Deep Space Empires. Нэйт.

ГЛАВА 1

– Я не понимаю, чего он от меня хочет! – я жаловалась на дедушку Аннайне Кендерион, своей лучшей подруге, сидя в самом дорогом кафе нашей агломерации. – «Выйди в чисто поле и сделай что-то полезное. Не знаю что, но что-нибудь!»

– Почему он не хочет, чтобы ты просто вышла замуж? Кайннан отличный парень! Веселый, красивый, богатый. Отличная генетика и положение! К тому же, он один из немногих, с кем я так и не переспала, так что, если ты выйдешь за него замуж, наши дальнейшие тусовки не будут испорчены таким неловким моментом.

Она заливисто засмеялась своей шутке, а я только закатила глаза.

Я Нэйт. Для друзей просто Нэйт. Но вообще-то – Эллнэйя Ллайра Эрнетеру Ар-Раор, и мне повезло родится в семье Старейшины Совета Тринадцати Гарайской конфедерации. Даже одно из имен моего рода – «Эрнетеру» – указывало на то, что мои прямые, но очень далёкие предки были в числе первых колонизаторов нашей столичной планеты Гарат-Нитера.

Именно здесь, в главной городской агломерации – Нитер-Райя, я и проводила свою бурную, шумную, полную тусовок и развлечений молодость мажорной наследницы. Вообще-то я никогда не была высокомерна в этом смысле. Я и весь мой круг воспринимали своё положение и достаток как должное. Ну, родились и родились, именно здесь, именно так. Значит чем-то заслужили в прошлой жизни, и теперь наслаждаемся плодами трудов своих.

Родителей я не помнила. История их ухода из этой жизни была крайне туманной. Нас, со старшими братом и сестрой воспитывали бабушка и дедушка – действующий Старейшина Аргатэрей Эрнетеру Ар-Раор – чрезмерно суровый сребробородый старец, который не улыбался, кажется, никогда. Моего старшего брата он уже давно определил в Первую армию Гарайской конфедерации, занимавшуюся разведкой, космической археологией и стратегическим планированием. А вот мои способности его всегда разочаровывали, ровно до определённого момента.

Конечно, я получила высшее образование – не получить его, для ребенка семьи такого положения, было бы абсолютно дурным тоном. Обычная Программа распознавания предназначений и мотиваций так и не смогла рекомендовать меня куда бы то ни было. Что для благородной девицы моего положения было вполне обычным делом. В конце концов, многие девушки, как я, выходили замуж и продолжали свой высокоблагородный род, что было тоже вполне себе необходимым делом. А иначе, как бы столь древний клан Эрнетеру Ар-Раор вообще смог бы протянуть свои шесть тысяч лет на этой планете? С другой стороны, мой старший брат уже успел жениться и подарить этому миру пару мелких и шумных наследников рода Эрнетеру Ар-Раор, поэтому моё участие в столь важном деле теперь уже было не таким критичным.

Сама я действительно не знала, чего хочу. Дедушка ужасно сердился этому. Ему казалось, что я обязательно должна была совершить нечто великое. Я слушала его и понимала, что мне было бы ужасно лень выходить из своей золотой зоны комфорта. К тому же, я вообще не понимала, чего конкретно он от меня хочет. Все его требования были странными и слишком абстрактными.

Бабуля тоже закатывала глаза за спиной дедули, считая всё это старческими капризами, поэтому по-тихому договорилась с не менее высокоблагородным родом Джагаонов о заключении брака с одним из их наследников – Кайннаном. Кайна я знала с детства, и нас можно было назвать вполне хорошими приятелями. И хотя я не слишком часто общалась с ним, против такого брака мне нечего было возразить. Любовь? Я понятия не имела, что это такое. Всё и так было слишком хорошо, чтобы нагружать свою нервную систему какими-то дополнительными всплесками и переживаниями. А с Кайннаном моя жизнь просто продолжится в том же беззаботном духе.

Единственное, что у меня получилось сводить в своей голове, это архитектуру логических взаимосвязей, поэтому в Академии, я выбрала своей специальностью, которая скорее всего никогда мне не пригодится, управление нейромоделями. Дедушка всё-таки победил: он выставил условие, что я пройду ещё один углублённый двухгодичный курс, включающий военную практику. Он утверждал, что если однажды, жизнь заставит меня присоединится к политической деятельности, это будет абсолютно необходимым условием моего «резюме».

