Эликсир для гения

© Кисель Е. В., 2023

© Андреева И. А., логотип серии, 2022

© Оформление. ОДО «Издательство “Четыре четверти”», 2023

Планета драк

Окрик за спиной прозвучал предсказуемо:

– Стоять!

В знойном мареве планеты Обилус возмущенное пыхтение четырех мужчин звучало все громче.

– Стой, Тиролл!

Человек, за которым мужчинам пришлось мчаться со всех ног, обернулся в трех шагах от входа в обилианский космопорт имени Трех Первых Чемпионов.

– Мальчики, – сказал человек огорченно, – честное слово, у меня нет сегодня времени на драки.

Со стороны это смотрелось забавно. Преочень.

Четверо мужчин выглядели решительно и грозно. А человек, который произнес эти слова, выглядел просто как девушка от силы двадцати стандартных галактических лет. Причем решительно ничего примечательного в девушке не обнаруживалось. Внешность типичной обилианки: невысокая, стройная и гибкая, чуть смуглая кожа и немного раскосые глаза с золотинкой. Правда, в отличие от большинства обилианских девушек, у этой были светлые волосы, но встречается и такое.

Мужчины нахмурились и стиснули здоровенные кулаки в попытке подобрать слова. Сцена стала выглядеть еще более нелепо.

Вот только смеха со стороны прохожих почему-то слышно не было.

– Ма-альчики, – тянула девица. – Ну, что хорошего в том, что я вас покалечу? Подумайте о своих детях, любимых… хотя бы о наемниках, которых ко мне подослали на прошлой неделе! Нет, они-то порадуются такому соседству у себя в госпитале, но ведь вы не хотите доставлять им такое удовольствие?

Явный лидер четверки – грозного вида обилианец с бритой полосой на голове, обличавшей его статус бойца, – шагнул вперед.

– Хелинда Тиролл, – выпалил он. – Тебе брошен вызов. Мы, бойцы из…

– Та-та-та, я сто раз слышала эти слова. Сегодня я спешу – давайте закончим уже. Нападайте.

Лицо обилианца утратило обычную смуглость и налилось нездоровым румянцем.

– Ты не узнала наш статус, чемпион!

– С меня хватит и моего. Я жду.

– Выберите себе первого противника, Хелинда Тиролл, – пытался перейти на нормальный тон взбешенный боец.

– О, для вас – просто Хелли. И я уже сказала: мне некогда. Жду вас сразу всех. Эй?

Ступор. Судя по всему, они серьезно задумались: тот, кто победит ее – перенимает титул чемпиона, но если они одержат победу вчетвером… Драться между собой? Признанных бойцов с южного полюса Обилуса такой исход не устраивал.

Пока не устраивал.

– Мальчики, – попыталась Хелли еще раз. – Либо вы определитесь, либо я вас просто отлуплю. Считаю до пяти – раз…

Мужчины переглянулись и пожали плечами.

– Два… – в ее голосе проскользнуло нетерпение. – Три…

Бойцы, оспаривающие ее титул, переглянулись и разом сделали шаг вперед.

– Ста галактических лет не прошло, – обрадовалась Хелли, распахивая навстречу противникам пылкие чемпионские объятия.

Она с легкостью уклонилась от шести ударов, которые обрушились на нее в первую секунду. Оказалась позади того бойца, что вел переговоры, и легонько стукнула его по затылку. От удара ушел в нокаут? Не ее вина. Хлопнула по плечу второго – он обернулся и ничего перед собой не увидел… ох, еще бы! С неповоротливыми тяжеловесами южного полюса и драться-то легче легкого, не то что с парнями со Стейроса, – северного континента – те берут ловкостью… Размяться бы от души, и если бы ее еще не ждали…

Тело уходило от приемов противника само – плыло, летало, обтекало…

Если бы ее не ждали, можно было бы продлить этот бой чуть подольше и сделать позрелищнее – а там и публика бы подтянулась. Теперь же придется заканчивать.

«Простите, ребята. Может, там, откуда вы явились, вы лучшие».

Еще один боец грохнулся на дорожку, ведущую к космопорту.

«Но в Галактике лучшая пока что я…»

Двое бойцов, которые к тому времени оставались на ногах, не успели ничего заметить. Максимум – тень, мелькнувшую за спинами.

