Эликсир для гения
- -
- 100%
- +
Девушка кивнула и уставилась на предполагаемого чинушу с немым изумлением.
– Леонардо Найджел, – усмехнулся тип и приветственно потряс ей руку, так что Хелли чудом удержалась от искушения провести бросок через себя. – Моя профессия – знать все и обо всех. Советник международного информационного центра. Вообще-то, я здесь немного… м-м… не по специальности, но…
– Хотел бы я знать, кто тут по специальности! – хрипло произнес голос со стороны противоположной стены.
Хелли обернулась. На нее из положения «ноги вверх, голова вниз» смотрел парень в перемазанном смазкой комбинезоне. Какое-то время девушке понадобилось, чтобы понять, что он принадлежит к земным расам, а положение его объясняется тем, что он в эту стену вмазался и в себя пришел только сейчас. Так вот, значит, что в коридоре стукнуло…
– Привет, – продолжил беседу парень из того же положения. – Новенькая в этом космодурдоме?
– Можно сказать и так, – осторожно согласилась Хелли, созерцая его налившееся кровью лицо. – Гм, вам помощь не нужна?
– Кончай валять дурака, Флип! – рявкнул комиссар. – Нанесло ж меня на самого тупого спейсмена, какие только бывают, хотя что с вас брать-то…
Парень отлип от стенки и принял нормальное положение. Рыжие волосы стояли дыбом то ли от удара о стенку, то ли оттого, что расчески последнюю неделю не видели. Вообще, вид у спейсмена был слегка обалдевший, но вполне нормальный, если такое слово применимо к этим ребятам, которые всю свою жизнь посвящают исключительно полетам и гонкам, останавливаясь на планетах разве что на дозаправку.
– Если бы вас так припечатали, комиссар, вы бы тоже не сразу очухались, – пробурчал космогонщик и посмотрел на Хелли. – Привет, как уже было сказано, можешь звать меня Флипперз. Для особо близких и комиссара – он больше четырех букв не запоминает…
– Кхм!
– …так вот, для особо близких – Флип. А ты, кстати, ничего – как насчет свидания?
Хелли широко улыбнулась. На подобные приглашения она реагировала только одним образом.
Мелькнула тень. Зазвучал свист распоротого воздуха. Нога девушки остановилась в двух миллиметрах у носа спейсмена.
– В следующий раз я доведу удар до конца, – тихо сообщила Хелли.
– П-понял, – спейсмен попытался улыбнуться. – Я пошутил, вообще-то. Но, видно, с юмором у тебя будет похуже, чем у Ассена – тот впечатал меня в стенку, чуть только я попробовал заикнуться…
– Гм!
– Э… ну, ладно.
Флипперз попятился и опасливо посмотрел куда-то за плечо девушке. Опять донеслось насмешливое хмыканье, но, от кого оно исходит, Хелли так и не поняла.
От нечего делать она облюбовала синее кресло (почему тут все разнозцветное?) и вопросительно вперилась в Лестера.
– Значит, вы тут…
– Угу, – проворчал тот, плюхаясь на малиновое сидение.
– И чем занимаетесь?
Выражение комиссара стало до ужаса нелюбезным.
– Пока что – ничем. Группа не сформирована до конца. Недостает специалиста по боевым искусствам (правда, надеюсь, что это место займете вы) и… техника.
Тип, который назвался Лео Найджелом, явственно передернулся. А у комиссара внезапно пропала охота говорить.
– Мне нужно назад на Обилус, – заявил он, поднимаясь. – Найджел осведомлен здесь лучше всех, он и введет вас в курс дела, насколько это возможно. Заодно познакомитесь с командой. Надумаете остаться – свяжитесь со мной, на станцию доставят нужные вам вещи. Ну, я вас оставляю.
И с необычной резвостью Лестер выскочил за дверь. Хелли посмотрела ему вслед, слегка округлив глаза. Похоже, находить общий язык с тем, что может стать ее коллективом, придется ей самой.
Если с ними вообще можно найти общий язык.
– Дедушка-то довольно резво бегает, – задумчиво сообщила она наконец. – С чего бы это ему так торопиться оставлять нас наедине?
– Ну… – с некой взвешенностью в голосе отозвался Найджел, не отрывая пристального взгляда от своей руки, – он вернется. И, если здесь не будет трупов, убедится, что мы сработались. Так проще и быстрее.
– Понятно.
