Мантра лунного света. Часть 2

– Глупо думать, что среди распорядителей нет тех, кто способен сравниться по силе с дэвами, – ответил Ом. – Все, что умеют жители Сварги – это манифестация истинного могущества в духовном мире. На ее культивирование и выращивание уходят годы, столетия. Есть дэвы, победить которых попросту невозможно, но ты – даже не близок к ним. Кто-то заставил тебя участвовать в мировом турнире, чтобы остановить Ашу берн Спирн. Все знают об этом, – Ом вздохнул и посмотрел в сторону тех мест, где расположилась чемпионка Стилантры. – Но мало кто понимает, что ее уже невозможно остановить. Нам с тобой это не под силу, Рагнар. Последняя надежда Сварги лежит в Кейлирине. А мы с тобой – просто неловкие наблюдатели на ее дороге к величию.

– Я сильнее, чем ты думаешь, – не стоило делать этого здесь. Тогда весь мир узнает его секрет. Это не главное. Она узнает его секрет. Разве это будет иметь значение? Разве сможет она придумать план, как победить его в столь короткий срок?

– Сомневаюсь, – Ом не дал Рагнару додумать, хватая за волосы и поднимая над землей как котенка. Рамаанец откашлялся и улыбнулся, а Рагнару показалось, что он впервые в жизни глядит смерти прямо в лицо. Ом крикнул. – Дай!

И мир перестал существовать вокруг Рагнара, заворачиваясь в непроглядную тьму, лишенную цвета, звука и ощущения.

***

– Слишком слабо, – Рагнар отлетел в сторону колонны, ушибся спиной и свалился на пол. Кости хрустнули и сломались, пробивая кожу и высовываясь наружу. Кровь хлынула на пол и мальчик почти потерял сознание.

Синекожий гигант подошел и ударил носком ботинка в живот мальчика, подбрасывая того в воздух. Ребро ладони вонзилось в скулу и почти сломало челюсть. Рагнар нелепо развернулся в воздухе и грохнулся на пол.

– Чего ты добиваешься? – с неумолимой скукой в голосе проговорила несравненная Н'гелла стараясь запить безвкусным вином обиду. – Ты привел своего ублюдка в наш дворец и теперь вот его роль? Развлекать нас пародируя половую тряпку? Не нашел лучшего мешка для тренировок ракшасов?

– Как он тебе? – поинтересовался дэв у ракшаса, не слушая очередную порцию нытья жены.

– Господин, я не понимаю, какого ответа вы от меня ждете, – склонил голову ракшас.

– Как тебе мой сын? Из него может получиться достойный воин?

– Воин? – недоуменно переспросил ракшас, чем вызвал приступ хохота у Н'геллы. – Если он будет сражаться против смертных, никогда не изучавших боевые искусства – вполне может победить. Если выйдет против владельца Врат – ему конец.

– Он не так слаб, как тебе кажется, – хохотнул дэв, откидываясь в кресле. – Можешь сражаться в полную силу, Рагнар. Я разрешаю.

Ракшас недоуменно повернулся в сторону парня, пытаясь понять, как сможет сражаться тот, кто похож на сломанную куклу. Кто-то схватил могучего синекожего гиганта за ногу и дернул в сторону. Ударил в бок. Раз. Еще раз. Ракшас хотел защищаться, но почему-то не видел ударов. Не мог понять, откуда они летят, только чувствовал резкую боль в боку. Он попытался защититься, но маленькие руки схватили его за лицо, а потом острое колено разбило нос, врезавшись в него на полном ходу.

Зрение частично вернулось к ракшасу и он смог рассмотреть маленькое чудовище, готовящееся к прыжку. Косматая шкура, непроглядно черные глаза и могучие звериные челюсти. Перед ним больше был не человек, а самый настоящий зверь, неуклюже повторяющий движения и повадки смертного. Зверь прыгнул и сбил ракшаса с ног, повалив на землю. Он терзал воина, рычал и странно булькал, стараясь смеяться.

Н'гелла потеряла дар речи и выронила из рук бокал, тот описал несколько быстрых разворотов и ударился о мраморный пол, протяжно звякнув. Ее муж рассмеялся, поднимаясь и хватая за шкирку маленькое чудовище. Разодранный ракшас все еще дышал, каким-то чудом, а чудовище билось в истерике, размахивая лапами и пытаясь вырваться из хватки своего отца.

– Что ты наделал? Зачем ты впустил это в мир?