Жаль их, конечно. Просто потому, что первой мыслью этих несчастных, когда они очнутся на следующие обилианские сутки в больнице, будет острая мысль о собственной неправоте.

Чемпион Обилуса по боевым искусствам Хелли Тирролл распрямилась и задумчиво потерла кулак. Не нужна ли им помощь? А нет, вон уже приближается челнок с белой переломленной ногой на красном фоне – экстренная подмога для пострадавших в боях.

Свободна.

Прохожие расходились, смакуя зрелище, – забавное, но неудивительное, ибо кого удивишь дракой на улицах Обилуса, планеты, на которую со всей Галактики стекаются лучшие мастера боевых искусств, чтобы получить титул чемпиона?!

Любой ребенок в этой системе может не уметь читать, зато в боях без правил спокойно кладет на лопатки взрослого бойца с другой планеты. Рядового бойца, конечно. Про мастеров другой разговор.

Вот и сейчас прохожие расходятся, крутя пальцами у висков по поводу тех ребят на дорожке: кем надо быть, чтобы схватиться с чемпионкой Обилуса? Даже если ты носишь титул мастера и проживаешь на той же планете?

А челнок на Обитель все-таки успел отчалить. Хелли вздохнула и потерла кулаки, посматривая на воздушное табло. Следующий через час, еще и час не местный, а галактический.

Возможно, стоило навалять парням с южной окраины посильнее.

Придется искать тихий уголок, где ее никто не увидит, а то в последнее время она стала пользоваться нездоровой популярностью…

Уединенная комнатушка нашлась в секторе ожидания, магнитный замок работал безупречно, а в меню экспресс-завтрака отыскался отвар из синих водорослей нарья и легкий завтрак из морепродуктов – не так плохо для космопорта. Поглощая полезный, хоть и омерзительный на вкус отвар, Хелли плюхнулась на мягкое сидение и сокрушенно воззрилась на свой золотистый значок чемпиона.

Как же ей надоело его таскать.

Один из недостатков звания лучшего мастера боевых искусств Обилуса – необходимость постоянно это звание подтверждать. В любом месте и в любое время к тебе могут подвалить от одного до десяти совершенных отморозков – все равно с родной планеты или нет – и потребовать боя.

Что самое худшее – отказать, не потеряв статус чемпиона, ты не имеешь права.

Нет, кто она такая, чтобы быть против такого веселья – то есть, если бы это было весело. Но за полгода успело опротиветь: хорошо бы попадались достойные противники, а то и размяться-то как следует не успеваешь – уже лежат и стонут.

Новый чемпионат, во время которого ей придется драться с лучшими из лучших – вот возможность попробовать собственные силы. А то в последнее время ей уже начинает казаться, что ее удел – обучать молодежь. Либо, как шутливо посоветовал ей мастер Иллос, отправляться в Обитель и доживать там свои дни в мире и покое…

Опять Обитель. Мысли шестые сутки приклеиваются к этому слову. Мастер просил поторопиться. Может, стоило поменьше валять дурака и прилететь сразу же? Хотя, судя по тону, срочности нет.

Все же ему не удалось привить ей послушание – и при встрече мастер непременно об этом напомнит. И «мелкой паршивке» после напоминания непременно понадобится комплекс «Экстра-антитравма», из тех, что в ходу на Обители.

Тьфу… Обитель!

В попытках в прямом смысле переключиться девушка врубила Галактическое Вещание и взялась за салат, безжалостно гоняя ролик каналов – чтобы не скучно было смотреть.

Новости. В кратер единственного обилианского вулкана… местные новости, опять любоваться на свою физиономию! Хроника особо важных происшествий по Галактическому Союзу – уже лучше. Никогда не помешает знать, что творится в Галактике в последнее время.

Два царька с Окраин в очередной раз стравили свои планеты между собой. Удачи. Вынесен окончательный приговор по делу гения преступного мира Сайлеса Стила. Ученый приговорен к ста семнадцати пожизненным срокам заключения в тюрьме для преступников особого масштаба. Минус один год, который он уже просидел в этой же тюрьме. Хо, интересно, большая ли разница этому гению, сколько пожизненных сроков отмотать? К тому же если все, что Хелли слышала о тюрьме на Бореаде, верно, там и десяти лет хватит, чтобы вконец рехнуться. Изобретена новая жидкость для полировки роботов… Луны и спутники, да как это сообщение попало в разряд особо важных?! Думать страшно о том, что сейчас крутят в остальных новостниках.

