Журнал «Рассказы». Шепот в ночи

Женщина на Сашино появление никак не отреагировала, словно вовсе не заметила. Она была на шаг впереди девочки и тянула ее за руку. Ее дочь в пухлом розовом комбинезоне была похожа на моток сладкой ваты и еле переставляла ноги. Завидев Сашу, она, в отличие от матери, остановилась и удивленно уставилась на нее. Женщина раздраженно дернула за руку:

– Пойдем!

– Простите, а куда вы так спешите? – спросила Саша, глядя почему-то на девочку. Та ей улыбалась и показывала язык.

– Как куда? – бросила женщина, так же не глядя на Сашу. – На поезд.

И махнула рукой на деревянный указатель-стрелочку: «Вокзал».

Саша несколько раз моргнула. И как она не заметила его раньше? Значит, скоро можно будет сесть в теплый вагон и уехать домой.

– А вы почему не спешите? У вас на скорый билет?

Саша сунула руку в карман и нащупала сложенную вчетверо бумажку. У нее же есть билет! От соседства с мокрыми варежками края у него слиплись и пошли волнами. Окоченевшие пальцы не слушались, но Саше кое-как все же удалось развернуть билет. Женщина заглянула Саше через плечо и разочарованно вздохнула:

– А, у вас обычный. Тогда можете не торопиться. Пойдем, – сказала она уже девочке и снова потянула ее за руку.

На этот раз девочка не сопротивлялась и поплелась за матерью.

Саша стояла и смотрела им вслед. Почему-то ей ужасно хотелось, чтобы девочка обернулась и еще раз показала язык. Но девочка покорно шла по просеке, словно и думать о ней забыла.

Саша посмотрела на темную тропинку, с которой сошла. Она казалась холодной и безлюдной и больше никуда не манила. Да и зачем было идти дальше в лес, когда деревянная стрелка явно указывала в направлении вокзала. Саша еще раз взглянула на свой билет и пошла вслед за женщиной с девочкой, крепко прижимая к себе мотошлем.

Когда вдали послышался шум подходящего поезда, на улице окончательно стемнело. Значит, сейчас все-таки вечер, отметила про себя Саша. Можно будет устроиться на верхней полке, воткнуть в уши беруши и проспать до самого дома. Главное, чтобы в вагоне работало отопление.

От мыслей об одеяле Саша еще сильнее ощутила морозное дыхание зимнего леса. Ее собственное дыхание уже не согревало ладони, и она держала руки в карманах, нервно теребя скомканные варежки. Впереди уже показались зажженные фонари, и Саша шла на их свет. Наконец она различила впереди станцию и длинный узкий перрон, почему-то огороженный железной сеткой. Дорога привела ее к лестнице перед закрытой калиткой, которую тряс интеллигентного вида мужчина с черным ободком волос вокруг гладкой лысины. В одной руке он держал ушанку и поводок, а другой вцепился в сетку калитки.

– С собакой нельзя, – бесцветным голосом проговорил человек по ту сторону калитки.

– Я же вам говорю: на собаку отдельный билет, вот!

Мужчина просунул через сетку свернутую в трубочку бумажку. Человек по ту сторону даже не взглянул на нее.

– С собакой нельзя, – повторил он таким же бесцветным голосом.

Саша подумала, что он может отвечать так сколько угодно раз, невзирая ни на какие аргументы.

– И что вы предлагаете мне делать? – Мужчина в отчаянии всплеснул руками. Поводок натянулся, и немецкая овчарка, до того смирно сидевшая у его ног, поднялась и оскалилась на сторожа.

– Мне нужно ехать, с кем я его оставлю? – Мужчина показал на поезд.

– Понятия не имею, – отрезал сторож и наконец заметил Сашу. – Девушка, у вас что?

Саша протянула ему билет.

– Это скорый поезд для срочных пассажиров. – Сторож кивнул на безлюдный перрон. – Ждите следующий.

Саша недоуменно уставилась на билет. И где здесь написано, что он не на скорый поезд?

– Давайте я доплачу, – предложила Саша. Ей ужасно хотелось уехать как можно скорее. – Сколько надо?

