Терион. Сага о чести и долге

– Мудрая поговорка, – пробормотала она. – Вам счёт сейчас принести или после трапезы?

– Давайте сейчас. Мне действительно надо поспешать.

Служанка робко кивнула северянину и поспешно отошла от стола.

– И почему люди так реагируют на Ардус Валор? – пожал плечами Глэйд, приступая к трапезе.

Разумеется, ответа он так и не услышал. Ибо некому было отвечать.

Суп и второе оказались превосходными. Доедая салат, эррендиец уже решил было заказать ещё цыплёнка, а заодно – и что-нибудь к танну, но тут как-то совершенно неожиданно ему стало не до этого. Ибо обстановка в харчевне поменялась, и причём отнюдь не в лучшую сторону.

В помещение с шумом ввалилась компания из пяти оболтусов, причём каждый из пятерых был одет в довольно богатые одежды, что свидетельствовало о принадлежности их обладателей к местной элите. Ну да, конечно – сынки местных вельмож, причём явно дурно воспитанные. И вооружённые, вдобавок. Короткие прямые эльдеронские мечи и два огнестрела – надо полагать, для их обладателей это выглядело весьма круто.

Судя по всему, оболтусов тут знали. Рабочие, поспешно доев свой обед, оставив на столешнице монеты в качестве оплаты, быстро покинули харчевню, явно не желая связываться с пришедшими. Пожилой горожанин сделал вид, что ничего не заметил. А вот хозяин харчевни даже очень заметил – от взгляда Глэйда не укрылось то, что все служанки вмиг исчезли, а их место заняли двое дюжих молодцов, явно сыновей владельца «Стального колеса», на поясах которых висели короткие, но довольно внушительные дубинки из гуммита. Впрочем, против мечей и огнестрелов они смотрелись не очень убедительно.

Северянин едва заметно покачал головой, подумав про себя, что вот из-за таких идиотов и происходят потом всякие неприятные вещи. И здесь, судя по всему, именно такая ситуация и начинала складываться.

Оболтусы, ввалившись в харчевню, первым делом направились к стойке. Хозяин харчевни встретил их довольно почтительно, хотя и с изрядной долей настороженности. На стойке тут же появились большие деревянные кружки с пенящимся местным аналогом эррендийского эля, который, на вкус Глэйда, был довольно неплохим, хотя и не дотягивал до принятых в Эррендии стандартов. Хотя сам северянин довольно сдержанно относился к спиртному.

Компания, взяв кружки, принялась осматривать помещение. Глэйда удостоили внимательных взглядов, после чего до слуха ассасина донеслись некие довольно-таки оскорбительные для северянина выражения, но ему и не такое доводилось слышать в свой адрес, поэтому он просто сделал вид, что его всё это не касается. Хотя, если честно, у него почти сразу же после того, как он услышал произнесённые в его адрес слова, в ладонях возник зуд весьма определённого характера. Но прямо никто к нему не обращался и вроде как трогать его не собирался, поэтому Глэйд остался сидеть за своим столом, неторопливо потягивая ароматный танн.

Парочка, которая по какому-то неведомому Глэйду стечению обстоятельств осталась сидеть за своим столом, оказалась в центре внимания оболтусов. Вернее, в центре внимания оказалась молодая привлекательная девушка, одетая в длинное платье по последней местной моде. Пошушукавшись между собой, оболтусы, прихватив кружки с элем, направились к столу, за которым сидели молодые люди.

Глэйд тяжело вздохнул. Похоже было, что кого-то сегодня придётся научить хорошим манерам, хотя подобных типов уже было, на взгляд северянина, поздно чему-то учить. Но и допустить непотребство он тоже не мог. Каким-то особым благородством ассасин не страдал, однако у его народа было принято уважительное отношение к женщинам, которые суть матери, а разве можно оскорбительно относиться к матери? Нет. Так что с точки зрения морали и здравого смысла поступок Глэйда был вполне оправдан.

Раздолбаи, подойдя вальяжной походкой к столу, за которым сидела молодая пара, встали полукругом перед ним и принялись во весь голос обсуждать достоинства девушки, причём в таких выражениях, за которые любой эррендиец без раздумий проломил бы череп… ну, или выбил бы половину зубов. Так что в том, что последовало дальше, Глэйд не увидел ничего странного.