Хелли покрутила ролик, окончательно переключаясь на криминальную хронику.

– …Подобные акты вандализма, – вещал с экрана наукообразный тип лет ста десяти, – больше были характерны для варварской докосмической эпохи, которая, как известно, закончилась…

И без того ясно, что она закончилась, это и в школах проходят. Второй уровень для маленьких детишек, кажется.

– …И если уж говорить о невменяемости того, кто называет себя Неффером, – потянул лямку дальше старикашка, – она очевидна и несомненна. Требования, которые он выдвигает…

Вот как, добрались уже и до требований? Она-то сомневалась, что их в эту историю когда-нибудь завезут.

К появлению того, кто именовал себя Искателем, или Неффером, на Обилусе отнеслись без особого беспокойства: подумаешь, террорист вселенского масштаба, разве мало их было за последние пятьсот лет? Слабый интерес пришел, когда было целиком разрушено несколько мирных планет, а военные подсчитали силы террориста: что-то около миллиона боевых роботов, несколько армад современных кораблей и супер-пупер навороченное оружие. Через месяц после интереса было уничтожено еще две планеты и стерто в пыль около десятка крупных поселений, и вот тут-то явилась матушка паника. Военные рвали и метали и произносили красивые речи, жители Центральных Систем, где чаще всего происходили нападения, собирали вещички и ближайшими рейсами перебирались на Окраины в надежде пересидеть… Хелли и сама подумывала о том, что будет, если этот Неффер вдруг загорится желанием стереть в порошок Обилус. А теперь он, значит, какие-то требования выдвинул.

Тем временем старикашка на экране закончил говорить о требованиях, а ведущий – фиолетовый с фасеточными глазами негуманоид с планеты Рассак – закончил переваривать его последнюю фразу.

– Председатель Кон-ши, – прострекотал он с мученическим выражением на негуманоидном лице. – Многие аналитики сравнивают Неффера с Сайлесом Стилом, ученым-преступником, арестованным в прошлом году. Что по этому поводу можете сказать вы?

– Кхе-кхе, – старик (судя по знакам внизу экрана, председатель Научной Академии) нервно потер жилистые ручки. – Несомненно, Искатель представляет собой большую угрозу для общества… хотя бы потому, что он теперь находится на свободе…

Это была попытка пошутить?! Академия обвинит своего председателя в легкомыслии. Хелли зевнула и отключила новостник.

Безупречно вежливый голос механического диктора сообщил, что шаттл на Обитель наконец подан.

Полчаса до Обители. Треклятой Обители.

Обители, которая когда-нибудь станет ей домом.

Остров, лежащий в отдалении от крупных материков Обилуса. Пристанище для уставших от жизни мастеров – в особенности тех, кто несколько раз завоевывал титул чемпиона. Тихое такое, спокойное местечко с сельскими домиками, куда без приглашения не попасть и без пропуска не пройти, а если ты туда проберешься с дурными намерениями – то пожалеешь, что родился на свет, потому что там обитает не кто-нибудь, а самые крутые бойцы в Галактике.

Полчаса прошло мучительно. Пассажирский шаттл был почти пуст, даже криминальная хроника была на редкость нудной, и ни одного самого захудалого бойца в салоне – можно было бы размяться…

Впрочем, космопорт Обители выглядел поинтереснее. Там стояли и блестели серебристой формой ребята из патруля. Судя по всему, какой-то особый отдел, да и количество настораживало. Неужели покой бывших чемпионов охраняют легионеры Особого Галактического Корпуса Полиции?

Высокого седого мужика в штатском, направляющегося к ней, Хелли безошибочно определила как главного и смерила взглядом со сдержанным любопытством.

– Комиссар Лестер, – прозвучало коротко, по-военному, и физиономия у комиссара была недовольная по-военному. – Вы – велле Тиролл?

Он даже удосужился выучить обилианские обращения?

– Это стандартная процедура пропуска?

Он покачал головой.

– Пройдемте со мной.

Пять минут пути неизвестно куда комиссар молчал, а Хелли пыталась вспомнить, в каких преступлениях ее можно обвинить. Кроме, конечно, нанесения тяжких увечий, но ведь это же в честных боях. В любом случае, чемпиона Обилуса тащили бы в тюрьму с немного большими предосторожностями.

