Змейка на камне

Глава 1

За окном машины, и справа и слева стеной стоял дремучий лес. Юля безучастно смотрела на эту красоту. Когда едешь, и всю дорогу лес, лес, лес – то скоро перестаёшь замечать природу. Тем более что погода за бортом машины не радовала. Несмотря на июль месяц, было довольно прохладно, и периодически начинался мелкий, совсем не летний дождик.

За рулём машины сидел Игорь. "Мой мужчина" – как сейчас принято говорить. Хотя какой он собственно мой? – думала Юля. Скорее всего – сожитель… И даже этим словом, нельзя было назвать их отношения. У Игоря была своя квартира и периодически он жил там. "У меня есть дела" – говорил он в этих случаях. Юля пожимала плечами – "Нужно, значит нужно – езжай" и уже скорее по привычке подставляла щёку для дежурного поцелуя… Чем он занимался в то время, когда отсутствовал, где был – Игорь никогда не докладывал. Да Юля собственно и не спрашивала.

Таким образом, они жили уже почти три года.

Юля и Игорь познакомились на вечеринке у подруги, куда Юля попала почти случайно. Она не любила шумных компаний, подвыпивших мужчин и особенно женщин, их сальных шуточек и прозрачных намёков. После очередного скабрезного анекдота она, невольно поморщившись, поймала на себе взгляд симпатичного парня, который сидел напротив и внимательно смотрел на неё. Он пригласил её на танец, и они медленно перетаптываясь, двигались под блюзовую композицию. Юля ожидала, что сейчас с его стороны начнутся прижимания и поглаживания ниже спины. Но ничего не происходило… Игорь просто держал её за талию и молча, смотрел в глаза. Юле было неловко от этого серьёзного и внимательного взгляда. Она краснела и отводила глаза.

У неё был не богатый опыт общения с мужчинами. К своим двадцати двум годам она оставалась девушкой. "Серая мышка" – так обычно называют таких девчонок. Не красавица, но и не уродина. Стройная фигурка, минимум макияжа – всегда тихая и не заметная. И даже не скажешь, что она коренная москвичка в пятом поколении. Мимо такой пройдёшь и через минуту даже не вспомнишь – как она выглядела.

Весь её опыт общения с парнями – это почти год ухаживания за ней мальчика из параллельного класса. По окончании школы он уехал поступать в военное училище. Перед отъездом, они до полночи целуясь, простояли у подъезда. Несколько раз её визави пытался добраться до интимных мест, но Юля каждый раз смущаясь, убирала его руку.

Он уехал и всё. Ни одного звонка, ни одного письма. Юля первое время чего-то ждала, но потом, вздохнув, поняла, что на этом нужно поставить точку. С тех пор, никаких отношений с мужчинами у неё не было.

И вот сейчас Игорь смотрел на неё. Музыка закончилась, он, проводив её до места, не вернулся к себе, а присел на стул рядом. Они сидели и болтали – обо всём и ни о чём. Юле было приятно, что такой парень, как Игорь обратил на неё внимание. У неё слегка кружилась голова, ожидание чего-то, приятно сжимало сердечко.

Игорь вызвался проводить Юлю до дома. Подойдя к её подъезду, он спросил: – Пригласишь?

Юля, молча, кивнула головой.

… Она лежала под простынёй и прислушивалась к дыханию спящего Игоря. Ну, вот и случилось… И что? – думала Юля. В душе было лёгкое разочарование. Всё случилось, как то скомкано и буднично – совсем не так, как представляла себе Юлька, и как описывалось в многочисленных любовных романах. "Отрицательный опыт – тоже опыт" – успокаивала она себя. Всё наладится и всё будет по-другому… Но по-другому не получалось.

Утром Игорь ушёл, а через три дня пришёл с большой сумкой.

– Я тут поживу у тебя. Ты не возражаешь? – Игорь говорил об этом буднично и ровным тоном.

