Жених с подвохом. Часть вторая

Глава 1

Велесов ехал верхом на коне, выполняя княжеский приказ. С отцом они расстались на переправе. Егор волновался, поэтому попросил его вернуться домой.

Он знал, что дядя не простит ему невыгодный союз, но и отказываться от желанной женщины не собирался. «Это всего лишь на некоторое время», – успокаивал он себя. Когда великий князь поутихнет, можно вернуться назад к любимой жене. То, что она теперь принадлежит ему, согревало сердце, будоражило кровь. Он и подумать не мог, что это произойдет сегодня ночью, но принесенные клятвы расставили всё по своим местам, и отступать было глупо.

Он очень долго томился в желании, постоянно контролировал себя, приучал её, и сам не заметил, как она приручила его. Все мысли были заняты Сашей. Хотелось уберечь её, защитить, спрятать в конце концов от этого похотливого Кощееча, от князя и даже от отца, сказать всему миру, что она моя.

Память подсунула новые воспоминания: она у него на руках, такая беззащитная, но всё равно норовит показать свои маленькие зубки. Он усмехнулся.

До темных земель было несколько суток пути. Он бы мчался галопом, но боялся загнать лошадь раньше времени. Поэтому ехал неспеша, наслаждаясь воспоминаниями.

Он едва сдерживал себя, когда увидел её впервые за трапезным столом. Кружева и шелк ей безумно шли, и когда она поднялась к нему на веранду, ему оставалась лишь занести её в спальню…Но он терпел, знал, что ещё рано…А затем лаборатория, дурманящий запах её волос, близость нежной кожи – он поддался эмоциям, и они захлестнули их с головой. Если бы не Вольгович, ещё не известно, чем могло всё кончиться.

Велесов ещё долго перебирал свои воспоминания, пока не доехал до переправы. Приближался вечер, он подошел к конюху, чтобы поменять лошадь и сделать запас на следующие сутки. С лошадью разобрались сразу, а вот с провизией было хуже, но выкупить за два золотых буханку хлеба и немного воды удалось. Он решил переночевать на тракте, чтобы не искать место для ночлега в лесу. Его отвели в крохотную комнатёнку, больше напоминающую каморку, так как он достаточно далеко отъехал от дома, и в этой глуши не рассчитывали встретить князя. Но Велесова это не пугало, он был ко всему готов, они с Вольговичем и не в таких местах ночевали, пока находились в экспедициях. Однажды наблюдали за рарогами из семейства Ignis avem, одним из самых осторожных видов. В летописях упоминалось о ценности их оперения: предки использовали перья, которые могли светиться в темноте, излучая ярко-красное свечение, в некоторых случаях с примесью оранжевого или голубого цветов, для освещения теремов. Но во времена противостояния перья стали использовать в качестве оружия, а птиц ловили, содержали в зверских условиях. Популяция вида стала сокращаться, рароги стали селиться в отдалённых от человека местах. А в последнее время особей можно было по пальцам пересчитать, и на следы одной из них Вольгович случайно наткнулся, когда гонялся за очередным семинаристом по лесам. Готовились к экспедиции в тайне, чтобы ни у кого не было соблазна: птицы всегда стоили дорого, а владельцы имели казну не хуже княжеской. Закупили с Ермилом гусли, чтобы приманить самочку, он почему-то решил, что это дама и никак иначе, так как самцы издают похожие звуки, разложили яблоки в пределах видимости, собрались изучать поведение в условиях естественной среды. Но что-то пошло не так: то ли лунные сутки не те, то ли мелодию не ту играли… самка так и не появились, а вот один особо агрессивный самец был. Ох, и досталось нам! Бежали так, что только пятки сверкали, спрятались в какой-то норе с жутким запахом, а рядом было осиное гнездо... Поэтому эта лачуга в сравнении с той норой была достойным ночлегом.

Велесов зашел, прилег, и внезапная головная боль накрыла его: он не мог шевелиться, сильно стучал пульс, отдавая в висок. Это были не те ощущения, когда Саша была в беде: тогда он чувствовал, что будто тетива натягивалась у него внутри, а сейчас этого не было, наоборот, как будто что-то оборвалось. Он ещё долго не мог уснуть, но гнал плохие мысли от себя.

