- -
- 100%
- +
Он показал им мобильник. Шестёрка погнала вперёд, Махно, сидящий сзади, готовил автомат. Оба уже натянули маски на лица.
А Душман посмотрел им вслед, выключил телефон и зашвырнул его подальше. Звонить им он не собирался.
* * *
Мы подготовились ко всему, но всё равно придётся рисковать самим. Женя всё утро требовал от меня, чтобы я остался в безопасном месте, но раз цель я, то отправлять вместо себя другого не собирался. Иначе поймут, что это засада, и будут ждать более подходящего случая. И вот тогда ударят, когда мы этого ожидать не будем.
Такого допускать нельзя, ведь если Душман, организовавший много покушений, подготовится получше, то ударит наверняка, без промаха. Поэтому времени на подготовку я ему давать не собирался. Но Женя всё равно настоял ехать вместе со мной, и здесь я не спорил. Стрелять он умел отлично.
План мы придумали такой, чтобы спровоцировать одну из банд с хлебозавода на встречу с нами, как повод, чтобы выйти с охраняемой территории. Когда-то весь этот район у хлебозавода был под Лукой, но тот его не особо контролировал. Там чуть ли не на каждой улице или во дворе была своя мелкая банда, большинство из которых были сами по себе, но перед крупными старались лишний раз не отсвечивать.
Банда Тунгуса говорила, что живёт по понятиям, кормилась за пределами своей территории и признавала старшинство Эдика. Они подходили, чтобы выманить меня в опасное место. Да и мы знали про их точку, на неё было много жалоб. А дальше – дело техники и артистизма, тут парни справились лучшим образом.
Такую помощь предлагал Мишаня, но я не хотел, чтобы кто-то из бандитов помогал нам сделать фиктивную стрелку.
Во-первых, будет выглядеть странно и подозрительно. Во-вторых, нельзя, чтобы они заранее знали о месте, ведь даже если сам Эдик решил одно, кто-то из его окружения может думать и захочет сделать подарок Кирьяну. Моему врагу, которого я даже не знал лично.
И в-третьих, это не должно выглядеть, будто они нам с этим помогли, и мы им за это должны. Мы и сами выманим Душмана, а уж о том, что я буду в назначенный час в нужном месте, он узнает быстро. Даже если не предупредят с рынка, как мы предполагали, город-то маленький, всё равно узнает так или иначе, даже утром выходного дня.
В машине со мной только Женя, Денис Машуков и Артём Васильев, у всех пистолеты. Взял бы Славу, но у него другая задача, очень важная. А позади, на большом отдалении, ехал Чейзер с нашими парнями, готовый придти на помощь.
И мы не одни. По всему маршруту дежурили бойцы СОБР и местные опера, но не отсвечивали. Официально это операция по задержанию преступников, которую спланировал местный УБОП и которому мы содействуем. Их оперативники тоже были рядом.
Но всё это прикрытие со стороны, главное здесь – сможем ли выстоять мы сами, если всё пойдёт очень плохо. Риски понимали все, и побывавшие в боях парни разбирались в этом лучше меня, а я полагался на них. По крайней мере, Женя точно не подведёт никогда.
– Закалённое, – Женя постучал рукояткой пистолета в окно. – Если что, первым выстрелом разбить, вторым в цель. А то патрон ослабленный, пуля с траектории после стекла уйдёт. А они, как пить дать, по пути нападут. Подъедут и с калашей мочить начнут, если пропустим.
– Возможно и так, – согласился Машуков. – Зато машин на дороге мало, утро же, увидим сразу. Да и они же не знают, что мы их ждём, и времени подготовиться у них не было. Всё хорошо будет.
Пистолет у Жени заряженный, только курок на предохранительном взводе, а сам он внимательно следил за своим сектором. Все смотрели каждый в свою сторону, как договорились.
Что оставалось неизвестным, так это то, как именно Душман нападёт. Думали, что расстреляет машину или выстрелит с девятиэтажки из снайперской винтовки. Больше вариантов у него нет.
Бомбу на дороге заложить негде, а поставить набитую взрывчаткой машину не выйдет, это сразу заметят. Мою машину он не минировал, не смог бы подобраться, и всё осматривал Ярик лично, а он армейский сапёр.
Да, Душман может подготовить к стрельбе целый гранатомёт, если у него есть, но это тоже увидят сразу. Да и он не знает заранее, по какой дороге мы будем ехать. Будь у него ресурсы пивзавода, он бы устроил засаду в нескольких местах, но он один. Если у него кто и есть, то только совсем небольшая группа.