Кажется, он просто хотел оттянуть момент моего замужества, надеясь, что со мной всё ещё может произойти что-то, по его мнению, полезное и интересное. Поскольку мне едва исполнилось двадцать два года, и мы и род Джагаонов согласились, что торопиться некуда. К тому же с дедушкиным авторитетом спорить в лоб было почти невозможно. Поэтому официально наша помолвка пока не состоялась.

Перед двухгодичной службой, меня направили на углублённый анализ моей профпригодности. В Главном военном штабе Модуль распознавания предназачений и мотиваций был в десятки раз более продвинут, чем в нашей гражданской Академии. Созданный по технологии раатов, это был огромный аппарат, размером с приличный зал. Маленькое гуманоидное тело помещали в самые его недра, подключали к церебральному столбу, после чего огромная махина несколько часов оцифровывала нейронные связи индивида и моделировала из них все его возможности и способности. Я тряслась от ужаса, но моя группа поддержки в виде бабули, Аннайны, Дженнери и даже Кайннана, который с некоторых пор начал появляться в поле моего зрения намного чаще, всячески меня приободряли.

Сначала было страшно, но через несколько часов в этом огромном аппарате я откровенно заскучала. Наконец, всё закончилось, и нас направили к самому главному психологу – Лайннару Моару.

– А разве к нему отправляют кадетов? – тревожно спросила бабушка. – Никогда такого не слышала.

Когда вся наша толпа с взволнованными моськами завалилась к нему на приём, он мрачно окинул всех взглядом.

– Остаться может только ллири Ар-Раор.

– Я её бабушка!

– Ллири совершеннолетняя. Только она, – голос мозгоправа был твёрд и мощен. Все разочаровано вышли, а я испугалась ещё больше. – Ллири? Можете открыть глаза?

Чёрт, я что зажмурилась? Я же не ребёнок, в конце концов.

– Что вас пугает?

Я молчала, растерянно глядя куда-то в бок.

– Боитесь, что исходя из этих данных, ваша весёлая жизнь может закончится?

Я кивнула.

– Что ж, правильно боитесь, – он бросил планшет на стол.

– Всё так плохо?

– Зависит от того, чего вы хотите от жизни. Для нашей прекрасной Конфедерации, на благо которой я и тружусь, найти особь с таким мозгом, как у вас, – очень хорошо. Для вас, если вы не хотите выходить из зоны комфорта, а она у вас действительно очень комфортная, – очень плохо.

– Ллиар, давайте уже не тянуть, что со мной не так?

– Да нет, всё так. Вы выбрали себе прекрасную специальность – моделирование нейросетей. Сами выбирали?

– Да.

– Понятно. Я не буду долго тянуть. Вы когда-нибудь слышали про ищеек?

Я нахмурила лоб.

– Вообще никогда.

– Понимаю. Легенды и мифы Третьей Вселенной вам были ни к чему в ночных клубах, да?

В конце концов, мне его тон показался слегка оскорбительным.

– Молодость – это недостаток, который очень быстро проходит, доктор Моар. Не судите меня слишком строго.

Доктор понимающе улыбнулся.

– Молодость ваша пройдет ещё не скоро. А вот Ищейка нам нужна уже сейчас.

– И почему вы думаете, что я знаю, где достать эту мифическую ищейку?

Доктор Моар едва не засмеялся.

– Давайте сделаем так, ллири Ар-Раор. Вы пойдете на службу, как и обещали своему многоуважаемому деду, а после судьба сама приведёт вас на ваш и только ваш путь.

– Я, в общем, и так собиралась. Но что всё-таки показал Модуль распознавания?

– А вы точно хороший аналитик?

Вообще-то я уже давным-давно поняла, что имел ввиду доктор, но не выпячивать интеллект – было моей базовой настройкой. В той компании, где я крутилась, людям было бы не очень комфортно, если бы я постоянно умничала. Доктору же я хитро улыбнулась.

– И все-таки для меня слово «ищейка» пока что пустой звук.

– Что ж. В открытых источниках вы вряд ли что-то найдете. Я только задам вам один вопрос. На что вы готовы, чтобы спасти наш мир?

Я испуганно посмотрела на него.

– Мне что, нужно будет за него умирать? – а сейчас я уже действительно переставала понимать, к чему идет наш разговор. Эти пафосные разговоры казались мне бессмысленными.