Юля снова просто кивнула головой.

Вот так началась их совместная жизнь. Юля знала, что Игорь работает в какой-то сервисной компании, занимающейся ремонтом электроники. О своей работе он практически не распространялся, но за то, починил практически всё, что было сломано в квартире. Более того, безропотно чинил и то, что Юля приносила от мамы.

С матерью у Юли были достаточно сложные отношения. Пока был жив отец, он как-то мог сглаживать её достаточно сварливый характер. Но когда три года назад он умер…

Отец души не чаял в дочке. Он старался проводить с ней много времени, настоял, чтобы в 18 лет она прошла, водительские курсы и получила права, а после сам учил водить машину, хотя Юлька не очень любила садиться за руль. Когда папа умер, машина автоматически перешла к ней.

А мама… После смерти отца её характер только ухудшился. Юля стойко переносила все её претензии – что она её не любит, что живёт отдельно, что редко посещает и мало помогает. Особенно Юльку доставали нравоучения по поводу личной жизни.

– Ну, когда ты уже выйдешь замуж? Посмотри, все твои подруги имеют детей, некоторые даже двоих! А ты? Так и собираешься всю жизнь прожить старой девой? Всё прынца на белом коне ждёшь! Таких как ты много, а прынцев мало! Так я и помру, не дождавшись внуков.

Юлька, молча, выслушивала нравоучения, всеми силами стараясь не отвечать на материно ворчание. Только иногда она говорила: – "Ну, всё, хватит. Спасибо мама за доброе слово". После этого вставала, собиралась и уходила – слыша за спиной стенания и ругань…

Проходило три-четыре дня, и Юлька опять приходила к матери. Она понимала, что в противном случае мать долго не протянет – одиночество её просто убьёт.

В тот день Юлька застала мать дома плачущей.

– Что случилось? Почему ты плачешь? – спросила Юлька.

– Тётя Стеша умерла, – вытирая слёзы, проговорила мать.

– А кто такая – тётя Стеша? Я что-то никогда не слышала о такой, – Юлька удивлённо посмотрела на мать.

– Это моя двоюродная тётка. Жила в Новгородской области, в деревне. Сейчас позвонили из нотариальной конторы – спрашивали, буду ли я вступать в права наследования. Оказывается, тётя Стеша умерла ещё два месяца назад, и они всё искали меня. Это последняя, кроме меня и тебя веточка нашего рода.

– Мама! Ну и что ты плачешь? Люди рождаются, живут, умирают… Такой порядок жизни. Я ещё понимаю, если бы вы поддерживали с ней отношения, а так… Да и что она могла тебе завещать? Полуразвалившуюся избу? Землю на опушке? Что ты со всем этим будешь делать? Позвони, откажись и дело с концом.

– Что ты, Юля! Так нельзя. Нужно съездить, посмотреть… Юля, ну пожалуйста. У тебя и машина есть. Тут не так далеко. За выходные успеешь, – в голосе матери были не свойственные ей просящие нотки.

– Ну ладно, хорошо мама. Я съезжу, съезжу. Только не плач, пожалуйста.

И вот теперь Юлька ехала в далёкую деревню. Как всегда, за рулём Юлькиного КИА, который ей достался от отца, сидел Игорь. Юлька так и не стала "опытным водителем".

– Похоже, искупаться нам не удастся, – разочарованно проговорил Игорь.

– А что, там есть где?

– Да твоя деревенька прямо на берегу озера Вельё стоит. Наверное, места красивые!

– Не знаю, я никогда там не была.

Они доехали до Валдая и свернули с федеральной трассы на дорогу в сторону Ивантеевки. По мере того, как машина удалялась от автострады, казалось, что они едут в машине времени. Всё меньше встречалось магазинов, туристических объектов. Инфраструктура всё больше напоминала советские времена. Асфальтовая дорога постепенно перешла в бетонку. Изредка им попадались на встречу армейские бензовозы. Дорога становилась всё хуже и хуже. Вот уже и бетонка кончилась и пошла обычная гравийка. Приходилось ехать медленней, по возможности объезжая широкие лужи.

