Замок Короля Пауков

Глава 4

– О, смотрите, это же наш старый знакомый Феликс. Крестьянин устроился в пехтуру!

Феликс даже не стал оборачиваться на крики. Это из отряда Каса, те, кто пережил прошлый бой. Наглые ублюдки опять пришли в себя и теперь шутят при виде Феликса по три раза на дню, как и раньше. Даже захотелось взять мушкет и пристрелить какого-нибудь дворянчика.

– Не обращай внимания на идиотов, – сказал Гилберт. – Когда они пересекут реку, им будет не до смеха. Опять. Я уже видел, что они представляли из себя в бою. Жалкое зрелище.

– Согласен. Вояки из них ещё хуже, чем шутники.

– Всё, что тебе нужно знать о человеке, можно увидеть только во время боя. Когда смерть хватает тебя за яйца, ты всегда настоящий. Вот и тебя я наконец узнаю, какой ты на самом деле.

– Да ладно, ты меня знаешь лет десять.

– Нет. Я тебя не знаю.

Феликс не стал спорить. Гил был младше его на год, но он в Лесе с шестнадцати лет и воюет всё это время.

Они встали лагерем на берегу. Вдали, за рекой и большим пшеничным полем лежали холмы. Северная граница Тренланда, дальше королевство Альба. На самом высоком стоит замок Короля Пауков. Он не такой большой, как замок в столице Тренланда, в нём едва ли поместится хотя бы сотня человек гарнизона, да и стены невысокие. Но холм этот настолько крутой, что забраться наверх будет непросто, даже если никто не будет кидать со стен камни и стрелять. На соседнем холме монастырь. Он находится чуть ниже, но подъём на него ненамного легче. Над замком поднимались облака дыма. Сначала Феликс думал, что это пожар, но Гил объяснил, что это защитники приветствуют подкрепления, стреляя из пушек. Должно быть, сильно обрадовались.

Обычная пехота копала ямы и валила деревья для укрепления лагеря. А гвардия ждала. Враг вряд ли будет пересекать реку и нападать. Непонятно, сколько вообще альбийцев на том берегу. Видно их лагерь, видны королевские флаги Альбы, с жёлтым львом на синем фоне, и множество флагов поменьше, у каждого клана свой. Вечером, когда зажгут костры, станет понятнее их настоящая численность.

– Как думаешь, они могут прятаться в том лесу? – сказал Феликс, показывая пальцем на деревья, растущие на том берегу.

– Не знаю, – Гилберт что-то искал в котомке. – Говорят, что там болота. Генерал, твой отец, распорядился отправить туда пару человек, чтобы проверили. Если есть проход, сможет обойти.

Отец Феликса был у реки, его видно и отсюда. Скорее всего, справляется о глубине бродов. Река широкая, но разведчики уже пометили три брода.

– Держи, – Гилберт протянул ломоть хлеба. – Немного старый, но есть можно.

– Немного? – Феликс усмехнулся. – Да он наверняка видел Первый Набег. И уже тогда был в почтенном возрасте.

– Не выдумывай. Горячего сегодня не будет, – Гил ел сухари с таким видом, будто это лучшее лакомство в мире. – Сейчас поедим, а потом… – он поднял голову, куда-то присматриваясь. – О, собрание для офицеров. Я пошёл. А если бы кое-кто остался в отряде, то сейчас пошёл бы со мной.

– Я знаю, – сказал Феликс.

Войска, пыльные и грязные после перехода, разбрелись кто куда. Неизвестно, будет бой сегодня или только завтра. Замок и стоящий рядом монастырь всё ещё держатся, а у альбийских варваров нет пушек, чтобы проломить стены. Кажется, война будет короткой. Один бой и по домам… по крайней мере, Феликс надеялся, что маркграф не передумает и не отправит пехоту Леса на материк.

Примчавшийся всадник остановил коня столь резко, что Феликса засыпало пылью из-под копыт.

– Ох, Феликс, я прошу прощения, – Сэджин Лидси спешился с коня и начал руками стряхивать пыль с накидки Феликса. – Не рассчитал. Вот, возьми лучше это, – он отобрал у Феликса посыпанный песком сухарь, и достал из седельной сумки свежую, ещё горячую булку. – Мне купили вон в той деревне. Извини, мне правда жаль. Буду должен что-нибудь другое, посолиднее.

– Ничего, ничего, – ответил Грайден-младший, кусая хлеб. – Так даже лучше.