Тишина никого не смущала. Флипперз бродил по отсеку, фыркая и рассматривая зеленую статую в углу с явной насмешкой. Алекзес устроился неподалеку, перебирая какие-то свои железяки.
– Ты-то как сюда угодил?
– Комиссар предложил, – пожал плечами тот. – Идейка, я считаю, абсурд, да и необходимых качеств у меня не хватает, но Лестер посчитал, что в таком походе не обойтись без универсальной отмычки, – и продемонстрировал набор страшноватого вида металлических предметов, которые, наверное, и впрямь являлись отмычками. – У Флипперза похожая история. Правда, из тюрьмы его не вытаскивали, но ему грозил пожизненный запрет на управление космическим транспортом…
– Как же, запрет! – взъярился спейсмен. – Если я подрезал пару грузовых крейсеров, когда у нас были гонки, то это еще не значит… и, кстати, разбивал их не я! Они сами… в общем, типы из Управления Космическим Транспортом совсем было решили отнять у меня лицензию и конфисковать мою «птичку», да, спасибо, тут пришел запрос на лучшего пилота и кому-то стукнуло в голову рекомендовать меня.
Хелли невольно подумалось, не был ли этот кто-то шпионом Неффера и не желал ли группе скорой гибели. Вид Флипперза категорически не совпадал с ее представлениями о лучшем пилоте. Она-то считала, что у пилота главным качеством должна быть надежность, а спейсмены ей никогда не обладали. Данный экземпляр, похоже, в особенности.
– Надеюсь, сработаемся, – некстати подал голос Найджел, целиком погруженный в созерцание собственной руки.
– М-м, – с сомнением изрекла Хелли и наклонилась поближе к Алекзесу. – Чего он там углядел?
– У него на руке информационная персоналка, – тоже шепотом пояснил тот. – Он от нее не отлипает. Если останешься здесь, привыкнешь быстро.
– М-м… – выдала Хелли еще с большим сомнением. – То есть это вот те, кто собрался искать основную базу Неффера? В смысле, ВЫ?
Ей очень хотелось получить в ответ что-нибудь вроде: «Нет, на самом деле это шутка, а вас сейчас ждет знакомство с настоящей поисковой группой – здравомыслящими людьми». Разочарование оказалось жестоким: и Алекзес, и Флипперз закивали. Найджел, похоже, вопроса не услышал: был занят своим драгоценным компьютером на руке. Откуда-то донеслось скептическое «гм», но Хелли опять не разобралась с источником звука.
– Хотя, – спохватился Флипперз. – Видела-то всех, но познакомилась не со всеми.
Алекзес нервно скосился на него.
– Ты имеешь в виду…
– Угу, – и спейсмен неопределенно кивнул куда-то в угол.
Хелли посмотрела туда же и обнаружила все ту же зеленую статую ростом этак в районе двух с половиной метров. Статуя не спеша осмотрела Хелли с ног до головы зелеными глазами с вертикальными зрачками, а осмотрев, издала уже знакомый звук – громкое и презрительное «гм!». Брови девушки поползли наверх. Ей никогда не приходилось сталкиваться с пренебрежением со стороны скульптур.
– Это тоже участник?
Ответом были тоскливые «угу» со стороны Найджела, Алекзеса и Флипперза и еще одно «гм!» со стороны истукана в углу. Хелли покинула кресло и подошла к истукану поближе. Такого она пропустить не могла.
– Здравствуйте, произведение скульптурного искусства, – отчеканила она, протягивая руку в стандартном обилианском приветствии. – Я Хелли, а как зовут вас?
Произведение скульптурного искусства, к удивлению обилианки, протянуло руку в ответ. К еще большему ее удивлению – внезапно оно провело хорошо поставленный бросок через себя!
Может быть, кого другого это и застало бы врасплох, но не чемпиона Обилуса. Приземлившись на ноги и сохранив равновесие, девушка провела молниеносную подсечку, почти одновременно делая обманное движение и нанося резкий удар ногой. Половина приема прошла незамеченной, после второй половины противник Хелли оказался на полу, но тоже не растерялся: миг – и девушке в лоб был направлен солидный ствол какого-то оружия.
Некоторое время они смотрели друг другу в глаза.
– Если бы не пушка – я бы тебя уложила, – заметила Хелли.
– Гм, – согласилась статуя, мигом вскочила на ноги и спрятала оружие. – Ассен.
– М-м?