Спутник девушки от услышанного пришёл в очень скверное расположение духа и попытался восстановить справедливость. Однако всё дело ограничилось тем, что эльдеронец получил рукоятью меча по затылку и тихо сполз на пол, при этом его ещё и попинали немного. Так, для порядка. И чтобы не мешался под ногами.

Девушка вскрикнула и бросилась было на помощь своему другу, но её довольно грубовато усадили обратно за стол. Один из пятерых обалдуев, рослый детина с хорошо развитой мускулатурой и довольно правильными чертами лица, которое портили тонкие длинные усики, отпущенные явно по последней корвисской моде, и слегка туповатое выражение глаз, который явно был в этой компании за лидера, сел рядом с девушкой и что-то проговорил, наклоняясь к её уху. Та сильно покраснела от услышанного и сделала попытку выскользнуть из-за стола, но у неё ничего, разумеется, не получилось. Остальные оболтусы весело заржали, поддерживая морально своего предводителя.

Глэйд решил, что пора навести порядок, пока дело не приняло более неприятный для девушки оборот. К тому же, её друг уже начал приходить в себя и вполне мог наброситься на негодяев. А это уже было чревато для него довольно серьёзными неприятностями.

– Мне кажется, – сказал, подходя к столу, северянин, – что здесь всё-таки вполне приличное заведение, а не какой-то занюханный припортовый кабак, где подобное поведение вполне приемлемо. Вы так не считаете, господа?

– Ты ещё что за фрукт? – предводитель шайки удивлённо воззрился на Глэйда. – Тебе что, больше заняться нечем?

– Шёл бы ты лесом отсюда, приятель! – прогудел один из компании, худощавый невысокого роста парень с довольно неприятным лицом, на котором особенно выделялся кривоватый нос, будто обладатель его увлекался спортивным рукопашным боем. – Тебя сюда не звали!

– Да-да, вали отсюда! – присоединился к нему ещё один оболтус. Остальные двое с интересом уставились на эррендийца, оглядев того с головы до пят. Вооружение Глэйда, судя по их глазам, произвело на них впечатление. Во всяком случае, встревать в перепалку они явно не спешили. Возможно, мозгов у них было побольше, нежели у их дружков.

– Невежливо по отношению к незнакомому человеку! – усмехнулся Глэйд. – И уж тем более невежливо так себя вести по отношению к приличной девушке. Если гормоны через край хлещут – найди себе шлюху за пару серебряных монет и развлекайся с ней, сколько сможешь. А девушку оставь в покое.

– Что ты сказал, гнида?! – прошипел предводитель компании. – Да за такие слова я тебя на месте..!

– Очень сильно в этом сомневаюсь, – спокойно отозвался Глэйд. – Не дорос ты ещё до этого.

– Чего?! – проревел детина, вскакивая на ноги и хватаясь за рукоять своего меча. Северянин же стоял спокойно и никак не реагировал на ситуацию, просто стоял и смотрел на парня. И тот, судя по всему, решил, что он вполне может разделаться с незваным защитником.

Меч выскользнул из ножен и устремился в направлении грудной клетки северянина. Владел им детина действительно неплохо – либо папаша был нанявши для своего непутёвого отпрыска хорошего учителя фехтования, либо парень самостоятельно упражнялся с холодным оружием. Может быть, для местных он и слыл мастером-фехтовальщиком, но для взгляда Глэйда его движения были довольно неуклюжими. Во всяком случае, за то время, что детина вскакивал из-за стола и выхватывал свой меч, северянин смог бы убить его раз пять, причём пятью разными способами. Эррендиец просто стоял на месте и следил за движением руки с мечом, а потом сделал то, что привык делать в подобных условиях. То есть, когда ему приходилось сражаться с вооружённым противником голыми руками. Бывало и такое.

Детина уже видел невесть откуда взявшегося странноватого типа с торчащим из его грудной клетки лезвием своего меча, поэтому на его лице возникла самодовольная усмешка. Впрочем, через секунду она сменилась на выражение неподдельного изумления. Тип, взявший на себя роль защитника девушки, внезапно словно испарился. То есть – в буквальном смысле исчез из поля зрения. А невесть откуда взявшийся сильный порыв ветра толкнул парня в спину, отчего тот потерял равновесие и неуклюже прокосолапил в направлении середины обеденного зала, где и растянулся во весь рост, не выпустив, впрочем, рукояти меча из ладони.

