Молот империи. Часть 5

Глава 1

– Кто наши?

– Наши! Это боевые ригги Дома Варга!

В наушнике послышался так хорошо знакомый мне голос:

– Говорит БРИ-один «Небожитель Дерайга». Прошу назначить цели.

Ударная группа с севера, они всё-таки пришли, ещё и усиленные другим Исполином. Я их не ждал, но, похоже, это действительно они. С моей позиции их не видно, они ещё далеко. Но враг их уже заметил, судя по манёврам.

– Рад вас слышать, – сказал я в ответ по рации. – Отключите радары, вся группа!

– Принято!

Боевые ригги врага перестраивались навстречу новой угрозе. Если ничего с этим не сделать, противник уничтожит нашу ударную группу, а потом примется добивать нас.

– Выдвигаемся, – приказал я резервной квадре по рации. – Прикроем парней.

Первый пилот моей ригги взялся за рычаги. Шагоход качнулся и плавно выдвинулся вперёд. Вслед за нами вышли четыре Паладина резервного отряда. Тяжёлые орудия главного калибра поднимались заранее, открывались лючки с ракетами, в дополнительные пушки заряжались бронебойные снаряды.

– Марк, пали из всего, что есть, – передал я ему по дополнительному каналу. – Нам нужно много огня.

– Есть! – отозвался Марк.

Его машина выдвигалась следом. Залпы из скорострельных пушек его Исполина были такими громкими, что я слышал их через броню нашего шагохода.

Я начал по очереди переключать тумблеры на пульте, готовя орудия и ракеты. Над каждым зажигалась лампочка. Автоматы заряжания непрерывно щёлкали, механическое табло на моём дисплее показывало, сколько снарядов осталось и сколько загружено.

– Докладывает Ищейка! – через помехи послышался голос Валентина. – Веду огонь по Исполину.

Передача резко оборвалась, но Марионетка, которая почти вошла в город, заметно дёрнулась. Снаряд попал ей в корпус, оторвав несколько бронелистов. Самый большой из них рухнул вниз, подняв кучу пыли и кого-то раздавив. Марионетка начала поворачиваться, но неуклюжий Исполин только показал мне свой уязвимый бок.

– Первый пилот, стой, – передал я по внутренней связи.

Василий потянул рычаги на себя. Шагоход остановился и качнулся, прицел орудия дёрнулся вниз и вверх. Я взялся за обе рукоятки наводки, поворачивая пушку главного калибра.

– Веду огонь! – крикнул я.

Находившиеся в кабине штабисты и радист закрыли уши руками, у них в наушниках защиты не было. Я нажал на кнопку. Риггу пошатнуло, тяжёлое орудие отошло от отдачи назад. В наушниках раздался резкий щелчок, спасая уши от грохота выстрела.

Марионетка загорелась, через пробоину ударила струя ярко-оранжевого огня. Пробил ей топливный бак, но она не взорвалась. А вот Красный Дракон медленно отступал задним ходом, держась к нам своей толстой лобовой бронёй. На его плечах открывались лючки, чтобы выпустить опасные наводящиеся ракеты.

– Марк! Не дай ему стрелять!

Позади донёсся залп. Пальнул главный калибр, а следом прилетело шесть снарядов поменьше, и они врезались в Красного Дракона. Вражеский Исполин выпустил маскировочный дым, спасаясь от обстрела, но я видел, что ему хорошо досталось.

Снаряды летели ещё и ещё. Новенький Исполин, хоть и был не таким сильным, мог стрелять быстро даже из трёхсотки, намного быстрее остальных машин. А потом ещё дали залп союзные Паладины.

Мы наступали, чтобы прогнать врага из пригорода и не дать ему уничтожить нашу ударную группу. Внезапную контратаку мы использовали по полной, но настало время другого оружия. Я нацелил вспомогательные сотки, выстрелил и убрал руки от пульта.