– Его имя, – вмешался Флипперз, который следил за поединком с большим интересом. – Спец по оружию, взрывчатке… в общем, по…
– Уничтожению, – спокойно подсказал Найджел, так и не отрываясь от своего компьютера.
Ассен одобрительно хмыкнул, но больше участвовать в разговоре не захотел, так и остался стоять в углу.
– Почему он хотя бы не присядет? – шепотом поинтересовалась девушка у Алекзеса.
Вор с опаской покосился на застывшего в углу гуманоида и неопределенно покрутил головой.
– Да кто знает. Особенности физиологии. Он наскарианец, что с него возьмешь.
– Не слышала о такой планете.
Специалист по взлому глянул пораженно, затем скосился в угол и все же промолчал.
– Он не очень разговорчив, – заметила девушка.
– Ха! – отозвался Флипперз. – Не очень?! Ассен вообще предпочитает молчать – зато, если что не по нему, бьет сразу и больно, вот и меня приложил, а ведь я только спросил…
– Кха! – или Хелли показалось, или Ассен действительно выразительно скосился на то место, откуда недавно кверху ногами отлип спейсмен?
Флипперз как-то подозрительно поперхнулся и развел руками.
– В общем, вот…
– А как он-то здесь оказался – тоже за какие-нибудь нарушения?
На это ответил Найджел:
– О, нет, что вы. Чтобы кого-нибудь привлечь за нарушения – нужно иметь против него улики, а Ассен…
Послышалось самодовольное хмыканье из угла, доказывающее, что улик он не оставляет.
– …поэтому он тут в качестве вольного наемника от ОГаКоПа за приличное вознаграждение…
– Не знала, что Корпус пользуется услугами наемников.
– Н-ну… пожалуй, лучше бы вам спросить об этом комиссара, но я не ошибусь, если скажу, что такое возможно… в некоторых случаях. Наш – как раз из таких.
Дверь комнаты бесшумно скользнула в сторону. За дверью оказался Лестер, оглядевший помещение так, будто ожидал узреть нечто наподобие нынешней Обители. Не найдя ничего подобного, комиссар с долей разочарования воззрился на Хелли.
– Дана команда выдвигаться немедленно, – сообщил он.
– Я знаю, – вмешался Найджел, – Неффер активизировал действия, и если мы не…
– Вот-вот, – прервал его Лестер. – Ну так что, велле Тиролл, вас высадить, или полетите с нами?
«Хороша команда выпадает», – подумала Хелли. Спейсмен, что уже само по себе страшно; наемник-убийца; тип, не отрывающийся от созерцания своей же конечности, или что там у него на ней закреплено; вор, которому светит приличный срок и который не в ладах с техникой, а может, и с чем еще. А рулить всем этим будет пожилой комиссар ОГаКоПа, которому давно пора на пенсию и у которого такие же проблемы с чувством юмора, как у Сенькоффа – с техникой.
– Я распорядился доставить сюда некоторые ваши вещи, – невозмутимо распоряжался комиссар между тем. – У нас нет времени, извините…
Девушка округлила на него глаза.
– А как вы угадали, что мой ответ…
Комиссар задумчиво потер подбородок.
– Скажем, я знал, что вы не сможете устоять против такой компании.
Флипперз приосанился и взъерошил волосы с особенным величием. Хелли закатила глаза.
Разговор достойно завершило громкое, полное скепсиса «гм!» из угла.
Седьмой из семерых
– Итак, Ассен – специалист по оружию. Флипперз – по перемещениям в космосе, Найджел отвечает за международные отношения, Хелли – за рукопашный бой, Сенькофф – не берусь сказать, за что отвечаешь ты, но, надеюсь, все понимают, что ты здесь не просто так. Поскольку в группе должен быть хотя бы один здравомыслящий – это я. Пока что всем все ясно?
Станция дрогнула, набирая стартовый импульс для субпрыжка. Хелли задумчиво глазела на настенные дисплеи. Приходилось прилагать титанические усилия, чтобы просто слушать Лестера.
– Вопросы?
– У меня один – зачем я в это ввязался? – пробурчал Алекзес.
– Куда мы летим? – вскинулась Хелли.
– Чем займемся? – спросил Найджел.
– Лестер, вы назвали себя здравомыслящим?!
Последняя фраза принадлежала Флипперзу. Комиссар глянул на него с тихой ненавистью.