Когда до деревеньки оставалось всего полтора-два километра они остановились у огромной лужи, больше похожей на небольшое озерцо. Игорь заглушил двигатель, одел, осмотрительно припасённые резиновые сапоги, нашёл на обочине длинный дрын и попытался измерить глубину лужи.

– Так, Юля! Дальше нам придётся идти пешком. Я здесь не проеду.

– Как пешком? А машину мы что, вот так в лесу бросим? А вдруг угонят или раскулачат?

Игорь саркастически усмехнулся: – Не смеши меня! Кто здесь угонит? Ты посмотри – здесь даже колеи нет! По этой дороге никто со времён "Царя гороха" не ездил! Нет, конечно, если ты хочешь, можешь сама сесть за руль и попробовать форсировать эту лужу… Или можно развернуться и поехать домой… В общем – как скажешь…

Юля, как всегда в подобных случаях, когда нужно было принимать самостоятельное решение, немного растерялась… Она жалобно посмотрела на Игоря.

– Хорошо. Если так, то давай оставим машину. Только прижмись к обочине, чтобы совсем не загораживать проезд.

– Обязательно прижмусь. Хотя кто здесь поедет?

Игорь сел за руль, в несколько движений прижал машину почти к самым соснам. Потом вытащил из багажника спортивную сумку, в которой были его и Юлькины вещи и немного продуктов, взятых в дорогу. Обойдя по кромке леса препятствие, они пошли по направлению к деревне.

Дорога была скользкой, ноги разъезжались и пока дошли до деревни изрядно измучились и были, как говорится "по уши в грязи".

Деревня представляла собой с десяток домов, разной степени состояния. Некоторые, были явно заброшены, с заколоченными окнами. В других, похоже, ещё теплилась жизнь.

Юля и Игорь остановились посреди единственной улицы, не зная куда дальше идти.

– Ну что? И где же твоё поместье? – с иронией спросил Игорь.

Юлька только пожала плечами.

– Не знаю, надо спросить у кого-нибудь.

– Так спрашивай скорей, а то уже ночь скоро наступит… Да и дождь усиливается.

Юлька крутила головой, надеясь увидеть кого-либо или определить, в какой избе живут люди. В этот момент у неё за спиной раздался скрипучий старческий голос:

– Вы кого ищете, молодые люди?

Юлька обернулась и увидела старуху, стоявшую на крыльце ближайшего дома.

– Здравствуйте! А Вы не подскажите, где дом Степаниды Аркадьевны?

– А вы кто будете? – в тоне пожилой женщины явно звучали не дружелюбные и настороженные нотки.

– Мы…, – Юлька растерялась, не зная как определить степень дальнего родства. – Мы родственники… Дальние родственники…

– Вот не слышала, чтобы у Степаниды родственники были… Ну ладно. Идите до конца улицы, потом повернёте на право. Там и дом увидите. Вы его ни с чем не спутаете.

Старуха повернулась и собралась уйти.

– Ой, подождите! – Юлька остановила её. – А Вы не знаете, у кого могут быть ключи от дома?

– Ключи? Это у вас, городских – ключи, да замки. А у нас всё по-простому – дверь на щеколду закрывается. Чужих, здесь не бывает. Да и вы поторопитесь. Ночью у нас по деревне никто не ходит. – Старуха неодобрительно усмехнулась и пошла в дом.

– Да… Дружелюбный народ здесь живёт! И последняя фраза – ну прямо жизнеутверждающая! – Игорь только вздохнул.

Юлька ждала продолжения упрёков, но её спутник только подхватил сумку и пошёл вперёд. Ей ничего не оставалось, как быстрым шагом догонять его. В сумерках, в этой полузаброшенной деревне ей было уже по-настоящему страшно.