Время старых Небожителей. Нужен амулет со свечой предка. Я расстегнул воротник и снял цепочку с шеи. За тёмным стеклом амулета ярко сверкал огонёк души. Я взял этот гладкий тёплый шар в обе руки и сильно сжал.

Амулет нагрелся сильнее, он уже почти обжигал ладони и просвечивал через них.

– Господин генерал? – позвал меня кто-то из команды. – А что это…

– Не мешай… всем продолжать бой несмотря ни на что!

Я закрыл глаза. В голове поплыло, будто я засыпал. Прогремел гром, но с такой силой, что его было слышно через толстую броню. Я сидел в кресле командира с закрытыми глазами, но видел всё так, будто находился на крыше своей ригги.

Повсюду летали снаряды разных калибров, от пуль до тяжёлых бомб из осадных мортир. Всё взрывалось, вокруг огонь и едкий дым. Бой шёл в самом городе, а мы шли по безлюдной улице.

Наш шагоход только что раздавил брошенный прилавок уличного торговца едой. Тяжёлые ноги глубоко вдавливали в землю камни брусчатки. Союзный паладин срезал путь через дворы, ломая заборчики и разрывая бельевые верёвки, которые не успели убрать. Третий сорвал телефонные провода и опрокинул столб электроопоры.

Там, где появилась ударная группа, тоже шёл бой. Ищейка, четырёхногая машина с большой новенькой пушкой на спине, вела прицельный огонь. Каждое попадание для врага было сокрушительным, ведь это самое мощное орудие среди всех Исполинов. Лишённый главного калибра Небожитель пускал вперёд мощные ракеты, оставляющие за собой густой шлейф из дыма. Десятиметровые Катафракты на фоне тридцатиметрового Исполина казались совсем маленькими.

Мне было жарко, будто я сидел рядом с работающим двигателем. Амулет обжигал ладони. Пахло горелым игниумом. Но это всё работало.

Солнце исчезло, закрылось тучами, которые сгущались прямо над нами. Эти тучи необычные, очень низкие, с красным оттенком, как при закате. Они шли в сторону врага против ветра.

Стало темнеть, будто начиналось затмение. Гром прогремел ещё раз, ветер подул в другую сторону, он становился сильнее. Мусор, обломки, пыль и дым сдувало в сторону врага. Тучи становились всё краснее, показывая, что это точно не природное явление. Порывы ветра стали такими сильными, что сдували людей с ног. Пошёл снег вместе с сильным градом. Градины размером с кулак падали вниз, прямо на пригород, где засел враг.

Но это только начало.

Внутри туч громыхало и полыхало красным. Бой становился всё менее интенсивным, всё больше солдат укрывались от града.

Ещё раскат.

А потом красная молния с громким взрывом ударилась в землю. Вверх пошёл дым, а на земле осталась воронка. Вместо снега начался дождь, который быстро перешёл в ливень. Град стал меньше.

Ещё одна молния ударила в штурмовой панцирник. Он задымился, орудие плавно опустилось вниз. Третья ударила во вражеского Катафракта.

Катафракту должно быть плевать на это, у него внутри стоит свеча духа предка, наподобие той, которую я держал в руках. Духи предков способны справиться с такой угрозой. Но люди внутри наверняка не знали об этом. Боевая машина остановилась, вместо того, чтобы продолжать бой. Они уже паникуют.

Молнии стали бить чаще. Мои виски сдавило, как тисками, но я терпел. И красные молнии – они не мои. Я не мог говорить с духом предка напрямую, но мы друг друга понимали.

С неба упал сгусток красного огня размером с мяч. Дом в пригороде, куда он упал, вспыхнул, несмотря на ливень. Начали падать ещё, поджигая здания. А это оказалось для меня сложно. В носу зажгло, из него побежала кровь, но я всё ещё держал амулет. С неба продолжили падать красные молнии и красное пламя, как огненный дождь. До чего же жутко должно быть, попасть под такой.

