Иных уж нет, других долечим…
- -
- 100%
- +
– Разве не видите? – удивилась я. – Одеваем вашего товарища.
– А зачем вы его раздевали?
– Насиловать! – буркнула раздражённо уставшая Зинка. – Должен же он был как-то за все наши старания расплатиться…
Мужчины ошарашенно переглянулись и скрылись.
– Зачем вы так?! – спросил взволнованно Вран. – Что они теперь подумают?!
– Что ты даже в таком состоянии ого-го! – подмигнула ему подруга. – Орёл!
– Да, а теперь, орёл, открывай клювик, запивай таблеточки и спатеньки, – ласково попросила я. – Тебе надо больше отдыхать. А завтра с утра мы тебя навестим, осмотрим, может, и вставать разрешим.
– Спасибо, – поблагодарил нас Вран и послушно прикрыл глаза.
А мы вышли из палаты и шатаясь от дикой усталости отправились вниз на поиски куда-то девшийся Марсии.
Девушку нашли в столовой, вместе с Нарией, которая при виде нас округлила глаза и выронила поварёшку:
– Лаиры???
– А что, не похожи?! – невесело хмыкнула я, представляя, как мы выглядим – еле стоящие на ногах, растрёпанные, в кровавых халатах.
– Кушать будете? – сглотнув, поинтересовалась женщина.
– Нет, извините, но мы спать. Только хотели попросить Марсию до утра с Враном посидеть, мало ли, вдруг что-то понадобится. Если что, пить ему можно и даже нужно, а вот вставать пока нельзя.
– Хорошо, лаиры лекари, – покорно поклонилась девушка и предложила: – Давайте, я ещё вашу одежду постираю.
– О, будем очень благодарны… – обрадованно воскликнули мы, стягивая с себя халаты и протягивая помощнице.
Как добирались на третий этаж, помню смутно. Кажется, до кровати шла уже с закрытыми глазами и в полусонном состоянии, дошла ли, ответить затрудняюсь. Но спалось хорошо, а главное крепко…
Глава 12
Разбудил меня громкий звонок. От испуга я взвизгнула и подпрыгнула, свалившись на пол. Пол подо мной тоже взвизгнул и подпрыгнул…
Распахнув глаза, увидела, что лежу на сонно вылупившейся на меня Зинке:
– Ты чего? – спросила она.
– Ничего. А ты чего? – сказала растерянно, ещё до конца не соображая, где мы и что вообще происходит.
Тут снова раздался требовательный звонок. Блин, точно! Это ведь он меня разбудил! Воспоминания о вчерашнем дне лавиной хлынули в голову.
– Вот мы попали! – простонала, кряхтя и сползая с подруги.
– Ага, и мы и они, только ещё об этом не знают, но, думаю, уже начинают догадываться, – согласилась она, осматриваясь по сторонам. – А почему мы не в спальне?
– Видимо, не дошли, – сделала самый логичный вывод я.
Действительно, мы сейчас находились в гостиной, сидели возле узкого диванчика, который, похоже, нам показался более привлекательным, чем широкая кровать в соседней комнате. Или более близким, что вероятнее.
В двери с обоих сторон постучали.
– Войдите! – крикнула я.
Одновременно вошли Юрсик и Марсия с нашими чистыми халатами.
– Доброе утро, лаиры лекари. Прибыли родственники пострадавших. Требуют вас, – сообщили наши помощники вразнобой.
– Ох, ещё и родственники… – проворчала Зинка. – Их только не хватало…
– А зачем они прибыли? – решила поинтересоваться я.
– Как зачем?! – удивленно воскликнул Юрсик. – Лекарь Марух всегда требовал сообщать близким, если кого-то из пациентов оставлял на ночь в больнице, чтобы приезжали и ухаживали за своими родными.
– Эм, лаиры лекари, вы ничего не говорили по этому поводу, я по привычке, может не надо было? – засомневалась Марсия.
– Нет-нет, надо! – поспешила успокоить её. – Правильно сделали, что сообщили. Мы тут как раз ломали голову над нехваткой персонала. Так вот как эту проблему решал наш предшественник! Очень умно.
– И что передать прибывшей? – демонстративно не глядя на свою коллегу с тёмной половины, уточнил травник.
– Передайте, что мы подойдем через… минут пятнадцать, – попросила Зинка обоих, со стоном поднимаясь на ноги.
Юрсик кивнул и скрылся, а Марсия сперва отнесла нашу рабочую одежду в шкаф, затем тоже поклонилась и ушла.