Времени на подготовку мы ему не дали, так что придётся ему нападать нагло, при первой возможности. Сейчас предоставился хороший шанс выманить меня на открытом месте, другой такой может предоставиться не скоро.
Разве что дома, но я отправил деда и Кирилла ещё позавчера в гости к родственникам в Читу, а с ним поехал Пётр, который там жил. Так что резона ехать за ними у Душмана нет, если от него требуют завалить меня.
Долго ждать он не может, торопится. Наверняка Душману предложили, что его вытащат, а если задержится, то его найдут многочисленные враги. Ведь пивзавод его больше не прикрывает, а врагов у него хватает.
Я остановился на светофоре. А отсюда прекрасно видно недостроенную девятиэтажку. Неизвестно, нападёт ли он на нас по дороге и сможет ли, но снайпер будет там. В этом были уверены все почти на сто процентов.
* * *
Морж устал, пока забирался наверх. Достроили только восемь этажей, но уже на шестом была подходящая площадка для стрельбы, а до неё надо было добраться по лестнице.
Отсюда видно и несколько дорог, ведущих к стадиону, и сам стадион. Морж положил кейс на подоконник, и наклонился, пытаясь отдышаться. Сначала надо перевести дыхание, а то староват он для такого.
Только через пару минут он раскрыл кейс и быстро собрал винтовку с глушителем, ВСС «Винторез». В Афгане он стрелял из армейской СВД, а эту увидел, только когда ушёл в братву, но Винторез ему сразу понравился.
Он встал на позицию у оконной рамы и оглядел местность из бинокля. Ликвидировать цель будут на ходу, но если стрелки облажаются, он добавит от себя.
Тут метров четыреста, в стоячую цель не промазать, с движущейся будет намного сложнее. Да и сердце ещё сильно билось, надо подождать. Только когда руки стали твёрдыми, а дышать стало проще, он снова встал на позицию, в этот раз уже с винтовкой в руках, и прицелился.
В былые времена он бы снял цель прямо на ходу, через лобовое, но возраст уже не тот. Подождёт, когда машина остановится, и завалит водителя и всех, кто оттуда вылезет. Вдруг они поменялись местами?
Едут, красный Прадо нёсся по пустой дороге. Далеко позади видно белый Чейзер, затормозивший на светофоре. А мимо него на высокой скорости, прямо на красный, пролетел грязно-белый Жигуль.
Морж усмехнулся в усы. Душман сейчас положит всех, кто в Прадо, и успеет занять позиции, чтобы расстрелять людей в Чейзере. Как и планировалось.
Снайпер снова нацелился в водителя, но… что-то не так.
Все эти люди и машины вдоль дороги… да это же менты, которые прикрывают джип! Вон как они закопошились сразу, хотя до этого несколько минут вели себя спокойно.
Засада! Морж отложил винтовку и полез за мобилой, чтобы предупредить шефа. Но не вышло.
Шум за спиной он услышал слишком поздно. Кто-то со всей дури вмазал ему прикладом в спину, и Морж повалился вперёд, но выпасть из окна ему не дали. Мужики в брониках и масках подтянули его назад, уткнули лицом в ледяной грязный пол и начали застёгивать наручники на запястьях.
– Чё ты лыбишься? – спросил один, поднимая его.
Морж не ответил. Спина болела, болел лоб, которым он ударился в пол, зато остался жив. А вот тем, кто в машине, так не повезёт. Раз у них оружие, их скорее всего положат на месте.
* * *
Зазвонила моя мобила, я сунул её Жене, потому что сам следил за дорогой. Тот ответил.
– Взяли снайпера, – сказал он мне, убирая телефон в бардачок. – Но не расслабляйся, Волк. Так легко…
– Не бывает, – я снова посмотрел в зеркало заднего вида, потом на Женю.
Он тоже это увидел. Мы поняли друг друга без слов, ведь уже достаточно пережили вместе, чтобы так получалось.
А как ещё понимать, когда за тобой на такой скорости несётся грязный жигуль без номеров, у которого на таком морозе открыты окна?
И не только мы это поняли. Чейзер, едущий за нами, поехал на полной скорости, пытаясь подрезать жигулёнка, но не удалось, не успел. Не вышло это сделать и у серой буханки, которая ждала на боковой дороге. Это кто-то из группы прикрытия.
Жигуль с ювелирной точностью объехал буханку, с трудом удержавшись на дороге, и оказался у нас справа. Ну да, правый же руль, а за рулём почти всегда я. Понятно, кого они ищут.