– Споткнулся? – раздался за его спиной тихий насмешливый голос Глэйда. – Это иногда бывает. Только в реальном бою ты бы уже валялся на земле с перерезанной глоткой. Но у нас сейчас не реальный бой, а самая обычная трактирная потасовка, да простит меня за такое выражение хозяин сего достопочтенного заведения.

– Ты совсем чокнутый? – прохрипел эльдеронец, поднимаясь на ноги и оборачиваясь к Глэйду. – Ты хоть знаешь, на кого руку поднял?! На рудники захотел?!

– На данный момент работа подобного рода меня не интересует, – невозмутимо отозвался эррендиец.

– Чего?! – вытаращил глаза детина, изумлённо таращась на северянина. – Ты тупой или как?! Я Агуро Бранкс, сын герцога Валека Бранкса! По законам королевства…

– Про закон вспомнил? – Глэйд сверкнул глазами. – А твоё собственное поведение вписывается в рамки этих самых законов?! Или сыну герцога всё с рук сойдёт?

Выдав неразборчивую тираду, в которой из приличных слов можно было разобрать только междометия, эльдеронец ринулся на Глэйда, явно горя желанием прибить наглого незнакомца на месте. Северянин спокойно стоял на месте и с усмешкой наблюдал за действиями герцогского отпрыска, а потом сделал шаг ему навстречу и чуть в сторону, не вынимая при этом хьялтар из ножен. За дальнейшим никто из дружков Агуро Бранкса так и не смог проследить, настолько быстро всё произошло. Показалось, будто тот отчего-то споткнулся на совершенно ровном месте и описал полукруг, врезавшись в один из опорных столбов, при этом его меч неким непонятным образом перекочевал в руку Глэйда.

– Если ты будешь продолжать в том же духе, то твой отец увидит тебя в морге, – услышали все ровный невозмутимый голос эррендийца. – Мне бы не хотелось до этого доводить дело, тем более, что я здесь вовсе не для этого нахожусь.

– Может, в морге окажешься ты?! – прорычал Агуро, морщась от боли. – Парни – вы чего стоите?! Струсили, что ли?!

– Агуро – может, не стоит доводить дело до смертоубийства? – несмело произнёс один из дружков Бранкса. – Парень явно знает толк в драке…

– И что? Предлагаете спустить ему с рук подобное поведение?

– А ты предпочтёшь получить меч под рёбра? – отозвался тот же самый парень. – Мы ведь даже не знаем, с кем имеем дело!

– Да он простой проходимец, умеющий драться – вот и всё!

– Но драться как положено!

– Я его уделаю всё равно! – оскалился Агуро. – Падла, на меня руку поднял! Да я ему обе руки отрублю нахрен!

– Ты в этом уверен? – усмехнулся Глэйд.

– Рискни – узнаешь! – последовал ответ.

– А процедуру кремации ты уже для себя забронировал? – поинтересовался ассасин.

– Ах, ты..!

Агуро Бранкс однозначно не относился к категории здравомыслящих людей, потому как любой другой на его месте уже задумался бы над тем, стоит ли вообще продолжать ссору с тем, кто так легко лишил тебя твоего же собственного меча. Эльдеронец, упрямо мотнув головой, бросился на спокойно стоявшего Глэйда, подхватив по пути с одного из столиков массивный графин с минеральной водой, явно собираясь этим самым графином разбить голову северянина.

На сей раз всё произошло очень быстро. И очень болезненно для Агуро. Эррендиец просто-напросто перехватил у того графин и, не мудрствуя лукаво, разбил его об его голову. Затем перехватил начавшее падать тело и отшвырнул прочь, при этом герцогский отпрыск снова приложился о тот же самый опорный столб, на сей раз спиной.

– Ещё есть желающие подискутировать? – Глэйд обвёл взглядом дружков Агуро. Те лишь хмуро взирали на эррендийца, не решаясь, однако, вступаться за своего предводителя. – Вот и молодцы. Будете и дальше такими умными – проживёте достаточно, чтобы увидеть собственных детей. А может, и внуков.

С невозмутимым видом прошествовав к столу, за которым он сидел до этого, Глэйд подхватил со стула плащ и, порывшись в карманах камзола, вынул оттуда золотую монету достоинством в два эррендийских крида.

– Это за причинённое беспокойство и за обед, почтенный, – проговорил Глэйд, обращаясь к хозяину харчевни, кладя монету на стойку. – Полагаю, этого вполне достаточно.

