Этот жестокий, жестокий, жестокий мир
- -
- 100%
- +
–Потуже. – сквозь стиснутые зубы выдавил он, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
Мужчина в форме убедился в неподвижности парня и, схватив его за руку, произнес:
–Помни, это для всеобщего блага. Держись, Роков.
Слава был настроен серьезно и полностью отдавал отчет своим действиям. Он кивнул и сжал руку своего сослуживца.
–Приступайте.
Из темного угла вышел мужчина в белом халате, поднося диктофон ко рту.
–Объект номер четыреста двадцать шесть. Мужчина. Двадцать два года. Подвергается испытанию улучшенной сыворотки три тире один восемь эм, для выявления ее эффективности. Вводится внутривенно.
Закончив описание, ученый подошел к подопытному, который лежал неподвижно, закрыв глаза. Ему было незачем наблюдать за происходящим, так как полностью доверял своему командованию и был уверен, в случае провала, его жертва не будет напрасной.
С силой внушения и запугивания в этом месте не жаловались. Особенно, для своих подчиненных.
Достав шприц из небольшого кейса, доктор снял колпачок с иглы и проткнул ею кожу. Добравшись до вены, надавил на поршень, введя содержимое.
Реакция последовала незамедлительно.
Сначала, Славу начало трясти. Затем, когда из его рта начала показываться пена – ученый все понял и вышел за дверь.
–Приберите тут потом. – напоследок произнес он и снова достал записывающее устройство, чтобы отчитаться о результате проведения опыта.
Теперь уже бывший напарник Славы кивнув в ответ, не отводя взгляда от корчащегося тела, которое, даже в свои последние секунды жизни, не издало ни звука.
…Гаврилов налил себе очередную порцию спирта и тут же замахнул стакан.
Он был не любителем подобного, особенно, в одиночестве, но сейчас это казалось ему необходимым. Нужно было как-то отвлечься от провальных экспериментов, да и вообще от всего, что было с этим связано, включая, чувство вины, иногда всплывающее в нем.
Вообще-то, он знал, что алкоголь ему не поможет и в это тихом кабинете мыслей станет только больше.
Внезапно, послышался громкий стук.
–Я же просил меня не беспокоить. – крикнул Максим, убирая со стола графин.
–Доктор Гаврилов. – начал подчиненный через дверь. – Она здесь.
–Черт. – выругался доктор. – Почему меня раньше не оповестили?
–Так мы сами не ожидали. Без предупреждения.
Макс выбежал из кабинета. Солдат сделал шаг назад, давая ему пройти.
Через минуту он спустился в холл, где его ожидало несколько человек – двое крепких мужчин в галстуках и пиджаках стояли по краям девушки, которая расположилась на диванчике, изредка перебрасывая одну ногу на другую.
Это была миниатюрная, но фигуристая дама в очках, полностью в черном деловом костюме, в пиджаке и брюках, короткими рыжими волосами. Походила на не глупую.
–Ну, наконец-то. – выдохнула она, пожав руку Гаврилову.
–Рад встрече, Мария. – поприветствовал Макс гостя, жестом приглашая ее вглубь здания. Охрана осталась стоять на месте. Будто, это было оговорено заранее.
–Как продвигается процесс? – поинтересовалась девушка.
Дойдя до двери, она подождала, пока доктор откроет ей дверь, в очередной раз, показывая, кто здесь босс.
Добившаяся таких высот, подчеркивала свой образ еще и многочисленными видами косметики, чтобы казаться старше, надеясь на то, что к ней будут относиться серьезно. Хотя было ей лет двадцать пять, не больше и не меньше.
Это и происходило. Но только в ее присутствии. За спиной же, все недолюбливали эту, по словам персонала, малолетку, с раздутым самомнением.
–Работаем. – кратко ответил Гаврилов. – По правде говоря, с нашей последней встрече, не большой, но все-таки прогресс есть. Уже не терпится вам показать этот экземпляр. – когда речь касалась дела всей его жизни, он начинал вести себя, как ребенок, отплясывающий вокруг начальства. Мария привыкла к этому.
–Да? – удивилась она. – Интересно.
–Дело в том, что парень, буквально, вернулся с того света. Уникальный результат. Внешне, признаки его показывают о полном обращении, сохранив при этом разум человека.
–Хм. – она остановилась. – Действительно интересно. Людей хватает? Или вы начали брать из «резервов»?