– Всем отвечу, – пообещал он. – По ходу дела. Далее. Мы работаем под прикрытием ОГаКоПа, так что нам будет предоставлено все информационное поле Корпуса.
Алекзес подложил руки под голову и явно собрался вздремнуть.
– Ответственен за группу я, – продолжил Лестер. – И если вы… если кто-нибудь… надеюсь, все уже поняли?
Хелли почувствовала, что отключается вслед за вором.
– Точно-точно, – встрял спейсмен. – Дисциплина должна быть железной – или мы увидим комиссара в гневе! Как, неужели именно это мы созерцаем каждые десять минут? Да не может быть! В любом случае – будет нечто ужасное…
– Итак, – голос Лестера звучал все более придавленно. – Группе присвоено название «Септа» – с тем, чтобы…
– …никто не догадался? – не желал успокаиваться пилот.
Комиссар шумно вздохнул и всем лицом выразил сомнение в успехе операции. Хелли ему от души сочувствовала.
– С тем, чтобы…
– Минуточку, – робко вмешался Алекзес прямо из состояния сна. – Но мне кажется, или это название обозначает, что в группе будет семь человек?
Ассен из угла глазами незамедлительно выразил презрение ко всему роду людскому.
– Участников, – торопливо поправился вор. – Семь участников, но ведь нас только шесть…
– Героический секстет, так сказать, – пробормотал Найджел. Лицо специалиста по международным отношениям нехорошо помрачнело.
– Мне название нравится, – ухмыльнулся Флипперз.
Лестер закатил глаза так, что стали видны только белки. Похоже, он понял, что руководство этой группой станет его последним заданием.
– Хорошо, – произнес он наконец, – хорошо… Вы уже поняли, что одного не хватает. Это так. И, если говорить совсем откровенно, мы летим именно за седьмым.
– Куда? – вмешался Флип.
– За кем? – не пожелала отстать Хелли.
– И зачем? – присоединился вор.
Комиссар в изнеможении плюхнулся в свое кресло. От души сожалея, что ввязался в эту историю.
– Сначала последний вопрос, – поглядывая на него, заговорил Найджел. – Видите ли, конечно, у нас здесь собраны лучшие из лучших, но согласитесь, что с Неффером нам не тягаться. Судя по всему, у него как минимум армия в сто тысяч роботов – а некоторые эксперты утверждают, что счет может доходить и до трех миллионов. При этом новейшая техника и огромные средства. К тому же он, как утверждают аналитики, очень умен, и найти его… Так что нам нужно что-то, что может приблизительно уравновесить силы диверсионной группы с силами Неффера.
– Или кто-то, я верно поняла? И кем вы собираетесь уравновесить сто тысяч боевых машин?
– Я имел в виду интеллектуальное равновесие, – с извиняющейся улыбкой поправил Найджел. – Согласитесь, пока…
Он указал глазами на Флипперза, и Хелли поняла, что до шанса поймать Неффера им и правда далеко.
– Теперь о вопросе, куда мы летим, – буркнул комиссар из кресла. – На Бореаду, если это вам что-то говорит.
В отсеке застыло нехорошее молчание. Едва ли в Галактике можно было найти разумное существо, не знающее слова «Бореада». Даже притом, что побывать там удосужились сравнительно немногие. К счастью.
– Тюрьма для особо опасных преступников вам кажется идеальным местом для выбора коллеги? – осведомилась Хелли.
– Поправочка – для преступников особого масштаба, – произнес Лестер, свирепо созерцая физиономию пилота.
Тот все хотел подать какую-то реплику, ерзал на сидении от нетерпения и в конце концов выдал:
– Хотите сказать, нам придется работать с преступником?!
– Кха! – долетело из угла предупредительно.
– Что? – вскинулся спейсмен. – Тут даже ты не в счет, можешь не трепыхаться. По сравнению с теми, кто сидит в камерах Бореады, ты просто кроткий ягненок…
– Гм? – едва ли наемнику был известен такой зверь, но вот кротости Ассену недоставало точно.
– И не смейте упоминать о моих нарушениях! – предупредил Флипперз следующую реплику Лестера. – Они тут ни при чем, когда мы говорим о ком-то с Бореады. Вы хоть знаете, что менее чем за сотню убийств туда не попадают?
Следующий сеанс молчания получился еще более нехорошим.
– Выкладывайте, Лестер, – со вздохом сказал Найджел.