– Он пригодится мне! – рассмеялся великий бог. – Настанет день и этот уродец пригодиться мне и всей Сварге. Ты только посмотри на него! Настоящий люпериан с кровью дэва. Только представь, на что он будет способен, когда подрастет.

– Ты погубишь всех нас, – не могла поверить своим глазам Н'гелла, рассматривая яростный комок когтей и клыков, выбивающийся из рук отца.

– Наоборот. Мы с Рагнаром спасем всех, не правда ли сынок? – чудовище, чьи глаза сверкали кровью, все еще рвался добить ракшаса.

– Какой от него толк? Он не может управлять своей жаждой. Это просто чудовище и ничего больше.

– Ты правда так считаешь? – стальные нотки появились в голосе дэва. Он больше не улыбался. – Н'гелла, ты так плохо меня знаешь, что думаешь будто я стал бы хвастаться тебе неуправляемым куском бесполезной ярости? Рагнар! Докажи своей мачехе, что ты невероятный герой, а не уродливый монстр.

И, без предупреждения, бог выпустил оборотня из рук и тот мягко приземлился на носочки, выпрямляясь всем телом и теряя облик монстра. Рагнар смотрел на пораженную Н'геллу своими чистыми, холодными голубыми глазами.

– Кровь дэвов дает ему полный контроль над проклятием, моя дорогая жена. Рагнар идеальный воин, которого невозможно уничтожить. Я создал бессмертное, свирепое, непобедимое оружие.

Дэв рассмеялся, упиваясь собственным высокомерием, а Рагнар виновато уставился на мачеху, не слишком понимая слова отца. В этом мире не было ничего, в чем маленький мальчик был уверен. Он знал только, что его мать умерла при рождении, а отцом оказался дэв, забравший его в диковинный мир Сварги из их маленького одинокого домика на опушке знакомого леса. Время от времени отец заставлял его сражаться и превращаться в чудовище, что Рагнар выполнял беспрекословно. Ведь самым большим его страхом было одиночество. Поэтому он так хотел понравиться это красивой женщине Н'гелле, что улыбнулся так широко, как только мог.

Богиня с отвращением отвернулась, не в силах смотреть на маленького мальчика, изо рта которого хлынула кровь и непрожеванные остатки плоти поверженного ракшаса.

***

Крик сорвал кожу, обнажая налитые красным «соком» мышцы. Они трепетали, натягивались и рвались, как жгуты мощных канатов судна, попавшего в шторм. Кости трещали и надламывались. Рагнар таял на глазах, повинуясь легендарному крику распорядителя Микноса. «Голос разрушения» был коварной, непобедимой техникой. Он обрекал несчастного противника на глухую, немую тьму, разрывая тело на части и не позволяя атаковать в ответ.

Великий Ом раскрыл пальцы и неловкие остатки гиганта упали к его ногам. Очередной мусор, который возомнил себя невероятным воином. Распорядитель востока хмыкнул и повернулся к дэвам, ожидая объявления результатов. Но судьи не торопились покидать своих мест и называть имя чемпиона.

Регенерация всегда отзывалась чудовищной болью, будто когти животного раздирали саму душу. Рагнар ненавидел эту свою способность, хоть и прекрасно понимал, что без нее никогда не сможет сражаться на равных с такими, как Ом. Настоящие бойцы, невероятные мастера, посвятившие все свое существование одной лишь цели – стать сильнее. Приблизиться к недостижимым богам и занять заработанные места на золотых тронах. Мастерство, техники, тренировки – у них всех было это тогда, когда Рагнар прятался в темных углах Сварги, скрываясь от ненавидящих взоров дэвов.

Никчемный ребенок. Отверженный сын. Чудовище в обличье человека. Урод, проклятие, ошибка. Его отец так и не смог убедить Верховный совет в правильности своего поступка. Они заставили Рагнара смотреть, как уничтожают отца, не давая шанса объясниться. Тот, кто ни разу не сказал и одного теплого слова сыну, принимал за него высшую степень наказания с улыбкой, даже не думая сопротивляться. Развоплощение стирало существование дэва во всех планах одновременно, заставляя его исчезнуть навсегда.

– Ты станешь великим, – крикнул отец вместо возгласа боли, когда десятки копий пронзили его тело. Все время, пока его глаза не опустели, он смотрел прямо на сына, впервые видя, как малыш плачет.

Рагнар ненавидел дэвов, ведь они отняли у него семью и выкинули из Сварги спустя несколько лет после казни. Он скитался по Бхуми, надеясь найти родню своей матери.