–К сожалению, пришлось начать жертвовать своими людьми. Привозить стали все меньше. Опытов надо проводить все больше.
–Своих под нож не пускай. – прервала Мария. – Нам свежие головы еще понадобятся. Я же ясно в прошлый раз выразила свой приказ. Используйте солдат. Раз никого найти не могут, значит и толку от них никакого.
Оба остановились около железной двери.
Открыв небольшое окошко, находившееся на уровне глаз, Макс увидел тело, лежащее на кровати, повернутое к ним спиной.
Поняв, что им ничего не угрожает, доктор открыл дверь и первым вошел в камеру. Предварительно, разумеется, позвал одного воина, стоять снаружи.
–Двести первый, встать. – грубо произнес Гаврилов. – У тебя гости.
–Я так и думал, что сделаете из меня цирковое животное. – медленно, закинув голову назад, прошипел Семен.
–Не заставляй меня вызывать охрану, хорошо? Мы же договаривались, что ты будешь паинькой.
–Боже. – снова прервала Мария, на этот раз, угрозы Гаврилова, выдавив смешок, когда Семен все же повернулся к ним полностью, сев на край кровати. – Это мерзко и прекрасно одновременно. Держите меня в курсе о судьбе этого… объекта.
Макс кивнул и вышел следом за начальством.
Семен снова принялся разглядывать стену. Свет потух.
Он был отчасти доволен, что вовремя смог остановить слезы, ведь не любил, чтобы кто-то его видел за этим занятием. Но, как только услышал щелчок замка, они снова невольно начали стекать по его лицу.
«Опять какие-то шаги» – подумал подопытный, когда услышал их своим нечеловеческим слухом, как и то, что Мария незадолго до этого, приказывала ставить опыты на военных.
Не прошло и пяти минут, как дверь опять отворилась.
На пороге показалось двое солдат.
–Пошли. Время обеда. – произнес старший из них.
17
-Женя… Рокова, тебе письмо пришло. Иди скорее в штаб. От твоего благоверного. – задорно выкрикнула подруга, проходя мимо жилых домов.
Сидевшая на веранде, серьезная девушка бросила мяч детям, который прилетел ей со стороны самодельного футбольного поля, и бросилась бежать в центральную часть городка.
«Наконец-то» – думала она, чуть не сбив прохожего.
Она была очень рада, ведь так долго ждала хоть какой-то весточки от своего любимого.
Рокова забежала в штаб, забыв придержать дверь, которая с грохотом захлопнулась.
Поднялась по лестнице, не обращая внимания на замечание пожилой женщины, стоящая здесь в роли охраны.
–Здравствуйте. Для меня что-то есть, да? – не успев отдышаться, спросила Женя, заглядывая в окно, где сидела женщина.
Из прошлой жизни, эта комнатка напоминала паспортный стол в сельской местности. Разница была лишь в том, что платить за услуги не нужно. И работница была куда дружелюбнее. Видимо, сказывалось отсутствие очередей, ровно, как и любых проблем, которые, с недавних пор, перестали существовать.
Женщина отдала ей письмо.
Девушка вышла из здания, села на лестницу и принялась жадно раскрывать конверт.
«Роковой Евгении. От директора исследовательской базы»
Она напряглась. Это место, где служил муж, но письмо было не от него.
«Как вы уже знаете о новом приказе «Об обязательном согласии молодых лиц, проходящие службу, по требованию вышестоящего командования, принять участие в разработке лекарства», ваш муж – Вячеслав Роков обратился к нам с просьбой отправить это письмо в случае его гибели. Примите наши искренние соболезнования и помните – это для всеобщего блага»
Закончив читать, Женя оторвалась от письма, где каждая буква, медленно, но верно, окончательно уничтожила ее, как добрую и отзывчивую девушку.
Она посмотрела вдаль и просидела так еще некоторое время, пока не поняла, что теперь чувствует. И какая реакция должна быть нормальной.
Ей не хотелось плакать, горевать по человеку, к которому привыкла. Как человек ума, а не сердца, она не видела в этом смысла. Если готовишься к подобным письмам каждый день, то, когда это случается, перестаешь что-либо чувствовать. Бесконечное ожидание все портит.
В новом мире было трудно загадывать даже на день вперед. Строить планы.