Она попала в точку: на тюрьму это не походило. Так, на обычный кабинет – или на центр связи, потому что мониторов там было больше, чем сидений. Хелли тут же облюбовала себе кресло и побилась сама с собой об заклад, что разговор начнется с очень тупых вопросов.

Не ошиблась.

– Насколько я знаю, вы последний чемпион Обилуса по боям без правил?

Девушка сделала утвердительный жест.

– И направлялись сюда, чтобы навестить некого Иллоса?

– Мастер Иллос меня пригласил, и у меня есть официальный пропуск.

Комиссар озадаченно почесал седую бровь.

– Он был встревожен, когда просил вас прилететь? Просил поторопиться?

– Нет и да, но…

Предчувствие, зудевшее под кожей шесть дней, ударило в полную силу, подбросило на ноги. Ей даже не пришлось задавать вопрос.

Лестер молча щелкнул какой-то кнопкой. На одном из мониторов открылся вид на Обитель.

На то, что когда-то было Обителью. А теперь превратилось в мешанину разрушенных домов, взрытой земли, опаленных деревьев…

– Из жителей Обители в живых осталось двое, – мерно сообщил комиссар. – И вашего наставника среди них нет.

Хелли, не отрываясь, смотрела на монитор, где проплывали виды чудовищных разрушений. Обитель. Место покоя мастеров.

Место вечного теперь уже покоя мастеров…

– Кто?..

– Вы, полагаю, слышали о Неффере?

Кто в Галактике не слышал? Последняя космокрыса… нет, надо сказать что-то другое. И да – не реветь. Сказано – не реветь! Трата ресурсов. Если бы это увидел мастер Иллос – он назначил бы ей пару внеочередных тренировочных кроссов на двадцать миль. И удвоил бы силовые тренировки. На декаду как минимум.

– Его шаттлы имеют очень необычную конструкцию… их опознала система слежения. Словом, около часа назад ими был нанесен удар по Обители. Защитные экраны поселения были сметены сразу же, а потом…

Лестер махнул рукой и нахмурился.

– В новости, разумеется, это еще не пустили, а частные ресурсы блокированы. В общем, то, что я вам показал и сообщил, в какой-то мере секретно. После этой бойни к нам пришло очередное послание с требованием освободить преступников на Бореаде. Разумеется, этого мы сделать не можем.

Ясно. Обычный налет, случайно выбранная планета, демонстрация силы, но тогда…

– Тогда почему учитель просил меня поспешить? – вслух спросила Хелли.

– А он просил?

– Шесть дней назад.

«Наверное, плохо просил», – отразилось на недовольной роже комиссара. Нет. Не так. Иллос знал, что она явится, как только сможет. Значит, просто полагал, что у нее есть дела поважнее…

– Вы можете это пояснить?

Она покачала головой. Потом разберется. Ломая кому-нибудь шею на ринге – жаль, не пресловутому Искателю. Потом.

Комиссар наблюдал за ней слишком пристально – сказать ему, что такой взгляд обычно обозначает вызов на поединок? А, обойдется. Нет, этот старик просто съесть ее глазами хочет – заподозрил?

– Я свободна?

– Формально – да, – отозвался комиссар. – На деле – у меня к вам предложение. Может быть, вы уже заметили, что нам трудно поделать что-нибудь с Неффером, – так и сказал – «нам». – Он превосходит ОГаКоП в техническом плане, да и обнаружить его базу для нас пока невозможно. Поэтому создается диверсионная группа, куда войдут… не полицейские. Там будут те, кто… э… ладно, вам потом объяснят. Если вы пожелаете принять участие.

– А эта группа должна…

– …заняться поисками Искателя.

Хелли чуть было не рассмеялась. Группа. Группа в несколько тысяч, а? Судя по тому, что она слышала о Неффере…

– Вы не поняли, – комиссар бросил на нее строгий взгляд из-под кустистых бровей. Наверное, перехватил ее выражение лица. – Группа займется поисками основной базы, после чего даст сигнал силам ОГаКоПа…

– А что будут делать эти основные силы? Сокрушенно вздыхать, что Неффер все же превосходит вас в техническом плане, и оставаться на месте?

Комиссар издал сдавленный стон.