Дом они узнали сразу. Он стоял на отшибе и был значительно больше, чем остальные дома в деревне. Кроме самого дома, вокруг него были несколько хозяйственных построек неизвестного назначения.

Юля открыла калитку во двор, и они подошли к дому. Какое-то непонятное состояние и тревога охватила Юльку. Игорь, похоже, испытывал такие же чувства. Но не оставаться же на улице. Юлька выдохнула, повернула щеколду и вошла в дом. Внутри дома не ощущалось никакой затхлости или запустения. Наоборот. В нос сразу ударил запах сушёных трав, дерева и чего-то ещё Юльке не знакомого.

Игорь, пошарив рукой по стене, нащупал выключатель и несколько раз щёлкнул им.

– Ну вот, здесь ещё и света нет… Ну что, будем освещаться лучиной, как в стародавние времена?

Юлька сделала несколько шагов и присела на лавку возле длинного стола. Она очень устала, хотела, есть и ей было страшно. На улице уже совсем стемнело, углы дома тонули в темноте, и казалось, что там кто-то притаился. А ведь в доме не так давно умерла тётя Стеша – почему то пришла ей в голову мысль. От страха она вздрогнула.

– Игорь! Ты где? Не отходи от меня далеко… Мне страшно…

– Ну вот… А кого ты боишься? Покойников? Так твою тётку уже давно похоронили! И вообще нужно бояться не мёртвых, а живых!

– Ой, Игорёк, ну не надо, пожалуйста! Я и так уже вся дрожу! А ты меня ещё пугаешь! Давай разожжём хоть огонь! Я уже вообще не знаю, как я смогу здесь спать… Да и холодно – я промокла совсем.

– Ладно, не дрожи! Я сейчас найду фонарик – он где-то в сумке затерялся. Будет свет – сразу веселей станет! Тем более что разная нечисть света боится! Вот нашёл!

Игорь достал из сумки фонарь и, включив его, направил прямо на Юльку. Резкий белый свет тут же ослепил девушку, она инстинктивно закрыла лицо руками.

В этот момент в дверь кто-то громко постучал…

Глава 2

Юлька вскочила с лавки и спряталась за спину Игоря. Её била мелкая дрожь.

– Игорёчек, миленький, прошу тебя – не открывай!

– Юля! Ну, ты чё? Если кто с плохими намерениями пришёл, так в дверь бы не стучали…

Он подошёл к двери и откинул крючок, на которую была закрыта дверь.

– А вы что свет не включаете? – В проёме двери показалась старуха, которая показывала им дорогу. В одной руке она держала крынку, а в другой, по-видимому, что-то печёное, накрытое расписным полотенцем.

– Так мы пытались свет включить, а он не включается… – с явным облегчением выдохнул Игорь.

– Ааа, забыла я старая вам сказать… Ну-ка подсвети мне милок, – старушка прошла к столу, поставила на него крынку и тарелку, потом вернулась к двери. В углу, недалеко от дверного проёма висел допотопный счётчик. Таких практически уже не встретишь в городах. Большой, чёрный, с крутящимся диском внутри, а главное с двумя белыми керамическими набалдашниками, внутри которых скрывались предохранители. Старушка подошла к счётчику, завернула один из них. И в этот момент в доме загорелся свет! – Это я их выкрутила, после того, как Стешу похоронили… Чтобы случайно ничего не замкнуло, да дом не сгорел…

Юля и Игорь стояли посреди огромной комнаты, щурились и удивлённо оглядывались… Юлька ещё никогда не была в деревенском доме, и ей всё было необычно и удивительно. Центральное место в доме занимала огромная русская печь. На полу, лежали домотканые половики, один угол был закрыт ширмой, за которой по видимому скрывалась кровать. В красном углу висел иконостас с потемневшими от времени, скорее всего, очень старинными иконами и потухшей лампадкой.