Рокова давно привыкла так жить. Но надеялась до последнего, что это ее не коснется. И, как выяснилось, зря.
Отбросив стандартную бумажку, Женя попыталась встать.
Сильный поток эмоций все же бесконтрольно хлынул на нее, что привело к головокружению.
Она потеряла сознание и скатилась по лестнице.
…Очнувшись в своей кровати, девушка тут же схватилась за плечо.
Оно болело, а, взглянув на него, увидела большую гематому.
Рокова поняла, что все-таки проиграла своим чувствам. Но это еще не конец. Нужно было только вовремя остановиться, не поддаваться самобичеванию.
«Это не я. Не моя вина» – размышляла девушка, приняв решение. – «Но исправлю это я»
Она аккуратно встала и направилась к выходу. Не хотела больше терять времени. Хотелось действовать. И не допустить, чтобы кто-то еще испытал то же самое, что и половина женщин в этом огороженном городке, чье горе и приходилась наблюдать изо дня в день. Включая ее.
«Хватит сидеть сложа руки и ждать новых писем. Надоело». – продолжала она, спускаясь по лестнице со второго этажа к выходу, не обращая внимание на боль.
–Стой. Ты куда? – окликнул, решительно настроенную девушку, женский голос.
Она затормозила у выхода и обернулась.
–В штаб. – ответила. – Хочу отправить посыльных по всем домам. Предупредить о сегодняшнем собрании в центре городка. И ты приходи.
–Ты что это задумала? – не отступала женщина, оторвавшись от готовки.
–Хочу прикрыть лавочку. Только и всего.
–Обрекая людей на смерть? Я знаю, что ты задумала. И давно. Я читала письмо. Мне очень жаль, что это стало твоей последней каплей. Это никому не нравится, но у нас ничего не получится.
–Если так думать, то конечно нет. Ты ведь сама также потеряла брата, как и я Славу. Неужели тебе не хочется отмстить?
Женщина опустила голову.
–Ни дня не проходит, чтобы я не думала о нем. Будь у нас реальные шансы победить… но их нет.
–Ни будь ты моей подругой, я бы тебя даже слушать не стала. Меня не остановить.
Женя повернулась и пошла дальше, хлопнув дверью.
…-Что происходит? – недоуменно спросил кто-то из толпы.
–Да, зачем нас сюда позвали? Дела делать надо. Некогда здесь стоять.
На центральной площади городка стало непривычно шумно.
Всех, проживающих на самой безопасной территории, вокруг которой, на расстоянии нескольких десятков километров ни души, оторвали от работ.
«Посещение обязательно» – дословно передавали слова Роковой посыльные, заходя в каждый дом, не применяя рупор, дабы избежать шума, который мог привлечь зараженных.
Перед собравшимися стояла трибуна, ни разу не использованная, до сегодняшнего дня, по назначению, отчего приводила людей в недоумение и возмущение. Но гнев быстро прошел, когда на возвышенность начала подниматься Рокова.
Они знали, что девушка потеряла мужа и убрали со своих лиц серьезную гримасу. До кучи, все ожидали очередных правил «ограничивающие» свободу жизнедеятельности городка от начальника охраны периметра – Дмитрия Жарова – мужчины пятидесяти лет, физически крепкого и сильного на характер, что вызывало уважение его подчиненных и послушание гражданских.
Наступила тишина.
Женя видела и чувствовала, что ее готовы выслушать.
Действия ее отца, по сей день, вызывавшее уважение, сыграли ей на руку. Как и ее решительно настроенный вид.
–Вы уже, наверное, знаете о Славе – моем муже. – медленно начала она. Ее храбрость чуть не заменилась страхом от выступления, но это не говорило о том, что она собралась сдать назад.
Глаза Жени, вспомнив о нем, снова накрыла мокрая пелена. Слезы помогли ей скрыть волнение. Она смахнула их и продолжила:
–Я больше не могу смотреть на вас. Печальных и горюющих по своей утрате. Каждого здесь коснулось это. И не только зараженные виноваты в этом.
Толпа кивала. Кто-то утвердительно соглашался и подтверждал словом.
Решительность вернулась. Даже Жаров, стоящий в первых рядах с негодованием, не смог приглушить ее. Она продолжила:
–Предлагаю закончить это. Все эти смерти бессмысленны. И поверьте, никто из нас не застрахован. Завтра заберут тебя. – она указала пальцем на девушку. – Затем тебя, и тебя, а потом и всех остальных. Мы сидим тут, выращиваем еду, кормим «их». И вот она благодарность.