Не так много, чтобы перебить там всех. Это пугало, но сильного вреда не наносило, по эффективности даже слабее, чем обстрел ракетами. Я не стал использовать в самом начале битвы, ведь потом враг бы вернулся, а способности восстанавливаются долго, днями, а то и неделями.

Но сейчас, когда все на пределе, это идеальный момент, чтобы перехватить инициативу.

Голова кружилась, в висках стучало, сердце сильно билось в груди, но я держал горячий амулет. Он уже стал светить слабее, как затухающая лампа. Красные молнии и красное же пламя падало с неба, но уже намного слабее. Тучи расходились, дождь прекратился.

Всё, закончилось. Я открыл глаза. Снова в кабине. Амулет уже едва тёплый. Я разжал руки и положил его на откидной столик перед собой. Саднило в горле и носу, по лицу бежал пот. Я вытер кровь из носа платком. Сердце билось, как после пробежки.

В прошлый раз так хреново не было. Но в прошлый раз мы всего-то вызвали шторм. А сейчас нечто другое, намного сильнее. Но и времена сейчас другие.

Именно так раньше воевали Небожители прошлого, которые вернулись вновь.

Я с трудом повесил амулет на шею. Пальцы плохо слушались, а руки дрожали. Экипаж тем временем уставился на меня.

– Чего встали? – прошептал я, не слыша даже себя сам, и откашлялся. – Чего вы встали? – продолжил я громче. – Атакуйте! – я поправил микрофон, закреплённый над гортанью. – Марк, иди в порт, помоги Кичиро и Артуру, а мы тут справимся сами.

– Принято!

Василий снова надавил на рычаги. Остановившийся Герберт прошёл дальше, разламывая сарай с дровами. Снаряд к главному калибру у меня был всего один, и я его уже выстрелил, но сейчас он уже не нужен.

Огонь исчез, снова вернулось солнце. Но врагу уже хватило того, что он увидел. Ригги поворачивали и уходили, кроме подбитых. Марионетка тоже стояла, огонь они затушили, но Исполин не двигался.

– Захватить Марионетку и её экипаж, – приказал я. – Живыми!

Красный Дракон уже ушёл. Следом за ним и остальными выдвинулись Уланы, чтобы преследовать и помешать перегруппироваться. Если повезёт, отгонят врага до реки и не дадут закрепиться на этом берегу, а основная армия вернёт оставленную столицу Бинхая.

Следом за Уланами отправились Катафракты, возвращаясь к тактике мобильных групп и обстрелов с дистанции. Нам нужно закрепить успех любой ценой и как можно быстрее.

Мы стреляли отходящим войскам вслед, но враг уже не палил в ответ. Они деморализованы, многие панически бегут вместо организованного отступления.

– Ищейка! – позвал я в рацию и поправил наушники. Уши под ними вспотели. – Валь, сможешь преследовать? Чтобы без поломок?

– Вряд ли, – отозвался Валентин. – Привод передней ходовой перегревается. А ещё у нас на хвосте Печать Огня, вообще-то.

– Тогда перегруппируйтесь с нами.

Это был удар в нужный момент, который враг не ожидал. Ударная группа, ввод резерва и способности Небожителей. Сработало только потому, что это было одновременно.

Я откинулся на спинку кресла и выдохнул. Я специально выжидал, чтобы урон был как можно более сокрушительным. Вряд ли они решатся на ещё одну атаку. Войска, вымотанные днями тяжёлых боёв и большими потерями, просто взбунтуются, но не пойдут на ещё один такой штурм.

По крайней мере, я бы не рискнул отправлять в бой людей после такого.

В оптике показались машины ударной группы с севера. Четыре Катафракта и два Исполина: Ищейка и Небожитель. Они шли к нашим позициям, сохраняя боевой порядок.

