Магическая Академия Междумирья

Глава 1. Загадочный портал

Пожалуй, каждый из нас в детстве мечтал попасть в школу магии. Варить зелья, летать на метле, размахивать волшебной палочкой... Саша же мечтать об этом и не переставала, даже когда перспектива получить сову прошла мимо, а все сверстники с возрастом нашли себе более приземлённые увлечения.

Но только не Саша. И кто же мог подумать, что однажды её мечта сбудется?

Это был один из тех дней начала лета, когда погода ставила синоптиков в полнейший постыдный тупик. Ветер метался высоко в зелёных кронах деревьев, шелестя листьями. Солнце пряталось и вновь выглядывало из-за стремительно несущихся клочьев облаков с такой частотой, будто пыталось отбить какое-то послание азбукой Морзе. Саша бодро вышагивала по улице, наслаждаясь началом каникул. Осенью её ожидал колледж, где решится, не ошиблась ли она в выборе профиля для углублённого изучения, но всё это было в будущем, а пока жизнь была прекрасна и у неё не было никаких сожалений. Она даже не особо горевала по тому, что все её старые школьные друзья разбегались кто куда. В конце концов, если они захотят дружить и дальше, учёба в разных местах им не помешает.

Солнце, в очередной раз выглянув из-за облака, прицельно стрельнуло Саше в глаза, прямо под козырёк кепки, и она, гневно прищурившись, уставилась на небесное светило, провожая его взглядом за очередное большое облако. Сконцентрировавшись, она вдохнула полной грудью и сделала медленный выдох, покуда лёгкие не заболели от недостатка воздуха. Она представила дождь. Тёплый, приятный, летний. Иногда ей нравилось представлять, что она может управлять погодой. Куда любопытнее было то, что довольно часто это срабатывало. Ей просто нужно было правда захотеть, чтобы пошёл дождь или, напротив, выглянуло солнышко, и сделать особый вдох или выдох. Это никогда не случалось мгновенно, так что, само собой, как и любой здравомыслящий человек, Саша считала это всё простым совпадением. Но ей всё равно нравилось думать, что она как-то влияет на погоду.

Она надвинула кепку пониже на зелёные глаза, но быстро передумала: так чёлка совсем мешалась. Вздохнув и всё-таки надеясь на дождь, она пошла дальше.

Она не успела дойти и до конца улицы, когда солнце закрыла серая туча, и по асфальту заколотили крупные капли. Улыбнувшись, девушка стянула с головы кепку и, откинув подстриженные аккуратным светлым каре волосы, подставила лицо дождю. Тёплый, приятный, летний. Всё, как заказывали. Она остановилась как раз напротив здания театра, фасад которого был украшен колоннами и арками. В такое время, да ещё и в будний день здесь почти никого не было, несмотря на начало лета и хорошую погоду, а внезапный дождь так и вовсе мгновенно распугал последних гуляк.

И вдруг воздух в одной из арок подёрнулся рябью и окрасился насыщенным фиолетовым, переливающимся и закручивающимся в вихре. Саша остановилась и уставилась на большое фиолетовое пятно. Оно даже отбрасывало на всё вокруг причудливые фиолетовые блики.

– С таких штук всегда начинаются самые опасные приключения, а я даже колдовать не умею, так что трогать это было бы ужасной идеей, – с сожалением протянула Саша (вслух, чтобы убедить саму себя) и направилась дальше, пока не успела поддаться соблазну. Она поглядывала через плечо, но спустя всего несколько шагов фиолетовое пятно исчезло, будто ничего и не было. Как будто решило, что Саша слишком благоразумна, чтобы иметь с ней какие-то дела, и отправилась искать себе другого героя.

Саша разочарованно вздохнула, гадая, не упустила ли она возможность раз в жизни попасть в по-настоящему захватывающую историю, и вдруг стукнула себя по лбу. Надо было сфотографировать! Теперь же даже рассказать никому нельзя – не поверят. Конечно, с фотографиями в эти дни вытворяли такие непотребства, что едва ли можно было доверять достоверности любого фото, и всё же оспоримые доказательства всегда лучше их полного отсутствия. Но теперь уж делать было нечего, и Саша пошла дальше, стараясь не сильно расстраиваться. Да и дождь теперь лишь в тоску вгонял. Саша сделала особенно большой и глубокий вдох, мысленно прогоняя дождь. На самом деле, представлять, что оказываешь магическое влияние на погоду, очень удобно. Это ведь такая переменчивая вещь. Вот уже сквозь просветы в серой дождевой туче начало проблёскивать солнце.