Я кивнул Жене, и он тоже понял, что будет, дальше, и кивнул.
А я резко повернул руль.
Мы врезались жигулёнку вбок, и более лёгкую машину отбросило в растущий у дороги тополь. Но и нас развернуло, а меня аж подбросило, но я удержался. Двигатель заглох.
– Голову! – закричал Женя и надавил мне на макушку, чтобы я согнулся, а потом навалился своим весом, целясь в жигули через стекло. – Не шевелись, Макс!
Прямо из такого положения он выстрелил в боковое окно, не открывая и не пытаясь выбить. Громкий звук меня оглушил. Сквозь звон в ушах я слышал ещё выстрелы, это стреляли Денис и Артём с заднего сидения, прямо через окна.
Осколки сыпались на меня, но звона я не слышал. Зато выстрелов много, ИЖи сухо и громко палили в салоне, а снаружи раздались две автоматные очереди, короткая и длинная.
Хотелось встать и помочь, но лучшая помощь – не мешать Жене целиться, он как раз опирался на меня, ещё собью ему прицел.
Выстрелы продолжались. Отстреляв магазин, Женя подался назад, а я сунул ему запасной, который на ощупь достал из своего кармана. Он перезарядил и пальнул в окно ещё раз.
И всё.
А потом слышно только протяжный гудок и звон в ушах. В разбитое окно задувал ледяной ветер. Я поднял голову, чувствуя, как с неё посыпались осколки битого стекла. Кажется, одна гильза закатилась мне за шиворот.
Женя бесцеремонно расстегнул мне куртку и проверил, есть раны или нет. А я посмотрел на него. Живой и не ранен, да и остальные живы, только дышат громко. Сильно воняло горелым порохом. Гудение снаружи продолжалось.
– Все целы? – спросил Денис сзади.
Голос спокойный. Они все спокойны и собраны. Не зря я взял именно их. Их спокойствие передавалось и мне, хотя внутри всё равно будто всё перевернулось.
Протяжный гудок стих. Снаружи стоял расстрелянный жигулёнок, к которому подошли двое собровцев, держа автоматы на изготовку. Один спихнул голову водителя с руля, чтобы не давил лбом на сигнал.
Не только мы по ним стреляли, потому что дыр от пуль больше, чем от наших трёх стволов. Да и некоторые такие, что ИЖ сделать не сможет.
Да, нам помогли. Стреляли из Чейзера, из пистолетов и Сайги, да и кто-то из собровцев, похоже, пустил очередь из автомата, а то и не один. Вот криминалисты замучаются разбираться со всем.
Подъезжали ещё машины, милицейские и фсбшные с включёнными мигалками. Следом за ними скорая, но её я пока не видел. Я посмотрел на окровавленные тела, сидящие внутри жигулей. Двое в чёрных масках, оба готовы. Собровцы оглядели их, чуть приподняв маски, но…
– Душмана нет, – сказал я, отряхивая голову от стекла.
– Как нет? – Женя посмотрел в разбитое окно. – Точно, сука, его там нет в тачке. А где… – он посмотрел на меня и добавил шёпотом: – Ну, тогда наш второй план, да, Волк?
– Да, как и хотели. Не уйдёт Душман, Женя. Не после такого уж точно. Потому что заказчик в городе, он ещё не уехал. Ждёт, что будет дальше.
* * *
Душман вошёл в кафе, где завтракал Поэт. Толстый мужчина поедал салат ложкой, а перед ним на тарелке лежали обглоданные куриные косточки. За воротник клетчатого свитера он заткнул белую салфетку, на которой уже были свежие пятна от жира. Приятно пахло свежезаваренным чаем из кружки.
– Готово? – спросил Поэт, невозмутимо продолжая есть.
Душман сел рядом с ним вплотную, хотя тот был этому очень недоволен, и огляделся. Ещё праздники, из персонала только кассирша, которая смотрела бразильский сериал по телевизору, даже не отвлекаясь на посетителя.
Ну какой посетитель, когда показывают повтор «Рокового наследства»? Телевизор стоял в подсобке за стойкой, поэтому женщина сидела спиной к входу. Идеально.
– Антонио Фагундес, – диктор называл актёров, пока на экране шла заставка сериала. – Глория Пирес, Патрисия Пиллар…
– Фагундес, – мрачно повторил Душман.
– Чё? – спросил Поэт, с недоумением глядя на него.
