Жених с подвохом

Глава 1

— Александра, Саша! – кто-то громко меня окликнул. Я просто брела по вечернему городу, машины проносились со свистом, а то и с гулом мимо меня. Фонари давно уже зажглись, освещая серые безликие многоэтажки. Мне было тоскливо, и казалось, что пустоту, которая возникала в моменты одиночества, уже ничем не перекрыть: ни музыкой в наушниках, ни шумом живого города. А тут звонкий пронзительный голос:

— Александра, Саша! Я обернулась, мой взгляд пробежал по фигуре человека. Это был мужчина, ни мальчик, ни парень, а именно мужчина: широкий разворот плеч, очертания сильных рук проглядывались через одежду, уверенная стойка.

«Чёрт», — подумалось мне, и тут же вспомнились слова бабушки: «Зря не чертыхайся». От этого ещё раз захотелось чертыхнуться, но я сдержалась и стала быстро соображать, что это за тип и что ему нужно.

Мужчина неспешно подошел, у него были широкие скулы, которые обрамляли и без того красивое лицо, мягкий, красиво очерченный рот, широко распахнутые глаза. Я бы чертыхнулась ещё раз, так как внутри что-то затрепетало и румянец предательски пополз по щекам. «Это ещё что такое? Я впервые этого мужчину вижу!» – возмущенно проговорила у себя в голове. И потянулась руками к щекам, чтобы скрыть этот конфуз от незнакомца. Мужчина подошел ближе и продолжил:

— Добрый вечер, Александра. Извините, что пришлось вас окликнуть, но из-за шума автомобилей вы меня явно не услышали бы. Кто это ещё такой, препод, что ли? Я вроде всё сдала, зачем же ему меня искать? Знакомых с такой внешностью тоже не припоминаю.

— Здравствуйте, – сказала я робко.

— Саша, я понимаю, что мы с вами близко незнакомы, но не уделите ли вы мне немного времени? – продолжил он. Я молчала, обдумывая его предложение, а потом ответила:

– Да.

– Тогда пройдемте со мной? – как-то подозрительно продолжил он.

Нет, нет… Я с тобой, то есть с вами никуда не пойду, бабушка не зря меня учила с незнакомыми не разговаривать, – быстро пронеслось в моей голове.

— Нет, вы правильно сказали, мы незнакомы. Я с вами никуда не пойду, – твердо отрезала я.

— И вы будете совершенно правы, но позвольте мне всё объяснить, – парировал он. И потянулся к моей руке.

— Это ещё что такое? – возмущенно буркнула я. Негодование и паника поглотили меня. Решение нашлось само собой! Пора бежать, чем быстрее, тем лучше! Вывернулась из рук незнакомца и побежала куда глаза глядят. В спину я услышала:

— Саша, постойте! Дайте мне всё объяснить! Наверное, стоило выслушать объяснения, но я ещё прибавила ходу. Скакала по улице, как сумасшедшая, вскидывала руки и выкрикивала что-то неразборчивое. От этого прохожие разбегались и вжимались в стены домов, а этот непонятный тип не отставал ни на шаг и продолжал меня звать. Мне это очень не нравилось. И сумка, которая болталась у меня за спиной, постоянно хлестала по ногам, отчего хотелось её выбросить.

Точно! Выбросить. Это я и сделала. Сняла с плеча толстый вязаный ремень и швырнула сумку в сторону догонявшего. Не знаю, дало ли мне это время, но вбежать в подъезд старого двухэтажного дома, где раньше жила моя бабушка, и подняться на чердак, где я пряталась в детстве, позволило. Я часто прогуливалась вечером в этом районе, чтобы обязательно пройти мимо этого дома. Мне всегда было хорошо в квартире бабушки, это было небольшое уютное гнездышко. Когда я была маленькой, бабушка укладывала меня рядом с собой на диване, а когда я подросла, бабуля раскладывала мне раскладушку на кухне. Лучшего собеседника, чем моя бабушка, было не найти. С ней можно было поговорить на любую тему. Казалось, что она знает обо всём, хотя была обычным рабочим на заводе, пекла хлеб. Когда завод закрыли, она была уже на пенсии, но все равно переживала за своё дело, за людей, оставшихся без работы. Почти год назад её не стало, не стало части меня. Боль не ушла, а только стала сильнее. Сейчас я понимаю, что больше её нет, что она не уехала в другой город, что она никогда уже не даст мне совет и не ответит на мои вопросы.