– Тогда я рад. По правде говоря, я ищу именно тебя.

– Меня?

– Ну да. Мне нужен кто-нибудь, кто мне расскажет об этой местности, потому что Кас со мной говорить не хочет, твоему отцу некогда, а больше я никого не знаю. Сделаешь мне такое одолжение?

– Конечно. О чём рассказать? Я тут сам впервые, но кое-что знаю.

Сэджин достал из седельной сумки длинную чёрную трубку.

– Подзорная труба, – похвастался наследник Эндлерейна. – Видел такие?

– У отца есть. Это тоже из Старого мира?

– Тот, кто мне её продал, утверждал, что это так, – он раздвинут трубку и приложил к глазу. – Хорошо, Феликс, расскажи мне о замке. И о втором тоже. Я не знал, что их два.

– Второй – это не замок. Это монастырь святого Джеффри, там тоже сидит гарнизон. Ну и монахи должны помогать его защищать.

– Монастырь? Хм, – Сэджин перевёл трубу. – Мощные стены, похож на замок. Есть пушки. Послушай, там что, требушеты?

– Требушеты? – удивился Феликс. – Откуда бы они там взялись?

– Сам посмотри.

Сэджин передал ему трубу и помог направить. Во внутреннем дворе монастыря-крепости стояло несколько высоких вышек, сделанных из переплетённых железных труб. Они и правда походили на требушеты, особенно верхняя часть. Вылитый рукав требушета с противовесом.

– Это не требушеты, – сказал Феликс. – Это какие-то вышки из Старого Мира. Говорят, монахи нашли способ их починить и добывать каменное масло из земли. Потом что-то с ним делают, чтобы оно лучше горело. У нас продаётся такое, для ламп.

– Хм, надо купить. А как думаешь, когда осада кончится, монахи пустят меня посмотреть на эту вышку?

– Конечно, почему бы и нет? Там ещё есть, вон на том холме.

Между деревьев стояли и другие вышки, но уже ржавые и неработающие.

– Надо посмотреть поближе, – Сэджин улыбался. – Обожаю такие старинные штуки. Церковь вечно всем всё запрещает, а сами… Ну да неважно, давай к делу.

Он достал маленькую книжицу с кожаным переплётом и начал листать. Страницы исписаны мелким почерком, иногда попадались сделанные от руки карты.

– Мой помощник, – сказал Сэджин. – Всегда стараюсь записывать перед боем, всё что увижу. Я буду писать и говорить, а ты поправляй, если что.

Он достал маленький свинцовый стержень.

– У нас есть две крепости – Замок Паука и монастырь, который укреплён не хуже. Феликс, а почему Замок Паука или Короля Пауков?

– Старая легенда.

– Расскажи. Если тебя это не затруднит, конечно.

– Якобы крепость построена на руинах Старого Мира, а в подземелье живёт Король Пауков. Говорят, он предсказывает будущее, но после этого пытается тебя убить.

– Интересно, – Сэджин хмыкнул. – И как, точные предсказания?

– Если он говорит, что я сейчас тебя убью, а после этого убивает… значит, точные, – Феликс рассмеялся.

– И правда, – Сэджин посмотрел на замок с мечтательной улыбкой. – Потом попрошу Кастиеля, чтобы показал мне те подземелья. Люблю истории про Старый Мир. Посмотрим, что он предскажет мне. Ладно, давай дальше. Замок охраняет вход в долину от северных кланов из Альбы, поэтому им приходится держать его в осаде, чтобы не оставлять в тылу, иначе гарнизон перережет снабжение. Подъём очень крутой, а ещё там пушки. Неприступная крепость. И как я вижу, тот, кто полезет в монастырь, будет получать из пушек замка, а тот, кто попытается влезть на замок, будет получать картечь из монастыря. Просто и эффективно. Не хотелось бы её штурмовать самому.

– Всё верно. Кто-то уже рассказал об этом?

– Нет, просто я с детства изучаю всё, связанное с тактикой, – Сэджин прикрыл книжку с записями и продолжил. – У меня брат, старший… был… он как-то нашёл в отцовской библиотеке биографии полководцев, причём полководцев Старого мира! Их имена уже никто и не знает. Большая такая книга, толстая, с картинками и картами. Мы её до дыр читали. Потом покажу, если хочешь, везде с собой вожу. Так что просто смотрю и предполагаю.

– А в Старом Мире воевали также, как мы?

– Не совсем. Там была долгая история. Очень долгая. У меня брат всё пытался её составить, сколько получилось узнать. Его-то Старый Мир по настоящему интересовал… Есть, что ещё добавить?