– Ищейка, – снова обратился я. – Там в порту жара, а у тебя хорошо получается топить корабли. Помоги им, Валь.

– Есть!

– Небожитель! – я посмотрел в оптику на огромную машину. – Ян, займи позиции в обороне.

– Выполняю, – прохрипел он.

– И, – я откашлялся. – Я рад, что ты сделал верный выбор, Янек.

Он промолчал.

* * *

Мы перестроились, готовясь отражать возможную атаку. Я не верил, что она будет, но лучше перестраховаться. Только потом, когда убедился, что всё в порядке, организовал мобильные группы для наступления, а потом уже направил риггу в восточную часть города, где собрался командный состав.

Всё ещё чувствовал себя слабым, даже колени с трудом гнулись. Духу предка Громовых тоже досталось, он едва светился, как спираль в лампочке, очень тускло. Не знаю, каких сил это стоило духу, но мы с ним хорошо поработали.

Сверху я видел, как сильно пострадал город, но внизу это совсем другое. Я вышел на площадь перед уничтоженным дворцом Ван Чэна, от которого остались только руины. Под ногами скрипели осколки стекла, гильзы и битая каменная крошка. Воняло гарью, повсюду лежали градины, но скоро они растают, солнце уже нагревало воздух.

Тела вокруг собирали и складывали вместе, накрывая простынями, своих и врагов. Раненых тащили на носилках в полевой госпиталь, который быстро развернули прямо на площади. А над всем этим торчали огромные боевые машины, которым быстро проводили мелкое обслуживание.

Едва я появился на площади, как все замолчали и уставились на меня.

– Продолжать работу, – приказал я и медленно двинулся дальше.

Но всё равно чувствовал на себе их взгляды, и иногда до меня доносился шёпот:

– Небожитель…

– Он как его прадед…

– Это он и есть. Слышали же, что Павел Громов – на самом деле это был дух призванного им предка? Так и он тоже, это дух того самого генерала Загорского в теле потомка!

Генералы Бинхая собрались толпой, поздравляя Ван Чэна с первым настоящим боем. Невысокий Наблюдатель выглядел гордо, хотя лицо перемазано машинным маслом, а на лбу свежая повязка. Он лично управлял Паладином под названием «Лудунь» в бою. Особо я за ним не следил, но Ван Чэн хотя бы не сбежал и торчал на виду у своих людей, поднимая им боевой дух. Уже хорошо.

– Генерал Загорский! – прокричал он. – Мы отбили порт и вышвырнули Ямадзаки в море!

Я кивнул.

– Через час военный совет, – сказал я. – Жду всех, кто остался.

С другой стороны площади был временный госпиталь, и туда же подошли машины ударной группы. Ищейка и Небожитель стояли рядом. Валентина вытащили наружу и усадили на коляску, хотя вряд ли получится проехать здесь хоть немного, настолько всё было завалено обломками.

Вокруг Валя офицеры и пилоты, которые тихо переговаривались друг с другом. Некоторые были ранены и ждали очереди, поглядывая на палатку.

– Ты нас не ждал, верно, Рома? – широко улыбаясь, спросил Валентин.

– Я думал, вы трупы, – я подошёл ближе и крепко пожал ему руку.

– Я тоже так думал, – Валь выдохнул и начал крутить колёса, чтобы отъехать подальше туда, где было место. – Только собирались выходить, как вдруг прилетел наш Янек с горящей жопой и потребовал выходить в имперскую столицу. Вот мы и пошли на верную смерть. Сам же понимаешь, не мог я отказаться от его приказа. Он же главный, я приносил ему клятвы.

– Понимаю. Это ты уговорил его идти сюда?

– Не-а, – он помотал головой. – Я не знаю, что у него на уме. Мы обходили Мардаград с востока, а у самой реки он остановился и думал о чём-то наверное целых полчаса. А там уже показалась Печать Огня и ригги маршала. Думал, он прикажет их атаковать, хотя их было больше раза в два.