Я влетела на чердак. Было темно, дала время глазам, чтобы привыкнуть, прошла вглубь, туда, где обычно хранился хлам — то, что не влезало в квартиры жильцов. Многие из них переезжали, умирали, а хлам оставался здесь, о нём забывали. В полумраке, который давало чердачное окно, можно было разглядеть густо покрытый пылью разобранный рояль. Раньше звуки этого инструмента доносились от соседей сверху, их внук учился в музыкальной школе. И каждый четверг, и вторник он безжалостно стучал по клавишам так, что хотелось прищемить крышкой этого же рояля его пальцы. Рядом с роялем лежали картонные коробки с книгами. Эти коробки появились здесь достаточно давно. Так давно, что из листов этих книг мы складывали самолетики, выпускали их через чердачное окно и смотрели, у кого улетит дальше. Однажды за такую проделку бабушка меня серьезно наказала.

Ещё с соседскими ребятами мы любили играть в прятки, и обязательно кто-нибудь прятался на этом чердаке. Было весело. Иногда я пряталась за входной дверью с небольшой щелью, в которую наблюдала за всем происходящим на чердаке. И меня особенно веселило, когда водящий пытался найти кого-нибудь, вбегал на чердак и, не подавая вида, что ничего не видит, говорил:

— Стуки-стуки, вижу. Некоторые ребята поддавались на этот блеф и выбегали. А я сидела до последнего. Как-то раз мы играли с мальчишкой из соседнего двора. Его мы не знали, но приняли в игру. Меня он нашёл сразу, и казалось, что он прекрасно видит в темноте. Что это за мальчик, до сих пор остаётся загадкой. Он так же быстро исчез, как и появился.

Вдруг что-то заскрипело. Я вздрогнула. Затрещало, грохнуло и пронеслось мимо меня. Я глубоко втянула воздух, напряглась… Потом прислушалась: протяжно заорал кот. Я выдохнула:

— Вот зараза!

— Согласен! — насмешливым тоном произнес кто-то в тёмном углу. Сердце застучало, отдаваясь в висках. Бежать было бесполезно: если он сюда добрался незамеченным, значит, нагнать меня на лестнице не будет проблемой. Если только применить обманный манёвр. Точно! Я всегда брала с собой фонарик, но была только одна загвоздка – сумку я уже выкинула. Провела рукой по плечу, будто искала злосчастный предмет. Фигура начала двигаться в мою сторону и спросила:

— Не это ищете?

Вот чёрт! И сумку поднять успел, а может быть, поймал! — быстро пролетело в моей голове. Что же ему от меня нужно? Надо бы спросить. Но страх перед мужчиной не отступал, и я решила ни в коем случае не показывать, что я его боюсь. Лучшая защита – нападение. Сейчас что-нибудь ляпну, может, подумает, что я больная на голову, и отвяжется.

— Спасибо! Это я и ищу. Мы с вами знакомы? Что вы так бежали за мной? – рявкнула я. — А зачем же вы бежали? Подождали бы, и я всё вам объяснил, – спокойно, с едва заметной ухмылкой, произнес он.

— А я с незнакомыми не общаюсь, и… Никак не могла подобрать нужные слова, чтобы продолжить свои мысли, но мой собеседник не остался в стороне и продолжил за меня.

— Да, вы не общаетесь, вы сразу бежите. Так сказать, нагоняете аппетит перед беседой или просто спортом занимаетесь? – уже с нескрываемой иронией произнес он.

Меня это задело: какой-то непонятный тип иронизирует надо мной. Я хотела выдернуть сумку и с гордо поднятой головой удалиться с чердака, чтобы он понял, насколько мне не приятен этот разговор. Но вместо этого взвизгнула:

— А вот вы только этим и занимаетесь! На большее-то не способны!

— Ого! Я, видимо, чем-то сильно провинился. Смотрите, не взорвитесь! — с откровенным сарказмом парировал он. Это окончательно меня взбесило! Я выдернула сумку из его рук, та не выдержала и порвалась, всё содержимое оказалось на полу.