Не успела за ней закрыться дверь, как, всполошившись, Зинка подскочила и, бросив: "Я первая в душ!", скрылась в ванной.
– Эй, давай недолго! – с досадой крикнула ей в след.
Пока подруга мылась, я подошла к окну и увидела, что солнце часа три как встало, а возле замка стоят две кареты, запряжённые бескрылыми лошадьми. Должно быть, на них и прибыли родственники.
Мысль о родне переключила меня на самих пациентов, надо будет их осмотреть, обоим назначить обезболивающее на сегодня, а Врану вдобавок продолжить приём антибиотика. Вроде, в таких случаях ещё антикоагулянты назначали, но чего нет, того нет. Хотя нужно потрясти Юрсика, чтобы составил опись своих настоек и трав. Может среди них найдётся что-то подходящее…
"А толку?" – подумала расстроенно, вспомнив, что с пониманием письма у нас некоторые проблемы.
Ну, тогда пусть хотя бы назовёт, что есть! Постараюсь запомнить.
Н-да, как только появится свободное время, следует заняться изучением алфавита. Главное, чтобы оно появилось. Если каждый день будет похож на вчерашний, то ни о каком саморазвитии речи не будет…
О, а ещё следует узнать, как пополнить запас антисептиков, так как вчера мы все волшебные средства истратили. Но об этом можно спросить у Клавы… Кстати, где она???
Ох! Кажется, мы отдали её вместе с халатами в стирку. Ой!!!
Я помчалась к шкафу, распахнула его и судорожно стала шарить по карманам рабочей одежды. Есть!
С облегчением вытащила грушу, готовясь выслушать много всего неприятного… Но она оказалась на вид самой обычной, никаких глаз, ничего.
– Клава! – позвала её.
Молчит.
– Клава, ты что обиделась?!
Тишина.
– Клава, ну скажи хоть что-то! – запаниковала я, тряся нашу помощницу в воздухе и в отчаянии нажимая на податливые бока. – Клава!!!
– Ты чего орёшь?! – с недоумением поинтересовалась вышедшая из душа, замотанная в полотенце, Зинка.
– Мы Клаву забыли в кармане, и она, кажется, испортилась после стирки! – чуть ли не плача объяснила я. Всё-таки в нашей ситуации терять подобного помощника очень не хотелось. Как мы без неё?!
– Как испортилась?! – испугалась подруга, подходя ближе. – Ты её трясти пробовала?
– Пробовала, не помогает!
– Ну, тогда давай постучим по ней чем-нибудь…
– Себе лучше постучи чем-нибудь!!! – внезапно завопила клизма, выскальзывая из моих рук и падая на пол. – Может хоть немного ума добавится! Негодяйки! Изверги! Да вас в клетку сажать надо, как особо опасных животных! Да вас не только к пациентам, но и к редчайшим артефактам подпускать нельзя!!! Подумать только, меня, новейшую разработку, чудо научной мысли саму Клаврапунданарфия двадцать четыре, терли грязной щёткой, вливали в меня мыльную воду, использовали как какую-то…
– Прости, – виновато промямлила я, опускаясь на корточки перед клизмой. – Я не специально…
– А почему ты не потребовала прекратить? – удивилась Зинка. – Сказала бы Марсии, что ты живая. Уверена, она не стала бы тебя мучить…
– Самая умная, да?! – снова взвилась Клава. – Если бы можно было, сказала бы, но мне нельзя раскрывать свои способности перед посторонними! А вы этим пользуетесь, бессовестные! Пффф…Подумать только, меня…
– А почему? – с любопытством прервала я новый поток возмущений.
– Да, потому! Хотите, чтобы меня забрали на исследования?! Чтобы тыкали в меня иголками и выворачивали, изучая, что внутри?! Смерти моей хотите?!
– Нет, не хотим! – честно признались мы.
– Не похоже… – буркнула обиженно груша и, замолчав, от нас отвернулась.
Дальше от неё доносилось только "Пфф" в разной тональности возмущения. Сколько бы мы её не уговаривали и не извинялись, клизма с нами разговаривать отказывалась…
Кажется, нам объявили бойкот.
Делать нечего, пришлось отнести Клаву на прежнее место, на тумбочку в спальню, возле множителя, и временно оставить в покое.