Но долго горевать об упущенных возможностях Саше не пришлось. Она завернула в проездную арку, намереваясь срезать путь, и вдруг остановилась, как вкопанная. В конце прохода, там, где арка вела во двор, вместо пелены дождевых капель клубилась фиолетовая стена, отбрасывая длинные блики на тенистые стены. Это был не зловещий фиолетовый, а приятный, немного даже лавандовый, с тёплыми розоватыми отблесками. Саша достала телефон и сделала фото – на нём фиолетовая завеса виднелась так же отчётливо, что не могло не радовать – после чего решительно подошла почти вплотную.

– Ну ладно. Ладно! Что мне сделать? Пройти насквозь? – Она медленно просунула руку через фиолет и тут же отдёрнула её. Она не чувствовала ничего, никакого сопротивления, словно завесы там и вовсе не было, но воздух с той стороны ощущался как-то иначе. Там было прохладнее и суше. Дождя совершенно точно не было. И рука всё ещё осталась при ней.

– Ух, видала я кое-какие фильмы, ничем хорошим это не заканчивается... Зато приключение обычно интересное. Ну ладно, если ты настаиваешь! Надеюсь, не окажусь в Средневековье! И лучше бы меня на той стороне ждал зачарованный меч! – заявила Саша и, старательно держа глаза широко открытыми, чтобы сразу заметить любую опасность, сделала небольшой шажок сквозь завесу, в которой начала серьёзно подозревать портал. Никакой конкретной неминуемой опасности она не заметила в первую секунду, и поэтому сделала ещё шажок вперёд, чтобы точно оказаться вне досягаемости на тот случай, если портал – а теперь она была уверена, что это именно он – не закрылся с ней наполовину в разных местах. В фильмах такое тоже случалось.

Но мысли о портале быстро оказались вытеснены всем тем, что было вокруг. Сашу окружал внутренний дворик с множеством идущих по периметру арок, за которыми была галерея и уходившие куда-то тёмные коридоры. Глаза разбегались, цепляясь за всё подряд. Каждая арка немного отличалась от соседней, ни одна не повторялась. В центре уложенной большими камнями круглой площадки красовался фонтан с центральной фигурой не то в стиле кубизм, не то импрессионизм, и этот кошмар Пикассо извергал во все стороны эффектно подсвеченные разными цветами струи воды. Саше пришлось приложить ощутимое усилие, чтобы оторвать взгляд, и она не пожалела, потому что выше, над двориком, со всех сторон возвышалось такое причудливое здание, что и приснилось бы не всякому.

Это был замок. Во всяком случае, Саша так решила. В её голове любое здание таких масштабов считалось замком, вне зависимости от архитектурных особенностей. Оно большое в высоту? Небоскрёб. Оно большое в ширину? Конюшни. Оно большое в обе стороны? Замок. Можно было бы даже назвать это место дворцом, но тогда находиться здесь становилось как-то неуютно, да и для этого здесь определённо недоставало мрамора и позолоты. Так что замок оставался лучшим вариантом, и в этом определении как раз было достаточно загадочности.

Итак, замок был огромен. Ещё он выглядел так, будто его предложили спроектировать паре десятков детей, ещё не научившихся премудростям сотрудничества, а затем разрозненно отправили на обработку ещё десятку настоящих художников, после чего слили все их профессиональные интерпретации детских каракулей воедино и построили то, что из этого вышло. Архитектор явно систематически прогуливал занятия, на которых объясняли, что в работе нужно выбрать один стиль и придерживаться его. Либо так, либо при строительстве архитекторы сменялись не реже чем раз в месяц, и всякий приходил со своим поистине уникальным видением. Результатом стал самый настоящий монстр Франкенштейна от мира замков. Саша увидела классические каменные башенки, нечто высокое, деревянное и резное, с окнами прямо в похожей на полусложенный зонтик крыше, фрагменты стен из кирпичей разных цветов с окнами всех вообразимых форм и размеров, витражи, искрящиеся под розоватым небом зеркальные стены и стены из пестреющих красками неопознаваемых материалов. И все эти фрагменты сталкивались и нависали друг над другом, будто намеревались передраться между собой так же, как, несомненно, когда-то передрались и архитекторы. Всё вместе это держалось не иначе как чудом и смыкалось вокруг дворика, как горная цепь вокруг долины. А над этим всем вместо неба раскинулось что-то туманно-розоватое, почти похожее на какой-то гигантский купол из матового стекла. Здесь не было ни солнца, ни облаков, ни даже ветра, и, когда Саша немного отвыкла от ощущения тёплого дождя на разогретой солнцем коже, она почувствовала, что здесь не было ни жарко, ни холодно.