— Вот чёрт! — я громко произнесла это вслух. Присела на корточки и стала перебирать руками по полу в поисках фонарика. В двух шагах от меня раздался хлопок, что-то с цоканьем приземлилось на пол. Мой собеседник прошептал:

— Этого ещё не хватало! И двинулся в ту сторону, где что-то приземлилось. Стали слышны звуки какой-то возни. Я, наконец-то, нащупала фонарик и включила его, передо мной развернулась невероятная картина: этот малознакомый мужчина оседлал какую-то собаку, прижимая мордой к полу. При этом собака явно была непородистая, потому что её морда напоминала смесь борзой и мопса. А на месте ушей показались маленькие рожки. Вероятность того, что это была собака, стремилась к нулю, так как ещё это подвывающее существо упиралось копытами в пол.

— Мама, — вымолвила я.

— Правильно, с этого надо было начинать, – немного переведя дух, сообщил мне мужчина.

Глава 2

Мама… Свою маму я плохо помню, мне было около трех лет, когда она заболела и умерла. Отец недолго горевал, женился через несколько месяцев, чтобы дочку без присмотра не оставлять. Поэтому в жены он взял вдову с двумя детьми, видимо, чтобы лучше присматривала. Она никогда не просила называть её мамой, а только Зоей Петровной. Мы с бабушкой между собой называли – Змея Петровна. Наверное, мачеха действительно всю душу в меня вложила, как она говорила моему отцу. Но с каким-то уважением о ней не хотелось и никогда не захочется говорить.

Строгость в её понимании представляла из себя кнут, и чем сильнее кнут, тем лучше. В такие моменты я просто уходила из дома к бабушке. Когда закончила школу, перебралась в общежитие, так как квартиру бабушки отец продал.

Комнату общежития мы делили втроём: девчонки старшекурсницы и я. Первый месяц было очень сложно, поговорить было не с кем. Со старшекурсницами мы обменивались парой фраз. В университете однокурсники перезнакомились на практике, и в начале семестра уже разбились на группы по интересам. Были, конечно, такие же, как я – одиночки, к которым подходить было страшно, так как они представляли из себя комок нервов. Но когда старший курс отправили на практику, мне стало полегче, я как-то обжилась в их отсутствие.

Сегодня я сдала последний экзамен, напряжение ушло, и тоска накатила. Если бы бабушка была жива, мы бы устроили праздник: она испекла бы мой любимый пирог, чай с вареньем и безмерное веселье – для нас это было уже традицией!

На чердаке было всё так же темно, и только мой фонарь освещал малоизвестное животное и мужчину. Я осторожно спросила:

— Это же…

— Но не смогла договорить, захватила воздух ртом и произнесла, немного сдавленно:

— Это же он? Мой собеседник с нескрываемым восторгом и улыбкой спокойно произнес: — Нет. Этой фразой он окончательно ввел меня в ступор, и я попыталась разъяснить, что имела в виду:

— А кто? Это же чёрт! Что вы мне сказки рассказываете? Или как там его ещё называют. — Это не он, а она, — всё с той же усмешкой сказал незнакомец и продолжил, но уже более серьёзным тоном: — Особь женского пола семейства Infernum. Самка ещё не достигла половой зрелости, об этом свидетельствует её запах и окрас шерсти, а также роговидные отростки.

— Ээээ… что? Какие отростки? Вы кто? Это нормально? — уже окончательно, потеряв связь с реальностью, спросила я.

— Роговидные отростки. Видите, рожки не достигли и трёх сантиметров, и для самочки это абсолютно нормально, — ничуть не смущаясь, ответил он и добавил: — Доктор Велесов, будем знакомы.

Знакомиться мне как-то не очень хотелось, но ситуация была странная, и, наверное, из-за бабушкиного воспитания я сказала:

— Очень приятно познакомиться.

— Хм… Интересная вы особа. Ну что же? Помогите мне вернуть создание обратно в среду его непосредственного пребывания, чтобы минимизировать стресс от встречи с новым местом и, конечно же, со мной и вами.