– Пока нет, – серьезно ответил доктор. – Готовы ли вы взглянуть в глаза бездне?

Он очень серьёзно уставился мне в глаза, и на секунду мне показалось, что его радужка превратились в два портала, ведущих в космос. Глаза у него действительно были пугающими, словно пронзающими тебя насквозь, изучающие, заинтересованные, но в то же время теплые. Как только я почувствовала, идущее от него тепло, они перестали меня пугать, и я ответила ему твердым взглядом.

– В глаза бездне? Готова! – ответила я с юношеским максимализмом.

– Прекрасно. Но будьте готовы к тому, что если долго вглядываться в бездну, бездна начет вглядываться в вас. До встречи. Желаю вам принести максимальную пользу нашей Конфедерации!

Казалось, это была стандартная фраза, которой провожали военных на службу. Но я услышала в ней намного более глубокий подтекст. Вышла я в состоянии очень удрученном. В моей жизни вдруг что-то стало не понятным, а я не любила состояние, когда я чего-то не понимала.

Дома я также не нашла никакой информации в открытых источниках. Бабулю я очень любила, а потому, решила её пока не пугать этим страшным словом, и сразу же пошла к дедушке.

Дедушка Аргатэрэй сидел в своём большом кабинете с высокими потолками и огромным полуовальным окном, откуда была видна вся столица.

– Входи, дорогая, ну что тебе сказали? – без прелюдий начал он, и его брови, кажется, сошлись на переносице ещё больше, если это вообще было возможно.

– Дедуля. Я пока не сказала бабуле. Но я хотела у тебя спросить: что такое «ищейка»?

Глаза старца расширились, брови разгладились, затем сошлись снова, а затем снова поднялись в удивлении.

– Так. Так-так! Вот те на! – сначала он был серьёзен. Потом странно хохотнул и весело хлопнул рукой по столу. Затем снова насупился. – Так-так-так.

Он погрозил мне пальцем:

– А я ведь знал! Я всегда знал! Не зря я тебя гнал туда, ох не зря! Опыт! О-опыт!

– Дедуля? Ты всё-таки расскажешь? – жалобно мяукнула я.

– Я скажу тебе, что тебя ждёт жизнь с огромной ответственностью на твоих маленьких хрупких плечах. И это то, чего я для тебя всегда хотел! Ты будешь достойно нести имя нашего рода Ар-Раор!

ГЛАВА 2

На службу меня провожали в самом элитном клубе Нитер-Райи – «Индирего».

На мне было короткое платье из множества мягких и круглых металлических и стеклянных пластин. Слава Богу, они были супер легкими и не звенели при движении. Выглядело очень космично даже для тех, кто уже тысячи лет назад освоил космос. Вечеринку устроила Аннайна, и она обещала быть самым грандиозным тусовочным событием последнего полугодия.

Кайннан не отходил от меня почти весь вечер, и, кажется, порядком перебрал. Я выпила столько же, сколько он, но совершенно не могла опьянеть, хотя и очень пыталась. Я так и не могла расслабиться, не могла никому рассказать, что все это намного более серьезно, чем обычная служба ради галочки в дальнейшем политическом резюме. Что я практически себе не принадлежу, что могу вообще никогда не вернуться. Эта мысль вызвала во мне такую волну сопротивления, что я вдруг подумала. А что если я и правда не вернусь? Как же тогда Кайннан?

Когда он отправился за очередной порцией коктейлей, возле меня материализовался красивый татуированный парень, одетый очень модно, но явно очень дёшево. Странно, Аннайна обещала пригласить только знакомых.

– Не хочешь потанцевать, детка?

– Только если ты не будешь распускать руки!

Но парень не услышал меня, тут же обхватив за талию и довольно сильно прижав к своим бедрам, чтобы я точно прочувствовала, насколько сильно понравилась ему.

Это он зря. Кайннан уже вернулся и отреагировал тут же. А спорить с Кайннаном было совсем не нужно. Отпрыск рода потомственных военных, от генералов до командующих, вспрыскивающих себе симбионты и стероиды, сам он и без всяких стероидов получился просто отменным парнем. Я даже не поняла, как это произошло. Пока мы росли с ним вместе, с самого детства, в какой-то период времени я была выше него. Но однажды он вернулся из двухмесячного отпуска на Таригиу, и никто его просто не узнал. И всё же, для меня он всегда был другом детства. Довольно долгое время мы с ним общались очень мало, наши компании внезапно разделились по гендерному признаку, девочки общались девочками, парни с парнями, и он надолго выпал из зоны моего внимания.