Старушка неодобрительно покачала головой, заглянула за печь, вытащила какую-то бутылку и что-то налила в лампадку. Достав из огромного кармана передника коробку спичек, она зажгла огонёк и трижды перекрестилась на иконы.

– Вот теперь порядок. Можете отдыхать молодые люди. Я вам тут молока свеженького, прямо из ледника принесла, да шанежек из печи. А то на голодный живот негоже спать ложиться…

– Ой, спасибо Вам огромное! Чтобы мы без Вас делали? Вы и дорогу нам показали, и свет включили, и ужин принесли… А мы вот даже не знаем, как Вас зовут…

– Марией меня родители нарекли, царство им небесное. А отца Антоном звали. Значится я Мария Антоновна. А тебя как девонька зовут? И мужика твоего?

– Меня Юлей, а это Игорь… Мария Антоновна, может быть, Вы с нами поужинаете?

– Если приглашаете, то почему же с хорошими людьми не повечерять?

Юлька кинулась к сумке, достала сырокопчёную колбасу, сыр, отварные яйца, а также помидоры и огурцы. Так как овощи она помыла ещё дома, перемывать их не было нужды. Игорь только порезал их крупными дольками и сложил в тарелку. Мария Антоновна, подошла к полке, укреплённой на стене и закрытой цветастой занавеской. На полке стояла и лежала различная посуда. Она достала три кружки, из некрашеной, натуральной глины и налила в каждую из них молока из крынки.

– Как же здесь интересно, – Юлька уплетала бутерброд с колбасой, и запивала его холодным, безумно вкусным молоком. Уже давно прошли её страхи, она удивлённо – восторженно оглядывала избу. – Сколько трав везде, – Юлька кивнула на многочисленные венички и пучки, которые были развешаны вдоль стен.

– Так ведь Стеша травницей была, людей лечила…

– Ого, – включился в разговор Игорь. – Она что, ведьмой была?

– Ну почему сразу ведьмой? Ведьмы то, на стороне тёмных сил завсегда были… А Стеша – царствие небесное, всегда светлой была, людям помогала… Защищала нас, как могла.

– И как же она вас защищала? Что, дружинницей народной была? – Игорь саркастически улыбнулся.

Мария Антоновна внимательно и не одобрительно посмотрела на него. Было заметно, что Игорь ей не очень нравится…

– А ты зря смеёшься – мил человек. Можешь верить, али нет – а смеяться не хорошо… Ну да ладно, засиделась я тут у вас. Пора и честь знать. Пойду я… – старушка, поджав губы, поднялась и намерилась выйти из-за стола.

– Ой, Мария Антоновна! Не уходите, Игорь не хотел, он просто не удачно пошутил! – Юля укоризненно посмотрела на Игоря. Чтобы как то замять неловкость и перевести разговор в другое русло она спросила то, что первое пришло ей в голову.

– Мария Антоновна? А от чего тётя Стеша умерла?

– Да коровка ейная её и убила.

– Как так? – Юлька округлила глаза.

– Да вот так. У Стеши большое хозяйство было – две коровы, птицы, свинка… Мы всех коровок на лужок выпускаем пастись. А вечером они сами домой приходят – на дойку значит. Ну, так вот. В тот день, коровы разбежались по всей деревне. Кто-то значит, их пуганул – толь волчек, толь медведь баловал. А только вот у коровки Стешиной, на выми, три глубоких царапины были. А Стеша их в темноте и не заметила… Стала перед дойкой вымя мыть, да и провела по царапинам. Ну а коровка возьми, да и лягни её… И прямо в висок. Так я её утром и нашла – возле пустого ведра под коровой. Животина то, не разумное, не доенное мычит, орёт, вот я и зашла посмотреть – что случилось. А Стеша бедненькая уже совсем холодная была. Вот такая у неё смерть была – быстрая и лёгкая… Не мучилась, значит совсем…

От этого рассказа, холодок прошёлся по спине у Юльки. Она невольно посмотрела в тёмные окна.