Комиссар скривился, как будто у него разом заболели все зубы.
– Имя Сайлес Стил что-нибудь говорит вам?
На сей раз тишина была наполнена общим изумлением. Закончилась она астматическим вздохом Алекзеса.
– Чокнутый гений, которого посадили год назад? – глаза Флипа напоминали галогенные прожекторы на площадке для соревнований. – Да ведь ему приписали… чуть ли не планы по захвату власти в Галактике…
Ассен презрительно фыркнул. Зря – насколько Хелли знала из новостей дело Стила, он вполне был способен сделать что-нибудь подобное. Интересно, правда, каким способом… да нет, об этом лучше не думать. Из новостей получалось, что этот тип похлеще Неффера…
– Детишки, – пробурчал Лестер, вновь поднимаясь. – Поведаю вам, так и быть, а то вы, пожалуй, и не представляете себе, с кем придется иметь дело.
– Я смотрю новости, – последовало сразу с нескольких сторон.
– Вот я же и говорю – не представляете. Сайлес Стил, – комиссар потер щеку и скривился. – Сайлес Стил – не имя. Псевдоним. Один из псевдонимов – мы пока насчитали что-то около шестидесяти. Настоящее имя нам так и не удалось установить: он стер свою информацию из всех баз данных, до каких только смог дотянуться, а смог он до всех. В придачу неизвестны дата рождения, первые годы жизни, место получения первого образования… Настоящую его рожу тоже мало кто в Галактике видал – он постоянно менял внешность, а уж на это он мастер. Так что ликуйте: не пройдет нескольких дней, как вы увидитесь нос к носу.
– Можно, я лучше явлюсь с повинной к транспортникам? – вкрадчиво осведомился Флип.
Лестер мрачно ухмыльнулся.
– Дело твое. Так вот, заявил он о себе, когда ему было лет пятнадцать. К тому времени ему уже принадлежало больше сотни патентов и усовершенствований, а теперь счет перевалил за тысячу и…
– И?
– И тоже ушел в неизвестность. Откуда нам знать, что он изобрел? Я уже говорил, что у него много имен. Рассказываю, что удалось установить. В семнадцать – на его счету уже несколько диссертаций и больше десятка довольно прогрессивных научных работ… Чтобы вы знали – к тому времени его IQ перевалил за 400, а теперь у нас просто отсутствуют приборы для его определения. В восемнадцать он получил первый срок – за проведение опытов с запрещенными реактивами и развитие биогенетических технологий.
– Клоны? – предположил Ассен.
– Что-то вроде этого. Из тюрьмы сбежал через неделю после ареста и был объявлен в розыск. Сначала в простой. Потом, после третьего ареста и побега, – в общегалактический особый. Где-то около пятнадцати лет назад был внесен в список десяти самых опасных преступников столетия – после саботажа особо важного правительственного эксперимента. В тюрьмах, при всей охоте, которая на него была объявлена, не задерживался. Сидел от недели до полугода – и потом весь ОГаКоП начинал сходить с ума после его очередного побега. Что характерно, этот подлец умудрился разбогатеть в тюряге – издал там книгу «1000 и 1 способ побега из заключения». Пользовалась огромным успехом, причем и среди охраны тоже. Бедолаги просто хотели знать, что на них свалится в следующий момент… правда, советами из своей книжки он не воспользовался ни разу за все четырнадцать его побегов.
– Сколько-сколько? – переспросила Хелли.
– Четырнадцать, – ответил Лестер, раздражаясь все больше. – Шесть раз его довелось арестовывать мне, в остальном – работа других, но нас со Стилом все равно не назовешь закадычными друзьями. На настоящее время ему предъявлены обвинения в… карлики Вселенной, проще перечислить, в чем не обвиняли этого мерзавца… Опыты на людях, запрещенные эксперименты, попытки захвата власти в отдельных солнечных системах, покушения на безопасность и разум Совета… Теперь его наконец заперли на Бореаду – давно пора.
– А вы собираетесь его с Бореады вытащить, – заметил Алекзес. – И что – Совет дал разрешение на подобное?!
– Я уговаривал их, – проскрежетал зубами Лестер, – уговаривал как мог… но они настояли – яйцеголо…
– Кх… Совет согласился на определенных условиях, – повышая голос, вмешался Найджел. – К тому же, нам очень сильно помогла Научная Академия… в общем, так или иначе – работать со Стилом придется, и я не думаю, что это…
– Самоубийство, – твердо и ясно высказался Сенькофф. – Вы… вы надеетесь, что вам удастся контролировать этого… человека?!