– Отец говорил, что в прошлую войну варвары взяли основной замок, но не стали захватывать монастырь, – сказал Феликс. – Потеряли много людей и в итоге проиграли.

– Понятно. А монастырь и замок как-то сообщаются между собой? Имею в виду подземный тоннель или проход?

– Не знаю, лучше спросить у отца, он же тут воевал тридцать лет назад.

– Спасибо, Феликс, – Сэджин продолжил черкать какие-то закорючки. – Мне нравится это поле. Ровное, в самый раз для конницы. А тот лес на востоке. За ним же болота, верно?

– Угу.

– Как бы ни обошли. Ладно, разберёмся потом. Даже не знаю, как выразить свою благодарность. Я же так и не рассчитался за тот случай с Эйриком. О, для начала приглашу на обед, как ты на это смотришь?

– А? Обед? – изумлённый Феликс пытался что-то ответить, но не вышло. Обедать с будущим герцогом… это, пожалуй, слишком высокая честь. Кас-то не пускал Феликса за свой стол.

– Сочту это за знак согласия. Правильно, что согласился, у меня-то кормят лучше, – Сэджин засмеялся. – Но не сегодня, извини. Кастиель хочет атаковать уже к вечеру, но, надеюсь, твой отец сможет его переубедить.

* * *

Переубедить Кастиеля Дренлига не вышло, Сэджин понял это сразу, как его увидел.

– Мы снесём их одним ударом, как и нордеров, – наследник Тренланда стоял на берегу реки, положив меч на плечо. Вместо кирасы на нём обшитая стальными пластинами куртка.

Вражеский лагерь стоял далеко, недалеко от замков. Он большой, но сколько действительно воинов во вражеской армии неизвестно. Разведчики до сих пор не вернулись.

– Нужно подождать, – сказал генерал Грайден. – Обоз ещё не прибыл и будет в лучшем случае завтра. Мы пойдём в бой только с тем, что у нас есть.

– У вас есть пики, – Кастиель скривился. – Их много.

– У пик есть один неприятный, но ожидаемый недостаток – они ломаются.

– У моих тоже всего по копью, – сказал Сэджин. – Будет шанс всего на один мощный удар. И пушки в обозе, с пушками мы могли бы…

– Да нахрен они нужны! В замках есть пушки.

Генерал Грайден откашлялся.

– В монастыре четыре пушки, в замке Паука – шесть. И их заряжают картечью, а не ядрами. Они не достанут до поля. Нужно ждать.

– Да нельзя ждать! Они в любой момент могут начать штурм. Атакуем сейчас и снесём этих варваров. Будем их гнать до самой Альбы. У нас тысяча тяжёлых всадников, мы…

– У тебя двести рыцарей, – Сэджин показал головой на строй кавалеристов. – И столько же конных сержантов.

– Вместе с твоими…

– Я не пойду в слепую атаку без подготовки.

Кастиель сжал губы и подошёл ближе. Он ниже Сэджина почти на голову и младше на пару лет, но его это не останавливало.

– Ты что, Лидси, трусишь? Пока мы будем воевать на этом поле…

– Я тебе не подчиняюсь, – Сэдж скрестил руки. – Атакую при первой же возможности, но лезть в неизвестное мне место я не намерен. Я атакую, когда вернутся разведчики. И когда придёт обоз. Нужно узнать, что на этом поле…

– Да что может быть на этом поле? – вскричал Дренлиг. – Поле и поле, трава на нём растёт. Или что это пшеница? Нет, твой отец говорил, что ты трус, но я сейчас это сам вижу. Как ты вообще на коня-то садишься? Не боишься упасть? Или ты что-то задумал, чтобы украсть мою победу.

– Мне твоя победа не нужна и даром, – Сэджин показал на поле. – Хочешь её, так иди и возьми!

Генерал Грайден встал между ними и без всяких церемоний оттолкнул обоих.

– Милорды, – сказал он невозмутимым голосом. – Уверен, на том берегу сейчас потешаются, глядя на вас. Вы ещё повоюйте друг с другом. Нужно ждать.