– Приветствую вас, – произнёс чей-то голос, и Саше пришлось постараться, чтобы отыскать говорящего среди всех этих архитектурных излишеств. Возле фонтана стояла женщина средних лет с короткими тёмными волосами, зализанными назад, и отчётливо алеющими глазами. У неё была бледная желтоватая кожа, как у восковой фигуры. Она была одета в длинное тёмно-фиолетовое платье отдалённо старинного кроя и носила золотые украшения. Женщина элегантно сжимала в руках посох с крупными кристаллами на конце, похожими на застывшие алым янтарём капли крови, переплетённые искрящимися золотыми украшениями. Саше этот посох что-то напоминал – не конкретно он, а скорее общее впечатление, которое он создавал.

– Э-э, здравствуйте, – протянула Саша, бросив взгляд через плечо. Фиолетовый портал за её спиной, как она и думала, теперь был закрыт. Вообще-то, она бы с радостью всё здесь исследовала, но только если бы была одна. Присутствие взрослой представительной дамы, которая с такой бледной кожей и в этом своём наряде вполне могла быть призраком, портило всё веселье. – А как бы мне теперь попасть обратно домой?

– Всему своё время, дорогая, – улыбнулась женщина. У неё была странная манера речи: она едва раскрывала рот и совсем не показывала зубы. И всё же голос её звучал громко и отчётливо. Саша прищурилась. Женщина самую малость напоминала ей какую-нибудь ведьму из сказок. Вся такая добрая и красивая, а потом выбирайся из её печки. Куда больше доверия на её месте вселял бы мудрый бородатый старец, вроде Мерлина или Гендальфа.

– Зовите меня директриса Фэнг. Добро пожаловать в Магическую Академию Междумирья.

– Ага... – пробормотала Саша. Часть про магию её уже не сильно удивила. Ну да, это место, строго говоря, не выглядело так, как обычно представляют себе школы магии, но то, что во всём этом было замешано какое-то волшебство, было очевидно. Иначе весь этот замок бы просто рухнул.

– Вы наверняка задаёте себе вопрос, что вы здесь делаете, – губы директрисы растянулись в тонкой улыбке. – Вы здесь потому, что наделены особым магическим талантом, и я хочу предложить вам возможность поступить в нашу академию, чтобы научиться им пользоваться.

Саша задумчиво закивала и ущипнула себя за руку. Было больно, как и ожидалось. Разумеется, она решила, что это какая-то ошибка. В её мире магия была только в книжках да в их экранизациях. А даже если и нет – уж она-то знала, что никакими искрами никогда не разбрасывалась, надоедливых одноклассников в жаб не превращала и предметы силой мысли к себе не притягивала (а она пробовала). Она уже собиралась сообщить, что наверняка зашла сюда случайно вместо кого-то ещё, но вдруг вспомнила, что на самом-то деле на улице кроме неё никого не было. И фиолетовый портал определённо будто специально вставал на пути именно у неё.

– А я... Как бы это сказать... Я же могу это обсудить с родителями? Или мне нужно прямо сейчас тут и остаться?

– Нет, конечно же, обсуждение с родителями даже приветствуется! Но всё равно главное – чтобы вы сами этого хотели. И вам нужно будет написать заявление для своих родителей. Я всё продиктую.