Я немного опешила от услышанного и хотела согласиться… Но к чему это может привести? Зачем мне это всё? Мне хотелось покинуть этот дом как никогда прежде и не возвращаться. Я выпалила:

— С чего вы решили, что я буду вам помогать? Я не умею и не хочу. Лицо доктора приобрело суровые черты, до этого улыбающийся рот сжался в тугую нитку. Мне стало не по себе, мурашки побежали по телу, во рту появился привкус металла. Чертиха, или как там её правильно называть, завизжала ещё истошнее. Доктор процедил сквозь зубы:

— Подойдите ближе и держите за загривок, чтобы самка не вырвалась и не начала брыкаться, а я свяжусь с коллегой. Только выключите фонарь, он изрядно раздражает. Я нажала на кнопку выключения и на негнущихся ногах подошла, присела рядом с доктором. Он осторожно взял мою руку, от прикосновения по телу побежали мурашки. "Да что это со мной такое? Соберись, Саша. Хватит", — начала я себя успокаивать. Мужчина перехватил свободной рукой моё запястье и положил на загривок, сверху покрывая ладонью мои пальцы. Шерсть оказалась мягкой, даже шелковистой, и в нос ударил запах морского прибоя. Как это странно! Наверное, это сон, но доктор выдернул меня из моих размышлений своим строгим тоном:

— Вот так держите! Сильнее! Можете двумя руками для верности. Затем отпустил мои руки, приподнялся и подошел ближе к чердачному окну, аккуратно снял куртку и положил рядом. Теперь можно было разглядеть, что на поясе висели ножны. "Что за маньяк мне попался? При этом очень привлекательный", – пронеслось в моей голове.

Мужчина, не обращая на меня никакого внимания, стал расстегивать манжеты рубашки, под которой проглядывался рельеф мышц. Я подумала: "Интересно, как он собирается связываться с коллегой? Зачем растягивать рукава?"

Затем он вынул кинжал с необычной рукоятью. И прежде чем он успел что-то сделать, я истерично, но стараясь как можно грознее, провопила:

– Предупреждаю, я буду кричать и сопротивляться, соседи услышат и вызовут органы! – Вы что там себе напридумывали? Я же сказал, что мне нужно связаться с коллегой, чтобы переместить особь в зону её обитания, которую вы так любезно призвали!

– Я призвала? Вы в своем уме? Я отродясь этого делать не умела и не умею! – гневно прошипела я.

– Если вы немного подождете, то я вам все объясню. А пока нельзя терять время. Иначе транквилизатор, которым я ослабил сознание особи, потеряет своё действие, – уже немного раздраженно проговорил он.

Затем он аккуратно сделал разрез на пальце и провел по запястью левой руки, на которой, как мне показалось, были какие-то письмена в виде татуировок. Та самая особь, о которой так неистово говорил этот ненормальный тип, зашевелилась, дернулась. Я вцепилась в загривок сильнее, но эта мадам, явно, была с характером. Она приподнялась, шерсть вздыбилась… От увиденного я еще раз пролепетала:

– Мама… – и посмотрела испуганно, ища взглядом доктора. В этот момент гражданин Велесов начал что-то бормотать себе под нос, какие-то цифры или заклинания. Вот же меня занесло… Что делать? Что делать?

– Эй! Доктор! – истошно проорала я. Он увидел, что ситуация выходит из-под моего контроля, и двинулся в нашем направлении. Руки у меня взмокли, и очередная попытка «милой дамы» высвободиться из них увенчалась успехом. Буквально в доли секунды мадам завертелась на одном месте, обернулась в сизого голубя и, не прощаясь, пулей вылетела в окно. Никогда до этого не видела, чтобы голуби так быстро перемещались. Доктор лишь всплеснул руками и проговорил:

– Вот этого я и боялся… Ни на одну минуту нельзя вас оставить, – с малой долей сарказма произнес он.

Глава 3

– Меня? Меня можно было в это и не втягивать! — с явным недовольством произнесла я.

Через мгновенье на чердаке стал подниматься смог, мне стало сложно дышать, я закашлялась. В проёме чердачной двери появилась девушка, невысокого роста, в темном длинном плаще.

– День добрый! Что тут у нас? — произнесла сиплым голосом она.

– У нас тут метаморф семейства Infernum, – быстро перехватил беседу доктор.