После чего я, опомнившись, помчалась в душ, ведь пятнадцать обозначенных минут уже истекали, а заставлять долго ждать пациентов и их родственников нехорошо. Говорят, они от этого звереют и становятся совсем неадекватными…
Глава 13
– … Нет, я это так не оставлю! Как же так?! Не уследили за моим мальчиком! Покалечили, измучили, изувечили! Это безобразие, произвол!!! – вопила родительница Динара, расхаживая по палате, взад-вперёд.
– Ну, мама… – попытался вставить слова двухметровый "мальчик".
– Что "мама"?! Не мамкай! – рявкнула она на него, но потом смягчилась, всплеснула руками и запричитала: – Бедный мой, совсем тут исхудал… А я ведь говорила твоему отцу, что тебя лучше при дворе оставить, под моим присмотром. Нет же, вы мне про воинскую доблесть и про благородную карьеру военного в оба уха твердили. И к чему это привело?! Теперь лежишь весь изрезанный, со сломанной ногой…
– Вывихнутой… – осмелилась поправить дамочку я, за что тут же заслужила грозный взгляд. – Но уже вправленной и почти здоровой. Пару-тройку дней и сможет бегать, как раньше.
– Бегать?! – взвилась дамочка. – Куда это он должен бегать? Вы его что, уже эксплуатировать планируете? Что за поверхностное отношение к своим обязанностям?! А… Знаю! Вам лишь бы не лечить и скорее от пациента избавиться! Чтобы ничего не делать, прохлаждаться, да с помощниками любовь крутить…
Я задохнулась от возмущения, а подруга не выдержала:
– Так, ну это уже перебор! – возмутилась Зинка. – Я не собираюсь терпеть ваши оскорбления! Всё, хватит! Мы уже час выслушиваем крики, вместо того, чтобы заняться осмотром ребёнка… тьфу, то есть солдата. Вы зачем приехали? Обеспечить уход за сыном? Помочь? Так помогайте. Но оскорблять нас я не позволю. И тратить время на выслушивание ваших причитаний не намерена, вы его не только у нас и Динара отнимаете, но и у других пациентов, а сами, между тем, даже не поинтересовались состоянием сына и характером его повреждений…
– Вы хотите сказать, что я плохая мать?! – яростно сверкая глазами, взвизгнула женщина.
– Я этого не говорила, – возразила подруга. – И по большому счету мне плевать, это проблема Динара. Я лишь прошу оставить ваш концерт для других, более благодарных слушателей и не мешать нам работать! Забирайте больного на перевязку!
Последняя фраза предназначалась, молча ожидающим помощникам. Они не подвели и, не обращая больше внимания на бьющуюся в истерике женщину, послушно переложили Динара на носилки и потащили в операционную.
Мы отправились следом, впрочем, как и мамаша, пришлось силой её выставлять и просить Юрсика и Даниуса на время перевязки подежурить у двери. Настроение с утра было напрочь испорчено, а ведь у нас ещё Вран не осмотрен, хотя по уму стоило начать обход именно с него, но уж очень сильно прибежавший за нами травник, просил поторопится на светлую половину. А ради чего? Чтобы наблюдать концерт одного актёра?! Ужас. Понятно теперь, почему Динар такой нервный.
Кстати, о парне, ему явно было неловко, и всю процедуру смены повязок и обработки ран он выдержал молча. Расспросив о самочувствии, мы дали ему запить таблетку обезболивающего и порекомендовали повязки не трогать, повреждённую ногу не напрягать. Больше спать и отдыхать. Хотели повторить всё родительнице, но она уже уехала. Видимо, жаловаться. Что ж её право…
Теперь присмотр за больным ложился на плечи Юрсика и наши. Похоже, дополнительный персонал нам всё же необходим. Не знаю, как справлялся Марух с родственниками, или ему такие не попадались, но очень сомневаюсь, что длительное общение с подобными людьми будет полезно и самому больному человеку…
– Надо связаться с магистром, – сообщила нашему травнику. – Нам нужны ещё люди.
– Я передам ему послание, – клятвенно пообещал помощник.
Выпросив у него крововосполняющую настойку, мы поторопились на тёмную половину, уже предвкушая встречу с другой истеричной дамочкой. Но были приятно удивлены. К Врану приехала жена, очень сдержанная и приятная во всех отношениях дама. Она внимательно выслушала рекомендации, записала себе в маленький блокнот, когда и как принимать все лекарства, и спокойно по нашей просьбе вышла из палаты, когда мы делали перевязку.