Жаров, поняв, что монолог далеко зашел, указал своим двум подчиненным, стоявших позади трибуны, прекратить этот балаган. Те, нехотя сделали несколько шагов вперед и остановились.
Рокова еще не закончила. Она прекрасно понимала, что мероприятие вот-вот сорвется. Пора было заканчивать.
–Завтра, всех желающих помочь мне, жду на рассвете у ворот. Я знаю куда идти. И знаю, где взять оружие. У нас все получится.
Девушка не сказала о мести, но все и так это понимали. Ими двигало то же самое.
Закончив, Женя ударила кулаком по трибуне, чем вызвало восторженные крики толпы, столько времени ожидавшие лидера, чтобы совершить то, что сидело у каждого в головах.
И были уверены, девушка поведет их вершить долгожданный суд над убийцами, и они победят.
Парни из охраны, замечая на себе зоркий взгляд начальника, все же заставил их выполнить приказ. Один из них аккуратно взял Рокову за руку, но та, не медля, вырвалась и сама спокойно спустилась вниз, направляясь в сторону своего дома, готовится к выходу. Изредка оборачиваясь, улыбаясь и поднимая руку толпе, которую завела, продолжая вселять ей надежду.
Она прекрасно понимала, что Жаров возьмет себе слово и угомонит присутствующих, а потом и разгонит по домам, но верила, что назад они уже не отступят.
Не успев зайти в свою прихожую и захлопнуть дверь, как она тут же снова отворилась.
–Ты с ума сошла? – спросила соседка, зайдя следом. – Действительно хочешь повести всех этих людей через полчищу зараженных? Еще больше подвергая их риску и неминуемой гибели? А затем, еще и воевать со своими же? Ты ничего не добьешься этим, а сделать только хуже.
Женя не ответила, тем самым дав понять, что решение не было изменено.
Следом, без стука, вошел еще и Жаров.
–Мда. – начал он, смотря прямо в глаза Роковой, пытаясь вызвать стыд. – Есть что сказать?
–Зачем ты пришел?
–Ты смогла закончить свое, так сказать, выступление, только потому, что ты дочь основателя и спасителя этого городка. – продолжил он заранее подготовленную речь. – И так ты решила почтить его память? Сделать его смерть бессмысленной?
Эти слова задели ее.
–Пошел вон. – сквозь зубы выдавила она, что вызвало лишь усмешку. – Вы – солдаты, соврали мне. Вы сказали, что после смерти отца, ваша деятельность больше не коснется меня лично. Смерть Славы, уж простите, еще как коснулась.
Жаров сделал шаг вперед.
–Кто это вы? Я не знаю, чем они там занимаются. Я такой же гражданский, по сути, как и ты.
–Неважно. Завтра я выхожу, и никто меня не остановит.
–Посмотрим. – закончил он и вышел.
Женя села на диван, пытаясь отдышаться.
Соседка махнула рукой и отправилась на свою кухню.
18
Семен шел по столовой, минуя занятые столы и испуганные взгляды, пока не узнал в одних из них Сашу и Андрея, сидевшие друг напротив друга.
Они были слегка побитые. Преподнесенный урок за организацию побега.
Он сел рядом.
–Ну, привет.
–Что у тебя… как ты себя чувствуешь? – не найдя слов, спросила Саша, первая выйдя из ступора. Она была очень рада, что еще хоть кто-то жив из их группы. Но никак не смогла показать это. Чувство отвращения все же преобладало.
–Пожалуйста, не задавай больше этот вопрос. Он меня уже бесит.
–Результат экспериментов?! – догадался Андрей.
–Да, сменим тему, хорошо? – нервничал Семен. – Что у нас на обед? Я думал, меня из камеры больше не выпустят. А тут такой прием.
–Ага, только для тех, кто здесь добровольно. – ответила Саша. – Людей много, а официантов, чтобы носить еду каждому индивидуально, не хватает.
Зараженный остановил ложку у своего рта.
–Так вы здесь по собственной воле?
Сестра кивнула. Брат никак не отреагировал.