– И попадаются же мне… – процедил он. – Полагаете, что несколько объединенных флотов не справится с миллионной, да и с какой угодно армией дроидов? Тем более, если будет уничтожена основная база…

Хелли уже давно не слушала. Со времен своего знакомства с мастером Иллосом она привыкла пропускать мимо ушей любые слова, как только их тон начинал напоминать объяснения.

– А, да, я где-то это видела… я, знаете, фильмы люблю. Совсем древние, еще докосмической эпохи. Хотите собрать команду героев, которая спасет Галактику?

– Героев? – комиссар презрительно фыркнул. – Найдите мне во всех системах хоть одного. Нет, мне нужна команда профессионалов. Мастеров своего дела – такая, чтобы смогла выполнить возложенную на нее задачу. Мне показалось, что вы нам подходите по всем параметрам, но если вы считаете иначе…

– А? – Хелли на середине его речи опять перестала слушать. – Кто еще входит в компашку?

– Как я понял, вы согласны, – со сдержанным вздохом выдал комиссар.

Хелли помотала головой.

– Не-а. Я этого не сказала. Я спросила, кто те сдвинутые, которые…

Комиссар Лестер побагровел и яростно засвистел носом.

– Одного из этих сдвинутых вы видите перед собой. Что до остальных… если вы подниметесь вместе со мной на нашу станцию, думаю, я могу вас просветить.

– Готова хоть сейчас, – девушка бросила короткий взгляд на экран, где замерли картины разрушения Обители, и двинулась к двери. – Что? Вы со мной?

И наплевать ей, что это его фраза.

Шесть из семи

До станции ОГаКоПа пришлось тащиться на швартовочном челноке минут десять. Комиссар Лестер суетился, щедро раздавал во все стороны приказы, что-то спрашивал… Хелли не слушала. Она откинулась на спинку сидения полицейского челнока, прикрыла глаза и пыталась расслабиться.

Техника, преподанная ей мастером Иллосом, отчаянно не желала работать.

Почему вы звали меня, учитель?

Могло ли быть так, что налет Неффера был не просто демонстрацией силы?

Разницы-то. Эти воронки и куски обугленной земли, в которые превратилась часть ее родной планеты, руины, которыми стало жилище единственного близкого ей человека – какая разница, почему все это случилось?! Разве не должен тот, кто это сделал, заплатить, разве не должна она, согласно обилианскому кодексу чести, все силы употребить на то, чтобы отомстить за смерть учителя?

Станция ОГаКоПа оказалась небольшой – то есть, конечно, по объемам она смахивала на средних размеров трехэтажное здание, но все же не была такой огромной, как механические казармы того же Корпуса. По сравнению с этими сооружениями станция смотрелась просто шариком, который по недоразумению выкрасили в серебристый цвет.

– Специализированная, – с гордостью пояснил Лестер. – Предназначена специально для перемещений группы. Штат составляют три десятка роботов-дроидов… и группа, конечно.

Хелли угрюмо угукнула. Она как раз пыталась вообразить себе диверсионную группу профессионалов. Сколько их там? Наверняка не меньше десятка. Суровые такие ребята с разных планет. Да еще и с нулевым чувством юмора, вот как у Лестера, это она уже поняла. Совсем невесело. А если приписать к этому героический и бравый вид…

От мыслей, начинавших вызывать тошноту, Хелли отвлеклась на презанятную картину в коридоре станции. Молодой человек, присев на корточки около массивной двери, производил над ней какие-то манипуляции. Дверь была явно толстой, явно закрытой и обладала несколькими неслабыми замками и огромным нежеланием открываться. Именно с этим нежеланием и боролся молодой человек.

Комиссар при виде этой картины тихо выругался.

– Компьютерный отсек, Сенькофф! – рявкнул он так, что у Хелли заложило ухо.

Молодой человек взвился на ноги, изумленно оглядываясь и пряча в карман небольшую связку каких-то металлических приспособлений. Дверь, скрипнув, приоткрылась.

– Это вы, комиссар, – пробормотал парень.

Он был ненамного старше Хелли, бледный, с русыми волосами и явно принадлежал к тем человеческим расам, которые еще не успели измениться в зависимости от мест обитания, как обилианцы. Проще говоря, он смотрелся так, будто недавно прилетел прямиком с Земли.

– Карлики Вселенной, что ты тут делал?