И, не произнеся более ни слова, быстро вышел из обеденного зала, ни на кого не обращая внимания.

По идущему параллельно грунтовой дороге для всадников базалитовому шоссе для самоходов, отделённому от неё узкой полосой кустарника, то и дело проносились тяжелогружённые тягачи и грузовые фургоны. Временами сквозь переплетения ветвей кустарника виднелись силуэты движущихся мобилей, но их количество в общем потоке явно уступало грузовикам. Последних становилось всё больше и больше, что, впрочем, было неудивительно – дорога приближалась к узловой станции железной дороги Маршон, где сходились сразу четыре линии, объединяясь в одну, идущую к Тервано. Многие грузы перегружались на перевалочном терминале станции с самоходов на грузовые железнодорожные составы для дальнейшего следования к побережью.

– Готов поставить десять золотых кридов на то, что Дживв попытается оторваться от преследования именно в Маршоне, Ксар, – проговорил Глэйд, мерно покачиваясь в седле, с каждым мгновением приближаясь к узловой станции железной дороги. – Всё-таки верхом добираться до Тервано не очень удобно, а в Маршоне он сможет пересесть на поезд или омнибус. Думаю, что ханариец сейчас находится в одном из постоялых дворов Маршона. Причём, скорее всего, вблизи одного из вокзалов. И если я прав – а я в таких вопросах редко ошибаюсь – то мы его тут и возьмём.

Ксаран фыркнул и прянул ушами, будто отвечая своему хозяину.

– Вот только что нам делать с конкуренткой? – Глэйд проводил взглядом обогнавшего его всадника, с головы до пят закутанного в длиннополый коричневый плащ, явно куда-то очень торопящегося. – Мы ведь даже не знаем, кто она такая и с какой целью охотится на Дживва. Всё, что у нас есть по ней, это то, что она, возможно, является уроженкой Иллии и что она вооружена довольно неплохо, причём она имеет при себе аффинорский огнестрел. Этого недостаточно для построения полной картины. Кто и с какой целью нанял её? Где ещё успел наследить ханариец? Вот что меня интересует, Ксар… Ладно, со всем этим будем разбираться, когда доберёмся до Дживва.

Движение на автомагистрали в окрестностях Маршона было довольно оживлённым, поэтому грунтовая дорога для конных путников не пересекалась с шоссе на одном уровне, а поднималась на карфовую эстакаду, по которой пересекала шоссе и с которой спускалась прямо к одному из постоялых дворов, над которым виднелась искусно изготовленная из покрытых влагостойким составом деревянных панелей вывеска, подсвеченная снизу электрическими лампами. Надпись на ней была очень умело выжжена дуговым резаком, причём на двух языках – эльдеронском и пангале.

– «Калихарский пандрал», – прочитал название постоялого двора Глэйд. – Хм… Мне вот интересно, его хозяин видел хотя бы на визиграфии эту хреновину? Про то, чтобы в натуре видеть, я уж молчу – тогда он вряд ли смог бы открыть своё дело. Но это к делу не относится… кхм…

Спустившись с эстакады, Глэйд подъехал к коновязи и, спешившись, сноровисто привязал коня, затем, закрепив между собой и упряжью перекинутые через круп коня дорожные сумки специальным замком, направился ко входу в постоялый двор.

Вдоль ограды неторопливо прошелестел шинами омнибус, направляясь к расположенной в сотне метрах пассажирской станции. Северянин довольно хмыкнул – получалось, что Дживв вполне мог ошиваться именно в «Пандрале». Насколько мог судить эррендиец, исходя из карты Маршона в «Путеводителе», железнодорожная станция находилась на противоположном конце города, примерно минутах в сорока-сорока пяти езды на лошади. Однако для начала следовало проверить этот постоялый двор.

Войдя внутрь четырёхэтажного строения из карфовых панелей, Глэйд оказался внутри большого холла, пол которого был устлан синтетическими коврами местного производства, а само помещение ярко освещалось свисающими с потолка на ажурных серебряных цепях электрическими лампами накаливания. За стойкой регистрации посетителей восседал дородный эльдеронец в строгом деловом костюме, в данную минуту что-то внимательно изучающий в лежащей перед ним канцелярской книге. Четверо его помощников располагались по обе стороны от него, всем своим видом показывая деловую озабоченность. Впрочем, посетителей здесь было и вправду немало, так что работой все пятеро явно были обеспечены.