Нашел.

Они считали его проклятием рода, грязнокровкой и уродцем, недостойным жизни. Те же слова, что он уже давно запомнил. Парочка даже попыталась убить молодого Рагнара. Тогда он впервые отнял жизнь другого живого существа. Ему не было страшно, да и особой ярости он не чувствовал. Только тогда он вспомнил слова отца, которые раньше считал шуткой:

– Я создал тебя непобедимым, не таким, как обычные смертные Рагнар. Ты – мое величайшие творение.

Его отец всегда говорил с издевкой, норовом и в каждом его слове без труда нашлись бы нотки самодовольства. Поэтому Рагнар считал, что отец обманывает его, издевается, как и все остальные. Пройдет еще несколько лет, прежде чем Рагнар поймет, что грусть, обида и бесконечное чувство утраты было и остается его единственными честными эмоциями.

Всю жизнь его представляли проклятием, монстром, чудовищем. Поэтому не было ничего удивительного в том, что именно таким существом и стал Рагнар.

– Ты же не думал, – прохрипело гигантское чудовище, отдаленно напоминающее медведя, – что уже победил?

– Сядь! – крикнул Ом, заставляя титаническую звуковую волну обрушиться на плечи Рагнара, сжимая мускулы и сотрясая кости. Кровь застыла в жилах, а видеть вдруг стало невозможно. Великий Ом ожидал, что монстр упадет на колено, но вместо этого медведь захрипел и засмеялся.

– Лес, – с невероятной скоростью медведь ударил лапой перед собой прямо в землю и арена пошатнулась, реальность треснула и на какое-то время главная площадка Лиственной Арены превратилась в божественный мир Рагнара.

Непроглядный темный лес, в котором был всего лишь один король. Медведь, не стесняясь, двинулся вперед, ломая ветки и отталкивая выросшие из ниоткуда деревья будто тонкие прутья.

– Божественный мир, – не веря своим глазам прошептал Ом. Никогда бы он не подумал, что простой полукровка способен будет на одно из величайших умений истинных жителей Сварги.

– Удивлен? – прохрипело чудовище выходя из чащи.

– Не думал, что полукровка способен создавать свою реальность, – ответил Ом, принимая боевую стойку. Игры кончились, теперь победит сильнейший.

– Здесь нет особых законов, – слегка разочарованно проговорил Рагнар. – Всего лишь имитация реальной силы, но от этого не менее эффектная, не находишь?

– Если твой мир не дает тебе преимуществ, зачем тратить силы на его создание? – Ом пытался оттянуть время, ища слабые стороны бессмертного существа.

– Я всего лишь сказал, что он не имеет особых законов. Но тебе, смертному, нелегко понять, что это значит. Все, что тебе необходимо знать – сейчас ты умрешь.

– Посмотрим, – кивнул Ом. – Дай!

Этот крик Рагнар уже слышал и не собирался подвергаться его воздействию снова. Вместо этого, он успел прыгнуть на четвереньки, как и подобает настоящему зверю, а потом зарычал в ответ, видя почти осязаемую смертельную звуковую волну.

Крики двух невероятных бойцов столкнулись, замерли и разлетелись по лесу, оставляя обоих воинов невредимыми. Глаза Ома были куда красноречивее любых слов: он до сих пор не мог поверить в то, что только что произошло. Как мог этот зверь сравниться с его несокрушимой техникой? В чем был его секрет?

Рагнар ухмыльнулся, без труда разбирая озадаченный взгляд. Сотни раз он видел подобное. Когда умелый, а еще лучше гениальный, бесконечно одаренный воин встречается с сырой, несокрушимой, давящей силой – он всегда испытывает один и тот же спектр эмоций. Недоумение, сомнение, страх, разочарование. Они больше не могут сражаться, теряют всякое рвение. Их «коронная» техника побеждена, уничтожена, размазана по полу. Все, что им остается – принять поражение.

Распорядитель Ом, конечно же, оказался не так слаб, как другие противники Рагнара, только поэтому он смог блокировать сокрушительную атаку огромной лапы, упавшей на него сверху. В отличии от других, более нерешительных бойцов, Ом не сомневался в своем могуществе. «Голос разрушения» отчетливо понимал – перед ним не тот противник, которого удастся победить. Он может только пытаться пережить атаки этого чудовища и надеяться, что у ярости медведя есть предел.