Правда в последнее время, мы вновь объединились, и я стала видеть его чаще.

Сначала Кайннан молча отшвырнул своими огромными лапищами парня, который пролетел пару метров, задев еще несколько танцующих, и только потом вежливо сказал ему отвалить. Но тот оказался не понятливым.

– Кайн, не трогай его. Он просто пришёл сюда в поисках драки.

– Нет, милая, я кажется пришел сюда в поисках тебя. – Не унимался тот.

Кайннан жестом позвал охрану, удерживая наступающего парня, вытянутой вперед рукой. Я знала, почему он больше ни разу не ударил его. Кайннан запросто мог случайно убить его, но у него хватало мозгов и самообладания не делать этого в такой незначительной ситуации, чтобы потом его не затаскали по судам, а на репутации – не осталось несмываемое пятно, которое после придется усиленно затирать его семье.

– Угомонись, ннаэрго.

___

+ ннаэрго – оскорбительное слово для выходцев из низких слоев общества, которые хотят показать, что могут быть не хуже богатеев, используя для этого лишь внешний антураж и вызывающее поведение.

– Кайн! – укоризненно произнесла я, когда парня уже скрутили и повели к выходу. – У нас же есть свой кодекс! Мы не должны воспринимать людей так и тем более оскорблять их тому признаку, что у них нет денег или они родились где-то в районе Шагри.

– Да, я знаю. Прости, – он вернулся к якобы танцу, обняв меня за талию и прислонившись лбом к моей голове, – я не такой, ты же знаешь. Ты же знаешь моих друзей. Между прочим, Алгор из Шагри, и что? Он – мой лучший друг. Так что я просто, – он потёрся о мои волосы лицом, – просто хотел его оскорбить, чтобы не треснуть. Прости, Не знаю, вырвалось самое первое.

– Ладно. Ты немного перебрал, да?

– Ммм, – он отклонился и посмотрел на меня слегка замутненным взором. – Как я буду без тебя два года, а?

– Кайн, ты что? Мы не настолько близкие друзья, чтобы ты по мне скучал.

– Я хочу быть тебе больше, чем другом, а иначе зачем бы я попросил маму устроить нашу помолвку.

– Что? Это ты просил? Я думала. Я всегда думала они договорились сами.

– Неа, – он опять пьяно потерся об меня лицом, прижимая к себе еще сильнее.

И вдруг прикоснулся губами к моим губам. Легко, и тут же отстранился, оценивая мою реакцию. Я не могу сказать, что была настолько наивна, чтобы не думать об этом. Конечно, я думала, с того момента, как бабушка впервые сказала, что он – прекрасная кандидатура в мои мужья. Я все еще воспринимала его как друга детства, и именно это доверие, уверенность в нем, подтолкнули меня к согласию. Физически он был мне очень приятен. Особенно сейчас, когда вот так прижимался ко мне. Да, это было приятно.

И вновь меня пронзила острая мысль, а вдруг я сгину там, на этой дурацкой службе? Там было что-то про бездну. Вдруг я никогда не успею сблизиться с ним окончательно? Вдруг они ушлют меня в другие галактики, откуда я больше не вернусь? И я больше никогда не почувствую этих тёплых рук на своей талии, не увижу его восхищенного взгляда?

– Кайн? – я вопросительно посмотрела на него. И кажется, он все понял без слов, впившись в меня так, словно я была самым вкусным коктейлем из всех, которые он пил в своей жизни. Он проник в мой рот. Боже, его вкус был изумительным, или я все-таки начала пьянеть, что думаю так? Кажется, мы застонали почти одновременно, а потом смущенно захихикали, когда все вокруг нас уставились на это бесплатное кино.

– Эй народ, тут не порно-клуб. Может, уже уединитесь?

Кайннан вопросительно смотрел на меня, кажется, боясь спугнуть.

– Как тебе? – вместо этого спросила я. Он широко улыбнулся во все тридцать два зуба и повел меня к выходу.