Протолкавшись сквозь толпу, Глэйд подошёл к стойке и жестом подозвал к себе свободного клерка.

– Слушаю вас, – сказал тот на пангале, подходя к северянину. – Изволите комнату?

– А они есть? – спросил эррендиец. – А то, как я погляжу, народу тут предостаточно.

– Есть ещё несколько свободных, – отозвался эльдеронец. – Правда, не из самых лучших, но, в принципе, у нас нет плохих комнат.

– Нормально, – кивнул Глэйд, доставая из кармана камзола визиграфию. – Скажите, любезный – вы не видели здесь вот этого человека?

Клерк вгляделся в визиграфию, потом перевёл взгляд на Глэйда. Всмотрелся в брошь, фиксирующую плащ.

– Гм… – он на мгновенье задумался. – Это не причинит некий ущерб нашему почтенному заведению?

– Этот мерзавец – всего лишь мелкий мошенник, совершивший некое преступное действие по отношению к одному достойному вельможе, – сказал Глэйд, убирая визиграфию обратно во внутренний карман камзола. – Я всего лишь хочу вернуть истинному владельцу то, что принадлежит ему по праву… и заодно вора. Так что, полагаю, особого вреда я вашему заведению не причиню.

– Ну, слову Ардус Валор можно верить, – проговорил клерк. – Хорошо… Третий этаж, комната триста двадцать два.

– Спасибо, любезный, – кивнул Глэйд и повернулся к стойке спиной, чтобы уйти.

– Вы бы поторопились, – услышал он за спиной. – Не вы первый, кто интересуется этим парнем.

Эррендиец обернулся и с минуту молча глядел на клерка спокойным взглядом. Потом как-то странно усмехнулся.

– Понятно… Ну, на месте будет видно.

И, не сказав более ни слова, направился к ведущей на верхние этажи широкой лестнице.

Если чутьё его не подводило, сейчас Шадена Дживва уже могли вязать. Вот только кто и зачем? Этого Глэйд пока понять не мог. Но некое подспудное чутьё говорило северянину, что что-то здесь не так. Но вот что именно не так – Глэйд не мог сказать. Пока, во всяком случае.

Поднявшись на третий этаж, эррендиец оказался в просторном полукруглом холле, пол которого был устлан всё тем же синтетическим ковром, который сейчас усердно чистил работник постоялого двора, используя для этого рэндский бытовой пылесборник. Мимо Глэйда быстро прошли двое мужчин в традиционных одеяниях треллусских храмовников, но более никого ему на глаза не попалось.

Хмыкнув, ассасин быстро оглядел двери номеров. Установив систему их расположения, он уверенно направился направо, переходя в боевой режим.

Комната под номером «322» обнаружилась за первым же поворотом коридора. И то, что её дверь была плотно закрыта, ровным счётом ничего не значило. Та, кто охотилась за ханарийцем по неизвестной Глэйду причине, могла уже находиться внутри номера. В таком случае, задача северянина несколько усложнялась. Схватка с конкуренткой в его планы совсем не входила. Но и просто так сдать ей Дживва он, как ассасин Братства Ардус Валор, не мог.

Подойдя к деревянной двери, Глэйд быстро огляделся по сторонам, после чего приложил ухо к дверным панелям. Некий слабый звук, донёсшийся из-за двери, вызвал лёгкую улыбку на лице северянина. Значит, в этой гонке он всё-таки пересёк линию финиша вторым. Ладно, это дело поправимое.

Он осторожно тронул дверную ручку. Заперто, что вполне естественно. Глэйд, разумеется, мог без проблем высадить дверь, однако, во-первых, это было бы глупо, так как неизвестно, что происходит внутри номера и сколько там человек присутствует, а во-вторых, он обещал клерку, что не станет без надобности чинить ущерб постоялому двору. Можно влезть в окно, но для этого придётся сделать солидный крюк по коридору и потом ещё такой же – по проходящему вдоль внешней стены здания парапету. А это, как ни крути, солидная потеря времени. Значит, надо пробовать открыть дверь. Одно дело, если она просто заперта – даже наличие ключа в замочной скважине для Глэйда не представляло серьёзную проблему, хотя в этом случае отпирание заняло бы лишних секунд двадцать-тридцать. И совсем другое – если она заблокирована изнутри чем-нибудь. Например, стулом. Тогда придётся её просто вышибать.