Сын уничтоженного дэва нападал яростно, без устали нанося удары с разных сторон, сметая рамаанца с места и бросая на деревья. От нескольких атак Ом не смог отбиться или увернуться: хуже всего была рана на правом боку, глубокая и рваная. Левое ухо тоже сильно пострадало, зверь коснулся его лишь одним когтем, но и этого хватило, чтобы превратить ухо в подобие дырявой тряпки.

Ом почти выдохся. Он сохранял дыхание, использую понемногу оба аспекта чакры. Техники Ко и Су служили ему на славу, отбивая натиск разъяренного зверя и надежно защищая тело от смертельных ударов, но даже у просвещенного был свой предел. Ему придется либо попытаться использовать губительные техники, либо постараться еще подождать.

Очередной удар смел рамаанца с места и отбросил в сторону. Он летел сквозь деревья, ломая их спиной и стараясь не терять сознание. Последний удар повредил руки, которые послужили отчаянным «щитом». Теперь одна сломана, а вторая сильно ушиблена. Сколько еще ему осталось? Неожиданно мысли Ома прервались, когда он рухнул на землю, вместо того, чтобы продолжать ломать спиной деревья или врезаться в то единственное, что остановит его полет. Вместо этого он просто шлепнулся на знакомый пол, усыпанный листьями и ветками. Ом поднял уставшие глаза и увидел задыхающегося зверя, стоящего посреди тающего леса. Чудовище раскачивалось на месте, стараясь восстановить дыхание. Его атаки были сильны, но не так опасны, как он рассчитывал, а может просто рамаанец оказался куда сильнее?

– Выдохся? – улыбнулся Ом, с трудом поднимаясь.

– Не, – сплюнул густую слюну медведь. – Я тебя и так прикончу.

– Уверен?

– Да, у тебя руки сломаны и кровь течет. Сколько тебе осталось? Пара минут?

– Должно хватить, – кивнул Ом. – Реверберация.

Медведь удивленно посмотрел на мужчину, который выпрямил спину и странно выдохнул, а затем его тело опасно задрожало. Рагнар никогда не слышал о подобной технике и не знал, чего ждать. Все, что он заметил – это то, как Ом задергался и забился на месте, как будто в лихорадке.

Лишние размышления ни к чему, решил сын дэва. Поддерживать форму становилось все тяжелее, ему удавалось сохранять полный контроль над обликом зверя, но ценой тому было укороченное время данной формы. Вскоре он обернется человеком и вряд ли сможет победить распорядителя Микноса. Если он собирается выиграть – сделать это необходимо прямо сейчас.

Рагнар прыгнул вперед, достигая трясущегося Ома за пару сильных взмахов лапами, он разинул пасть и раскинул лапы, надеясь разорвать рамаанца на части. Его встретила трясущаяся раскрытая ладонь. Всего одного касания Рагнару было достаточно, чтобы понять, как сильно он ошибся.

Из ладони ударила звуковая волна, рикошетом забившаяся в теле, Рагнара откинуло в сторону, как мешок с камнями выстреленный из катапульты. Он врезался в божественный купол, который тут же треснул, а потом углубился в трещавшую стену арены. Ом оказался рядом и ударил вновь.

Перед глазами не было ничего, только кровавая пелена. Тело не слушалось, а в ушах стоял бесконечный гул. Рагнар махал перед собой лапами, не до конца понимая, попадает ли в противника или просто неистово молотит воздух. Что-то ударило его в бок и кровь потоком вылилась изо рта. Рагнар взревел, но удар по голове заставил его замолчать, плотно закрывая рот и надеясь не потерять сознание. Еще один удар невероятной техники дотронулся до хребта, ломая кости. Медведь кричал и голос его понемногу стал походить на человеческий. Заканчивалось время звериной крови, а без нее Рагнар чувствовал, что останется полностью беззащитным. Очередной удар откинул его в сторону, а может и оставил на месте – направление и пространство потеряло всякий смысл.

Ослепленный, оглушенный, дезориентированный, теряющий звериный облик. Рагнар стоял посреди арены мотая головой и взмахивая перед собой руками. Он никогда не думал, что станет жертвой настолько умелого бойца. Теперь он чувствовал ту самую растерянность и непонимание. Только страха не было.

– Отец, скоро мы увидимся, – прошептал он совсем тихо, падая на колени.

– Ты станешь великим! – последние слова отца эхом пролетели в сознании, заставляя Рагнара прийти в себя. Он вовремя открыл глаза, чтобы увидеть добивающий удар Ома.