Мы пришли в один из очень дорогих клубов, и по-совместительству – отелей, под названием «Обнажённая душа». Всю дорогу я решала, делать мне это или нет. С одной стороны, на заднем сидении его личного аэрокара Кайн постоянно подогревал мой интерес к этому важному шагу. С другой – был так деликатен, что мне хотелось, чтобы он, наконец, был уже понастойчивее. Думаю, несмотря на захмелевшее состояние, он всё рассчитал так, чтобы не оттолкнуть и не спугнуть меня.

Аэрокар остановился возле сияющей вывески на шестьдесят втором этаже небоскрёба, который теперь полностью принадлежал какому-то инопланетному высокопоставленному союзнику Гарайи.

Кайн не спешил выходить, хитро поглядывая на меня. В темноте аэрокара на наших лицах плясали неоновые огни горящего вокруг ночного города. Нашего с ним города.

– Готова? Ммм? – он всё ещё разыгрывал из себя беззаботного, чуть хмельного пьяного кота, но я уже видела, как яснеет его взгляд, и как, в действительности, напряженно ждет он моего ответа.

– Да.

Он резко открыл дверь и, взяв меня за руку, сильно, но аккуратно вытащил из машины.

Размашисто положив коммуникатор на стойку консьержа, он заявил:

– Люкс. Самый лучший.

– Особый случай? – консьерж попытался с нами заигрывать, но Кайн лишь высокомерно поднял бровь.

– Ты сегодня какой-то не любезный, – соблазнительно прошептала я ему на ухо.

– Я просто не хочу никому отдавать ни секунды нашего времени, – в тон мне прошептал он и укусил меня за мочку уха.

Номер оказался бесподобным. Я не знаю, кто занимался здесь дизайном, но мне кажется, он точно был не с этой планеты. Даже я, избалованная девица, по нескольку раз в год отдыхавшая на лучших курортах Гарайи, удивленно присвистнула.

– И этот номер совершенно случайно оказался здесь свободен? – спросила я.

– Видишь, нам благоволит сама судьба.

Кайн налил шампанского, и когда я залпом решила выбить бокал, он забрал его у меня на половине.

– Э,э, так. Тебе хватит. Я хочу, чтобы ты запомнила этот вечер, – он резко посерьезнел и убрал бокал в сторону, а затем скомандовал убрать верхнее освещение, оставив только несколько боковых ламп. – Ты волшебная. Я, я не знаю, как ты не замечаешь, насколько ты идеальная женщина.

Голос Кайна внезапно охрип.

– Ты воплощение мягкости, воспитания, доброты, удивительной сексуальности и, в то же время, чистоты. Когда я увидел это в тебе, уже ни на кого больше не смог смотреть. Я счастлив, что ты приняла меня.

Я замерла в удивлении. Даже не думала, что Кайн испытывает такие чувства. А может быть это были лишь предварительные ласки для моих ушей. Я не хотела разбираться, ведь я уже итак всё решила.

Я просто поцеловала Кайна, чтобы он больше не смущал мои чувства и перестал меня нахваливать. В ответ он застонал, и мы с ним вместе упали на кровать. А потом, потом он воплотил всем мои мечты, именно так, как мне хотелось. Разве может быть первый секс таким идеальным? Я слышала, что так бывает редко, но Кайн виртуозно провел меня по границе боли и наслаждения так, что смешавшись воедино, я уже не могла отличить одно от другого.

Интересно, со сколькими девицами он должен был переспать до меня, чтобы стать таким опытным и умелым, подумала я уже после и хихикнула. Странно, я поймала себя на мысли, что не почувствовала никакого укола ревности к тому, что было до меня. Прошлое остаётся в прошлом. Важно лишь будущее. Так дедушка всегда говорит.

– Слушай, я ведь тоже ещё официально не проходил военную подготовку, – вдруг сказал Кайн, когда, уставшие, мы лежали и смотрели в потолок. – Меня всему научил отец, когда я постоянно крутился рядом с ним во время службы.

– Кайн, ты же не думаешь отправиться со мной?

– Как раз сейчас подумываю.

– Перестань, на Зеваоне я буду всего лишь на пол года, а потом меня переведут в офисы Нитер-Райи. Ты же знаешь – всё это просто для галочки.

– За эти полгода тебя там кто-нибудь у меня уведет, – он сделал вид, что шутит. Но он не шутил. Я знала его очень хорошо.