Что поражало, так это то, что раны обоих больных затягивались очень быстро. Интересно, это из-за волшебных средств Маруха или людям данного мира вообще свойственна ускоренная регенерация? Расспросив Врана, мы поняли, что второе. Разбитые коленки у детей полностью заживали уже на третий день, царапины на следующий. Любопытно, может их глубокие раны и зашивать не надо? Просто промыть и пластырем заклеить – само срастётся. Надо будет узнать у Клавы, когда та перестанет обижаться…
Закончив, с обходом, отправились на первый этаж, чтобы позавтракать и составить меню для пациента, но не дошли.
– Там к вам мужчина пришёл, – перехватила нас на лестнице Марсия. – Очень жалуется на головную боль.
– Ладно, давай, ты в столовую, а я на приём, потом поменяемся, – предложила разделиться подруге.
– Хорошо, – согласилась Зинка, однако раздавшийся с половины светлых звонок, вынудил нас скорректировать планы – в столовую не пошёл никто.
Подруга отправилась к светлым, а я начала приём тёмных…
Глава 14
Марсия лично проводила меня в приемную на первом этаже. Пока шли, я смогла заметить, что возле кабинета не один человек, а несколько, из чего можно было сделать вывод, что быстро я не освобожусь.
В самой приемной обстановка была такая же, как и на светлой половине, включая многочисленные настойки в шкафчике.
– Откуда? – удивилась я. – Неужели Юрсик поделился? Нам, например, он очень неохотно давал средство от анемии для Врана…
– Нет, что вы, лаира Мила, – отмахнулась девушка. – Это наш травник заготовил.
– Но где он сейчас?
– Так за травами и поехал. Но вы не волнуйтесь на днях должен вернуться. Мы же не знали, когда вас призовут, вот Тимус и отправился за пополнением сырья.
– О, хорошо. А ты случайно не скажешь, что здесь от чего? – спросила, задумчиво разглядывая разноцветные пузырьки.
– Здесь же написано. Это от головы, это от живота, это от запора, это при диарее, это для улучшения общего состояния, это от бессонницы… – быстро стала перечислять Марсия.
– Стой, помедленнее, я записываю, – одёрнула её, и в самом деле дописывая под местными иероглифами на табличках русские буквы.
Когда мы закончили, я почувствовала себя увереннее. Ну хоть есть с чем работать. Правда, немного смущала невозможность определить состав эликсиров и более подробные свойства всех компонентов, но на первое время постараюсь обойтись чем есть. Хорошо, что мы с собой с утра фонендоскопы на обход захватили. Плохо, что нет тонометров…
– Ладно, запускай! – взволнованно махнула рукой Марсии, устраиваясь за столом и делая серьёзный вид.
– Вы уверены, что не хотите переодеться? – с сомнением поинтересовалась она.
– В эти жуткие платья, что ты принесла?! Точно нет! Вот если бы у вас нашлись тёмные халаты, как наши…
– А давайте ваши и перекрасим?! – восторженно предложила помощница.
– Ага, чтобы потом светлые возмущались?! Нет, это не выход.
– Жаль, – расстроилась девушка и распахнув дверь пригласила первого пациента.
В кабинет вошёл молодой парень приятной наружности, широко улыбнулся и проследовал к стулу.
– На что жалуемся? – строго поинтересовалась я, едва он разместился.
– Ох, вот так сразу?! – удивился он, не переставая растягивать губы и демонстрировать белоснежные зубы. Хм, интересно, сколько их? Как у нас или больше? – А как же познакомиться?! Меня Нирий зовут, а вас?
– А я сама прихожу, – буркнула раздражённо, понимая, что парень не очень-то и похож на больного. Не будет человек, которому плохо, так радостно улыбаться, если только он не под наркотой и не после инсульта гримасничает. Нервный тик? Тоже вряд ли. – Так что вас беспокоит?
– Сердце, суровая лаира! – хитро ответил он. – Как вас увидел, так оно и забилось, словно сумасшедшее.
– Ладно, снимайте рубашку, будем слушать ваше сердце, – с сомнением предложила я. Нет, ну а вдруг правда тахикардия? Лучше проверить и успокоиться, чем потом переживать и волноваться.
– О, с удовольствием! – сообщил он, с готовностью скидывая с себя рубашку.
