КРИНЖ МОЕЙ ЖИЗНИ: как я влюбилась в идеального мужчину и познакомилась с его мамой

Глава 1

«Он был идеален, и это должно было меня насторожить»

В тот день дождь шёл так, будто небо узнало обо всех моих жизненных решениях и решило:

— Девочка, тебе надо остыть.

Я стояла на остановке, мокрая, злая и немного похожая на забытый пакет с укропом. Волосы прилипли к щекам, тушь решила начать новую жизнь отдельно от ресниц, а белые кроссовки, которые утром казались отличной идеей, теперь выглядели так, будто прошли войну, развод и ипотеку.

Автобус, конечно, не ехал.

Потому что автобусы чувствуют, когда ты опаздываешь, и специально превращаются в легенду.

Я проверила телефон — 18:47. Зарядки оставалось 9%. Настроения — минус 300. В сумке лежал банан, который я взяла на перекус, но он уже превратился в биологическое оружие. И в этот момент я подумала:

Ну всё. Вот она, моя взрослая жизнь. Мокрая остановка, мёртвый телефон и банан с характером.

И тут рядом со мной появился он.

Не подошёл — именно появился. Как в плохих романтических фильмах, где мужчина возникает из дождя с лицом человека, у которого никогда не бывало проблем с налоговой.

Высокий. В тёмном пальто. С аккуратной щетиной. С зонтом.

Не просто с зонтом — с большим чёрным зонтом, под которым можно было спрятать не только меня, но и все мои комплексы, кредиты и неудачные переписки с бывшими.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

Не мерзко. Не самодовольно. Не как мужчина, который сейчас скажет: Девушка, а вашей маме зять не нужен?

Нет.

Он улыбнулся так, будто всю жизнь репетировал эту сцену перед зеркалом, а потом наконец дождался дождя, остановки и меня — в состоянии мокрой катастрофы.

— Вы промокли, — сказал он.

Гениальное наблюдение. Шерлок Холмс в пальто.

Я хотела ответить что-то вроде:

— Нет, я просто решила стать аквариумом.

Но вместо этого выдала:

— Немного.

Немного — это когда капля попала на рукав.

А я выглядела так, будто меня поливали из пожарного шланга за грехи всех женщин моего рода.

Он чуть наклонил зонт в мою сторону.

— Встаньте ближе. А то заболеете.

Вот тут я должна была насторожиться. Потому что нормальный мужчина на остановке обычно делает вид, что тебя не существует, смотрит в телефон и страдает молча. А этот не только заметил, что я мокрая, но ещё и предложил место под зонтом.

Мой внутренний голос сказал:

Подозрительно.

Но мой внешний организм, который уже начал превращаться в холодец, сказал:

Иди под зонт, дура.

Я шагнула ближе.

От него пахло чем-то приятным. Не туалетной водой Я альфа-самец у метро, не сигаретами, не энергетиком, а чистой одеждой, свежестью и чем-то древесным. Так пахнут мужчины в рекламах банков, которые обещают стабильность, но потом списывают комиссию.

— Спасибо, — сказала я.

— Не за что. Меня, кстати, Артём зовут.

— Лера.

— Очень приятно, Лера.

Он произнёс моё имя так, будто оно было не просто имя, а пароль от тайной комнаты с шампанским и нормальной самооценкой.

Мы стояли под одним зонтом. Дождь шумел вокруг. Машины проезжали мимо, брызгая водой на бордюр. На остановке рядом с нами бабушка в прозрачном дождевике смотрела на нас с выражением лица: Ну всё, сейчас замуж выйдет.

И знаете, что самое страшное?

Я тоже так подумала.

Не прям замуж. Я не настолько безумная. Но где-то глубоко внутри моей уставшей от приложений для знакомств души тихо щёлкнуло:

А вдруг?

Артём спросил, далеко ли мне ехать. Я сказала, что до центра. Он ответил, что ему тоже. Конечно же. Потому что судьба в такие моменты работает нагло и без стыда.

Автобус так и не приехал.

Зато приехало такси, которое он вызвал.

— Поехали, подвезу, — сказал он. — Всё равно в одну сторону.

И вот тут любая здравомыслящая женщина должна была сказать:

Спасибо, я лучше подожду автобус, который, возможно, существует только в мифах.

Но я была мокрая. Уставшая. И, честно говоря, он выглядел слишком прилично, чтобы быть маньяком. Хотя, как позже показала жизнь, не все опасные мужчины прячутся в подвалах. Некоторые носят хорошее пальто, оплачивают такси и говорят: Мама переживает.

Я села в машину.

Он не пытался меня трогать. Не задавал странных вопросов. Не рассказывал, что все женщины меркантильные. Не сообщил, что он на самом деле очень сложный человек. Не спросил, сколько я зарабатываю и умею ли я готовить.

Он просто разговаривал.

Нормально. Спокойно. С интересом.

Это было настолько необычно, что я начала подозревать подвох.