– Сдать меня решили, твари? – со злостью спросил Душман. – Всем слил, п***р толстожопый, чтобы они меня достали? Вот как чуял, что там засада. Всех положили… кроме меня. Так что п***л ты, Поэт х**в.
– Ты чё, ох***л? – Поэт сорвал салфетку и бросил на стол. – Ты на кого полез, а? Ты чё, Душман, ты хоть… а-а-а…
Лицо скривилось от резкой боли, но крикнуть он даже не мог, получалось только тихо хрипеть. Рукоятка ножа торчала у него в боку, а Душман уже поднялся и вырвал её.
– Пока, Поэт, – хмыкнул он, бросая окровавленный нож на стол. – Черномору там привет передавай.
Теперь надо валить, пока кассирша не поняла, что единственный посетитель в кафе умирает, а ушедший гость его завалил ударом в печень. Ну а то, что иркутский посланник умрёт, это понятно, после такого не выживают, особенно если никто не поможет в ближайшее время.
Душман вышел на улицу, так быстро, насколько мог с раной в ноге, но остановился, чтобы не поскользнуться на ступеньках, покрытых льдом. Тут надо осторожнее.
Он занёс ногу…
Выстрел он даже не услышал.
Тело упало на ступеньки и скатилось вниз.
Слава, стоявший за дверью, выронил пистолет, из которого только что прострелил Душману затылок, и отошёл за угол, где быстро снял куртку и вывернул серой стороной наружу, а вместо кепки напялил вязаную шапку.
Отошёл ещё дальше, убедившись, что хвоста нет и никто не понял, что произошло. Только потом позвонил.
– Как вы там, Волк? – спросил он в телефон.
– Живы и здоровы, Слава. Разбираемся. А ты как?
– Ну и я не хвораю. Едва нашёл нашего знакомого, чуть не потерял. Отправил его к друзьям на Чёрное море, а он с собой товарища решил захватить. Ковалю привет, скоро увидимся.
Слава отключился, слушая сирены вдали. Как Волк и говорил, после такого весь город будет на ушах. А уж милицейского начальства понаедет, едва отобьёшься. Но Волк чего-нибудь придумает, да и знакомые у него всякие есть. Тут Слава не волновался. Главное – не попасться самому.
Глава 3
– Устроили тут разборку почти в центре города, – с негодованием произнёс капитан Савватеев, глядя на Лёню. – Вот как знал, что…
– Не воняй, – Лёня отмахнулся от него рукой. – Делом займись, Васька. Свидетелей опроси пока, чё ты здесь крутишься?
– А какие тут свидетели? – Савватеев огляделся.
– Так найди, – сказал подошедший к нему со спины майор Рыбин. – Вон магазинчики стоят, и вон там, пивнушка, сходи туда. Работы – непочатый край.
– Так пусть Марат мужиков своих отправит, мы же…
– Он помочь просил, чтобы закончить быстрее, а ты раньше у него в отделе сидел. Всё, шуруй давай, не топчи тут!
Савватеева не привлекали к операции, зато заняли его делом, когда всё закончилось. Работы и правды было много, вызывали чуть ли не всех причастных, кто был в городе. Впрочем, многие опера и так уже были на месте.
Въедливый опер вздохнул и огляделся по сторонам, переходя дорогу, хотя нужды в этом не было. Всё вокруг перекрыли, даже трассу, идущую через город. Дальнобойщики, чьи фуры не могли проехать, собирались кучками и ругались между собой, ждали, когда их наконец пропустят.
Милиции вокруг было полно, а уж начальства понаехало! Прям как летом, когда мы прикончили майора Богатова в доме Женьки. Вообще-то, начальники могли и не уезжать после недавних проишествий. Особенно учитывая происходящие в Новозаводске события, которые почти сравнялись с тем, что творилось в городе летом.
Сначала произошло несколько заказух мясокомбинатовских бригадиров, а потом прикончили киллеров, которые это устроили. А буквально на следующий день в кафе за городом положили Черномора и ещё двоих, Прапора и Пианиста. И сразу после праздников было убито два сотрудника внутренних дел и ещё двоих ранили.
А как итог всех этих событий, ещё два тела киллеров в расстрелянных жигулях, и ещё двое найдены в городе только что.
И правда, криминальный Новозаводск.
Приехал лично полковник Игнатьев, начальник ОВД, который стоял над душой у криминалистов и лично гонял оперов из уголовного розыска. А скоро должен прибыть аж целый зам руководителя РУОП в Читинской области.