– Так что, здесь хищные звери есть? – дрожащим голосом спросила она.

– А как же? Конечно, есть. И медведи, и волки и рыси. Вот давеча участковый приезжал – рассказывал. Тут у нас недалеко воинская часть есть. На посту стоял солдатик молодой. Так ему рысь прямо на спину прыгнула. Хорошо, что у него к ейному ружью штык был прикреплён. Она-то на этот штык и напоролась. Но до того момента, как сдохла, когти свои в шинельку то вонзила и со спины енту шинельку то как ножом срезала. Вот так то.

– А солдат, солдат то живой?

– Да живой… Только, как участковый рассказывал – немного не в себе стал… Заговариваться начал. В госпиталь его увезли. Ну ладно, пошла я… А то уже совсем поздно, да и скотина у меня не доена. Да, вот, совсем забыла. Я то живность Стешину к себе забрала – её же и кормить, и доить нужно… А ты если девонька решишь здесь жить, так я тебе её верну. Мне чужого не надо. – С этими словами старушка повернулась и, не прощаясь, открыла дверь и растворилась во тьме.

Юлька вернулась за стол. Игорь, как ни в чём не бывало, продолжал уплетать шанежки, запивая их молоком. А у Юльки, почему то пропал аппетит. Страх и какая-то непонятная тревога не давала ей успокоиться.

– Ну что ты не ешь? Тебе, похоже, старуха совсем аппетит отбила! Ты её меньше слушай! Ведьмы, дикие звери… Любят бабки страху напустить! До Москвы всего 500 км, а до Питера и того меньше! А тут Берендеево царство, какое то! Хорошо, что она ещё леших и русалок сюда не приплела! Ешь, давай. Да надо ложиться спать. Утром позавтракаем, и сразу домой – в цивилизацию…

– Не хочу я есть, – Юлька обиженно и смущённо смотрела на Игоря. Я в туалет хочу!

– Ну, так иди. Возьми фонарик, будка с дыркой в углу участка – там и тропка протоптана.

– Игорёк! Проводи меня, пожалуйста. Я боюсь сама идти.

– О господи! Действительно – бабка напугала тебя. Но ты сама рвалась сюда – в эту глушь. А здесь тёплых клозетов не предусмотрено… Ну ладно, ладно… Не обижайся. Провожу, тебя… Поохраняю. Сейчас, только фонарик возьму.

Они вышли из дома в непроглядную ночь. В селе не было видно ни одного огонька. Небо, затянутое тучами, тоже не давало никакого света. А самое главное – тишина. Молчали птицы, не лаяли собаки, не шумел ветерок в ветвях – не было того обычного "белого шума", который всегда есть в лесу или в поле или в горах. Казалось, что вся природа настороженно затаилась. Юлька поймала себя на мысли, что старается дышать потише, боясь спугнуть эту тишину.

И вдруг, из глубины леса раздался тихий, а потом нарастающий, тоскливый и страшный вой.

Юлька схватила Игоря за руку. Её ладошка была ледяной и саму её била дрожь.

– Игорёк! Что это?

– Не знаю, – в голосе Игоря не осталось и следа от его самоуверенности и насмешливости. – Наверное, волк воет. Так, пойдём скорее – сделаешь свои дела и спать. Что-то меня эта первобытная природа уже начала утомлять. И как здесь ещё люди живут? Ни тебе удобств, ни телевизора, ни интернета! Вообще каменный век какой-то. Не мудрено, что здесь, наверное, одни старики да старухи остались – да и то в ближайшие годы вымрут… Ладно, пошли…

Игорь включил фонарик и быстрым шагом пошёл к небольшой будочке в метрах тридцати от дома. Юлька бросилась за ним, стараясь не отстать.