–Не думал, что вы такие… – начал нападать Басов, отодвинув от себя тарелку с чем-то непонятным, безвкусным, не соленым и без запаха. – Я здесь из-за того, что нет выбора. Но это пока. При удобном случае, я быстро свалю отсюда. А вы, похоже, так и сгниете в этой дыре. Раньше меня.
–Ты не понимаешь. – принялась оправдываться Саша. – Мы помогаем им создать лекарство. Нас погружали в искуственную кому, до самой весны, чтобы сыворотка хорошо протекала. И вот результат. А еще, я узнала, они пытаются с помощью нас управлять зараженными. Изучают нашу мозговую активность. Я и Андрей только что вернулись с этих опытов. Пока без результатов, но скоро они найдут ответы, как уничтожить этих тварей.
–Я знаю об этих испытаниях. Сам в них, так сказать, участвовал. Но, подожди, не уходи от темы. Такой ценой?
–Что? Какой?
Семен впал в еще большую ярость.
–Вам не довелось видеть результат их неудач? Сотни и сотни трупов лежат недалеко от этого места, включая Настю.
Саша прикрыла рот рукой, глаза заслезились. Она опустила голову. Андрей отреагировал примерно также. Он обнял ее.
–Мы не знали. Ты не виновата. – шептал сестре.
–Теперь знаете. – не отступал Семен, вставая из-за стола, что привлекло внимание надзирателей. – Это концлагерь какой-то.
Снова резкая боль ударила ему в голову. Следом, всплывающая картинка: рычание бесчисленного множества силуэтов, направляющихся из леса в здание, точь в точь похожее на это, где они находились.
Он рухнул на пол. Но, через секунду, не это привлекло всеобщее внимание, а испуганный солдат, ворвавшийся в столовую, под сопровождением выстрелов, со стороны улицы.
–Тревога! На нас напали!
***
–Мне запрещено тебя сюда пускать. – с улыбкой произнес парень, как только Женя вышла к нему из темноты. – Даже не пытайся больше навешать мне лапши на уши. Я на это не куплюсь.
–И не собиралась. – легко парировала Рокова. – Ты сам начал строить какие-то планы со мной, хотя, повода я не давала.
Парень сделал шаг вперед. Теперь его лицо находилось в считанных сантиметрах от лица девушки. Та сдвинулась назад.
–Ты знаешь, зачем я здесь. Не будь корыстной сукой. Мне нужно оружие. И, как мы уже с тобой заметили, по счастливой случайности, именно ты сегодня в наряде по складу. Единственный человек, кто может мне помочь. А заодно, отомстить за сестру.
–Не приплетай ее. Не хочу оказаться там же, где и она. Если ты возьмешь хотя бы один патрон – мне конец. Приказ Жарова.
–Если пойдешь со мной – никто тебя не тронет. – не унималась она. – Остальные люди с охраны не станут стрелять в нас. Что за бред. Особенно, в своих родных, которые примкнут к моей группе. Ему смелости не хватит отдать такой приказ. Никто его все равно не выполнит. Он может только предупредить базу о нашем визите. Но, даже зная это – у них ничего не получится. Я все продумала. Верь мне.
–Это самоубийство. Там полчища головорезов.
–После того, как разработка лекарства стала в приоритете – нет. Теперь база очень уязвима. Воевать с ними до последнего я не собираюсь. Только хочу прикрыть лавочку. Помоги мне.
Не успел дежурный дать свое согласие, как из-за спины Роковой послышались аплодисменты. Это был Жаров.
Женя отвела взгляд от парня.
«Зря старалась» – подумала она.
–Хорошая попытка. – оценил зритель и жестом указал своим подчиненным, стоящие цепочкой за его спиной, идти на склад.
Дежурного охватил ступор. В его голове начало мелькать множество фраз, которые могли бы подойти для оправдания этого диалога.
–Я… я…
Но Жаров даже не обратил на него никакого внимания. Оно было приковано к девушке.
–Только не говори, что удивлен меня здесь видеть. – обратилась Женя к начальнику охраны.
–Не скажу. Но меня не интересует ваш флирт. Хе.
Рокова сделала руки в боки.
–Не скажешь? Ты же меня не поддерживаешь. И вообще, куда это вы собрались? Зачем оружие?
Жаров сделался еще серьезней.
–Мне нужно, чтобы все, кто может держать оружие пошли с нами. На базу напали зараженные.