Я подошла, стала слушать и заметила странность. Сердце располагалось зеркально нашему привычному положению, то есть не посередине и слева, а справа. Сразу захотелось посмотреть, как парень выглядит изнутри. А особенно заинтересовало строение этого органа. Он, как у нас или по-другому устроен, может там не две перегородки, а три или клапанов меньше… Скорей всего, как у нас, ведь тоны и ритм аналогичны. Я задумалась…
– Всё в порядке, прекрасная лаира? – проникновенно, низким голосом спросил он, наклоняясь к моему уху. – Вас что-то беспокоит? Или волнует? Не стесняйтесь, можете рассказать мне все ваши желания, даже тайные…
Да пожалуйста… Сам захотел…
– Хочу труп! – сообщила серьёзно.
– Что-о-о?! – отшатнулся от меня этот горе соблазнитель, мгновенно теряя свою улыбку.
– Труп, говорю, хочу. Можно даже ваш. Исключительно с научной целью и на благо медицины. Родина вас не забудет и всё такое…
– Вы с ума сошли??? – возмутился он. – Я живой!
– Ну, это поправимо, – успокоила его, медленно надвигаясь. – Да и вообще, сейчас война, может случится всякое… А вы завещание случайно не писали? Очень недальновидно. Напишите и непременно завещайте себя мне после смерти? Поверьте, я буду бережно с вами обращаться, чтобы надолго хватило…
– Чокнутая! – выкрикнул он, схватил рубашку и бросился за дверь, откуда послышалось. – Извращенка!
В кабинете осталась только Марсия, которая смотрела на меня глазами полными ужаса.
– Симулянт, – объяснила ей, со вздохом возвращаясь на своё место. – Зови следующего.
Следующим опасливо вошёл мужчина постарше. Он не улыбался, наоборот был напряжён и бледен.
– Здравствуйте, что беспокоит? – спросила его.
– Голова. Уже второй день болит, – тихо ответил он и поморщился.
– А боль какая? Пульсирующая или давящая? Раньше такое было? А на погоду реагируете? Высыпаетесь? Питаетесь хорошо? Ноги не мёрзнут? Головокружение при поворачивании головы появляется? – засыпала его вопросами.
Потом провела осмотр, послушала сердцебиение – учащённое. Скорей всего, гипертония. Угу. И что делать? Дать настойку от головной боли? А вдруг она повышает давление, состав-то я не знаю… Придётся обходится старыми дедовскими методами.
Попросив мужчину глубоко дышать, отправила Марсию за чаем с мятой, потом дала таблетку обезболивающего и отвела в соседнюю палату, там усадила на кровать, нашла тазик, налила в него горячеватой воды и попросила мужчину опустить туда ноги. Тут и Марсия с кружкой прибежала.
Вскоре лицо мужчины прояснилось и он задремал, еле успели кружку забрать, чтобы не облился. Положили на кровать, укрыли – пусть поспит, а как проснётся, продолжу опрос, надо же выявить причину данного состояния…
А пока продолжим приём.
Следующего пациента ко мне принесли на носилках и вне очереди. Взволнованные товарищи поведали, что парень стал резко жаловаться на головную боль, его зашатало, он перестал их узнавать, затем его вырвало.
– Ну и за что вы били своего приятеля по голове? – спросила со вздохом, наклоняясь к больному и проверяя его зрачки на свет.
Повисла тишина, парни ошеломленно переглянулись, потом неохотно признались. Оказывается, Варсик сам захотел проверить, какой силы удар сможет выдержать его шлем и попросил друзей помочь ему в эксперименте. Ну а друзья, как водится, расстарались, ведь им тоже стало интересно. В итоге шлем даже не помялся, а у юного испытателя – сотрясение мозга…
– Несите во вторую палату, – распорядилась я и сама поспешила за ними, предварительно попросив Марсию сбегать на кухню за льдом…
Глава 15
Я ещё успела принять с десяток пациентов, когда раздался звонок со светлой половины. Сперва я даже растерялась. Мой измученный бесконечной работой и голодом мозг уже отказывался толком соображать. Почему они звонят? Там же должна работать Зина! Куда она делась? Или её куда-то дели? Может они её того… Вернулась мамаша Динара и… Ох, даже подумать страшно! Куда помощники смотрят?! Стоп. Отставить мрачные мысли! Без паники! Возможно, ей просто понадобилась моя помощь, а с самой девушкой всё нормально?
Устало помассировав виски подушечками пальцев, я вздохнула, закончила приём очередного солдата и отправилась на светлую половину.