– Перестань. Ты думаешь, кто-то сможет сравниться с тобой? – я решила потрафить его самолюбию, чтобы пресечь эти ревнивые разговоры. Лично я считала ревность – ниже своего достоинства и всегда думала, что основой отношений должна быть уверенность в своём партнере. Если ты в нем не уверен и постоянно его в чем-то подозреваешь, зачем тогда вообще строить семью на такой зыбкой болотистой почве? – меня просто научат там собирать плазмо-пистолет, и может быть, я, наконец, выучу воинские звания, иерархию и даже научусь отличать всех по шевронам.

Кайннан засмеялся, притянув меня к себе еще сильнее, хотя я и так лежала у него на плече.

С одной стороны, я понимала, что вру ему. С другой – искренне надеялась, что доктор Моар может оказаться просто сбрендившим психиатром, который уверовал в старые легенды, и сам начал говорить загадками.

– Эй, обещай, что будешь мне доверять?

Я не хотела, чтобы Кайннан тащился за мной. Во-первых, это странно и выглядело бы так, будто у него не было своих дел. Во-вторых, мне хотелось немного повзрослеть в непривычной для себе среде, вдали от всех, кого я знаю, и даже, как бы ни смешно это звучало, заматереть. И в самую последнюю очередь, я хотела сама выяснить, что означают загадочные легенды психиатра и дедули, и уже потом, если это что-то стоящее, рассказывать всем остальным. А если Кайннан будет гиперопекать меня, мне придется намного труднее.

Кайннан кивнул и начал тискать меня, словно плюшевого медведя. Я засмеялась.

ГЛАВА 3

Конечно, меня определили на самую не пыльную офисную работу – в Первую конфедеративную армию. Ту, где служил мой старший брат. Поначалу, я думала, что буду под его тёплым крылышком, на Гарат-Нигера, хотя бы на соседнем континенте Ларнея. Но, оказалось всё намного хуже. Чтобы не быть обвиненном в кумовстве и коррупции (Господи, они серьёзно? У нас всё общество было построено на родственных связях), меня определили в один из штабов Первой армии на Зеваоне.

Если честно, я подозреваю, что моё назначение сюда было заслугой моего дедули. Мне показалось, что он любыми средствами хочет вырвать меня из привычной среды и отправить подальше от столицы, моих друзьей и ночной жизни.

Хотя не так уж и далеко. Всего лишь соседняя планета. Конечно, здесь было скучно, жарко, очень индустриально и провинциально. Воинские части были больше похожи на какие-то двухэтажное склады, которые тянулись друг за другом бесконечными рядами. И всё это вперемежку с красными степями, пустынями, столообразными горами и редкой скудной растительностью.

Меня определили в женский корпус работать в офисе. Работа была не такой уж и бесполезной, я контролировала аналитические данные, предоставленные искусственным интеллектом, и исправляла их в случае, если он делал смысловые ошибки. Глядя на моё резюме, руководство не переставало говорить о моих аналитических способностях. Но я всегда была уверена, что они просто напросто нахваливали меня из-за моей фамилии положения в обществе.

В какой-то степени мне здесь даже понравилось. Эта провинциальность, размеренность, неторопливое течение жизни государственных контор, где никто и не думал напрягаться, где обед длился по два часа в день, где каждые десять минут все пили схиву, а каждые двадцать – выходили покурить. И даже звали меня с собой, хотя я никогда не увлекалась намеренным подрывом своего здоровья.

Я находила особое удовольствие в женских разговорах за соседними столами, сплетнях, даже в обсуждении сериалов и в ленивом жужжании офисных мух, которое было слышно, когда разговоры, наконец, затухали. Для меня все это было чем-то новым.

Наши разговоры и сплетни с подругами в столице очень сильно отличались от этих, и были какими-то более… более стервозными, чем эти. Я была очень удивлена, когда всё моё время внезапно заняла работа, когда оказалось, что мне не нужно бежать ни на какие вечеринки, или по магазинам, не нужно выбирать наряды, и заниматься организацией домашних праздников. Мне все было в диковинку, и в тоже время – очень уютно.

Мне выделили отдельную комнату на втором этаже двухэтажный женской казармы.

Окна выходили на бетонированный двор, который оказался задним выходом в нашем пищеблоке. На крыльце всегда болтали упитанные кухарки и прикармливали местных дворовых собак в количестве трёх штук. Объевшись остатков завтрака или ужина, собаки весь день дремали в тени пары невысоких пожухлых кустов, которые росли здесь же.