Я выпрыгнула на княжеский двор, все люди в панике шарахнулись в разные стороны, стрелки́ на смотровых мостиках развернулись в моем направлении, и послышался лязг натянутой тетивы в луках. Я зарычала…Кругом была опасность, сердце бешено билось, подгоняя меня. Я не знала, куда бежать…Выход был только через ворота, которые были закрыты на засов, и в мою сторону от них направлялись вооруженные мечами и копьями люди…Мой взгляд заметался, а потом я заметила мальчишку, который показывал на узенький проход между прилавками…Не стала мешкать и подпускать ратников ближе. В два прыжка оказалась рядом с нужной улочкой и со всех ног рванула в сторону поселения. Передо мной мелькали лица рабочих, которые пытались бросить всем что под руку подвернется, при этом в их глазах читался страх…Что же я такое? Но останавливаться и проверять не собиралась, впереди замаячил лес… Укрытие, что-то мне подсказывало. Внезапно пролетело копьё прямо перед моим носом…В другой бы ситуации я бы подшутила над Велесовым, почему у него такие недотёпы, которые даже копьем попасть не могут, но сейчас я благодарила всех богов…

Я думала, как только окажусь внутри густого лесного массива, они оставят меня в покое, но не тут-то стало. Ратники, как цепные псы, преследовали, не давая времени на передышку… Незнакомая местность, надвигающаяся ночь и полное отчаяние стали изматывать меня… Я уже не так быстро перепрыгивала и перескакивала опавший валежник, пугалась каждого шороха и всё время пригибалась к земле, в надежде, что меня никто не заметит… Я не знаю, сколько прошло времени, но зашла очень далеко. Лес становился более густым, звуки преследователей уже не доносились…Я хотела пить очень... Но источника воды так и не находила…Единственным вариантом оставалась роса, которая появилась на более-менее открытых участках леса. Трава так и манила, но попить в привычном понимании этого слова не получилось. Мой рот не походил на человеческий, мои ладони представляли собой лапы, покрытые шерстью. Сначала я пыталась собрать росинки своими мохнатыми образованиями, но в рот мало что попадало. Пришлось высунуть язык и попытаться слизнуть капельки росы…Получилось. Несколько капель покатились прохладными бисеринами по моему языку, немного обуздав мою жажду.

Внезапно послышался шум, я дернулась в сторону валежника, который недавно проходила. Стволы лежали друг на друге, будто бы шалаш. Я вскарабкалась на самый верх и аккуратно присела, выжидая…Шуршание приближалось, я стала тщательнее всматриваться в пространство под собой…Было слышно какое-то невнятное бормотание. В нашем доме, где я жила с бабушкой, на втором этаже жил старый дед, и когда он возвращался сильно подшофе, то звук был аналогичным. Но что это такое? Меня это сильно напрягало. В доли секунды из-под пней, находящихся рядом, выскочил ёжик. Он манёвренно обогнул крупные ветки, упавшие на землю, и понесся дальше на поляну, наверное, по своим делам…

– Чёрт бы тебя побрал, убогий! – прорычала я, на каком-то своём языке, постепенно расслабляясь.

– Сама такая, – пофыркал мелкий, быстро перебирая своими короткими лапками.

– Это что ещё такое? – рыкнула я.

– Безобразие! Безобразие! – кто-то пропищал рядом с моим ухом.

Я попыталась сфокусировать свой взгляд на том, чей писк сейчас слышала, но затем заметила что-то очень мелкое, едва заметное.

– Госпожа, позвольте представиться, Аруния Нихта, – снова пропищало нечто, напоминающее комара.

Совсем крыша съехала, разговариваю с ежами и комарами, если раньше это имело какой-то смысл, то теперь логика терялась…

Мелочь снова запищала:

– Вы снова призвали меня, простите мне мою оплошность, я испугалась…

В голове пытались соединиться две совершенно невзаимосвязанные вещи: мой самопризыв чёрта и это мелкое говорящее насекомое. Нет, ну это уже слишком…

– Госпожа, давайте вернемся домой? Здесь небезопасно, – запищало у меня в голове.