У Жени от неожиданности раскрылся рот. Он продолжил:
–Людей не хватает. Заставить кого-то пойти с нами из гражданских – мы не можем. А вот вселить надежду – да. У тебя, Рокова, пол дела сделано. Убьем двух зайцев сразу. Ты прекратишь эти бессмысленные эксперименты. А я спасу лабораторных крыс. Включая подопытных.
–С каких пор ты начал считать их бессмысленными?
–С самого начала. Но приказ есть приказ. Кроме того, малейшая возможность восстановить прежний мир радовала меня. Даже такими жертвами. Но, теперь я понимаю, что смерть этих людей абсолютно бессмысленна. Я думаю, что они движутся не в том направлении и вскоре могут уничтожить всех. До последнего человека. Тебя и меня. Если их не остановить.
Речь начальник охраны толкнул знатную.
Женя решила воспользоваться предложением. Он ее убедил. Их интересы пересеклись. Этого было достаточно. Пока.
«На месте буду действовать по обстоятельствам» – подумала она.
–Ты прав. – согласилась. – Но, от народа я ничего скрывать не буду. Они должны знать, что их ждет бой не только с солдатами, но и с зараженными.
Жаров кивнул и пожал Жене руку.
Дежурный помог остальным зарядить магазины и вытащить к воротам все оружие.
Как только начало светать, к выходу из городка стали подтягиваться люди. Они были очень удивлены увидеть двух недавних противников вместе. Но это никого не остановило. Даже, когда Рокова объяснила сложившуюся ситуацию.
Но насчитала лишь половину от всего народа, которые присутствовали вчера у трибуны. Остальные, либо признали призывы к действиям недостаточно убедительными, либо страх не давал им зеленый свет к неоправданному риску. К ним относилась и соседка Жени.
Жаров оставил нескольких своих подчиненных на воротах – охранять городок. Около десятка из них отправились с ним. Женя повела за собой порядка пятнадцати неподготовленных людей, большинство из которых были женщины, которые надеялись увидеть своих мужей и братьев.
…Как только они покинули безопасное место, на них, будто выжидая, набросились зараженные, что вызвало у многих панику. Ведь были уверены, что новый вид не подозревал о них и этом городке, так как ни разу не было попыток нападения.
Первыми среагировала более подготовленная часть группы – охрана. Они сняли оружие с предохранителей и открыли огонь по нескольким телам, извергавшие поток крови, вылезая из лесной чащи. Остальные подключились после, стараясь держаться друг друга. Но их помощь уже не потребовалась. Уничтожить их не составило труда.
Также, несколько из добровольцев, переоценившие свою психологическую стойкость, рванули обратно за ворота. Никто их и не думал останавливать.
Вход закрылся и группа двинулась дальше.
–Глядите в оба. Экономьте патроны. Назад теперь дороги нет. – приказным тоном выкрикнул Жаров. – Если еще кто-нибудь убежит – остальные погибнут. Помните об этом.
Дальше, им нужно было пройти по автомобильной калие.
Отряд был бы не против отправится на колесах, но у них закончился бензин. Теперь, путь преодолевать оставалось только пешком, который вел между полем с правой стороны и лесом с левой.
–Вот, почти добрались. – пыталась обнадежить народ Женя. – Надо идти через лес. Идти не долго. С километр. А прямо за ним – запасные ворота.
Она знала дорогу, так как активно принимала участие в доставке продовольствия на базу. В последнее время, машины сами начали приезжать к ним, с солдатами.
Сделав резкий выдох, девушка отправилась первой и, через мгновенье, скрылась в густой чаще. Затем Жаров и остальные.
Добровольцы навострили все внимание на то, что происходило перед ними, все еще неуверенно продолжая идти следом.
Теперь, эта идея не казалась им такой привлекательной. Многие начали шептаться друг с другом «А стоит ли этот риск смерти? Погибших уже не вернуть, так хоть свои жизни сохранить».
Женя прекрасно знала, о чем думают позади идущие. Она сама начала сомневаться в правильности своих действий. Но теперь, двигаться дальше ее обязывал договор с Жаровым. Это и помогло не пуститься на утек остальным. Ведь за воротами действуют совсем другие правила, где никто не сможет осудить начальника охраны, даже в массовом убийстве вверенного ему народа, который отказался отбивать базу от зараженных. И, кажется, остальные тоже это поняли, ибо до конца пути, больше никто публично не заикнулся об обратной дороге.