Девушка с особым интересом посмотрела на меня и произнесла:

– Хм... Вы чем его накачали, что он у вас стоит так неподвижно?

– Ааа… это? – начал было доктор, но девушка его прервала:

– Подождите-подождите, сейчас сама догадаюсь! Сон-трава? Одолень-трава? – начала с интересом перечислять она.

– Нет, это… – продолжил доктор.

– Стойте! Конечно же! Плакун! — с невозмутимым видом произнесла девушка.

– А где же сам профессор? – решил прервать её размышления Велесов.

– Он немного занят, птенцам алконоста делает вакцинацию.

– То есть он вас отправил? – с определенным удивлением добавил доктор.

– Да, меня. Какое удивительное перевоплощение, совершенно не вижу иллюзии. Глаза точная копия Homo sapiens. Ну надо же! Как вы думаете, сколько ей лет? – с нескрываемым интересом заявила она.

– Я думаю, что ближе к двадцати! – поддержал доктор.

– Вы думаете, в таком юном возрасте особи способны к такой искусной трансформации?

– Если мы говорим о самке семейства Infernum, то нет. А если о самке Homo sapiens, то к этому возрасту их тело достигает и не такой трансформации. Если вы понимаете, о чем я, – едва сдерживая смех, проговорил доктор.

– Что?! – уже не выдержав такого предельного внимания, выкрикнула я.

Девушка очень недоуменно посмотрела сначала на меня, потом на доктора.

Затем совершенно серьезно произнесла:

– У нас ложный вызов, доктор? Оформлять как будем?

– Постойте-постойте, не стоит так сердиться, я пытался объяснить, но вы так увлеклись, что это было невозможно сделать. У нас не ложный вызов, особь действительно была. Есть свидетель – Александра. Она может подтвердить.

Воркования доктора с этой девушкой вызвали во мне волну негодования. Будто бы желанную конфетку отдавали другому ребенку. И когда Велесов обратился ко мне со словами:

– Александра, сможете подтвердить?

Я совершенно спокойно ответила:

– О чём это вы? Первый раз слышу.

– Эх…Саша. С огнем играете! – с небольшой досадой ответил доктор и продолжил, – можете проверить мой рунный след, он не должен рассеяться за такое короткое время.

– Хорошо, обязательно проверим. А теперь проследуйте за мной, – процедила она.

Девушка вытащила из кармана плаща небольшой сверкающий камень. Бросила себе под ноги и сказала:

– Прошу!

Мужчина, немного колеблясь, поднял свою куртку и подошел к камню; его тут же охватил туман, и он исчез.

Конечно, мне хотелось отвязаться от доктора, но его исчезновение немного огорчило.

Затем девушка перевела взгляд на меня и добавила:

– Вам особое приглашение требуется?

– Мне? Я никуда не собираюсь идти. Я ничего не видела и не знаю, – как можно убедительнее стала отнекиваться.

Девушка внезапно стала выше ростом, а глаза приобрели металлические отблески; внутри у меня все сжалось, и захотелось спрятаться.

– Подойдите ближе и не тратьте моё время, и не советую играть в игры; для тебя, милочка, это может плохо кончиться.

– Да что ж это такое?! Все так и норовят руководить! А если я не пойду? Просто не хочу! – неожиданно для себя выпалила это вслух.

Через мгновение передо мной стояла уже не девушка, а хищник, готовый напасть на свою жертву, от одного взгляда на которого бросало в дрожь. Зря я, наверное, это вслух сказала; всё-таки иногда стоит слушать, что тебе говорят.

Она схватила меня за воротник куртки и одним движением бросила в сторону камня и добавила:

– Приятного полета!

Глава 4

В нос ударило сыростью и свежескошенной травой. Только что я стояла на тёмном чердаке, а теперь передо мной открывался природный простор. Солнце садилось за горизонт. Теплый ветер обдувал моё лицо, расправляя упавшие пряди волос. Где это я? Не в городе, это точно. Куда же я попала?

За своей спиной я услышала знакомый голос:

– Как ваш первый полет, Александра?

Сразу как-то спокойнее стало. Но события, которые тут творятся, требовали разъяснений. Я развернулась лицом к своему собеседнику и сказала:

– Немедленно объясните, что тут происходит!