Точно! Это моё бессознательное! Оно помогает мне вернуться назад, в безопасное место. Вот не зря на лекции по психологии ходила, пригодилось, – промелькнуло у меня в голове.

– Давай! Возвращай нас домой, родимая! – прорычала я.

– Как будет угодно, – пискнула она.

Воздух вокруг меня стал более плотным и замерцал разными нитями, затейливо перевязанными между собой. Комариха ухватилась своими тоненькими лапками за одну из нитей и потянула её вверх, а та, словно шнурок на кроссовках, развязалась, распахивая перед взором совершенно другую реальность. Я поняла, что проход не ведёт ни к моему земному дому, ни к семинарскому терему…. Пока я размышляла, мелкая снова подала голос:

– Быстрее, долго держать не смогу…

– Совершенно верно! – послышался знакомый голос. – Не думал, что ты сможешь сюда добраться. Ну да ладно, отдавай, что по праву принадлежит мне, Александра!

– Кощееч! – прорычала я.

– Он самый, моя сладкая! – злорадно произнес он.

Проход стал закрываться, затягиваясь в месте обрыва.

– Пошёл ты! – дерзнула я впервые в своей жизни и прыгнула в схлопывающееся окно.

Глава 2

Велесов не стал дожидаться, пока рассветет; какое-то волнение одолевало, ему нужно было побыстрее закончить дела и вернуться назад. Он вышел из каморки, подошёл к чану с прохладной водой, умылся…И перед глазами снова появилась Саша, такая хрупкая, желанная…Вот она отворила дверь в купальню, слышны ноты тревоги в её голосе… Он чувствует чужой запах…Ревность снова одолевает…Он не помнит, что говорит…Но затем улавливает, что девушка собирается уйти… В доли секунды он нагоняет её, прижимается к изгибам её тела, чувствуя, что она не сопротивляется, желание становится сильнее, он шепчет ей на ухо первое, что приходит на ум, он готов взять её здесь и сейчас, тем более, что зверя она уже приняла, и преград больше нет, а затем разговор про свадьбу… И он словно просыпается ото сна… Свадьба! Он хочет, чтобы это была свадьба, чтобы она была законной женой, не только по рунным законам, но и по древним, давно забытым, а для этого стоит поговорить с дядей, убедить его в правильности своего решения…

Рунная энергия отличалась от собственной, так как была лишь созвучна с ней. Для того чтобы определить источник, с помощью которого черпать эту энергию и преобразовывать её во что-то большее, нужно было долго тренироваться. Велесов изначально знал, что его сила будет связана с кровью или с землёй, так как в их роду мужчины пользовались именно этими рунами. Кровь использовали и другие зверолюди для создания клятвенных обрядов.

Конечно, было в этом и неудобство, так как постоянно приходилось резать себя, но со временем он привык, да и кинжал был из специальной стали, такой, которая позволяла запечатать сосуды и не способствовала кровотечениям. Рунами пользовались нечасто, так как особой надобности в них не было. А некоторые использовали всего один раз в жизни во время свадебного ритуала.

К сожалению, свадьбу они так и не успели сыграть, и лишь он обзавелся рунным браслетом; то, что у его возлюбленной не проявился рунный рисунок, Велесова не расстраивало, так как на это было много причин, в том числе и её скрытый дар. То, что она не только мастер по своей сути, он понял ещё до того, как Вольгович озвучил результаты ДНКа. Разобрать полностью генетический код не получилось, клетки буквально растворялись под микроскопом, не оставляя никаких следов, поэтому вычислить, что Саша имеет дар мастеровых, было большой удачей.

Женщины очень редко могли трансформироваться в чистого зверя, обычно это было в качестве отдельных проявлений: у кого-то появлялись клыки, крылья и тому подобные признаки. Но существовали и целые кланы, которые из поколения в поколение рождались с дефектами: алконосты, сирины, гамаюны и ещё малоизученные виды. Для того чтобы продлить свой род, один раз в жизни они могли совокупиться со смертным, а затем отложить яйца и ждать появления потомства.