И здесь не только они. В чёрной Волге сидел главный прокурор города Верещагин, толстый и похожий на бульдога мужик, а следователь прокуратуры, хорошо знакомый мне Федюнин, лично проводил осмотр места преступления.
Тут даже местное руководство ФСБ прибыло, но их в лицо я почти никого не знал, мне хватало знакомства с Ремезовом и его помощником Кузьмичёва. Федералы стояли в сторонке что-то обсуждая, в работу милиции не вмешивались.
Дело резонансное, целое покушение с киллерами, которое ещё и не удалось, вот и понабежали высокие чины. В городе и так в последние дни жарко несмотря на сорокаградусные морозы, даже для девяностых такое слишком, особенно под самый конец эпохи.
Ну и нахождение здесь этих чинов связано с недавней гибелью сотрудников милиции, ведь формально, операция как раз проводилась, чтобы схватить убийцу. Не зря я договаривался с Рыбиным, это облегчило нам работу, ведь то, что у киллеров был умысел нас прикончить, видели все причастные. Так что оружием мы пользоваться могли по закону, да и оно у нас легальное.
Вообще, у меня была мысль вооружить парней не ИЖ, а чем-нибудь посильнее. Но криминалисты точно нашли бы пулю другого калибра, а Ремезов не всесилен, чтобы прикрыть меня в таком случае. Тут при лучшем раскладе будет незаконное хранение оружия, а в худшем что угодно. Но хватило ИЖей, парни стреляли метко.
О происшествии должны сообщить в Москву, так что когда там проснутся часов через шесть, начнут слать приказы и требовать отчёты. Об обычных преступлениях туда не сообщают, но тут особый случай. Вот Игнатьев и недоволен, все шишки валятся на него.
Криминалисты уже закончили фиксировать тела, теперь собирали улики. Из моего джипа торчали чьи-то ноги, кто-то лёжа на сиденьях собирал гильзы с пола. Мы же стреляли внутри, всё осталось там.
А моей новенькой машине требовался ремонт, надо поменять выбитые боковые стёкла, ещё на боку вмятина и несколько отверстий от пуль. Но лучше чинить тачку, чем лечить раны или ложиться в могилу. Да и пулевые отверстия на СТО заделывать научились давно.
Собровцы стояли в сторонке, разглядывали жигули, покрытые многочисленными дырами. Да, бойцы стреляли тоже, они открыли огонь сразу, когда сидящий в машине человек нацелился в нас из калаша. Потом поговорю с Левшой, надо бы угостить мужиков за такую помощь.
Оружие киллеров уже унесли. Один из убийц был вооружён старым АКМ под 7.62, из которого легко бы положил нас всех. У второго, водителя, укороченный Калаш, а ещё в машине нашли редкий в наших краях автомат Кедр.
Похоже, исполнять нас должны были трое, но третий свалил. Скорее всего, Душман должен был участвовать лично. Но он скрылся, правда, ему это не помогло, о его судьбе я узнал быстро. Слава мне уже позвонил, а вскоре сказал и Лёня, который разговаривал с бывшими коллегами.
Отправься Душман на этой машине, получил бы свои пули сразу. А вот если бы он поднялся на недостроенную девятиэтажку, вполне мог бы остаться в живых, как тот снайпер, которого уже арестовали.
Там его ждали собровцы, взяли его до того, как он успел выстрелить, ещё изъяли дорогую винтовку, из которой он собирался меня положить. Но усатого стрелка арест не расстроил. Наоборот, когда его выводили, он был чем-то очень доволен. Наверное тем, что он единственный, кто остался жив.
Любопытных вокруг становилось больше, ещё подтягивались немногочисленные местные журналисты, которые пытались сфотографировать повреждённые тачки, но им не давали спокойно работать. Телеканал у нас один, работает всего несколько часов, так что своего оператора для таких экстренных случаев у них не было, поэтому репортажа с места событий не будет.
Так что в газеты и новости фотки с нашими лицами не попадут. Местные сделают короткую статью, а в областной газете будет разве что короткая сводка, что киллеры обстреляли машину директора частной охранной фирмы из Новозаводска, но покушения не вышло.
Это меня не беспокоило, за дешёвой славой я не гнался, хватало своих забот. И так готовили план всю ночь, вторые сутки на ногах, и поспать в ближайшее время не выйдет. Ладно, сейчас-то я молод, а когда был в возрасте, это было выносить тяжелее. Да и отчитываться следователю, что твои люди отстреливались от киллеров, сложнее, чем сдавать тепловоз с ремонта.