– А я думал, что уже не попросите! Так долго пытался с вами поговорить, а вы то бежите, то самопризывом занимаетесь, – со смехом в голосе проговорил он.

– Я внимательно вас слушаю, – произнесла немного с волнением.

– Мы обязательно поговорим, но сейчас не стоит здесь оставаться. Я направил портальный переход по ложной траектории, поэтому у нас есть немного времени, чтобы убраться как можно быстрее отсюда.

– А разве это не ваша коллега? – с небольшим удивлением произнесла я.

– Нет. Это точно не он! Я подавал сигнал профессору Вольговичу, но, видимо, его перехватила химера.

– Химера? Чудовище из древнегреческих мифов? – с нескрываемым испугом переспросила я.

– Нет. Не та химера, хотя я бы понаблюдал за этой особью. Я думаю, будет лучше, если мы пойдем в сторону реки, наберём воды. Пойдемте, по пути введу вас в курс дела.

Я неспешно пошла рядом с доктором, стараясь не отставать от него.

– Мы называем химерой организм, состоящий из разных мутагенных клеток. Конечно, это нетрадиционная биоинженерия, так как используются особые мутагены, малоизученные человечеством, – продолжил Велесов.

– Ааа… – только и смогла ответить я, так как ничего не поняла. Генетику мы изучали только в школе, а на историческом факультете её изучение вообще предполагается? – возник вопрос у меня в голове.

– Я вижу, вас не впечатлило моё объяснение. Недостаточно информации? – с нескрываемой насмешкой начал он.

Я хотела было признаться, что ни слова не поняла, но мой кроссовок зацепился за торчащую корягу. Я пыталась его высвободить, но только с диким воплем полетела навстречу к земле. Еще немного, и синяков, и ссадин было бы не избежать, если бы не теплые руки, которые перехватили меня у самой земли.

Мужчина помог мне подняться и сказал с нескрываемой иронией:

– Саша-Саша, будьте осторожнее. Всё-таки природная зона, не город.

Я хотела было возразить, что можно было и не ловить. Но странное чувство возникло от его прикосновений, щеки опять стали наливаться краской. Да что это такое? Никогда такого не было, и вот опять.

Видимо, мое замешательство и молчание вынудили продолжить доктора объяснения:

– Что вы знаете о скрещивании, Александра?

– Скрещивании? – с удивлением спросила. Я точно помнила, что это из курса школьной биологии, но мой мозг подкидывал разную информацию, не связанную со скрещиванием или отдаленно с ним связанную. Мне представлялись губы доктора, которые были так близко, его теплый медовый запах.

– Хорошо, я понял. Это не входит в ваш круг интересов. Но про оплодотворение вы должны были что-то слышать? — чуть ли не с хохотом произнес он.

Я чуть воздухом не поперхнулась. В голове всплыли воспоминания о пестиках и тычинках. И я ответила:

– Про оплодотворение что-то слышала!

– Серьёзно? Я уже начал думать, что вас в капусте нашли.

В капусте или нет, я не знаю. Но что к общению с парнями я не стремилась, это точно. В девятом классе мне нравился один мальчик, он несколько раз провожал меня до дома. Даже пригласил в кинотеатр. Тогда я дружила с одноклассницей. Мы с ней были неразлучны с детского сада, вместе ходили в школу, за одной партой сидели, в соседних домах жили. Когда новенький мальчик появился в нашем классе, все девчонки пытались привлечь его внимание. Поэтому мы с подружкой постоянно обсуждали его: как посмотрел, что сказал. А однажды, после школы, он предложил проводить нас до дома. Школа располагалась в пятнадцати минутах пешком от дома. И всю дорогу мы смеялись, мальчишка очень весело рассказывал истории, казалось, что он много где побывал и много чего видел.

После сдачи экзамена по истории, мальчик выловил меня в коридоре, пока подружка была на консультации по биологии, и предложил сходить в кино. Я смутно припоминаю, на какой фильм мы ходили, это было и неважно, просто я была на седьмом небе от счастья.

На выпускном вечере я ждала, когда он пригласит меня на танец. Даже помню, когда он подошел к нам с подружкой, только пригласил не меня, а её. С тех самых пор ни парней, ни подруг.