– Это я тут главный! – взвизгнул Кастиель. – Мой отец…

– Твой отец, милорд Кастиель, прислушивается к моему мнению в каждой битве. А я этих битв провёл не меньше, чем Златодержец. И никогда не видел, чтобы хоть одна безрассудная атака в лоб окончилась победой. Время на нашей стороне, не на их. Враги в слабом положении. Они между нами и замками, если они нападут на что-то одно, так получают удар в задницу. Если мы подождём всего один день…

– Никаких отсрочек, генерал Грайден, – Кастиель взмахнул мечом. – Нападаем сейчас, разметаем варваров рыцарским ударом и добиваем выживших. Вы идёте в бой, генерал, или будете смотреть с берега вместе с Лидси?

– Лес выходит в бой, если таков приказ, – Грайден сплюнул в воду. – Но если всё идёт не по плану, то действую по обстоятельствам… при всём уважении, милорд.

– Не придётся, – сказал Кастиель намного более спокойным голосом. – Мы справимся. Всего один удар. А наши союзники, – Дренлиг послал в сторону Сэджина презрительный взгляд. – Пусть отдыхают. Уверен, герцог Лидси припомнит сыну об этом на следующей пирушке.

Сэджин дёрнулся, как от пощёчины.

– Если хочешь сдохнуть на этом поле, Дренлиг, то иди и сдыхай. Вместе со всей своей армией.

– Мои воины, – продолжил Кастиель, но Сэдж его перебил:

– Твои воины – это совсем зелёные дети дворян или крестьянское ополчение из мальчишек лет шестнадцати-семнадцати.

– И что? Я прикончил своего первого в четырнадцать. Они…

– В твоей армии только два действительно сильных отряда – рыцарская кавалерия и пехота Леса. Потеряешь их в лобовой атаке – победы тебе не видать. Будешь потом сидеть и ждать, когда с войны вернётся Златодержец, чтобы решил всё за тебя?

Сэджин вытер пот со лба и сжал дрожащие кулаки. Всего один человек вывел его из себя.

– У меня всё. Я в этой бой не иду. Генерал Грайден, благодарю за помощь с замерами бродов, это может пригодиться. Удачной атаки, господа.

Он развернулся и пошёл к себе, слыша, как Кастиель исторгает проклятья. Ну и пусть. Стоящий в стороне Бьёрн догнал его в два прыжка.

– Когда он стал таким кретином? – спросил Сэджин и добавил, видя, как Бьёрн пытается показать какой-то жест: – Если ты хочешь сказать, что он всегда таким был, то можешь не стараться. Приведи ко мне Макграта и командиров всех крыльев. Ну что смотришь? Если я сказал, что мы не атакуем, это не значит, что я останусь в лагере. И следи, чтобы Макграт не играл в кости, а то ещё свои пистолеты продует.

Сэджин пошёл в свой шатёр надеть доспехи. Кавалерия, которую он привёл с собой, готовилась к бою. Всадники осматривали лошадей и надевали броню на ходу. Некоторые не успели поесть, и держали сухари во рту. Но несмотря на сумбурность, действия его армии были слаженными и спокойными. Сэдж остановился полюбоваться на сборы. Эти пятьсот всадников обходились в большую сумму, но результат того стоил. Однажды они прославятся.

– Жаль, что ты это не видишь, – прошептал Сэджин. Очень тихо, чтобы никто не услышал. – Это же твоя мечта.

В шатре достаточно темно, солнечный свет почти не заходит внутрь. Сэджин сел у небольшого раскладного столика и достал из кармашка куртки металлическую коробочку. Ту самую. Крышка открылась с громким лязгом, большой палец нащупал ребристое колёсико и крутанул вниз. Из покрытого отверстиями кожуха вырвалось пламя. Маленькое, но Сэджин всё равно вздрогнул. Как всегда. Он зажёг свечи на столе, все пять, испытывая неприятное чувство тревоги. Но оно всегда помогало настроиться перед боем. Наверняка придётся вмешаться, чтобы усилить натиск союзников, если армия врага дрогнет… или хотя бы удержать Кастиеля от окончательного разгрома.

Его раздражало, что с той стороны реки большая армия Альбы, но его пугает не она, а вот эти пять огоньков. Маленькие, но от этого не менее опасные. Но нужно учиться преодолевать свой страх, а не сидеть в темноте. Огоньки свечей едва заметно колебались, но всё равно сулили только боль и смерть. Сэджин стянул обе перчатки и сложил руки перед собой. Правая рука, тонкая и белая, и левая, точно такая же, только покрытая шрамами от заживших ожогов. Но ожоги на душе никогда не заживают. Сэджин уставился в пламя, чувствуя, как всё похолодело внутри, а спина покрылась испариной. Но нельзя поддаваться страху огня… нужно его побороть.