— Ты всегда спасаешь женщин на остановках? — спросила я.

— Только по четвергам, — ответил он. — По средам я спасаю котят, а по пятницам — репутацию друзей после корпоративов.

Я засмеялась.

И, что особенно обидно, засмеялась искренне.

Он был смешной. Не клоунски. Не сейчас расскажу анекдот про тёщу. А легко. Умно. Без попытки доказать, что он самый остроумный человек в машине.

Мы доехали до моего района. Он вышел первым, открыл мне дверь и снова накрыл зонтом.

— Можно я тебе напишу? — спросил он.

Я даже удивилась.

Не дай номер. Не ну что, красотка, спишемся. А именно: можно?

Уважение. Вежливость. Красивые руки. Большой зонт.

Комбо, против которого у меня не было иммунитета.

Я дала ему номер.

Когда я поднялась домой, сняла мокрую одежду и посмотрела в зеркало, стало ясно: если он после этого мне напишет — значит, у него либо очень богатое воображение, либо проблемы со зрением, либо судьба всё-таки существует.

Он написал через двадцать минут.

Артём:

Лера, надеюсь, ты уже дома и в сухом. Спасибо за компанию под дождём. С тобой приятно молчать и разговаривать.

Я смотрела на сообщение и улыбалась как идиотка.

С тобой приятно молчать и разговаривать.

Ну кто так пишет? Где он учился? На курсах Как стать причиной женских ошибок?

Я ответила:

Я:

Я дома. Сухая. Почти человек. Спасибо за спасение.

Он прислал смеющийся смайлик. Не десять. Не набор из огня, роз и подмигивающих лиц. Один. Умеренный. Адекватный.

Это тоже подкупало.

Следующие дни мы переписывались.

Он писал первым, но не душил сообщениями. Интересовался, как прошёл день, но не требовал отчёта в формате: где была, с кем, почему онлайн и не отвечаешь. Шутил, присылал музыку, спрашивал про книги, помнил мелочи.

Я однажды сказала, что люблю кофе с корицей, но ненавижу, когда её сыплют слишком много. Через два дня он принёс мне кофе и сказал:

— Я попросил чуть-чуть корицы. Не как снегопад, а как намёк.

Ну как тут не влюбиться?

Моя подруга Ксюша, выслушав всё это, сказала:

— Лер, будь осторожна. Мужчина, который сразу слишком хороший, может оказаться либо женатым, либо психом, либо сыном своей мамы.

Я тогда рассмеялась.

— Почему сразу сыном мамы?

Ксюша посмотрела на меня так, будто я уже стою в свадебном платье посреди горящего ЗАГСа.

— Потому что нормальные мужчины тоже любят мам, но не делают из этого религию.

Я отмахнулась.

Мне казалось, она просто драматизирует. Ксюша вообще любила видеть красные флаги там, где другие видели шарфики.

Артём пригласил меня на свидание в маленькое итальянское кафе. Не пафосное, не с меню на языке, который даже официант произносит с болью, а уютное: свечи, паста, тихая музыка, официанты без выражения вы нам мешаете.

Он пришёл вовремя.

С цветами.

Не с огромным веником роз, после которого чувствуешь себя виноватой и обязанной родить ему сына, а с небольшим букетом полевых цветов.

— Не знаю, какие ты любишь, — сказал он. — Поэтому взял те, которые не выглядят агрессивно.

Я снова засмеялась.

Мы говорили три часа.

Обо всём.

О детстве, работе, фильмах, путешествиях, страхах. Он слушал. Реально слушал. Не ждал своей очереди говорить. Не перебивал. Не превращал каждую мою историю в свою.

Когда я рассказывала, как однажды на работе случайно отправила начальнику сообщение он опять орёт как чайник, а потом поняла, что отправила это самому начальнику, Артём смеялся так, что у него выступили слёзы.

— И что он? — спросил он.

— Ответил: Чайник понял. Зайдите.

Артём закрыл лицо руками и сказал:

— Всё. Я официально восхищён твоей выживаемостью.

Мне было легко.

И вот это было самое опасное.

Потому что когда рядом с человеком легко, ты начинаешь расслабляться. А когда расслабляешься — перестаёшь замечать, как из кустов медленно выползает кринж.

На втором свидании он повёл меня в парк. Было тепло, пахло липой и сахарной ватой. Мы ели мороженое, которое таяло быстрее, чем мои сомнения.

Он рассказал, что работает архитектором. Что любит порядок. Что у него есть младшая сестра. Что он не пьёт почти совсем. Что не любит клубы. Что мечтает о доме за городом.

— С камином? — спросила я.

— Обязательно. И с большой кухней.

— Ты готовишь?

— Да. Но редко.

— Почему?

Он улыбнулся.

— Потому что мама готовит лучше всех.

Тогда это прозвучало мило.

Правда.

Ну любит человек мамину еду. Что в этом такого? У всех есть мама. У многих мамы готовят. У некоторых даже вкусно. Я не увидела в этой фразе ничего страшного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.