Велесову даже в голову не могло прийти, что его женщина может быть зверем. Но когда она зарычала, он почувствовал эту звериную суть. Он решил не показывать вида, что растерян, успокоил Сашу, подождал, когда она придет в норму, а затем отправился в кабинет, чтобы написать письмо Вольговичу. По пути ему встретился отец, который шёл за ним, так как дяде не терпелось увидеть племянника. Василий уже знал, что сын не ночевал в своих покоях, поэтому сразу перевел взгляд на запястье, где красовался буро-красный браслет, обрадовался. Наконец-то в их семье появилась невестка. К трапезе они спустились отдельно, так как Егор всё-таки заглянул в кабинет, отправил с голубиной почтой письмо, привел себя в порядок и вошел в зал, где собрались родственнички. К сожалению, лица их были понурыми, а Анфиса Никитична, как всегда, ломала комедию: то рыдая, то стеная, то…Когда он вошел, все зашептались. Дядя был красный, как рак, а его жена, как всегда, надменна и холодна. Она лишь слегка придерживала свою растрепанную племянницу за плечи, чтобы та не кинулась в истерику и совсем не потеряла лицо…Девушка держалась, было видно, что расстроена, и этот приезд она планировала закончить иначе. Велесова эта девица никогда не интересовала, ни тогда, а сейчас и подавно…

Саша с матушкой подошли позже. Он снова был очарован…А дальше его мир иллюзий разбился о суровые будни…

Глава 3

Вокруг было темно, воздух был тяжелым и холодным, я осмотрелась, зрение сфокусировалось на каких-то тенях, перемещающихся из стороны в сторону. Комариха запищала:

– Добро пожаловать, госпожа! Мы с нетерпением ждали вашего возвращения.

Какое-то беспокойство охватило меня, сильная боль пронзила тело. Перед глазами всё стало мелькать, сознание стало мутиться, но я всё ещё ощущала, как мои кости возвращаются в исходное состояние, шерсть исчезала, показывая гладкую кожу, когти выравнивались в аккуратные пластины, а непрерывный рык переходил на человеческий крик. Когда трансформация закончилась, всё тело било мелкой дрожью. Я попыталась подняться, но так и не смогла, так и продолжала сидеть на корточках. Комариха летала перед глазами и жутко раздражала своим писком, но не было сил её прихлопнуть. Из глубины леса появилась фигура, которая направлялась в нашу сторону. Друг или враг? Я не знала, просто ждала исхода. Усталость брала своё, все события вереницей кружились в голове. Единственное, что меня заботило, чтобы Велесов был в порядке. Я не знала, что было в голове у этого чокнутого ректора и на что он был способен.

Фигура стала обретать черты. Это был небольшой мужичок с длинными руками, передвигался он, словно ветер шелестел листву. Когда он подошел ближе, я увидела глубокие зеленые глаза, которые смотрели в душу. Мне было плохо. Я не знала, куда попала, что мне делать, и всё казалось чужим, неродным, а ещё эти глаза, которые выворачивают тебя наизнанку. Я уже не хотела рычать и злиться, а просто плакать, как это делают девочки, которые устали быть сильными.

Мужичок проговорил:

– Как долго мы тебя ждали…Ты вернулась…Хоспита…

Я разрыдалась. Слезы капали на землю, и на этом месте появлялись пучки новых нитей, которые до этого я видела…

– Это нормально? – пропищала с испугом комариха.

– Она чувствует лес, ему нужна её помощь, – прошелестел мужчина.

Лес, лес…значит, я в…

– Где я? – всхлипывая, спросила я.

– Дома, – пропищала комариха.

– Вы в Темном лесу, в пристанище детей Луны.

Темный лес! Это радовало! Велесов направлялся сюда! А это значило, что мы должны вскоре встретиться. Мне нужно лишь продержаться до его прихода.

Доверять зеленоглазому я не торопилась, поэтому решила обозначить, что у меня есть муж, и он придет за мной, где бы я ни находилась.

– Мой муж…– начала было я, но меня резко оборвали:

– У Хоспиты не может быть мужа, вся её жизнь посвящена лесу и жителям. Мы и так долго ждали, когда вернется нареченная, и на нашей земле снова наступят светлые времена.

Матушка сыра Земля! Что за бред несет этот длиннорукий! Хоспита?! Серьезно?! Так, нужно срочно тормозить этот балаган!