…Уже минут через пять, они вернулись в дом. Игорь закрыл дверь на крючок и дополнительно задвинул весьма солидный засов. Юлька откинула занавеску, которая закрывала как бы спальню. Это была старинная кровать, с панцирной сеткой, металлической спинкой, с большим количеством шариков на ней в виде украшений. На кровати горкой, в виде пирамиды были сложены аж пять подушек, разной величины. Тут же лежало толстое, лоскутное одеяло.

– Ого, какой сексодромчик, – плюхнулся прямо в одежде на кровать Игорь. Он попытался попрыгать на кровати, но та только издала слабый скрип. – Юлька – иди ко мне. Давай опробуем эту кроватку!

– Так, во-первых, не заваливайся на кровать одетым. А во-вторых – ничего я опробовать не буду. Надо и совесть знать. Это ещё не наше имущество и если нас сюда пустили, то это не значит, что здесь можно творить, что хочешь. – Юлька сказала это и сама удивилась и своим словам и своему тону. Она никогда ещё не отказывала Игорю. Даже тогда, когда ей совершенно не хотелось близости. Понятно, что в глубине души она боялась потерять этого парня и остаться в одиночестве. Но сейчас… Юлька не узнавала саму себя.

Игорь тоже очень удивился.

– Между прочим, я сюда приехал только ради тебя. По твоей просьбе. Была нужда тащиться в эту "тьму таракань", выслушивать россказни выжившей из ума бабки и слушать ночью волчий вой. Ну не хочешь, как хочешь. Без проблем. – Было видно, что Игорь обиделся. Он быстро разделся и залез под одеяло.

Юля зашла за печку, скинула джинсы и кофточку и одела свою любимую пижамку – розовые шортики и маечку. Потом босиком протопала до выключателя, выключила свет и быстренько нырнула под одеяло. И тут же, как будто провалилась в облако. В качестве матраса на кровати лежала пуховая перина. Одеяло было невесомым и тоже набито пухом, как и подушки. Было полное ощущения, что Юлька погрузилась в тёплую воду и состояние, почти невесомости и мягкости заставили её улыбнуться в темноте.

Игорь тихо посапывал в темноте, видимо мгновенно заснув. Юлька же лежала на мягких перинах, закинув руки за голову, и вспоминала сегодняшний день. В чём-то Игорь конечно прав. Всего каких-то пять-шесть часов от Москвы и как будто перелетел на несколько веков назад! Дремучий лес, деревенька на опушке, дикие звери и уклад жизни, как сто и двести лет назад. Вот только проведённое электричество напоминало, что цивилизация уже шагнула далеко вперёд.

Юлька попыталась представить себе тётю Стешу. Хотя, какая она ей тётя? Скорее всего, бабушка… Сколько интересно ей было лет? Как она выглядела? Надо будет завтра поискать – может какие-либо фотографии остались. Да и с Марией Антоновной поговорить… Желательно, без Игоря. А то с ним откровенного разговора не получится… Жалко конечно бросать этот дом. Добротный, крепкий – срубленный на века. Так сюда же из Москвы не наездишься… А продать – так, кто его купит? Нет, продавать нельзя – почему-то в голову Юльке пришла именно эта мысль… А вот почему "нельзя" – додумать она уже не успела. Глаза, наконец, сомкнулись, и сон сморил её.

…Юлька открыла глаза. Ей показалось, что кто-то не сильно тряхнул её за плечо. Была глубокая ночь, но в доме было почему-то светло. Мягкий, голубой свет стремился отовсюду – от стен, потолка и даже от печи. Юлька села на кровати. Страха не было, а было только удивление. Она посмотрела на себя. Вместо почти детской пижамки на ней была длинная рубаха из льняного полотна, одетая прямо на голое тело. Это кто же меня переодел – подумала Юлька? И где Игорь? Она обернулась – на кровати его не было.