Рамаанец стоял совсем близко, он развернулся на месте и занес для удара ногу. Одного касания хватит, чтобы превратить мозги Рагнара в кашу. На регенерацию не стоит надеяться, заряда внутренних сил попросту не хватит, чтобы восстановить его в этот раз. Все, что может уязвленный зверь – это сражаться.

Сын дэва закричал, подпрыгивая с колен и нанося удар, вкладывая все те крохи силы, что у него остались. Простой сложенный кулак и прямой бросок руки.

Мало.

Этого будет мало. Его рука взорвется и не остановит атаку Ома. Нужно еще что-то. Рагнар заглянул в глубину своей души и нашел там еще немного неиспользованных ресурсов. Его каналы пострадают? Не беда, тот, кто не готов ничем жертвовать, не достоин победы. Чакра завопила внутри, насыщая удар силой.

Все еще слабо.

Его отец умер, так и не увидя реального потенциала своего сына. Рагнар тогда еще не дорос до осознания своих пределов, не знал их и сейчас. Но ради выживания необходимо было понять то великолепие, которое позволяла обрести кровь настоящих бессмертных богов.

Семь Врат распахнулись одновременно, впуская в душу Рагнара невероятный заряд чакры. Кулак засветился созвездием истинной силы, принимая ослепительный блеск.

Этого должно хватить.

Распорядитель Урвая закричал, чувствуя, как крепнут ноги, выпрямляется спина, а удар наполняется гнетущей энергией уничтожения.

– Спасибо, отец. Тебе придется еще немного подождать, – с улыбкой пробормотал Рагнар за мгновение до того, как его кулак столкнулся с ногой Ома.

Великий рамаанец понял все в тот самый момент, когда увидел глаза своего противника. Он постарался усилить удар, но это было уже невозможно. Непобедимый чемпион Микноса давно перешел свой предел и сражался только благодаря несгибаемому характеру, но проклятый полукровка вытянул откуда-то дополнительные силы. Ради чего сражалось это чудовище? Ом никогда не узнает.

Нога лопнула и вместе с ней разлетелся защитный купол богов. Удар Рагнара стер ногу Ома из реальности, отбрасывая великого бойца назад. Секретная техника Ома перестала поддерживать в нем жизнь, каналы чакры сгорели, а поток из Врат больше не помогал выжить, а наоборот – сжигал остатки души еще сильнее. В последний момент Ом отвернулся от врага и посмотрел в сторону чемпионского ложа, где у самого края стоял его любимый сын, Ману. Заплаканное лицо мальчишки останется последней картиной, которую великий «голос разрушения» увидит перед смертью.

– Я люблю… – попытается сказать он сыну, но не успеет договорить. Еще одна атака разнесет его тело, разматывая по междумирью, стирая из существования.

Толпа зрителей замрет, не в силах вымолвить и слова. Даже дэвы-судьи не сразу придут в себя. Все будут смотреть на могучего воина, стоящего над останками побежденного распорядителя.

5-0

Таким будет счет столкновения Урвая и Микноса, закончившегося всего за один день. Исход, который никто не мог предугадать, кроме спокойной асуры, сидящей на своем месте и с интересом наблюдая за исходом поединка.

– Как ты угадала? – спросит ее падший дэв, в тайне радуясь, что послушал чутье своей чемпионки.

– Это уже не важно, – покачает головой асура. – Нам необходимо как можно скорее вернуться домой. И начинать готовиться, если мы собираемся победить чемпионов Урвая.

Чудовище посреди арены повернет голову и посмотрит в сторону королевской асуры. Оно улыбнется своими звериными клыками и укажет мясистым пальцем на девушку.

– Вы следующие, Стилантра, – взревет Рагнар, чувствуя переполняющее его могущество. Сейчас он думает, что может сломить горы и разверзнуть землю. Потому что не может различить легкую улыбку на лице асуры и еще не знает, что его ждет.

– Как вам выступление Урвая? – украдкой спросит советник Кейлирина у распорядителя столицы, что сидит посреди толпы, скрываясь в мешковатых одеждах и глубоком капюшоне, спрятавшим лицо.

– Пустая трата времени, – тихо ответит чемпион, поднимаясь с места. – Надеюсь он победит в бою со Стилантрой, тогда мне не придется тратить слишком много времени.