Директриса поманила Сашу к себе и жестом предложила ей присесть на широкий бортик фонтана. Струи воды били достаточно далеко, чтобы тот был сухим. На самом деле, Саша могла без особых проблем представить себе, как здесь собираются студенты, чтобы посидеть и отдохнуть, глядя на не поддающееся здравому смыслу здание вокруг. Когда она присела, ей вручили планшетик с листом желтоватой бумаги и шариковую ручку, стилизованную под перо. Саша недоверчиво покосилась на женщину, но её наряд сидел по фигуре и выглядел вполне аутентично старинным, а не как какой-нибудь карнавальный костюм. Директриса стала надиктовывать текст, а Саша старательно выводила его у себя на коленях. В общем и целом это было посвящённое родителям официальное письмо, где в витиеватых выражениях рассказывалось о магическом образовании и его преимуществах. Саша потеряла нить мысли на второй же строчке, но продолжала усердно записывать, стараясь не отвлекаться на мысли о том, что такое было бы очень удобно один раз набрать на компьютере и распечатать во всех необходимых экземплярах. Она уяснила лишь, что заявление предоставляло родителям право столь же официально отказаться от обучения, что Саша находила весьма печальным.

– Вы не могли бы проверить, всё правильно? – попросила она, выводя внизу страницы имя директрисы. Та смущённо улыбнулась.

– Вообще-то, нет. Магия этого места делает так, что нам кажется, будто мы говорим на одном языке, но на самом деле это не так. Я не пойму, что здесь написано, без особых чар. – Она взяла из рук Саши перо и поставила свою подпись рядом с именем, после чего вручила листок Саше, в голове которой некоторые части головоломки вдруг встали на места. Похоже, всё-таки нельзя просто взять и напечатать единый текст во всех необходимых экземплярах! И действительно, подпись директрисы выглядела для неё совершенно невразумительно, почти как иероглифы неизвестного языка.

– Так как мне попасть домой? И обратно сюда? Кстати, а мы, собственно, где?

– Мы в маленьком карманном измерении на пересечении всех миров. Сейчас я открою вам портал, а попасть обратно можно будет с этим. – Директриса извлекла из невидимого в складках юбки кармана небольшой золотой ключик с наконечником в виде маленького фиолетового осколка какого-то кристалла и протянула его Саше. – Он зачарован так, чтобы не теряться в других мирах. Его можно вставить в любую замочную скважину или арку, а по возвращении сюда необходимо сразу вернуть мне.

Директриса легонько стукнула посохом, и Саша невольно опустила взгляд. Она не обратила на это внимания раньше, но на поросших мхом и лишаем древних камнях были выцарапаны какие-то истёршиеся от времени символы. Единственный признак древности в этом в остальном новеньком на вид замке.

Тем временем в одной из арок открылся уже знакомый фиолетовый портал, и Саша поднялась на ноги, засовывая листок с заявлением в рюкзак. Директриса снова растянула губы в улыбке.

– Я буду ждать вас с заполненным родителями заявлением. Постарайтесь не затягивать с этим.

Саша кивнула и направилась прочь через портал, который вывел её всё в ту же арку в доме, через которую она шла раньше, только теперь она всё-таки оказалась во дворе, через который собиралась срезать. На улице снова вовсю светило солнце, и между крыш виднелся проблеск радуги, но Саше было некогда наслаждаться погодой. Нужно было думать, как бы натолкнуть родителей на столь странный разговор.

***

А думать ей пришлось до самого вечера, пока родители не вернулись с работы. Работали они в разных концах города, но заканчивали в одно время, а потому обычно встречались где-то по пути и приходили домой вместе. Саша вышла к ним в коридор, сообщила, что у неё есть к ним разговор, и уплыла обратно в гостиную, бывшую по совместительству рабочим кабинетом, а иногда и столовой. Она выволокла компьютерное кресло в центр комнаты, вопреки его попыткам уцепиться за край ковра и не двигаться с насиженного места. К тому моменту, как она плюхнулась в кресло, в гостиную вошли явно обеспокоенные родители. Хорошо. Теперь они все были на равных. Потому что Саша так за весь день и не придумала, как бы так подвести к этому вопросу, и тоже ужасно нервничала.

– Садитесь! – велела Саша, указывая на застеленный клетчатым пледом диван. Родители послушались и молча наблюдали за тем, как она делает полный оборот в кресле, потому что не успела вовремя остановиться.

– Сашенька, солнце, что случилось? – спросила мама, а значит, настало время разговора. Саша сделала глубокий вдох.