– Поверь, сынок, у нас есть средства для подобного контроля, – свирепо процедил Лестер, – не нужно нас недооценивать!
– А его, значит, нужно, – фыркнул вор.
– Если тебя что-то не устраивает – можешь вернуться в свою камеру. Ах да, ты же ее откроешь. Ну что же, можешь возвращаться к своим сражениям с сушилками, камерами, компьютерами и вообще со всем, что не касается дверей!
Алекзес умолк.
– Тема закрыта, – объявил комиссар. – Летим на Бореаду, будем там через двое суток с лишним с учетом прохода через субслои. Дальше все могут обустраиваться, как знают.
Толстый намек не приставать больше с вопросами и вообще убираться вон из помещения был принят к сведению.
Отсек, в который Хелли должна была заселиться, оказался прямо-таки роскошным. Душ экстра-класса, бар с десятком водорослевых коктейлей – под нее делали, что ли? Светло-зеленый цвет мебели как раз в моде на Обилиане, а потолок кто-то находчивый запрограммировал на цвет неба Обилуса.
В такой потолок отлично можно бездумно пялиться, повторяя одними губами тот самый вопрос.
Почему вы звали меня, учитель?
Вздор, конечно: обилианские девушки не умеют плакать лет примерно этак с трех – позор. И вообще, чувства? У кого – у чемпионки Обилуса? Ха, не надо таких шуток, за них ведь можно и поплатиться парой конечностей…
Бойцы не рефлексируют – они раскладывают по полочкам.
Да, мастер Иллос был ее учителем. Да, пожалуй, она была к нему довольно сильно привязана, с тех пор как он взял ее к себе в обучение. Да, своих родителей она помнила очень смутно, они отдали ее Иллосу года в три, а потом так и не объявились, и ничего удивительного: родительские связи на Обилусе не в чести… Кто знает, живы ли они и не было ли их в одном из тех бесконечных боев, где она одерживала победы?
Да, конечно, старик был к ней строг: скажем, трепку, полученную за попытку развести костер на его коллекции раритетных документов (подумаешь, старый хлам, да еще бумажный!), она по сей день не забыла…
И все же при первой возможности она потащилась через всю Галактику мстить за случайную смерть старого учителя во время разгрома Обители не кому-нибудь, а тому, кого не могут изловить легионы галактических полицейских, спецслужбы, Совет и Академия, вместе взятые. Потащилась в безнадежной компании, с которой ей вряд ли суждено сработаться и к которой вскоре присоединится еще чокнутый гений-преступник.
Хелли отстегнула свой значок чемпиона и отшвырнула подальше. Слышно было, как он брякнулся где-то у противоположной стены.
– Лежи и не дергайся, – фыркнула девушка, – без тебя обойдусь.
Перед тем как погрузиться в сон окончательно, она почувствовала легкий, почти незаметный рывок: станция вошла в субслои космоса. Путь к Бореаде начался.
Двое следующих космических суток ушло на знакомство со станцией и ее обитателями. Или на привыкание. Хотя она умела приспосабливаться к новым условиям, и привыкать долго не пришлось. К станции не пришлось.
Конечно, она была похожа на один из обилианских пещерных лабиринтов, из которых, сколько ни ходи – не выберешься, но вскоре Хелли научилась довольно сносно находить нужные ей помещения, благодаря подсказкам роботов-дроидов. Этих, по ее подсчетам, было около десятка. Остальные или не были активированы, или находились где-то в компьютерном отсеке.
С чем было туговато, так это с едой. Космические полуфабрикаты Хелли не переваривала, а ничего другого на станции просто не было, так что пришлось довольствоваться водорослевыми коктейлями и увеличенными до нужного размера спейсбургерами, космопиццами и прочей едой космического путешественника.
Но с едой было гораздо легче, чем с существами живыми.
Надо начать с того, что Хелли так и не удалось ничего узнать о тех, с кем придется работать: вся информация о них исчерпывалась тем, что они сообщили сами в первый час после знакомства. Флипперз, правда, охотно болтал о своих космических путешествиях, гонках и прочем, пока девушка не пригрозила его отправить летать в открытое пространство вокруг станции. Спейсмен отстал и сделал правильно, потому что к тому времени она была в состоянии выполнить угрозу.