– Но что случилось?

– Ян приказал форсировать реку и идти на помощь тебе и Марку. Так и сказал. И потом даже не развернулся, чтобы подраться с Рэгвардом. Вот Келвин-то наверное удивился. Вот мы и пошли, как планировали изначально, – Валь выдохнул. – И опоздали совсем ненадолго. Только взбаламутил всех, этот наш правитель.

– Где Ян?

– Он же почти не жрал в последние дни, жил только на одной злобе, – Валь показал на палатку госпиталя. – Сознание постоянно теряет, а ещё он тебя боится до усрачки. Велел тебя не пускать. Хотя, думаю, они тебя пустят.

– И чего он так боится? Ладно, пойду, поговорю.

Я кивнул Валю и направился в палатку. Раненые, кто мог стоять, уступали мне дорогу.

– Я с ним только поговорю, – я посмотрел на двух измотанных бойцов, которые стояли у входа. – И ничего я ему не сделаю, нечего ему бояться.

Оба охранника в грязной форме переглянулись и отошли, пропуская меня.

Глава 2

Я прошёл внутрь палатки. Света было мало, лампы, работающие на генераторе, едва светились. Подходящих помещений для раненых в городе не осталось, а помощь требовалось оказывать уже сейчас, так что один из госпиталей разместили прямо на площади.

Сильно пахло спиртом, йодом и кровью. Раненых сносили в операционную, кто-то стонал от боли. Хорошо хоть, что есть анестезия, а то я прекрасно видел, что бывает, когда её нет.

– Генерал, – перемотанный окровавленными тряпками боец начал подниматься.

– Сиди, сынок, – показал я, хоть мужик был старше моего текущего возраста раза в два.

Ещё былотдельный закуток, там мрачный доктор-бинхаец с ожогом на лице хлопотал над бледным Яном, раздетым до пояса.

Торс парня перемотан бинтами, как и плечо правой руки, единственное, что от неё осталось. Под бинтами видны старые ожоги. Он тогда чудом не умер от болевого шока, так много было ожогов. Сам Ян выглядел совсем тощим, как мальчишка-подросток, только ещё и измождённый. На левом глазу грубая чёрная повязка, хотя её почти полностью закрывали отросшие неряшливые волосы.

Но правый глаз ясный, не мутный, как раньше, и без неприятного жёлтого огонька. Взгляд усталый, с заметной тенью под ним, почти синяком.

При моём появлении Ян вздрогнул и уставился на меня.

– Я почти закончил, – сказал доктор, продолжая перевязку. – Фугасный снаряд врезался в кабину машину, а там ещё остались повреждения от того прошлого пробития. Вот мелкие осколки и порезали лорда Варга.

– Серьёзная рана? – спросил я.

– Ничего серьёзного, большинство осколков застряло в одежде. Но требовалось удалить то, что пробило и продезинфицировать всё, – доктор закончил работу и поднялся. – Может быть, вы достучитесь до лорда Яна, генерал? У него сильная степень истощения, он почти не ест. А после боя ему стало ещё хуже, он потерял сознание.

– Разберусь, доктор – я кивнул, не собираясь обсуждать с ним это. – Спасибо. А мы поговорим.

– Снаружи, – прохрипел Ян, с трудом поднялся и накинул на плечи мундир.

– Выдержишь?

– Да. Хочу подышать.

Мы вышли, я немного поддерживал его за локоть. Усилившийся ветер сдувал запах лекарств и чуть не ронял ослабевшего парня.

– Расслабься уже, – сказал я. – Чего ты так дёргаешься, когда я говорю?

– Я… я, – Ян вздохнул и начал говорить, очень тихо: – Я сделал всё не так, как ты хотел. Подставил тебя, чуть не угробил твоё дело. Убил тех гвардейцев, которых ты приставил ко мне. Если хочешь со мной разобраться, – он вздохнул ещё раз. – Я готов.