– Вы же знаете, что мне сейчас полагается идти в колледж, и мы даже уже подали документы, и всё такое, но, как бы так сказать, у меня тут нарисовался ещё один вариант, кое-какая академия, и мне вроде как нужно это обсудить с вами... – Пока Саша сбивчиво объясняла свою позицию, она взволнованно обмахивалась желтоватым листочком с заявлением, и теперь заметила, что родители следили за ним взглядами, как взволнованные коты за матчем по настольному теннису.

– А, ну, в общем, вот, да... – Саша протянула им листок, и родители склонились над ним, а спустя пару секунд повернули листочек правильной стороной. – Ой, и я знаю, что оно написано моей рукой, но это правда очень официальный документ...

Мама потянулась к ней и накрыла ладонью руки девушки, которыми она теперь, за неимением другого варианта, теребила край футболки. Саша замолчала и подняла взгляд. К своему удивлению, она обнаружила, что родители улыбаются.

– Я сейчас вернусь! – воскликнул папа и умчался прочь из комнаты, захлопнув за собой дверь. Судя по всему, он отправился в родительскую спальню, где тут же раздался какой-то грохот.

– Дорогой, тебе помочь? – крикнула мама, но ответом ей послужил сдавленный отрицательный звук.

– Что происходит? – недоверчиво протянула Саша, с подозрительным прищуром глядя на маму.

– Солнышко, пока папы нет, я просто хочу сказать, что мы очень долго этого ждали и надеялись, и очень за тебя рады.

– Ага... – Саша чувствовала, как сама сопротивляется тому, чтобы кусочки этого пазла сложились у неё в голове. – То есть это означает, что вы, э-э-э, слышали об этом месте?

Мама одарила её загадочной улыбкой, и в этот момент дверь в гостиную медленно отворилась, и на пороге возник папа. На нём был серый балахон, седовласый парик и длинная накладная борода, а голову венчала серая остроконечная шляпа, похожая на шляпку гриба. Но Саша уставилась на него, разинув рот, не поэтому. Костюм-то она видела уже много раз. А вот действительно удивило её то, что отец сидел на посохе, будто это была волшебная метла, и его ноги не касались пола. Тем не менее, он медленно вплыл в комнату, примяв шляпу рукой, чтобы вписаться в дверной проём. А Саша вдруг вспомнила, что напомнил ей посох директрисы. Отцовский посох тоже порос кристаллами на одном конце, только бесцветными и полупрозрачными, и был увешан какими-то бусами. Саша всегда думала, что он просто был частью костюма, хотя, строго говоря, не соответствовал описаниям персонажа, и она всегда недоумевала, с чего бы это отцу так заморачиваться с непохожим реквизитом.

– Я думала, ты ролевик... – пролепетала Саша, не придумав ничего лучше. Она ошарашенно наблюдала за тем, как её отец слез с остановившегося посреди комнаты посоха и подхватил его прежде, чем тот упал на землю. Он привычно опёрся на него так, словно часами бродил по лесам и полям, а не стоял в своей же собственной гостиной.

– Это не такие уж и взаимоисключающие факторы, на самом-то деле. Половина эльфов из нашей компании тайком балуются магией.

– Ма-а-ам, а ты тоже?.. – Саша с трудом оторвала взгляд от посоха и повернулась к матери, но та лишь покачала головой.

– Меня не отпустили учиться, так что у меня нет посоха, а без него колдовать нельзя. Но твой отец научил меня кое-каким зельям... Ничего слишком уж полезного.

– Так а почему вы раньше-то мне это всё не рассказали? – воскликнула Саша, чувствуя себя очень сильно обманутой. Все эти годы она могла бы жить с мыслью о том, что её родители на самом деле маги! И что сама она – маленькая ведьма! Родители смущённо переглянулись.

– Солнышко, мы не хотели тебе ничего говорить, пока не станет известно наверняка, что ты тоже ведьма, – как бы извиняясь, начала мама. – Мы не знаем точно, как это передаётся. У твоей тёти вот – моей сестры то бишь – никакой магии нет. Потому меня и не пустили, хотели, чтобы мы вместе учились

– Мы давно уже договорились, что всё тебе расскажем, как только узнаем, что ты тоже ведьма, – вставил отец. – Мы просто боялись, что, расскажи мы раньше, ты будешь так этого ждать, а потом очень расстроишься, если всё-таки ведьмой не окажешься

Саша хорошенько задумалась над этими словами. Пожалуй, что-то в этом было. Она определённо очень сильно расстроилась бы, если бы с детства представляла себе, что будет делать, когда вырастет и станет ведьмой, а потом не обнаружила у себя никакого волшебного дара. Это было бы хуже, чем просто всю жизнь быть в благостном неведении. После таких разочарований обычно становятся помешанными злодеями. Она кивнула и немного смягчилась, к явному облегчению родителей.