Оружие у нас забрали под акт, а Женя очень тщательно проследил, чтобы все гильзы и оставшиеся патроны были пересчитаны, ему же потом отчитываться за всё. Три пистолета мы отдали, но Женя уже сегодня самостоятельно «выпишет» себе новый, пока криминалисты не вернут старые. Ещё они потеряли две гильзы, из-за которых Женя спорил с ними почти полчаса. Оказалось, что молодой эксперт случайно сунул их в карман и забыл.
Когда стало известно, что в городе застрелили Душмана, часть людей отправили туда. Причём новость встретили с явным недоверием, Душмана уже несколько раз объявляли убитым, а он оказывался жив. И тем выше было их удивление, что в этот раз нашёлся кто-то, кто смог его достать. Думаю, братва в городе будет удивлена не меньше.
Сам Душман прикончил в городе какого-то мужика, которого я не знал. Но это явно не простой прохожий, а кто-то, к кому Душман пришёл специально. Мне ещё не сказали, кто это, но я предполагал, что это заказчик. А раз киллеров ждали, Душман мог решить, что это засада и расквитаться за это. Он же не знал, что его сдали не чужие, а свои.
В чём-то Душман облегчил нам жизнь, ведь искать нового киллера пока некому. А Слава испарился. Ну, раз про него неслышно и его никто не искал, значит, всё идёт по плану, и скоро я его увижу.
Конечно, убийцу Душмана тоже будут искать, но вряд ли бросят на это все силы. Да и кто будет подозревать в этом нас? Мы были в машине, и нас видели все. Лучшие алиби из возможных.
Ну а Славка сегодня якобы на комбинате, это подтвердят все, кто работает там в нашей смене.
Зато насчёт того, кто порешил Душмана, сделает выводы братва. Но мстить никто не будет, ведь друзей у него в последнее время становилось всё меньше, а врагов всё больше и больше.
– Грязно вышло, – сказал Ремезов, когда от меня отстал следователь. – Но иначе, похоже, никак. Душман так залёг, что даже свои не знали, куда. Но кто-то вычислил, где он будет сегодня утром…
Он с подозрением глянул на меня, но задавать очевидный вопрос не стал. Похоже, ему и самому хотелось быстрее закрыть это дело. Он же приехал разбираться, кто слил давно готовящуюся операцию с незаконными перевозками через границу и кто сдал его агента, а вместо этого понадобилось быстро вытаскивать своего человека.
Но я не удивлюсь, если сейчас все шишки свалят на Душмана. И что он сдал груз, и что он убил ментов, хотя вот последнее точно было правдой. И я думал, что следователь запишет в деле Черномора и остальных, что его тоже порешил Душман. Особенно если намекнуть, что Душман в том кафе был. А что, это вполне возможно доказать, если найдут кого-нибудь из охраны Черномора. Покажут фотку, Душмана узнают, тем более, он из этого кафе сбежал не прощаясь.
Об этом я и сказал Ремезову, а после задал ещё один вопрос:
– И как думаешь, когда иркутские решатся найти нового киллера?
– Ну, тут не ответишь сразу, – Ремезов снял кожаную перчатку, достал пачку сигарет и протянул мне. Я замотал головой, тогда он закурил сам. – Опасное дело на твою контору лезть, все уже убедились. А отправлять гастролёров накладно, да и они как мухи дохнут. Ладно, завтра обсудим кое-что, у нас ещё одно дело осталось. Нужно новую операцию готовить.
Я немного удивился, когда ко мне подошёл крепкий и угрюмый мужик, назвавшийся Тунгусом. Точно, стрелка же, я совсем забыл! Но её бы и не случилось, Тунгус и его банда, едва запахло жареным, разбежались, а то бы их арестовали, ведь у каждого из них протокольная рожа, и оружие с собой должно быть. Но он подошёл позже, когда мы собирались уезжать в прокуратуру.
Поговорили быстро, Тунгус очень проникся произошедшим, вопрос с тем «кафе» он очень хотел закрыть сегодня, мне самому тоже не хотелось рассусоливать долго. Он своё дело сделал, сыграл по нашему плану, пусть пока гуляет и больше не попадается нам на глаза.
На прощание он отдал деньги, говоря, что вышла накладка и никто моих людей обувать не собирался.А ведь Тунгус так и не понял, что именно произошло, но это не имело значения. Да и внезапная гибель Душмана убедила его, что с нами связываться себе дороже.