– Я что, похож на билетера? Ждите следующий.

Саша оторопела.

– А когда он придет?

Сторож посмотрел на Сашу так, словно в жизни не слышал вопроса глупее.

– Теперь я похож на справочное бюро? Идите в зал ожидания и спрашивайте там.

Саша с тоской посмотрела на поезд. В окнах горел мягкий свет, занавески в большинстве вагонов были задернуты. Но в одном из окон она увидела розовый кокон, похожий на сладкую вату. Та девочка с просеки? Девочка, кажется, тоже узнала Сашу и высунула язык. Саша высунула язык в ответ. Ему немедленно стало холодно. Саша улыбнулась. Хотя бы девочка сейчас в тепле и успела на поезд.

– Ну а мне-то что делать? – простонал мужчина с овчаркой.

– Давайте я его возьму? – неожиданно для себя предложила Саша. – Я в зале ожидания спрошу, каким поездом его можно отправить.

Мужчина с сомнением посмотрел на Сашу.

– Вы правда готовы его взять?

Вообще-то, ей самой очень хотелось на поезд и под теплое одеяло и она понятия не имела, возьмут ли собаку хоть на какой-то поезд. Но смотреть на то, как человек разрывался между собакой и поездом, было невыносимо, и Саша кивнула.

Мужчина просиял.

– Вот спасибо! – Он потянулся к ней, словно хотел взять ее руки в свои. Но Сашины руки прятались в карманах, поэтому он крепко сжал ее предплечья и с благодарностью посмотрел прямо в глаза. Жест вышел коротким и скомканным, потому что в процессе он выронил ушанку, смутился, наклонился ее поднять, а пока отряхивал, поезд издал предупреждающий гудок, и мужчина засуетился.

– Это Чарли. – Он сунул Саше в руку поводок. – Отправьте его, пожалуйста, на проспект Ленина, 14, квартира 50.

Он наклонился к собаке, потрепал ее по голове и что-то забормотал на прощание. Та радостно ткнулась носом ему в ладонь.

– Улицу Ленина? – уточнила Саша. – В Муроме нет проспекта Ленина.

– Почему в Муроме? – удивился мужчина. – Я из Чебоксар.

И, не дожидаясь ответа, он нырнул в открытую калитку, которую сторож тут же с лязгом захлопнул. Едва мужчина вскочил на подножку, поезд заскрежетал и тронулся с места. Мужчина махал им рукой до тех пор, пока не скрылся из вида. Чарли не залаял и не побежал за ним – только время от времени приподнимался и тихо скулил, словно звал хозяина назад. Поводок в Сашиных руках в очередной раз натянулся, и ее охватила паника. Что она теперь будет делать с этой собакой?

Это навело ее на еще одну важную мысль. Шлем!

– Скажите, а поезд останавливается в Муроме?

И тут же пожалела. Сейчас сторож скажет что-нибудь вроде: «Я похож на кассира?» – и отправит ее в зал ожидания. Но к сторожу внезапно вернулся его равнодушный бесцветный голос. Он сказал:

– Поезд следует без остановок.

Саша уже и так пожалела, что спросила, и поспешила прочь от перрона с его неразговорчивым сторожем.

Зал ожидания располагался в двухэтажном бетонном здании с выщербленными стенами и рядами желтых пластиковых стульев. Пахло хлоркой и мазутом – почему-то в помещении этот запах ощущался сильнее, чем на перроне. Может, просто на морозе у нее притупилось обоняние, а теперь нос оттаивал и чувствительность возвращалась? Саша в который раз пошевелила пальцами ног в сапогах. Вот бы наконец разуться!

Она потянула за собой Чарли и подошла к застекленной кабинке информации. Женщина по ту сторону что-то печатала на компьютере, и Саша постучалась.

Женщина перевела на нее недружелюбный взгляд, всем видом показывая, что ее отрывают от важной работы.

– Вам на скорый? – спросила она наконец.

– Нет, – ответила Саша. – Я хотела спросить…

– На второй этаж, – отрезала женщина. – Завтра будем разбираться.

В чем разбираться? – хотела спросить Саша, но женщина уже повернулась к компьютеру и продолжила печатать.