Пока шла, думала, что не так я представляла нашу практику. Бесконечная работа без ужина, завтрака и обеда. Мы уже сутки ничего ни ели, зато успели побывать и травматологами, и невропатологами, и хирургами, и терапевтами, находясь в постоянном напряжении и страхе. А вдруг ошибёшься, вдруг сделаешь что-то не так? Мы же всего лишь студенты… Даже интерны первый год работают под присмотром опытных врачей. А тут всё на свой страх и риск… После такого потихоньку начинаешь звереть и хочется стать лишь патологоанатомом, там, по крайней мере, ошибиться не страшно, поскольку всё плохое с человеком уже произошло. Как мой Пашка. И плевать на запахи.
Возле выхода из нашей комнаты на светлую половину, меня уже ждал Юрсик, взволнованно переступая с ноги на ногу.
– Прибыли магистры, срочно просят вас, гневаются, – доверительно сообщил мне парень. – Лаира Зина уже там.
Ох, вот только магистров нам не хватало. Хотя… Если вспомнить об обещании обеспечить нас всем необходимым, может их появление будет весьма кстати.
Травник проводил меня на первый этаж в приёмную, возле которой, как и на тёмной половине, наблюдалось скопление мужчин. Сейчас они притихли и пытались услышать, что происходит в кабинете. Правда, безуспешно. Что-что, а шумоизоляция тут отменная.
Юрсик открыл передо мной дверь, пропуская внутрь помещения, сам же остался снаружи.
Меня ждали. Сегодня нас посетили только двое магистров – Залинар и Чаус. Судя по их грозному виду и сведенным бровям, они действительно были не в духе. Зина сидела на стуле, замученная, бледная, уставшая. Должно быть, я выглядела не лучше. Краше в гроб кладут. А это только первый рабочий день… И что нам, в таком состоянии, хотят предъявить?!
Оказалось, много чего.
– Раз все в сборе, пожалуй, приступим. Прошли сутки с вашего появления, а нам уже поступило множество жалоб, одни вызывающие недоумение и сбивающие с толку, другие настолько невероятные, что заставляют усомниться в их правдивости, – холодно начал Чаус, доставая из внутреннего кармана мантии, стопку исписанных листов. – Надеюсь, вы нам сможете объяснить, что вообще тут происходит?! Какие новейшие методы лечения вы используете и в чём их смысл?
Мы с Зинкой переглянулись, подобрались и, отбросив усталость, сделали самый невинный вид из возможных, приготовившись слушать и отстаивать себя.
– Итак, "лаиры лекари, одетые в светлые, кровавые одежды, долго смеялись над телом нашего бессознательного товарища, а когда он очнулся, изнасиловали", – прочёл из первой бумаги тёмный магистр и вопросительно уставился на нас.
Мы немного опешили, от подобной трактовки наших действий, на слух действительно звучит не очень профессионально. Не врачи, а какие-то маньячки-хохотушки.
– Глупости! – решила возразить я, – Вовсе мы не долго смеялись, просто, выразили радость после успешно проведённой операции. И не насиловали никого. Можете спросить у самого Врана. А его товарищи извращенцы, раз им это могло прийти в голову. Сами понимаете, вдали от женского тепла, можно и не такое нафантазировать.
Зинка согласно кивнула и самым честным взглядом уставилась на магистров.
– Допустим, подобное, и в самом деле, звучит весьма неправдоподобно, – согласился Чаус. – А что вы скажете на это? "Со слов друзей моего сына, к лекарям он обратился с маленьким порезом на щеке, но эти беспардонные девицы переломали моему мальчику ноги и положили в палату, чтобы подло его эксплуатировать…"
– Ну, во-первых, у Динара не сломаны ноги, у него вывих, и только одной. А во-вторых, как, по мнению жалобщика, мы должны его эксплуатировать со "сломанными" ногами? Тоже насиловать? Бред какой-то! – оскорблённо воскликнула подруга. – Простите великодушно, но, если честно, у меня уже складывается ощущение, что в вашем мире все немного озабоченные… Только, извините, мы не такие, и услуги подобного рода не оказываем!!!
– Действительно, не логично получается… – задумчиво согласился Залинар. – Впрочем, это лаира всегда славилась своей богатой фантазией и скандальностью.
– А как разбилось окно в операционной? – не унимался Чаус.
– Случайно, – ответила я. – Динар почему-то, испугался лечения и решил сбежать, собственно тогда и вывихнул ногу. Мы же не виноваты, что у вас солдаты такие нервные. Хотя, с такой мамой…
Светлый согласно крякнул и спрятал улыбку, поправляя капюшон мантии.