном случае лучше?» Но успокоившись и отогнав минутную слабость, сказал:

– Хорошо. Если я всё же продержусь пять поединков, что вам помешает разделаться со мной после этого?

– Моё слово. Больших гарантий я не могу тебе дать, но предлагаю рискнуть. Так, ты, согласен?

– Можно подумать, что вы оставили мне выбор, – огрызнулся Макс.

– Выбор есть всегда, но ты сам должен его сделать, землянин.

– Тогда, согласен рискнуть, – ответил Макс.

После заключённой договоренности к рабу был приставлен надсмотрщиком второй циклоп, который молчал во время этой беседы. Он отправлялся с Максом на Грот. В знак того, что между сторонами достигнуто согласие и полное взаимопонимание с Макса были сняты наручники и возвращено всё его оружие, состоящее из ножа, копья и лассо, сплетенного из лиан.

– Можешь оставить всё это себе, – перевел пригл последние слова циклопа-хозяина адресованные Максу. – На Гроте это тебе пригодится.

* * *

Макс спустился по трапу корабля в сопровождении своего надзирателя. Ступив на планету Грот, он невольно зажмурился, ослепленный красным огненным солнцем. Братьев по разуму свозили сюда со всех уголков Вселенной. Богатые психопаты, толстосумы и извращенцы разных мастей не жалели денег покупая себе бойцов на рабовладельческом рынке. Макс понимал, что он сам – такой же товар, как и другие невольники, только уже проданный и купленный. Зависимость и бесправие, которые он ощущал каждой клеткой тела, были унизительны. В какой-то миг Максу захотелось броситься в толпу этих сытых, самодовольных извергов и вгонять свой нож в каждого подвернувшегося под руку, пока его не убьют. Он еле сумел подавить в себе этот приступ ярости. Вооруженная бластерами охрана изрешетила бы бунтовщика ещё до того, как он успел бы добраться до своей первой жертвы. В который уже раз, за последнее время, Макс вынужден был, балансируя между жизнью и смертью, вновь сделать выбор, отдавая предпочтение первой.

Бои на арене длились до смертельного исхода. Альтернативы здесь не существовало, и победитель получал главный приз – жизнь. Максу трудно было смириться с тем, что его превратили в марионетку для чьей-то утехи, что на него теперь будут делать ставки как на какую-то бойцовскую собаку. А труднее всего было свыкнуться с мыслью, что ради того чтобы выжить, ему самому предстоит стать убийцей. Одно дело жульничество и мошенничество, но совершенно другое – убийство. Однако очень высока была ставка в этой игре, которую придумал не он – его жизнь, за которую Макс решил бороться до конца.

Поединок близился к завершению. Оба бойца были уже достаточно измотаны, их раны кровоточили, но каждый из них готов был драться за свою жизнь до последнего. Соперником великана-спрута с планеты Океан был паук-вампир похожий на того, которого Макс прикончил на полигоне. Два щупальца осьминога уже были повреждены клыками-саблями паука. Преимущество было явно на стороне паука. Внезапно спрут, захватив здоровыми щупальцами сразу несколько мохнатых лап противника, ловко повалил его на землю, подмяв под себя. Трибуны амфитеатра наполнились криками восторга и негодования. Зрители решили, что победу одержал раненный осьминог и уже собирались покинуть свои места. Макс терпеливо наблюдал за тем, что будет дальше. Когда казалось, что у паука не осталось ни малейших шансов произошло именно то, чего ожидал Макс. Паук выпустил струю газа, которая окутала спрута и тот тут же окаменел, скованный параличом. Нескольких секунд оказалось достаточно для того, чтобы разорвать неподвижного соперника клыками в клочья. Огорчённые несколько минут назад зрители, которые поставили свои деньги на паука, теперь ликовали.

В боях на арене была одна особенность о которой Макс не знал. Он понял это только после того, как удалось посмотреть несколько поединков. За свою жизнь, ему предстояло сражаться не с разумными существами, а с дикими животными из других миров. Теперь стал понятен смысл его проверки на полигоне. После этого открытия Макса беспокоил только один вопрос: сколько боёв ему удастся увидеть до того дня, как его самого выпихнут на растерзание какому-нибудь риволу? От того, насколько хорошо он успеет изучить слабые и сильные стороны животных, с которыми, возможно, придётся сражаться в будущем, теперь зависела его жизнь. «С кем же будет мой первый бой? И когда?» – думал Макс, засыпая каждую ночь.

На Макса надвигался оцелот из планеты Рокси. Ещё несколько шагов, и коготь-кинжал пришпилил бы человека к столбу. В последний миг гладиатор оступился и упал. Эта неловкость спасла ему жизнь. Последнее, что успел заметить Макс, падая на землю, как дикая кошка впилась когтями передних лап в столб и зависла на нём. В этот миг он вздрогнул и проснулся. Липкий пот покрывал всё тело, хотя в комнате было прохладно. Подобные сны стали теперь неотъемлемой частью его жизни, а сама жизнь превратилось в кошмарный сон. Каждый десятый день Макс на потеху публики выходил на арену и «дергал смерть за хвост». Сегодня был именно такой день, поэтому нужно было хорошенько выспаться. Он закрыл глаза, стараясь погрузиться в царство Морфея, но сон не приходил. Вместо него в голову лезли назойливые воспоминания, унося гладиатора в тот день, когда он впервые вышел на арену. Его первый бой был с бреком – зверем с планеты Кирос, который напоминал крокодила. Отличие от земного прототипа заключалось в том, что зверь имел более мощные и длинные лапы, а хвост у него был несколько короче. Макс хорошо знал, что при укусе брека из его зубов выделяется сильнодействующий токсин, который попадая в кровь жертвы, усыпляет её. Следствия таких укусов он наблюдал в других поединках. У соперников человека оружием были клыки, когти, щупальца, яды, токсины и прочие атрибуты, которыми их одарила природа. Максу всё это заменяли ум, ловкость, сила, и нехитрое оружие, состоящее из копья, ножа и веревки. Но главным его преимуществом было стремление вернуть потерянную, казалось бы навсегда, свободу, возвратиться на Землю, разыскать там тех, кто над ним поглумился и отомстить обидчикам. Макс, держась на безопасном расстоянии, ловко набросил лассо на длинную морду брека, блокировав главный источник опасности. Пока животное не успело опомниться, гладиатор оседлал его и сдавил коленями шею зверя. Брек вёл себя соответственно ситуации: рычал, хрипел, сопротивлялся, как мустанг на родео, стараясь сбросить наездника. Макс, между тем, продолжал обвивать веревкой длинную морду животного. Покончив с изготовлением намордника, гладиатор опустил свой могучий кулак на голову зверя свалив того с ног. Затем Макс перевернул полуживого брека на спину и распорол ему брюхо ножом. Снимая лассо с морды поверженного соперника, Макс зацепился тыльной стороной кисти руки о торчащий из пасти клык животного и поранился. Через несколько минут победитель почувствовал вялость и сонливость. Находясь под действием токсина, попавшего в кровь, Макс проспал почти сутки. После той первой схватки, он одержал победы еще в трех поединках. Теперь до желанной свободы оставался один бой – последний и решающий.