Второй этаж представлял собой широкий холл с рядами одинаковых дешевых кроватей. Такие бывают в фильмах о школах-интернатах или о жизни детей-сирот. Но Саша не была сиротой и уже два года как окончила школу. Ей здесь явно не место.

– Проходи, чего встала, – сказал женский голос с одной из кроватей.

Саша нашла взглядом девушку лет двадцати с двумя длинными косами.

– Ночью только скорые ходят, – сообщила девушка. – Ложись, спи.

Пустых кроватей было много, и Саша выбрала ту, что стояла дальше от входа.

– Не советую, – покачала головой девушка, кивая в ту сторону, и перешла на шепот. – Там Люська.

В самом углу на кровати действительно сидела женщина, которую Саша не сразу заметила, и медленно раскачивалась, обхватив себя руками.

– Что с ней? – тоже шепотом спросила Саша.

– У нее шепот.

– Что? – не поняла Саша.

– Шепот. Тебя что, еще не проверяли?

Саша села на кровать напротив девушки с косами.

– Нет.

– Значит, завтра будут. Если у тебя шепот, вообще отсюда не уедешь, – доверительно сообщила девушка.

Саша обернулась на Люську. Та продолжала раскачиваться, не обращая никакого внимания на их разговор.

– А это заразно?

Девушка пожала плечами.

– Никто не знает.

Саша посмотрела на Чарли. Тот послушно сидел у ее ног и дышал, высунув язык. Интересно, а у собак может быть шепот?

– Что это, вообще, такое?

Девушка снова пожала плечами.

– Я знаю только, что, если у тебя шепот, готовься поселиться тут навсегда.

С этими словами девушка улеглась на подушку и натянула одеяло до самого носа.

Саша положила шлем под кровать и привязала поводок к ножке. Потом передумала и отвязала. Достала из-под подушки запечатанное в пластик белье и начала заправлять постель.

Серое шерстяное одеяло было таким старым, что в нескольких местах на нем виднелись проплешины. В белом накрахмаленном пододеяльнике дырка была не сбоку, а в виде ромба посередине – в последний раз Саша спала под таким у прабабушки, когда та была еще жива. Она огляделась в поисках батареи, чтобы просушить на ней варежки, но ничего не нашла и повесила их на спинку кровати. Сняв сапоги, пуховик и шапку, она, не раздеваясь, забралась под тонкое одеяло и свернулась клубком, чтобы хоть немного согреться. От ее дыхания шел густой пар.

Какое-то время она пролежала, глядя в пустоту, поочередно согревая ледяную ступню одной ноги под коленкой другой. Но потом, словно заметив ее тщетные попытки, Чарли запрыгнул к ней на кровать и пристроился рядом. Его массивное тело щедро источало живое тепло. Саша обняла его одной рукой и наконец заснула под запах псины, мазута и сырой шерсти промокших варежек.

Проснулась Саша оттого, что у нее сильно замерз нос. Она поднялась и потерла глаза. Чарли нигде не было видно. От дыхания по-прежнему шел пар. Да сколько же здесь градусов?

Замотавшись в кокон из одеяла, Саша пошла в душевую. Покосилась на окна – не открыты ли? Но единственная открывающаяся фрамуга над раковиной была плотно затворена. Катя, вчерашняя девушка с косами, стояла под тонкой струей и терла ноги мочалкой.

– Если хочешь помыться, поторопись, горячая вода скоро закончится.

Саша помотала головой. Лучше уж подождать до дома, чем вот так. Она повернулась к раковине и распечатала пластиковую упаковку с зеленой зубной щеткой. В стакане у зеркала заметила щетку-соседку с такой же зеленой ручкой. Щетина у нее была стесана до основания так, что обрубки слиплись в одну белую массу. Саша сомневалась, что такой щеткой можно почистить что бы то ни было, и потянулась выбросить ее в мусор, но Катя остановила:

– Не трогай, это Люськина.

Саша в недоумении уставилась на Катю:

– А почему она не возьмет себе новую?

– Новых нет, их выдают только в первую ночь. Обычно так надолго никто не задерживается.