– Так что, я пойду в эту вашу академию?

Папа принял грозную позу, расставив ноги и сжав в руке посох, будто собирался броситься в атаку, а затем протрубил суровым голосом:

– Ты... Пойдёшь!

***

Саше пришлось ждать выходных, потому что родители хотели отправиться к директрисе вместе с ней. За это время она чуть с ума не сошла. Она любила всякие книги и фильмы о магии, так что знала много вымышленных в той или иной степени волшебных школ. У всех были свои странности, и довольно часто возникал вопрос, куда вообще смотрит правительство, но они задавали некую планку крутости. И опасности. Поэтому Саша очень старалась придерживать свои ожидания как можно ниже, говоря себе, что это всего лишь очередная школа, и едва ли там будет так уж интересно. Поверить в это было сложно, конечно, но она очень старалась. Потому что иначе рискует не просто разочароваться, но и попросту сойти с ума от ожидания первого учебного дня.

Ещё отец будто специально дразнил её своим магическим посохом. Пару раз он показательно использовал его, чтобы подогреть остывший чай. Но в остальное время посох был слишком громоздким, чтобы пользоваться им в тесной квартирке, где любое особенно резкое движение могло привести к сброшенной со стола вазе или дыре в гипсокартонной стене. Поэтому он обращал его в брелок на ключи – полупрозрачный кристаллик на цепочке – и для Саши это было самым впечатляющим трюком в мире.

– А где мне взять такой посох? Они продаются в каком-то особом волшебном магазине, или их надо самим делать? – как-то раз спросила Саша за ужином, теребя в руках отцовские ключи. Мысленно она всё пыталась заставить брелок обратиться обратно посохом, но тот никак не реагировал, да и в целом не подавал никаких признаков магии, только как будто слегка пальцы покалывало.

– Вам их выдадут в первый день, – просто ответил отец. Вообще-то, он не слишком охотно отвечал на её многочисленные вопросы, отмахиваясь, что ничего особенного в его школьные годы не случалось, да и рассказывать в целом было не о чем. Но Саша не желала сдаваться.

– А там вообще опасно, в школе этой? – осторожно спросила она в другой раз, немного опасаясь, что пробудит какие-то неприятные воспоминания, из-за которых её вдруг решат не пускать. Хотя у неё уже было подписанное согласие от родителей и портальный ключ, так что она вполне сможет просто сбежать. Она была к этому готова.

– Совершенно безопасно, – тепло улыбнулся отец. – В смысле, настолько же, насколько и в любой обычной школе. Просто постарайся не влипать в неприятности.

Саша закивала с напускной серьёзностью. Она собиралась делать в точности противоположное. Она отправляется в академию магии, и если она не вляпается в историю, достойную цикла от семи до четырнадцати книг – значит, она тратит время зря.

Но вот наконец наступила суббота. Это, конечно, было ещё не начало учебного года, но Саша уже очень волновалась. Письмо с совой ей, конечно, прислать не могли, так что всё важное наверняка будут рассказывать лично! На всякий случай она прихватила небольшой блокнот, помещавшийся в карман широких синих брюк, которые она решила надеть для пущей представительности вместе с жёлтыми подтяжками. Впечатление немного могла подпортить малиновая футболка с полосой узора на груди, который выглядел так, будто художник хотел нарисовать радугу, но никогда не слышал стишок про охотника, но строгие рубашки Саша в любом случае недолюбливала: они слишком напоминали ей о скучной обычной школе, где были частью формы. Она надеялась, что тут такого не будет. Это же магическаяакадемия, так? Может, ей придётся шить себе мантию и остроконечную шляпу! Интересно, у них есть для этого специальное ателье? Ой, только бы папин косплей с серым балахоном и шляпой-грибом не оказался на деле его старой школьной формой!