– Тренировался, – ответил молодой человек и попятился. – У вас тут на станции мало приличных дверей…

– И ты точно ничего не хотел прихватить с собой? – осведомился комиссар с высшей степени подозрительным прищуром. – Знаю я тебя. Ха, а так-то работа неплохая – двойной магнитный замок и…

– Двадцать секунд, – похвастался парень, указывая на дверь. – А это…

– Там посмотрим, – буркнул комиссар, косо глянув на Хелли. – Знакомьтесь, велле Тиролл, Алекзес Сенькофф, один из группы…

– Можете звать меня просто Алекзес, – начал парень, расплываясь в улыбке.

– …профессия – вор-взломщик, – безжалостно договорил Лестер.

Улыбка Алекзеса несколько померкла.

Хелли поняла, что как-то неверно представляла себе группу.

– Гм… Хелли.

– Очень, очень, очень прият…

– Нашел, когда любезничать, – Лестер не переставал ворчать. – Что с остальными?

Алекзес тоскливо передернул плечами и покосился вперед по коридору.

– Э-э, – должно быть, это обозначало «увидите сами».

– Сенькоффу у нас светил приличный срок, – сообщил Лестер, возобновляя путь. – Но что поделаешь, он у нас мастер превращать закрытые двери в открытые. Пришлось нам повременить с судом, а если все пойдет как нужно, суда и вовсе не будет, слышишь, Ал?

Вор кивнул. Он поглядывал на Хелли конфузливо. Комиссар испустил тяжелый вздох.

– И мне не придется волочь тебя за шиворот в камеру, которую ты все равно через пять минут откроешь.

– Вы хорошо знакомы? – удивилась Хелли.

– Да как сказать. Этот молодчик, который корчит из себя такую невинную овечку, не меньше десятка раз бежал из-под суда.

– Десять?!

– Больше, – обиженно произнес Алекзес. – Я после десятка и считать перестал. Правда, бежал-то я только из камер, не из самого здания предварительных следствий: там у меня проблемы начинались… с техникой.

– Слыхал, ты в последний раз не поладил с сушилкой в туалете? – развеселился комиссар.

– М-м?! – это была реакция Хелли.

– Я там прятался от дроидов-охранников, – застеснялся вор. – Но эта дурацкая сушилка вдруг включилась ни с того ни с сего, ведь и не трогал, кажется… да еще ее заклинило, и меня чуть наружу не выдуло. Роботы, конечно, услышали… жаль.

– У него проблемы с электроникой, – углом рта сообщил Хелли комиссар. – И вообще со всем, что не касается дверей и замков.

– Есть немного, – печально согласился Сенькофф. – Это у меня с детства: мне рассказывали, через несколько часов, как я родился, заело электрокормилку, и она попыталась… ну, в общем, слегка перепутала кормление с промыва…

Откуда-то раздался вопль, а потом глухой удар о твердую поверхность. Хелли могла бы поклясться, что шлепнулось что-то довольно тяжелое.

– Карлики Вселенной, – прорычал сквозь зубы комиссар, распахивая ближайшую по коридору дверь. – Ну, опять.

За дверью оказалась несколько психоделическая комната, убранная наподобие гостиной: мягкие разноцветные сидения, фиолетовый стол, желтый диван, сомнительный декор в виде нескольких экранов, пары картин и длинной зеленой статуи в углу. На диване, задумчиво уставившись на свою руку, расселся мужчина лет двадцати пяти, одетый с иголочки и причесанный с особым тщанием – ни дать ни взять, галактический чинуша.

– Комиссар Лестер, вы вернулись, – задумчиво выдал он, не отрываясь от созерцания собственной руки. – Что на Обилусе? По моим сведениям, продолжаются поиски тел, а кораблей Неффера поблизости нет и в помине.

– Кто кричал? И вообще, что у вас тут…

– Флипперз немного не поладил с Ассеном, – сообщил мужчина и потеребил прядь темных волос. – Ничего особенного, полагаю, обошлось без членовредительства. Лучше расскажите, как у вас продвигаются успехи.

– Лео, – комиссар тихо кашлянул. – Если ты не заметил, я тут не один…

– Да, с Алекзесом мы уже здоровались…

– Что? – комиссар глянул на вора, как на предмет мебели. – А, и ты здесь. Нет, я не его имел в виду.

– А что… ох! – мужчина поднял голову, и его серые глаза округлились от изумления. – Извините, как это я мог не заметить… Полагаю, велле Тиролл, чемпион Обилуса, победитель более чем в трехстах боях?