– Да брось ты уже, Ян. Ты в последнее время несёшь много всякой чуши.

Мы остановились в стороне недалеко у дымящихся руин банка. Их охранял взвод гвардии Вана Чэна, чтобы мародёры не захотели поживиться уцелевшими деньгами и ценностями. Я усадил Яна на посечённую осколками скамейку, стоявшую рядом.

– Не собираюсь я ничего с тобой делать, Ян.

Он очень внимательно посмотрел на меня, потом опустил взгляд.

– Знаешь, я так стремился умереть, – прохрипел он и сильно закашлялся. – Но почему-то именно сегодня испугался смерти. Не знаю, почему.

Я подозвал одного из бойцов и отдал ему короткий приказ. Тот удивился, но побежал выполнять.

– Те гвардейцы живы, хотя Радич говорит, что им досталось, – сказал я. – Потом перед ними извинишься. Но ты мне доставил неприятностей, да. Если бы ты не пришёл сюда, то отправился бы на верную смерть.

– Когда мы шли на юг, – Ян смотрел куда-то вперёд. – Мы остановились недалеко от пригородов Мардаграда. У Ищейки сломался передний привод. Я хотел идти без неё, но Небожитель тоже постоянно ломался…

Его интонации старые и хорошо мне знакомые, какие у него были раньше, до войны, хотя голос всё ещё хриплый. И очень усталый.

– Там была семья, – продолжал Ян. – Их заставили работать в шахтах, добывать игниум, но некоторые смогли сбежать. Просили помочь, а я приказал идти дальше, оставив их. Хотя видел их ожоги, как они умоляли, понимал, что их оставшиеся родные обречены на мучительную смерть, если я уйду.

Он замолчал на несколько секунд.

– Но нет, я хотел идти в столицу, наплевав на всё. Потом получил радиограмму от тебя, хотя приказал вырубить все рации, но кто-то ослушался. Ты напомнил о долге перед людьми, которые идут на смерть ради меня. Много думал о том, что должен я сам.

Боец вернулся быстро. Он принёс маленький котелок с бульоном из полевой кухни. Придётся возиться с Яном, как с ребёнком, но истощение у парня слишком сильное.

– Пей, – приказал я. – И восстанавливай силы.

Ян неловко взял котелок единственной рукой и поставил рядом на скамейку. Боец оставил ложку и ушёл.

– Я обязан свершить месть, – сказал Ян. – Это мой долг. Это основа, на которой держится вся власть в этой стране. Но отец учил меня и брата другим вещам. Долг, клятва, присяга, обязанности. Как у тех людей, что пошли за мной на верную смерть, и тех, кто закрывал меня своими телами, чтобы я выжил. Как у тебя, раз ты до сих пор упрямо сражаешься. И я обязан сделать одну вещь.

Я молча ждал, пока он выговорится.

– Я – это я, – произнёс Ян. – Последний из рода Варга, правитель Огрании. Я – это не голос той души, что иногда говорит со мной, не мои предки, не мой погибший брат и никто другой. Поэтому я прошу тебя, чтобы ты помог мне сделать то, что я должен. И может хоть тогда я искуплю то, что совершил. Для этого есть только один способ.

– Говори, Ян.

– Я прошу тебя помочь вернуть мне мой город. Освободить моих людей и страну, о которых я совсем забыл. Ведь пока я шёл за одним, я оставил тех, кто в меня верил и ждал.

– До имперской столицы сейчас недалеко, – сказал я. – Келвин Рэгвард там. Но сейчас ты просишь идти на север и отвоевать Мардаград. Твоя месть затянется. Ты сам-то хоть выдержишь это? Лучше скажи честно.

– Я убью Келвина Рэгварда, – твёрдо произнёс Ян. – Своей рукой. Но тогда, когда наступит время. Я должен заняться тем, чем был должен с самого начала. Мёртвые никуда не денутся, а живым мы ещё нужны. Моя месть остаётся, я не забуду о ней. Она со мной навсегда. Но пока она подождёт.