Эррендиец вынул из кармана набор отмычек, перебрал их и, выбрав подходящую, аккуратно ввёл её в замочную скважину. Довольно хмыкнул – дверь была заперта, но ключ в замок вставить не догадались. Что ж, это несколько упрощало задачу ассасина.

Отмычка совершила несколько точных выверенных движений, после чего Глэйд так же осторожно вынул её из замочной скважины и убрал набор обратно в карман. Медленно повернул дверную ручку и чуть приотворил дверь, одним глазом заглядывая в комнату.

Шаден Дживв был там. И не один. Собеседницу ханарийца северянин не видел, так как дверь была недостаточно открыта, но вот голос её был слышен. Говорила незнакомка на пангале, и в голосе её явно слышались сердитые нотки. Дживв что-то пытался ей отвечать, но ему не очень это удавалось, так как незнакомка постоянно его перебивала.

Пора, решил про себя Глэйд. В конце концов, он сюда не за тем явился, чтобы подслушивать разговор ханарийского пройдохи и своей конкурентки.

– Я, конечно, извиняюсь, что являюсь сюда без приглашения, – проговорил Глэйд на пангале, резко распахивая дверь и входя в комнату, закрывая дверь пинком ноги, – но этот мерзавец является моим призом. Так что прошу оставить ваши намерения при себе, госпожа.

Незнакомка резко обернулась и Глэйд остановился, будто с ходу налетел на кирпичную стену. И дело было совсем не в том, что незнакомка оказалась довольно красивой молодой женщиной лет примерно тридцати, одетой в нечто действительно похожее на форму лучника иллийской гвардии. Направленное на эррендийца дуло аффинорского автоматического пистолета – довольно серьёзное препятствие, вы так не считаете? А ловить или отбивать мечом пули Глэйд не умел.

Ростом почти на голову ниже Глэйда, с правильными чертами лица и хорошей фигурой, незнакомка была и вправду одета в нечто наподобие формы иллийского гвардейского лучника, но без ранговых нашивок. Длинные светлые волосы были расчёсаны на пробор и ниспадали на плечи эдаким струящимся водопадом. Чертами лица незнакомка походила на уроженку Иллии, хотя тут Глэйд мог и ошибаться – иллийцы, салиарцы и тронгийцы были схожи между собой цветом кожи, поэтому он не мог с уверенностью утверждать, что незнакомка была родом из Иллии. Карие глаза внимательно смотрели на эррендийца, правая рука уверенно держала пистолет, чей ствол был направлен северянину прямёхонько в переносицу. Из-за спины незнакомки торчала длинная рукоять иллийского меча – хайндэра, который более подошёл бы солдату иллийской королевской гвардии, чем женщине. Однако Глэйд мог бы поклясться арвеном Велем, что мечом незнакомка владеет мастерски – чутьё на подобные вещи его практически никогда не подводило. Лук и колчан со стрелами торчали из-за левого плеча, более никакого оружия Глэйд не заметил. Ну, если не считать таковым тяжёлый боевой нож иллийской морской пехоты, но подобные «ковырялки» северянин не очень-то и признавал.

– А какое у тебя дело к этому придурку? – проговорила незнакомка всё на том же пангале. Голос у неё оказался довольно приятным и мелодичным. – Судя по твоей внешности, ты из Ардус Валор. Неужто Братство интересуют такие типы?

– Такие типы интересуют одного очень сердитого корвисского герцога, – произнеся эти слова, эррендиец посмотрел на Дживва. Тот, похоже, понял, кто послал по его душу ассасина Братства, и как-то сразу сник. Определённо, придурком ханариец не был, ибо сразу же сопоставил свои возможности с возможностями Глэйда. Сравнение явно выходило не в его пользу. – По двум причинам, которые тебя не касаются.

– О, мы уже перешли на «ты»? – насмешливо произнесла незнакомка.

– Не я первый тыкать начал, вообще-то.

Глэйд равнодушно скользнул взглядом куда-то мимо правого плеча женщины, и та на секунду отвлеклась. На секунду – но этого вполне хватило северянину для того, чтобы движением, схожем с тем, которым мерканская плюющаяся кобра хватает добычу, вырвать пистолет из руки незнакомки.

– Ой! – только и успела вскрикнуть она.

– Ой, – подтвердил эррендиец, наведя чёрный воронёный ствол на собеседницу. – Интересная вещица, кстати. Аффинорская. Откуда она у вас?