Кто-то так резко отдёрнул полог на входе, что все свечи потухли. Сэджин почувствовал облегчение, которое раздражало его не меньше. Ладно, он уже настроился на грядущее.

– Сэдж, – Алистер Макграт уже облачился в доспехи. Из-под кольчужного воротника торчит неизменный белый шарф. – Наши союзники атакуют, Дренлиг только что пересёк реку со своими рыцарями.

– Он идиот, – сказал Сэджин. – Ладно, на позиции к бродам. Если будет возможность, я ударю.

– Кстати, Сэдж, – Макграт улыбался во весь рот. – Я подумал насчёт названий отрядов, как ты говорил.

– И что придумал?

– Стрелков мы назовём Огнём или Огненной кавалерией. А твоя штурмовая конница пусть будет Ветром. Конница Ветра. Звучит же, да?

– Да, – согласился Сэджин. – Но может лучше наоборот? Твои стрелки, как Ветер, который подготовит атаку… чтобы Огонь нанёс решающий удар.

– Как скажешь, Сэдж, ты же здесь главный.

– Тебе надо стать поэтом, Макграт, – Сэджин усмехнулся. – Очень поэтичные названия. Ну что, тогда Огонь и Ветер… к бою!

Глава 5

Феликс проверил броню ещё раз. Её недостаточно. Только нагрудник с наплечниками и шлем, который не защищает лицо. Но хуже всего, что нет никакой защиты ниже пояса. Это будет трагедия, если кто-то ударит туда. Ветеранам, облачённым в трёхчетвертные доспехи, хорошо, им не страшно получить в пах. Почему они не стоят впереди?

Огромная пика почти в три его роста казалась слишком тяжёлой, а ей ещё надо драться. Феликс обучался этому с детства, но никогда не пользовался ей в настоящем сражении. Перед первым боем он перешёл в отряд к Кастиелю, который тогда казался тихим и скромным пареньком, который ну никак не собирался участвовать в постоянных войнах. Никто не ждал, что пару лет назад он внезапно изменится…

– Дай проверю, – Гилберт тщательно осмотрел экипировку товарища. – Сойдёт. А это для чего ты взял?

Он ткнул в ременной пояс, на котором висел длинный меч, которым Феликс прикончил короля Эйрика.

– Ты не сможешь достать его в толпе и драться.

– Это подарок, – ответил Феликс. – Он приносит удачу.

– Ладно, – Гил нахмурился. – Теперь иди в строй, я с тобой в этом бою возиться не буду, не маленький. Выполняй приказы и сражайся. Удачи.

Он хлопнул Феликса по плечу и отошёл, крутя в руках блестящий офицерский топор.

Грайден-младший встал на своё место, придерживая пику. Никого из рядом стоящих он не знал. Двое подпирают его плечи, кто-то сипло дышит в затылок, а впереди всего один человек. Если он умрёт, придётся самому идти в первый ряд.

– Что я тут делаю? – шепнул Феликс как можно тише.

Пехота Леса построилась по батальонам и пропускала вперёд себя других пехотинцев и конницу. Войска пересекали реку и разворачивались для атаки, но Лес ждал. В строю никто не говорит. Слышно, как кто-то молится, а кто-то зевает. Один громко рыгнул.

– Так это ты прикончил старого Эйрика? – спросили сзади. Это ветеран, если судить по хорошему доспеху, который может позволить себе не каждый рыцарь, и закрытому шлему. Забрало приподнято, показывая покрытое шрамами лицо. Щека разорвана и зажила плохо, из дыры постоянно течёт слюна. У него алебарда, как у всякого ветерана.

– Да, – сказал Феликс.

– Молодец, – ветеран вытер слюну – Поздравляю с первым боем.

– Я уже сражался раньше, и не раз.

– Это не считается. Сегодня будет твой по-настоящему первый раз, – ветеран засмеялся. – Значит так, новичок, я тебе объясню. Будет страшно. Не удивлюсь, если обоссышься или обосрёшься, но так бывает со многими. Даже если наложишь полные штаны, тебе никто слова не скажет, пока ты стоишь на месте и колешь пикой. Мы все будет стоять и колоть, прикрывать тебя со всех сторон. Прикрывай других и прикроют тебя. Тогда и доживёшь до вечера. Сила всего Леса равна силе самого слабого солдата в строю. Сломят тебя, погибнут все. Так что стой и коли. Ори, плачь, молись, но не вздумай прекращать колоть.