– Смотри сюда.

Я сел на корточки и начал раскладывать перед собой битые камни, гильзы и градины, чтобы схематично изобразить карту. Ян взял ложку и попытался есть.

– Я думал об освобождении севера, – сказал я. – Потому что для штурма имперской столицы у нас не хватит людей, а там почти вся армия Хитланда.

Целую горсть камней я высыпал в центр.

– Мы можем получить преимущество, когда перегруппируется армия Бинхая и подойдут свежие силы из Нарландии. Но сначала нужно составить план.

Ян терпеливо ждал, пока я размышлял вслух.

– Если мы высвободим силы из Мардаграда, – я передвинул кусок от градины. – Сможем атаковать с двух сторон. Но всё равно, Рэгвард хитёр. Как он тебя выманил, это просто нечто. Наверняка он даже не планировал, но использовал твоё состояние на всю катушку. Чуть не проиграли.

Коротко глянул на Яна. Он что, смутился?

– И у него какие-то тёрки с советом, – я задумался. – Я до сих пор не понимаю, из-за чего они враждуют. Ты был там, когда его младший брат прибыл к Катерине. О чём они говорили?

Узнаю у неё сам, но пока связь с Восточной провинцией ещё не работает. Пусть скажет Ян.

– Я не помню, – Ян откашлялся и покраснел. – Я был… я был так зол, что почти ничего не помню.

– А этот твой не помнит? – я потрогал амулет Громовой. – Душа этого Небожителя, которого привязали к тебе?

– Он… – Ян задумался. – Посланник что-то хотел предложить Её Высочеству, но я не дал дослушать. Просто, как только я увидел, что это Рэгвард, хоть и другой… Будь это Келвин, – голос стал жёстче. – Я бы оторвал ему голову прямо там. Но это был не Келвин.

– Младший Рэгвард попал под арест, – сказал я больше сам себе. – Ладно, уточню. Пока приводи себя в порядок, Янек, у нас очень много работы.

Я махнул рукой на прощание и пошёл туда, где взвод гвардейцев караулил единственного пленного.

Смуглый кудрявый парнишка в чёрном мундире с красными лампасами на штанах был невысоким, а на фоне здоровенных императорских стрелков и штурмовиков казался ещё меньше.

– Франко Нумер, – произнёс я. – Наследник Великого Дома Нумер и командир Марионетки. Давно не виделись. Ещё с академии.

Он угрюмо посмотрел на меня, но ничего не сказал.

– Я не объявлял тебя изменником как раз на случай, если захвачу в плен, – продолжил я. – Обвинение в государственной измене – это казнь на месте. Но с тобой и Джулио Алькарасом из Калуросы я оставил себе пространство для манёвра. Жаль, что Джулио сбежал, с ним бы я тоже поговорил.

– Можешь меня казнить, но мои люди не сдадутся, – сказал Франко, надменно глядя на меня.

– Не собираюсь, ещё мне не хватало новых кровников. Объявляю тебя своим пленным. Марионетка переходит имперской армии.

– Ты же не думаешь, что я прикажу своим войскам сложить оружие?

– А что, хочешь кровавой бани на своих землях? – спросил я. – Знаешь, северяне злопамятны, а твои люди занимались мародёрством, грабежами и изнасилованиями. Не меньше, чем островитяне и пустынники, которые нас ненавидели.

Он вздрогнул.

– Какое это имеет отношение…

– У меня здесь Ян Варга и Лукас Сантек. Твои люди навредили Аните Сантек, дочери Лукаса и подруге Яна. Наверное, ты даже и не знал об этом. Зато знают они. Я бы даже мог выдать тебя Лукасу, и он убил бы тебя на месте. Но это будет новый виток кровной мести, а мы ещё не разобрались со старой.