Перед уходом, распорядитель Кейлирина смотрит на радующегося своей победе зверя и пытается почувствовать хотя бы каплю интереса, но в этом гиганте нет ничего от настоящего, умелого воина. Великолепный, растраченный впустую потенциал. Из него мог бы получиться отличный противник, но все, на что способен этот боров – выкрикивать собственное имя и с трудом стоять на ногах. Распорядитель разочарованно вздыхает и зевает, чувствуя, как к глазам подступает невыносимая сонливость. Целый вечер потраченный впустую. Опустошенно качая головой сильнейший воин Паталы покидает арену, задерживаясь лишь на секунду. Распорядитель Кейлирина неожиданно чувствует жгучее желание повернуться и посмотреть в сторону королевской асуры: голова лидера Стилантры повернута в его сторону и с интересом разглядывает невероятные радужные всполохи, равных которым она никогда раньше не видела.

На лицах обоих неожиданно появляется широкая, истинная улыбка, а все остальное в мире перестает существовать. Аша вскакивает с места, а распорядитель Кейлирина поворачивается к будущему противнику. Все это время им суждено было встретиться на золотом песке столицы. Теперь оба знают это. И будут с нетерпением ждать.

Столкновение Стилантры и Кейлирина произойдет еще нескоро, но для двух сильнейших распорядителей, оно началось прямо сейчас.

***

– Победа! – закричал Рагнар, стоило ему только ввалиться в просторный номер гостиницы Микноса. Распорядитель грохнулся на пол и глухо засмеялся, не в силах перевернуться на спину.

Он почти умер, испустил дух прямо на глазах своей команды, но чудом выжил и стал сильнее. Кровь, вперемешку со слезами, теклам по щекам, Рагнар щурил глаза и тяжело дышал. Получалось откровенно плохо и он кашлял, стараясь не захлебнуться.

– Вставай давай, победитель, – брат Тики, могучий Тлалок, без труда схватил Рагнара за плечи и поднял вверх.

Распорядитель виновато улыбался, рассматривая своих бойцов сквозь кровавую пленку, которая никак не сходила с глаз. Тлалок усадил его на кресло и отошел в сторону, пропуская сестру вперед.

– Как же так, Рагнар? – цокнула языком Тика, не дожидалась ответа и начала наносить густой слой мази на израненное тело.

– Кто бы мог подумать, что смертный рамаанец окажется таким достойным бойцом! – шутливо произнес Рагнар и тут же неприятно закашлялся. – Не трать снадобья, Тика. Все это заживет уже к утру, стоит мне обратиться.

– Я буду делать то, что хочу, – огрызнулась в ответ красивая айя, стараясь обработать сначала самые опасные раны, которых оказалось великое множество.

– Ты все же победил, Рагнар, – рассмеялся Ши-су. – Мы с братом даже подумали, что ты можешь проиграть. Вот была бы досада, а то мы последнием деньги поставили на твою победу.

– И не прогадали! – хлопнул кулаком по столу полубог. Удар получился вялым и почти бесшумным.

– Не дергайся давай, – насупилась Тика.

– Прости, – виновато ответил гигант. – Кстати, где моя доля, близнецы?

– За то, что ты заставил нас поволноваться – мы лишили тебя твоей доли, – вместе засмеялись Ди-ю и Ши-су.

– Ах вот как, – хотел рассердиться Рагнар, но на это не было сил. – Я хочу отдохнуть.

Неожиданно в комнате стало очень тихо. Они не привыкли видеть своего лидера таким разбитым, слабым, побежденным. Рагнар закрыл глаза и расплылся в кресле. Он тяжело уронил голову на грудь и продолжал глухо хрипеть, откашливая изо рта лишнюю кровь.

– Ты прекрасно знаешь, что мы никуда не уйдем, – Ванесса подошла и села рядом, хватая Рагнара за огромную руку.

Высокая, красивая медвежья жанварка была огромна, как и сам Рагнар. Они были словно предназначены друг другу, но встретились только тогда, когда начался мировой турнир. Рагнар услышал ее голос и попытался улыбнуться, ожившими пальцами ища ее щеку. Он осторожно дотронулся до знакомой кожи и почувствовал, как женщина прильнула к нему, робко обнимая.

Близнецы перестали смеяться, усаживаясь за стол. Тика закончила обрабатывать раны, подошла к брату и вместе они присоединились к Ши-су и Ди-ю. Команда Урвая была маленькой, но очень крепкой семьей. Никому не нужные, проклятые, брошенные дети. Они нашли свой луч бесконечного света в объятиях могучего Рагнара. Изгнанный из Сварги деми смог объединить их, вселить уверенность и подарить цель. Оглушительная победа на турнире Урвая, вызов распорядителю и полнейшее уничтожение.