– Какая к черту на куличиках Хоспита? Я замужем, хотите вы или нет! И мой муж скоро придет! – возмутилась я.

При этом комариха как-то странно дернулась, а зеленоглазый продолжил буравить меня взглядом.

– Нет, по нашим законам ты свободная женщина, – перебил меня старикашка. - Прошу следовать за мной! Тебе многое предстоит узнать, учиться…

– Алло!!! Как слышно меня?! Я замужем за Георгием Васильевичем Велесовым! Студентка исторического факультета, семинариста треклятой академии в конце концов!

– Не тебе выбирать свою судьбу, нареченная. Пресвятая Луна дала тебе своё благословение, никто, кроме тебя, не в силах помочь нам.

Я замялась, потому что чувствовала, что других нареченных не предвидится. Спор был бесполезен, Велесов всё равно прибудет сюда, так лучше я встречу его здесь, чем кинусь бежать, не зная дороги.

Встала. Мужичонка не двигался, а затем мы пошли…

Он привел нас в полуразрушенное здание, сделанное из глины…Всё кругом напоминало о старой битве: кости воинов, так и не убранные с дороги, их доспехи, мечи, поржавевшие от времени, части обгоревших трухлявых пней, осколки глины валялись в хаотичном порядке…

– Что здесь произошло? – не могла не спросить я.

– Я не знаю, госпожа, мы приходим на зов только хозяйки, раньше нас здесь не было.

– Кто это? Мы? – переспросила я.

– Дочери великого и несокрушимого Пана, – с гордостью пропищала она.

– Дочери? – усомнилась я.

– Да, обычно хозяйки призывают тринадцать помощниц.

Про то, что вокруг меня будут кружить тринадцать мерзко пищащих комарих, и речи быть не могло.

– Мне и тебя с лихвой хватает, и потом я не очень люблю кровососущих…ну ты понимаешь…

– Я могу принять и другой облик, госпожа, – пропищали в ответ.

Перед глазами снова вспомнилась чертиха, нет уж, пусть лучше пищит…

– Не надо, меня и так всё устраивает…хотя, может быть, человеческий облик принять сможешь?

– Нет, не могу…– жалобно пропищали в ответ.

Да уж, досталась же мне помощница… Но что-то же она умела, главное понять, что именно. Старикашка плелся впереди, и я прошептала:

– А сможешь меня переместить к Егору?

В ответ прозвучал невнятный писк.

– Не поняла! Это значит нет?

Снова неясное пищание.

Вот когда ей надо, она всё говорит, а когда мне… Или она не может, закралось у меня подозрение…

Мужичонка резко остановился и кинул на нас свой суровый взгляд.

– Ну не беда, давай лучше подумаем, как тут обосноваться, – наигранно пробормотала я.

Мы решили обойти всё это строение в поисках ночлега, не привлекая внимание диких зверей, которые подавали звуки вдалеке. Зеленоглазый старикашка привел нас в бывший дворец…Но только, что он им когда-то был, напоминали полуразрушенные расписные стены, поломанная деревянная мебель, где-то сохранилась ткань с золотым плетением... А в остальном это был декоративный элемент природы, местами проглядывал пол среди травы и мха. В одной из комнат росла раскидистая яблоня, увешанная плодами. Я обрадовалась, хотела снять с ветки яблоко, только моя провожатая возразила. Я решила не рисковать, а то мало ли…В другой комнате, которая напоминала трапезную, мы нашли стол с серебряной посудой. Кругом лежали кости в дорогих одеждах, будто людей отравили, так как кости лежали на остатках скатерти, да и разрушений здесь было меньше всего….

Комариха пропищала:

– Госпожа, возьмите одежду, лес болен, он не поможет вам, не закроет, не спрячет.

Ага! Заговорила! Ну тут из проема появилась длиннорукая фигура, и я прошипела:

– Что ты такое говоришь? Разве можно брать такую одежду?

– Но госпожа…

– Я сказала нет, – немного подрагивая от злости, сообщила я.

Одежды у меня действительно не было, но это было незаметно, пока я не стала ощущать лесную прохладу.

– Ты сможешь наворожить мне одежду? Всё-таки не лето красное на дворе!

Погода больше напоминала начало осени, хотя желтых листьев я не увидела.

– Нет, я не ворожея, – с какой-то обидой мне пояснили.

Чем еще сильнее разозлили, меня так и подмывало пришлепнуть её, и я даже замахнулась, когда неожиданно поняла: а что, если она знает ответ на интересующий меня вопрос?

– А ты не знаешь? Как обратно трансформироваться? Тогда и одежду искать не надо, – протараторила я.

– Нет, госпожа, мы примеряем облик, а не изменяемся, всё – иллюзия.

Ох, помощница! Какая от тебя помощь! И я уже была готова размазать это мелкое пищащее недоразумение! Как меня остановил пристальный взгляд, снова появившихся из неоткуда зеленых глаз!

– Ладно, где-то по пути сюда я видела кусок обгоревшей шторы или полотна какого-то, вот в него и замотаюсь.

Взгляд смягчился на одобрительный.

Глава 4

Я шла по обломкам то ли стекла, то ли глины, они хрустели под ногами, доставляя боль. Я подпрыгивала, всматриваясь в предметы, пока не обнаружила ту самую ткань. Я дернула её на себя, послышался сильный треск, так как она была прикреплена к чему-то. Кусок пыльной ткани оказался у меня, я встряхнула его, в глаза что-то попало, их тут же защипало. День точно был не мой. Если сначала я думала, что отъезд Велесова был черной полосой в моей жизни, то теперь, находясь в руинах с пищащим кровососом и зеленоглазым конвоиром, настроиться на оптимистичный лад было ещё проблематичней.

Комариха пискнула:

– Госпожа, госпожа, что это?

– Ткань, пыль, что же ещё? – буркнула я.

– Нет, я про то, что находилось под тканью!

С трудом поморгав глазами, я попыталась разглядеть о чём толкует мелкая. Но глаза то и дело слезились, не давая разобрать, что же перед самым носом.

Наконец, я стала ясно видеть, накинула жуткое полотно на себя, чтобы согреться. Под ногами были остатки плиточного покрытия, уцелевшие в том месте, где находилась штора. На одной из плиток торчал ключ или штырь…Непонятно. Потянулась к нему…Вытащила! Точно! Это был ключ с какими-то затейливыми крючками, а замок, для которого этот ключ был сделан, ни один вор не вскроет, очень много наворотов…Вернула ключ в отверстие, повернула, что-то щелкнуло в ответ. Потянула на себя, но вместе с ключом выдвинулась и плитка, показывая небольшой резной металлический ларчик. Вытащила его, попыталась открыть, но тщетно! Ключ хотела забрать с собой, но вытащить его не получилось. Всё это время комариха молчала, лишь кружила рядом.

– Чтобы это могло значить? – с любопытством произнесла я.

– Думаю, неспроста спрятали это, может, вернем на место? – боязливо пропищали в ответ.

Зеленоглазый не оставил без внимания нашу находку, но и комментировать никак не стал. Может быть, знал что-то, но молчал. Если это спрятали, значит, что-то ценное, а если так, то это прекрасная возможность поторговаться за мою свободу.

Но внезапный жуткий вой вывел меня из размышлений. Старикашка встрепенулся, указал на обломки мебели, чтобы приготовили ночлег, и скрылся в развалинах дворца.

Через несколько секунд я попыталась схватить кровососа, но это оказалось не так просто, она оказалась проворнее, чем я думала, но я не сдавалась:

– Перенеси меня к Егору! Слышишь, мелкая, а то прихлопну! – пыхтела я.

– Госпожа, вы нужны здесь! – пищала она в ответ.

В конце концов, я схватила её и готовилась к удару, но она жалобно пропищала:

– Я не могу…Сильный блок, попасть сюда можно, а выйти нет.

Не знаю, врала ли она мне сейчас или, действительно, не могла переместить, но лишать себя единственной возможности удрать было бы глупо.

Вой снова повторился, меня пробрало от страха. Раз выбраться не удается, то стоит спрятаться, и, желательно, хорошо. Я решила соорудить что-то похожее на шалаш. Может быть, это и была глупая идея, но хотелось защитить себя любым способом.